Путешествие в неоцен

 

Охотники за росой

 

 

Движение материков наряду с наклоном земной оси и изменениями земной орбиты меняет климат Земли. Материки могут перекрывать путь морским течениям и менять их направление, и даже уничтожать океаны. Так произошло с древним океаном Тетис: в эпоху человека его остатком было Средиземное море, медленно уменьшавшееся из-за неуклонного движения Африки на север, в сторону Европы. В конце концов, когда Гибралтарский пролив закрылся, Средиземное море высохло, а на его месте раскинулась обширная котловина. Здесь царство крайне засушливого климата, обжигающего солнца и ослепительно-белой соли, оставшейся от погибшего моря. Бывшие острова Средиземноморья горами высятся над равниной, а в некоторых местах остались гипергалинные болота, в которых процветает своеобразная жизнь, приспособленная к обилию соли в окружающей среде. По окраинам котловины можно встретить реликтовые озёра с солёной водой, в которых доживают свой век остатки некогда богатой фауны Средиземного моря. Но всё же значительная часть котловины – это сухая солончаковая пустыня. Тем не менее, кое-какая жизнь встречается даже в этих местах. Время от времени среди однообразного безжизненного пейзажа можно увидеть странные фигуры кактусов, произрастающих на скудной пустынной почве. Это потомки завезённой человеком опунции, которая нашла новую родину в пустынях Старого Света. Некоторые из них растут на лишённой соли почве и топорщатся колючками, отгоняя возможных любителей сочной растительной мякоти. А другие, напротив, лишены игл, и их лепёшкообразные стебли покрыты лишь толстым сизым восковым налётом. Они кажутся беззащитными против голодных травоядных, но на самом деле защищены от них самим местом своего произрастания. Кактус без колючек – это голая галопунция, произрастающая в самых негостеприимных уголках Средиземноморской котловины на сильно засоленных почвах, куда вряд ли доберётся какое-либо крупное травоядное животное, способное извести под корень это растение.
В такой суровой местности любое растение – это важный кормовой ресурс, поэтому вокруг зарослей голой галопунции складывается сообщество мелких видов животных, которые связаны с растением и друг с другом целой сетью отношений.
Способность голой галопунции расти на засоленной и почти безводной почве – это великое достижение в эволюции пустынных растений. Способность добывать и сохранять воду жизненно важна для пустынных обитателей, и некоторые из них весьма преуспели в этом сложном деле.
В пустыне есть источник практически даровой влаги – это воздух. Резкие суточные перепады температур приводят к появлению туманов и росы, и многие виды местных животных в процессе эволюции приобрели способность улавливать атмосферную влагу. Её мало, но и сами охотники за ней – маленькие существа. Некоторые насекомые всего лишь собирают капли росы своим телом, и их улова хватает лишь на то, чтобы не погибнуть от жажды самим. А другие насекомые поставили дело добычи воды в пустыне практически на промышленную основу: в этом занятии задействованы сотни особей одновременно, они строят специальные уловители для росы – простые, но эффективно работающие сооружения, и обеспечивают водой не только себя, но и многочисленных сородичей. Таков один из обитателей Средиземноморской котловины – муравей-рососборщик. Гнездо этого муравья сложно заметить среди пустынного ландшафта: в отличие от лесных муравьёв, строящих муравейники в виде куч растительного мусора, пустынные муравьи вынуждены спасаться от беспощадных лучей солнца, поэтому сооружают гнёзда под землёй, где они защищены от суточных перепадов температур и отличаются стабильным микроклиматом, идеально подходящим для выращивания личинок. Гнездо этого вида не слишком примечательно по архитектуре: это вертикальная шахта и целый набор жилых камер, расположенных на разной глубине под землёй. В этих камерах, в условиях стабильного влажного микроклимата, живут плодовитые матки и выращиваются нежные личинки. Устройством гнезда колония муравья-рососборщика не выделяется среди своих соседей из числа других видов муравьёв. Инженерное искусство этих муравьёв достигло своих вершин в создании уловителей для росы.
Колонии муравьёв-водосборщиков обычно устраиваются рядом с камнем – достаточно большим, чтобы на нём могло осесть много росы, но не слишком крупным, чтобы он успевал остыть за ночь. Рабочие особи муравьёв покрывают поверхность камня воском, формируя сеть дорожек. Роса, оседающая по ночам на камне, стекает вниз по восковым дорожкам, расположенным «ёлочкой» с несколько неправильным узором. В нижней части камня дорожки обретают невысокие бортики и соединяются в самой нижней точке, образуя небольшой слив. Муравьи-рососборщики предпочитают камни, у которых поверхность для сбора росы слегка нависает над землёй, но, если такого камня нет, строят в нижней части системы сбора росы нечто вроде желобка, слегка отклоняющегося от поверхности камня. Накопившаяся вода капает с нависающего каменного карниза или с желобка в аккуратную воронку, выкопанную в песке. Однако она не впитывается в песок, потому что стенки воронки также промазаны воском и регулярно подновляются, поскольку успех в сборе росы зависит главным образом от их состояния. Часто в воронке лежат ещё несколько камешков – по ним рабочие особи муравья-рососборщика добираются до воды, накапливающейся в воронке.
