Стражи Атлантиды

 

Путешествие в неоцен

 

Стражи Атлантиды

 

 

 

В неоцене география Атлантики заметно изменилась по сравнению с эпохой голоцена. С конца мезозоя и на протяжении всего кайнозоя этот относительно молодой океан постепенно расширялся. В неоцене это расширение привело к изменению направления циркуляции вод, которое коренным образом отразилось на живых существах, обитающих в этом океане. Разрыв Северной и Южной Америки вызвал появление Панамского течения, направленного в Тихий океан. А закрытие Берингова пролива Берингийским перешейком при столкновении Евразии и Северной Америки имело иные, не менее серьёзные последствия. Северный Ледовитый океан превратился фактически в огромный водоворот, сообщающийся лишь с Атлантикой. Вдоль берегов Гренландии в него вливается тёплый Гольфстрим, а навстречу ему вдоль берегов Северной Азии и Европы из Северного Ледовитого океана движется холодное течение Антигольфстрим, во многом обуславливающее более холодный климат Европы, чем ожидался бы в неоцене на фоне общего потепления климата Земли. В центральной части Атлантического океана появился медленный водоворот, в котором растут массы бурых водорослей. Этот водоворот «раскручивается» тёплым Гольфстримом и его холодным европейским «братом», а на его пути находится большой остров вулканического происхождения – бывшее подводное Азорское плато. В этом месте вода с глубин, насыщенная фосфатами и нитратами, поднимается вверх по склонам Серединно-Атлантического хребта к поверхности, вызывая бурный рост планктона и плавающих водорослей.
Переход от голоцена к неоцену ознаменовался природными катастрофами и их непременным спутником – массовым вымиранием, которое затронуло большинство групп морских и наземных животных. После экологического кризиса коренным образом сменилась фауна океана. Результаты массового вымирания оказались особенно плачевными для жителей открытого океана. Многие группы океанских животных, типичных для голоцена, в неоцене становились редкими, а часто полностью вымирали. Такая участь постигла преимущественно виды, стоящие на вершине пищевых пирамид – крупных акул и морских млекопитающих, а также виды, питающиеся планктоном или проводящие в составе планктона часть жизни. Дельфины, киты, тюлени, разнообразные акулы открытого океана – все, кто зависел от планктона или животных, питающихся им, вымерли полностью. Исчезли специализированные рыбы открытого океана – сельди, тунцы, ставриды, меч-рыбы и другие кочевники и скороходы морей. Среди планктонных животных исчезли многие группы, а выжившие были представлены жалкими остатками былого разнообразия.
Когда в неоцене биологическая продуктивность океанов начала восстанавливаться, преимущество в выживании получили виды, обладавшие в момент катастрофы высокой скоростью смены поколений. Это позволило им быстро восстановить численность после кризиса. Обладая этим преимуществом, выжившие животные в значительной степени изменили облик океанской фауны.
Фауна умеренных и субтропических областей Северной Атлантики отличается своеобразием: теперь в ней доминируют главные конкуренты рыб – пелагические кальмары. Эти моллюски, обладающие коротким жизненным циклом и размножающиеся вблизи берегов, оказались менее подвержены влиянию экологического кризиса. Конечно, рыбы в океане тоже есть, и их много видов, но в сообществах открытого океана они уже не образуют массовых скоплений (как сельди или скумбриевые рыбы в эпоху голоцена), и находятся на втором плане. Вдали от берегов кальмары почти вытеснили рыб из мелко- и среднеразмерного класса. Но на вершине пищевых цепочек всё же стоят рыбы, хотя и здесь кальмары сделали удачную попытку посягнуть на их господство.
В разгар дня на поверхности воды показываются гладкие блестящие спины довольно крупных живых существ. Может быть, это последние из дельфинов? Нет, над водой не поднимаются характерные фонтаны, возникающие при выдохе этих животных. И ещё они движутся совершенно бесшумно, в то время, как дельфины шумно дышат и активно общаются между собой с помощью звуков.
Неожиданно существа ускоряют движение, и мокрые спины на какое-то время исчезают под водой. Через несколько секунд после этого на поверхности появляются серебристые рыбьи бока – неизвестные подводные охотники окружили косяк молодых рыб. Вода буквально закипает: рыбы явно стараются спастись, но они окружены. Внезапно один из охотников выскакивает из воды, и сразу становится ясно, к какому роду-племени он принадлежит. Удлинённое тело существа имеет два широких плавника по бокам, а его тело заканчивается… щупальцами, а не двухлопастным хвостом. Нет, скорее не заканчивается, а начинается – это крупный головоногий моллюск с короткими щупальцами, и движется он задом наперёд, как все его родственники. Животное ныряет в самый центр окружённой рыбьей стаи, а следом за ним прыгает ещё одно такое же. Атака на рыб тщательно спланирована и безошибочно претворена в жизнь. Эти существа – прыгающие кальмары, одни из самых удачливых хищников открытого океана.
Под водой видно, как кальмары охотятся на рыбу. Они окружают косяк рыб, и не пускают рыбу из западни, оттесняя к поверхности. Время от времени одно из животных проносится сквозь скопление добычи и выбрасывает прозрачную желтовато-коричневую жидкость. Попав в облако жидкости, рыбы судорожно дёргаются и всплывают кверху брюхом. У голоценовых кальмаров в арсенале ядов были чернила, а у их неоценовых потомков они превратились из защитного оружия в наступательное. Когда в воде оказывается достаточное количество оглушённых ядом рыб, кальмары хватают их щупальцами одну за другой, и поедают. Такая охота относительно безопасна для кальмаров – у них выработался иммунитет к собственному яду.
Кальмары общаются друг с другом при помощи цветовых сигналов, но рыбы, окружённые ими, громко плещутся, выскакивая из воды, и издают сигналы тревоги. По таким звукам прочие обитатели океана узнают об удаче кальмаров, и тоже торопятся получить свою порцию еды на их пиршестве.
В океане далеко разносятся звонкие голоса рыб, похожие на звуки гонга и чириканье. Это голоса крупных хищных рыб, горбылей-лопат. Косяк этих рыб, сверкая боками, движется к месту охоты кальмаров. Из голубой дали появляются силуэты лобастых рыб. Собравшись большим косяком, они держатся несколько поодаль, опасаясь действия яда кальмаров: в противном случае они сами могут стать жертвами этих моллюсков. Но и кальмары стараются не подплывать близко к хищным рыбам – их мягкие тела были бы легко разорваны острым зубам горбылей-лопат. Зато вместе кальмары могут создать приемлемую для защиты «химическую завесу», которая может отравить даже крупную рыбу. Так между конкурентами устанавливается своеобразный «паритет».
Кальмары съедают часть оглушённых ядом рыб, и спешно ретируются – их беспокоит присутствие горбылей. Видя, что кальмары уплывают, горбыли не теряют времени, и подхватывают остальных рыб, пока они не пришли в себя. Остатки косяка мелкой рыбы в это время скрываются в голубой дымке.
Планктон – основа биологической продуктивности океана. Миллиарды мелких организмов размножаются в воде с большой скоростью, окрашивая океан на большом протяжении в розоватый, зеленоватый или белёсый цвет. Розоватый цвет морских пастбищ означает, скорее всего, скопления небольших красных рачков мизид, белёсый – мелких медуз и других полупрозрачных животных. Среди планктонных организмов большинство видов питается водорослями и микроскопическими животными, а некоторые виды – активные хищники. Медузы, молодь рыб и крупные виды планктонных ракообразных – настоящие чудовища, прожорливые и беспощадные, хотя их длина составляет порой лишь около двух сантиметров. Одни из них вооружены длиннейшими щупальцами, содержащими стрекательные клетки, у других есть острые ногочелюсти с крепкой хваткой, а ещё кто-нибудь имеет длинный колющий хоботок. Но все они оказываются беспомощными, если попадают в простую, но эффективно действующую ловушку.
В воде близ поверхности плавают целые облака разбухшей слизи, похожие на вязкий кисель. Если кто-то из планктонных монстров случайно заденет их, он сразу же приклеивается к слизи и уже не может освободиться. Ему лишь остаётся ждать своей участи – пока хозяин ловушки не начнёт собирать «урожай» - попавшихся таким же образом мелких животных.
Хозяин ловушки не удаляется от неё из опасения, что уловом может воспользоваться кто-нибудь из сородичей. Это существо выглядит весьма необычно, напоминая скорее какую-то галлюцинацию: у него полупрозрачная плоть, сквозь которую видны внутренности и пульсирующее сердце, вытянутая голова с крупными шаровидными глазами на ножках, и рот, вытянутый в хоботок. По бокам тела у животного есть широкие нежные крылья, а сзади его тело вытянуто в длинный «хвост». Странная внешность и полупрозрачное тело определили название существа – морское привидение. Его ближайший родственник – хищный моллюск астаротус из Карибского моря. Морское привидение – это гигантский планктонный брюхоногий моллюск, и его пища – другие планктонные обитатели. Но этот хищник не догоняет жертв подобно астаротусу, а предпочитает пассивную охоту. Выбрасывая изо рта густую слюну, выделяемую гипертрофированными слюнными железами, этот моллюск устраивает ловушки для планктона. В воде слюна разбухает в клейкую слизь, в которой вязнут мелкие существа. Морское привидение поедает планктон множества видов, не отдавая предпочтения какому-то одному – это выгоднее, поскольку в таком случае нет зависимости от какого-то ограниченного источника пищи. Чтобы не упустить ловушку, моллюск часто держит один край ловушки во рту. Когда на слизь налипнет достаточно планктона, моллюск просто глотает слизь вместе с пойманными жертвами. При этом животное практически не тратит энергии на движение: добыча сама идёт к нему в рот. И всё же иногда морскому привидению приходится поплавать: не только это брюхоногое поедает планктон, и это не самый крупный вид среди любителей планктона.
В планктонном тумане движется странный силуэт, рождающий мысли о мифических чудовищах, придуманных людским воображением. Это существо имеет пузатое тело, длинный хвост и большую голову. Когда оно приближается, становятся видны два довольно коротких грудных плавника, которые взмахивают, словно крылья, продвигая чудовище вперёд. Это ещё один пожиратель планктона – морской виверн, своеобразный экологический аналог луны-рыбы. Он в чём-то повторил эволюционную судьбу этой ныне вымершей рыбы: как и луна-рыба, морской виверн также происходит от прибрежных рыб, приспособившихся к жизни в открытом океане. Но его предки были безобидными морскими коньками. Один из видов, выживших во время кризиса в прибрежных водах тропиков, успешно освоил открытый океан, превратившись в гротескное морское чудовище.
