Карибский ковчег

 

Путешествие в неоцен

 

Карибский ковчег

 

 

 

Граница между голоценом и неоценом была отмечена в истории Земли катастрофическим похолоданием. Полярные области расширились, а экваториальный пояс влажных лесов сузился до прерывистой полоски. В связи с этими событиями фауна Земли сильно изменилась. Виды, приспособленные к жизни в «тепличных» условиях экваториального климата, либо сократились в численности, либо вовсе вымерли. А с севера и юга их больше и больше теснили мигранты из других природных зон – из саванн и сухих редколесий. Многие виды, численность которых была подорвана в период владычества человека, не выдержали изменения условий и вымерли.
Но в некоторых местах даже в ледниковую эпоху продолжали существовать дождевые тропические леса. Такие места стали настоящими убежищами для теплолюбивой флоры и фауны. Одним из таких уголков стала Вест-Индия. Роль этого региона в формировании фауны Нового Света оказалась поистине неоценимой. В эпоху позднего голоцена связь между Северной и Южной Америкой через Панамский перешеек разорвалась окончательно и бесповоротно: Северная Америка под давлением расширяющегося дна Атлантического океана потихоньку дрейфовала на север, а Южная – на юг. Когда тёплые области Земли начали сужаться, на острова Вест-Индии хлынул поток мигрантов. В ледниковый период многие из этих островов соединялись сухопутными перешейками, а из-за тектонических процессов между отдельными островами регулярно возникали временные «мосты», позволявшие популяциям «беженцев» с материка расселяться дальше. Настоящим «Ноевым ковчегом» для фауны Южной Америки стал остров, объединивший Гаити и несколько соседних островов в один, получивший название Большая Антигуа. Он время от времени соединялся перешейками с лежащей к северо-западу Кубой, а Куба – с Североамериканским континентом. Поэтому на Большой Антигуа можно найти переселенцев из обеих Америк. Климат на Большой Антигуа никогда не был холодным или сухим, и остров всегда был покрыт лесами. Единственное неудобство для обитателей этого острова всегда представляли ураганы, которые регулярно приходят с просторов Атлантики.
Остров с прекрасным климатом, Большая Антигуа стала излюбленным местом зимовки птиц. Даже в эпоху неоцена сохранились маршруты перелётов, которыми пользовались птицы во время сурового ледникового периода.
Над побережьем Северной Америки летят стаи огромных птиц с почти трёхметровым размахом крыльев. Это северные журавельники из Гренландии летят на привычные места зимовки. Основная масса этих птиц зимует на болотах Флориды, но часть популяции летит дальше – на Большую Антигуа. Долговязые птицы пролетают над мангровыми лесами и пальмовыми рощами побережья, и выбирают для посадки местность, заросшую тростником и другими злаками – болота на северо-восточном побережье острова. Здесь нет крупных хищников, и уставшие во время перелёта птицы могут спокойно отдыхать. Журавельники целой стаей садятся на болото. Первые шаги по земле даются им неуверенно, словно птицы разучились ходить за время перелёта. Но на самом деле они просто устали. Сложив крылья, северные журавельники один за другим ложатся на землю и отдыхают. Глаза птиц почти сразу закрываются, и журавельники впадают в чуткий, но очень желанный сон. Одна из птиц обычно находится на страже, но сейчас, похоже, никто не стремится охранять сон стаи.
Шлёпанье широких лап по воде и тихое урчание, что слышится из зарослей осоки, для отдыхающих птиц подобны грому с ясного неба. Журавельники просыпаются, и начинают, не разобравшись, громко и тревожно кричать, хлопая крыльями. Но их тревога оказывается напрасной: первый, кто встречает их на острове – не хищник, а безобидный, хотя и грозный с виду, колючий чешуйчатый дикобраз. Хищник не стал бы столь открыто возвещать о своём приближении, а этому закованному в роговую чешую зверю совсем нет дела до стаи журавельников. Не боясь этих птиц, зверь проходит через болото, шлёпая широкими лапами с небольшими перепонками между пальцами. Старые птицы быстро успокаиваются: по своему опыту они знают, что от этого существа не стоит ждать неприятностей. Они снова погружаются в сон. Но молодые птицы впервые в жизни видят этого зверя, и не знают, чего от него можно ждать. Сбившись кучкой, они следят за каждым движением колючего чешуйчатого дикобраза. Один молодой журавельник проявляет смелость: он подходит к зверю поближе и пробует клюнуть его. В ответ на эту выходку дикобраз громко фыркает и плотно прижимает к телу чешуи. Журавельник несколько озадачен, и наблюдает, наклонив голову, как дикобраз бредёт дальше. У себя дома, в Гренландии, журавельник сам мог бы обратить в бегство животное такого размера, но здесь он впервые видит, что такой зверь не боится его. Роговые чешуи дикобраза защищают его от подобных случайных встреч, а длинноклювые птицы не так уж и часто пробуют нападать на этих грызунов, чтобы всерьёз их опасаться. Дикобраз пересекает болото, где остановились на отдых журавельники, входит в реку и плывёт.
Реки Большой Антигуа короткие, узкие и порожистые. Они начинаются в горах кристально чистыми ручьями, но, протекая через лес, насыщаются дубильными веществами и гуминовыми кислотами, и в их нижнем течении вода становится слегка коричневатой, похожей на слабо заваренный чай. В устьях рек разрастаются мангровые заросли, а морские мелководья вокруг Большой Антигуа окаймляют рифы.
Когда-то в кайнозое «монополию» на право строительства рифов имели кораллы. Но у них была одна физиологическая особенность, которая препятствовала их расселению: кораллы не выносили опреснения воды. Поэтому в устьях рек рифов не было. В неоцене, когда кораллы-рифостроители вымерли, ситуация коренным образом изменилась. Прибрежные отмели Большой Антигуа покрывают рифы, построенные новыми видами живых существ, преимущественно моллюсками и морскими желудями – сидячими ракообразными. В отличие от кораллов, они не боятся опреснения воды и образуют богатые жизнью сообщества напротив устьев рек. Здесь особенно бурно развивается планктон: река выносит в море большое количество веществ, нужных для роста микроводорослей. Также известковые водоросли получают из речной воды дополнительную подкормку органикой и в таких условиях более активно цементируют панцири и раковины животных в сплошное тело рифа. Участки моря, которые отделены рифом от океана, постепенно наполняются речными наносами и становятся благоприятным местом для развития другой продуктивной экосистемы моря – мангровых лесов. Мангровые леса разрастаются преимущественно в устьях рек, где вода опреснена, поэтому они не заселяют всей территории, занятой рифами. Когда река, впадающая в море, мелеет, мангровые заросли постепенно редеют и деградируют, зато рифы разрастаются. Так сохраняется равновесие между разными типами экосистем, и ни одна из них не вытесняет другую полностью.
В устьях рек образуются широкие мелководные дельты, и берег постепенно наступает на море. Мангровые леса накапливают между корней почву и постепенно уступают место солеустойчивым пальмам, а они сменяются типично лесными растениями: вначале кустарниками, а затем деревьями.
Во время отлива обнажаются участки песчаных и илистых отмелей, в которых крупное животное может просто завязнуть, словно в болоте. Зато мелким животным здесь настоящее раздолье. Мелкие крабы бегают боком туда-сюда, разыскивая в лужах воды морскую живность, попавшую в ловушку. Их круглые глаза на стебельках обеспечивают им полный круговой обзор, поэтому к крабу трудно подобраться незаметно. Крабы заняты своими делами, но они постоянно настороже: стоит мелькнуть чему-то подозрительному в кустах или в воздухе, и все крабы моментально разбегаются. И на этот раз им не пришлось долго кормиться спокойно: крабы бросились врассыпную, когда над отмелями пролетело несколько птиц. Манерой полёта они совершенно не напоминают морских птиц, величественно парящих над волнами: несколько секунд активной работы крыльями – и затем полёт буквально пулей, со сложенными крыльями. Птицы держат путь на обнажившиеся во время отлива верхушки рифов. Когда они усаживаются на рифы, их «не-морское» происхождение становится ещё более очевидным: птицы двигаются какими-то рывками, скачут по рифам, но не приближаются к воде. А когда они начинают кормиться, все сомнения в их происхождении совершенно отпадают. Птицы прочно вцепляются лапками в риф и быстрыми мощными ударами клювов раздалбливают раковины улиток и извлекают из щелей рифа разных мелких животных. Сомнений нет – это дятлы, самые настоящие дятлы! Удивительные обитатели Большой Антигуа так и называются – рифовые дятлы. Они ведут себя на известковой крепости, сложенной панцирями и раковинами животных, словно на дереве где-нибудь в лесу. Рябое оперение дятлов делает их плохо заметными на фоне рифа. Когда начнётся прилив, птицы покинут риф и переждут это время в мангровом лесу.
В отлив в пространстве между рифом и мангровыми зарослями остаётся достаточно воды. На мелководье заметны большие косяки мелкой рыбы. В основном это мальки живородящих рыб, доминирующих в Карибском море. Изредка здесь можно увидеть даже довольно крупных рыб, приплывающих сюда из открытого моря, чтобы поохотиться. Но у морских охотников имеется весьма серьёзный конкурент. Длинное тело извивается и скользит под водой. Это явно не рыба: на несколько секунд существо всплывает на поверхность воды и делает вдох. В этот момент становятся заметны чешуйчатая кожа и игольчатый гребень на голове. Взмахнув когтистыми передними лапами, животное ныряет. Это ящерица – не полностью взрослая террагуана ищет пропитание в воде. Террагуана – наземный обитатель, самый крупный вид хищников Большой Антигуа, своеобразный экологический аналог варана с острова Комодо. Взрослые ящерицы этого вида достигают длины четырёх метров, но эта, всего лишь полутораметровая, тоже внушает страх обитателям острова. Охотничий рейд террагуаны замечен рифовым дятлом. Птица тут же поднимает тревогу, и над рифом далеко разносится её резкий крик. Услышав его, остальные рифовые дятлы взлетают и садятся на возвышенностях рифа. Обычно эти птицы – одиночки, не терпящие близкого соседства. Но теперь, в присутствии хищника, чувство коллективизма берёт верх: птицы собираются группами на самых высоких частях рифа и наблюдают за террагуаной. Ящерица не обращает на них внимания, хотя при случае может легко поймать зазевавшуюся птицу. Она выследила косяк некрупных рыбёшек и начала охоту: загнав рыб на мелководье, ящерица броском хватает одну из них, разворачивается и уплывает. Пока террагуана добирается до берега, её провожают криками рифовые дятлы. Террагуана выбирается на песчаный берег, и рифовые дятлы словно передают эстафету своим родственникам: террагуану начинают окрикивать улитковые дятлы – жители мангрового леса. Их серые спины и рябые животы мелькают среди зелени. Собравшись небольшой стайкой, улитковые дятлы вылетают из мангров и преследуют террагуану. Они пролетают над её головой, непрерывно крича. Чтобы избежать назойливого преследования, террагуана сворачивает к мангровому лесу и ползёт через переплетения корней. Улитковые дятлы почти сразу прекращают преследование. Они успокаиваются и принимаются за поиск пищи. Птицы скачут по корням мангров, отрывая присосавшихся к ним улиток. Дятлы не умеют нырять, и предпочитают не спускаться к самой воде, где иногда скрываются хищные рыбы. Поэтому лишь те улитки, что выползли достаточно высоко, становятся их добычей. Меткими ударами клюва дятел отрывает улитку от корня, и тащит её на одну их веток. У каждой птицы есть любимое место для раскалывания раковин. Обычно это естественное углубление в стволе, либо развилка ветвей. Воткнув раковину в этом месте, дятел несколькими ударами клюва разбивает её и поедает мясо моллюска. Одна из птиц не разыскивает улиток – она уселась на ствол мангрового дерева рядом с песчаным пляжем, осторожно выглядывая из-за листьев. Когда на берегу появляется несколько крабов, дятел срывается с места. Словно ястреб, он проносится над пляжем, и вот в его клюве трепыхается и размахивает клешнями краб. С ним дятел поступает так же, как с улиткой: воткнув в развилку ветвей, убивает добычу несколькими ударами клюва, после чего принимается за еду. Под его любимой «столовой» уже скопилась кучка клешней и панцирей его жертв, и крабы сами приходят сюда, чтобы полакомиться останками сородичей.