Сбор воды начинается примерно в середине ночи, когда камень-ловушка остывает, и на нём постепенно оседает роса. Рабочие муравьи покидают гнездо и выбираются к уловителю росы. Некоторые из них забираются на камень, собирая первую росу, и постепенно наполняют ею зобик. Они должны будут доставить росу в колонию. Другие муравьи ползают под камнем возле воронки уловителя росы. Пока в неё упали лишь первые капли, но они были сразу же заботливо подхвачены насекомыми и отправлены в гнездо. Благодаря бесперебойной доставке воды в гнездо колония муравьёв благополучно существует, несмотря на иссушающую дневную жару.
Рабочие муравьи-рососборщики ползают вокруг воронки для сбора воды. Их явно больше, чем нужно для доставки воды в гнездо, но лишних муравьёв здесь просто нет. Пресная вода в Средиземноморской котловине – величайшее из сокровищ, поэтому каждую ночь находится немало желающих воспользоваться росой, собранной муравьиными постройками.
Когда солнце скрылось за горизонтом, небольшой плоский камешек, покрытый песком, внезапно зашевелился и приподнялся на шести ногах, превратившись в живое существо – кобылку, идеально замаскированную от взглядов редких пустынных хищников. Часть песка, покрывавшего тело насекомого, ссыпалась вниз, но ещё часть оказалась элементом маскировки этого существа – мелкие бугорки покрывают ноги и тело животного, имитируя песок, а неброская расцветка дополняет камуфляж. Пищей этой кобылки является скудная пустынная растительность, но влагу животное получает из росы. Чувствительные антенны позволяют насекомому определять присутствие водяного пара в воздухе, а сильные прыгательные ноги дают преимущество в скорости.
Кобылка в несколько прыжков добралась до крупного камня, на котором муравьи-рососборщики устроили уловитель росы. Кобылка крупнее муравья – её длина составляет около 3 сантиметров. Пока она ползает по камню, слизывая росу, одиночные муравьи-рососборщики избегают встреч с нею, и лишь выпускают в воздух феромон тревоги. Почуяв его, на камень забирается ещё несколько десятков рабочих особей, и они все вместе начинают теснить незваного гостя: роса на этом камне предназначена для колонии, а не для посторонних насекомых. Наступая на кобылку, муравьи не забывают слизывать росу, образовавшуюся на камне. Кобылка также старается выпить как можно больше росы, прежде чем покинуть это место. Если она задержится, муравьи могут убить её, и насекомому уже не поможет прекрасная маскировка. Поэтому, слизнув ещё каплю росы, кобылка просто перескочила через муравьёв и покинула опасное место. Муравьи-рососборщики некоторое время бегают по камню, ощущая запах насекомого, но вскоре успокаиваются и возвращаются к своему занятию.
Капли росы легко скатываются по смазанной воском поверхности камня и одна за другой падают в воронку для сбора воды. И именно здесь иногда разыгрываются настоящие сражения мира насекомых. Ночью активизируются многочисленные насекомые, пережидавшие дневную жару в оцепенении – жуки, сверчки и тараканы. Кто-то из них предпочитает добывать влагу самостоятельно, поднимаясь на возвышенности и подставляя тело ветру. Другие насекомые предпочитают искать росу самостоятельно, надеясь только на собственные силы. Но муравьиные сооружения притягивают к себе множество мелких обитателей пустыни. Насекомые давно уже включили в свои мысленные карты местности расположение росоуловительной постройки муравьёв, и регулярно наведываются к ней в поисках воды. Поэтому муравьи, спешащие к воронке для сбора воды, рискуют встретить на водопое незваных гостей. Рискуют и сами гости водопоя: часто в партиях муравьёв встречаются не только водоносы, но и охотники. Поэтому неудачливый таракан или сверчок легко может оказаться в гнезде муравьёв в качестве обеда, и лишь бронированные жуки могут пить воду в относительной безопасности. Однако им тоже приходится прерываться, сбрасывая назойливых муравьёв с ног или с головы.