Рыба пятиметровой длины плывёт, поворачивая голову из стороны в сторону, и размеренно взмахивая крыловидными плавниками. Когда монстр приближается, морское привидение отплывает подальше – эта рыба опасна для мягкотелых, и легко сможет проглотить даже крупного планктонного моллюска. Впрочем, морской виверн предпочитает не охотиться на подвижных существ, которых нужно долго преследовать. Его интересует преимущественно корм, который не сможет удрать далее, чем на полметра от его рта. Брошенная морским привидением слизистая ловушка с планктоном оказывается для него весьма кстати: ткнувшись в неё длинным рылом, морской виверн раскрывает небольшой рот, и сильным движением жаберных крышек втягивает в него воду вместе с частью ловушки. Покончив за несколько секунд с даровым угощением, драконоподобная рыба продолжает свой путь. Морской виверн доплывает до скопления мелких, почти прозрачных медуз. Здесь мало рыб и мелких беспозвоночных: медузы ядовиты, и прикосновение к их жгучим щупальцам очень опасно. Щупальца медуз образуют в воде целую сеть, которая перехватывает любое существо крупнее нескольких миллиметров. Но морской виверн отнюдь не собирается попадаться в эту сеть и становиться обедом медуз – напротив, он сам плывёт сюда пообедать. Добравшись до скопления медуз, морской гигант начинает втягивать их одну за другой, словно живой пылесос, глотая вместе со жгучими щупальцами. Яд не причиняет рыбе вреда – у морского виверна иммунитет к ядам всевозможных планктонных организмов, позволяющий ему без вреда для себя поглощать всё, что плавает в толще воды. Испуганные резкими движениями рыбы, некоторые медузы пытаются ускользнуть, но трубковидное рыло морского виверна настигает их с беспощадной точностью. Одной медузе всё же удаётся уйти, оборвав щупальце, попавшее в рот рыбе. Невдалеке кормится ещё один такой же монстр. Обычно встреча морских вивернов – большая редкость, хотя готовые к размножению самки привлекают множество самцов, составляющих ей «почётный эскорт» до тех пор, пока самка не отнерестится с одним из них.
Толща воды является более густо населённой, нежели кажется на первый взгляд. Порой лишь случайный отблеск солнца выдаёт присутствие многочисленных, но совершенно прозрачных животных. Так им в какой-то мере удаётся избежать нападения планктоноядных чудовищ вроде морских вивернов. В солнечных лучах у поверхности воды поблёскивают быстрые живые существа, плывущие целой стайкой. Их выдают лишь серебристая выстилка полости тела, маскирующая внутренности, и крупные глаза, сверкающие зеленоватыми огнями, когда в них попадает луч солнечного света. Они быстро меняют направление, хватая почти прозрачными щупальцами крупных планктонных рачков. Эти морские призраки – хрустальные кальмары, ещё одна разновидность головоногих моллюсков. Всю жизнь эти животные проводят в планктоне, и не подходят к берегам даже чтобы отложить яйца. Эти планктонные моллюски полупрозрачны и практически невидимы для морских вивернов. Кроме того, они плавают гораздо быстрее этих рыб, и поэтому никогда не попадают к ним на стол, разве что мёртвые.
Ночью поверхность океана озаряется вспышками света, испускаемого разными планктонными существами. Ярко светятся скопления одноклеточных ночесветок, временами голубоватыми ракетами в толще воды проносятся сальпы, которые при дневном свете практически невидимы. Купола небольших медуз переливаются вспышками белого, зеленоватого и розового света.
Морское привидение, огромный брюхоногий моллюск, плывёт под поверхностью воды, взмахивая «крыльями», словно скат. Сейчас ему питаться лучше всего: в верхние слои воды всплывают планктонные организмы из глубин, и животное ищет место, чтобы расставить свою слизистую «сеть». По ночам в ловушки морских привидений попадаются даже мелкие глубоководные рыбы, приплывшие к поверхности за едой. Выбрав для кормёжки место, где много планктонных рачков, моллюск раскрывает рот, и его слюнные железы начинают вырабатывать слизистую ловушку. Но, похоже, здесь ему не подкормиться ничем: в мягкое тело морского привидения с разгона врезается что-то более упругое, тут же отскакивая в сторону. Яркие вспышки света ослепляют плавающее брюхоногое, и какие-то светящиеся существа начинают кружиться около его головы. На морское привидение наткнулся один хрустальных кальмаров, стая которых тоже облюбовала это место для кормления. Яркий свет был реакцией испуганных головоногих на неожиданную встречу. Ночью хрустальный кальмар светится необычайно ярко: всё его тело усыпано мелкими светящимися органами, а взмахивающие плавники описывают в воде огненные «змейки». Испуганное неожиданно ярким светом, морское привидение уплывает подальше от суетливых головоногих, которые быстро успокаиваются и продолжают кормиться. Между собой они «перемигиваются» короткими вспышками неяркого голубого света. К несчастью для себя, один из кальмаров с разгону врезается в слизь, выпущенную морским привидением. Попавшись в ловушку, моллюск с силой хлопает плавниками, пытаясь освободиться. При этом тело рассерженного кальмара начинает светиться ярче, и по нему волнами пробегает голубой огонь. Заметив это, прочие кальмары приглушают свечение и отплывают в сторону, почти растворившись в темноте ночного океана. Но хрустальный кальмар крупнее, чем животные, обычно служащие пищей морскому привидению, поэтому он вскоре освобождается, разметав слизистую ловушку в клочья. Тревожное свечение сменяется обычными неяркими вспышками, и стая кальмаров воссоединяется.
Большинство морских животных, способных светиться, редко делает это постоянно. Обычно они ярко вспыхивают, если их кто-то потревожит. Путь сонной рыбы сквозь стаю мелких светящихся животных отмечен вспышками света или долгой светящейся полосой, которая медленно гаснет в темноте. Но иногда море начинает светиться особенно ярко. Через вспышки голубого и жёлтого света движутся силуэты огромных существ. Они похожи на китов, но это огромные рыбы – акулы-кашалоты, самые крупные рыбы эпохи неоцена. Они обитают в глубинах, но ночью поднимаются к поверхности океана на кормёжку.
Ночь – это время, когда разные обитатели глубин совершают вертикальные миграции для кормления в продуктивных верхних слоях воды. Миграции эти проходят еженощно и с большим размахом: крошечные существа дважды в сутки преодолевают расстояние в сотни метров по вертикали. Стаи мелких животных – ракообразных и рыб – поднимаются из глубин на поверхность, и хищники мелкого и среднего размера из верхних слоёв воды поедают их. Каждая стая мелких рыб или ракообразных привлекает крупных хищных рыб, охотящихся ночью, и вспышки света на поверхности ночного океана отмечают их атаки. Кроме того, некоторые крупные животные, обитающие на поверхности океана, ночью просто спят, и в этом состоянии их легко застать врасплох. На них-то и охотятся акулы-кашалоты. Они едят любых крупных обитателей океана: рыб и кальмаров. Они охотно кормятся даже падалью, поедая иногда трупы собственных сородичей.
Когда такие чудовища промышляют на поверхности, активные днём обитатели океана стараются получше спрятаться от них. Излюбленные «спальни» для обитателей открытого океана – плавающие водоросли. Южнее вулканического острова Новая Азора, образовавшегося на месте Азорских островов, морские течения «раскрутили» огромный водоворот, в котором обильно разрастаются бурые водоросли. Иногда капризные штормы отрывают от водорослевых полей небольшие участки, которые попадают в северные воды, и порой доплывают даже до берегов Исландии и Гренландии. Пока они «путешествуют в никуда», разнообразные морские животные используют эти плавающие островки водорослей как убежище во время ночлега. В одном таком островке устроилась на ночлег целая стая горбылей-лопат. Ночью эти рыбы меняют цвет: из серебристо-голубых они становятся поперечно-полосатыми, по телу проступают узкие чёрные полосы. Стая горбылей забилась в плавающие водоросли, и рыбы крепко спят. Они слегка шевелят жаберными крышками, и время от времени стараются забиться ещё глубже в водоросли. Ночью спят не только рыбы – стая прыгающих кальмаров тоже заснула в плавающих возле поверхности воды водорослях, выбрав, разумеется, место подальше от хищных горбылей. Животные побледнели, слабо шевелят щупальцами во сне, изредка взмахивают плавниками, передвигаясь с места на место. Рядом со спящими прыгающими кальмарами покачиваются прозрачные слизистые капсулы, внутри которых находятся шаровидные яйца. Это кладки хрустальных кальмаров, сделанные несколько дней назад.
Невозможно сказать, видят ли эти животные сны, и снятся ли им кошмары. Но реальность жизни в океане такова, что кошмары могут приходить не во снах, а наяву. Вовремя проснувшись, можно избавиться и от них, но так бывает не всегда. Когда прыгающие кальмары спят, один из жителей океана имеет реальный шанс полакомиться ими. Обычно днём эти моллюски легко ускользают от любого охотника, но ночь уравнивает шансы хищника и жертвы. Под плавучими водорослями, где устроились на ночлег эти кальмары, движется огромное существо, превышающее размерами любого из них в несколько раз. Лунный свет отблёскивает в огромных глазах этого существа – представителя ещё одного вида головоногих. Его силуэт напоминает силуэт крупного дельфина или акулы – плавники у этого моллюска длинные и относительно узкие. Это один из самых удачливых видов головоногих открытого океана, кальмар-косатка, прожорливый хищный моллюск. Он – одно из самых опасных животных открытого океана, успешно конкурирующее с позвоночными. Когда настала ночь, моллюск вышел на охоту за разнообразными животными. Кальмар-косатка готов съесть любое животное, которое сможет одолеть. Для охоты он использует химическое оружие, но несколько иного рода, чем прыгающие кальмары: параллельно с осьминогами у него развились ядовитые железы в клюве, поэтому от его укуса даже достаточно крупное животное погибает за несколько минут. Днём этот моллюск малоактивен и предпочитает прятаться на глубине, либо затаивается среди плавающих водорослей, зато ночью он становится одним из кошмаров для остальных обитателей океана.
