Мир на грани небытия

 

Путешествие в неоцен

 

32. Мир на грани небытия

 

 

 

Тихий океан в неоцене всё ещё остаётся самым крупным водным массивом планеты, хотя его уже давно теснят со всех сторон сдвигающиеся материки. Неизвестно, сколько ещё просуществует этот океан, но постепенно он начинает терять свои связи и величину. На севере северо-восточная Азия и Северная Америка соединились, образовав гористый перешеек и навсегда разорвав связь Пацифики с Северным Ледовитым океаном. Зато связь с Атлантикой, существовавшая значительную часть кайнозоя, в неоцене вновь восстановилась – образовался Панамский пролив. Буквально сминая Новую Гвинею и часть островов Индонезии, Австралия сдвинулась на северо-восток. Однако эти изменения оказались очень незначительными по сравнению с бескрайними просторами Тихого океана. И Тихий океан всё ещё удерживает пальму первенства по глубине.
Как любой водный массив планеты, Тихий океан заселён множеством видов живых существ от поверхности до дна. Особенно богат жизнью верхний слой океана, освещаемый ярким солнцем. Именно здесь можно встретить крупнейших животных планеты.
После вымирания китообразных и прочих морских млекопитающих их место заняли представители других групп позвоночных. В Северном Ледовитом океане и Cеверной Атлантике это гигантские нелетающие птицы, похожие на тюленей. В Карибском море громадные живородящие рыбы фильтруют планктон, стаями протраливая густые скопления мельчайших морских животных. В южной части Тихого океана их сменяют косяки огромных рыб-галеонов, путешествующие с помощью течений от экватора до холодных полярных вод и обратно. А в центральной части Тихого океана правит, пожалуй, самое ужасное из морских животных – огромный морской крокодил кархарозух. Это чудовище сочетает в себе силу кита, неуязвимость крокодила, беспощадность и скорость акулы. Ни одна рыба не бросит вызов этому великану, а единственное животное, которого он по-настоящему боится – это его сородич.
Один из таких великанов рассекает волны, продвигаясь вперёд мощными размеренными ударами широкого хвоста. Это зрелый самец, но ему осталось недолго жить, хотя он ещё далеко не достиг предельного возраста – ему всего лишь около полувека. Однако он уже проиграл свою жизнь, сражаясь за территорию с более молодым и сильным соперником. Теперь у него нет своего охотничьего участка, а жизнь стремительно уходит из его тела вместе с кровью: в боку великана зияет широкая рваная рана, нанесённая пилообразно зазубренными зубами противника.
Кровавый след привлекает некоторых обитателей океана: в синей дали мелькают бока крупных рыб, держащихся стаей на почтительном расстоянии от кархарозуха. Эти рыбы, горбыли-корифены, прекрасно понимают, что чудовище ещё живо и опасно. Хоть они достигают почти двухметровой длины, по сравнению с пятнадцатиметровым крокодилом они выглядят карликами.
Хриплые вздохи великана становятся всё реже: кархарозух потерял много крови и совсем обессилел. Всё медленнее движения хвоста, всё слабее удары огромного сердца… А косяк лобастых рыб уже подобрался совсем близко. Будь рептилия в полной силе, ей бы не составило труда изловить любого из горбылей-корифен за считанные секунды. Но рыбы, привлечённые запахом крови, теперь спокойно плавают рядом с телом кархарозуха, задерживаясь возле изувеченного бока. Одна из них проплывает совсем близко от глаза кархарозуха, но рептилия уже не замечает её – огромный злобный глаз подёрнулся мутью, а само чудовище превратилось в груду безжизненного мяса.
Горбыли-корифены становятся всё смелее – одна из рыб осторожно подплывает к ране и начинает пощипывать мясо своего бывшего врага. И спустя несколько минут уже вся стая рыб безбоязненно рвёт острыми зубами тело громадной рептилии. Они торопятся получить свою долю: изо рта мёртвого кархарозуха вырываются пузыри воздуха. Давление воды выжимает остатки воздуха из лёгких рептилии, и тело крокодила становится тяжелее воды. Постепенно оно покидает верхние слои океана и опускается в непроглядные глубины на радость обитателям этого сумрачного мира. Однако такие «подарки» для обитателей глубин сродни банкету: слишком они редки. Обычно мёртвые тела морских животных быстро становятся пищей для обитателей верхних слоёв океана. Да и вообще, умереть естественной смертью в природе – сродни привилегии. Только гиганты вроде кархарозуха удостаиваются её.
Тот мир, куда опускается тело крокодила-великана, на рубеже голоцена и неоцена пережил катастрофу. Он ещё более зависим от количества планктона в океане, чем приповерхностные сообщества организмов. Малейшее снижение продуктивности океана приводит к массовому вымиранию среди глубоководных животных. Так произошло на роковом для земной фауны рубеже голоцена и неоцена. Практически все глубоководные животные предшествующих эпох вымерли. Но в это же самое время на их место начало приходить «молодое пополнение» из числа потомков мелководной прибрежной фауны. Одни виды словно «сползали» вниз по материковому склону, другие превращались в жителей открытого океана и позже осваивали глубины, третьи переходили к жизни в толще воды, не закончив «спуск» по материковому склону. В итоге этих метаморфоз глубины океанов оказались заселены практически так же, как раньше, спустя всего лишь несколько миллионов лет после восстановления приемлемых для жизни условий.
Сильно обглоданное снаружи, тело громадного кархарозуха опускается в мрачные глубины. Во время своего последнего путешествия тело морской рептилии будет объедено полностью, и даже кости со временем будут источены и обглоданы донными животными. А пока на останки бывшего ужаса морей опускается огромный косяк пелагических червей – «часовых стрелок». Эти головастые существа совсем слепые, но они почувствовали аппетитный запах добычи с помощью чувствительных щупиков на голове.
Когда черви приблизились к мёртвому телу гиганта, рыбы, пировавшие на нём, бросились врассыпную. «Часовые стрелки» - плотоядные животные, и они не упустят шанс напасть на слишком медлительную рыбу.
Оставшись единственными хозяевами туши, черви скоблят разлагающееся мясо ротовыми тёрками. Мягкие, затронутые разложением мускулы, сравнительно твёрдые хрящи и связки, остатки кожи – всё это успешно используется ими в пищу. Но черви не могут наесться на всю оставшуюся жизнь, поэтому вскоре они оставляют тушу, которая погружается дальше вниз, на радость прочим жителям океана.
Однако крупная добыча – лишь эпизодически встречающийся вид корма. Значительную часть рациона червей «часовых стрелок» составляет гораздо более мелкая и часто встречающаяся добыча – рыбы. В поисках корма эти животные проплывают многие сотни метров по глубинам океана, ориентируясь в хитросплетении запаховых «дорожек», оставленных разными живыми и мёртвыми животными.
Небольшая стайка «часовых стрелок» плывёт на поиски добычи. Зрение не помогает им в поиске добычи, но обоняние полностью заменяет его. Когда черви плывут медленно, их чувствительные щупики выдвинуты наружу: так они лучше улавливают запах возможной добычи.
Обоняние – самое надёжное чувство в вечном мраке глубин океана. Солнечный свет не проникает в толщу воды достаточно глубоко, и для большинства обитателей глубин зрение просто бесполезно. Но любое животное, живое или мёртвое, оставляет пахучие следы. И это позволяет жить многочисленным хищникам и падальщикам океана.
Рано или поздно черви чувствуют привлекательный для себя запах. Они выпускают перистые щупики полностью и шевелят ими, определяя направление заманчивого запаха. Они должны спешить – любая падаль быстро становится пищей для всевозможных животных, и нужно успеть урвать свою долю.
Запах становится достаточно сильным, но он всё-таки не настолько силён, как должен быть. Похоже, пища где-то рядом... Черви начинают плавать кругами, пытаясь отыскать источник запаха. Нескольким из них это вскоре удаётся, но они явно не слишком довольны этим.
Запах исходит от плавающей в толще воды слизистой конструкции, раскинувшейся на два метра в стороны. Она довольно прочная и липкая – прилипшим к ней червям будет сложно выбраться. Судорожно дёргаясь, они пытаются освободиться, но лишь больше прилипают к слизи.
Их движения привлекли хозяйку этой подводной паутины – сравнительно небольшую креветку-паука. Хотя некоторые из попавшихся червей почти вдвое длиннее её, креветка легко сможет расправиться с ними. Даже то обстоятельство, что она абсолютно слепая, не мешает ей атаковать одного из червей. У креветки мощные клешни, которыми она наносит удар, рассекая червя пополам. Отчасти червь спасён: его голова и около десятка сегментов тела уцелели, и теперь уплывают. Но оставшаяся часть животного продолжает судорожно извиваться в слизи. Креветка-паук вцепляется в останки червя ногочелюстями и начинает пожирать его. Это ракообразное с тонкими ногами и широкими лопатовидными клешнями – взрослая самка.