Этой ночью муравьям из числа охотников повезло: пара небольших тараканов не сумела вовремя покинуть водопой и оказалась в окружении. На одного из тараканов сразу набросились несколько муравьёв. Они вцепились добыче в ноги и удерживали пойманного таракана до прибытия ещё нескольких охотников, которые убили добычу своими укусами. Второй таракан попытался скрыться от опасности и начал закапываться в песок. Но он слишком промедлил – один из муравьёв успел ухватить его за ногу и немного замедлил его отступление. Ещё несколько муравьёв успели схватить его за ноги, а ещё два вцепились в заднюю часть брюшка и начали терзать схваченное насекомое. Вскоре и второй таракан был мёртв, и муравьи потащили в гнездо куски добычи.
Ночью между гнездом и росоуловителем курсирует прерывистый, но сравнительно постоянный поток водоносов – рабочих муравьёв, занятых исключительно доставкой воды в гнездо. Охотники с кусками добычи вливаются в этот поток и по тропе, меченной знакомыми запахами членов гнезда, быстро добираются до входа в свой подземный город. Несколько стражников осторожно ощупывают их антеннами, чтобы убедиться, что перед ними члены своей колонии, и пропускают внутрь. Вход в гнездо муравьёв-рососборщиков устроен в виде широкой воронки, окружённой валом выброшенного на поверхность грунта. Притоптанные и более низкие участки вала отмечают самые популярные у рабочих муравьёв направления: к воронке для сбора росы и к зарослям кактуса голой галопунции, высящимся поодаль, словно причудливые скульптуры, в свете стареющей луны. Под землёй воронка переходит в вертикальную шахту, вырытую в плотном грунте. Спускаясь в гнездо, муравьи-водоносы и охотники постепенно расползаются по боковым тоннелям, ведущим в жилые камеры разного назначения. Они встречают на своём пути десятки сородичей и обмениваются с ними прикосновениями антенн – это важная часть общения членов колонии. Благодаря обмену прикосновениями, жестами, запахами и пищей члены колонии ощущают себя единым целым. Пищу у рабочих муравьёв принимают сотни других особей – она будет разодрана на мелкие клочки и пойдёт на прокорм взрослых особей и личинок, за которыми ухаживают рабочие-«няньки».
В этом организованном муравьином обществе находится место другим существам, которые вовсе не являются муравьями. В темноте гнезда муравьи часто встречают огромное по сравнению с ними существо – массивное многоногое животное, покрытое прочным панцирем. Муравьи не обращают внимания на это животное – оно пахнет ровно так же, как все обитатели колонии, и все муравьи, когда-либо жившие в этой колонии, могли встречать его неоднократно. Сосед муравьёв – не насекомое, а ракообразное, мокрица дружественный гемилепистус. Насмотря на свою принадлежность к ракообразным, это животное отлично приспособлено к жизни в пустыне благодаря ночному образу жизни. Эти существа вполне способны жить самостоятельно, и часто встречается вне колоний муравьёв-рососборщиков, но в случае союза с муравьями охотно пользуются всеми преимуществами складывающейся ситуации. Массивная мокрица покрыта прочным панцирем, что позволяет ей рыть почву и избегать случайных ранений жвалами муравьёв. Впрочем, насекомые считают её неотъемлемой частью колонии, потому что эта мокрица живёт тут уже давно – с момента основания гнезда. Собственно, именно ей колония обязана своим существованием: примерно три года назад гнездо этой колонии было устроено в её норе, где нашла приют самка-основательница. Мокрица самостоятельно выкопала вертикальную норку-шахту, а самка муравья стала её чуть суетливым соседом, который, впрочем, никому не мешал. Мокрица выползала кормиться на поверхность земли, но возвращалась с рассветом. А когда в гнезде появились первые рабочие особи муравья-рососборщика, рацион мокрицы пополнился остатками муравьиной добычи, и необходимость вылезать на поверхность стала значительно меньше. Со временем рабочие муравьи благодаря собственным строительным навыкам превратили простую нору мокрицы в собственный многоуровневый город с многочисленными камерами. Мокрица часто ползает по камерам, выкопанным муравьями, и лишь из некоторых камер её активно выпроваживают – из камер, где развиваются личинки и складируются куколки муравьёв. А в мусорных кучах, накапливающихся на дне камер, можно найти немало вкусного – тут и остатки добычи, и грибки, развивающиеся на них. Благодаря своей всеядности мокрица никогда не остаётся голодной, а муравьи получают значительную пользу – их неуклюжий сосед активно очищает гнездо от мусора. Кроме того, голова и три передних грудных сегмента дружественного гемилепистуса вооружены прочными полусферическими наростами, располагающимися в несколько поперечных рядов и представляющих собой дополнительное приспособление для рытья почвы. Когда мокрица ползает по муравьиным тоннелям, она расширяет их, а с выносом накопанной земли вполне справляются рабочие муравьи.