По запаху кальмар-косатка находит спящих среди водорослей прыгающих кальмаров. Точно определив их местоположение, он начинает подкрадываться к моллюскам снизу: так меньше вероятность, что его заметят. Зависнув в воде головой кверху, он быстрым плавным движением выбрасывает ловчую руку вверх, и хватает одного из прыгающих кальмаров. Щупальце сильно стягивает тело и плавники моллюска, а роговые крючья вонзаются глубоко в его плоть, не давая животному возможности улизнуть. Единственное, что смог сделать атакованный прыгающий кальмар – выпустить ядовитую жидкость. Но кальмар-косатка инстинктивно предугадал эту возможность: именно поэтому он атаковал снизу и издали. Прыгающие кальмары, потревоженные нападением хищника и разбуженные запахом яда своего сородича, спросонья мечутся из стороны в сторону, натыкаясь друг на друга и на плети водорослей. Несколько кальмаров в панике выбрасывают в воду порции яда, что ещё больше усиливает сумятицу. Наконец, стая прыгающих кальмаров расплывается и исчезает в темноте. Кальмар-косатка почти не обращает на них внимания. Он просто ныряет вместе с добычей глубже, избегая действия яда прыгающих кальмаров. Первым же укусом он буквально раскрошил хрящевой «череп» пойманного прыгающего кальмара, и теперь спокойно отрывает клювом куски мяса от его тушки, вися в толще воды на глубине около 50 метров.
Кальмар-косатка внушает страх прочим обитателям океана. Даже днём, когда он флегматично парит в толще воды, лениво взмахивая плавниками, ни одна рыба не осмелится подплыть к нему близко. Ни одна? Впрочем, одна рыба всё же делает это, причём без риска для собственной жизни. Мало того, именно кальмар-косатка рискует жизнью, проявляя беспечность и не спасаясь бегством при её приближении. Одно из немногих животных океана, способных победить кальмара-косатку – это акула-кашалот. Этот вид акул в процессе эволюции отчасти заменил вымерших к неоцену зубатых китов кашалотов, и стал главным охотником на головоногих. Кашалот для охоты на кальмаров пользовался своим ультразвуковым «радаром», обнаруживая и даже оглушая кальмаров с помощью узкого направленного звукового «луча». Но единственным недостатком этого охотника была его связь с поверхностью воды. Кашалот был вынужден всплывать за воздухом, в то время, как крупные рыбы и кальмары могли оставаться на глубине неограниченно долгое время. Акула-кашалот лишена этого недостатка: подобно всем сородичам она дышит жабрами и не нуждается в атмосферном кислороде. Она не умеет издавать ультразвуки подобно китам, зато обладает чувством, которое они утратили. Обоняние – вот «секретное оружие» этой акулы. Ноздри акулы-кашалота устроены особым образом, что позволяет ей с высокой эффективностью отслеживать запахи. Ноздри неглубокие, но сильно растянуты в продольном направлении. Их края в средней части смыкаются, а на концах открыты – ноздри превращается в трубки, через которые при движении акулы непрерывно проходит вода. Пользуясь своим острейшим обонянием, акула-кашалот свободно преследует кальмаров-косаток в глубинах океана. Обычно во время охоты эта рыба плывёт, взмахивая широкими грудными плавниками, словно крыльями. Но в покое она предпочитает двигаться более медленным, но экономичным способом, извиваясь всем телом. Кальмар может плавать очень быстро, но не очень долго. А ещё он не может скрывать своего запаха, и пусть он обгонит акулу и оставит её далеко позади, она рано или поздно настигнет его, вымотав до изнеможения. И кальмару остаётся лишь надеяться, что хищника что-нибудь отвлечёт от преследования.
Кальмар-косатка ощущает приближение акулы загодя: взмахи её плавников-крыльев создают волны, сила и ритм которых безошибочно узнаются этими моллюсками. Кроме того, у кальмара в запасе есть несколько хитростей. Во-первых, его чернила всё ещё обладают ядовитыми свойствами, и в «ближнем бою» он может парализовать обонятельные нервы акулы. А во-вторых, «расстреляв» запас чернил, моллюск может затаиться в плавающих водорослях, которые отчасти маскируют его запах.
Кальмар-косатка спасается от преследующей его акулы среди водорослей. Распугивая сонных рыб, четырёхметровое животное с разгону врезается в плавающие водоросли и глубоко забивается в их гущу. Зарывшись в водоросли, кальмар-косатка замирает, и его кожа покрывается коричневатыми пятнами и полосками под цвет водорослей. Но запах всё равно выдаёт его, и минуту спустя огромная акула, словно взбешённая подводная лодка, буквально таранит снизу спрятавшееся головоногое. Кальмар делает лишь слабую попытку спастись: у него отбиты все внутренности, и любое движение причиняет страшную боль. А акула ударом широкой головы снизу подбрасывает его в воздух метров на десять вверх. Описав дугу, избитый кальмар-косатка шлёпается в воду, и челюсти акулы-кашалота смыкаются на его теле.
Мелкую добычу акула-кашалот поедает, заглатывая целиком. Но с этим кальмаром ей приходится немного повозиться – тело моллюска упало в водоросли, и акула совершенно не желает портить себе ужин малосъедобным бурым «гарниром». Она треплет тело кальмара, вытаскивая его из водорослей, и отрывает от него лишь небольшие кусочки. На поверхности воды в лунном свете поблёскивает широкая голова этой гигантской рыбы. С одной стороны на её коже заметно нечто, похожее на нарост, образующийся на месте старой раны. Но, когда голова акулы погружается под воду, этот «нарост» шевелится. А когда мимо него проплывает небольшой клочок мяса растерзанного акулой кальмара-косатки, становится очевидно, что это вовсе не нарост, а самостоятельное живое существо. Это создание вытягивает длинное щупальце и ловко подхватывает кусочек мяса, который исчезает где-то под одним краем этого существа. Как ни странно, этот нахлебник – тоже кальмар особого вида, кальмар-липучка. Он принадлежит к числу живых существ, для которых тело акулы-кашалота стало родным домом.
Среда обитания для живых организмов – это не только воздух, вода и земля. Некоторые виды живых существ избрали своей средой обитания организмы других видов животных или растений. И акула-кашалот, гроза Атлантики, сама выступает в качестве среды обитания для множества видов животных. Мерно взмахивая огромными грудными плавниками, эта рыба движется сквозь толщу воды, и несёт на своей коже целый «зоопарк» разнообразных паразитов и симбионтов. Кожа акулы-кашалота очень толстая, покрыта мелкими кожными зубами. И в неё глубоко внедрились усоногие рачки – морские жёлуди особых видов, образующие целые колонии на спине и голове рыбы. Они практически не причиняют акуле вреда, поскольку не являются паразитами. Раскрыв створки своих панцирей, они выставляют свои перистые ножки, покрытые волосками, и ловят пищевые частицы, проплывающие мимо. В несколько лучшем положении находятся морские жёлуди, сидящие на нижней стороне плоской головы, недалеко ото рта акулы – им часто перепадают остатки акульей трапезы. Но они представляют собой совершенно особый вид, который хуже фильтрует воду, нежели тот, представители которого сидят на спине и боках акулы. На мягкой коже возле жабр акулы-кашалота торчат длинные (около метра), развевающиеся в воде выросты: яйцевые мешки веслоногих рачков. Когда они лопаются, в воду попадают миллионы яиц.
Возможно, паразиты извели бы акулу своим назойливым «вниманием», но, как говорится, «и у крокодила есть друзья». Акула даёт приют не только разнообразным паразитам и нахлебникам, но и усердным чистильщикам. Кальмары-липучки, конечно, время от времени подхватывают кусочки мяса акульих жертв, но всё же их основное занятие совсем другое – гигиена шкуры огромной рыбы. Эти своеобразные головоногие почти полностью потеряли способность плавать, будучи взрослыми, и большую часть жизни они проводят на теле гигантских акул-кашалотов. Кальмары-липучки живут тем, что постоянно чистят кожу акулы тёрками-челюстями, удаляя отмирающий верхний слой кожи. Кроме того, они счищают с тела акулы всевозможных паразитов. Именно из-за этих существ морские жёлуди, облюбовавшие акулу для жизни, почти полностью погружаются в её кожу, оставив на поверхности кожи лишь «люк» для ножек, который плотно закрывается массивной известковой крышечкой. Кальмар плотно прикрепляется к коже рыбы присосками, которые есть не только на щупальцах, но и развились на нижней стороне его уплощённого тела. Передвигая щупальца и подтягивая тело, кальмар-липучка может медленно ползать по телу акулы-кашалота, очищая разные участки её тела. На теле акулы-кашалота может одновременно проживать до десятка этих моллюсков, которые поддерживают её кожу в чистоте. Они находятся в относительной безопасности, сидя на теле гигантской рыбы, и единственная опасность для их жизни возникает лишь тогда, когда акула захочет почесаться об плавающий в океане ствол дерева или об шкуру своего сородича.
Обычно толстая шкура на голове, спине и боках акулы заселена паразитами не очень сильно. Другое дело – мягкая и богатая кровеносными сосудами кожа возле жабр и глаз. Здесь в неё часто внедряются паразитические веслоногие рачки, которые почти полностью погружаются в кожу акулы, всасывая питательные вещества из её крови. Наружу торчит лишь огромный по сравнению с телом рачка яйцевой мешок. У разных видов этих паразитов яйцевые мешки могут иметь разную форму – лентовидную, округлую, и даже двурогую наподобие якоря. Из яйцевых мешков постоянно выделяются порции зрелых яиц, и суточная продуктивность одного рачка может достигать нескольких тысяч яиц. Попав в воду, яйца очень быстро развиваются и превращаются в плавающих личинок. Лишь единицы из них смогут попасть на жабры других акул, завершив, таким образом, жизненный цикл. Но иногда паразитам не удаётся даже отложить яйца. Один из кальмаров-липучек, медленно переставляя щупальца и сокращая тело, словно гигантский червь, подползает к самому глазу акулы. Он скоблит верхний слой кожи клювом, видоизменённым в тёрку. Пищеварительная система этого кальмара может справиться даже с такой грубой пищей. Но всё же кальмар-липучка предпочитает что-нибудь более нежное и питательное. И яйцевые мешки веслоногих рачков, развевающиеся на жабрах акулы, как раз подходят в пищу. Моллюск осторожно, чтобы не побеспокоить акулу, на которой сидит, подползает к ним, «скашивает» их ловчими руками, и поедает. Впрочем, через несколько дней на их месте вырастут новые – тело паразита, скрытое в коже акулы, остаётся невредимым после такой «стрижки». Прямо перед кальмаром оказывается большой глаз акулы-кашалота с золотистой радужной оболочкой. Когда кальмар-липучка случайно касается глаза щупальцем, тот неожиданно поворачивается в его сторону, и мигает. Акула, может быть, впервые в жизни видит краем глаза одного из тех существ, что поселились на её собственном теле. Испуганный неожиданным движением акульего глаза, моллюск отползает и начинает очищать жаберные щели своего огромного хозяина.