На спине самки креветки-паука сидит маленькое полупрозрачное существо. Это не паразит, а самец того же вида. Он живёт полностью на иждивении самки, и нужен ей лишь для оплодотворения икры. Зато он не требует столько еды, сколько нужно нормальным крупным самцам мелководных креветок. В условиях ограниченности пищевых ресурсов это важно.
Пока самка креветки-паука расправляется с одним из червей, у некоторых его сородичей есть шанс вырваться из липкой ловушки. Дёргаясь, два червя всё же покидают опасное место и скрываются во мраке океана. Освободившись, они стараются избавиться от облепившей их слизи, извиваясь и даже завязываясь узлом.
А те, кто не сможет удрать из ловушки, станут пищей креветки-паука. Она сама не вязнет в своей ловушке – на её ногах железы выделяют вещество, препятствующее прилипанию. Ловко перебирая тонкими ногами и покачивая длиннейшими усами, слепая креветка обходит свою ловушку, собирая попавшуюся мелюзгу.
Однако вода, в которой живёт креветка-паук, всё же движется – на глубинах протекают подводные течения, несущие, подобно рекам на суше, сотни тысяч тонн воды в разных направлениях. И чтобы не быть унесённой ими неизвестно куда, креветка должна время от времени покидать свой дом-ловушку, и искать новое место для жизни, двигаясь против течения.
Благодаря сложным инстинктам это ракообразное умеет достаточно точно определять, не какое расстояние его снесло течением, и сколько ему нужно проплыть, чтобы это компенсировать. Самка креветки выходит на край своего жилища, некоторое время топчется на месте, а затем решительно покидает свой бывший дом, отправляясь в плавание. Мощными сокращениями широкого брюшка она рассекает воду, а самец в это время сидит на её панцире, крепко держась клешнями за основания её антенн. Если он сорвётся с самки, его скорее всего ждёт гибель в желудке одной из местных рыб.
Через какое-то время инстинкт велит самке креветки-паука остановиться. Она замедляет движение, потом некоторое время плавает в разных направлениях, анализируя запахи, а затем приступает к постройке нового дома. Из развитых желез на брюшке животного выделяется нить слизи. Она сильно разбухает в воде, становясь клейкой и вязкой. Хозяйка ловушки пристраивает к основной нити поперечные, и вскоре получается конструкция, похожая на жилки листа дерева. Когда они разбухнут в воде достаточно сильно, к ним начинает приклеиваться всякая мелюзга, которой питается креветка-паук.
Но и сама креветка легко может стать пищей для более крупных животных. Поэтому и самка, и восседающий на ней крошечный самец всегда настороже. Обоняние самца гораздо острее, чем у самки, поэтому он отчасти окупает «затраты» на своё «содержание», когда несёт сторожевую службу и предупреждает самку об опасностях.
Самая главная опасность для креветок имеет весьма примечательную внешность: это настоящее привидение в вечной ночи океанских глубин. Взмахивая огромными плавниками, похожими на крылья, это создание стремительно летит сквозь толщу воды. Его тело полупрозрачно, сквозь кожу видны сокращения внутренностей и ровное биение сердца. Чувствительные глаза и ноздри не упускают ни малейшего знака присутствия ракообразных: будь то мелькнувшая вдали вспышка выброшенной рачками светящейся жидкости или характерный запах животных. Широкий рот, растянутый в дьявольской усмешке, вооружён многочисленными тупыми зубами, сокрушающими твёрдые панцири рачков. Эта рыба – скат-фантом, один из жителей толщи воды. Всевозможные морские животные, защищённые панцирями, составляют основную часть его рациона.
Скат-фантом издалека почувствовал характерный запах креветки-паука и её ловушки: креветка помещает на слизистые пряди ловушки пахучее вещество для привлечения разных морских животных. Но вполне очевидно, что у такого способа охоты есть и обратная сторона...
Скат налетел на креветку внезапно: мощный удар плавников разметал слизистую сеть, словно её и не было. Скат ничего не видел в кромешном мраке, но чувствительные клетки боковой линии подсказали ему, что кто-то небольшой быстро уплывает от него с помощью мощных резких ритмичных движений. Рыба так не плавает – это может быть только удирающая во всю прыть креветка. Ещё один бросок, слабый хруст панциря на твёрдых зубах – и плоская полупрозрачная рыба отправляется на поиски следующей жертвы.
В этом мире глубин трудно прожить за счёт тех ресурсов, которые сами попадают сюда, поэтому некоторые обитатели бездны освоили очень богатый, но малодоступный большинству местных животных источник корма. Во времена голоцена было известно, что громадное количество морских животных совершает вертикальные суточные миграции, поднимаясь ночью почти к самой поверхности океана, а утром уходя на глубину. Ночью мигранты из глубин питаются планктонными организмами, унося в глубины большое количество органических веществ.
А один из обитателей Тихого океана эпохи неоцена живёт исключительно за их счёт. Он питается планктоном, хотя и не совершает рискованных путешествий к поверхности океана. Это очень многочисленная рыба глубин – волосозуб-пигмей. Собираясь миллионными стаями, эта рыбка совершает миграции между глубинами в полтора километра и 500 – 700 метров, предпринимая подъём тогда, когда на поверхности океана наступает утро. Таким образом, эта рыба встречает массы веслоногих ракообразных и прочих планктонных животных, мигрирующих вниз с ночной охоты. Особое строение рта позволяет волосозубу эффективно фильтровать даже мелких рачков. А густая бахрома тонких зубов работает, словно китовый ус, не выпуская добычу изо рта. Питаясь, рыбки обмениваются друг с другом световыми сигналами – их боковые фотофоры мерцают белым светом.
В течение дня крошечные рыбки кормятся, а с наступлением ночи, когда рачки уходят вверх, покидают средние глубины и уходят вниз. Мигрантов из верхних слоёв воды поджидают местные охотники, никогда не покидающие глубины. Один из них замер в толще воды, лениво шевеля плавниками. Гротескное тело этого создания стоит в воде вертикально, поддерживаемое на плаву медленными взмахами грудных плавников, похожих на крылья мухи. Зубастая пасть и вытаращенные телескопические глаза направлены вверх, туда, откуда каждую ночь опускаются волосозубы-пигмеи, наевшиеся планктонных рачков. Это странное существо – иглозуб-колибри, глубоководный хищник, потомок морских собачек. Он предпочитает не плавать далеко, а терпеливо ждать. Его добыча столь обильна, что рано или поздно сама приближается к хищнику на расстояние верного броска.
И сегодня ожидания хищника не напрасны. Постоянно обитая на глубинах и будучи не в силах подняться к поверхности воды, эта рыба лишена возможности наблюдать величественную картину звёздного неба. Но сейчас, кажется, само небо спускается в океанский мрак. Чувствительные телескопические глаза иглозуба-колибри наблюдают удивительную и самую желанную в его повседневной жизни картину: множество светящихся точек, вспыхивающих и гаснущих, возникает из непроглядной черноты океанской воды. Они движутся, складываясь в абстрактные узоры, и становятся всё более отчётливыми. Это стая волосозубов-пигмеев возвращается с дневной охоты. Их желудки полны планктонных веслоногих рачков, и рыбки ярко светятся, поддерживая контакт с сородичами. Стая этих рыб насчитывает сотни тысяч особей, и движется она прямо на иглозуба-колибри.
Постепенно в темноте становятся различимы контуры самих рыбок, на животах которых мерцает пара ярких фотофоров. Когда они почти накрывают своей массой иглозуба, он начинает охоту. Самое главное здесь – успеть наесться, пока стая рыб проходит мимо. И хищник атакует.
Челюсти иглозуба с прочными зубами могут выдвигаться вперёд, поэтому он может хватать добычу, оставаясь на месте. И зубы быстро нашли свою добычу – крупного волосозуба, оказавшегося недостаточно проворным. Частокол острейших зубов проколол его голову насквозь, мгновенно умертвив добычу. Когда челюсти возвращались на место, они буквально втолкнули голову волосозуба в глотку хищника. Небольшое усилие – и добыча заняла своё место в желудке. А челюсти в этот момент уже схватили вторую жертву.
«Пищевой конвейер» действует непрерывно: пока стая волосозубов-пигмеев опускалась в нижние слои воды, полдюжины этих рыбок закончило свой жизненный путь в животе иглозуба. Сытый иглозуб-колибри начинает более активно работать грудными плавниками, поддерживая себя на плаву – его желудок заметно растянулся. Но при случае эта рыба способна съесть и вдвое больше.
Похоже, случай получить дополнительный паёк может вскоре представиться – чувствительные глаза иглозуба-колибри замечают невдалеке скопление мерцающих огоньков. Очевидно, это небольшая стайка волосозубов, либо других мелких рыб. Иглозуб умеет плавать, и ради возможности поесть ещё немного он может нарушить свой покой. Волнообразными движениями спинного и анального плавников эта рыба принимает горизонтальное положение, а затем берёт курс на мерцающие огоньки. Грудные плавники взмахивают, как крылья, и рыба плывёт, словно миниатюрный дракон.
