Атлантические Гавайи

 

Путешествие в неоцен

 

Атлантические Гавайи

 

 

 

На протяжении истории Земли её облик постоянно менялся. Тектонические плиты движутся медленно, но время работает на них: миллионов лет бывает достаточно, чтобы появился или исчез целый океан. Так много раз бывало на протяжении истории Земли: в кайнозое полностью исчез существовавший много миллионов лет океан Тетис. Зато в это же самое время появлялся другой океан – Атлантический. Этот океан относительно молод. Он начал формироваться в мезозойскую эру, но ещё в раннем кайнозое был достаточно узким, и по его берегам, в Европе и Северной Америке, обитали близкородственные виды животных. Расширение Атлантики в течение всего кайнозоя происходило очень активно, и в неоцене оно не прекратилось.
Признаки расширения дна Атлантического океана отчётливо проявляются на его поверхности. Вулканическая активность в зоне Серединно-Атлантического хребта вызвала появление прерывистой цепочки островов вдоль почти всего океана с севера на юг. В эпоху человека вершины Серединно-Атлантического хребта образовывали Исландию и Азорские острова. Продолжение вулканической активности в эпоху неоцена привело к формированию на месте Азорского архипелага единого острова, который называется Новая Азора.
В неоцене потепление климата вызвало расширение тропического пояса Земли. Остров Новая Азора находится в тропических широтах, но его климат определяется преимущественно окружающим этот остров океаном. На протяжении миллионов лет Новая Азора находится в области противоборства тёплого Гольфстрима, текущего с юга, и его сурового противника – холодного Антигольфстрима, который спускается из высоких широт. Оба течения движутся почти параллельно друг другу вдоль склонов Серединно-Атлантического хребта, но навстречу друг другу. Ветер часто смешивает тёплые и холодные воды, и как результат этого над морем возникают туманы.
Океанское дно в области Серединно-Атлантического хребта поднимается. Рельеф океанского дна и течения создают медленный водоворот, в котором смешиваются тёплые воды с экватора и богатые питательными веществами холодные глубинные воды, поднимающиеся по склону хребта. Это способствует процветанию подводной растительности. Водоросли разных видов обильно разрастаются на подводных отмелях и образуют пышные заросли на прибрежных мелководьях Новой Азоры. На некотором отдалении от берега особые виды водорослей формируют уменьшенное подобие Саргассова моря эпохи голоцена – густые плавучие заросли. Отдельные поля этих водорослей тянутся на десятки километров. Там, где не могут расти макроводоросли, в воде развивается фитопланктон, служащий кормом для мелких животных. Это обеспечивает обильной пищей разнообразных обитателей океана.
Противоборство двух течений, результатом которого являются обильные ночные туманы, сказывается на характере растительности острова. Пояс влажных туманных лесов располагается на Новой Азоре сравнительно низко – утренние туманы создают оптимальные условия для развития влаголюбивой растительности.
Остров почти полностью покрыт густым лесом. Лишь высоко в горах и на пляжах не растут деревья. Растительность Новой Азоры включает древовидных представителей семейства вересковых, несколько видов лавровых, а также потомков оливкового дерева, завезённого человеком в историческую эпоху. В лесах, растущих в низинах и предгорьях, много эпифитных папоротников и орхидей. Кружевные папоротниковые листья покрывают стволы огромных деревьев, а выше в кронах деревьев в воздухе покачиваются длинные цветоносы орхидей, покрытые пёстрыми цветками. На стволах и крупных ветвях развиваются густые подушки мха и «бороды» лишайников. В горных районах леса произрастают потомки мирта – высокие деревья с длинными листьями, серебристыми с изнанки. Они похожи на какие-то виды австралийских эвкалиптов, и так же распространяют в воздухе специфический аромат эфирных масел. Ещё выше их сменяют сумрачные горные леса, образованные крупными видами кипариса. Вершины гор – это вересковые пустоши и область редкой травянистой растительности, где самое высокое растение не превышает полуметра в высоту.
Пляж острова покрыт тёмным вулканическим песком. Здесь морская вода просачивается в почву, и немногие растения могут нормально существовать в таких условиях. Пляжи острова отделены от лесов поясом кустарниковой растительности и трав. Это как бы граница между двумя мирами – обиталищами лесных и морских обитателей Новой Азоры.
Пляжи острова почти весь год кипят жизнью – здесь селятся колонии нелетающих морских птиц, в которых сосуществуют, не мешая друг другу, представители совершенно разных видов. Эти виды не конкурируют друг с другом в океане, поскольку питаются разными видами морских животных, и ищут корм в разных участках моря. В шуме птичьих голосов выделяется крик, похожий на безумный хохот. Обладатели такого голоса встречаются не только на Новой Азоре, но и на европейском побережье. Это гагары-хохотуньи, нелетающие птицы, отличающиеся агрессивным поведением и крепким клювом. Островной подвид гагары-хохотуньи мельче континентальных родственников, но похож на них внешне. Этот вид птиц гнездится в укрытиях, среди кустарников и на островках в устьях коротких рек острова. Гагары-хохотуньи не образуют самостоятельных колоний, но не избегают общества других птиц, где легче найти защиту от местных хищников. Когда у этих птиц появляется потомство, гагары-хохотуньи держатся вблизи общих колоний морских птиц, где можно рассчитывать на защиту.
Основную массу птиц в колониях Новой Азоры составляют двухметровые гиганты, похожие на тюленей с длинным красным клювом. Эти морские птицы с белым оперением и чёрными пятнами на ластовидных крыльях являются наследием ледниковой эпохи, прошедшей примерно за двадцать миллионов лет до описываемого времени. Это тропические китовые олуши – охотники на крупную рыбу и головоногих моллюсков. Эти птицы охотятся далеко в море, и могут нырять на 20 – 30 метров, а иногда до 100 метров, разыскивая добычу. Эти птицы проводят в море значительную часть жизни, но на время гнездования выползают на берег. Все китовые олуши относятся к гигантам среди пернатых, поэтому их период размножения сильно растянут. Птенцы китовых олуш появляются на свет голыми и слепыми. Они долго нуждаются в заботе, поэтому около полугода на пляжах Новой Азоры можно встретить этих огромных птиц.
Среди колоний китовых олуш встречается ещё один вид морских птиц, выделяющийся на фоне строгого чёрно-белого наряда тропических китовых олуш графитово-серым оперением. Это такие же нелетающие существа с короткими ластообразными крыльями и массивным туловищем. Но их шеи изящные и гибкие, из-за чего эти птицы напоминают миниатюрных плезиозавров. Это плезиогагары – пелагические охотники на мелкую рыбу и кальмаров, ловкие и быстрые пловцы. На пляжах Новой Азоры они лишь отдыхают, а для выведения потомства уплывают на неприступные скалистые островки.
Обитатели пляжей Новой Азоры собираются на охоту рано утром, когда солнце только встаёт над горизонтом. Первыми просыпаются плезиогагары. Они провели ночь невдалеке от массивных китовых олуш – так гораздо безопаснее. Плезиогагары спят очень чутко, и просыпаются от ночных шорохов. Они громко кричат, если обнаруживают крадущегося в темноте хищника. Пронзительные крики плезиогагар будят китовых олуш, а с этими птицами, вооружёнными «зубастым» клювом, не всякий хищник захочет иметь дело. Когда проходит ночная тревога, птицы засыпают одна за другой.
Утром плезиогагары дружно покидают берег и уходят на охоту в открытое море. Они неуклюже ползут к воде, отталкиваясь ластами и упираясь перепончатыми лапами. На суше они кажутся совершенно беспомощными, но в воде волшебным образом преображаются. Их ластообразные крылья словно «вспоминают» о своём былом назначении: плезиогагары словно «летят» под водой, взмахивая ими. Птицы развивают большую скорость, и плывут в море целой стаей. Плезиогагары не выбирают себе крупную рыбу или головоногих моллюсков – их узкий клюв не позволит им проглотить такую добычу. Но у них есть другой источник корма, гораздо обильнее: мелкая рыба, ракообразные и кальмары мелких видов. Плезиогагары прекрасно приспособлены для ловли такой добычи: массивное тело служит опорой для гибкой шеи. Короткими, но точными ударами клюва плезиогагара схватывает мелкую рыбу или кальмаров сразу по несколько штук.
Утром в верхних слоях воды ещё можно найти глубоководных рыб, которые поднимались на ночное кормление к поверхности воды. Глубоководные рыбы, совершающие масштабные вертикальные миграции – это очень важное звено в пищевых цепях океана. Ценой своей жизни они поставляют обитателям глубин органические вещества, образовавшиеся в верхних слоях воды. Набив за ночь желудки мелкими ракообразными и другими планктонными животными верхних слоёв воды, рыбы сбиваются в огромные косяки и уходят в глубину. Подготовка к вертикальной миграции – это феерическое зрелище. В лучах восходящего солнца кажется, будто под поверхностью океана бурлит ещё один океан – настолько велики косяки глубоководных рыб. Они растягиваются на сотни метров, и края таких стай исчезают в голубой дымке. Рыбы суетливо перемещаются, и поверхность гигантской стаи словно вскипает, когда небольшая стая рыб покидает её, испугавшись чего-либо. Они тут же вновь ныряют в косяк – в окружении сородичей стайные рыбы чувствуют себя в безопасности.
Когда становится светлее, привыкшие к темноте рыбы стремятся уйти в глубины. Но это удастся не всем – со стороны острова к миллионным стаям рыб движутся плезиогагары. Для них обитатели глубин с их водянистым мясом и мягкими костями – не слишком лакомая добыча, но зато таких рыб очень легко ловить. Если птицы бросятся прямо в стаю, они будут довольствоваться лишь случайной добычей. Поэтому они действуют по хорошо отработанной схеме, приносящей успех. Плезиогагары ныряют в косяк рыб, постепенно опускающийся в глубину, и отсекают от основного косяка одну стаю. Испуганные их атакой рыбы плывут в глубину ещё быстрее. Кажется, что от стаи как будто тянутся вниз дрожащие щупальца – это рыбы устремляются в спасительные мрачные глубины. Но некоторым из них не суждено вернуться домой – плезиогагары удерживают близ поверхности воды довольно большую стаю. Птицы проплывают под ней, и оттесняют рыб к поверхности воды. Наконец, плезиогагары начинают кружить вокруг косяка рыбы, постепенно сужая кольцо. Косяк сбивается в плотную массу – это и нужно плезиогагарам. Они начинают пожирать пленённых рыб – резкие выпады длинными шеями и движения острых клювов вырывают из косяка сразу по несколько рыб. К атакованной стае рыб подтягиваются новые птицы, и количество рыб постепенно уменьшается. Всё теснее круги, которые описывают птицы вокруг рыбьего косяка, уже много рыб схвачено и проглочено. Единичным рыбам удаётся прорваться в суматохе сквозь стаю плезиогагар. Они покидают поле битвы, и уходят в глубины океана, куда плезиогагары ныряют очень редко. Таким рыбам удаётся спастись, и даже найти по запаху стаю сородичей. Те же, кто искал спасения в стае сородичей, скорее всего, погибнут – плезиогагары умело используют эту особенность поведения рыб на охоте.
Утром берега Новой Азоры тонут в густом тумане. Плезиогагары уже давно покинули пляжи острова и охотятся в море, а китовые олуши только начали просыпаться. Ленивые крупные птицы потягиваются, хлопают по песку ластообразными крыльями, и зевают. Зевающая китовая олуша – довольно внушительное зрелище. В этот момент особенно хорошо видны острые зубовидные выросты, которыми покрыты края клюва этих птиц. Такой клюв обладает железной хваткой – из него не освободится ни скользкая рыба, ни наземный враг таких птиц. Китовые олуши образуют дружные пары, не распадающиеся много лет. Утром партнёры совместно заявляют о своих правах на территорию – участок пляжа, составляющий приблизительно двойную длину взрослой птицы в поперечнике. Обе птицы из пары поднимают к небу головы и дружно кричат громкими неприятными голосами, похожими на воронье карканье. Поэтому по утрам пляжи Новой Азоры – самое шумное место на острове.
Весна и лето у китовых олуш проходят в заботах о потомстве. Подобно своим северным сородичам, эти птицы откладывают за сезон одно крупное яйцо, и обе птицы из пары попеременно «высиживают» его, держа в перевёрнутых лапах. Плавательная перепонка насиживающей птицы наливается кровью, и за счёт этого яйцо получает необходимое для инкубации тепло. Сверху оно прикрыто широким хвостом птицы. Партнёры заботливо передают яйцо друг другу с лап на лапы, и птица, освободившаяся от родительских обязанностей, уходит в море на кормёжку.
В начале лета у китовых олуш появились птенцы. Эти странно выглядящие голокожие существа являются предметом нежных забот птиц обоих полов. Пока птенец мал, один из родителей всегда держит и греет его в лапах. Но подросший птенец начинает самостоятельно ползать по пляжу, а одна из взрослых птиц только присматривает за ним, отгоняя от него чужих птенцов и птиц других видов, образующих колонию на пляжах острова.
Пока птенцы малы, самец и самка кормятся в море поочерёдно. Утром, заявив о своих правах на территорию, птица, которая была «нянькой», передаёт птенца партнёру, и уходит в море кормиться. Она не только наестся, но и принесёт достаточно корма для своего потомства. Возможно, что-то из её улова останется даже другому родителю прожорливого птенца. Но с возрастом потребности птенца в еде возрастают, и родители оставляют его на берегу. Они уже вдвоём обеспечивают его кормом, возвращаясь к птенцу дважды в день. Пока солнце стоит невысоко над горизонтом, тропические китовые олуши просто отдыхают на берегу и приводят себя в порядок: чистят клювом ласты и оперение на спине. Во время чистки оперения брачные партнёры оказывают друг другу знаки внимания: они чистят голову партнёра, нежно дотрагиваясь до оперения возле его глаз.
Одни птицы даже ещё не проснулись, а другие уже ищут корм за несколько километров от берега. Море вблизи Новой Азоры напоминает исполинскую тарелку с супом – в воде плавают пряди гигантских водорослей различных оттенков бурого и зелёного цветов, которые сплетаются в сплошной плавучий ковёр. Даже свирепые штормы лишь слегка волнуют поверхность моря близ Новой Азоры – водоросли укрощают их буйный нрав своей многотонной массой.
Слоевища водорослей покрыты газовыми пузырями, которые поддерживают на плаву эти растения. Толщина ковра из водорослей достигает метра и более. В его верхней части водоросли живые, активно нарастающие, а с нижней части водорослевого ковра свисают оранжевые пряди водорослей, отмирающие из-за недостатка солнечного света. Толстый ковёр водорослей даёт пищу множеству мелких беспозвоночных животных и рыб, а они, в свою очередь, привлекают в это «морское болото» некоторых птиц Новой Азоры. По утрам на водорослевых полях Новой Азоры открывается удивительное зрелище – со стороны кажется, словно прямо по воде ходят длинноногие птицы цвета тумана. Но этот феномен объясняется очень просто: птицы расхаживают по плотному покрову водорослей. Тонкие длинные пальцы ног позволяют им бродить по водорослям, не проваливаясь. Это призрачные странники – близкие родственники крабоеда-клювача с побережья Европы. Но они отличаются от своего крепко сложенного сородича изящным и хрупким телосложением. Призрачные странники бродят по водорослям, церемонно поднимая ноги и аккуратно ставя их на сплетение растений. Птица чувствует движение мелких морских животных среди водорослей, и точный удар острого клюва настигает спасающуюся добычу. Подбросив убитое животное в воздух, призрачный странник ловко подхватывает его, быстро заглатывает, и продолжает неспешно бродить по поверхности водорослевого ковра.