Утром в океане вновь начинается переселение живых существ. Обитатели глубин опускаются к себе домой, а жители поверхности океана потихоньку просыпаются. Большинство акул-кашалотов опускается в сумрачные глубины, но одна из них остаётся на поверхности. Она беременна, и готова в течение ближайшего часа разродиться детёнышами. Гигантская рыба висит в толще воды недалеко от поверхности, плавно изгибая позвоночник и слегка шевеля хвостом. Она кажется сдержанной, но внутри её тела ещё две жизни готовы появиться на свет, и они активно ищут выход в «большой мир». Судорога пробегает по телу акулы, хвост делает резкое движение – и из родовых путей показывается акулёнок. Сначала наружу появляется голова, затем разрывается яйцевая оболочка, окружающая его, высвобождаются жаберные щели и один грудной плавник. Детёныш ещё не появился на свет целиком, а уже начинает шевелить челюстями и прогонять воду через жабры. Родовые схватки огромной акулы продолжаются, и, в конце концов, детёныш выскальзывает в воду. Он окружён остатками яйцевой оболочки, которая закрывала его, пока он развивался. Несколькими резкими движениями он высвобождается, и эти плёнки плывут в воде, словно мёртвая медуза. Пуповина, соединявшая акулёнка с организмом матери, рвётся, и в воде расплывается облако крови. Запах крови привлекает прыгающих кальмаров, которые, словно пираты, собрались вокруг новорождённой акулы-кашалота. После разрыва пуповины акулёнок какое-то время неподвижен, и кальмары в этот момент смелеют: они проплывают, едва не касаясь его щупальцами. Но акулёнок подаёт признаки жизни: несколько судорожных движений – и он плывёт. Один прыгающий кальмар подплывает слишком близко к голове новорождённой акулы, на что тут же следует типично акулий ответ – атака. Рванувшись вперёд, акулёнок хватает кальмара зубами, раздавливает, и поедает первый в своей жизни обед. Детёныши акул при рождении вооружены острыми зубами, и самостоятельны с первых минут жизни.
Новорождённый акулёнок быстро уплывает от самки – у него нет той привязанности к родителям, какая характерна для детёнышей китов. Да и самка, в свою очередь, встретив собственного детёныша через несколько дней после его рождения, может попросту съесть его. При рождении детёнышей спасает то, что у самки подавлено пищевое поведение, и такое состояние сохраняется у неё в течение нескольких часов после родов. Поэтому акула-кашалот не бросается на собственное потомство, давая ему возможность скрыться.
Роды самки акулы-кашалота продолжаются. Изогнув тело, она напрягает мускулы, и рождает второго детёныша. Он появился на свет ещё быстрее, чем первый. Несколько минут он почти неподвижен, затем понемногу начинает шевелиться и тоже уплывает. Прыгающие кальмары разрывают и поедают яйцевую оболочку, которая вышла вместе с ним, и продолжают оставаться недалеко от взрослой самки акулы-кашалота.
Постепенно огромная рыба оправляется после родов – мускулы вновь расслабляются, а связки стягиваются. Акула становится более активной. Она словно боится поверить в то, что может и дальше жить, как прежде. Рыба слегка шевелит плавниками, а затем делает неожиданно сильный взмах хвостом. Кальмары, сновавшие вокруг неё, в считанные секунды исчезают из её поля зрения – акула вновь стала самым крупным хищником моря, грозой всех головоногих.
Когда-то, около полувека назад, её жизнь началась так же, как жизнь её новорождённого детёныша. За это время она повидала многое: атаки разъярённых кальмаров-косаток, коварство прибрежных отмелей во время отлива, хитрости и уловки разных морских обитателей, силу и грубость ухаживаний самцов своего же вида. И это же самое предстоит со временем узнать её детёнышам.
Детёныш акулы-кашалота с первых минут жизни самостоятелен. Он вынужден сам заботиться о себе, и сам должен кормиться и спасаться от врагов. Конечно, врагов у пятиметрового «малыша» не так много, как у крошечного обитателя планктона, и он может позволить себе быть менее осторожным. Но морские обитатели порой могут дать совершенно неожиданный отпор тем, кто пытается охотиться на них.
Новорождённая акула-кашалот преодолевает участок моря, по которому плавают островки бурых водорослей, и выходит в открытую воду. Внезапно молодому хищнику открывается странное и удивительное зрелище: кормление морских вивернов. Эти рыбы «пасутся» на скоплении сальп – плавающих планктонных животных, родственных низшим позвоночным. Прозрачные тела этих существ соединены в длинные цепочки и быстро движутся благодаря реактивному принципу. Морские виверны, взмахивая грудными плавниками, как крыльями, настигают и поглощают сальп, втягивая их своими трубчатыми ртами. Они рвут длинные цепочки этих плавающих животных, но сальпы легко перенесут такое повреждение колоний: они обладают способностью быстро восстанавливаться.
Огромные медлительные рыбы привлекают внимание акулёнка, и он легонько толкает носом одного из них. Морской виверн в ответ на такую выходку попытался отпугнуть чужака: рыба стала «играть» цветами, становясь попеременно то бледно-голубой, то пятнистой. После нескольких секунд цветного фейерверка рыба стала полосатой, чёрно-белой. Чёрные полосы на теле морского виверна начали постепенно расширяться, и рыба целиком почернела. Окружающие рыбы, заметив, что один из их сородичей приобрёл такой цвет, тоже начали темнеть. Этим их «представление» не ограничилось. Морские виверны умеют издавать звуки не хуже горбылей-лопат. Только их «репертуар» ограничивается громкими щелчками и продолжительным шипением. Именно такое шипение стали дружно издавать все морские виверны, находящиеся рядом с акулёнком. Этот звук на какое-то время остановил детёныша акулы-кашалота, но голод взял верх над страхом, и акулёнок решительно атаковал ближайшего «дракона». Его зубы буквально скрипнули по костяному панцирю морского виверна, и в ответ на это атакованная рыба выбросила в воду струю зловонных чернил. Ужасная резь пронзила ноздри юной акулы-кашалота – очень острое обоняние не выдерживает запаха вонючей жидкости, выпущенной морским виверном. Мифический дракон виверн, по поверьям, распространял чуму, и его морское воплощение оказалось достойно своего прототипа. Отпустив морского виверна, незадачливый охотник бросился прочь. Благодаря такому химическому оружию морские виверны могут не опасаться атак даже взрослых акул-кашалотов: сведя несколько раз знакомство с этими рыбами, акулы не трогают их, и память о такой встрече сохраняется у них на всю жизнь.
Горбыли-лопаты, обычно шумные, умолкают и почтительно расступаются, когда молодая акула-кашалот плывёт через их косяк. Эти рыбы слишком быстрые, чтобы акула могла их поймать, но всё же они благоразумно сторонятся даже молодых акулят.
После нескольких часов странствий в океане детёныш акулы-кашалота видит замерший в толще воды силуэт продолговатого существа. Акулёнок никогда прежде не видел кальмара-косатку, но, если ему повезёт и он вырастет, эти животные будут разнообразить его рацион. Мозг акулёнка слишком мал, а жизненного опыта у него совсем нет, и он вряд ли догадывается, какую опасность представляют для него эти животные. Этот вид кальмаров иногда нападает даже на акулят, особенно на слабых. Но именно этот моллюск почему-то малоподвижен, хотя прямо к нему направляется весьма заманчивый на вид детёныш акулы. Моллюск висит в толще воды, время от времени шевеля щупальцами и одним глазом следя за движениями акулёнка. Встреча с морскими вивернами научила молодого хищника не атаковать раньше времени, поэтому сейчас он осторожничает. Но кальмар-косатка не предпринимает никаких ответных действий по отношению к акулёнку, и тот решает получше рассмотреть это чудовище. Если бы у акулёнка был опыт встреч с кальмарами-косатками, он бы понял, что животное находится не в лучшей форме: кожа моллюска изборождена морщинами, глаза кажутся слегка запавшими в орбиты хрящевой головной капсулы, а плавники сморщились и слегка обтрепались на краях. Акулёнок проплывает мимо неподвижного кальмара-косатки, едва не касаясь его боками, и лишь теперь моллюск реагирует на него: кальмар выбрасывает небольшую порцию чернил и отплывает в сторону. Наученный горьким опытом, акулёнок отплывает подальше от клубящихся в воде чернил, и покидает кальмара-косатку. Странное состояние этого головоногого моллюска объясняется просто: это самка, которая вынашивает потомство, и она готова родить молодняк в течение ближайших часов. В другое время акулёнку грозила бы реальная опасность от этого моллюска, но не в этот раз. У этого вида кальмаров крупные яйца развиваются в мантийной полости, и зародыши получают питание из материнского организма: яйца прирастают к стенке мантийной полости. Именно этим объясняется истощение и вялость моллюска – это последняя стадия жизненного цикла самки. Потомство начало бурно развиваться, и материнский организм отдаёт новому поколению последнее. Жизнь самки всё равно окончена, и самое целесообразное для вида в целом – чтобы как можно меньше питательных веществ пропало в желудках морских падальщиков.
Через несколько часов у самки кальмара-косатки, вконец истощённой, начинается рождение потомства. Молодые кальмары, достигшие за время беременности самки почти полуметровой длины, начинают по очереди покидать её мантийную полость. Некоторые из них ещё носят на теле остатки яйцевой оболочки, но быстро избавляются от неё, работая плавниками. Как и акулята, они предоставлены сами себе с первых минут жизни. Впрочем, ухаживать за ними и так будет некому: через несколько часов после того, как все они расплывутся, самка погибнет. Такова судьба всех головоногих моллюсков – дать потомство один раз в жизни, и умереть. Тело самки кальмара-косатки будет быстро съедено разного рода падальщиками. Не исключено, что его съедят даже прыгающие кальмары, на которых этот хищник раньше охотился. Но и те кальмары, что появились на свет несколько часов назад, успеют вырасти и умереть прежде, чем новорождённая акула-кашалот, которая проплыла рядом с их матерью, вырастет до половины длины взрослых рыб этого вида. Возможно, именно то обстоятельство, что жизнь кальмаров недолгая, не позволило им стать настоящими хозяевами морей Земли. Зато жизнь акулы-кашалота – это много десятков лет царственного величия на вершине пищевой цепочки океана.