Иглозуб-колибри аккуратно приближается к скоплению мерцающих огоньков. Похоже, рыбки чем-то сильно напуганы, они не расплываются, а жмутся друг к другу – все огни светятся на небольшом расстоянии друг от друга. Иглозуб старается воспользоваться этим – так легче ловить добычу. А если здесь есть враг, рыба может постоять за себя с помощью острых зубов. В крайнем случае, от врага можно просто уплыть – не все глубоководные животные могут быстро плавать, а иглозуб способен на короткое время развивать большую скорость.
Однако на сей раз иглозубу-колибри не удастся применить ни одного из средств нападения и обороны: из скопления огоньков, словно две змеи, скользнули два упругих длинных щупальца, и рыба оказалась схвачена ими. Огоньки одновременно ярко вспыхнули, образовав характерный радиальный рисунок: это была ловушка. Просто до этого они беспорядочно зажигались один за другим, создавая иллюзию движущейся стайки рыб. В данный же момент здесь не было никого, кроме обманутого иглозуба и огромного кальмара-медузы.
Беспощадные щупальца подтаскивают добычу к роговым челюстям кальмара. Один ядовитый укус – и иглозуб безжизненно повисает в щупальцах монстра. Когда прошли последние конвульсии рыбы, кальмар проглотил его тело целиком, аккуратно втянул ловчие щупальца, и вновь повис в толще воды, расправив щупальца, соединённые тонкой перепонкой, словно огромная медуза. Это пассивный хищник – он плохо плавает и предпочитает приманивать добычу на расстояние вытянутых ловчих щупальцев. Глаза моллюска смотрят вверх, но благодаря сенсорным клеткам на щупальцах он имеет полное представление о том, что творится под его колоколом.
Охотиться на светящуюся приманку умеют не только кальмары. Такая способность есть у разных видов рыб и ракообразных, а также у множества других животных, населяющих глубины. Кроме того, свет нужен морским жителям для общения и для отпугивания врагов. Выброшенное в сторону хищника большое количество светящейся жидкости на какое-то время ослепляет его чувствительные глаза и даёт жертве шанс на спасение.
Но обычно свет используется для подачи сигналов сородичам. Во мраке океана можно заметить огоньки разных цветов и размеров. И опытные следопыты читают их, как открытую книгу.
Метеорами проносятся в черноте океанской воды разные рыбы; словно кометы, вспыхивают медузы; звёздным небом выглядят животы мелких рыб, спускающихся во мрак огромной стаей. Вспугнутые хищниками, они приходят в движение, закручивая в темноте спирали, словно крошечная галактика. Резкие, как на кадрах старой военной кинохроники, вспышки света означают, что под водой действительно происходит сражение между хищником и его жертвой.
Иногда во мраке мигают огни разного цвета – розоватые, ослепительно-белые, бледно-зелёные. Они мигают с разной частотой и интенсивностью. Это обитатели моря ищут себе пару – у какого-то из видов время нереста. Бывает, что вспышки огней резко прекращаются: это означает, что «прекрасный принц» оказался представителем другого вида, и брачный альянс невозможен. Бывает, что огоньки начинают мигать едва ли не в унисон: пара животных нашла друг друга, несмотря на мрак и огромные расстояния.
Это произошло с одной парой огней – голубым и бледно-жёлтым. Вначале голубые огни ярко вспыхивали и быстро гасли в вечной ночи глубин, но когда в ответ несколько раз мигнул бледно-жёлтый огонёк, они засветились с удвоенной силой. А бледно-жёлтые огни приблизились к ним на почтительное расстояние. Это осторожно воссоединилась пара глубоководных хищников – саблезубых одноусок. Прежде, чем приблизиться вплотную, рыбы осторожно изучают друг друга. На подбородке у них есть длиннейшие усики со светящейся приманкой на конце, и рыбы касаются ими друг друга: со стороны кажется, что два светлячка летают в темноте. Убедившись, что ошибки не произошло, рыбы осторожно сближаются. Они предельно осторожны: у этого вида чудовищные складные клыки и молниеносная реакция. Но, похоже, ошибки нет: встретились половозрелые самец и самка. Тело самки полно икры, и вскоре она будет выметана.
Проходит несколько суток. Самец и самка одноуски ничего не едят: они готовятся к нересту. Рыбы постоянно касаются друг друга лучами грудных плавников, поддерживая осязательный контакт. Это нужно для синхронизации созревания икры и молок. И однажды возбуждение рыб нарастает: самец начинает преследовать самку и толкать её боком. Самка отплывает в сторону, но не избегает самца. Её тело совершает судорожные движения, подёргивается, и, наконец, буквально взрывается облаком икры. Самец осеменяет икру, и продолжает преследовать самку. Несколько раз самка мечет порции икры, и пока она это делает, самец проявляет к ней живейший интерес. Но когда самка больше не может выдавить из себя ни икринки, самец скрывается в темноте. Он голоден, а самка ещё голоднее: если он замешкается, его просто съедят. Икра саблезубой одноуски всплывает на поверхность океана, где развивается в массе планктона.
В темноте глубин одинокая креветка ищет сородичей. На её брюшке мигает огонёк, подавая сигналы возможным представителям своего вида: «я здесь!». Обычно креветки живут стаями, но иногда отдельные особи теряются в вечной темноте. Шансы на выживание у одинокой креветки невелики: если при атаке на стаю у хищника есть возможность выбора, то одинокая креветка, как правило, обречена. Но похоже, на сей раз удача улыбнулась креветке: она замечает в темноте несколько ярких огней, похожих на её собственный. Огни совершают прерывистые «пунктирные» движения, характерные для креветок. Сомнений нет – это сородичи. Движимая инстинктом, креветка спешит к ним: сородичи означают безопасность.
Однако в этом мире не всё может быть тем, чем кажется на первый взгляд. И креветка убедилась в этом воочию... в последний миг своей жизни. В свете огней мелькнуло покрытое наростами тело, распахнулась огромная пасть, втягивая креветку внутрь, и десятки зубов прокололи панцирь рачка.
Креветка стала жертвой причудливо выглядящей рыбы – морской горгульи. Лениво паря в толще воды, этот охотник ловко имитирует движения креветок, приманивая их к себе на расстояние точного броска. Однако не только креветки могут быть обмануты морской горгульей.
Раскинув лучи брюшных плавников, торчащих на горле, морская горгулья вновь начинает зазывать на верную гибель беспечных креветок. Движения плавников позволяют усилить реалистичность этого спектакля. Похоже, к рыбе приближается незваный гость: боковая линия хищника ощущает явственные сигналы – мощные и плавные волны. То существо, которое их производит, явно сильнее и крупнее морской горгульи. Но и эта рыба может постоять за себя: её челюсти сильны, а в плавниках остались ядовитые колючки – наследство, доставшееся от предков, морских окуней. Морская горгулья гасит огни на плавниках, и, предупреждая возможного хищника, ярко вспыхивает огнями на туловище. Вдоль её бока и по краю жаберной крышки огни образуют чёткий узнаваемый узор.
Одним глазом морская горгулья замечает во тьме нарушителя её спокойствия: огромного ската-фантома. Его тело, освещённое огнями морской горгульи, неярко выделяется на фоне непроглядной черноты воды. Похоже, скат понимает свою ошибку: здесь совершенно не пахнет креветками. Сделав несколько кругов около ощетинившейся колючками морской горгульи, скат-фантом уплывает.
Морская горгулья защищала не только себя: это самка, и в её животе уже подросли молодые рыбки, которые скоро родятся. Новорождённая морская горгулья лишь отдалённо напоминает свою маму: она полупрозрачна и лишена светящихся органов. Едва родившись, она всплывает почти на самую поверхность воды. Это существо – обитатель планктона, как и многие другие жители глубин в раннем детстве.
В планктоне можно встретить не только молодняк морских горгулий. Множество мальков волосозубов-пигмеев охотится здесь на планктонных рачков. Они проводят в планктоне первые недели жизни, паря в воде с помощью длинных нитевидных выростов, растущих вверх и вниз по средней линии спины и живота. Множество молодых волосозубов станет добычей прожорливой головастой морской горгульи, но плодовитость этого вида так велика, что компенсирует и перекрывает эти потери.
Рядом с молодью волосозубов охотится другое существо: длиннотелый прозрачный малёк с широким ртом и множеством мелких зубов. Его родословную выдаёт одна черта: на его подбородке торчит длинный перистый усик, равный половине длины тела рыбки. Когда придёт время метаморфоза, тело рыбы станет короче и выше, а усик потеряет боковые отростки и резко увеличится в длину: это существо – малёк саблезубой одноуски. Но уже сейчас его повадки выдают в нём хищника. Мелкие мальки этого вида атакуют самых крупных планктонных рачков, а более крупные нападают на молодь других рыб, и даже на собственных более мелких собратьев. Но сами они пока становятся жертвами юной морской горгульи. Зато те мальки, которым будет суждено выжить, смогут наверстать упущенное и расправиться с морской горгульей, когда станут взрослыми.