Среди слоевищ водорослей находят убежище крабы, осьминоги мелких видов, и разнообразные рыбы. На поверхности водорослей развиваются личинки различных морских обитателей, а также микроскопические животные – гидроидные полипы, черви и одноклеточные. Одни из самых мелких обитателей водорослевых полей Новой Азоры – насекомые. Обычно насекомых редко можно встретить в море, но на водорослевых полях Новой Азоры встречается одно исключение из общего правила. Над водорослями целыми роями вьются мошки. Это водорослевая мошка, которая нашла удобное место для жизни в слоевищах этих растений. Её личинки бурят газовые пузыри водорослей, избегая прямого контакта с морской водой. Некоторые пузыри водорослей словно истыканы толстой иглой – это прогрызенные личинками выходы, через которые на поверхность вылезли мошки, претерпевшие метаморфоз. Такие ходы закрыты тонкой плёнкой из тканей водоросли – молодая мошка легко прорывает её головой, и выходит наружу. Она сидит на поверхности газового пузыря и ждёт несколько минут, пока обсохнут крылья. Затем мошка взлетает и присоединяется к миллионам сородичей, роящихся над водорослевыми полями.
Призрачные странники не интересуются ими – мошки слишком мелкие для того, чтобы стать добычей этих птиц. Но сами мошки постоянно напоминают призрачным странникам о своём присутствии. Они целыми роями толкутся над головами птиц, и настырно лезут в их глаза. Слёзная жидкость не так солона, как морская вода, и насекомые просто пьют её. Призрачный странник, которого одолевают эти насекомые, вынужден встряхивать головой, и глубоко погружать её в воду, чтобы смыть назойливых мошек. В туман мошки не столь докучают птицам: их крылья набухают, и мошки летают невысоко. Кроме того, туман конденсируется на телах мошек, и насекомые получают из него необходимое количество воды.
Водоросли нарастают очень быстро, поэтому личинки водорослевых мошек всегда обеспечены кормом. Мошки выводятся в изобилии, давая новое поколение едва ли не каждую неделю. Водоросли смягчают волнение моря, и насекомые садятся для отдыха и кладки яиц прямо на ковёр водорослей. Они легко ползают по плёнке поверхностного натяжения воды, сбиваясь для кладки яиц в живые «островки» чёрного цвета. Их размножению может помешать только сильный ветер, сдувающий мошек в открытое море. Но популяция этих насекомых легко восстанавливает численность за счёт быстрого размножения.
Водорослевые мошки успешно противостоят силам стихии. Но на Новой Азоре обитает существо, которое питается этими насекомыми. Каждое утро из дупла огромного кипариса, растущего недалеко от побережья, вылетают сотни длиннокрылых птиц. Они собираются в стаю и спешат к водорослевым полям. Чтобы достичь их, нужно пролететь несколько километров. Но для этих птиц такое расстояние – не проблема: это одни из лучших летунов среди птиц, туманные стрижи. Их не пугает утренний туман, висящий над водорослевыми полями – птицы хорошо видят и обладают отменной реакцией. Кроме того, в тумане эти стрижи испускают не обычные крики, а высокочастотные серии щелчков. Это проявление их способности к эхолокации. Благодаря этому свойству они аккуратно облетают призрачных странников, бродящих по водорослям, и не сталкиваются друг с другом. Пока мошки летают невысоко, туманные стрижи проносятся над поверхностью воды, преследуя их. Но, когда туман рассеивается, мошки и птицы поднимаются выше. В ясном небе туманных стрижей трудно увидеть из-за их светлой окраски, но их пронзительные крики слышны издалека. Туманные стрижи остаются над водорослевыми полями до вечера.
Когда солнце взошло достаточно высоко, на пляжах острова стало гораздо просторнее. Большинство китовых олуш плавает в море, добывая корм. Птенцы этих птиц ещё не готовы плавать – они не накопили достаточное количество жира, который позволил бы им держаться в воде без усилий. Они давно покрылись ювенильным оперением, и уже перестали быть теми беспомощными существами, какими были в первые дни жизни. Они достаточно активны – птенцы свободно ползают по берегу, отталкиваясь длинными ластообразными крыльями. Они любопытны – их привлекает любое существо, появившееся на берегу. Но любопытство может быть опасно: на Новой Азоре водятся хищники, которые могут напасть даже на взрослую китовую олушу. Поэтому рядом с птенцами на пляже остаётся несколько взрослых птиц – это птицы из устоявшихся пар, охраняющие своё потомство. Пока один партнёр находится на берегу, второй вынужден охотиться за троих: добывать пищу не только для себя, но и для партнёра, оставшегося на берегу, и для прожорливого птенца. Кроме родителей, в колонии китовых олуш остаются холостые и старые птицы, не имеющие пары. Они живут только для себя, и уходят в море, когда сами захотят поесть. Но их присутствие отпугивает от птенцов лесных хищников.
Птенцы чешутся: на любых птицах селятся разные паразиты, и китовые олуши здесь не исключение. Но видовой состав паразитов этих птиц необычен. Среди них есть насекомые, сосущие кровь – это частые гости птиц. Но на китовых олушах паразитируют также мелкие ракообразные. Веслоногие рачки внедряются в кожу этих птиц, образуя опухоли на груди и боках китовых олуш. Из этих опухолей время от времени выпадают их яйцевые мешки. На суше они быстро высыхают и яйца гибнут, но, попав в морскую воду, яйца успешно развиваются, и из них выходят науплиусы этих рачков. Некоторые ракообразные грызут плотные короткие перья китовых олуш, оставляя на телах птиц залысины. Чаще всего они атакуют холостых птиц, и селятся в местах, где птица не может их вычистить из перьев – на голове и задней части шеи. Птенцы китовых олуш тоже поражены паразитами: они получают их от взрослых птиц, когда родители ухаживают за потомством. Но родители очищают своих птенцов, как могут. Супружеские пары китовых олуш тоже могут помочь друг другу, очищая партнёра от паразитов там, где он сам не может почиститься. Такая форма поведения имеет значение не только для гигиены: таким способом поддерживается связь между брачными партнёрами, которая может сохраняться всю жизнь – пока одна из птиц не погибнет. Но даже холостые или вдовствующие птицы обеспечены хорошим уходом. Когда птицы-гиганты отдыхают, из растущих неподалёку кустарников к ним прилетают небольшие длиннохвостые птицы неброского желтовато-серого цвета. Это пляжные землешарки – дальние родственники трясогузок эпохи голоцена. Каждая птица этого вида занимает определённую территорию на пляже, и считает китовых олуш, гнездящихся на ней, своими законными кормовыми угодьями. Проворная птица очищает крупных морских птиц от паразитов более тщательно, чем это могут сделать сами китовые олуши, вооружённые огромными «зубастыми» клювами. Мелкие птички безбоязненно бегают по телам морских великанов, склёвывая с них паразитов. Острый клюв пляжной землешарки аккуратно и точно выдёргивает паразитических рачков, держащихся за перья птицы. Также пляжные землешарки охотятся в воздухе, ловко схватывая мух в воздухе над птицами. Специфический запах крупных птиц и их помёт привлекают мух и других насекомых, поэтому пляжные землешарки не остаются голодными. Каждая из этих птиц следит за неприкосновенностью границ своей территории, и защищает её от чужаков. Эти птицы гнездятся в кустах, куда не залезают неуклюжие китовые олуши и их соседи.
Днём на пляжах Новой Азоры становится заметно просторнее и тише. В это время большинство взрослых китовых олуш кормится в море. Неуклюжая и медлительная на суше, эта птица становится очень ловкой и быстрой в море. Взмахивая ластообразными крыльями, китовые олуши словно «вспоминают», что их предки были одними из лучших летунов среди морских птиц эпохи голоцена. Небольшие группы этих птиц охотятся на крупную рыбу и кальмаров далеко в море. Обычно самая лучшая добыча встречается там, где в воде появляются небольшие скопления плавающих водорослей. Заросли водорослей привлекают разных мелких животных, а за ними охотятся кальмары крупных видов, и рыбы. Но такой добычи не хватило бы на большую стаю этих птиц, поэтому китовые олуши во время охоты рассчитывают только на собственные силы, а не на слаженные действия в группе. Этим они отличаются от плезиогагар, но ведь и добыча у этих птиц совсем различная.
Охотящиеся китовые олуши почти неслышно «летят» в воде, ритмично взмахивая крыльями. Время от времени одна из птиц всплывает к поверхности воды, и делает резкий выдох-вдох, подобно дельфину. На поверхности воды сверкает лаково-красный клюв, мелькают чёрные пятна на белом фоне оперения, и птица снова ныряет. Красный клюв не мешает птице охотиться – морская вода быстро поглощает красные лучи солнечного спектра, поэтому под водой главное оружие тропической китовой олуши кажется чёрным.
Птицы-гиганты удалились от берега больше, чем на десять километров. Они ищут плавающие водоросли, которые оторваны течением от края водорослевых полей. Это несложно сделать – на небольшом расстоянии от берега такие островки водорослей представляют собой большую редкость, но их много плавает в открытом море. Вскоре птицы находят такой островок водорослей длиной около десяти метров и толщиной более метра. Он богат жизнью: при приближении китовых олуш в гущу водорослей юркнула целая стая мелких рыбок. Это привлекло внимание птиц, и они окружили островок. Проплывая около него, птицы внимательно вглядываются в заросли, пытаясь обнаружить обитателей этого мира. Неосторожное движение выдало присутствие одного из обитателей. Ловкое движение клюва, и одна из китовых олуш, почти не останавливаясь, выдернула из зарослей небольшого осьминога. Схваченный моллюск пытается освободиться: он интенсивно и резко меняет цвет, его щупальца извиваются, а острый роговой клюв царапает челюсти китовой олуши. Но птица слегка сжимает челюсти, и зубовидные выросты по краям передней части клюва прокалывают тело осьминога. Один из «зубов» протыкает его хрящевую головную капсулу, и моллюск погибает. Китовая олуша быстро проглатывает его, пока добычу не отняли менее удачливые сородичи. Другая птица резким движением погружает клюв в сплетение водорослей, и выдёргивает из них небольшую рыбу, которую также спешно проглатывает. Но такая добыча – это лишь лёгкая закуска: тропические китовые олуши ловят более крупную добычу. Покинув островок плавающих водорослей, птицы плывут дальше. А напуганные обитатели водорослей постепенно успокаиваются и продолжают свою повседневную жизнь.
Проплыв ещё несколько сотен метров, китовые олуши находят ещё один островок водорослей. И, похоже, здесь их ожидает гораздо лучшее угощение: они замечают, как возле бархатистых слоевищ водорослей серебрятся бока рыб. Крупные пелагические рыбы часто встречаются возле плавающих водорослей – одни виды откладывают на водоросли икру, а другие охотятся. Но сейчас сами охотники превратились в добычу, когда на сцене появились китовые олуши. Косяк рыб отреагировал на появление хищников привычным манёвром: рыбы образовали плотное шарообразное скопление, и бросились от преследующих их птиц. Рыбы и птицы имеют друг перед другом преимущества и слабые места. Рыбы дышат жабрами, и им нет нужды всплывать к поверхности. А китовые олуши связаны с поверхностью воды, и не могут бесконечно плавать под водой. Зато они более выносливы, а рыбы не могут долго удирать от них на предельной скорости. Поэтому шансы охотников и добычи примерно равны. Рыбы уплывают и прячутся среди водорослей, а китовые олуши одна за другой всплывают подышать. Но зато потом птицы бросаются к косяку рыб с поверхности воды, словно ястреб с неба. Они врезаются мощными телами в водоросли и раздирают их клювом, если водоросли случайно мешают их охоте. Птицы неотрывно держатся за косяком рыб, и ориентируются не только на рыб, но и на собственных сородичей, которые их преследуют. Несколько минут такой гонки, и рыбы начинают уставать. Они плывут медленнее, чем раньше, и расстояние между ними и птицами постепенно сокращается. И вот первая китовая олуша врезается в косяк, и её клюв смыкается на теле одной из рыб. За ней добычу атакует вторая птица, и через несколько секунд все китовые олуши начинают избиение загнанных рыб. Птицы убивают рыбу, и торопливо заглатывают, после чего снова устремляются за косяком. В воде распространяется запах крови рыб, привлекающий других обитателей моря. Мелкие планктонные рачки кружатся в облаках рыбьей крови, словно одурманенные её запахом. Но их поведение объясняется просто: они фильтруют мельчайшие сгустки крови и проглатывают их.
Рыбы безуспешно пытаются спрятаться среди водорослей: острые клювы китовых олуш находят свою жертву с убийственной точностью. И у рыб, измученных долгой погоней, остаётся единственный путь спасения: плыть вниз. Косяк рыб выбирается из водорослей, и начинает погружаться в более глубокие слои воды. Олуши неохотно следуют за ними – многие птицы в стае уже насытились, и не собираются продолжать погоню. Но одна из птиц решается преследовать рыб дальше. Она всплывает к поверхности воды, делает несколько глубоких вдохов, и ныряет. Косяк рыбы скрывается в голубой мгле, но птица за несколько взмахов крыльев догоняет его. Китовая олуша может нырять на несколько десятков метров, поэтому ей не составляет труда поймать и проглотить ещё нескольких рыб. Проглотив последнюю жертву, она начинает подъём. Вначале окружающая вода кажется тихой, но затем вдали мелькает зловещий силуэт огромного кальмара-косатки – одного из опасных хищников Атлантики. Это гигантское головоногое, очевидно, было привлечено запахом крови рыб, которых поймали китовые олуши. Почувствовав присутствие такого хищника, китовая олуша стала чаще взмахивать крыльями, и устремилась вслед за сородичами. Кальмар-косатка может вдвое превышать в длину китовую олушу, и это хищник, с присутствием которого китовым олушам приходится считаться. Немало этих птиц, особенно молодых, гибнет от укуса огромного моллюска, или задыхается в петлях его сильных щупальцев. Впрочем, молодь этого кальмара часто становится добычей тропических китовых олуш.
В период глобального экологического кризиса на рубеже голоцена и неоцена много видов пелагических рыб вымерло. Их место почти сразу же заняли извечные конкуренты рыб – головоногие моллюски. Среди них появились разные виды – от одиночных гигантских хищников типа кальмара-косатки до мелких стайных существ, чья единственная защита от врагов состоит в высокой численности и скорости воспроизводства. Таковы сельдевые кальмары – один из мелких видов кальмаров. Их косяки достигают гигантской численности и растягиваются на многие десятки метров. Живыми или мёртвыми, эти существа составляют основу рациона множества морских хищников.
Косяк головоногих моллюсков спокойно кормится среди скопления мелкого зоопланктона. Сельдевые кальмары подхватывают тонкими щупальцами мелких креветок и мизид, подтягивают их ко рту, наносят укус в панцирь, и спокойно поедают. Кальмар быстро поедает одного рачка за другим, выкусывая у них заднюю часть головогруди и мясистое брюшко двумя укусами клюва. От рачка остаются лишь передняя часть головогруди с усами и челюстями, и малосъедобные ноги. Покончив с одним рачком, кальмар делает короткий бросок, и настигает следующего. Сельдевые кальмары питаются быстро – за пять секунд моллюск расправляется с ракообразным длиной около двух сантиметров, и даже успевает поймать ещё одного.
Но сами кальмары тоже вот-вот станут добычей: в освещённых солнцем верхних слоях воды скользят силуэты длинношеих птиц. Плезиогагары покидают пляжи Новой Азоры утром, и возвращаются на берег незадолго до заката. Эти ловкие пловцы замечают сельдевых кальмаров, и начинают охоту. Птицы машут ластообразными крыльями и быстро приближаются к пирующим сельдевым кальмарам. Спасаясь от них, головоногие сбиваются в стаю, и бросаются прочь. Постепенно стая кальмаров выстраивается широким полумесяцем, выгнутым вперёд. Плезиогагары стараются сбить кальмаров в небольшой плотный косяк, который легко облавливать. Они бросаются вслед за кальмарами, и стараются отсечь центральную часть косяка. Время от времени птицы хватают отставших кальмаров, и тут же заглатывают их целиком. Но это только случайная добыча, которая лишь раззадоривает аппетит птиц. Плезиогагары гонят косяк сельдевых кальмаров достаточно долго, и их план удаётся – птицы рассекают стаю кальмаров на три части. Боковые части косяка кальмаров исчезают в морских глубинах, но средняя часть стаи, где находятся самые крупные особи, окружена. Кальмары пытаются прорваться в глубину, но плезиогагары оттесняют их к поверхности воды. Они не погружаются глубоко, и время от времени всплывают на поверхность воды за вдохом свежего воздуха.