Корни мангровых деревьев точат самые разные животные, в том числе особые сверлящие двустворчатые моллюски – так называемые «корабельные черви». На них тоже есть охотник, и это опять-таки дятел. В мангровых лесах, не вылетая на риф или на пляж, кормятся мангровые дятлы – самые крупные из «морских» дятлов, обитающих на Большой Антигуа. Во время отлива эти чёрно-белые птицы с красными головами обследуют корни мангров, разыскивая в них ходы «корабельных червей». Обнаружив отверстие, в которое моллюск выставляет дыхательные сифоны, птица ударами клюва вскрывает корень дерева и языком извлекает тело моллюска. Если корабельный червь крупный, дятел поступает хитрее: лёгкими ударами клюва он простукивает корень, стараясь найти место, где заканчивается ход, пробуренный моллюском. В этом месте дятел долбит отверстие, и через него извлекает передний конец тела «корабельного червя», снабжённый небольшой рудиментарной ракушкой. Кроме «корабельных червей» дятлы поедают сверлящих дерево ракообразных, а также придерживаются общего для всех дятлов рациона: едят насекомых, которые селятся в загнивающей древесине мангров.
На мангровых деревьях можно встретить и других бывших обитателей леса – мангровых игрунок, особый вид обезьян, приспособившихся к жизни в мангровых болотах. Эти приматы попали на Большую Антигуа из Южной Америки. Так же, как и дятлы, они приспособились к жизни в новой для себя обстановке из-за усиления конкуренции на ограниченном по площади острове. До этого ни один вид широконосых обезьян Нового Света не осваивал таких мест обитания.
Семейная группа этих обезьянок с золотисто-жёлтой шерстью и чёрно-белыми хвостами ищет плоды мангровых деревьев. Здесь самое главное – успеть найти плод, в котором ещё не успели прорасти семена, но который достаточно созрел. Если плодов нет, мангровые игрунки столь же охотно поедают молодые листья мангров. Старые листья для этих обезьян несъедобны: в них откладывается соль, которую всасывают корни деревьев. Сбрасывая старые листья, мангровые деревья заодно избавляются от избытка солей.
Игрунки путешествуют по ветвям группами: впереди следует доминирующая самка, за ней самец, а в хвосте группы подростки. Часто на спине у самца сидят новорождённые детёныши – уход за ними входит в обязанности самца у всех игрунок, и этот вид здесь не исключение. Детёныши игрунок рождаются беспомощными и самец много времени проводит, ухаживая за ними. Когда группа останавливается на отдых, самец передаёт малышей самке для кормления, но немедленно забирает их назад, когда они наедятся.
В отлив мангровые игрунки спускаются на землю. Пожалуй, ни один вид этих обезьян не делал ничего подобного на своей родине – в южноамериканской сельве. Но на островах, где пищевые ресурсы скудны, более выгодно не придерживаться старых «традиций», а искать новые пути выживания. Подняв хвосты «свечкой», обезьянки выходят на обнажившиеся при отливе песчаные отмели за рыбой и креветками. Эти приматы свободно бегают по берегу: они весят немного, поэтому чувствуют себя в безопасности – крупный хищник, вздумавший поохотиться на них, просто увязнет здесь. В мелких лужах обезьяны находят много подходящего корма – мелких рыб, крабов и креветок. Но опасность может прийти не только из леса, но и камнем упасть с неба, поэтому во время охоты на рыбёшек мангровые игрунки часто поглядывают на небо. Долго оставаться на берегу небезопасно, поэтому пойманная добыча торопливо поедается или прячется за щеку про запас. Один из подростков выудил из лужи крупную рыбку, и она просто не помещается у него во рту. Хвост добычи предательски торчит у него изо рта, и это замечают члены стаи. Самец слишком отягощён детёнышами, чтобы преследовать удачливого рыбака, зато главная самка бросается за подростком в погоню и отнимает у него добычу. Обиженный подросток визжит, а самка начинает спокойно поедать отнятую рыбку. Но и ей не удаётся это сделать до конца: самец подходит к ней и молча отнимает полусъеденную рыбу. Когда самка пытается протестовать, самец просто оскаливает зубы, и его дражайшая супруга отходит и обиженно усаживается в сторонке. После самца ей остаётся лишь обглоданный практически дочиста хребет рыбы и полуизжёванная голова. Что ж, «не нравится – не ешь!»
Начинается прилив. С океана набегают волны, норы крабов постепенно заполняются водой, а рыбы всё свободнее плавают между корнями. Лужи сливаются друг с другом, а затем и вовсе становятся частью моря. Вода поднимается всё выше, и теперь на береговой полосе хозяйничают рыбы и другие морские жители. Рифовые дятлы улетают с рифа, а мангровые и улитковые дятлы поднимаются в верхние «этажи» мангрового леса.
В воде плавают косяки мальков. Молодь многих видов живородящих рыб растёт в мангровых зарослях. Здесь безопасно: морские хищники либо не любят опреснённой воды, либо слишком большие, чтобы пролезть между корнями мангров. Из моря в реку для рождения потомства входят целые стаи живородящих рыб. Мальки многих видов первое время живут в реке, затем спускаются к морю. Это словно воспоминания о далёкой эпохе голоцена, когда живородящие рыбки были мелкими существами и обитали в реках и солоноватых прудах Центральной и Южной Америки.
На реке самый крупный житель – колючий чешуйчатый дикобраз. Грызун хорошо плавает и уверенно держится на воде, несмотря на колючую броню. Его телосложение массивно, и он плавает очень медленно. Но ему не нужно быть быстрым: он вегетарианец, и его корм никуда не уплывёт. Сидя на мелководье, колючий чешуйчатый дикобраз наслаждается пищей и безопасностью. Он откопал целый куст небольшой кувшинки, и теперь поедает его. Листья кувшинки покрыты снизу улитками и личинками насекомых, которые тоже сгодятся в пищу. Покончив с листьями, дикобраз сжевал сладковатый цветок кувшинки и принялся объедать сочные черешки листьев. В конце концов, от кувшинки остался лишь крахмалистый клубень, и дикобраз разделался с ним несколькими укусами. Колючий чешуйчатый дикобраз защищён от хищников и ведёт себя спокойно – здесь немного животных, которых он боится. А вот для некоторых его соседей постоянная осторожность стала нормой жизни.
К реке на водопой приходят мазамары. Это мелкие существа, телосложением напоминающие крошечных оленей без рогов. Пятнистая шкурка делает мазамару незаметной среди кустарников и лесных теней. Животные хотят пить, но держатся настороже, оглядываются и принюхиваются. Самец с густой белой «бородой» первым подходит к воде и начинает торопливо пить. Когда он отходит, утолив жажду, остальные мазамары припадают к воде. Самец постоянно оглядывается и нюхает воздух. Когда дикобраз начал шумно чесаться, самец мазамары недовольно дёрнул ушами. Это не настоящая опасность – мазамары не боятся чешуйчатых дикобразов. Зато довольно громкий шум в кустах услышали почти все мазамары, и даже чешуйчатый дикобраз обратил на него внимание: так шумит только тот, кто сам никого не боится. Прежде, чем чешуйчатый дикобраз сумел что-то разглядеть в кустах, самец мазамары издал крик тревоги, похожий на лай собачонки, и всё стадо мазамар стремительно скрылось в лесу. Им было, чего опасаться: из кустов выползла взрослая террагуана. Это настоящее чудовище: четыре с лишним метра в длину, шкура, покрытая многочисленными шрамами, острые когти и свирепый взгляд. На спине рептилии колыхается драконий зубчатый гребень из множества роговых выростов. Похоже, террагуана не голодна: она не нюхает воздух и не смотрит на следы, оставленные мазамарами на берегу. Рептилия входит в воду и переплывает на другой берег, извиваясь всем телом и прижав лапы к бокам. Колючий чешуйчатый дикобраз провожает её взглядом. Как только чудовище появилось из кустарников, он вышел на берег и встряхнулся. Это было не просто желание удалить воду из-под пластинок, но предупреждение о намерении защищаться. Если террагуана нападёт на него в воде, она может его победить – эта ящерица плавает не хуже крокодила. Зато на суше, имея под ногами твёрдую землю, этот дикобраз более подвижен и может дать отпор хищнику. Но на сей раз, кажется, всё обошлось…
Влажный тропический лес – это сообщество, в котором вся жизнь сосредоточена в пологе, на высоте нескольких десятков метров над землёй. В подлеске очень немного корма – почти весь солнечный свет перехватывают кроны деревьев, и растительность представлена лишь скудной травой. Только возле рек, где полог леса расступается, произрастают кустарники и огромные широколиственные травы. Крупные виды в таких условиях становятся карликовыми, и мазамара – один из примеров этого явления. Её предки, бегающие грызуны мары-олени (Cervimara) проникли в Северную Америку через Антильский сухопутный мост, но часть популяции осталась жить на островах. В ледниковый период, когда острова были покрыты разреженными лесами, на Большой Антигуа существовала популяция крупных континентальных мар-оленей. Когда условия изменились, животные сильно измельчали.
Стадо мазамар кормится в подлеске. Острыми резцами звери общипывают листья с кустарников. Если попадаются грибы, мазамары охотно поедают и их – грызуны прекрасно разбираются, какие грибы съедобны, а какие лучше обходить стороной. Мелкие грызуны постоянно живут в напряжении: он нервно встряхивают ушами и часто оглядываются по сторонам. Громкий и неожиданный крик птицы, раздавшийся из кустов, заставляет их вздрогнуть и отбежать в сторону. Мазамары сбиваются в кучу и испуганно смотрят в сторону, откуда он послышался.
Из зарослей крупнолистных растений появляется пара птиц размером с курицу. Они явно не собираются летать, а передвигаются по земле прыжками. У них крупные головы и прямые сильные клювы. Это ещё один вид необычных дятлов, населяющих Большую Антигуа – гигантские земляные дятлы.
В условиях островной изоляции виды с континента приспосабливаются к новому, порой нетипичному образу жизни. Земляные дятлы поменяли сравнительно безопасную, но полную конкуренции жизнь на деревьях на сытую, но более опасную наземную жизнь. У них очень короткие крылья, и подняться в воздух эти птицы не смогут при всём желании. Зато это самые крупные птицы в своём отряде. Земляные дятлы передвигаются по земле прыжками, словно мелкие кенгуру. Их крылья выполняют функцию балансиров и очень помогают, если нужно сделать резкий разворот.
Пара земляных дятлов даже не удостоила взглядом испуганных мазамар. Птицы заняты своими делами, и воспринимают этих грызунов просто как одну из частей окружающего мира. Дятлы держатся парой и совместно добывают корм: у них в гнезде сидят птенцы, которые прожорливы и очень быстро растут. Поэтому обе взрослых птицы последнее время заняты почти исключительно поисками пропитания для своих отпрысков.
Найдя термитник, искусно замаскированный среди корней дерева, птицы принимаются за работу. Острые клювы без труда взламывают прочную оболочку гнезда, заделывать которую выходят сотни слепых мягких насекомых. Это лучшая еда для молодых птиц, и взрослые дятлы, словно муравьеды, начинают слизывать термитов, набивая ими желудки. Попутно из гнезда извлекается несколько поселившихся в нём жучков и гусениц каких-то бабочек.
В связи со столь необычным для дятлов образом жизни способ гнездования у земляных дятлов претерпел существенные изменения. Эти птицы уже не долбят дупла в стволах деревьев, но роют норы. Птицы выкопали нору под корнями большого дерева. Нора вначале проложена горизонтально, а затем резко изгибается вниз, повторяя форму дупла, в каких гнездились предки земляных дятлов. Со временем стенки норы осыпаются, и родители постоянно подновляют нору, выбрасывая наружу землю. На дне норы сидит пара голодных птенцов. Когда родители появляются в норе, птенцы поднимают крик, хлопая куцыми крылышками. Родители отрыгивают корм, и по очереди кормят своё потомство.
В изолированных местообитаниях эволюция идёт порой не так, как на материке. Обитатели островов иногда занимают нетипичные для них экологические ниши. На островах Карибского моря жило большое количество видов ящериц из семейства игуановых. В основном это были всеядные или растительноядные формы, но в отсутствии крупных хищников один из видов этих ящериц превратился в антигуанскую террагуану – доминирующего хищника в островной экосистеме. Террагуана легко справится с любым наземным животным, которое может поймать.