Когда молодняк глубоководных рыб подрастает, он уходит на глубину. Некоторые виды, такие, как волосозуб-пигмей, сохранят способность подниматься в верхние слои воды, а другие виды навсегда покинут залитый солнечным светом тёплый мир наверху. Однако вряд ли они об этом пожалеют. В течение миллионов лет каждый вид адаптировался к определённым местам обитания, поэтому в холоде и мраке глубин им будет лучше, чем в, казалось бы, более благоприятном для жизни мире верхних этажей океана. Во всех слоях воды, от поверхности до дна, происходит вечная борьба за жизнь. Возможно, на поверхности воды, где обитает масса хищников, включая огромного кархарозуха, дряблые и мягкотелые глубоководные обитатели были бы моментально съедены. Зато в глубинах, при страшном давлении воды и в постоянном мраке они находятся у себя дома. И здесь порой разворачиваются столь же драматичные события, как где-нибудь на густо заселённых мелководья.
Огромное студенистое тело кальмара-медузы раскинулось в воде. Этот моллюск расставляет щупальца огромным четырёхметровым зонтиком, приманивая добычу мигающими на нижней стороне фотофорами. Его охотничьи способности позволяют с помощью попеременно зажигающихся огней имитировать как одинокую рыбку, так и целый косяк мелкой рыбы. Всё дело лишь в количестве зажигаемых огней и ритме их мигания.
Но, как и во многих других случаях, на приманку охотно идёт не только возможная добыча, но и свирепый хищник, рассчитывающий плотно пообедать. И на свою беду кальмар-медуза привлёк своими огнями не мелкую добычу, а крупную саблезубую одноуску.
Кальмар слишком поздно соображает, что приближающаяся к нему рыба - совсем не ленивый иглозуб-колибри. Он торопливо пытается спастись от хищника – моллюск спешно сворачивает ловчий колокол и начинает судорожно взмахивать короткими плавниками. Но его тело давно уже потеряло обтекаемые контуры, характерные для его стремительных предков, поэтому великан удаляется от опасности слишком медленно. А одноуска значительно проворнее огромного моллюска. Зубастая рыба смело вцепляется в основания щупальцев кальмара, и начинает трепать их, словно собака. В ответ на острую боль, пронизавшую тело, кальмар с помощью сокращения особых мускулов просто отбрасывает два щупальца. Тонкая перепонка, связывающая их, рвётся, а сам моллюск пытается скрыться в темноте. Он легко отделался: главное, что голова цела, а щупальца легко отрастут.
Саблезубая одноуска получила без особых хлопот достаточно сытный обед – два длинных щупальца. Благодаря своей растяжимой пасти рыба легко заглатывает их, хотя это занимает много времени. Конечно, другие рыбы чувствуют привлекательный запах еды: вокруг одноуски, расправляющейся с кусками кальмара, проносится несколько огней, а пара особенно нетерпеливых огоньков довольно долго кружится около хищника. Но их удерживает на почтительном расстоянии запах одноуски, поэтому рыба спокойно обедает в одиночестве.
Буквально втянув в свой желудок щупальца кальмара, рыба может какое-то время не заботиться о пище. Однако кальмар – весьма водянистая и малопитательная добыча: в нём много слизи и мало протеина. Быстро проходит несколько дней, и от проглоченных щупальцев остаётся лишь одно воспоминание, а рыба вынуждена охотиться снова.
Саблезубая одноуска замерла в толще воды. Она охотится, но в отличие от хищников приповерхностных вод, она не делает ни единого лишнего движения. Рыба умеет долго ждать, но в океанских глубинах, где добыча очень редка, просто ждать не имеет смысла – за это время можно просто умереть с голоду. И одноуска не собирается делать этого: она активно применяет свою охотничью снасть для ловли добычи. Длинный подбородочный усик, повинуясь сокращениям тонких мышечных волокон, начинает подёргиваться. Для самой рыбы важно сохранять неподвижность: любое неосторожное движение – и волны, расходящиеся от её тела, выдадут её местонахождение добыче. Зато движения кончика усика рыбы вполне уместны: это прекрасная имитация движений креветки. Время от времени на кончике усика зажигается яркий огонёк: «креветка» зовёт сородичей… и обнаруживает себя для хищников ещё более явно. И они не заставляют себя ждать.
Одноуска ощущает равномерные волны, сила которых постепенно нарастает – кто-то плывёт прямо к ней… Судя по силе волн, пришелец весит немного – с ним можно справиться. И рыба начинает приманивать приближающееся живое существо ближе ко рту. «Креветка» начинает плавать кругами, задерживаясь как раз напротив приоткрытой пасти, полной острых шиловидных зубов. А источник волн неуклонно приближается – похоже, кого-то заинтересовала эта приманка.
Всё решается в доли секунды – в свете огонька на подбородочном усике одноуска на какой-то миг замечает добычу: бледного и полупрозрачного ската-фантома. В ту же секунду приманка погасла, усик рванулся вниз, а ужасные челюсти распахнулись. Словно клинки из ножен, из складок кожи в глубине рта выпрямились четыре острых клыка. Они вонзились в хрящевой череп ската-фантома и пронзили его насквозь. Один из верхних клыков проколол мозг ската. Но скат, как и большинство рыб, отличается поразительной живучестью: хотя жизнь покидала его тело, могучие плавники замахали, словно птичьи крылья, и полупрозрачный призрак помчался по глубинам океана, таща на себе страшного седока, вцепившегося в его голову. Но это длилось лишь несколько минут. Постепенно движения плавников стали медленнее, а потом тело ската и вовсе обмякло и безжизненно повисло в толще воды. Зато одноуска зашевелилась: она умертвила свою законную добычу, и теперь готовится проглотить её. Эта задача не из лёгких, но рыба прекрасно справляется с ней. Хотя скат-фантом – широкая и плоская рыба, одноуска в состоянии сглотнуть его. Её челюсти подвешены на гибких связках, и половинки челюстей связаны подвижно. Движениями половинок челюстей рыба аккуратно сворачивает тело ската в трубку, а затем медленно «натягивается» на него, продвигая вперёд и втыкая в добычу то одну, то другую челюсть. В конце концов от добычи снаружи остаётся только длинный бичевидный хвост, который потихоньку втягивается в пасть. После охоты рыба аккуратно складывает зубы-лезвия: она вытягивает нижнюю челюсть вперёд, медленно складывает зубы и прикрывает их складками мягкой кожи. Верхние зубы столь же аккуратно складываются вдоль нёба.
После удачной охоты одноуска заметно преображается: её брюхо сильно растягивается, а сквозь покровы просвечивает проглоченная добыча. Поймав столь крупную добычу, она может несколько дней не беспокоиться об обеде, переваривая её. Но вместе с решением одной проблемы возникает другая: сытая рыба становится вялой и малоподвижной.
Раскинув плавники, одноуска парит в толще воды. Она – один из самых сильных хищников на больших глубинах, и мало кто сможет сразиться с ней один на один. Однако численное превосходство может склонить исход битвы в другую сторону.
Запах крови от убитого ската держится в воде долгое время, и его почуяли черви «часовые стрелки». Эти существа, возможно, разминулись бы с голодной одноуской, а несколько из них, возможно, даже разнообразили бы её стол. Но сейчас рыба сыта и медлительна, а черви голодны, быстро плавают и имеют численный перевес. Почувствовав их приближение, одноуска пытается разминуться с прожорливой ордой. Судорожно работая плавниками и хвостом, она плывёт изо всех сил, но быстро устаёт. Этот хищник не может плавать долго: одноуска ловит добычу одним точным смертоносным броском. Зато черви – истинные бродяги океана. Их преимущество – высокая выносливость.
Развязка драмы в темноте наступает быстро: черви нападают на рыбу, тщетно пытающуюся уплыть. Десятки острых ротовых пластинок червей почти одновременно вонзаются в её тело. Словно пчелиный рой над мёдом, черви кружатся над умирающей рыбой, время от времени бросаясь на неё и нанося укусы.
Одноуска быстро гибнет: она бессильна что-либо сделать с многочисленными мелкими врагами. Спустя несколько минут её тело вместе с непереваренной добычей, убитым незадолго до этого скатом-фантомом, превращается в клочки мяса и исчезает в глотках многочисленных червей.
Покончив с добычей и подхватив последние остатки мяса, плавающие в воде, «часовые стрелки» быстро покидают это место. Спустя день или два подобная драма повторится: другое место, другая жертва, но тот же успешный и смертоносный сценарий нападения.
В океане никто не спрячется от смерти: ни огромный кархарозух, ни крошечный планктонный рачок. Но всякая смерть имеет и другую сторону: умирая, любое живое существо поддерживает жизнь множества других животных. Жизнь и смерть тесно связаны и образуют единое целое как здесь, так и в любом другом месте планеты.