Бестиарий

Акула – кашалот (Physelache planicephala)
Отряд: Катранообразные (Squaliformes)
Семейство: Исполинские акулы (Cetoselachidae)

Место обитания: Атлантика, глубины 100 – 500 метров

Материки Земли постоянно движутся, и от их движения зависит очень многое, в частности, характер и направление океанских течений. А течения напрямую влияют на существование планктона и общую продуктивность разных районов Мирового океана.
В конце голоцена и раннем неоцене произошло массовое вымирание морских млекопитающих. Их популяции, подорванные преследованием со стороны человека и загрязнением океана, оказались неспособными восстановиться в условиях геологических и экологических катаклизмов, и постепенно вымерли. Впоследствии при стабилизации условий в биосфере и улучшении условий жизни их место начали занимать различные виды других морских животных.
Самым крупным из охотников глубин в эпоху голоцена был кит кашалот (Physeter macrocephalus). Хотя в своей жизни он был неразрывно связан с поверхностью воды, кормовые угодья этого кита лежали на больших глубинах, вне зоны досягаемости большинства сравнимых с ним по размеру животных. В неоценовых морях его экологическую нишу занял один из представителей акул – акула-кашалот, ведущая сходный образ жизни.
Это одна из крупнейших рыб неоцена: длина её тела – до 25 метров. Около четверти общей длины составляет крупная плоская голова, примерно столько же – продолговатый хвостовой плавник с очень длинной верхней лопастью, которая расположена почти горизонтально. Грудные плавники акулы-кашалота широкие и длинные, похожие на крылья. Их основания сдвинуты вверх, к средней линии тела, потеснив жаберные щели немного вниз. Спинных плавников два: первый расположен на середине длины тела, треугольный, в нём имеется рудимент колючки, характерной для предков данного вида – мелких кошачьих акул (Squalus); второй спинной плавник невысокий, сильно редуцированный, тянется почти от основания первого спинного плавника до начала хвоста.
В покое эта рыба медленно плавает за счёт змеевидных изгибов туловища, но во время преследования добычи может ускорять движение с помощью взмахов грудных плавников. Для поддержания плавучести ей служит богатая жиром печень, составляющая до 1/3 массы всей рыбы. Толстая кожа этой акулы покрыта небольшими костными бляшками, спасающими её от нападений всяческих подводных хищников. Конечно, крупных хищников, способных убить такую рыбу, в океане нет, но есть масса мелких животных, которые питаются, выкусывая куски кожи и мускулов крупных рыб, или вовсе паразитируют на телах морских гигантов. Шероховатая поверхность кожи акулы-кашалота отчасти препятствует их деятельности.
Эта рыба окрашена довольно скромно: у ней одноцветная тёмно-коричневая спина и желтоватое брюхо. Для рыбы, проводящей большую часть времени в полумраке океанских глубин, яркая окраска не столь важна, как для мелководных рыб: это одиночное существо редко общается с сородичами. Для этого она использует не сравнительно слабое зрение, а другие, более развитые чувства.
Для охоты на свою главную добычу, гигантских пелагических моллюсков, этот вид акул располагает удивительным «секретным оружием»: острым обонянием. Огромные щелевидные ноздри этого вида достигают почти метровой длины. Они открыты только на обоих концах, но замкнуты на большей части длины, поэтому фактически представляют собой не простые обонятельные мешки, а настоящие трубы, сквозь которых при движении рыбы идёт постоянный ток воды. Обонятельная поверхность внутри этих удивительных ноздрей складчатая, образующая множество продольных карманов. Обоняние акулы-кашалота очень острое: она улавливает буквально несколько миллиграммов пахучего вещества, растворённого в тонне морской воды.
Основная пища акулы-кашалота – плавающие в толще воды гигантские головоногие и брюхоногие моллюски, а также мёртвые крупные рыбы. Это сравнительно мягкая добыча, поэтому зубы у данного вида акул сильно отличаются от обычного «акульего» стереотипа: это не режущие лезвия, а довольно короткие колющие острия, расположенные на челюстях несколькими рядами. Их главная функция – не рассечь на куски, а просто удержать скользкую, но очень слабо сопротивляющуюся добычу. Сами челюсти этой акулы могут немного выдвигаться вперёд на эластичных связках, и широко раскрываться. Если у большинства акул рот нижний, то у этого вида он сдвинут вперёд, а рыло очень короткое.
Глаза акулы-кашалота очень маленькие, расположены по бокам головы. Зрение очень слабое, и большую часть информации об окружающем мире эта рыба получает посредством обоняния и превосходно развитого электрического чувства. Кожу на голове покрывает целая сеть электрорецепторов, улавливающих малейшую электрическую активность живых существ вблизи огромной акулы.
Мелкие виды акул размножаются живорождением или откладыванием крупных яиц, но эта акула полностью перешла к настоящему живорождению. В яйцеводах самок акулы-кашалота в течение примерно 20-ти месяцев после спаривания созревает два крупных детёныша: длина тела новорождённой акулы этого вида достигает пяти метров. Детёныш рождается полностью готовым к самостоятельной жизни. Он разрывает плёнку, которая его окружала в момент рождения, и она часто становится его первой в жизни трапезой. Молодые акулы-кашалоты питаются в основном рыбой: они более подвижны, чем взрослые, и могут охотиться на более быстроходную и мелкую добычу.
Акула-кашалот обитает в открытом океане на глубине 100 – 500 метров, но ночью может подниматься к самой поверхности, особенно в холодных водах. Тогда можно увидеть, как на поверхности моря в лунном свете появляются огромные спины этих гигантов. Их можно было бы принять за китов, но они не издают характерных для этих зверей звуков – шума от выдоха и вдоха. Вертикальные миграции этого вида связаны с миграциями кормовых животных – крупных моллюсков, питающихся планктонными обитателями.
Эта акула не совершает длительных миграций, и избегает слишком тёплых вод. Вид образовал две сравнительно хорошо обособленных популяции в умеренных зонах Атлантики в обоих полушариях. Между ними имеется сообщение: отдельные «бродяги» часто преодолевают экваториальный пояс Атлантики на большой глубине. Изредка отдельные акулы всё же могут проникать через Панамский пролив в Тихий океан, но жизнеспособной популяции этого вида там пока не появилось.

Горбыль-лопата (Brevisciaena argentea)
Отряд: Окунеобразные (Perciformes), подотряд Окуневидные (Percoidei)
Семейство: Горбылёвые (Sciaenidae)

Место обитания: Атлантика, субтропический пояс. Летом заходят в умеренные воды.