Одна из этих рептилий ползёт по лесу в поисках корма, время от времени высовывая язык и пробуя им воздух. Эта рептилия совершенно неразборчива в еде, и с одинаковым удовольствием съест как живую добычу, так и полуразложившуюся падаль. Но похоже, что сегодня ей улыбнётся охотничья удача: ящерица чувствует запах, показывающий наличие гнезда птиц. Уловив притягательный аромат, рептилия пробирается сквозь папоротники и вскоре выползает к огромному дереву. Запах исходит из норы, расположенной под одним из его корней. Нет сомнений – это гнездо земляных дятлов, причём с подросшими птенцами – неплохой обед, которого хищнику хватит на пару дней.
Террагуана просовывает голову в нору, пробуя воздух раздвоенным языком. И в этот же миг навстречу ей выскакивает самка земляного дятла. Ей есть, что терять: двое птенцов почти готовы покинуть гнездо, и в ближайшее время птицам не придётся гнездиться. Самка отчаянно обороняет потомство, кричит и наносит террагуане удары клювом. Птица заперта в гнезде, и ей некуда отступать. Самец далеко от гнезда, и самке придётся рассчитывать только на собственные силы. Птенцы пока не подросли, и они не принимают участия в драке. Но они истошно кричат, и их голоса разносятся по лесу на десятки метров в стороны.
Самка земляного дятла начинает уставать, но террагуана, похоже, ещё не отказалась от мысли вкусно поесть. Собрав все силы, птица бросается в отчаянную атаку и клюёт ящерицу прямо в ноздрю. Сильный удар ошеломил террагуану, кровь хлынула из ноздри и острая боль пронзила морду рептилии. На долю секунды террагуана отпрянула, и это придало уверенности самке земляного дятла. Как одержимая, птица начала наскакивать на огромную рептилию, целясь клювом в кровоточащий нос террагуаны. Ящерица отчаянно замотала головой, пытаясь увернуться от сыплющихся на неё ударов. В конце концов, она не выдерживает натиска птицы, разворачивается и уходит. Продираясь сквозь заросли, рептилия слышит за спиной резкий отрывистый крик птицы. Свидетельством только что произошедшего боя остались раздавленные ящерицей растения около норы дятла и цепочка капель крови, алеющих на фоне листвы. Когда стихли шаги огромной рептилии, самка земляного дятла почувствовала, насколько сильно она устала. Пожалуй, это была первая и последняя столь ожесточённая схватка за жизнь этих птенцов. Они скоро покинут родную нору, а затем уйдут с территории родителей. Но пока за ними нужно ухаживать, и молодые птицы требуют заботы. Их мать тяжело дышит и ложится на землю, отдыхая после битвы с чудовищем. Птенцы подают голос – сначала робко и неуверенно, а затем уже кричат во всё горло. Несколько минут назад они могли бы погибнуть – но жизнь взяла верх над смертью. И чтобы жизнь продолжалась, птенцам нужно поесть.
Примерно двое суток террагуана, атакованная самкой земляного дятла, отлёживалась в кустах. Первое время рептилии было даже трудно дышать, а засохшая на морде кровь привлекала тучи мух. Хорошая физическая форма спасла рептилию: террагуана оправилась, хотя одна её ноздря на всю жизнь останется изуродованной шрамом. Рептилия могла бы переждать и более долгую голодовку, но чем дольше она будет голодать, тем меньше будет шансов удачно поохотиться. Поэтому, едва оправившись после ранения, террагуана выходит на охоту. Она устраивает засаду в кустах возле звериной тропы, где легче всего подстеречь добычу. Благодаря неброскому узору огромная ящерица искусно маскируется в тени кустов и терпеливо ждёт. Физиология ящериц не приспособлена для долгого преследования добычи, зато отлично подходит для резкого и быстрого нападения. Неудивительно поэтому, что террагуана охотится из засады: несмотря на размеры, это всего лишь ящерица.
Тропа, где устроилась террагуана, ведёт к реке. Рано или поздно на ней появляется подходящая добыча. Стадо мазамар, около тридцати взрослых грызунов и ещё с десяток молодых, идёт на водопой. Грызуны прислушиваются и внимательно смотрят по сторонам, пытаясь заметить возможную опасность. Но террагуана почувствовала их приближение гораздо раньше: она услышала топот их ног через землю. Замерев в тени кустарников, огромная рептилия ждёт. И когда стадо проходит совсем рядом, ящерица нападает на мазамар. Она рывком кидается на грызунов, сбивает одну из мазамар таранным ударом головы и приканчивает, вцепившись ей в горло. Оставшиеся в живых мазамары стремительно удирают. Но им уже не грозит опасность: вложив все силы в один бросок, ящерица не смогла бы добыть вторую мазамару, даже если она подойдёт ещё ближе, чем первая. Но грызуны живут сиюминутной жизнью, не думая ни о прошлом, ни о будущем. То, что было полчаса назад, для них столь же далеко, как то, что случилось полгода назад.
Заполучив долгожданную добычу, террагуана принимается за еду. Рептилия обдирает мясистые части тушки и жадно заглатывает их. Зубы террагуаны плохо приспособлены для тщательного обгладывания добычи, и совсем не годятся для жевания. Поэтому после того, как террагуана поест, на остатках её добычи можно неплохо подкормиться. Это прекрасно знают земляные дятлы, которые ждут окончания трапезы рептилии на безопасном расстоянии. Пара птиц отдыхает, время от времени нетерпеливо поглядывая на террагуану. Когда рептилия уходит, бросив остатки тушки мазамары, они бросаются к полуобглоданным костям. Острыми клювами дятлы аккуратно обклёвывают с костей остатки мяса, а затем расклёвывают хрящи и длинными языками вылизывают из трубчатых костей костный мозг. После таких птиц лишь какой-нибудь мелкий грызун сможет найти на костях мазамары что-нибудь съедобное.
Дождевые леса занимают значительную часть острова, особенно на востоке, со стороны Атлантики. Но на Большой Антигуа поднимаются горы, защищающие Карибское море от свирепых ураганов. И в горах господствует совсем иная растительность. Сухой горный лес, спускающийся с западных склонов острова, представляет собой резкий контраст с сумрачным дождевым лесом. Горный лес Большой Антигуа – это светлый редкоствольный лес, образованный преимущественно разными видами пальм и соснами. Если пальмы – это жители жаркого юга, то сосна – типичный реликт ледниковой эпохи. Выше его располагается своеобразная горная пустыня с кактусами. Кроны деревьев горного леса смыкаются довольно слабо, и земля здесь покрыта ковром разнообразных растений, преимущественно злаков.
В кронах сосен постоянно слышны хриплые крики – это кормятся мелкие карибские сосновые попугайчики. С земли видны мелькающие в кронах деревьев красные грудки и белые пятна под крыльями этих птиц. Остальное оперение этих попугаев зелёное, маскирующее их среди ветвей. Эти птицы питаются преимущественно семенами сосен. Клюв сосновых попугайчиков прекрасно приспособлен для извлечения семян из-под чешуй шишек: тонкое и изогнутое надклювье легко отгибает чешуйку и подцепляет семечко, а массивное подклювье раздавливает семя сосны. Но значительная часть сосновых семян просто разлетается, когда попугаи ворошат шишки. Иногда шишки падают вниз, где семена из них поедают другие животные. Сосна – излюбленное кормовое дерево попугаев этого вида. Кроме того, сосновые попугаи часто поедают мелкие семена других деревьев, которыми не кормятся их сородичи в дождевом лесу.
Под деревьями в горном лесу бродит ещё один обитатель Большой Антигуа. Горный чешуйчатый дикобраз, медлительный массивный грызун, подбирает упавшие шишки и выгрызает оставшиеся в них семена. Он следит за попугаями и предпочитает кормиться там, где едят они. Если семян и плодов, упавших на землю, немного, дикобраз дополняет свой рацион корнями растений.
От крупных врагов горный чешуйчатый дикобраз превосходно защищён: его чешуи, налегая друг на друга, образуют почти сплошной панцирь. Если же дикобраз переходит в атаку, он может нанести противнику серьёзные раны. Его чешуи острые по краям, и при нападении работают как множество ножей, нанося резаные раны. Но, будучи прекрасно защищённым от крупных хищников, чешуйчатый дикобраз страдает от мелких мучителей: под его чешуями поселяется множество клещей, а некоторые жуки даже откладывают яйца именно на спину дикобразов. Их личинки помогают зверю избавляться от нежелательных постояльцев, но всё равно дикобраза часто одолевает зуд от множества паразитов. Дикобразу пришлось бы очень туго, если бы не множество помощников, живущих по соседству. Похоже, что сосновые попугаи не делают большого различия между шишками сосен и огромной живой «сосновой шишкой» – чешуйчатым дикобразом. Птицы охотно оказывают грызуну услуги чистильщиков. Они привлекают дикобраза криками и яркими оперением, рассаживаясь на кустах недалеко от зверя. Попугаи качаются на ветке вниз головой, раскрывают крылья и кричат – словом, делают всё, чтобы грызун обратил на них внимание.
Дикобраз давно не чистился, и охотно следует на крики попугаев. Грызун ложится на землю и слегка растопыривает щитки, приглашая пернатых санитаров начать работу. Птицы спускаются на спину дикобраза и приступают к работе. Грызун специально расслабляет мускулы, поднимающие и опускающие роговые пластинки, доверяя птицам очень деликатную работу. Попугаи просовывают голову под чешуи дикобраза, аккуратно извлекая из-под них обосновавшихся там клещей и жуков. Заодно эти паразиты служат дополнительной подкормкой для птиц. Союз с попугаями выгоден для дикобраза: у него слабое зрение, а попугаи выполняют обязанности сторожей, предупреждая о приближении хищников.
Один из попугаев, сидящих на спине дикобраза, заволновался: птица заметила мелькнувшую в кустарнике чешуйчатую шкуру. С резким криком попугай взлетел со спины чешуйчатого дикобраза, а вслед за ним вспорхнули его сородичи. С высоты птицам прекрасно видно, что совсем недалеко от дикобраза бродит взрослая террагуана. Эти рептилии живут преимущественно в дождевом лесу, лишь изредка встречаясь в горах. Но сейчас у рептилий начинается сезон кладки яиц, и самки террагуан мигрируют в горы, чтобы устроить гнёзда. Террагуана, появившаяся в горном лесу – это самка, одна из первых пришедших сюда. В период размножения пищевое поведение ящериц подавлено, но агрессивность резко возрастает, и самка готова броситься даже на животное, которое не стала бы преследовать ради пищи.
Уверенный в своей защищённости чешуйчатый дикобраз не спешит отступать, и террагуана нападает. Она кружит вокруг зверя, и затем решительно бросается на дикобраза, разинув пасть. Зверь защищается – он прижимает чешуи к телу, и зубы террагуаны лишь слегка оцарапали несколько защитных пластин. Террагуане не удалось укусить зверя, и теперь он сам нападает: растопырив колючки, дикобраз резкими бросками старается нанести удар в голову и плечи террагуаны. Рептилия отступает, унося в плече одну чешую дикобраза.
Когда террагуана уходит, попугаи возвращаются к потревоженному дикобразу. Это для него знак: врагов поблизости нет. Грызун вновь принимается за еду: он разыскивает упавшие с пальм орехи, и раскусывает их резцами. Сотрудничество дикобраза с попугаями взаимовыгодно: попугаи не могут сами вскрыть твёрдые плоды пальм, хотя очень любят их маслянистую мякоть. Когда дикобраз поедает орех пальмы, его кусочки падают на землю и попугаи тут же подбирают их. Насытившись, дикобраз уходит на отдых в кусты, а попугаи улетают. Последние дни мирной жизни в горном лесу…
Постепенно число террагуан в горном лесу начинает возрастать: ящерицы прибывают сюда из влажных лесов в низинах. Все эти рептилии – самки с боками, раздувшимися от созревших яиц. Террагуаны собираются откладывать яйца и активно ищут место для гнёзд. Самые лучшие места для гнёзд – участки земли с рыхлой почвой. В некоторых подходящих местах самки террагуан откладывают яйца год за годом. Найдя однажды удобное место, самка приходит к нему каждый год, свирепо нападая на конкурентов, решивших обосноваться здесь. Из-за огромных ящериц жизнь в лесу становится просто невыносимой. Промучившись несколько дней в окружении этих чудовищ, чешуйчатый дикобраз покидает лес и поднимается выше, в горную пустыню. Здесь, среди кактусов и камней, бродят его сородичи – «беженцы» из лесов, вытесненные с обжитых территорий нашествием террагуан.