Бестиарий

Червь «часовая стрелка» (Sagittocephalus pelagicus)
Отряд: Эунициды (Eunicida)
Семейство: Эунициды (Eunicidae)

Место обитания: глубины от 500 до 1500 м, толща воды.
Это многочисленное беспозвоночное - пелагический вид стайных кольчатых червей, покинувший донные местообитания и перешедший к жизни в толще воды на глубинах. Длина тела взрослой особи – до 20 см. Крупная голова имеет треугольную форму с боковыми выступами, служащими для поддержания равновесия – отсюда название вида. Тело животного длинное, расширенное – таким образом увеличивается плавательная поверхность. Задний конец тела притуплен, а параподии с длинными щетинками на последних трёх сегментах образуют подобие хвостового плавника. Червь плавает, изгибая тело в вертикальной плоскости; для медленного маневренного плавания ему служат широкие веслообразные параподии с многочисленными роговыми щетинками. Во время быстрого передвижения они прижаты к бокам тела.
Покровы тела сравнительно плотные, но гладкие и полупрозрачные: сквозь них видны внутренности животного. Общая окраска животного желтовато-белая.
Жизнь в темноте оказала влияние на развитие органов чувств. Глаз у взрослой особи нет: в темноте они бесполезны. Зато у животного отлично развито химическое чувство: на голове развита система хемосенсорных клеток, и отдельные клетки имеются на туловищных сегментах. Значительная их часть располагается на сильно развитых перистых щупиках. Чтобы предохранить их от повреждений, во время плавания червь втягивает щупики в специальные сумки, вытягивая их для анализа пахучих веществ, растворённых в воде. Этот вид животноядный и питается главным образом падалью, отыскивая её по запаху. Крупный косяк таких червей может нападать на мелких, медлительных и раненных рыб.
Для питания достаточно твёрдой добычей в глотке у червя имеется пластинка, похожая на радулу моллюсков. Она имеет зазубренный режущий край и служит для разрывания добычи. Сама глотка очень мускулистая и может выворачиваться наружу. Эффективность работы такого приспособления очень велика, превращая червей этого вида в опасных хищников.
Этот вид гермафродит, половые продукты созревают в задней трети тела, которая отрывается от остального тела животного и всплывает на поверхность. Размножающиеся половинки разных особей часто прицепляются друг к другу и всплывают вместе. В верхних слоях воды половинки червей лопаются, вымётывая в воду до 15 тысяч мелких яиц и одновременно выпуская семенную жидкость. Благодаря особым химическим веществам, выделяемым готовыми к размножению червями, развитие половых клеток у других членов стаи ускоряется и синхронизируется, поэтому вся стая животных начинает размножение одновременно. Яйца проходят развитие у поверхности воды в течение 4-5 дней. Личинка обитает в планктоне, питаясь мелкими животными, в возрасте 1 месяца начинается её метаморфоз. Одновозрастные молодые черви собираются в стаи и начинают охоту на мелких животных.

Кальмар-медуза (Gorgonotheutis planisomus)
Отряд: Кальмары (Teuthida)
Семейство: Оммастрефиды (Ommastrephidae)
Место обитания: Тихий океан, глубина 1-2 км.