С поверхности воды кажется, словно море закипает – сельдевые кальмары выпрыгивают на поверхность воды, спасаясь от птиц, теснящих их снизу. По краям косяка кальмаров из воды показываются головы плезиогагар на длинных шеях – птицы делают вдох, и снова ныряют. Охота в стае в очередной раз дала прекрасный результат. Птицы схватывают кальмаров, проплывая под их косяком. Они не пускают головоногих в море, и косяк кальмаров постепенно редеет.
Тень огромной птицы скользит по волнам: над охотящимися плезиогагарами пролетает альбатрос-кочевник. Эта птица большую часть года странствует по свету, используя ветер, и улетает очень далеко от мест своего гнездования. Когда в южном полушарии наступит лето, он улетит на субантарктические острова и обзаведётся потомством, но пока он остаётся на севере.
Этот великан воздуха долго наблюдал с высоты за охотой плезиогагар, описывая большие круги над волнами. По опыту альбатрос-кочевник знает, что в случае успеха плезиогагар он также может поживиться их добычей. Сделав очередной круг, он спускается ниже, и летит над самой поверхностью воды, задевая волны кончиками крыльев. Пролетая над окружённым косяком сельдевых кальмаров, птица быстро погружает клюв в воду и подхватывает кальмара. Напуганные появлением крылатого чудовища, кальмары буквально обезумели: они бросились прямо на плезиогагар, окруживших их косяк. Птицам с большим трудом удалось снова согнать кальмаров, но несколько моллюсков всё же прорвало окружение и исчезло в глубине. Альбатрос-кочевник кружит над охотящимися плезиогагарами, и спокойно ловит окружённых ими кальмаров. Пока плезиогагары сдерживают косяк сельдевых кальмаров, он использует возможность поесть легко и быстро. Но косяк кальмаров постепенно исчезает в желудках птиц. Сытые плезиогагары уже не желают принимать участие в охоте, и уплывают. Несколько сотен сельдевых кальмаров всё-таки сумело пережить охоту птиц, и наградой за это им будет жизнь и возможность оставить потомство. Когда плезиогагары перестали теснить моллюсков к поверхности воды, кальмары быстро исчезали в глубине.
Альбатрос-кочевник сделал несколько кругов над местом, где охотились плезиогагары. Он увидел, как эти нелетающие птицы прекратили удерживать кальмаров, как моллюски поплыли в морские глубины, и понял, что здесь уже можно не искать корм. Величественно взмахнув крыльями, огромная птица взлетает.
Поверхность океана под его крыльями меняется: вначале в чистой воде появляются отдельные островки плавающих водорослей, затем свободная от водорослей вода остаётся только в виде узких каналов в зарослях водорослей, а потом водоросли и вовсе образуют сплошной покров на поверхности океана. Над водорослевыми полями альбатрос-кочевник взлетает выше. Он привык кормиться в чистой воде, поэтому здесь он ничего не сможет поймать. Если же он зацепится клювом или лапами за водоросли, и потеряет равновесие, это может обернуться для него трагедией: массивная птица просто не сможет совершить разбег на полужидком месиве из водорослей, и просто утонет в том морском болоте. Альбатроса-кочевника окружают туманные стрижи. Эти мелкие птицы гоняются за водорослевыми мошками, но почтительно освобождают дорогу огромной птице.
По иронии судьбы, среди водорослей обитает много разнообразных живых существ, которые оказываются недоступными этому морскому бродяге. Но они тоже не чувствуют себя в безопасности: за ними охотятся птицы совсем другого плана строения. Призрачные странники прилетели на поля плавающих водорослей ранним утром, но даже в середине дня они всё ещё кормятся. Эти нескладные птицы – не столь хорошие летуны, как альбатрос-кочевник, зато они умеют ходить по зыбкому ковру водорослей. Опираясь длинными пальцами на плавающие водоросли, лёгкая птица распределяет свой вес на большую площадь. Сплетение водорослей слегка покачивается при каждом шаге птицы, но она не вязнет в них. Призрачные странники опускают голову под воду, и пытаются определить присутствие живых существ с помощью чувствительного клюва. По краям клюва у них есть скопления чувствительных клеток, улавливающие движение воды. От зрения при подводной охоте никакой пользы – обитатели водорослей искусно маскируются, повторяя формой и окраской тела окружающие их растения. Поэтому призрачный странник не испытывает неудобства, когда закрывает глаза, опуская голову в воду. Шаги птиц вспугивают крабов и рыб, прячущихся среди растений, а волны, расходящиеся от добычи, выдают её присутствие. После этого следует точный удар клюва, и добыча поймана. Но иногда случается и другое – охотник и добыча меняются местами. Ничто не предвещает опасности на водорослевых полях: ветер слабый, вода тихая, и призрачные странники спокойно бродят по водорослям целой стаей. При этом птицы держатся на определённом расстоянии друг от друга, соблюдая дистанцию. Но неожиданно одна из птиц словно вязнет – она пытается вытянуть ногу из воды, но не может этого сделать. Птица делает рывок, хлопает крыльями, и пытается освободиться. Затем слышится короткий тревожный вскрик, всплеск, и птица внезапно исчезает под водой. Другие птицы, искавшие корм поодаль, тревожно оглядываются, но не замечают ничего подозрительного. Через несколько минут они просто забывают об этом событии, и продолжают поиск корма. А на месте исчезнувшей птицы может всплыть несколько перьев, или совсем не останется никаких следов. У призрачных странников есть враги: осьминоги и хищные рыбы, маскирующиеся среди водорослей, могут ловить и поедать этих птиц. Но эти птицеловы смогут одолеть далеко не всякую птицу: им самим приходится опасаться других жителей Новой Азоры.
Призрачный странник осторожно нащупывает дорогу среди водорослей. Он бродит по краю полыньи в сплошном покрове водорослей, и вглядывается в воду. Иногда он замечает серебристые бока мелких рыб, которые ищут мелких рачков и другую живность в водорослях. Призрачный странник охотно питается рыбой, поэтому он замирает на краю зарослей водорослей, и ждёт появления рыб. Серебристые бока и тёмные спины мелких рыб замелькали вблизи поверхности воды, и призрачному страннику удалось добыть одну из них. Хрупкая сизая птица торопливо проглотила добычу, и приготовилась к продолжению охоты. Но внезапно рыбы бросились к водорослям, и забились в их гущу. Среди водорослевых полей Новой Азоры вода удивительно прозрачна, и причина беспокойства рыб видна издалека. На поверхность воды всплывает несколько пузырьков воздуха, а из подводной мглы появилось большое существо белого цвета. Призрачный странник не увидел приближения этого существа – отблеск солнца на волнах мешал ему видеть всё, что происходит под водой. Поэтому для него было полной неожиданностью, когда из волн появился красный клюв с зажатой в нём рыбой. Плеск воды и шумный выдох испугали призрачного странника, птица вспорхнула и отлетела в сторону. А на поверхности воды появилась великолепная тропическая китовая олуша. Призрачный странник не улетает далеко от этого пернатого великана – в присутствии китовой олуши подводные хищники затаиваются, или вовсе уплывают. Поэтому призрачному страннику надо лишь быть осторожным, бродя рядом с массивной и неуклюжей морской птицей. Гигантская птица поднимает голову, встряхивает клювом, чтобы рыба сорвалась с острых зубовидных выростов, и заглатывает её целиком. Затем птица выползает отдохнуть на водоросли, загребая мощными ластами. Это самец-холостяк, ещё не достигший возраста, позволяющего образовать пару. У него белоснежное оперение, а чёрные перья растут только на краях ластообразных крыльев. Он не обременён семейными заботами, поэтому проводит в море целый день, не возвращаясь на берег. Некоторые особи китовых олуш могут даже ночевать на коврах морских водорослей, особенно вне периода гнездования. Но они должны быть осторожными – в море есть гиганты, охотящиеся на китовых олуш. В Северной Атлантике водится гигантская рыба, акула-кашалот – чудовище длиной до 25 метров. Эта рыба обладает очень чувствительным обонянием, и может схватить из-под воды спящую птицу, если почувствует её присутствие. Днём акула-кашалот держится на глубине, но по ночам она часто всплывает к поверхности воды, преследуя кальмаров и крупных рыб, составляющих её добычу. Эта рыба атакует спящих среди водорослей китовых олуш сокрушительным ударом головой снизу. Её атака убивает сразу – удар крепкого рострума акулы разбивает грудную клетку птицы, или ломает ей позвоночник. Спасение ночующей в океане китовой олуши состоит в том, чтобы водоросли хоть как-то замаскировали её запах: акула охотится с помощью обоняния, и у неё плохое зрение. Впрочем, среди водорослей охотиться с помощью зрения бесполезно – в густых водорослях легко может спрятаться даже такая крупная добыча, как китовая олуша.
Днём часть китовых олуш возвращается на берег – они сменяют партнёра на дежурстве у птенца, кормят его и птенца. С волной прибоя птица выползает на берег, и сразу превращается в медлительное существо. Загребая песок ластами и отталкиваясь лапами, китовая олуша выползает на берег. Некоторым птицам приходится проползать через чужие территории, и, если один из хозяев территории на месте, пляж оглашается его недовольным криком. Но нарушитель границ не обращает на него внимания – его больше заботит голос его брачного партнёра, к которому примешивается крик голодного отпрыска. Первым делом нужно накормить потомство, и птица, прибывшая с охоты, отрыгивает пойманную добычу, и аккуратно перемещает её ближе к белому пятну на конце клюва. У птенца китовых олуш развилась особенность поведения, похожая на характерную для птенцов чаек – выпрашивая пищу, он прикасается клювом к белому пятну на клюве родителя. Это стимул для родителя отрыгнуть часть пищи и поделиться ею с птенцом. Отрыгнутая добыча помещается ближе к этому пятну, и птенец берёт её из клюва родителя.
У растущего птенца отменный аппетит – за одно кормление он способен съесть до пяти килограммов рыбы и кальмаров, а за день поглощает около пятнадцати килограммов пищи. Он легко заглатывает целиком рыб длиной до двадцати сантиметров. Такой аппетит является жизненной необходимостью для птенца – за период родительской заботы молодая птица должна вырасти и набрать вес не менее двух третей от веса взрослой птицы. Тогда к концу сезона размножения молодая птица сможет покинуть пляжи Новой Азоры, и мигрировать вместе с родителями по океану в поисках корма. Новая Азора – идеальное место для большой популяции тропических китовых олуш: здесь продуктивность океана особенно высока благодаря встрече двух течений, а также подъёму глубинных вод, богатых питательными веществами.
Когда птенец набивает желудок, его родители сменяются на страже потомства, и другая птица уходит в море. Одна за другой китовые олуши, освободившиеся от родительских обязанностей, сползают в воду. Когда волна накрывает этих птиц, они некоторое время остаются на мелководье, испытывая удовольствие от морской прохлады. Затем решительным движением крыльев китовые олуши покидают прибойную зону и устремляются в море. Гигантские птицы плывут над мелководьем, точно крылатые дирижабли. Они не ищут здесь корм, зато для других птиц из колоний Новой Азоры кормовые угодья располагаются здесь. Гагары-хохотуньи, уменьшенное подобие китовых олуш, добывают мелких рыб, осьминогов и крабов, поселяющихся на мелководье. Новоазорский подвид этих птиц мельче, чем континентальный, распространённый по атлантическому побережью Старого Света. Эти птицы, окрашенные в чёрный и белый цвет, территориальны и нетерпимы к сородичам – пара этих птиц совместно контролирует участок побережья, изгоняя с него других птиц этого вида. Океан щедр, и предоставляет достаточно пищи как плезиогагарам, так и китовым олушам. Но гагара-хохотунья добывает корм на мелководье, которое не бесконечно. Поэтому новоазорские птицы этого вида мельче континентальных – размер принесён в жертву численности популяции, обеспечивающей воспроизводство.
Плезиогагары и китовые олуши плавают, взмахивая крыльями, превращёнными в ласты. Гагара-хохотунья на суше и под водой движется с помощью лап. Одновременно отталкиваясь лапами, птица развивает под водой скорость, достаточную для преследования мелководных обитателей. Её добыча не отличается проворством и склонностью плавать далеко – обычно обитатели мелководья предпочитают прятаться от хищника на дне. Пара гагар-хохотуний плывёт над дном, осматривая его. Время от времени обе птицы синхронно всплывают за воздухом, и снова ныряют. Они замечают многое, что скрыто от взглядов непосвящённых – облачко мути в том месте, где в песке спряталась рыба или креветка, или шевеление осьминога, скрывающегося среди водорослей. Когда к берегу прибивает заросли плавучих водорослей, эти птицы ищут корм среди них. Острые клювы раздирают заросль, и птицы одна за другой ловят мелких животных, спасающихся бегством. Обычно же эти птицы обследуют дно в поисках корма. Проплывая над дном, одна из птиц вспугнула мелкую рыбу из числа бычков – обычных обитателей прибрежных вод Старого Света. Рыба выскочила из песка, подняв облако ила, проплыла несколько метров, и с разгону нырнула в песок. Одна из гагар развернулась, и подплыла к этому месту. Она начала зондировать песок, втыкая в него клюв. Несколько попыток были безуспешными, но, когда птица воткнула клюв в песок в очередной раз, из песка выскочил бычок. Он проплыл около метра, и нырнул в песок… но буквально через секунду его пронзил острый клюв гагары-хохотуньи. Птица мгновенно убила бычка, извлекла его из песка и торопливо заглотнула. Покончив с добычей, гагара-хохотунья всплыла за воздухом. Она высунулась из воды, сделала несколько вдохов, и вновь нырнула. Интенсивно работая лапами, птица бросилась вслед за своим брачным партнёром.
Мелководье – относительно безопасная часть моря. Сюда не заплывают гигантские кальмары-косатки и акулы-кашалоты. Лишь их мёртвые тела изредка выбрасывает прибой на радость обитателям Новой Азоры, которые не брезгуют падалью. На мелководье молодые китовые олуши получают первые уроки подводного плавания, прежде чем окунутся в полный опасностей мир, расположенный в открытом море. Птичья колония на берегу – это место, где они могут чувствовать себя в безопасности от гигантских хищных рыб и головоногих моллюсков, а также от наземных жителей Новой Азоры, которые иногда выходят на побережье острова.
В доисторические времена на Азорских островах не было наземных млекопитающих, за исключением летучих мышей, которые расселились на острова естественным путём. В неоцене в лесах острова встречаются разнообразные наземные млекопитающие – это результат деятельности человека, одно из многих свидетельств существования вида, который мог менять ареалы других видов, бездумно расселять и столь же безумно уничтожать их. После вымирания людей завезённые ими млекопитающие эволюционировали, став частью новой экосистемы островов. Усиление вулканической активности, которое привело к превращению архипелага в единый остров, уничтожило часть первоначально появившихся видов. Но млекопитающие всё равно встречаются в лесах и горах острова, а некоторые виды регулярно посещают побережье и беспокоят колонии морских птиц.