Самки террагуан недолго обременяют себя родительскими обязанностями: они лишь выбирают территорию, отгоняют соперниц, устраивают гнёзда, закапывают яйца и уходят. Поэтому неудобства, которые они причиняют обитателям горных лесов, лишь временные. Зато после нашествия этих ящериц у жителей леса появляется источник доступной и вкусной пищи – яйца этих рептилий. Возможно, если бы большая часть гнёзд террагуан не оказывалась разграбленной каждый год, на острове невозможно было бы жить из-за обилия этих хищников.
Под корнями сосны вырыта нора. Она не такая широкая, как нора земляного дятла, и в ней живёт не зверь и не птица. Из норы показывается молодая террагуана. Она отличается от взрослых сородичей более яркой окраской – ярко-зелёная с коричневыми полосками. При своих размерах она вовсе не внушает ужаса местным обитателям, и даже напротив – она сама прячется от своих взрослых сородичей, чтобы не стать их добычей. Опасаясь каннибализма взрослых рептилий, молодые террагуаны живут в горных лесах и переселяются в дождевой лес, достигнув достаточной длины, чтобы постоять за себя. В горном лесу меньше еды, чем в дождевом, но зато, когда уходят взрослые террагуаны, молодые ящерицы могут вдоволь пировать на их гнёздах. Молодая террагуана по запаху разыскивает гнездо, устроенное взрослым сородичем. Отыскав место, где земля лежит рыхлым холмиком, она начинает копать передними лапами. Вскоре из-под слоя рыхлой земли появляются яйца, покрытые кожистой скорлупой. Молодая террагуана хватает пастью самое верхнее яйцо и отбегает в сторону. Оглядевшись, она разрывает оболочку яйца и вылизывает досуха его содержимое. Покончив с яйцом, она возвращается к гнезду за следующим. Ресурсы острова ограничены, поэтому такое поведение – каннибализм на всех стадиях развития – регулирует численность хищников.
За ящерицей, грабящей гнездо собственных сородичей, с ветвей дерева наблюдают сосновые попугаи. Они тоже не прочь воспользоваться даровым угощением, поэтому, когда террагуана утаскивает очередное яйцо, попугаи спускаются с дерева и принимают деятельное участие в разорении гнезда.
На жизнь обитателей Большой Антигуа оказывает большое влияние буйство природных стихий. Атлантический океан – место, где рождаются ураганы, опустошающие острова и южное побережье Северной Америки, поэтому животные на острове научились ощущать приближение стихийного бедствия.
Предчувствуя разгул стихии, всё живое прячется. Террагуану не спасёт от стихии свирепость, а чешуйчатых дикобразов – их броня. Надежда на спасение у любого живого существа – хорошее укрытие. Когда небо заволакивают тучи, сосновые попугаи подыскивают себе надёжное убежище: они целой стайкой прячутся в дупло старой сосны, рассаживаясь на его стенках. Птицы плотно прижимаются друг к другу, и им будет тепло и сухо даже в самую большую непогоду. Чешуйчатый дикобраз прячется в яму под корнями вывороченного бурей дерева. Он углубляет яму, сворачивается в ней клубком и успокаивается в ожидании удара стихии. Но его покой недолог: перед ураганом наземные крабы, обитающие в лесных ручьях, словно бесятся. Они покидают родные места и бегают по всему лесу, подыскивая себе укрытие. Несколько крабов сваливаются в яму, где спрятался дикобраз. Они бегают по его яме, пытаются забиться под брюхо к дикобразу и время от времени щиплют его клешнями, если он неловко поворачивается. Такое соседство дикобразу ни к чему, и зверь аккуратно выталкивает головой беспокойных соседей.
Лес словно вымирает: всё живое ожидает удара стихии. Птицы смолкли, и лишь обезьяны перекликаются друг с другом где-то в кронах деревьев. Постепенно ветер крепчает, и кроны деревьев тревожно шумят, заглушая голоса живых существ. Проходит ещё немного времени, и начинается дождь. Но это не освежающий лёгкий дождь, который ежедневно проливается на Антигуа, давая жизнь растениям и животным. Дождь обрушивается на остров буквально как из ведра. Вода падает из туч стеной, и видимость сокращается до нескольких метров. Тугие струи размывают почву, а реки и ручьи острова превращаются в бурные потоки. Вода подмывает корни нескольких деревьев, и они валятся на землю с громовым треском. В воздухе несутся сорванные с деревьев листья, и несколько птиц безуспешно пытаются противостоять стихии, которая уносит их неведомо куда. Реки Антигуа выходят из берегов, заливая низины. Коричневая от глины вода пенится, бурлит, и несёт к морю стволы деревьев и трупы утонувших животных.
Семья мангровых игрунок, промокших едва ли не до костей, сидит на ветке, прижавшись друг к другу и судорожно вцепившись в ветку лапами. Они защищают от дождя и холода двух маленьких детёнышей, которых самец придерживает у себя на животе. Когда ураган встряхивает ветку, подросток, сидящий с краю, с жалобным криком падает в воду. Если его унесёт в море, он просто погибнет. Молодая обезьяна борется за свою жизнь: преодолевая ветер и волны, подросток плывёт, выбирается на корень дерева и с трудом добирается до семьи.
Разгул стихии продолжается несколько дней. Несмотря на катастрофические последствия, ураганы являются одним из факторов, к которым местные животные хорошо приспособились. Все биологические ритмы и поведение животных согласованы с годичными изменениями погоды. Так, террагуаны именно из-за ежегодных ураганов делают гнёзда в горах, где яйца не будут залиты дождями.
После урагана в горных лесах много деревьев оказывается сваленными. Особенно страдают от ураганов пальмы – деревья с относительно слабой корневой системой и широкими листьями. Под пальмами, которые выдержали удар стихии, лежит множество орехов, сбитых струями дождя. Чешуйчатый дикобраз наконец может покинуть своё укрытие и выйти кормиться. Он не ел несколько дней, спрятавшись в своём укрытии, и теперь может удовлетворить голод, скрутивший его желудок. Сосновые попугаи тоже успешно выдержали удар стихии, и теперь в ветвях сосны видны их красные грудки. Заметив, что дикобраз грызёт плоды пальм, птицы слетают на землю и ждут, пока какой-нибудь кусочек мякоти не упадёт изо рта грызуна.
Во время ураганов низинные леса оказываются полностью залитыми водой, и их обитатели вынуждены несколько дней спасаться в горах. Несколько сосновых попугаев, сидящих возле дикобраза, вдруг начинают волноваться. Птицы тревожно оглядываются, одновременно взлетают и хриплыми голосами оповещают грызуна об опасности. Но на сей раз бдительные часовые явно перестарались: они обнаружили не настоящую опасность, а просто стадо мазамар. Пятнистые изящные грызуны – редкие гости в горах. Очевидно, это стадо спасалось от наводнения, вызванного ураганом, поэтому и оказалось здесь. Звери чувствуют себя напуганными, попав не в свою среду обитания. Мазамары постоянно принюхиваются и подёргивают ушами. Видно, что они боятся почти всего в этой местности. Когда чешуйчатый дикобраз случайно делает слишком резкое движение, самец мазамары с густой белой бородой издаёт крик тревоги, и стадо стремительно убегает. Мазамары не останутся в горах надолго: когда вода спадёт, они спустятся обратно в родные дождевые леса.
В тропическом лесу отчётливо видны последствия урагана. Повсюду лежат стволы деревьев, не выдержавших ярости стихии. Каждое старое дерево, падая, рвёт лианы, которые связывают его с соседними деревьями и подминает под себя подрост других деревьев, занимающий подлесок. Для отдельно взятого дерева это событие – гибель, но для его окружения это шанс на выживание. Когда через огромный разрыв в плотном лесном пологе проникает солнечный свет, окружающие растения начинают расти с бешеной скоростью, стараясь первыми занять освободившееся место под солнцем.
Земляные дятлы благополучно пережили ураган, и теперь скачут по стволу упавшего лесного великана. Острыми клювами птицы откалывают большие куски коры, долбят подгнившую древесину и разбрасывают «цветочные корзины» эпифитных растений, разыскивая насекомых. Семейная пара дятлов благополучно перенесла потоп: птицы вырыли нору под деревом, что стояло на небольшой возвышенности, и вода не дошла до гнезда буквально чуть-чуть, хотя на дне норы скопилась лужица воды, просочившейся из почвы. Но самое главное – родителям удалось сохранить птенцов. Свирепую голодную террагуану можно отогнать, но против стихии птицы были бессильны. Жизнь и здоровье птенцов – достойная награда заботливым родителям. Но иногда это становится прямо-таки наказанием для них: подростки не страдают отсутствием аппетита, и постоянно донимают родителей, громкими криками выпрашивая у них еду. Несколько дней взрослым дятлам придётся слишком часто делиться пищей с потомством, но затем молодым птицам придётся переходить к самостоятельной жизни.
После урагана на прибрежном рифе тоже произошли изменения: река вынесла в море ствол дерева, чьи корни не выдержали испытания стихией. Этот ствол покачивается в сотне метров от берега, упершись в известковую стену рифа. Под стволом, и особенно в корнях и ветвях погибшего дерева, прячется огромное количество мелкой рыбёшки. На самом стволе сидит «робинзон» - колючий чешуйчатый дикобраз. Во время урагана он попал в разбушевавшуюся реку и не погиб лишь благодаря своей способности плавать. Когда грызун уже терял последние силы, барахтаясь в воде, его спасением стал этот самый ствол, который река несла в море. Так лесной грызун и оказался на рифе. Пока вода стоит высоко, у него нет возможности спастись. Кроме того, дерево непрочно держится на рифе. Одна сильная волна – и его унесёт в открытое море, а дикобраза ждёт верная смерть от жажды.
Но начинается отлив. Уровень воды постепенно снижается, и дерево ложится на известковые башенки рифа. Когда ствол перестаёт качаться под ногами, колючий чешуйчатый дикобраз обретает уверенность. Из мангровых зарослей на риф прилетают другие жители острова – рифовые дятлы. Вид птиц, скачущих по вершинам рифа, ободряет дикобраза, и зверь готовится к трудному пути домой. Дикобраз осторожно ходит по стволу туда-сюда, затем осматривается, аккуратно спускается в воду и плывёт. Стайка рыб, испуганная появлением столь непривычного для них существа, бросается в тень ствола дерева, сверкая серебристыми боками. Не обращая на них внимания, чешуйчатый дикобраз продолжает свой путь. Вскоре он касается лапами дна. Отталкиваясь когтями и оставляя за собой дорожку взмученного ила, зверь добирается до берега и выходит на песчаный пляж, распугивая крабов. В песке остаются его глубокие следы, которые быстро заполняются водой. Достигнув мангрового леса, дикобраз выбирается из вязкого песка на корни и быстро скрывается в зарослях.
Постепенно ствол дерева, покачивающийся возле рифа, напитается водой и погрузится на дно. Но он, даже погибнув, надолго станет местом скопления жизни: древесина будет источена сверлящими ракообразными и корабельными червями, а в отлив крупные мангровые дятлы будут прилетать сюда кормиться. Пока же эти птицы долбят ствол другого дерева, выброшенного волнами. Этот ствол попал на Большую Антигуа с побережья Южной Америки, и за время плаванья в нём успели завестись «корабельные черви». Птицы орудуют клювами, откалывая большие куски источенной древесины, извлекают и поедают этих моллюсков. Но их трапеза оказывается прерванной совсем нежелательным гостем: мимо дерева проползает огромная взрослая террагуана. Дятлы чувствуют себя в безопасности: они следят за рептилией, и в любую минуту могут взлететь. Они кричат на рептилию, но ящерица совершенно не обращает на них внимания и ползёт дальше. Её ведёт чувство обоняния, и оно обещает рептилии пир, невиданный по обилию и роскоши.
На берегу лежит туша гостя из глубин Атлантики – огромной акулы-кашалота. Она уже давно погибла, и теперь её тело, ставшее игрушкой волн, сильно разложилось. Террагуаны из леса собираются к туше рыбы и жадно отрывают от её боков шкуру и мясо. Сверху, куда террагуаны ещё не залезли, по туше прыгают рифовые дятлы. Птицы долбят мясо акулы и устраивают короткие шумные потасовки, если две птицы оказываются слишком близко друг от друга. Вскоре к трапезе присоединяется пара мангровых дятлов. Они разгоняют своих более мелких сородичей, и начинают неторопливо насыщаться.
Вскоре туша акулы будет полностью съедена, и даже высохшие на солнце хрящевые позвонки великана дятлы расклюют и съедят. Море и суша взаимно кормят друг друга, являясь частью единой биосферы Земли.