Рисунок Тима Морриса, колоризация Александра Смыслова

Исходный рисунок Тима Морриса

В раннем неоцене, когда океанские экосистемы восстанавливались после «планктонной катастрофы», кальмары пережили эпоху расцвета. Они освоили пелагический образ жизни и начали проходить полный жизненный цикл вдали от берегов. Среди них обычны быстрые пловцы, но есть значительное количество медлительных форм, освоивших жизнь в глубинах. У них в процессе эволюции появились своеобразные охотничьи приспособления и тактики.
Кальмар-медуза – это один из глубоководных видов, очень крупный представитель головоногих моллюсков, ведущий пассивный малоподвижный образ жизни. Животное встречается в толще океана, избегая материковых склонов и подводных гор. По своему облику он сильно отличается от своих активно плавающих родичей и больше похож на медузу чудовищных размеров. Тело этого животного сильно расширено и укорочено: его диаметр (около полуметра) почти наполовину больше длины. Плавники сильно сближены и работают как единое целое, когда животное перемещается на другое место охоты. Обычно же кальмар-медуза неподвижно парит в толще воды, ожидая, пока жертва сама найдёт его. Тело этого моллюска обладает нейтральной плавучестью из-за большого количества жира в крупной печени. Покровы этого животного белые и полупрозрачные, а глаза имеют ярко-синий цвет.
Щупальца этого кальмара очень велики: каждое из них достигает двухметровой длины. Они связаны между собой гибкой и сильно растяжимой перепонкой, образующей своеобразный колокол, придающий животному сходство с медузой. Присоски на нижней стороне щупальцев почти совсем исчезли: они превратились в короткие пузырьки на ножках, заполненные светящейся жидкостью. Кальмар может произвольно зажигать и гасить в них свет. Для привлечения добычи он создаёт подобие огоньков в стае мелких рыб, гася и зажигая огни в определённом порядке. Поскольку крупные глаза кальмара направлены вверх и в стороны, он не видит приближающихся снизу животных. Однако каждый светящийся орган заканчивается длинным чувствительным усиком, реагирующим на течение воды и химические вещества, поэтому животное получает очень полную информацию обо всём, что происходит под его колоколом.
Когда добыча привлечена на достаточно близкое расстояние, хищник хватает её ловчими руками, которые не связаны перепонкой и способны вытягиваться на 3 метра. Концы этих рук покрыты крючками и снабжены мощными присосками. Этими руками кальмар подтягивает добычу ко рту, снабжённому крепким роговым клювом. Укус животного ядовит и способен убить крупную рыбу за несколько секунд.
Этот кальмар – раздельнополое животное, размножающееся лишь один раз в жизни. Самец значительно мельче самки (диаметр его колокола – всего около двух метров) и гораздо подвижнее её. У него лучше развиты плавники, и к наступлению половой зрелости начинается дегенерация перепонок. За краткий брачный сезон каждый самец пытается найти и оплодотворить как можно больше самок.
В кладке этого вида до 5 тысяч крупных яиц, склеенных в слизистые капсулы, похожие на бананы. Самка вынашивает яйца, приклеив капсулы на ловчие руки. При этом связанные перепонкой щупальца служат ей своеобразным средством защиты, скрывая от врага сами яйца и не давая почувствовать их запах. Вышедшие из яиц молодые кальмары первые несколько дней проводят на руках самки, затем покидают её. После этого самка быстро погибает от истощения. Молодые кальмары активно охотятся на мелкую рыбу на глубинах до 300-500 м. По мере развития перепонки и светящихся органов они мигрируют на глубины. Продолжительность жизни этого животного не превышает 3 лет.

Креветка-паук (Arachnocaris crassopleon)
Отряд: Десятиногие (Decapoda)
Семейство: Креветки-пауки (Arachnocaridae)

Место обитания: в толще воды на глубине до 2 километров, избегая участков с сильным течением.
Представители десятиногих ракообразных в разное время осваивали пелагический образ жизни и успешно конкурировали с мелкими глубоководными рыбами. Зачастую залогом успеха у них были своеобразные стратегии выживания.
Креветка-паук обитает в толще воды, предпочитая отсутствие подводных течений. Выбор мест обитания связан со своеобразным способом добывания пищи, уникальным среди ракообразных, но имеющим аналоги у других видов животных. Данный вид креветок добывает пищу с помощью выделений из особых желез: из них строится ловушка, в которую попадают мелкие рыбки и ракообразные – пища этого вида креветок. Подобная стратегия в природе не нова: её успешно использовали некоторые моллюски эпохи голоцена. Например, планктонный брюхоногий моллюск глеба (Gleba) и сидячий верметус (Vermetus) выпускали в воду слизистую «сеть», к которой прилипали планктонные животные, а затем съедали её вместе с «уловом». И общеизвестны охотничьи приёмы пауков, а также их сложные паутинные ловушки. Креветка-паук сочетает привычки этих животных с поправкой на особенности жизни в воде. Она строит сложное сооружение неправильной формы из слизи, выделяемой крупными железами в основании яичников, и наносит в некоторых местах пахучие приманки из околоротовых желёз. Мелкие животные сплываются на привлекательный запах и попадаются в ловушку. На ногах рачка есть железы, секретирующие вещество, позволяющее креветке не прилипать к собственной ловушке, поэтому она легко передвигается по собственным владениям.
Тело креветки-паука длиной около 15 см, из которых только 5 см составляет короткая головогрудь. Брюшко креветки очень большое, расширенное и мускулистое: при необходимости она отлично плавает. Кроме того, значительную часть объёма брюшка занимают сильно развитые железы, выделяющие богатую белком слизь – основу для будущих ловушек. Задняя пара брюшных ног, плеоподы, формируют широкий «плавник». Остальные брюшные ноги покрыты щетинками и помогают плавать на небольшие расстояния и вынашивать икру. Ходильные ноги очень тонкие и длинные. Клешни, составляющие половину длины туловища, очень широкие и плоские – они служат для умерщвления добычи, а при плавании работают как руль.
Креветка-паук совершенно слепая – у неё исчезли даже глазные стебельки. Зато у неё прекрасное обоняние и тонкое осязание. Усики этой креветки очень длинные – примерно наполовину больше длины тела. Тело взрослой креветки практически полупрозрачно.
Это описание относится лишь к самкам данного вида, поскольку у креветки-паука резко выражен половой диморфизм. Самец у креветки-паука, как и у её наземного аналога, – крошечное существо длиной около 3 см, не считая антенн. Он обладает пропорциями, характерными для большинства креветок. Это слепое существо находит готовую к размножению самку по запаху, и поселяется верхом на ней. Когда самка встревожена, самец переползает к ней на нижнюю сторону тела и хватается за её ноги, чтобы, если самка поплывёт, остаться при ней. Он кормится совместно с самкой, подхватывая кусочки её добычи.
После спаривания самка откладывает несколько тысяч мелких икринок, из которых через несколько дней выводятся планктонные личинки. Около месяца личинка проводит в планктоне, после 5-й линьки превращается в миниатюрную копию взрослого рачка. Первой пищей после метаморфоза являются взвешенные в воде частицы органики.
Пол у этих ракообразных не закреплён генетически и зависит от обстоятельств. Если молодой креветке удаётся осесть на тело самки своего вида, её рост замедляется, и она превращается в самца. Одиночные особи продолжают расти и превращаются в самок. При длине около 20 мм самки начинают строить слизистые ловушки и продолжают расти, употребляя питательный корм животного происхождения.
Половая зрелость наступает в возрасте около 2 лет. Молодые самки способны откладывать успешно развивающиеся партеногенетические яйца. После появления самца они откладывают обычные яйца, развивающиеся после оплодотворения. Кладка повторяется до 3 раз в год.