Природные катастрофы на рубеже голоцена и неоцена неблагоприятно отразились на природных сообществах. Некоторые из них пришли в упадок, а некоторым не суждено было восстановиться вообще.
Резкое изменение условий обитания неблагоприятно отразилось на сообществах открытого океана. Планктон, основа пищевой цепочки, серьёзно пострадал во время природных катаклизмов. Некоторые организмы, входившие в его состав, полностью вымерли, а численность других резко сократилась. Соответственно, серьёзно пострадали все виды животных, зависящие от него. Исчезли все виды китообразных и большинство видов океанских пелагических рыб – скумбрии, тунцы, меч-рыбы и другие. В неоцене на их место пришли другие виды животных – потомки обитателей прибрежной зоны или мелководных морей, относительно независимых от планктонной продуктивности океана. Среди этих животных были разнообразные рыбы, в том числе горбыли, знаменитые своими «музыкальными» способностями.
Горбыль-лопата – один из полностью пелагических видов горбылей. Это крупная стайная рыба: длина взрослой особи достигает полуметра, и даже больше. Рыба обладает всеми основными качествами жителя толщи воды. Тело горбыля-лопаты серебристо-голубое, короткое, высокое. Хвостовой плавник серповидный. Голова лобастая, у самцов есть дополнительная жировая шишка, увеличивающаяся в брачный сезон. Во время нереста самцы приобретают брачный наряд: их голова становится почти чёрной с серебристыми пятнами на жаберных крышках.
Подобно всем сородичам, горбыли-лопаты обладают способностью издавать звуки с помощью плавательного пузыря. Особенно «голосисты» самцы в брачный сезон.
Эти горбыли – типичные хищники. Их рацион включает моллюсков (вплоть до молодых кальмаров), мелких рыб и крупных планктонных животных.
Ещё одно обстоятельство способствовало освоению горбылями пелагической жизни – их способ размножения. Горбыли мечут пелагическую икру, совершенно не заботясь о потомстве. У горбыля-лопаты нерест стайный, а продуктивность достигает 200 тысяч мелких икринок. Нерестятся рыбы всей стаей одновременно, сразу выбрасывая полную порцию икры и молок. Через 2 дня из икры выводятся прозрачные личинки. В возрасте около месяца те немногие, кто остался в живых, превращаются в мальков длиной до 2 см, похожих по форме тела на взрослую рыбу. В годовалом возрасте эти рыбы дорастают до 10 см и объединяются в стаи. В этом возрасте они покрыты продольными полосами, мешающими хищнику распознать отдельную рыбу в стае. Если им повезёт выжить, ещё через 2 года они будут длиной около 40 см, потеряют ювенильную полосатую окраску и смогут принимать участие в нересте.

Морской виверн (Vivernocampus titan)
Отряд: Иглообразные, или Пучкожаберные (Syngnathiformes)
Семейство: Пелагические коньки (Pelagocampidae)

Место обитания: Атлантический океан, поверхностные слои воды.

После массового вымирания эволюция отдельных групп живых организмов может полностью поменять направление, если появляется возможность освоить совершенно новую экологическую нишу. Так произошло в неоцене с представителями морских коньков. Численность этих безобидных едоков планктона очень резко сократилась из-за падения продуктивности экосистем. Лишь немногие виды из числа наиболее неприхотливых сумели выжить. В раннем неоцене, когда появилось большое количество свободных экологических ниш, один из их видов начал осваивать необычное для этих медлительных рыб место обитания: толщу океанских вод вдали от берегов. Этому благоприятствовало резкое повышение численности планктона, которое произошло в это время, и было вызвано отсутствием сколько-нибудь эффективных пожирателей планктона.
Пелагический потомок морских коньков превратился в удивительное существо, став крупнейшим представителем этого отряда рыб. За свою «драконоподобную» внешность он получил название «морской виверн» (виверн – одна из разновидностей мифических драконов). Длина этой рыбы достигает 5 метров, из которых около трёх метров приходится на хвост и ещё почти метр – на голову, украшенную причудливыми выростами.
Тело морского виверна покрыто прочными костяными пластинками, образующими броню, которая защищает рыбу от нападения разного рода хищников. Грудные плавники имеют мощные мускулистые основания и являются главными органами движения рыбы. Взмахивая ими, словно крыльями, морской виверн движется через толщу воды.
Поддержанию плавучести закованной в панцирь рыбы немало способствует её способность быстро усваивать жир и откладывать его в крупной печени, которая тянется вдоль тела примерно от основания грудных плавников до середины хвоста. Благодаря ей тело рыбы имеет почти нулевую плавучесть, и рыба легко движется в воде. Спинной плавник тянется вдоль всего туловища. Его волнообразные движения помогают рыбе плыть. Если же необходимо плыть быстрее, рыба может двигаться, извиваясь всем туловищем.
Окраска тела морского виверна изменяется в очень широких пределах: характерная для морских коньков способность менять окраску у этого вида получила дальнейшее развитие. Если у морского конька смена окраски занимает несколько дней, то морской виверн столь же искусен в этом, как осьминог или кальмар. Его плавники могут лишь менять прозрачность, но зато тело в зависимости от желания рыбы приобретает окраску от серебристо-серой до вишнёво-красной. Обычная окраска этой рыбы серая с тёмными беспорядочными пятнами, на хвосте складывающимися в продольные ряды.
Окраска помогает этому существу маскироваться, спасаясь от морских хищников. Но дополнительно морской виверн защищается от врагов, испуская неприятно пахнущую чёрную жидкость. Его мясо также малосъедобное, и большинство рыб этого вида гибнет от случайных хищников. Зато у взрослого морского виверна врагов совсем нет.
Голова морского виверна очень причудлива: она трубкообразная, над крупными глазами рыбы торчат «рожки», вдоль морды проходит гребень из бородавчатых наростов. Рот маленький, расположен на конце трубчатого рыла. Рыба питается, непрерывно пропуская через рот воду с помощью пульсирующих движений горла и отфильтровывая планктон жабрами. Впрочем, в рационе морского виверна немалую долю составляют водянистые мягкотелые животные – медузы, сальпы, личинки пелагических моллюсков. Медуз не спасает от этого животного даже яд – морской виверн пожирает их вместе со щупальцами. После нереста мелких сельдевых кальмаров, когда моллюски гибнут в огромных количествах, морские виверны охотно кормятся на их нерестилищах, пожирая как дохлых кальмаров, так и их яйца.
Морской виверн размножается, сохраняя «традиции» своих предков. Самка откладывает очень крупную икру в специальную выводковую сумку на животе самца. Количество икринок в одной кладке составляет всего лишь 50 – 60 штук размером с куриное яйцо. Они прирастают к стенкам выводковой камеры самца и получают питание из крови самца. Инкубация икры продолжается около трёх месяцев. Благодаря такой особенности размножения новорождённые морские виверны очень крупные (длиной около 30 см) и сразу становятся одними из главных планктонных хищников. Они растут медленно, и достигнут длины трёх метров лишь к десяти годам жизни. Тогда же они станут способными первый раз принести потомство. А предельных размеров он достигает в возрасте около пятнадцати лет. Зато продолжительность жизни морского виверна составляет около 50 – 60 лет.

Прыгающий кальмар (Delphinotheutis malandrinus)
Отряд: Кальмары (Teuthida)
Семейство: Неололигиды (Neololigigae)

Место обитания: Атлантика, поверхностные воды.

Рисунок Тима Морриса

Исходный вариант изображения -
рисунок Павла Волкова

После «планктонной катастрофы» на рубеже голоцена и неоцена большинство океанских рыб просто вымерло. Конечно, на их место пришли новые виды рыб, потомки тех, что обитали в прибрежных водах. Но этой ситуацией также воспользовались главные конкуренты рыб – головоногие моллюски. Они захватили некоторые места обитания, превратившись в достойных соперников (а иногда – страшных врагов) рыб.
Одной из вершин «конструкторской мысли» природы является прыгающий кальмар, который обитает на поверхности океана. Это активный нектонный хищник, отчасти занявший экологическую нишу мелких китообразных – дельфинов. Длина тела этого моллюска до полутора метров, щупальца – около полуметра. Тело прыгающего кальмара плотное, мускулистое. Основной орган движения у этого вида – сильные длинные плавники треугольной формы. Мускулы, двигающие плавниками, прикрепляются к широкому щитовидному гладиусу (роговая пластинка, рудимент раковины), на котором также развился гребень (гладиус этого вида похож на перевёрнутый и растянутый в ширину птичий киль). Такое развитие органа, ранее редуцированного, связано с изменениями размеров тела животного. Прыгающий кальмар – один из скороходов неоценовой Атлантики: он может развивать скорость до 50 км/ч, а на коротких дистанциях – даже до 70 км/ч. Чтобы ускорить движение, этот кальмар даже может выскакивать из воды подобно дельфину. Иногда он делает прыжки длиной до 4 – 5 метров.
Тело прыгающего кальмара окрашено в серо-голубой цвет с мелкими серебристыми пятнами. Благодаря этому его трудно заметить как хищнику, так и добыче. При необходимости животное может менять цвет фона от белого до почти чёрного или багрового, и расширять серебристые пятна, чтобы они образовывали однородный блестящий фон.
Подобно всем головоногим, это хищник (видовой эпитет “malandrinus” означает «пират»), который охотится на рыб и мелких кальмаров. Держится небольшими стаями (по 5 – 6 особей), и даже устраивает слаженную стайную охоту на рыб или более мелких кальмаров. Для охоты это животное выработало особое приспособление. Чернила всех головоногих, используемые для самозащиты, ядовиты. У этого вида чернила почти бесцветны, но зато превратились в яд для мелкой рыбы: окружив косяк рыб, кальмары просто отравляют их, а затем собирают и поедают. В процессе эволюции эти кальмары приобрели ещё одно ценное свойство: иммунитет к собственному яду, что позволяет им не дожидаться, пока ядовитое облако растворится. Также ядовитая жидкость служит для защиты: кальмар выбрасывает её, спасаясь от преследующего его врага.
Прыгающий кальмар обитает в открытом океане, не опускается на большие глубины: обычно этот вид можно найти на глубине до 50 метров. Для размножения он предпочитает скалистый шельф, где собираются большие стаи этих животных. Во время брачных игр самцы приобретают очень яркую окраску: красные продольные полосы неправильной формы. Брачные игры происходят у поверхности океана, где самцы выпрыгивают из воды и стараются произвести на самок впечатление яркостью красок. Когда пара животных сформируется, оба партнёра темнеют и погружаются на дно. После спаривания самцы гибнут, а самки отыскивают место для кладки. Обычно они приклеивают яйцевые мешки к склонам подводных гор, после чего, опустошив яичники, тоже быстро деградируют и погибают. Их тела опускаются в глубины, где служат кормом разным животным.
Потомство этого вида живёт в планктоне, образуя большие скопления. Продолжительность жизни составляет около пяти лет.