Бестиарий

Мангровая игрунка (Mangropithecia flava)
Отряд: Приматы (Primates)
Семейство: Игрунковые (Callitrichidae)

Место обитания: Большая Антигуа, дождевой лес.

Рисунок Алексея Татаринова

Во время ледникового периода, когда полярные шапки начали разрастаться с обоих полюсов и теснить теплолюбивую фауну в экваториальные области. В это время на Карибских островах образовался настоящий «заповедник» фауны прошлой эпохи. Дожди с Атлантики давали достаточно возможностей для роста влажных тропических лесов, а понижение уровня океана соединило Карибские острова в почти непрерывный сухопутный мост, по которому мигрировали наземные животные из Южной Америки.
Среди мигрантов из Южной Америки были обезьяны. Крупные виды цепкохвостых обезьян не смогли сохранить достаточно крупные популяции, а некоторые узкоареальные виды вовсе вымерли. Зато мелкие обезьяны игрунки стали настоящими хозяевами полога леса на Карибских островах. На мелких островках сформировалось много видов и подвидов этих обезьян, часто очень ярко и причудливо окрашенных. Обычно они ведут образ жизни, характерный для предков, но один вид этих обезьянок приспособился к жизни в мангровых лесах на побережье Большой Антигуа, избегая таким способом конкуренции с прочими видами приматов.
Мангровая игрунка – мелкая обезьяна: крупный взрослый самец этого вида весит около 1 килограмма, а самка ещё меньше. Телосложением мангровая игрунка практически не отличается от других видов семейства: у неё крупная округлая голова, передние и задние лапы практически одной длины. Хвост длинный (примерно вдвое длиннее туловища), не хватательный. По ветвям и по земле эти игрунки перемещаются на четырёх лапах.
Шерсть имеет яркую окраску: на туловище золотистая, на голове – красно-коричневая. Хвост обезьяны чёрный с белым кончиком: он выполняет сигнальную функцию. Спускаясь на землю, эти обезьяны держат хвост поднятым вверх, чтобы сородичи могли его видеть издалека.
Лицо мангровой игрунки голое, покрыто гладкой розовой кожей. У этого вида обезьян хорошо развиты мимические мышцы, и выразительная мимика дополняет звуковой «словарь». У самцов в момент раздражения или возбуждения лицо краснеет. Кроме того, у самцов возле рта и между носом и ртом на коже часто есть тёмные пигментные пятна, сливающиеся у отдельных особей в своеобразную «маску».
Мангровая игрунка ведёт общественный образ жизни, живёт семьями по 5 – 10 особей. Как правило, это родительская пара и их детёныши. Достигнув половой зрелости, самцы всегда покидают группу, а самки остаются дольше, и даже приводят в группу стороннего самца.
Большинство приматов избегает воды, а среди обезьян Нового Света вообще не было видов, связанных с водными биотопами. Но мангровая игрунка не боится воды и может плавать. Ноздри расположены широко, как у всех обезьян Нового Света, но приспособлены для жизни в воде. Они щелевидные, во время ныряния могут закрываться.
У этого вида есть ещё одно приспособление для жизни в мангровых болотах: крупные почки, выводящие из организма избыток солей. Но почки не могут полностью компенсировать потребности этих обезьян в питьевой воде, и мангровые игрунки пьют дождевую воду из листьев, либо ходят на водопой к рекам.
Рацион мангровых игрунок включает много видов растений и животных, которых можно найти в мангровом лесу. Обычно обезьяны поедают молодые листья мангровых деревьев, дополняя рацион плодами. Из пищи животного происхождения обезьяны предпочитают крабов, за которыми охотятся в отлив, мелких морских животных, которых собирают в лужах на отливной полосе, и насекомых, живущих на мангровых деревьях.
Детёныши рождаются дважды в год. Обычно это двойня, причём часто детёныши бывают одного пола. Молодняк до наступления зрелости остаётся в группе. Обычно, когда взрослая пара стареет, их детёныши по женской линии начинают возглавлять группу и получают «в наследство» родительскую территорию.

Мазамара (Mazamara sylvatica)
Отряд: Грызуны (Rodentia)
Семейство: Бегающие мары (Cervimaridae)
Место обитания: Большая Антигуа, дождевые леса и редколесья.