Колючий зверь с большой головой вразвалку шагает по берегу, сторонясь прибоя. Волны смывают цепочку его пятипалых следов с глубокими ямками от длинных острых когтей. Его предок был небольшим насекомоядным млекопитающим, а потомок превратился в зверя размером с барсука. Это азогалерикс – всеядное млекопитающее Новой Азоры, потомок европейского ежа и ещё один вид, оказавшийся не там, где ему положено быть, благодаря человеку. Иглы азогалерикса стали длинными и прочными: ему есть, от кого защищаться – эти леса богаты разнообразными живыми существами, и некоторые из них питаются другими животными. Азогалерикс похож на дикобраза, но всеяден, в отличие от этого грызуна. Этот зверь не брезгует никакой пищей, однако он особенно любит мясо и рыбу. Обоняние подсказывает азогалериксу, что на берегу можно найти что-нибудь съедобное. Поэтому звери этого вида, обитающие вблизи моря, часто бродят по прибрежной полосе, особенно после шторма. Но этот азогалерикс направляется прямо к колонии китовых олуш. Он знает, что возле колонии птиц можно найти пищу – мёртвых птенцов, случайно задавленных взрослыми птицами, или отрыгнутую взрослыми птицами рыбу. Но сезон размножения у китовых олуш уже подходит к концу, и сейчас ему нечем поживиться – птенцы китовых олуш не страдают отсутствием аппетита, поэтому весь корм поглощается ими бесследно. Все птенцы, что могли умереть от естественных причин, уже давно погибли, а оставшихся, здоровых и имеющих все шансы на выживание, защищают взрослые птицы. Когда азогалерикс подходит к краю колонии китовых олуш, несколько взрослых птиц обращают на него внимание. Азогалерикс подошёл к колонии открыто, и его приближение не было внезапным. Поэтому китовые олуши не стали его опасаться – это явно не враг, нападающий тайно и убивающий бесшумно. Тем не менее, наличие в колонии молодых птиц заставляет взрослых китовых олуш демонстрировать азогалериксу угрожающие сигналы. Одна из птиц поворачивается навстречу колючему чужаку, и несколько раз щёлкает длинным красным клювом. В ответ на это азогалерикс нагибает голову и встряхивает ею. Слышится трескучий звук – иглы на его голове бьются друг об друга, и это его угрожающий сигнал. В ответ на демонстрацию азогалерикса несколько взрослых птиц, отдыхавших поодаль, приподнялись на крыльях и начали громко кричать. К ним присоединился молодняк, и вскоре крики огромных птиц стали совершенно невыносимыми. Взрослая китовая олуша, лежавшая на песке ближе всех к этому животному, приподнялась на крыльях и сделала шаг навстречу азогалериксу. Она начала покачивать головой из стороны в сторону, демонстрируя азогалериксу яркий клюв. Но в ответ на это зверь ощетинился и мелко задрожал всем телом. Пустотелые иглы загремели, словно гигантская трещотка. Азогалерикс явно не собирался отступать. И тогда взрослая китовая олуша применила оружие, которое давно спасало этих птиц от разных наземных хищников. Она широко раскрыла рот, и извергла в сторону азогалерикса вонючий фонтан из рыбьего жира и полупереваренной рыбы. После этого китовая олуша развернулась, и поползла в сторону колонии. Любое животное с тонким обонянием давно сбежало бы прочь от омерзительного запаха, который стал распространяться от этой массы. Но азогалерикс лишь отошёл на несколько шагов в сторону, и принюхался. Он явно не спешил уходить, тем более, что по его понятиям эта масса птичьей отрыжки пахла вполне аппетитно. Азогалерикс непривередлив в еде, и для него такое малоаппетитное «угощение» вполне по вкусу. Зверь подошёл ближе к комьям зловонной массы, лизнул один из них, извлёк оттуда полупереваренную рыбину, и проглотил. Атака китовых олуш возымела эффект, но явно не тот, что был нужен. Азогалерикс не только съел всё, что извергла в него китовая олуша, но даже попробовал лизать песок, пропитанный рыбьим жиром. Когда ничего съедобного не осталось, азогалерикс скрылся в кустах.
Когда солнце начинает клониться к закату, пляжи Новой Азоры постепенно оживают. Взрослые тропические китовые олуши возвращаются с рыбной ловли, неся в желудке около 25 – 30 килограммов рыбы. Выползая на берег, китовая олуша движется медленно. Она опирается на крылья и отталкивается лапами, оставляя за собой характерный след – словно по песку протащили тяжёлый мешок.
Значительная часть улова будет съедена молодыми птицами, которым нужно успеть вырасти, пока родители заботятся о них. Вечернее кормление происходит шумно и бурно. Взрослые птицы разевают клювы и отрыгивают пойманную рыбу, отчего над колонией отчётливо распространяется специфический запах. Молодые птицы жадно выдёргивают корм из клюва родителей, и торопливо глотают его, дёргая шеей – иногда проворный птенец успевает не только съесть свою долю корма, но и обокрасть менее расторопного соседа. Это последняя за сегодняшний день возможность поесть для молодых птиц. До утра они больше ничего не получат от родителей. Взрослые птицы во время выкармливания молодняка живут впроголодь, но после того, как родительские заботы завершатся и молодые птицы станут самостоятельными, они легко восстановят физическую форму на богатых рыбой угодьях по краю водорослевых полей.
Плезиогагары, возвращающиеся с дальней рыбалки, также покидают море и устраиваются на пляже ночевать. Эти птицы сторонятся китовых олуш – если плезиогагара заползёт на их территорию, китовая олуша может легко убить эту птицу, приняв её за нарушителя границ. Поэтому плезиогагары держатся небольшими, но тесными группами на «ничейной» территории.
Китовые олуши оберегают свою территорию от соседей, но при жизни такими тесными колониями конфликты просто неизбежны, и вырастают буквально из ничего.
Одна из самок тропической китовой олуши возвращается с рыбной ловли к своему самцу. Она удачно поохотилась в зарослях плавающих водорослей, и несёт птенцу в желудке нескольких небольших осьминогов, кальмара и много рыбы. Её территория располагается довольно далеко от линии прибоя – почти возле чахлых кустарников, окаймляющих пляж. Птица с трудом ползёт, отталкиваясь от песка ластами. Время от времени она отдыхает, тяжело дыша. Её самец вскоре заметил её среди множества птиц, выползающих на берег, и приветствовал громким одиночным криком. Самка приподнялась на крыльях, и ответила на его призыв. Но она сделала это очень не вовремя: она задержалась на территории, где пара птиц уже воссоединилась, и самец занимался кормлением птенца. Его самка восприняла крик чужой самки на своей территории как вызов, и бросилась к обидчице. Она ползла так быстро, как могла, и кучи песка взлетали из-под её крыльев. Несколькими движениями крыльев она добралась до самки, возвращавшейся с рыбной ловли, и её клюв громко щёлкнул возле лапы этой самки. Хозяйка территории грозно закричала – её голос, похожий на карканье, заставил обернуться всех окружающих птиц, и даже её самец отвлёкся от кормления птенца, подняв голову. Он тоже заметил нарушительницу границы, и поспешил на помощь самке.
Невольная нарушительница границ не стала вступать в конфликт – она заметила, что к самке, которая попыталась напасть на неё, присоединился самец, и силы стали неравными. Поэтому она быстрее поползла к своей территории, окликая своего самца, а следом за ней двинулась супружеская пара птиц, территорию которых она нарушила. Её самец ответил на крик. Приближаясь к нему, преследуемая самка китовой олуши почувствовала себя гораздо увереннее, а её преследователи уже не казались ей такими опасными. Достигнув края своей территории, она развернулась, и вдвоём с самцом поползла уже навстречу обидчикам, встав между ними и своим птенцом. Её преследователи, достигнув невидимой границы территории, уже не решались двигаться дальше – им навстречу повернулось сразу два клюва, и две птицы, готовые защищать собственную территорию, стали их противниками. А они сами превратились в нарушителей чужих границ.
Конфликт постепенно разрастается: задержавшись на чужой территории, пара китовых олуш привлекла внимание ещё нескольких птиц. А самец обиженной ими самки, защищая территорию, начал внушительные демонстрации своей силы. Он приподнял переднюю часть тела, опираясь на крылья, и громко закричал, подняв голову вверх. Затем это же движение повторила самка. Обе птицы, слегка выгибая шею, раскрывают ласты-крылья, чтобы казаться больше, и хлопают ими по песку, разбрасывая его в стороны. Эти действия сопровождаются громкими криками. Физические контакты при выяснении отношений сведены у этих великанов к минимуму: массивные птицы могут поранить друг друга до смерти, поскольку их острые клювы снабжены зубовидными выростами. А при неудачном стечении обстоятельств птица может сломать челюсти, и неминуемо погибнуть от голода.
Пара птиц, затеявшая погоню, понимает, что находится в проигрыше. Они находятся на чужой территории, и к тому же привлекли внимание ещё нескольких птиц. Но остальные птицы тоже не желают продолжать бесполезные демонстрации сил до бесконечности. Все птицы постепенно начинают избегать конфликта: они угрожают «в сторону», постепенно отворачиваются от соперника, и демонстрируют силу менее активно. С опустевшей территории доносится крик недокормленного птенца, и родительский инстинкт берёт верх над агрессией. Нарушители границ отползают на свою территорию, и конфликт постепенно угасает, сменяясь спокойствием и отдыхом.
Когда гигантские птицы отдыхают на берегу, за свою работу принимаются другие существа. Пляжные землешарки снуют между телами китовых олуш, склёвывая паразитов. Гигантские птицы не обращают внимания на своих санитаров, хотя землешарки проделывают нужную и важную работу. Землешарка садится на голову отдыхающей китовой олуши. Птица-великан не стряхивает её, а лишь осторожно прикрывает глаз, когда её маленький чистильщик аккуратно исследует клювом перья на её голове. Пляжная землешарка ищет паразитических рачков, которые часто поселяются на коже китовых олуш между перьями – на голове птица не может счистить паразитов сама, и они могли бы спокойно сосать её кровь, если бы не было землешарок.
К вечеру в море вблизи острова остаются лишь единичные птицы, а большинство морских птиц собирается на побережье. Неподалёку от колонии тропических китовых олуш бродят призрачные странники. Они высоко поднимают ноги с длинными пальцами, и аккуратно ставят их на землю, словно боясь споткнуться о собственные пальцы. На песчаном берегу эти птицы появляются редко, и не останутся ночевать на пляже – китовые олуши довольно массивны, и могут задавить заснувшую птицу. А близость леса вообще не сулит небольшим птицам ничего хорошего. Поэтому призрачные странники улетят ночевать на скалистые берега – этой ночью океан будет спокойным, и на скалах безопаснее. Хищники также нечасто появляются в скалистых участках побережья. Несколько птиц, не наевшись в море, кормятся на берегу. Они ловят насекомых, расковыривая лежащий на берегу гнилой ствол дерева, выброшенный волнами несколько месяцев назад во время шторма. Кроме насекомых, им попадаются небольшие улитки и даже рачки из числа бокоплавов, селящиеся в пробуренных насекомыми норках. Одна из птиц не расклёвывает трухлявую древесину, а осторожно отгребает пальцами влажный песок из-под ствола дерева. И тут же точным ударом клюва она добывает маленького краба, который спрятался в мокром песке.
Высокий ствол гигантского оливкового дерева тоже служит местом ночёвки морских птиц. Много лет назад буря выломала одну ветвь, и дерево начало прогнивать изнутри. Вершина этого дерева вполне жива и покрыта глянцевой зеленью, но ствол пустотелый, и прогнил почти наполовину. Вечером к этому дереву возвращаются с кормления туманные стрижи. Стаи этих длиннокрылых птиц собираются ещё в море. Когда они начинают устраиваться на ночёвку, издалека кажется, что дерево всасывает струю дыма. Туманные стрижи точно влетают в дупло на месте выломанной ветви, и устремляются по полому стволу точно в то место, где их ожидают птенцы. Птенцы туманных стрижей отлично приспособлены к тому, чтобы питаться редко: за день родители посещают их всего два или три раза, а основную порцию корма молодая птица получает вечером. Птенцы туманных стрижей весь день висели в вертикальном положении, вцепившись когтями в стенки дупла и впав в своеобразное оцепенение. Прилёт взрослых птиц выводит их из этого состояния. Влетая в дупло, взрослая птица издаёт особый звук, напоминающий щелчок – это сигнал для птенца. Услышав знакомый голос, птенец оживляется и начинает пищать, требуя от родителя корм. По голосу птенца родитель легко находит его, и присаживается рядом на стенку дупла. Он отрыгивает «пакет» из особой густой слюны, в который «заклеены» пойманные насекомые – водорослевые мошки. В первые дни жизни птенец не мог полностью проглотить принесённых таким образом насекомых, и родитель раздирал этот «пакет» на несколько частей. Но потомство туманных стрижей уже подросло и почти оперилось, поэтому пойманные насекомые исчезают в желудке птенца сразу. Благодаря малоактивному поведению молодые птицы экономят и более полно используют пищевые ресурсы, доставляемые родителями. Но им недолго осталось находиться на родительском попечении: скоро у них полностью сформируются маховые перья. Тогда молодые птицы выберутся через дупло наружу и улетят вместе с взрослыми птицами на кормёжку в море. Они вернутся в дупло только на ночёвку, или будут искать себе другое убежище. Среди туманных стрижей есть «странники», меняющие укрытие раз в несколько дней, и «домоседы», которые всю жизнь верны одному укрытию, и покидают его только в крайнем случае.
Призрачные странники собираются на ночёвку. Несколько птиц кружится над берегом, и птицы, искавшие корм возле колонии китовых олуш, собираются присоединиться к ним. Они неуклюже разбегаются и взлетают, хлопая крыльями. В первые секунды их полёта кажется, что они вот-вот упадут обратно на песок, но после нескольких взмахов крыльев неуклюжие ноги отводятся назад, а шея вытягивается вперёд, и птица становится похожей на миниатюрного журавля. Призрачные странники небольшими стайками летят к нескольким скалистым островкам. Эти островки торчат примерно в двухстах метрах от берега. У них слишком крутые берега, чтобы на них могли жить китовые олуши, но другие птицы охотно селятся там. Вершины этих островков увенчаны шапками кустарников и травы, откуда слышны голоса разных птиц. Растения прекрасно разрастаются на таких островках – их обильно удобряют помётом морские птицы разных видов.
Призрачные странники кружатся над вершинами островков, выбирая место для посадки, и осторожно приземляются. Их соседями являются плезиогагары. Эти птицы не умеют летать, но хорошо лазают по скалам. Большинство птиц этого вида селится и гнездится на таких неприступных островках, и только немногие птицы ночуют на Новой Азоре, бок о бок с китовыми олушами. Колония плезиогагар более плотная, чем у китовых олуш – на островках мало места, и птицы лежат, едва не прижимаясь друг к другу. По спинам этих птиц бегают пляжные землешарки, очищая плезиогагар от паразитов. На этих птицах селится меньше эктопаразитов – плезиогагары более быстроходны, чем китовые олуши, и личинкам паразитических рачков труднее прикрепиться к их телу. Но всё равно у землешарок находится немало работы в колонии этих птиц.
Призрачные странники не любят соседство неуклюжих плезиогагар, которые к тому же вооружены острыми клювами и обладают молниеносной реакцией. Поэтому призрачные странники находят несколько камней, на которые плезиогагары просто не могут взобраться, и садятся на них, прижимаясь друг к другу. Птицы укладываются спать – они прячут длинный клюв под крыло, и закрывают глаза. Те, кто успел сесть в середину группы, находятся в выигрышном положении – ночи на Новой Азоре из-за влияния холодного Антигольфстрима могут быть довольно прохладными. Поведение этих птиц – своеобразный указатель погоды на предстоящую ночь. В шторм призрачные странники предпочли бы укрыться на самой Новой Азоре, в лесу. Но при хорошей погоде птицы рассаживаются на открытых ветру и солнцу камнях. Плезиогагары не покидают такие островки при любой погоде, и реже появляются на побережье острова. В сильный шторм волны почти накрывают колонию плезиогагар, прижавшихся друг к другу, но птицы держатся за скалу лапами и ластообразными крыльями, и переживают бурю.
Ночи на Новой Азоре не похожи друг на друга. Если дует ветер с запада, ночь тёплая – ветер гонит тёплый воздух, образующийся над Гольфстримом. Но восточный и северо-восточный ветры приносят на остров холодные воздушные массы, сопровождающие Антигольфстрим, текущий из полярных широт. Холодные ночи более росистые и туманные. Но в любом случае и при любой погоде ночь – это время других существ. Ночной лес оглашается пением сверчков и цикад, по листьям ползают улитки, и их ловят разнообразные ночные животные – ящерицы, летучие мыши и мелкие грызуны.
Китовые олуши спят на берегу целой колонией. Изредка одна или две птицы просыпаются от незнакомого шума. Они поднимают голову, осматриваются, и снова засыпают. Плезиогагары ночуют среди колонии китовых олуш, собравшись вместе. Сон птиц чуткий, и этому есть объяснение. В лесах Новой Азоры водятся те, кто крадётся тихо и нападает бесшумно.