Скат-фантом (Abyssoraya phantomica)
Отряд: Хвостоколообразные (Dasyatiformes)
Семейство: Хвостоколовые (Dasyatidae)

Место обитания: Тихий океан, глубины до 1500 м, по ночам поднимается на глубины до 50 м.
Кажется, скату явно не место среди животных толщи воды. Но в эпоху человека были известны виды этих рыб, проводящие всю жизнь, плавая над дном. Таковы гигантский скат манта, скат орляк, и достаточно много видов ромбовых скатов. Среди пелагических видов известен даже электрический скат.
Скат-фантом – типичный вид океанских глубин: это рыба с полупрозрачным телом и очень мягким слабо обызвествлённым скелетом. Этот вид – потомок одного из видов скатов-хвостоколов (Dasyatis), который перешёл к пелагическому образу жизни с материкового склона. Длина тела взрослой особи – до 1 метра вместе с хвостом, ширина также около 1 метра; тело рыбы ромбовидное. Через плавники прекрасно видны хрящевые элементы скелета рыбы, сквозь кожу на животе – внутренности. Кожа на верхней стороне тела покрыта многочисленными роговыми щетинками. Грудные плавники треугольной формы, похожи на крылья; скат практически всю жизнь плавает, взмахивая ими. Держаться в толще воды ему помогает жирная печень, сдвинутая под самый позвоночник. Глаза этой рыбы крупные, направлены вперёд и в стороны, их поле зрения частично перекрывается. Рот расположен на нижней стороне тела, но сдвинут вперёд и способен широко раскрываться благодаря подвижным связкам – это приспособление к охоте в толще воды.
Этот вид питается мягкотелыми червями и креветками, а также мелкими рыбами, раздавливая их роговыми пластинками во рту. Искать добычу ему помогают обоняние и зрение – скат по ночам поднимается в более высокие слои воды, где может легко увидеть добычу в ясную лунную ночь. В глубине он в основном замечает вспышки света, испускаемого креветками и червями.
Этот вид живородящий, как значительная часть его родственников. Плодовитость его невелика: самка рождает один раз в год всего двух детёнышей длиной до 20 см, способных сразу же питаться мелкими рыбами и креветками. Они становятся половозрелыми в возрасте 5 лет. Продолжительность жизни составляет до 50 лет.

Волосозуб-пигмей (Trichodognathus exophthalmus)
Отряд: Окунеобразные (Perciformes), подотряд Бычковидные (Gobioidei)
Семейство: Волосозубые (Trichodognathidae)
Место обитания: Тихий океан; пелагический вид, совершающий вертикальные миграции на глубинах от 600 до 2000 метров.
Очевидно, название этой рыбки, набранное мелким шрифтом, лишь немного короче её собственной величины: длина этой рыбы всего 4 – 5 см. Но её значение в жизни обитателей морских глубин поистине огромно. Огромные стаи рыб этого вида, протяжённостью в сотни метров и толщиной в 5 – 10 метров, настолько густые, что в среднем на один литр их объёма приходится две-три рыбы. Они совершают ежедневные путешествия из глубинной зоны вверх, на глубину 500 – 700 метров, где днём скапливаются большие стаи планктонных рачков, в свою очередь поднимающиеся ночью к самой поверхности воды. Волосозуб-пигмей питается именно этими рачками.
Эта рыба – потомок морских представителей семейства элеотрисовых (Eleotridae), перешедших к жизни в толще воды. Тело рыбы цилиндрическое, с очень большой головой (20 – 25% длины всей рыбы). Жизнь в глубинах океана привела к значительным изменениям облика этого вида по сравнению с предками. Глаза у волосозуба-пигмея крупные, телескопические и очень подвижные: могут поворачиваться в любом направлении. Основания глаз сдвинуты вверх, а значительную часть головы составляет большой рот, угол которого заходит далеко за вертикаль заднего края глазницы. Рот этого вида – настоящая ловушка для мелкой живности: он вооружён частоколом тонких волосовидных зубов, и может широко раскрываться и сильно растягиваться. В процессе питания рыба захватывает порцию воды с рачками, широко разевая челюсти, а затем закрывает рот и сжимает жабры. При этом вода вытекает между зубов, а рачки остаются в пасти. Добыча этого вида многочисленная и быстро размножается, а эффективность питания таких рыб очень велика, поэтому биомасса этого вида и его родственников в океанских глубинах одна из самых больших. Они сами являются источником пищи многим хищникам глубин.
Колючий плавник этой рыбы снабжён тремя мощными колючками, дающими защиту от врагов. Остальные плавники короткие, хвост сильный с широким плавником. Брюшные плавники сдвинуты на горло.
Окраска тела этой рыбы – угольно-чёрная, в основании глаз и брюшных плавников расположены светящиеся органы, испускающие неяркий белый свет, служащий для общения рыб.
Нерест у этого вида растянут на весь год. Ритуал ухаживания сводится к демонстрации свечения огней и к покусыванию самцом плавников самки. Размножается волосозуб-пигмей, вымётывая в воду до 5000 мелких икринок с интервалом 2 недели, о потомстве не заботится. Личинка живёт в планктоне верхних слоёв океана, позже претерпевает превращение в миниатюрную копию взрослой рыбы и опускается в глубину, формируя одновозрастные стаи. Половая зрелость наступает в 6 месяцев, продолжительность жизни – до 3 лет.

Иглозуб-колибри (Erumpognathus prolongophthalmus)
Отряд: Окунеобразные (Perciformes)
Семейство: Крылособачковые (Pteroblennidae)

Место обитания: Тихий океан, батипелагиаль.

Рисунок Тима Морриса, колоризация Александра Смыслова

Исходный рисунок Тима Морриса

Место обитания: Тихий океан, батипелагиаль.
В глубинах океанов эпохи неоцена можно найти потомков как рыб открытого океана, так и прибрежных видов рыб. Одни из них переживали в глубинах массовое вымирание, другие осваивали новый образ жизни. Жизнь в очень специфических условиях сделала разнообразных глубоководных рыб очень похожими друг на друга, и мало напоминающими их родичей из светлого и тёплого мира наверху.
Иглозуб-колибри – потомок прибрежных донных рыб морских собачек (Blennidae), живущий в толще воды. В раннем неоцене эти рыбы осваивали жизнь на материковых склонах, и некоторые их виды переходили к жизни в толще воды, как предки иглозуба-колибри. Длина тела этой рыбы – всего 0,5 метра; туловище сравнительно тонкое и длинное, со слабой мускулатурой. Рыба не способна быстро плавать: она проводит значительную часть жизни, паря в толще воды головой кверху. Такая поза исключительно удобна для нападения на рыб и пелагических червей, плавающих огромными косяками. Рыба поддерживает равновесие с помощью движения похожих на вёсла грудных плавников: их основания мускулистые и подвижные. Во время плавания рыбы плавники совершают движения, похожие на взмахи крыльев колибри, но в сильно замедленном темпе: один «взмах» за 5 – 6 секунд.
Внешность иглозуба-колибри очень запоминающаяся: глаза огромные, телескопические, направлены вперёд (соответственно, у охотящейся рыбы они смотрят вверх). Сразу под глазами рыбы расположены зубастые челюсти, выдвигающиеся вперёд на расстояние, вдвое превышающее длину головы. Зубы этой рыбы очень многочисленные, длинные и тонкие. Они торчат даже из закрытого рта устрашающим частоколом. Над глазами растут пучки длинных выростов кожи, снабжённые на кончиках органами свечения. Окраска рыбы охристо-красная, а свет, испускаемый «фонариками» над глазами - зеленовато-белый.
Брюшные плавники рыбы находятся на горле, но они сильно редуцированы по сравнению с предковыми формами. В них всего по 4 луча, но зато они очень длинные: в половину длины самой рыбы. Такие же длинные лучи находятся в колючем спинном плавнике рыбы. Анальный, хвостовой и второй спинной плавники срослись вместе, окаймляя заднюю часть тела. Хвост рыбы составляет около 40% длины тела.
Иглозуб-колибри – активный хищник, питающийся рыбами и беспозвоночными. С помощью светящихся органов он активно приманивает добычу, а зрение помогает различать свечение мелких животных, проплывающих над хищником. Рыба очень прожорлива: за одно кормление она может съесть столько же добычи, сколько весит сама. Это возможно благодаря растяжимому животу.
Размножается иглозуб-колибри очень своеобразно. Самец у этого вида по длине равен самке, и даже бывает крупнее её. Он заботится о потомстве, что редко встречается у глубоководных рыб, и вынашивает икру на коже живота. В кладке бывает до 50-80 крупных икринок, нерест повторяется до 3 раз в год. Самка откладывает икру после своеобразного «танца» в вертикальном положении, когда партнёры обмениваются прикосновениями лучей плавников и световыми вспышками. На коже самца каждую икринку окружают кровеносные сосуды, несущие дополнительное питание эмбрионам. Подобным способом заботы о потомстве в голоцене отличались сом Aspredo и лягушка Pipa, а в неоцене подобное приспособление выработал один вид цихловых рыб. Благодаря такому питанию мальки выводятся более крупными и активными, сразу способными питаться мелкими животными. После выклева мальков кожа на животе самца отслаивается, и он съедает её. Иногда самец вынашивает икру сразу 2-3 самок. В этом случае развитие самых первых партий икры замедляется, и всё потомство выклёвывается одновременно.
Половая зрелость у молодых рыб наступает в возрасте 4-5 лет. Продолжительность жизни достигает 35-40 лет.