Рисунок Саурон с FurNation

В раннем неоцене, примерно через 7 – 8 миллионов лет после катастрофической для фауны Земли смены эпох, в географии Нового Света произошли изменения: Панамский перешеек погрузился под воду, и связь между Северной и Южной Америкой нарушилась. Фауны этих материков начали развиваться изолированно, и вскоре на обоих материках остались лишь единичные общие виды птиц и других летающих животных. Но изоляция материков была неполной. Две литосферных плиты, Карибская и Кокос, двигаясь друг возле друга, вызвали поднятие из океана цепочки Антильских островов. Образовался более-менее постоянный сухопутный мост, пользуясь которым, виды из Южной Америки начали проникать на север. Так в Северной Америке появились крупные бегающие грызуны мары-олени (Cervimara). Эти звери произошли в ледниковую эпоху от обитавших в Южной Америке мар (Dolichotis), но в процессе эволюции изменились настолько, что образуют особое семейство, близкое к семейству Свинковых (Caviidae), к которому принадлежала собственно мара.
Некоторые мигранты предпочли остаться на островах, приспособившись к новой среде обитания. Среди них были и те самые мары-олени. Когда климат стал более благоприятным и влажным, травянистая растительность уступила место кустарникам, а затем их сменила сплошная сельва. Бегающие животные равнин приспособились к этим изменениям, став очень мелкими. Так появилась мазамара – лесной бегающий грызун с Большой Антигуа.
Мазамара – миниатюрное существо хрупкого сложения. Внешне она напоминает антилопу, но весит всего лишь около 5-ти килограммов и достигает роста лишь 40 см в холке. У мазамары длинная шея, а голова в профиль кажется несколько массивной из-за густой «бороды», особенно развитой у самцов. Ноги этого грызуна тонкие, а когти превратились в подобие копыт. На передней ноге три копытца, на задней – два. Мазамара быстро бегает и способна совершать высокие прыжки – до 2 метров в высоту с места.
Мазамары обитают в густых тропических лесах и питаются сравнительно мягкой пищей. Они поедают опавшие плоды деревьев, грибы, листья крупных лесных трав. Маленький вес и острые копытца позволяют этому грызуну даже карабкаться по наклонным стволам деревьев, подмытых рекой. Из-за рациона, состоящего из мягких лесных растений, резцы мазамары нарастают значительно медленнее, чем у её родственников с равнин, которые поедают жёсткие злаки, «сдобренные» песком.
Образ жизни наложил и другой отпечаток на внешность мазамары. Её окраска стала гораздо ярче и контрастнее, чем у крупных равнинных родственников. Основная расцветка шерсти у мазамары рыжевато-коричневая. Щёки, кончик морды, подбородок, густая «борода» белые. Вдоль боковых частей морды от ноздри через глаз до основания уха проходит чёрная полоса, разделяющая белые и коричневые участки на голове. Грудь и живот белые, на боках имеются округлые белые пятна. Благодаря такой окраске мазамары трудно различимы среди теней и лучей света в подлеске.
Эти грызуны живут небольшими стадами – 1 – 2 самца, около десятка самок и детёнышей. Между собой животные общаются с помощью звуков, похожих на воркование голубей. Крик тревоги похож на тявканье небольшой собачки.
2 раза в год самка рождает одного детёныша, который спустя несколько минут после рождения может следовать за матерью. Детёныш отличается от взрослых животных более тёмной окраской и меньшим количеством пятен. Он питается молоком до месячного возраста, но уже с первых дней жизни пробует корм взрослых животных. У мазамары сохранилась характерная для её предков поза кормления детёныша: кормящая самка садится на задние лапы, а детёныш сосёт молоко, лёжа на животе.
В возрасте четырёх месяцев молодая мазамара достигает веса 3,5 – 4 кг. А полугодовалые самки могут сами приносить потомство.

Горный чешуйчатый дикобраз (Squamodermus setosus)
Отряд: Грызуны (Rodentia)
Семейство: Древесные дикобразы (Erethizontidae)

Место обитания: Большая Антигуа, горные сухие леса.

Среди мигрантов, которые воспользовались Антильским сухопутным мостом для расселения из Южной Америки, были древесные дикобразы – медлительные лазящие грызуны. Это была их вторая попытка колонизировать север: в плейстоцене и голоцене в Северной Америке обитали древесные дикобразы, расселившиеся туда раньше. В ледниковый период ареалы многих северных видов сместились на юг, поэтому новые поселенцы столкнулись с представителями предыдущей волны миграции. Конкуренция с ними не позволила южным древесным дикобразам расселиться дальше на север. Когда Антильский сухопутный мост распался на отдельные острова, южноамериканские древесные дикобразы оказались в изоляции и начали эволюционировать в новые виды. На мелких островах появились карликовые виды, а на Большой Антигуа эволюция породила особый вид, отличающийся как от северных, так и от южных континентальных видов.
В условиях островной изоляции у дикобразов с Большой Антигуа появился очень своеобразный признак: их иглы трансформировались в широкие остроконечные роговые пластинки, похожие на лезвия ножей. Между ними, однако, остались отдельные иглы и сравнительно редкие длинные волосы. Обороняясь, чешуйчатый дикобраз поднимает чешуи и встряхивается всем телом. Края чешуй острые, и нападающий хищник может получить от этого грызуна множественные резаные раны.
Горный чешуйчатый дикобраз покинул влажные тропические леса низменностей и переселился в сухие леса в горах и западной части Большой Антигуа. Также он порвал с прежними повадками: теперь это наземный грызун, который может весить до 20 кг.
Телосложение горного чешуйчатого дикобраза массивное: у него большая голова, короткие лапы и мощное бочкообразное туловище. Лапы горного чешуйчатого дикобраза вооружены острыми когтями. Хвост этого грызуна длинный, но не хватательный, как у его предков. Он служит для другой важной цели: в нём откладывается жир.
Чешуи этого зверя покрывают спину, бока, бёдра и основание хвоста. Покров из толстых чешуй есть также на темени и затылке. У чешуйчатого дикобраза характерна поза угрозы: он поворачивается к противнику головой и встаёт на задние лапы, громко ворча. В этот момент чешуйки на его голове подняты и встопорщены. Если враг не отступает, дикобраз опускается на четыре ноги и стремительным броском наносит агрессору удар головой.
Окраска тела у разных особей варьирует от соломенно-жёлтой до бурой. Чешуи могут иметь разный цвет: тёмные с белыми кончиками или наоборот, поперечно-полосатые, одноцветные.
Во время линьки старые чешуи постепенно сменяются новыми. В этот период чешуйчатые дикобразы особенно опасны: чешуи непрочно сидят в коже и легко остаются в ранах, вызывая сильное нагноение. Чешуи меняются не одновременно, поэтому дикобраз готов дать отпор врагу в любой момент. Обычно он избавляется от старых чешуй, валяясь по земле или среди кустарников. Линяющие дикобразы очень любят чесаться об деревья. В облюбованных ими местах часто можно найти чешуи этого грызуна, воткнувшиеся в кору или почву.
Питается горный чешуйчатый дикобраз корнями и травой. Он предпочитает жить в сухих разреженных лесах, образованных соснами и низкорослыми пальмами. Сильными зубами дикобраз может легко вскрывать твёрдые орехи пальм и разжёвывать семена сосен, добираясь до их маслянистого содержимого.
Один раз в год самка приносит потомство. В выводке детёныш, который рождается развитым и зрячим. Обсохнув, он сразу же может следовать за матерью. Новорождённый покрыт только коротким мехом. Примерно на 3-й день после рождения у него начинают прорезаться иглы, а в месячном возрасте – чешуи, вначале узкие, затем более широкие. Трёхмесячный детёныш уже полностью самостоятелен, а в возрасте 18 – 20 месяцев становится полностью взрослым.
На соседних островах обитают более мелкие родственные виды дикобразов:
Карликовый чешуйчатый дикобраз (Squamodermus nanus) – очень мелкий вид чешуйчатых дикобразов: весит всего лишь 1,7 – 2 кг. Отличается тёмной окраской шерсти, из которой выступают светлые, коричневато-белые чешуи. На боках чешуи более острые, а на спине более толстые и прочные. Хвост примерно в полтора раза превышает длину тела. Вдоль хвоста проходит несколько параллельных рядов чешуй. Этот вид сохранил характерный для предков лазящий образ жизни, встречаясь в пальмовых рощах на Малых Антильских островах. При нападении хищника этот дикобраз садится поперёк ветки и обвивает её хвостом, прочно закрепляясь. Концом хвоста он закрывает опущенную к ветке голову. Так же он поступает во время ураганов, намертво вцепляясь в листья пальм.
Этот вид питается преимущественно маслянистыми плодами пальм.
Колючий чешуйчатый дикобраз (Sq. semperspinosus) – обитатель Большой Антигуа и некоторых соседних островов. Грызун относительно крупных размеров: весит до 8 кг при длине около метра. Исключительно наземное животное, предпочитает влажные местообитания: болотистые местности и берега рек. Этот вид грызунов умеет хорошо плавать. Хвост короткий, на лапах между пальцами есть зачаточная плавательная перепонка.
Питается корневищами и нежными листьями болотных трав, часто спасается в воде от хищников.
Дикобразы этого вида отличаются чешуями особой формы: кончик чешуи тонкий и загнутый вверх. Когда чешуи прижаты к телу, их кончики торчат наружу, защищая животное от нападения наземных хищников. Хвост голый, туловище покрыто чешуями на боках и спине. На затылке имеется лишь несколько небольших чешуй.