В историческую эпоху человек завёз на острова хищников – ласку и хорька. Эти звери успешно выжили, и их присутствие изменило обычный для островов ход эволюции. Потомки ласок освоили деревья, а потомок хорька превратился в самого крупного и успешного хищника Новой Азоры – мартиллу. Мартиллы водятся почти по всему острову, избегая только горных вершин, лишённых лесной растительности. Эти звери, похожие на огромных наземных куниц, предпочитают жить под пологом леса. Кроме размеров, мартиллы отличаются ещё одной особенностью – это стайные хищники. Самцы этого вида – одиночки, но клан, включающий нескольких взрослых самок – это значительная сила.
Когда солнце клонится к закату, мартиллы оживляются. Они провели самое жаркое время дня в большой общей норе, где обитает целый клан самок – полдюжины взрослых зверей и трое молодых самок. В одной из нор, которая шире и глубже прочих, подрастает потомство клана – несколько детёнышей. Одна из самок не отлучается от молодняка, и не уходит далеко от норы. Она не принимает участия в охоте, и рассчитывает лишь на мясо, которое приносят ей другие звери клана. Самка, ухаживающая за потомством, должна защищать молодняк от посягательств взрослых самцов мартиллы – эти животные могут просто съесть детёнышей. Поэтому ночью на охоту отправятся лишь пять взрослых самок и три молодых.
Пока солнце не зашло, мартиллы играют – самки кувыркаются среди папоротника и борются друг с другом, слегка прикусывая друг другу шкуру на шее и загривке. Звери потягиваются, разминая мускулы, а одна из молодых мартилл вспоминает навыки из ещё недалёкого детства: она с разбегу взбирается на ствол дерева, несколько секунд висит на коре, зацепившись когтями, и спрыгивает красивым длинным прыжком. Взрослые самки тяжеловаты для таких упражнений, но зато они – главная опора клана во время охоты.
Когда солнце зашло, и на небе засияли звёзды, мартиллы отправились на охоту. Обычно они охотятся в лесу, но в течение нескольких ночей подряд клан возвращался в логово полуголодным. Самки постоянно чувствовали в лесу запах самца – этот зверь перекрыл все их территориальные метки своими выделениями, и изредка даже преследовал клан. Этой ночью клан не будет охотиться в лесу. Выстроившись характерной цепочкой, клан мартилл отправляется туда, где слышен шум волн.
Постепенно лес на пути клана редел, затем деревья сменились кустарниками, и вскоре мартиллы вышли на берег океана. Они нечасто охотятся на побережье острова, а молодые самки вообще ни разу не покидали лес. Глазам хищников открылось великолепное зрелище – усеянный яркими звёздами ясный небосвод над шумящим океаном. Но эти звери лишены эстетического чувства. Их занимает единственная цель – удачно поохотиться.
Одна самка в клане – главная. От неё зависит успех в охоте, и она оценивает возможность охоты. Главная самка нюхает воздух, пытаясь уловить запах добычи. И ветер донёс до неё характерный запах колонии китовых олуш. Мартиллы не видят самих птиц – до колонии несколько сотен метров, и заросли кустарника мешают увидеть спящих птиц. Зато мартиллы осторожны, и не выдают себя шумом. Кроме того, ночью они прекрасно видят.
Клан мартилл крадётся к пляжу, где обосновалась колония китовых олуш, выстроившись цепочкой – такое поведение, характерное для детёнышей куньих, сохранилось у этого вида. Молодые мартиллы, никогда не принимавшие участие в такой охоте, старательно копируют движения взрослых животных. для них это будет важным жизненным уроком: если какой-то из самок повезёт стать главной самкой клана, она будет использовать эти навыки в охоте. Преодолев кустарники, отделявшие их от колонии китовых олуш, мартиллы выходят на пляж, где спят огромные птицы. Теперь главная задача – правильно выбрать жертву.
Мартиллы охотятся на птенцов китовых олуш, но могут добывать и взрослых птиц, если клан сильный, а добыча болеет или просто ослаблена. Ночью взрослые китовые олуши плохо видят, и такая охота проходит относительно безопасно. Днём любая китовая олуша смогла бы в одиночку отбить атаку взрослой мартиллы, а колония смогла бы отогнать даже целый клан этих хищников. Но ночь – это время страха, когда ночной шорох может с одинаковой вероятностью принадлежать безобидному жуку, ползущему по стволу дерева, или крадущемуся хищнику. И ночь уравнивает хищника и жертву в возможностях.
Жертву в колонии китовых олуш выбирает главная самка клана. Это сравнительно несложно сделать: одна молодая птица отползла от взрослых, и спит немного поодаль от основной колонии. Поэтому напасть на неё будет намного проще. Но жертву мало выбрать – её надо убить. Убивая добычу, хищник сам подвергается немалой опасности – защищаясь, жертва может нанести ему тяжёлую травму. Если китовая олуша успеет проснуться и встретить нападающего хищника своим «зубастым» клювом, мартилла может получить глубокую рану, которая в жарком климате легко загноится. Поэтому хищники действуют осторожно и решительно, стараясь убить добычу первым же броском. Атаку возглавляет доминирующая самка клана, и плечом к плечу с ней идёт вторая по силе взрослая самка клана. Прочие мартиллы не принимают участия в охоте.
Пара хищников приближается к намеченной жертве. Несколько сезонов совместной охоты отточили тактику хищников, и они действуют по проверенному сценарию. Когда до спящей китовой олуши остаётся около двух метров, обе самки атакуют её одновременно. Главная самка вцепляется в горло китовой олуши, стараясь не попасть под удар клюва птицы. Одновременно другая самка совершает бросок на спину птицы, кусает её затылок и одним движением клыков прокусывает основание черепа. Тело китовой олуши забилось в судорогах – птица умерла почти мгновенно, не успев даже закричать. Её крылья-ласты разбрасывали песок, а лапы подёргивались, пока мартиллы удерживали её голову, не разжимая зубов. Охота прошла просто идеально: ни одна взрослая птица колонии не проснулась, и даже плезиогагары, спавшие на другом конце колонии, не почувствовали опасности.
Когда судороги китовой олуши прекратились и тело обмякло, мартиллы потащили добычу из колонии. Вначале самки-охотницы действовали вдвоём, но затем остальные мартиллы осторожно присоединились к ним и сообща поволокли тушу китовой олуши подальше от колонии. Такую обильную добычу опасно поедать на открытом месте – запах привлечёт других животных, и на долю охотников может просто ничего не остаться. Но голод берёт верх, и мартиллы приступают к еде прямо на пляже, оттащив убитую птицу в сторону от мирно спящей колонии её сородичей.
Под покровом ночи мартиллы начинают пиршество. Обычно эти звери охотятся на более мелкую дичь, и добыча крупной китовой олуши для них – редкая удача. На туше птицы много мясистых частей, которые будут съедены животными, но всё равно добыча слишком велика, и после пиршества мартилл на останках китовой олуши останется немало съедобных частей на радость другим плотоядным обитателям Новой Азоры. Острыми клыками самки раздирают кожу, покрытую плотным коротким оперением, и с жадностью приступают к еде. Они поедают в первую очередь большие грудные мускулы птицы, а затем разрывают брюшную полость и съедают сердце и печень. В сутки каждая мартилла должна съесть около трёх килограммов мяса. Туша китовой олуши достаточно велика, чтобы им всем можно было наесться досыта и унести часть добычи в логово, где самка с детёнышами ожидает возвращения клана с охоты. Мартиллы едят достаточно тихо, и колония китовых олуш продолжает спать, не беспокоясь о судьбе убитой хищниками птицы.
Клан мартилл жадно выедает самые вкусные и мясистые части туши. Когда звери вернутся в логово, часть мяса получит самка, ухаживающая за детёнышами, и немного останется даже для детёнышей. Они уже заканчивают кормиться молоком, и проявляют интерес к пище взрослых животных. Но в природе хищнику мелкого и среднего размера редко удаётся доесть добычу до конца – всегда находится более крупный хищник, который отнимает у них добычу. На Новой Азоре мало видов хищников – экосистема острова просто не прокормит несколько узкоспециализированных видов разной весовой категории. Но всё равно самкам мартиллы есть, кого опасаться. Запах крови и мяса китовой олуши привлёк ещё одного хищника, который в течение последних дней держался на территории клана самок мартиллы. Это животное – самец того же вида. Он гораздо крупнее самок: взрослый самец весит наполовину больше самой крупной и рослой самки.
Пока самки мартилл торопливо рвали мясо добычи, кусты зашевелились, и на пляж вышел их преследователь – взрослый самец. Уверенное в своих силах животное направилось прямо к туше китовой олуши, жадно вдыхая дразнящий обоняние запах тёплого мяса. Когда расстояние стало слишком коротким, самки мартиллы ощерили зубы, пытаясь отогнать его, и одна из самок зашипела на самца, словно кошка. При появлении самца молодые мартиллы сразу же испуганно отступили от добычи – самец легко смог бы загрызть любую из них, если бы они решили драться с ним. Почти все взрослые самки прекратили есть и отошли от добычи. Лишь главная самка задержалась возле туши китовой олуши. Торопливо оторвав кусок мяса, она отбежала к остальным, и стала настороженно наблюдать за самцом.
Самца не беспокоит тревога среди самок – он никогда не опасался нападения с их стороны. Погрузив морду в тёплую тушу китовой олуши, он начал отрывать куски мяса и глотать их. Время от времени он бросает оценивающий взгляд на клан самок, столпившихся неподалёку. Самец явно не спешит – он осознаёт свою силу, и пользуется преимущественным правом при делёжке добычи, даже если не принимал участия в охоте. Постепенно он насыщается, и его взгляд пугает самок всё меньше. Сытый самец стал менее агрессивным: он лишь нехотя оторвал последний кусок от туши, и больше жевал мясо, чем глотал. При этом он испытующе глядел на самок, которые не решались в его присутствии приблизиться к своей законной добыче. Чтобы закрепить своё господствующее положение, самец поднял хвост, и испустил из анальных желез на песок несколько капель сильно пахнущей жидкости. Сделав это, он побрёл обратно в кустарники.
После того, как самец скрылся в темноте, самки осторожно приблизились к добыче. Главная самка обнюхала песок там, где самец оставил пахучие метки. Хотя самца уже нет рядом с остатками добычи, его запах оказывает влияние на животных, особенно на молодых мартилл – они по-прежнему боятся подойти к добыче, опускают голову и тихо фыркают, чувствуя пугающий их запах. Взрослые самки более спокойны, и одна из них просто забрасывает пахучую метку самца песком. Лишь после этого клан мартилл собирается возле туши китовой олуши в полном составе.
Солнце вновь восходит над Новой Азорой. Его лучи освещают результат ночной охоты мартилл: недалеко от колонии китовых олуш лежит растерзанное и объеденное тело их сородича. Птицы, не ставшие жертвами ночной охоты, встревожены видом мёртвого сородича. Они опасливо глядят в сторону останков птицы и издают тревожные крики. На останках китовой олуши уже собрались сотни мух. Но не только они обнаружили такой источник корма. Несколько пляжных землешарок, не испытывая друг к другу вражды, тоже устроили себе пиршество. Землешарки – не специализированные пожиратели мяса, но они не упускают случая поклевать сытную и доступную пищу. После шторма эти птицы так же расклёвывают выброшенных на берег рыб и кальмаров. Но главные мусорщики побережья всё же не они, а азогалериксы. Один из этих зверей бредёт по берегу, разыскивая выброшенных волнами морских животных. но вместо них он находит нечто намного большее – останки китовой олуши. Недалеко от него шумит колония этих птиц, но ни одна из них не помешает азогалериксу вволю попировать. Животное обнюхивает останки китовой олуши, и с жадностью вгрызается в них. После трапезы мартилл на костях и между рёбер птицы осталось довольно много мяса, и азогалерикс обгрызает его острыми зубами. Хрящи и связки также исчезают в пасти этого всеядного зверя.
Пытаясь добраться до мяса, азогалерикс переворачивает останки китовой олуши. Это стало его невольной ошибкой: одна из птиц увидела это, и восприняла шевеление мёртвой птицы как признаки жизни, а попытки азогалерикса добраться до мяса – как нападение на сородича. Её реакция была мгновенной: она издала угрожающий крик, и быстро поползла в сторону азогалерикса. Птица настроена очень воинственно: она громко кричит и щёлкает длинным красным клювом. Азогалерикс неплохо вооружён, и может ответить на её нападение уколом длинных игл или укусом. Когда китовая олуша слишком приблизилась к нему, азогалерикс принял угрожающую позу: он повернулся к огромной птице, пригнул голову и начал мелко трясти ею. В этот момент его иглы громко затрещали, словно погремушка.
Азогалерикс меньше китовой олуши, а его иглы короче клюва гигантской морской птицы. Его проворство не спасёт его от грубой силы нападающей китовой олуши, поэтому он отступает от останков убитой ночью птицы. Китовая олуша, движимая инстинктом, не подпускает его к мёртвому сородичу. Но убитая птица не шевелится, и постепенно внимание её стража начинает ослабевать. Китовая олуша постепенно отползает всё дальше от останков сородича, и обращает меньше внимания на азогалерикса.
Зато азогалерикс не собирается отступать от столь соблазнительной находки, обещающей плотный и сытный завтрак без хлопот. Он бродит по песку на некотором расстоянии от мёртвой птицы, и поглядывает на её стража. Когда китовая олуша отползла в сторону, азогалерикс решил воспользоваться шансом. Зверь бросился к останкам птицы, ухватил зубами за лапу, и поволок подальше от беспокойного места. Азогалерикс очень силён, поэтому ему удалось без особого труда оттащить тушу китовой олуши ещё на несколько десятков метров. Он оттащил добычу дальше от колонии птиц, но… ближе к ещё одному своему сородичу.
Азогалериксы редко ищут встречи друг с другом. Это происходит только в брачный сезон, а в остальное время взрослые животные этого вида – убеждённые одиночки. Обычно они относятся к сородичам равнодушно, но такая соблазнительная добыча, как полусъеденная туша китовой олуши – это повод для выяснения отношений. Другой азогалерикс, также привлечённый запахом крови и мяса, бродил в кустах, не решаясь приблизиться к туше, пока она лежала возле колонии китовых олуш. Поэтому его более смелый сородич невольно оказал ему большую услугу.
Когда чужак вышел из укрытия и направился к туше птицы, азогалерикс, добывший её, сразу предупредил его о нежелании делиться пищей. Он приподнялся на лапах, выгнул спину по-кошачьи, и затряс иглами. Сухой дробный треск не остановил другого зверя, и тот приблизился к туше птицы. С его стороны такое поведение – явный вызов. Хозяин добычи решил продемонстрировать своё настроение более явно: он сел на задние лапы, оскалился и продемонстрировал противнику когти на передних лапах. Соперник также не остался в долгу: он разинул пасть и зарычал. Ответом ему был такой же рык. Звери буравили друг друга ненавидящим взглядом и выгибали спину, словно коты, прохаживаясь возле останков китовой олуши. Хозяин добычи решил лишить противника возможности добраться до туши. Он перешагнул через добычу, и приблизился к претенденту. В следующую секунду оба азогалерикса уже катались по земле, сцепившись друг с другом. Они яростно наносили друг другу укусы в шею и плечи, не защищённые иглами.
Наконец, один из соперников почувствовал, что проигрывает. Это был зверь, который пришёл к добыче вторым. Он с трудом освободился от хватки законного хозяина добычи, и бросился обратно в кусты. В знак подчинения он прижимает иглы к шкуре, стараясь выглядеть как можно менее устрашающе. Неудачливый претендент хромает – его противник нанёс ему глубокую рану в плечо. Когда этот зверь пустился в бегство, хозяин добычи преследовал его лишь для проформы: пробежав несколько шагов, он развернулся и приблизился к своей законной добыче. Через несколько секунд хрящи и позвонки убитой мартиллами птицы затрещали на зубах азогалерикса. Возможно, когда-нибудь он совершит в своей жизни роковую ошибку, и эта ошибка станет для него последней. Природа не прощает неудачников, и в ней выживают лишь наиболее приспособленные к своей среде обитания. Приспособлений может быть великое множество – это и создаёт многообразие жизни.
Новая Азора – это один из многих самобытных миров эпохи неоцена. Последствия деятельности человека и миллионы лет эволюции привели к появлению на этом острове уникальной флоры и фауны, живущей в равновесии по своим собственным законам.