Кальмар-косатка (Orcinotheutis vorax)
Отряд: Кальмары (Teuthida)
Семейство: Живородящие кальмары (Viviparotheutidae)

Место обитания: Атлантика, поверхностные воды.

Рисунок Тима Морриса

Исходный вариант изображения -
рисунок Павла Волкова

Судя по ископаемым остаткам, раковины древних головоногих могли достигать чудовищных размеров: до 4 – 5 метров в длину. Известные человеку гигантские кальмары (Architheutis) могли быть чудовищами 18-метровой длины. Но древние гиганты вымерли, не оставив потомков, а архитевтисы разделили судьбу многих глубоководных видов, исчезнувших в эпоху массового вымирания. Зато в Атлантике эпохи неоцена появился их преемник – крупный кальмар-косатка.
Гигантский кальмар архитевтис был медлительным и вялым существом, а его тело имело весьма дряблую консистенцию. В отличие от него неоценовый кальмар-косатка – активный одиночный хищник, хотя изредка может питаться падалью. Он меньше своего голоценового кузена, достигая длины около 4 метров вместе со щупальцами. У него крупные глаза, а щупальца составляют до половины общей длины тела. Кожа окрашена в бледно-розовый цвет с коричневатыми прожилками, верхняя сторона тела покрыта тёмными пятнами.
Но самое основное отличие этого кальмара от гиганта эпохи голоцена – развитие мускулатуры. Главный орган движения у кальмара-косатки – сильный реактивный аппарат. Кольцевые мускулы мантии хорошо развиты, активно кровоснабжаются. Они буквально затянули тело моллюска в упругий корсет. Внутри мускулатуры даже развились эластичные хрящевые полукольца, поддерживающие форму тела и помогающие автоматически набирать воду в мантийную полость при расслаблении мышц. Плавники этого вида в основном выполняют функцию рулей и стабилизаторов при движении. Они довольно длинные и относительно узкие, серповидные. Лишь изредка при медленном плавании кальмар использует их для гребли. Дополнительный орган, повышающий плавучесть – огромная печень, в которой откладывается лёгкий жир. Этим признаком кальмар конвергентно сходен с акулами.
Кальмар-косатка оправдывает своё название характером питания: он охотится на крупных кальмаров других видов, а также на рыб. Обладая эффективным оружием для нападения, он атакует даже молодняк акулы-кашалота.
Главное охотничье оружие – очень сильные челюсти. Характерный для головоногих моллюсков «клюв» дополнительно укрепляется отложениями извести и может дробить даже кости крупных рыб. Укус кальмара-косатки ядовит: слюнные железы видоизменились и сильно увеличились, выделяя сильный нервно-паралитический яд (в этом наблюдается параллелизм с осьминогами, также имеющими ядовитый укус).
Кальмар-косатка приспособлен к полностью пелагической жизни, никогда не встречается близ берегов. В связи с активным образом жизни этот вид нуждается в большом количестве кислорода, поэтому избегает районов с застойными сильно прогретыми водами, а также не спускается в глубины.
Особенности размножения позволяют этому виду вести такой образ жизни. Если в эпоху человека обычные виды кальмаров для кладки яиц подплывали к берегам, то этот вид полностью отказался от этих особенностей поведения. Он также избежал необходимости откладывать множество мелких яиц, оставляя беззащитный молодняк на произвол судьбы. Кальмар-косатка уникален среди неоценовых головоногих тем, что это практически «живородящий» вид: самка вынашивает очень крупные яйца (до 100 – 150 штук) в мантийной полости. Каждое яйцо имеет мягкую оболочку, которая прорастает в стенку мантии моллюска ворсинками, и зародыш получает питание и кислород непосредственно из крови матери. В это время кровеносные сосуды самки, вынашивающей молодняк, прорастают во внутренний слой мантии. Во время инкубации в организме самки происходят необратимые физиологические изменения: она становится малоподвижной и не питается, живёт только за счёт накопленных запасов жира. Единственное, что самка может делать – это защищать потомство с помощью ядовитых укусов. За три-четыре месяца инкубации самка худеет, мышечные ткани дегенерируют, и почти сразу после рождения молоди она гибнет. Молодые кальмары очень крупные: длиной до 40 см. Покидая мантийную полость самки, они сразу готовы к самостоятельной жизни, и их укус ядовит. Смертность потомства у кальмаров-косаток очень низкая. Продолжительность жизни – около восьми лет.

Хрустальный кальмар (Pellucitheutis crystallinus)
Отряд: Кальмары (Teuthida)
Семейство: Хрустальные кальмары (Crystallotheutidae)
Место обитания: Атлантика, поверхностные воды.

Рисунок Amplion

Главным направлением в эволюции головоногих моллюсков на протяжении их истории была пелагизация - приспособление к обитанию в толще воды. Особенно преуспели в этом представители отряда кальмаров. Среди разных семейств у них неоднократно и независимо друг от друга появлялись виды, приспособленные к обитанию в толще воды. Значительная часть их вымерла во время «планктонной катастрофы» на рубеже голоцена и неоцена, но после восстановления приемлемых для жизни условий началось активное видообразование среди прибрежных кальмаров. Буквально в первые несколько миллионов лет неоцена появились настоящие пелагические кальмары нового поколения, и среди них примечательные хрупкие существа – хрустальные кальмары.
Данный вид головоногих – типичный планктонный кальмар, никогда не встречающийся вблизи берегов. У хрустального кальмара почти прозрачное тело длиной до 15 см, щупальца составляют примерно треть общей длины. Также есть пара ловчих рук, вытягивающихся до полуметра. Парение в толще воды обеспечивают широкие прозрачные плавники, которые, однако, слишком слабы, чтобы животное могло противостоять океанским течениям.
Это стайный вид головоногих, в стае может быть до нескольких сотен животных. Днём эти кальмары практически невидимы в толще воды, лишь их глаза время от времени сверкают в солнечных лучах, выдавая присутствие моллюсков. Зато ночью из невидимок эти кальмары превращаются в замечательно ярких существ: у них есть органы свечения. Всё тело хрустального кальмара покрыто мелкими фотофорами, а на краях плавников они очень крупные. Фотофоры на туловище светятся голубым, а на плавниках – ярким желтовато-белым светом. Этот моллюск светится только по ночам, при испуге ярко вспыхивает. Днём хрустальный кальмар не светится, маскируясь от хищников: прозрачность – его единственная защита, ради её достижения у кальмара исчез даже чернильный мешок.
Будучи пелагическим, хрустальный кальмар размножается, прикрепляя яйца к плавающим бурым водорослям. Отдельные островки этих растений плавают в середине Атлантики, в водовороте, образованном несколькими течениями: Панамским (идущим в Тихий океан), Северным (проходящим вдоль берега Европы) и Гольфстримом. Самка может довольно долго удерживать яйца в яйцеводах, пока не найдёт подходящий субстрат для кладки. После кладки яиц организм самки очень быстро дегенерирует, и она погибает в течение нескольких часов.

Кальмар-липучка (Echeneotheutis semiparasiticus)
Отряд: Кальмары (Teuthida)
Семейство: Кальмары-присоски (Parasitheutidae)
Место обитания: Атлантика, тело крупных акул-кашалотов.

В эпоху голоцена все головоногие моллюски были активными плавающими хищниками. Но в неоцене, когда биосферу буквально «перетряхнуло» снизу доверху, и прежние связи между живыми существами нарушились, некоторые представители головоногих стали приобретать и вовсе необычные формы, и осваивать ранее нетипичный образ жизни. На рифах Тихого океана появились, например, странные осьминоги, которые роют норы или вовсе ведут сидячую жизнь, как полипы. А в Атлантике один из кальмаров превратился из активно плавающего существа в почти нахлебника.
Кальмар-липучка – комменсал гигантской рыбы, акулы-кашалота. Практически всю жизнь, кроме самого раннего детства, он проводит, сидя на коже этой рыбы. Акула получает явную пользу от присутствия этого моллюска: он очищает её кожу от паразитов. Длина кальмара-липучки составляет около метра, причём около трети длины приходится на щупальца. Его кожа покрыта бугорками и может менять цвет от коричневого до жёлтого – в зависимости от того, на каком участке кожи акулы сидит моллюск. Фактура кожи кальмара удачно имитирует акулью шкуру, и, пока кальмар неподвижен, может показаться, что это какой-то нарост на коже рыбы.
Удержаться на коже плывущей рыбы непросто, даже если кожа весьма шероховатая. По этой причине тело кальмара-липучки заметно изменилось по сравнению со свободноплавающими родственниками. Плавники этого вида стали толстыми и мускулистыми, фактически превратившись в присоски. Их нижняя сторона имеет углубления, окружённые кольцом эластичной ткани. Для повышения сцепления края плавников этого кальмара вооружены бахромой роговых щетинок. Тело моллюска плоское, на нижней стороне есть два продольных ряда ямок-присосок. Кальмар-липучка может полностью втягивать голову под мантию, когда акула движется. По краю мантии у него проходит кольцевой мускул, который стягивает мантию, как резинка, оставляя снаружи лишь щупальца. Это позволяет кальмару легче удерживаться в потоке воды, обтекающем тело плывущей акулы-хозяина.
Характерный для головоногих моллюсков клюв превратился у этого кальмара в тёрку: нижняя челюсть стала плоской, клиновидной формы. Верхняя челюсть обросла с боков мягкой тканью, а сам рот сдвинулся вниз. Таким клювом очень удобно соскребать сидячих животных с кожи. Глаза кальмара-липучки относительно невелики.
Щупальца очень короткие и широкие, на них есть два ряда сильных присосок. Ловчие руки снабжены роговыми «бритвами» (видоизменённые роговые крючки, характерные для кальмаров), с помощью которых эти моллюски срезают с кожи акулы-кашалота сидячих животных. Ловчие руки могут вытягиваться вперёд примерно на полметра. Дополнительным источником корма у этого моллюска являются остатки трапезы акул. Когда рыба расправляется с очередной жертвой, кальмары переползают ближе к её голове, вытягивают ловчие руки и начинают шевелить ими, захватывая плавающие в воде клочки мяса.
Взрослый моллюск почти не умеет плавать, передвигается по телу акулы, ползая. Обычно на теле одной акулы сидит несколько таких кальмаров, поддерживая её кожу в чистоте. На теле акулы кальмары размножаются. Если животное не находит себе пару, может переплывать на тело другой акулы, но лишь если рыбы оказываются совсем рядом. Кальмар-липучка плавает очень неуклюже и медленно, пользуясь лишь плавниками. Доплыв до новой акулы, он вцепляется в её кожу ловчими руками, подтягивает щупальца, а затем присасывается всем телом. Он словно повторяет эволюционный путь своих предков: от животных, что эпизодически ищут корм на коже акул-гигантов, к задерживающимся на теле рыбы на более-менее продолжительное время, и к полностью сидячим формам.
В связи с таким зависимым образом жизни у кальмара-липучки развилась одна особенность физиологии – моллюск может переносить резкие перепады давления. Он выживает, когда акула быстро перемещается между поверхностью воды и глубинами, или когда выпрыгивает в воздух и падает в воду.
Этот кальмар размножается один раз в жизни. Подобно большинству сородичей, он откладывает яйца, прикрепляя кладки к коже акулы. Самка откладывает до 20 яйцевых капсул, 2 – 2,5 тысячи яиц в каждой. После размножения взрослые кальмары погибают. Кладки находятся в относительной безопасности, хотя их изредка могут повреждать молодые кальмары-липучки. Молодняк выводится спустя 15 – 20 дней. Личинка активно плавает в толще воды и ведёт обычный для кальмара хищнический образ жизни. У неё нормально развиты глаза. Подростки, достигшие длины 10 – 15 см, ищут акул-кашалотов, и оседают на их телах, оставаясь на них почти всю оставшуюся жизнь. После того, как молодой кальмар оседает на теле акулы, у него начинается быстрый метаморфоз, и его тело приобретает взрослые очертания. Продолжительность жизни этого вида – около трёх лет.