Карибский сосновый попугайчик (Pinopsitta caraibica)
Отряд: Попугаеобразные (Psittaciformes)
Семейство: Попугаевые (Psittacidae), подсемейство Клинохвостые попугаи (Araini)

Место обитания: горные леса Большой Антигуа.
В голоцене Вест-Индия была одним из центров наибольшего видового разнообразия птиц. В ледниковую эпоху острова стали прибежищем птиц из тропиков обеих Америк, теснимых надвигающимися с полюсов ледяными шапками. На островах Вест-Индии ледниковую эпоху пережили представители таких типично лесных тропических птиц, как трогоны, кукушки, одноголосые (кричащие) воробьиные и попугаи.
Одним из видов птиц с Большой Антигуа является карибский сосновый попугайчик. Это птица небольшого размера: немного крупнее воробья, если не считать хвоста. Общая длина (вместе с длинным острым хвостом) около 30 см. Попугай ярко окрашен: спина зелёная, на груди большое красное пятно, под крыльями – белые пятна, заметные, когда птица взлетает или хлопает крыльями. Вокруг глаз кольцо белой голой кожи.
Самец и самка у этого вида хорошо различаются по цвету клюва: надклювье у птиц обоих полов окрашено в кофейно-коричневый цвет, а подклювье у самцов розовое, у самок – белое.
Надклювье заметно длиннее и тоньше подклювья. Нижняя челюсть служит своего рода «наковальней» для раздавливания семян. Карибский сосновый попугайчик приспособился к пище, которую неохотно едят другие виды попугаев. Его основной корм – мелкие твёрдые семена древесных растений. Этот попугай шелушит сухие коробочки деревьев и ловко извлекает семена из сосновых шишек. Семена сосны – один из любимых кормов соснового попугайчика. Из-за них мясо птицы приобретает смолистый запах, и хищники неохотно ловят этих птиц, предпочитая другую добычу. При неурожае семян сосны этот попугай может мигрировать в тропические леса, но там не гнездится и надолго не задерживается.
Сосновый попугайчик, подобно большинству видов отряда, является общительной социальной птицей. Он держится стаями по 10 – 20 птиц. Внутри каждой стаи есть сформировавшиеся постоянные пары взрослых птиц, регулярно размножающиеся. На время гнездования стаи распадаются.
Гнездо в дупле, в кладке до 5 яиц. Насиживает преимущественно самка, но о птенцах заботятся оба родителя. Птенцы находятся в гнезде около месяца, затем их ещё две недели докармливают родители. Семьи попугаев с подросшим молодняком объединяются в стаи и кочуют до следующего сезона гнездования.
У этого вида развилось интересное поведение: сосновый попугай может оказывать чешуйчатым дикобразам услуги чистильщика. Птицы, желающие почистить дикобраза, спускаются с дерева и привлекают «клиента» криками и демонстрацией ярких пятен на животе. Очищая дикобраза от паразитов, сосновые попугаи просто поедают их, восполняя потребность в белках животного происхождения.

Мангровый дятел (Thalassopicus mangrophilus)
Отряд: Дятлообразные (Piciformes)
Семейство: Дятловые (Picidae)

Место обитания: мангровые леса на Атлантическом побережье Америки, Большая Антигуа, малые Антильские острова.
Дятел на морском берегу? Это может показаться необычным, но лишь на первый взгляд. Там, где есть мангровые деревья, водятся, например, обезьяны – лесные звери. А в неоцене, когда климат стал гораздо теплее, и ареал мангровых деревьев расширился, освоение мангровых лесов стало решением проблемы выживания для многих видов, ранее не встречавшихся в этих биотопах.
В позднем голоцене, когда волна оледенения накрыла значительную часть Северной Америки, многие виды в поисках подходящих мест обитания переселились на юг материка. Уровень океана опустился, и участки, ранее бывшие морскими мелководьями, превратились в сушу. Площадь островов Карибского моря увеличилась, и некоторые мигранты с севера всё же нашли дорогу к спасению на юге. Среди них были некоторые виды североамериканских дятлов. Они нашли свой новый дом на обширном острове Большая Антигуа. Здесь были леса и много пищи. Но со временем уровень океана стал подниматься – ледники таяли. Столкновение Карибской литосферной плиты с постепенно нарастающей в зоне Атлантики Северо-Американской плитой компенсировало погружение острова в воду, но всё равно площадь Большой Антигуа сократилась по сравнению с той, что была в ледниковый период. Это обострило конкуренцию между лесными обитателями, и некоторые виды оказались перед выбором: менять место жительства, или вымирать. И один из видов дятлов освоил новый для этих птиц биотоп: полосу мангровых лесов, где породил ещё несколько видов, достигших процветания в неоцене.
Мангровый дятел – очень крупный вид дятлов: размах крыльев достигает метра. Это птица характерного «дятлового» облика, с заостренным хвостом из жёстких перьев, чёрно-белой окраски. Тело сверху почти целиком чёрное, лишь на крыльях есть белые отметины, и маховые перья поперечно-полосатые. Живот целиком белый. На фоне оперения ярким пятном выделяется красная голова птицы с белыми «щеками». Клюв чёрный.
Эта птица питается сверлящими двустворчатыми моллюсками (так называемыми «корабельными червями»), поселяющимися в корнях мангровых деревьев и на плавающей древесине. Обнаружив выброшенное волнами дерево или кокосовый орех, птица исследует его, разыскивая сверлильщиков. Обычно же мангровый дятел держится среди мангровых деревьев, очень редко покидая столь безопасное место, защищённое непроходимыми болотами и густым частоколом ветвей. В прилив эта птица кормится насекомыми, обитающими в кронах мангровых деревьев, а в отлив спускается к корням, где живёт излюбленный корм мангрового дятла – сверлящие двустворчатые моллюски. Их присутствие можно легко узнать: ниже среднего уровня прилива в корнях растений пробурены круглые отверстия ходов. В прилив из них высовываются дыхательные сифоны моллюсков. Обнаружив ходы «корабельных червей», птица вскрывает корень ударами крепкого клюва. Сильными ударами птица откалывает от корня крупные щепки, и наконец достаёт желанный корм. Дятел глотает этого моллюска вместе с рудиментарной ракушкой, которая переваривается в его желудке.
Взрослые дятлы этого вида живут семейными парами, сохраняющимися на всю жизнь. Мангровый дятел очень территориален. Каждая пара занимает обширную площадь мангрового леса и активно охраняет её от сородичей. Права на территорию пара птиц заявляет криками, похожими на хриплый хохот. Часто птицы кричат дуэтом, по очереди сменяя друг друга, и их голоса длятся по десять- пятнадцать минут почти непрерывно. Если на территории появляется чужак, пара выгоняет его совместно, сопровождая атаки угрожающими криками и хлопаньем крыльями. Угрожая соперникам, взрослые птицы топорщат красные перья на голове, отчего она кажется намного крупнее.
Дважды в год мангровые дятлы гнездятся. Холостой самец, впервые собирающийся обзавестись семьёй, занимает свободную территорию, либо выгоняет с неё конкурента. Он тщательно обследует свою территорию, выбирая деревья, пригодные для гнездования. Ещё одно условие его успеха – хороший «музыкальный» сучок, резонирующий под ударами клюва. На таком сучке самец старательно выбивает клювом брачные призывы. Если он привлекателен для самки, она остаётся на его территории. Пара некоторое время заявляет возможным конкурентам, что права на этот участок мангров заняты: по утрам и по вечерам птицы подолгу кричат. Если пара сформировалась успешно, птицы начинают строить гнездо.
Для гнездования дятлы выбирают крупные мангровые деревья, расположенные в самых недоступных участках зарослей. Пара совместно долбит большое дупло (диаметром до 15 см и глубиной до метра), в котором выращивает двух – трёх птенцов. Яйца лежат на подстилке из древесной трухи, и птицы по очереди насиживают их в течение двух недель. Птенцы выводятся слепыми и одетыми редким пухом. Они оперяются полностью примерно в пятинедельном возрасте, и тогда же покидают гнездо. Ещё около недели они кочуют по родительской территории вместе с родителями, а затем детство заканчивается: взрослые птицы прогоняют выросшее потомство. Примерно через две – три недели взрослые птицы гнездятся второй раз. Во второй кладке не бывает больше двух яиц.
Молодые птицы отличаются от взрослых тем, что красный цвет на их голове заменён чёрным. Благодаря этому они могут сравнительно безнаказанно кормиться на территории взрослых птиц. На втором году жизни они становятся взрослыми, и на их головах начинают расти красные перья.
На тихоокеанском побережье Северной Америки живёт близкий вид: чернобородый мангровый дятел (Th. melanobarbus), отличающийся чёрной окраской горла и нижней части головы, а также коричневой спиной. Он менее специализирован в питании, и охотно кормится любыми морскими животными, которых можно найти на отмелях во время отлива.

Рифовый, или устричный, дятел (Nanothalassopicus ostreophagus)
Отряд: Дятлообразные (Piciformes)
Семейство: Дятловые (Picidae)

Место обитания: мангровые леса на Атлантическом побережье Америки, Большая Антигуа, малые Антильские острова.
Россыпь Карибских островов с обширными прибрежными отмелями и длинной береговой линией даёт обильную пищу для множества разнообразных живых существ, как морских, так и наземных. Уходя от конкуренции, обострившейся в связи с повышением уровня океана и сокращением площади лесов на островах и на континенте, некоторые дятлы успешно освоили жизнь в приморских мангровых лесах.
Во время отлива на моллюсковых рифах Карибского моря можно увидеть проворных птиц, снующих по вышедшим из воды верхушкам устричных банок. Это ещё один вид «морских» дятлов – рифовый дятел. За его пристрастие к мясу моллюсков он получил и другое название – устричный дятел. Хотя, конечно, не только моллюски составляют его рацион: он столь же охотно поедает червей и ракообразных, которые прячутся в щелях рифа.
Рифовый дятел – сравнительно мелкий вид дятлов: размером он всего лишь со скворца. Окраска оперения у этой птицы довольно пёстрая: он целиком рябой, коричнево-белый. Голова несколько темнее, а на животе коричневые полосы более узкие и частые. Телосложением этот дятел похож на своих лесных сородичей.
Клюв рифового дятла относительно длинный и тонкий. Это связано с его рационом: птица поедает морских беспозвоночных, спрятавшихся в трещинах рифа. Дятел имеет своеобразный биоритм, согласующийся со временем прилива и отлива. Время прилива эти дятлы проводят в мангровых зарослях, отдыхая. А с утренним отливом птицы уже вылетают на кормёжку. Они собираются по одной или по несколько птиц на вершинах рифов, обнажающихся в отлив, и по мере спада воды начинают спускаться на риф, зондируя клювом щели и трещины. Найдя мелких двустворчатых моллюсков, птица вскрывает их раковины ударами клюва. Также дятел нападает на старых моллюсков, мускулы которых недостаточно сильны, чтобы сдержать удары птичьего клюва. Любимое блюдо рифовых дятлов – креветки. Если эти рачки попадут в мелководную лужицу во время отлива, рифовый дятел легко сможет выловить их, и съесть. Копчиковая железа у этой птицы хорошо развита, поэтому оперение не намокает, даже если случайная волна захлестнёт дятла. Этот дятел получает вместе с пищей намного больше солей, нежели его лесные сородичи. Поэтому почки у рифового дятла относительно крупные.
Когда начинается прилив, птицы покидают рифы и улетают на отдых. Они относительно терпимо относятся друг к другу во время отдыха, но при кормлении и в сезон гнездования каждая птица или пара ревностно оберегает свои угодья от сородичей.
После штормов рифовые дятлы совместно с другими морскими птицами обследуют побережья в поисках рыб и других морских животных, выброшенных морем. Благодаря задиристому характеру и острому крепкому клюву они имеют весомые преимущества при дележе добычи.
Пары у рифовых дятлов образуются на один сезон, и птицы успевают совместно сделать до трёх кладок. Гнездо пара делает в дупле, выбирая деревья в лесу поближе к побережью. Гнездящиеся птицы летают на кормёжку поочерёдно. В кладке до 6 – 8 яиц, птенцы выводятся на 10-й день. Через 4 недели они покидают гнездо и некоторое время кормятся на родительском участке. Когда они становятся полностью самостоятельными, родители прогоняют их и начинают следующую кладку.
Близкий вид – улитковый дятел (N. cochleophagus) – обитает в тех же местах, что и рифовый дятел, но предпочитает добывать пищу в береговой полосе, не удаляясь далеко в море. Он более крупный (размером с голубя), отличается более коротким и толстым клювом, имеет серое оперение верхней части тела и рябую серо-белую грудь. Этот вид питается улитками и крабами, которых собирает в мангровом лесу во время отлива. Обследуя корни мангровых деревьев и камни, обнажившиеся во время отлива, улитковый дятел с помощью мощного клюва отрывает их от субстрата. Иногда эта птица охотится на крабов подобно ястребу: высматривает их из засады в кустах, и преследует, нападая с воздуха. Птица убивает краба резким ударом клюва, стараясь сразу пробить нервный узел. Собранных улиток и крабов улитковый дятел тащит в развилку ветвей, где защемляет и расклёвывает. Такие места, похожие, в сущности, на «кузницы» известных человеку дятлов, легко обнаружить по остаткам панцирей и раковин. Гнездится в лесу недалеко от мангровых зарослей.