Бестиарий

Птичья гельминтокруста (Helminthocrusta aviphila)
Отряд: Веслоногие (Copepoda)
Семейство: Лернеиды (Lerneaidae)

Место обитания: Северная Атлантика, Новая Азора.
Большую часть планктона в эпоху голоцена составляли веслоногие рачки. На рубеже голоцена и неоцена их видовое разнообразие значительно сократилось, но в неоцене они частично возвратили утраченные позиции благодаря скорости эволюции. Однако большинство видов веслоногих ракообразных является паразитическими животными, обитающими на различных водных беспозвоночных, рыбах и китообразных. В неоцене один вид паразитических веслоногих сделал своеобразный «прорыв» в освоении новых экологических ниш: это животное стало паразитировать на водных птицах – китовых олушах. Эти птицы заменили ластоногих, вымерших в эпоху экологического кризиса. С появлением новых жизненных форм среди крупных животных паразитическим животным открылись новые возможности для эволюции.
На шее и боках китовых олуш, обитающих в тропической зоне Атлантики, достаточно часто поселяется один из представителей паразитических веслоногих рачков – птичья гельминтокруста. Название этого существа буквально означает «глисто-ракообразное». Это существо очень сильно напоминает паразитических червей внешностью и образом жизни, хотя относится к числу ракообразных. Это общая особенность многих паразитических веслоногих, которые зачастую теряют типичные черты ракообразных.
Взрослая форма гельминтокрусты существует, внедрившись в подкожную клетчатку китовой олуши, и образует опухоль около 5 см в поперечнике. Опухоль открывается на вершине небольшим отверстием. Внутри опухоли находится свёрнутое в виде тугой спирали тело ракообразного. Головной отдел гельминтокрусты погружен в ткани птицы-хозяина, а задняя часть тела прилегает к отверстию, которым открывается опухоль. Птичья гельминтокруста – самый крупный вид веслоногих ракообразных неоцена: общая длина животного составляет около полуметра при ширине лентообразного тела около 1 см и толщине до 2 мм.
Подобно большинству своих родственников, птичья гельминтокруста утеряла многие черты ракообразных. Её голова преобразована в корнеобразные выросты неправильной формы, оплетающие кровеносные сосуды, прилегающие к опухоли. Длина этих выростов может достигать 10 см. Через них животное получает питание, всасывая питательные вещества из крови птицы через тонкий эпителий, покрывающий эти выросты. Пищеварительная система гельминтокрусты редуцирована.
Тело ракообразного полностью утратило сегментацию, но кажется разделённым на сегменты из-за особенностей половой системы животного. Большую часть тела гельминтокрусты составляют яичники. В них непрерывно созревают яйцевые мешки, которые по мере развития продвигаются по яичникам, выходят из яйцеводов и выпадают наружу из отверстия, которым открывается опухоль. Такой облик имеет самка гельминтокрусты.
Самец этого вида карликовый, он живёт очень недолго и оплодотворяет самку ещё до того, как она находит окончательного хозяина. Самец фактически представляет собой личинку, способную размножаться. Его пенис очень длинный, в несколько раз превышающий длину самца. Самец прицепляется ногочелюстями в задней части тела самки и наносит ей «укол» пенисом прямо через покровы тела. Пенис внедряется в яйцевод самки, и самец оплодотворяет развивающиеся яйцеклетки. После оплодотворения яйцеклетки начинают делиться, и не теряют этой способности до конца жизни самки.
Тело взрослой самки этого ракообразного представляет собой «конвейер» по производству яиц. Каждые два дня она образует яйцевой мешок, содержащий до 20 миллионов мелких яиц в тонкой оболочке. Если он выпадает из отверстия опухоли, когда птица отдыхает на суше, яйцевой мешок быстро высыхает, и яйца гибнут. В воде яйца очень быстро развиваются и из них выводятся типичные для ракообразных личинки-науплиусы. В своём жизненном цикле это ракообразное два раза меняет хозяина. Первый раз науплиусы внедряются в брюхоногих моллюсков, встречающихся на плавающих водорослях, и развиваются в них. В теле моллюска личинка ракообразного претерпевает метаморфоз: она сбрасывает личиночный панцирь и становится похожей на пузырь паразитического червя эхинококка. В теле улитки она дополнительно размножается бесполым путём – в её теле образуются активно плавающие личинки второго поколения длиной около 3 мм, снабжённые парой плавательных ног. В теле одной улитки их может образоваться свыше 5 – 6 тысяч. Личинка первого поколения, в которой развивается второе поколение личинок, начинает расти и фактически превращается в мешок, наполненный личинками. Из-за роста паразита моллюск гибнет, и через разрыв в теле погибающего моллюска личинки второго поколения выходят наружу и начинают искать птицу-хозяина. Это уязвимое место в жизненном цикле ракообразного: срок поиска окончательного хозяина очень ограничен. Проплавав несколько часов, личинка гибнет, и часто её съедают другие обитатели океана. Кроме того, в этот момент самцы разыскивают самок и оплодотворяют их. Неоплодотворённая самка живёт на несколько часов дольше оплодотворённой. Развивающиеся оплодотворённые яйцеклетки начинают расходовать ограниченные жизненные ресурсы личинки-самки, и она обязательно должна отыскать животное-хозяина. В противном случае она быстро гибнет. А самка, слишком долго бывшая неоплодотворённой, может не принять семенную жидкость самца: её яйцеклетки утрачивают способность к оплодотворению.
Если личинке второго поколения удалось найти птицу-хозяина, она прикрепляется к коже птицы и претерпевает метаморфоз. Ротовые органы личинки второго поколения гельминтокрусты снабжены острым хоботком. С помощью этого хоботка она втыкается в кожу птицы, и через хоботок, как через иглу шприца, молодое ракообразное проникает в подкожную клетчатку птицы в виде малодифференцированного комочка клеточной массы в тонкой оболочке. Опустевшая личиночная шкурка отпадает, и молодая гельминтокруста начинает жизнь паразита. Вначале у неё на переднем конце тела развиваются корневидные выросты, а затем она начинает образовывать опухоль на теле птицы. Первые яйцевые мешки образуются у молодой самки в возрасте одного месяца. В это время она достигает длины около 5 см. С возрастом длина тела самки увеличивается, и количество образуемых ею яйцевых мешков возрастает. Самка птичьей гельминтокрусты может прожить свыше 7 лет.

Водорослевая мошка (Algophtora minuta)
Отряд: Двукрылые (Diptera)
Семейство: Incertae sedis

Место обитания: водорослевые поля близ Новой Азоры.
Насекомые – один из самых успешных классов живых существ на Земле. В процессе эволюции среди них появлялись виды, приспособленные к самой разнообразной среде обитания. Даже в горячих источниках и на нефтяных озёрах встречаются особые виды насекомых. Быстрый темп эволюции позволяет им занимать самые узкие экологические ниши и вырабатывать за короткий срок высокую специализацию к среде обитания. Поэтому неудивителен тот факт, что в неоцене насекомые освоили особый источник питания – водоросли, образующие плавучие «ковры» вблизи вулканического острова Новая Азора в Атлантическом океане. Над сплошным покровом водорослей круглый год летают целые стаи мелких водорослевых мошек. Это особый вид, встречающийся только в Атлантике. Он является близким родственником континентальных видов, обитающих на солёных болотах Средиземноморья и на атлантическом побережье Европы и Африки. Очевидно, предки новоазорской водорослевой мошки попали в середину океана с материка при помощи ветра. Неизвестно, сколько поколений этих насекомых не приживалось и гибло, пока среди них не появились особи, способные выживать и размножаться на водорослях. Но такая специализация принесла этому виду явный успех: численность водорослевых мошек очень стабильная и высокая, и некоторые обитатели Новой Азоры питаются в основном этим видом насекомых.
Водоросли – обильный и быстро возобновляющийся источник корма. Но для жизни водорослевой мошки морская вода создаёт определённые трудности. Выделительная система насекомых не справилась бы с выведением из организма большого количества солей, поэтому в течение жизненного цикла водорослевая мошка умело избегает контакта с морской водой. Безногие червеобразные личинки этого насекомого обитают внутри слоевищ водорослей, передвигаясь по рыхлой соединительной ткани. Личинки старшего возраста перестают блуждать по растению. Они живут в пузырях-пневматофорах и получают кислород за счёт фотосинтеза водорослей. Развитие личинки продолжается около 3 недель. Готовая к выводу личинка пробуривает оболочку пневматофора, выставив головной конец тела наружу. С последней линькой шкурка не сбрасывается с переднего конца её тела, и образует плотную оболочку, которая служит крышечкой. Когда метаморфоз завершён, взрослое насекомое толчком головы открывает крышечку и выходит наружу.
Длина тела взрослой водорослевой мошки – около трёх миллиметров. Самец этого вида немного мельче самки, но отличается особыми вторичными половыми признаками. Окраска тела самки чёрная с металлическим блеском, а самец имеет слабое опушение на брюшке из золотистых волосков. Также у него более длинные перистые усики.
Брачный ритуал у водорослевых мошек происходит днём, когда солнце светит ярко и хорошо прогревает воздух над водорослевыми полями. В жарком влажном воздухе самцы устраивают демонстрационный полёт, собираясь в шарообразный рой. Время от времени самки залетают в этот рой, и происходит быстрое спаривание. Издалека рой самцов напоминает серое облако с золотистым оттенком.
Взрослые насекомые живут недолго – не более недели. За это время самка успевает сделать до пяти кладок – в общей сложности около тысячи яиц. Взрослые водорослевые мошки питаются соком гниющих пневматофоров водорослей. В отличие от кровососущих мошек, обитающих на континентах, ротовые органы водорослевой мошки лижущие, приспособленные для поглощения жидкой пищи. Водорослевые мошки часто встречаются возле птиц, которые кормятся или отдыхают на водорослевых полях. Им не нужна кровь птиц: они пьют их слёзную жидкость. Особенно часто это делают самки, которым надо откладывать очередную порцию яиц.

Призрачный странник (Jacanodactylus algodromus)
Отряд: Ржанкообразные (Charadriiformes)
Семейство: Ложные журавли (Pseudogruidae)