Морская горгулья (Teratosebastes batophilus)
Отряд: Скорпенообразные (Scorpaeniformes)
Семейство: Абиссебастовые (Abyssebastidae)
Место обитания: Тихий океан, абиссаль.

Рисунок Тима Морриса, колоризация Александра Смыслова

Исходный рисунок Тима Морриса

В эпоху голоцена в Тихом и Атлантическом океанах водилось много видов морских окуней (Sebastes). В эпоху массового вымирания на рубеже голоцена и неоцена некоторые из этих видов выжили, поскольку биоценозы морского дна высоких широт оказались меньше затронуты экологическими катаклизмами, нежели сообщества коралловых рифов и открытого океана. Некоторые из видов морских окуней освоили жизнь в толще воды на больших глубинах после того, как голоценовые группы глубоководных рыб вымерли.
Морская горгулья – потомок морских окуней, отличающийся очень причудливой внешностью. У этой рыбы сильное мускулистое тело длиной около 30 см; оно имеет кирпично-красную расцветку, характерную для некоторых глубоководных рыб. На коже есть небольшие эпителиальные наросты – они увеличивают её поверхность. В них проходят пучки кровеносных сосудов, и кровь, протекающая через наросты, дополнительно обогащается кислородом. Глаза очень крупные, телескопические, направлены вперёд и вверх. Рот с мощными зубами способен очень широко растягиваться, позволяя рыбе глотать добычу длиной с саму себя.
В колючем спинном плавнике перепонка доходит лишь до середины колючек, длина которых равна высоте тела рыбы, а у самцов даже превышает её. В плавниковых лучах проходят каналы желёз, выделяющих яд, что позволяет рыбе защищаться даже от крупных хищников. Сами плавники прозрачные, очень тонкие и нежные; грудные плавники очень широкие: благодаря им рыба может парить в толще воды в ожидании добычи. Брюшные плавники, смещённые на горло, очень вытянутые; на кончиках передних лучей есть светящиеся органы, позволяющие приманивать добычу. Испускаемый ими свет – белый. Для опознания сородичей у этого вида есть мелкие органы свечения, расположенные вдоль боковой линии и по краю жаберных крышек. У самцов их свет бело-розовый, у самок – тусклый белый.
Как и предковые виды морских окуней, морская горгулья живородящая, но её плодовитость невелика: самка рождает всего 20-30 крупных мальков. Зато в отличие от морских окуней голоцена, молодь этого вида сразу может вести самостоятельную жизнь активного хищника. Внутриутробное развитие молоди продолжается очень долго: свыше года. В среднем самка рождает потомство один раз в два года. Половая зрелость наступает в возрасте 11-12 лет, продолжительность жизни достигает 80 лет.

Саблезубая одноуска (Macrobarbichthys dolichobarbus)
Отряд: Трескообразные (Gadiformes)
Семейство: Батибарбихты (Bathybarbichthyidae)

Место обитания: Тихий океан, толща воды на глубинах от 1000 до 2000 метров.

Рисунок Тима Морриса, колоризация Александра Смыслова

Исходный рисунок Тима Морриса

В голоцене отряд Трескообразные (Gadiformes) включал большое количество придонных и пелагических видов. После «планктонной катастрофы» большое количество видов этих рыб вымерло, а освободившиеся экологические ниши заняли более прогрессивные окунеобразные рыбы. Зато трескообразные повторили судьбу многих древних групп живых организмов, «отступив» в глубины океана под напором новых поселенцев. И здесь, в непроглядной толще океанских вод, где окунеобразная рыба – скорее исключение, чем правило, рыбы отряда Gadiformes стали главными хищниками. Среди них появилось несколько семейств, представленных исключительно глубоководными видами, и они населяют толщу воды и океанское дно.
Один из самых прожорливых хищников глубин – саблезубая одноуска. У неё в процессе эволюции развилось интересное ловчее приспособление – длинный подбородочный усик-приманка со светящимся органом. Он снабжён особыми мускулами, позволяющими имитировать движение креветки. Длина этого усика в пять-шесть раз превышает длину самой рыбы; собственная длина рыбы (самки) – около 60 см, самец мельче – до 40 см. У самца на усике расположено большое количество хеморецепторов, значительно обостряющих его обоняние – это приспособление для поиска самки.
Тело рыбы достаточно мускулистое, но высокое – эта рыба предпочитает не преследовать добычу, а совершать один точный бросок. Плавники короткие, второй спинной и анальный плавники сдвинуты назад. Первый спинной плавник сильно редуцирован: от него осталось лишь три длинных одиночных луча, соединённых у основания рудиментом перепонки. На кончиках этих лучей расположены маленькие светящиеся органы. Окраска чёрная, фотофоры за глазами светятся только в период размножения, у самцов – ярко-голубого цвета, у самок – желтоватые. Глаза крупные, способны поворачиваться в глазницах независимо друг от друга, что позволяет рыбе иметь полный круговой обзор.
Чтобы не затрачивать излишних усилий для поддержания тела в толще воды, печень этой рыбы увеличилась, и в ней откладывается лёгкий жир, придающий телу рыбы положительную плавучесть. Также для парения в воде служат длинные лучи грудных плавников, увенчанные полукруглыми кожными «флажками». Длина этих лучей – до 20 см. В покое рыба раскрывает их «веером», и держится в толще воды без усилий.
У одноуски огромная голова (до трети всей длины тела), широкий рот и растяжимый желудок, который располагается вдоль всей нижней стороны тела; задний край желудка доходит до конца анального плавника. В передней части обеих челюстей есть длинные саблевидные клыки. Основания этих клыков снабжены суставами, которые позволяют рыбе складывать их остриями внутрь рта (похожий механизм известен у голоценовой харациновой рыбы Hydrolicus), когда рыба не занята ловлей добычи. Благодаря своим охотничьим приспособлениям рыба может заглатывать добычу весом с саму себя.
Саблезубая одноуска обитает в толще воды, не опускаясь на дно и не приближаясь к подводным горам.
Рыба размножается ежегодно, вымётывает много мелкой икры с жировой каплей, которая всплывает к поверхности воды и развивается в планктоне. Нерест сопровождается своеобразным ритуалом «знакомства», когда самец и самка обмениваются вспышками огней. Плодовитость составляет до 100 тысяч мелких икринок с положительной плавучестью. Развитие икры протекает в верхних слоях воды. Молодые рыбы, совершенно не похожие на взрослых – у них сильно вытянутое тело и относительно короткий подбородочный усик с многочисленными боковыми отростками. Они проводят в планктоне несколько недель, позже претерпевая метаморфоз и опускаясь в глубины. Половая зрелость наступает в возрасте 5 лет, продолжительность жизни – до 70 лет.

 

 

 

 

 

 

 

Следующая

На страницу проекта