Гигантский земляной дятел (Antiguapicus apterus)
Отряд: Дятлообразные (Piciformes)
Семейство: Наземные, или Антигуанские дятлы (Antiguapicidae)

Место обитания: Большая Антигуа, от горных лесов до влажного тропического леса.

Рисунок Александра Смыслова

На островах эволюция происходит намного быстрее, чем на материке. Здесь сильнее проявляются явления изоляции и дрейфа генов, а также почти всегда в наличии свободные экологические ниши. И иногда островные животные отличаются причудливостью форм и неожиданными направлениями адаптации.
На острове Большая Антигуа нашли убежище от ледника теплолюбивые виды, которые смогли мигрировать сюда с материков (больше – из Южной Америки, хотя североамериканские виды также оставили здесь своих потомков). Среди обитателей этого острова есть многочисленные дятлы, которыми богата фауна Нового Света. Несколько видов дятлов приспособились добывать пищу на морских побережьях, но ещё один вид, хотя и не порвал с прежними местами обитания, также изменил свой образ жизни. Это гигантский земляной дятел. Он стал очень крупным и потерял способность летать. Особенности его анатомии и поведения настолько отличают его от других дятлов, что он образует особое семейство.
Этот дятел – самый крупный в отряде вид: птица весит до 3 килограммов, размером с курицу. Летать он не может, крылья редуцированы, хотя не исчезли полностью, поскольку играют особую роль в жизни птицы: используются для поддержания равновесия во время передвижения. По земле этот дятел двигается прыжками, балансируя полураскрытыми крыльями: подобно всем представителям отряда, он не может ходить, переступая ногами попеременно. Несмотря на это, птица не утеряла подвижности и ловкости, характерной для её предков: гигантский земляной дятел может залезать на наклонные стволы деревьев, цепляясь когтями. Ноги относительно длинные, первый и четвёртый пальцы (повёрнутые назад) короче, чем второй и третий, когти относительно толстые и короткие. Хвост утратил функцию опоры, и его перья приобрели своеобразную форму: стержни перьев стали более длинными и толстыми. Их концы высовываются из опахала, образуя острия. Хвост этого дятла из точки опоры превратился в оружие, защищающее птицу от внезапного нападения сзади.
Оперение рябое: по желтовато-коричневому фону проходят узкие поперечные полосы. На крыльях полосы более широкие, отчего крылья кажутся темнее. Такая окраска помогает птице отлично маскироваться. В случае опасности этот дятел затаивается в траве, припадая к земле.
На горле и груди взрослых птиц проходит красная продольная полоска – «галстук». Её образуют слегка удлинённые перья. У самца «галстук» длиннее, чем у самки (у самок он редко доходит до середины шеи). Во время брачных демонстраций или при угрозе соперникам самец приподнимает и раздвигает в стороны перья «галстука», отчего он кажется намного больше и заметен издалека.
Клюв земляного дятла крупный и сильный. Язык очень длинный: может высовываться изо рта на 20 см. Особенности анатомии, унаследованные от лесных предков, позволили птице освоить своеобразную экологическую нишу: гигантский земляной дятел питается муравьями и термитами. Термиты славятся умением возводить сверхпрочные постройки, которые во времена человека не сразу поддавались даже железным инструментам. Земляной дятел прекрасно справляется с этим препятствием, взламывая термитники ударами клюва. Вскрыв ходы насекомых, дятел засовывает в них длинный язык, к которому прилипают выползающие насекомые.
Кроме общественных насекомых этот дятел охотно поедает другую пищу животного происхождения: крупных одиночных насекомых, пауков, мелких позвоночных и даже падаль и остатки добычи разных хищников.
Гигантский земляной дятел – агрессивная и смелая птица: если нет возможности спрятаться или убежать, нападает на противника, значительно превосходящего его размерами, и наносит глубокие колотые раны клювом. Нападение сопровождается громкими криками.
Половая зрелость наступает в возрасте двух лет. Пара у этого вида образуется на несколько сезонов. Гнездится земляной дятел в норах, которые пара птиц совместно выкапывает под корнями деревьев, пользуясь клювом и ногами. Нора вначале идёт вверх, затем резко сворачивает вниз, образуя «шахту», на дне которой без подстилки лежат яйца. В кладке до 5 яиц, насиживают посменно оба родителя. Птенцы выводятся после двух недель насиживания. Они голые и слепые, но быстро обрастают перьями и через 3 недели покидают нору. Подростки держатся группой в густом кустарнике, а один из родителей постоянно следит за ними, находясь поблизости. При необходимости он готов атаковать любое животное, слишком приблизившееся к выводку. Когда молодые птицы полностью оперяются, родители начинают видеть в них конкурентов и вскоре прогоняют их со своей территории.
Окраска оперения молодых птиц такая же, как у взрослых, но красного «галстука» нет; он появится только к моменту полового созревания.

Террагуана (Terraguana monstrosa)
Отряд: Чешуйчатые (Squamata), подотряд Ящерицы (Lacertilia)
Семейство: Игуановые (Iguanidae)

Место обитания: Большая Антигуа, леса от горных до влажных дождевых.
В ледниковый период на Земле усилился контраст температур между полярными и экваториальными районами. Климат стал более сухим, а в экваториальных районах появились большие участки саванн. В таких условиях численность млекопитающих сократилась, зато рептилии получили большое преимущество. В некоторых местах Земли они добились успеха и даже превратились в главенствующие виды экосистем. Особенно явно это проявляется в изолированном мире островов.
На Большой Антигуа приблизительно повторилась ситуация, которая имела место на острове Комодо в Индонезии в эпоху человека. В голоцене на этом острове жил гигантский варан – крупнейший хищник острова. На Большой Антигуа вершину пищевой пирамиды также венчает собой рептилия – террагуана, огромная хищная игуана, достигающая четырёхметровой длины и веса более 200 килограммов.
Предки террагуан – один из видов наземных игуан рода Cyclura, широко распространённых в голоцене на Карибских островах. В жарком климате экваториального пояса они получили преимущество перед млекопитающими, которые менее выносливы в условиях высоких температур. На Большой Антигуа в отсутствии крупных наземных хищников эти игуаны приспособились к питанию крупными животными, заняв экологическую нишу варанов и крупных змей.
Террагуана внешне напоминает крупного варана – сказывается сходство в образе жизни. У неё слегка уплощенное тело, крупная голова с сильными челюстями, а хвост покрыт продольными рядами крупных рельефных чешуй, образующих отличное ударное оружие. Вдоль спины тянется характерный для многих игуан гребень из роговых колючек.
Челюсти террагуаны относительно короткие, с острыми листовидными зубами режущего типа.
Хвост составляет немногим более половины длины рептилии. Это главное оружие террагуаны, используемое для нападения. Террагуаны, подобно прочим ящерицам, не способны долго преследовать добычу, поэтому они охотятся из засады и настигают добычу одним броском. Обычно террагуана прячется в кустарнике или в высокой траве и терпеливо ожидает жертву. Когда животное подходящего размера приближается, рептилия атакует. Мелких животных она хватает пастью, но против крупных жертв рептилия применяет иную тактику. Нападая на крупного зверя, рептилия сбивает жертву с ног ударом хвоста, затем разворачивается, хватает упавшее животное зубами и держит мёртвой хваткой, пока жертва не погибнет.
Окраска помогает террагуане прятаться. Кожа рептилии окрашена в серо-коричневый цвет с вертикальными зелёными полосками.
По образу жизни террагуаны – одиночные существа. Каждая ящерица занимает определённую территорию, которую защищает от сородичей. Если на границе территорий встречаются две ящерицы, они начинают демонстрировать себя друг другу. Они приподнимаются на лапах, темнеют, раздувают горловой мешок, демонстративно разевают пасть. Обычно до драки дело не доходит, и более слабая ящерица уходит без боя. Но если сталкиваются два примерно равных соперника, особенно самцы в брачный сезон, драки не миновать. Вначале соперники оценивают силы друг друга: они сближаются голова к голове, встают слегка наискосок друг к другу, и начинают размахивать хвостами. В это время они угрожающе шипят и покачивают головами из стороны в сторону. Если таким способом не удаётся определить сильнейшего, драка может пойти по-настоящему. Набросившись друг на друга, рептилии валяются в траве, царапая друг друга когтями. Зубы в ход не идут – ими можно нанести друг другу серьёзные раны. Взрослые самцы порой щеголяют сеткой белых шрамов, покрывающих бока.
Террагуана размножается подобно прочим рептилиям: самка откладывает яйца в яму глубиной до полуметра, вырытую в рыхлой лесной почве, закапывает гнездо и больше к нему не возвращается. В кладке бывает до 50 крупных яиц (размером с гусиное).
Через 2 месяца из яиц выводятся молодые ящерицы длиной до 30 см. Они отличаются от взрослых сородичей более яркой окраской: они ярко-зелёные с узкими коричневыми полосками. С возрастом коричневые полосы расширяются, и ящерица приобретает взрослую окраску.
Потомство отличается от взрослых рептилий не только окраской, но и поведением: молодняк часто лазает по деревьям и питается мелкими древесными животными. Это ослабляет конкуренцию со взрослыми сородичами и защищает от атак взрослых рептилий. Постепенно с возрастом террагуана перестаёт лазить по деревьям и превращается в полностью наземную рептилию.
Большинство рептилий этого вида гибнет в раннем возрасте, становясь жертвами хищных зверей и птиц. Также кладки часто разоряются разными наземными животными, и только одна кладка из пяти успешно проходит инкубацию. Зато выжившие в первые три года жизни особи террагуаны вполне могут дожить до 80 – 100 лет.

Следующая

На страницу проекта