Место обитания: Новая Азора и близлежащие острова.
«Планктонная катастрофа» на рубеже голоцена и неоцена уничтожила большинство видов животных, проводящих хотя бы часть жизненного цикла в планктонном сообществе. Вслед за ними вымерло множество видов морских млекопитающих и птиц. В неоцене потомки немногих выживших видов начали вновь осваивать постепенно формирующиеся продуктивные экосистемы. По побережьям Европы бродит довольно крупная птица, похожая на аиста – крабоед-клювач (Charadrogrus magnirostris), потомок мелкой прибрежной птицы зуйка. Своим массивным клювом эта птица раскалывает раковины моллюсков и панцири крабов и морских ежей. Это не единственная в своём роде птица: далеко от побережья Европы, на острове Новая Азора обитает его близкий родственник – призрачный странник.
Такое название прекрасно подходит этой интересной птице, и отражает как её внешность, так и повадки. Призрачный странник похож на крупную якану: это птица размером с молодую курицу, но значительно более изящного и хрупкого сложения. Взрослый призрачный странник весит около 1 кг и похож на цаплю с короткой шеей.
Оперение этой птицы окрашено в однотонный сизый цвет. Клюв этой птицы чёрного цвета, а вокруг глаз есть тонкое кольцо жёлтой кожи, лишённой перьев. Тонкие длинные пальцы ног делают внешность птицы несколько несуразной, но это приспособление к тому образу жизни, который ведёт эта птица. На суше эти пальцы словно мешают птице ходить: призрачный странник шагает, церемонно поднимая ноги и аккуратно ставя их, стараясь не наступить на собственные пальцы.
Клюв этой птицы острый, слегка изогнутый книзу. Он слабее, чем у крабода-клювача, но эта птица не страдает от этого – она питается совсем другой пищей.
Призрачный странник хорошо летает. Ранним утром, когда на побережья Новой Азоры опускается туман, призрачные странники взлетают и спешат на кормёжку. Эти птицы кормятся вдали от берега, на расстоянии нескольких километров от острова. Возле побережья Новой Азоры разрастаются целые поля плавающих бурых водорослей, где обитают разнообразные рыбы и беспозвоночные. Ими питаются призрачные странники. Длинные тонкие пальцы позволяют птицам бродить по водорослям, не проваливаясь, в поисках корма. Время от времени птица погружает в воду клюв, нащупывая затаившихся среди водорослей мелких животных. По краям верхней челюсти расположены чувствительные образования (подобные им известны у гусей эпохи голоцена), с помощью которых птица распознаёт движение мелких животных среди водорослей. Резким движением головы призрачный странник выхватывает из водорослей спрятавшееся животное, подбрасывает его в воздух, ловит и заглатывает.
Призрачные странники кормятся стаями. Каждая птица держится на некотором расстоянии от сородичей, и время от времени подаёт сигналы, показывающие, что опасности нет – вытягивает шею вертикально и издаёт короткий писк. В случае опасности птица кричит громким хриплым голосом. Услышав сигнал тревоги, птицы стараются взлететь – обычно на них нападают рыбы, затаившиеся в водорослях, а изредка их атакуют даже крупные головоногие моллюски. Взлетая, призрачный странник разбегается, шлёпая пальцами по поверхности ковра водорослей.
Для гнездования эти птицы выбирают участок на берегу в устье реки, с зарослями водяных растений. Гнездо призрачных странников – простая ямка на земле среди высоких болотных растений. Самка откладывает два – три крупных яйца со скорлупой белого цвета. Кладку насиживает только самка, она же водит потомство. Самец в это время охраняет гнездовой участок. Время от времени он подаёт самке звуковые сигналы в зависимости от окружающей обстановки. В сезон гнездования самец призрачного странника очень агрессивен. Он набрасывается на небольших животных, отгоняя их от гнезда, а при необходимости может нападать даже на крупных животных. Предупреждая о намерении защитить гнездо, самец призрачного странника наклоняет тело вперёд, раскрывает крылья веерами, и демонстрирует клюв. Если пришелец не уходит, птица бросается на него, стараясь нанести удар в глаз (обычно птица метит в любое контрастно окрашенное пятно на теле животного-чужака).
Насиживание длится около четырёх недель. Птенцы призрачных странников хорошо развитые, способны ходить и бегать уже через час после появления на свет. Пока они не научатся летать, эти птицы кормятся семьями на лесных болотах и в тростниках. Одна из птиц пары постоянно находится рядом с выводком, а вторая в это время может улетать на целый день на кормёжку на водорослевые поля. Прилетев с моря, эта птица кормит партнёра и птенцов, отрыгивая им проглоченных животных. получая обильную подкормку, птенцы призрачных странников развиваются очень быстро. В возрасте трёх месяцев молодая птица уже полностью развита и умеет хорошо летать. Оперение молодой птицы не сизое, а серое. Также у молодых птиц нет жёлтых «очков» вокруг глаз – они появляются только к годовалому возрасту, когда молодая птица становится способной к гнездованию.
Молодые птицы вначале кормятся на побережье острова, держась рядом с колониями китовых олуш, а затем начинают летать на водорослевые поля, следуя за взрослыми птицами. Птенцы у птиц этого вида, обитающих на маленьких островках, где нет рек и болот, сразу начинают кормиться на морском побережье.

Туманный стриж (Azorapus caligus)
Отряд: Длиннокрылые (Apodiformes)
Семейство: Стрижи (Apodidae)

Место обитания: Новая Азора, леса и прибрежные воды океана.
Большинство стрижей не любят сырой погоды, ведь во время неё двукрылые насекомые, их основная пища, прячутся. На водорослевых «островах» южнее Новой Азоры после утренних туманов насекомые вьются целыми роями. Личинки мошек питаются подсыхающими на солнце частями водорослей. Водоросли растут очень быстро, поэтому личинки насекомых обеспечены кормом в изобилии. Поля водорослей даже смягчают свирепость штормов, поэтому личинкам почти не угрожает опасность утонуть в солёной воде. Двукрылые отличаются большими способностями к адаптации, а мелкий размер позволяет им невольно расселяться с помощью ветра. Неудивительно, что мошкара с водорослевых полей Новой Азоры родственна видам с солёных болот Средиземноморья. Обилие насекомых – доступного и питательного корма – обычно привлекает различных насекомоядных позвоночных. Но поля водорослей – это место, похожее на болото. Поэтому крупные наземные животные здесь просто не появятся, зато летающие животные благоденствуют здесь. Но расстояние до ближайшей суши позволяет прилетать сюда далеко не всем, поэтому лишь немногие избранные могут наслаждаться таким изобилием. В их числе – особый вид стрижа, способный охотиться над морем, на расстоянии нескольких километров от ближайшей суши. Днём эти птицы кормятся над водорослевыми полями в море, а по вечерам, когда на море опускается туман, возвращаются домой. Эти птицы называются туманные стрижи.
Ближайшей сушей и местом обитания этой птицы является остров Новая Азора, лежащий в середине Атлантического океана, на полпути между Старым и Новым Светом. Особенностями строения туманный стриж не отличается от своих родственников – у него длинные узкие крылья, короткий клиновидный хвост и очень короткие лапки. Оперение туманного стрижа сизого цвета, и эти птицы плохо заметны издали на фоне неба и поверхности моря. Их присутствие можно скорее распознать по резким визгливым крикам этих птиц, нежели увидеть их самих.
У туманного стрижа большие глаза, маленький клюв и широкий разрез рта. Эта птица сохранила характерный для стрижей рацион, и питается многочисленными мошками, плодящимися на водорослевых полях Атлантики. Также эти птицы поедают насекомых, которых ветер приносит с материков или с близлежащей Новой Азоры.
Остров Новая Азора находится на границе двух течений: тёплого Гольфстрима, стремящегося на север, и холодного Антигольфстрима, текущего ему навстречу вдоль берегов Европы. На границе этих течений погода очень нестабильна: струя холодной воды с запада или тёплый воздух с востока приводят к появлению обильных туманов. В это время насекомые садятся на воду или на водоросли: их крылья намокают. А стрижи вынуждены лететь домой в сплошном тумане. В этих условиях проявляется их главная особенность: летая в тумане, стриж надеется не на зрение, а на эхолокацию. Он испускает в полёте звуковые сигналы – частые щелчки – и слушает эхо. Точность эхолокации у туманного стрижа ниже, чем у летучих мышей, но её вполне хватает, чтобы птицы различала объекты размером с сородича или крупнее, и своевременно меняла направление полёта. Появление эхолота у стрижей не выглядит чем-то удивительным: в эпоху голоцена на Земле жил стриж салангана, который активно пользовался этой особенностью. Зрение у туманного стрижа, конечно, тоже хорошо развито, но оно практически бесполезно при полёте в тумане.
Кроме того, туманный стриж обладает ещё одной интересной особенностью: у него сильно развита копчиковая железа. Птица обильно смазывает перья её выделениями, поэтому не намокает при полёте в тумане.
Туманный стриж гнездится в дуплах деревьев, растущих на побережье Новой Азоры. Эта птица образует крупные колонии, насчитывающие сотни птиц. Особенно часто туманные стрижи заселяют полости в стволах толстых старых деревьев, на дне которых со временем накапливается толстый слой их помёта и перьев. В кладке одно яйцо, зато сезонности в размножении туманного стрижа нет, и птицы могут сделать за год до четырёх кладок. Самка откладывает яйцо на выступе подходящей формы. Птенец вылупляется из яйца голый, слепой, покрытый редким пухом. Но он сразу же вцепляется в «гнездо» мёртвой хваткой. Родители отличают его от множества похожих птенцов по голосу. Они кормят птенца насекомыми, которые «упакованы» в оболочку из вязкой слюны. Пара птиц, выкармливающая птенца, кормится недалеко от берега, и возвращается к потомству несколько раз в день. Молодой стриж растёт быстро – уже в возрасте пяти недель он полностью развивается и покидает гнездо. Молодые птицы кормятся вместе с взрослыми стрижами, не гнездящимися в данный момент – вдалеке от берега. С дальних кормовых участков птицы возвращаются к берегу только на ночёвку, проводя весь день в полёте.

Этот вид птиц открыл Семён, участник форума.

Плезиогагара (Plesiogavia elasmosauroides)
Отряд: Гагарообразные (Gaviiformes)
Семейство: Гигантские гагары (Gravigaviidae)
Место обитания: Атлантика, побережье Европы, острова Атлантического океана, восток Северной Америки.

Рисунок Тима Морриса

Исходный вариант изображения -
рисунок Арсения Золотникова

В результате охоты и разрушения мест обитания численность большинства видов морских млекопитающих резко сократилась, а некоторые виды вовсе исчезли к концу эры человека. «Планктонная катастрофа», которая стала следствием катастрофических изменений в биосфере, уничтожила практически все виды морских млекопитающих, которые уцелели после преследования людьми. Популяции морских животных стали слишком разреженными, чтобы иметь возможность восстановиться и самоподдерживаться. Поэтому в течение нескольких миллионов лет после исчезновения людей все морские ластоногие и китообразные постепенно вымерли.
Экологическая ниша крупных морских рыбоядных животных недолго оставалась пустующей: её начали постепенно заполнять потомки тех видов, которые раньше находились на вторых ролях в экосистемах. В Северном полушарии появилось большое количество водных птиц, отчасти заменяющих тюленей и дельфинов в морских экосистемах. На северном побережье Тихого океана сосуществуют нелетающие чистики топороклювы, питающиеся морскими беспозвоночными, и растительноядные водорослевые гуси. В Северном Ледовитом океане и Атлантике обитают колоссальные китовые олуши, а на атлантическом побережье Европы в областях умеренного климата водится крупная нелетающая гагара-хохотунья. Этот вид гагар не уплывает далеко от берега, но у него есть родственник, предпочитающий жизнь в открытом океане. Когда эти птицы всплывают на поверхность воды, кажется, что на Земле вновь появились плезиозавры – длинные гибкие шеи этих птиц делают их похожими на доисторических морских рептилий. Эти птицы так и называются – плезиогагары.
Эта птица довольно крупная – она весит около 10 кг. Плезиогагара разучилась летать, но зато освоила водную стихию. Крылья этой птицы превратились в длинные сильные ласты, с помощью которых она развивает большую скорость под водой. Мускулистое тело плезиогагары обтекаемой формы; грудные мышцы развиты почти так же хорошо, как у летающих птиц, и прикрепляются к крепкой грудной кости.
Оперение птицы короткое, тёмно-серого цвета с серебристым отливом на боках. На боках оперение образует рисунок в виде размытых поперечных полос. На животе оперение короткое, светлое. Оперение плотно прилегает к коже и изолирует тело от холода. Дополнительно птица защищена от холода толстым слоем жира. Лапы с перепонками между пальцами, отнесены далеко в заднюю часть туловища, поэтому птица не может стоять на них. Она может передвигаться по земле, только лёжа на животе и отталкиваясь лапами. Под водой лапы служат рулями, и в меньшей степени участвуют в движении. Хвост птицы короткий и широкий, с его помощью плезиогагара может совершать резкие повороты под водой, преследуя косяки мелких животных.
Большую часть времени плезиогагара проводит в море, выходя на берег только для отдыха и гнездования. Полностью утратив способность к полету, птица является отличным пловцом, сравнимым с пингвином – она быстро плавает в толще воды и может подолгу находиться под водой. Птица «летает» под водой, взмахивая крыльями, как ластами. Крыльями эта птица также пользуется, чтобы перемещаться на каменистом берегу.
У плезиогагары очень длинная шея, отчего птица немного похожа на лебедей или вымерших морских рептилий плезиозавров. Но плезиогагара отличается от них строением челюстей. Эта птица с успехом охотится на пелагическую рыбу и сельдевых кальмаров при помощи тонкого узкого клюва, снабженного по краям маленькими зубчиками. Строение птицы приспособлено для питания именно такой добычей – при охоте на мелких животных сила броска не так важна, как точность. Когда плезиогагара настигает косяк рыб или кальмаров, она может просто плыть параллельно им, одновременно выхватывая добычу из косяка подвижной головой. Массивное туловище служит опорой для головы и шеи при бросках. У птицы молниеносная реакция – за один бросок она может схватить и проглотить одну за другим до трёх жертв подряд.
Одинокий охотник менее успешен, чем целая стая, особенно в открытом океане, где у добычи есть возможность спастись от преследования в любом направлении. В процессе эволюции плезиогагары освоили групповую охоту на стайных морских животных. Во время неё птицы окружают косяк животных, и, плавая вокруг него, оттесняют добычу к поверхности воды и сбивают косяк в плотное скопление. После этого птицы просто хватают окружённых животных одного за другим.
Большую часть времени плезиогагары проводят в океане вдали от берегов. Благодаря этому они отчасти избегают конкуренции с другими морскими птицами. Особенно часто они встречаются в местах, где на поверхность воды вдали от берегов выходят небольшие скалистые островки. На суше плезиогагара появляется нечасто – в основном в период гнездования. В это время агрессивность птиц по отношению к другим видам сильно возрастает – птица неуклюжа на суше, и в каждом чужаке инстинктивно распознаёт угрозу для себя.
Плезиогагара моногамна, и пары образуются лишь на один сезон гнездования. Эффектно выглядят брачные игры этих птиц, которые начинаются весной в открытом океане – на поверхности моря появляется множество изогнутых шей, словно плывёт лебединая стая. Самцы отличаются от самок лишь чуть более крупным хохолком на голове. Они собираются группами, и громко кричат, призывая самок. Чтобы усилить впечатление о себе, каждый самец высовывается из воды насколько возможно, и сопровождает крики хлопаньем ластовидных крыльев, словно пытается взлететь. Протяжный брачный зов этой птицы напоминает звук трубы и далеко разносится над океаном. После образования пар и спаривания (оно происходит в воде) птицы выходят на берег, где устраивают гнёзда.
Поскольку плезиогагары весьма уязвимы на суше, они выбирают для гнездования побережья, защищённые от хищников, или удалённые острова. Эта птица гнездится на берегу, достаточно далеко от линии прибоя. Её соседи, китовые олуши, «насиживают» яйцо, держа его на лапах, поэтому при приближении шторма могут просто уползти подальше от берега. Но плезиогагара не так велика, как они, поэтому гнездится традиционным для птиц способом – она устраивает простые гнёзда в виде ямки среди камней, или выбирает подходящее углубление в уступах скал. Птицы гнездятся плотными группами – так легче обороняться от возможных хищников, или отгонять массивных китовых олуш, вооружённых мощным клювом. Отгоняя чужаков от гнезда, птицы бесстрашно клюют их острыми клювами, нанося глубокие раны. Быстрая реакция, скорость и сила удара делают их опасными противниками даже для китовой олуши. Лишь на атлантическом побережье Европы гагары-хохотуньи могут разорять гнёзда плезиогагар – они вооружены так же, но более массивны и сильны.
В кладке обычно два яйца с белой скорлупой. Насиживает только самка, а самец лишь кормит её. Инкубация длится около 40 дней. Птенцы покрыты пухом и зрячие. Они сразу же покидают гнездо, и самостоятельно учатся ловить мелких животных. Родители подкармливают их первые три недели жизни, а дальше их забота сводится преимущественно к защите птенцов. Молодая птица оперяется в возрасте около двух недель. С этого времени молодняк собирается в «детские сады», а взрослые птицы кормят потомство, узнавая своих птенцов по голосу.
Молодые птицы растут быстро, и к первой зиме достигают веса около 7 – 8 кг. До наступления половой зрелости оперение птиц не имеет характерного серебристого рисунка. Молодые птицы гнездятся первый раз в возрасте 2 лет.
Этот вид образует три чётко выраженных популяции, между которыми поддерживается постоянная связь за счёт объединения и разделения стад птиц, мигрирующих в океане. Атлантическая, или европейская, популяция – самая малочисленная: она образует лишь несколько скоплений на европейском побережье. Здесь обитает гагара-хохотунья, самый близкий вид к плезиогагаре вид, конкурирующий с ней. Европейские плезиогагары проводят зиму южнее всех – по течению Антигольфстрим они продвигаются на юг до побережья Северной Африки. Более многочисленна североамериканская популяция – она населяет восточное побережье Северной Америки до Гренландии и почти никуда не мигрирует – Гольфстрим делает места их обитания достаточно тёплыми. Лишь птицы из Гренландии уплывают на юг. Макаронезийская популяция – самая многочисленная, она обитает на островах в средней части Атлантики и каждый год мигрирует между Новой Азорой и Исландией.