Морское привидение (Phantomohelix mirabilis)
Отряд: Ксеноптероподы (Xenopteropoda)
Семейство: Плавниковые улитки (Pterohelicidae)

Место обитания: Атлантика, восточные районы Тихого океана, от поверхности до глубины 100 метров. Обитает в тропическом и умеренном поясе, но летом отдельные особи могут быть встречены гораздо севернее или южнее основного ареала вида.

В голоцене среди брюхоногих моллюсков существовала особая группа плавающих планктонных организмов – крылоногие моллюски (Pteropoda). Эти животные в значительной степени утратили облик, характерный для большинства брюхоногих: их раковина частично или полностью редуцировалась, а нога образовала широкие плавники, с помощью которых эти животные активно перемещались в толще воды. Эти животные размножались в огромных количествах, а их редуцированные раковины, накапливаясь на дне, даже образовывали особые отложения – птероподовый ил.
Массовое вымирание уничтожило значительную часть планктонных организмов. Среди вымерших видов оказались практически все крылоногие моллюски. Но в неоцене брюхоногие совершили вторую успешную попытку выйти в открытый океан. Причём на этот раз они освоили новый размерный класс, и новый образ жизни активного хищника на крупную добычу.
Морское привидение – это представитель новой группы пелагических брюхоногих моллюсков. Своим обликом это животное похоже на странную смесь птицы и медузы. Длина морского привидения – около метра. Тело этого животного полупрозрачное, белёсое, довольно нежной консистенции: в сущности, морское привидение – это крупный планктонный организм. Раковина редуцирована до тонкой роговой капсулы (известковый слой совершенно исчез), тело не помещается в неё. Зато она превратилась в часть эффективного дыхательного аппарата. Её стенки за счёт своей упругости поддерживают жаберную полость моллюска в раскрытом состоянии. Снизу жаберная полость ограничена хрящеватой пластинкой. Пластинка и раковина соединяются по краям мощными поперечными мускулами, которые, сокращаясь, прижимают их друг к другу, уменьшая объём жаберной полости и выбрасывая из неё воду. Зато при расслаблении этих мускулов объём жаберной полости возрастает за счёт упругости её стенок – моллюск делает «вдох». Мантия образует два клапана: вводной (через который происходит «вдох») обращён вперёд, а выводной – назад.
К хрящеватой основе дыхательной полости прикрепляются внутренние органы моллюска.
Нога морского привидения сильно видоизменилась: теперь она совершенно не несёт функцию ползания. Родственный морскому привидению астаротус (Astarotus diabolicus) из Карибского моря сохранил способность ползать, но морское привидение живёт исключительно в толще воды, не приближаясь к берегам. Нога у морского привидения в передней части разделилась на два сильных крыловидных плавника, её задняя часть представляет собой длинный «хвост» - орган равновесия, несущий на нижнем краю вытянутый киль плотной хрящеватой консистенции. Мускулатура плавников прикреплена к остатку раковины и к хрящеватой пластинке. Всю жизнь морское привидение медленно плавает в толще воды, взмахивая плавниками, словно скат.
Несмотря на кажущуюся хрупкость, морское привидение – прожорливый хищник, хорошо экипированный для охоты на других планктонных животных. У него крупные глаза диаметром около 3 см, расположенные на концах длинных щупальцев. Этот моллюск может различать цвета, и особенно остро реагирует на движение предметов. Мозг морского привидения представляет собой крупный нервный узел, заметный в толще тканей головы. Этот моллюск довольно умён, хотя до блестящего интеллекта головоногих моллюсков ему очень далеко.
Рот морского привидения вытянут в хоботок, внутри которого можно заметить движение взад-вперёд короткой радулы этого моллюска. Возле рта торчит пара коротких щупальцев – это органы химического чувства.
Морское привидение питается мелкими планктонными организмами, и в связи с этим в процессе эволюции у него выработался интересный механизм добывания пищи. По бокам головы можно заметить крупные вздутые «щёки» - это хорошо развитые слюнные железы моллюска, вырабатывающие в зависимости от обстоятельств слюну нескольких типов.
«Охотничья» слюна у этого вида клейкая. Голодное морское привидение выпускает изо рта пастообразные нити слюны, которая сильно набухает в воде, и ждёт, пока к ним приклеится добыча. При этом животное удерживает край слизистого «облака» ртом, чтобы не лишиться своего обеда. Когда на слизь приклеится достаточно мелких планктонных организмов, животное просто поедает слизистую ловушку вместе с добычей. Впрочем, этот моллюск не брезгует и падалью, поедая мёртвых рыб, кальмаров и других животных.
Другой вид слюны, выделяемой морским привидением – «боевая» слюна. Моллюск защищается от хищных рыб, выпуская в них струёй клейкую слизь, обладающую токсичными свойствами: эта слизь на некоторое время парализует обонятельные нервы и вызывает временную слепоту у атакующих моллюска рыб. Но такая защита действенна лишь против сравнительно некрупных рыб. «Боевая» слюна может использоваться для охоты лишь в одном случае: когда моллюск нападает на ядовитых медуз. Он просто выбрасывает на их жгучие щупальца смесь из «охотничьей» и «боевой» слюны, а затем беспрепятственно поедает парализованную жертву.
Морское привидение – гермафродит, что значительно облегчает ему поиск партнёра для размножения. Яйца созревают быстро и порционно, поэтому в океане в любое время года можно найти моллюсков, готовых к размножению, а также кладки и личинок. Встретившись, моллюски первым делом определяют готовность друг друга к спариванию. Если спаривание возможно, они приближаются к партнёру правым боком (с этой стороны проходит складка мантии), и взаимно оплодотворяют друг друга. Спаривание занимает всего несколько минут. Это единственное время, когда можно встретить двух моллюсков вместе: обычно они живут поодиночке, и лишь на богатых кормом участках можно увидеть нескольких морских привидений сразу. Но каждое животное ведёт свою самостоятельную жизнь, вне времени готовности к спариванию воспринимая сородичей лишь как досадное препятствие в жизни.
Эти моллюски размножаются, откладывая яйца. В кладке, которая представляет собой слизистый полупрозрачный кокон, может находиться несколько сотен тысяч мелких яиц. Пожалуй, время откладывания яиц – это единственный момент, когда этот вид моллюсков нуждается в наличии каких-либо твёрдых объектов: морское привидение приклеивает кладку в форме бутылки с коротким горлышком на плавающие предметы и покидает её. «Колыбелью» для нового поколения морских привидений могут служить ветки деревьев, кокосовые орехи и другой плавучий мусор. Во время извержений вулканов в море встречаются куски пемзы, которая служит идеальным субстратом для кладок этих моллюсков. Морское привидение делает одну такую кладку в среднем раз в две недели.
Развитие кладки занимает около недели. Личинки, выведшиеся из яиц, постепенно поедают слизь, окружающую их, и кладка разваливается. Личинка морского привидения не похожа на взрослого моллюска: у неё короткая колпачковидная раковина, а нога разделена на четыре широких лопасти, служащие плавниками. Она парит в толще воды, питаясь мелкими планктонными организмами. Значительное количество таких личинок становится жертвами взрослых моллюсков своего вида. Но спустя примерно месяц личинка претерпевает метаморфоз и превращается в миниатюрную копию взрослого моллюска. При этом у молодого морского привидения развивается особая черта, препятствующая попаданию в ловушки, расставленные взрослыми животными: один из отделов слюнной железы вырабатывает вещество, нейтрализующее и растворяющее клейкую слизь взрослых животных.
Морское привидение вначале растёт медленно: в трёхмесячном возрасте животное достигает длины около 20 см, и далее его рост значительно ускоряется – животное переходит в категорию хищников. Полугодовалый моллюск длиной около 70 см уже может размножаться, а общая продолжительность жизни у этого вида может составлять до трёх лет.

Следующая

На страницу проекта