Этот вид птиц открыл Арсений Золотников, участник форума

Тропическая китовая олуша (Delphisula midatlantica)
Отряд: Пеликанообразные (Pelecaniformes)
Семейство: Китовые олуши (Cetornitidae)

Место обитания: острова Серединно-Атлантического хребта, Новая Азора, Канарские острова, изредка африканское побережье. Отдельные особи во время миграции могут доплывать до Исландии на севере и до Большой Антигуа на западе.

Рисунок Тима Морриса

В эпоху человека экосистемы планеты значительно обеднели, а крупные виды, населяющие их, оказались на грани вымирания из-за оскудения природных ресурсов и нерационального природопользования. Изменения в экологии планеты, ознаменовавшие процесс перехода от голоцена к неоцену, вызвали массовое вымирание крупных видов животных. Среди них были не только наземные, но и морские виды. В ледниковую эпоху, которая завершила голоцен, в морях уже не было китообразных и ластоногих. Но их место быстро заняли представители животных, сумевших сохранить достаточно высокую численность – потомки морских птиц, китовые олуши. Эти птицы-гиганты, похожие на тюленей с длинным клювом, выводили потомство на атлантическом побережье Евразии и на островах Атлантики и Северного Ледовитого океана. Когда ледниковый период завершился, крупные китовые олуши, привыкшие к холодному климату, вымерли или отступили на север, в холодные полярные воды. Зато южные популяции китовых олуш с островов Атлантики, отличавшиеся мелкими размерами, приспособились к жизни в условиях субтропического климата и образовали самостоятельные виды.
На Новой Азоре обитает некрупный родственник северных китовых олуш – тропическая китовая олуша. Житель полярных морей достигает трёхметровой длины при весе около полутонны, а его тропический сородич гораздо мельче – это птица длиной около 2 метров, которая весит около 270 кг.
Пропорции тела тропической китовой олуши почти такие же, как у её полярного собрата. У этой птицы удлинённое тело обтекаемой формы, относительно небольшие лапы с крупными пальцами, соединёнными плавательной перепонкой. Крылья, видоизменённые в ласты, у этой птицы более длинные, чем у полярного вида. Под водой тропическая китовая олуша передвигается, совершая взмахи крыльями-ластами. Широкий жёсткий хвост служит рулём глубины, а лапы используются для поворотов.
Общая окраска тропической китовой олуши более контрастная, чем у полярной. Основная окраска этой птицы белая, вокруг глаз есть чёрные пятна - «очки». Крылья и плечи также чёрные; у отдельных особей чёрные области сливаются на спине в «седло». Ярким пятном в окраске этой птицы является длинный красный клюв с белым пятном на конце. По краям клюва роговая оболочка образует зубовидные выросты, помогающие удерживать добычу. Лапы у этой птицы имеют серый цвет, но в период размножения они приобретают заметный розовый оттенок из-за расширяющихся кровеносных сосудов.
В отличие от полярной китовой олуши, тропическая китовая олуша является оседлым видом. Она постоянно обитает на Новой Азоре и нескольких близлежащих островах. Вне сезона размножения группы этих птиц могут доплывать до Канарских островов, а отдельные птицы встречаются даже на побережье Африки. Но размножение этого вида происходит только на Новой Азоре. Птицы кормятся рыбой и беспозвоночными животными, которых ловят на глубине. Они также охотятся на окраине плавающих островков бурых водорослей, которые разрастаются в водах вблизи Новой Азоры.
Для таких крупных птиц проблема размножения становится очень сложной: яйцо не может быть слишком большим, а вес и строение тела не позволяют птице высиживать яйца так, как это делают обычные птицы. Все китовые олуши «высиживают» единственное крупное яйцо, держа его в перепончатых лапах. У тропической китовой олуши объём вытянутого яйца достигает трёх литров. Обычно его инкубирует самка, которая в течение многих дней (инкубация длится около 6 недель) остаётся на берегу. Самец всё это время обеспечивает её пищей. Для того, чтобы это было возможным, у птиц образуется строго моногамная семья, не распадающаяся в течение многих лет. Размножение у этих птиц начинается приблизительно в феврале, а к концу марта или началу апреля появляются птенцы.
Когда выводится птенец, самка и самец сменяют друг друга, охраняя его, и по очереди кормят его. Птенец выводится зрячий, покрытый редким пухом. Первые дни жизни он не умеет самостоятельно двигаться, и проводит всё время на лапах одного из родителей. Когда он покрывается густым чёрным пухом (это происходит на второй неделе жизни), родители оставляют его на берегу, и совместно добывают для него корм. Птенцы на берегу сбиваются в «детские сады», и несколько взрослых птиц, не гнездящихся в этом году, охраняют их от хищников. Период выкармливания птенцов длится около 4 месяцев. К концу этого периода молодая птица меняет пуховый наряд на ювенильное белое оперение без чёрных пятен, набирает около 150 килограммов веса и готова к самостоятельной жизни. К концу третьего года жизни она будет способной к гнездованию, но большая часть молодых птиц принимает участие в размножении на четвёртом году жизни. Тогда же формируется большинство размножающихся пар.

Идея о существовании данной группы птиц принадлежит Дугалу Диксону.

Азогалерикс длинноиглый (Azogalerix longispinus)
Отряд: Ежовые (Erinaceomorpha)
Семейство: Ежиные (Erinaceidae)

Место обитания: Новая Азора, леса и побережья острова.

Рисунок Amplion

Азорские острова никогда не имели связи с материком. Поэтому до появления на них человека наземные животные были представлены только летучими мышами, многочисленными птицами и насекомыми, которые могли попасть на острова сами. Но в эпоху исторической колонизации островов благодаря человеку в фауне Азорских островов появилось много наземных четвероногих животных – грызуны, кролики и хищные звери. Среди завезённых на острова видов был также европейский ёж.
Вселение чужаков повлияло на ход эволюции коренной островной фауны. Много видов островных животных вымерло, а часть экологических ниш оказалась занята млекопитающими. За миллионы лет эволюции после исчезновения людей среди них появились своеобразные виды. Один из них – крупный колючий зверь азогалерикс. В позднем миоцене – плиоцене на острове Гаргано в Средиземноморье обитал очень крупный плотоядный ёж дейногалерикс (Deinogalerix). Гигант с Новой Азоры фактически повторил этот ход эволюции, хотя заметно отличается от своего вымершего родича строением и повадками.
В отличие от ископаемого дейногалерикса, азогалерикс является всеядным животным. Это крупное медлительное животное, похожее на дикобраза, обитающее в лесах и кустарниках. Азогалерикс размером с барсука, но кажется крупнее из-за относительно длинных лап. Когти задних лап относительно короткие, толстые и прочные. На передних лапах когти длинные и острые – с их помощью азогалерикс добывает корм, а при необходимости оказывает отпор врагам. Тело животного покрыто тёмно-серой шерстью, на боках окаймлено узкой белой полосой, которая отграничивает область, покрытую иглами.
Иглы азогалерикса несколько напоминают иглы дикобраза. Они довольно длинные – до 10 – 15 см в длину. Каждая игла в основании тёмная, почти чёрная, с белым кончиком. Иглы животного утолщенные и полые в средней части; в их основании располагается особая мышца, с помощью которой животное может поднимать и опускать иглу. На голове азогалерикса иглы более толстые, чем на туловище. При трении друг об друга они издают звук, похожий на треск погремушки, который слышен за несколько метров от животного. Обычно азогалериксы используют этот звук для выяснения отношений с сородичами, но он также служит для предупреждения хищников. Раздраженное животное встряхивает головой, предупреждая о готовности драться. При этом азогалерикс садится на задние лапы, демонстрируя агрессору белую полосу на боку, которая выделяется на фоне тёмной шерсти зверя. Иглы – не единственная защита азогалерикса: в ближнем бою животное наносит противнику сильные укусы и глубокие раны когтями передних лап. Защищаясь, животное может даже вставать на задние лапы, чтобы казаться крупнее.
Азогалерикс всеяден: он одинаково охотно поедает плоды, падающие с деревьев, мелких животных и падаль. По утрам эти животные часто бродят по берегам острова, отыскивая мёртвых морских животных, выброшенных ночью на берег. У животного слабое зрение, но зато прекрасно развито обоняние – обонятельные пути азогалерикса широкие, с многочисленными складками слизистой оболочки. Крупные челюсти, составляющие больше половины длины черепа, и широкие бугорчатые зубы позволяют этому животному легко перемалывать кости позвоночных животных и разжёвывать орехи. Но уплощенный череп с относительно небольшой мозговой коробкой указывает на то, что поведение этого животного отличается примитивностью.
Азогалерикс – это одиночное животное, активное в сумерках. В самые жаркие дневные часы и примерно с полуночи до раннего утра этот зверь спит. Он не строит постоянного убежища, ограничиваясь использованием временных укрытий. Каждое животное тщательно метит территорию, кусая корни деревьев и обливая разгрызенные места мочой и мускусной жидкостью из желез, расположенных около анального отверстия.
Один раз в год самка всё же проявляет основы строительного искусства: она сооружает в кустах простое гнездо с рыхлой крышей из веток и с травяной подстилкой. В гнезде она рождает потомство: 3 – 4 довольно крупных детёнышей. Первые недели жизни они слепые и глухие, а в первые часы после рождения ещё и совершенно беззащитные: их иглы мягкие. Иглы очень быстро твердеют и отрастают: в двухдневном возрасте детёныш уже может нанести противнику болезненный укол. Слух у детёнышей появляется в возрасте 10 – 12 дней, на третьей неделе жизни у молодняка открываются глаза, и животные начинают активно исследовать окружающий мир, покидая гнездо. На пятой неделе жизни самка уводит их из гнезда, и детёныши следуют за матерью, которая учит их добывать корм и защищает при необходимости. Половая зрелость у молодых зверей наступает в возрасте трёх лет. До этого времени доживает не более одной десятой части молодняка. Большинство азогалериксов погибает в первые недели самостоятельной жизни.
Продолжительность жизни этого вида составляет около 20 лет.

Мартилла смертоносная (Martilla mortalis)
Отряд: Хищные (Carnivora)
Семейство: Куньи (Mustelidae)

Место обитания: Новая Азора – леса и побережья.

Рисунок Amplion, колоризация Ламберта

Исходный рисунок Amplion

Обычно острова, никогда не имевшие связи с материками, представляют собой безопасное место. Птицы на таких островах быстро теряют способность летать и становятся менее осторожными. Это результат отсутствия на островах такого рода наземных хищников. Азорские острова и их производное, Новая Азора, принадлежат к таким островам. Но в неоценовой фауне этого острова всё же присутствует крупный четвероногий хищник. Это результат деятельности человека, вымершего миллионы лет назад. В историческую эпоху люди завезли на острова ласку (Mustela nivalis) и хорька (M. furo), и это во многом определило судьбу фауны острова. Два вида хищников прижились на Азорских островах, и их потомки пережили всплеск вулканической активности, вызвавший появление единого острова на месте Азорского архипелага.
Крупное кунье Новой Азоры, главный хищник острова – потомок хорька, который называется мартилла. Это наземное животное похоже на гигантскую помесь куницы и росомахи. Тело мартиллы длинное и мускулистое, на коротких сильных ногах. Длина туловища взрослой особи около полутора метров, длина хвоста до 20 см. Самцы мартиллы крупнее самок: высота взрослого самца в плечах около 40 см, самка немного мельче. У животного острые невтяжные когти. Тело мартиллы покрыто коротким мехом бурого цвета с размытыми поперечными полосами; на хвосте полосы становятся отчётливее, а его кончик белый. Голова мартиллы светлее, чем тело, а вокруг глаз есть участок чёрной шерсти, похожий на «маску», характерную для хорька.
Голова мартиллы на гибкой и подвижной шее, округлая, с короткой широкой мордой и сильными челюстями. Этот зверь хорошо приспособлен к тому, чтобы убивать жертву, более крупную, чем он сам. Клыки животного относительно длинные, слегка торчат изо рта. Коренные зубы напоминают кошачьи – они имеют острый режущий край. Рот мартиллы может раскрываться очень широко – на угол около 120 градусов.
Мартилла пользуется при охоте преимущественно зрением и слухом. Глаза этого животного очень чувствительные – в сетчатке имеется выстилка из клеток, содержащих гуанин (как у кошачьих). Благодаря этой особенности глаза мартиллы «светятся» в темноте. Уши животного короткие, но широкие и чувствительные.
Мартилла – крупное животное, обитающее на земле. Взрослые животные охотятся на наземную добычу, предпочитая атаковать колонии крупных морских птиц на побережье, или местных наземных млекопитающих. Молодые животные значительно проворнее взрослых – они хорошо лазают по деревьям и могут охотиться даже на птиц.
Это сумеречное и ночное животное, которое имеет постоянное укрытие. Логово представляет собой обширную нору, которую животные выкапывают в земле, или лежащий на земле ствол дерева с выгнившей сердцевиной.
Самки живут небольшими группами, а более крупные самцы отдельно. Самки клана метят границу территории совместно, используя для этой цели стволы деревьев и камни. На стволах и корнях деревьев они обдирают кору и метят такие места остро пахнущими выделениями анальных желез. Интересной особенностью этого вида является совершенно разный запах самцов и самок. Если запах выделений самок скорее неприятный, то самец мартиллы, напротив, пахнет очень изысканно – его выделения богаты мускусом. Самец использует этот запах для ухаживаний, когда надо ослабить агрессивность самок. Самец постоянно изучает запах помёта и меток, оставляемых самками, стараясь вовремя определить, где есть самка, готовая к спариванию.
Ухаживая за самкой, самец мартиллы опрыскивает выделениями анальных желез хвост, и при встрече с самкой по-собачьи машет им из стороны в сторону, создавая в воздухе облако своего аромата. Готовая к спариванию самка, почувствовав такой запах, приближается к самцу, показывая знаки подчинения – она опускает голову и почти крадётся к самцу, касаясь животом земли.
Обычно же отношения самца и самок носят выраженный антагонистический характер. Часто самец поедает добычу самок, отгоняя их от свежеубитой дичи, пока самки не успели отдохнуть после охоты и не могут оказать ему существенного сопротивления. Он может на какое-то время стать социальным паразитом: самец просто следует за кланом самок, и отгоняет их от добычи, пользуясь превосходством в силе. Но последствия такого образа жизни самцов могут негативно сказаться даже на воспроизводстве вида. Самки мартиллы устраивают коллективное гнездо и совместно ухаживают за выводком каждой из самок. Самец может проявлять агрессию по отношению к потомству: для мартилл характерен каннибализм, и в среднем, около трети детёнышей, не достигших самостоятельности, может стать жертвами самца, на территории которого обитает клан самок. Каннибализм – это своеобразный способ сдерживания численности вида на острове. Подобное явление наблюдалось в голоцене у гигантского комодского варана (Varanus comodoensis) Другой механизм сдерживания численности вида – резкая агрессия самцов по отношению друг к другу. Каждый самец обитает на территории, которую занимает несколько кланов самок, и помечает её границы. Если на его территории появляется другой самец, между ними может произойти жестокая драка, которая часто заканчивается тяжёлыми травмами или смертельным исходом.

Следующая

На страницу проекта