Мокрица предпочитает общество муравьёв по одной очень существенной причине: она любит микроклимат, складывающийся в муравьиных гнёздах. За стабильностью внутренней среды гнезда следят рабочие особи. Если становится слишком сухо, они оставляют на выступающих частях песчинок и камешков, торчащих из стен и потолка, крохотные шарики влаги. Мокрица просто слизывает их для пополнения собственных запасов воды в организме. По ночам с доставкой воды проблем не возникает – поток рабочих с поверхности приносит не только пищу, но и полные брюшки росы. Днём под жаркими лучами солнца роса быстро высыхает, но муравьи умеют справляться с этой трудностью.
Значительная часть воды, поступающей в гнездо, достаётся представителям особой касты муравьёв. Став взрослыми особями, они практически не появляются на поверхности земли, а в гнезде проводят почти всё время в неподвижности, лишь изредка передвигаясь по жилой камере. Причина их малоподвижности проста: эти особи являются представителями касты плерэргатов – «водяных бочек». Их брюшко превратилось в ёмкость для воды, а вес сохраняемой жидкости значительно превышает вес «пустой» особи. «Водяные бочки» просто повисают на ногах под сводом жилой камеры, свесив вниз массивное брюшко. Водоносы время от времени подползают к тому или иному плерэргату и отрыгивают принесённую воду, которую с жадностью выпивает «водяная бочка». В их обязанности входит не только пассивное сохранение воды, но и слежение за микроклиматом гнезда. Чувствуя, что влажность в камере снижается, «водяная бочка» отрыгивает каплю воды, помещая её на какой-нибудь выступ на потолке или стене камеры. Поэтому в местах скопления плерэргатов всегда можно найти капли воды на стенках камеры.
В гнезде царит полная темнота, однако мокрица дружественный гемилепистус ощущает присутствие источника водяного пара чувствительными антеннами. Когда массивное существо приходит в движение, муравьи стараются уступить дорогу мокрице. Найдя каплю воды, ракообразное приподнимается, опираясь передними парами ног на стену жилой камеры, и тянется к ней, наползая на стену. Ощущая движение мокрицы, «водяные бочки» неуклюже отползают в стороны, осторожно переставляя ноги по одной, чтобы массивное существо не повредило их раздутые от воды брюшки. Но мокрица не обращает на них внимания: дотянувшись до капли, она жадно слизывает воду.
Каждая ночь в колонии муравьёв-рососборщиков проходит в трудах по сбору влаги – это жизненно важный ресурс для колонии. Собранная росоуловителем вода обеспечивает потребности колонии, а также является приманкой для беспозвоночных, которые становятся добычей муравьёв. С наступлением утра последние капли влаги из росоуловителя бывают выпиты, и колония муравья-рососборщика укрывается в жилище, избегая дневной жары. Но события этого утра заставляют колонию отойти от привычного ритма жизни.
Когда небо на востоке начинает светлеть и окрашиваться в розоватый цвет, просыпаются немногочисленные птицы Средиземноморской котловины. Большинство видов птиц предпочитает селиться на бывших островах, где можно найти тень и пищу. Некоторые виды птиц обитают вблизи реликтовых солёных озёр, где ещё сохранились потомки морских обитателей Средиземноморья. Над равнинами в восходящих потоках воздуха парят соляные ястребы, а солёные болота котловины поддерживают существование уникальных гребненосных фламинго – причудливых нелетающих птиц, защищённых от врагов безводными пространствами и изнуряющей жарой солёной пустыни. Однако такие виды птиц – это скорее исключение, чем правило. Большинство в орнитофауне пустыни составляют мелкие виды птиц, приспособленные к жизни в жарком климате и умеющие подолгу обходиться без воды или находить её источники. Одна из таких птиц – пустынный чиж, потомок обычного европейского вида, отступившего на юг во время оледенения и закрепившегося в новых местах обитания. Стайки этих мелких птиц со светло-бежевым оперением встречаются даже в сердце пустыни, где тяготеют к зарослям местных видов кактусов, обеспечивающих птиц пищей из растительноядных насекомых и влажной мякотью. У пустынного чижа есть способность производить метаболическую воду, поэтому птица может подолгу обходиться без питья. Но цена этого – расход пищевых ресурсов, которые и без того крайне скудны. Поэтому птица охотно пьёт воду, если ей представляется такая возможность.
В неясном свете нового утра мелкая птица перепархивает с камня на камень. Это пустынный чиж – мелкая птица с бледно-серым оперением, хорошо заметным даже в сумерках. Ей нет оснований опасаться врагов – в пустыне наземные хищники крайне редки и встречаются главным образом по окраинам котловины. А от охотящегося днём соляного ястреба такая окраска оперения прекрасно защищает, маскируя птицу на фоне просоленной почвы, выбеленной солнцем и ветром. Когда птица вспархивает, становятся заметными ярко-красные с чёрным второстепенные маховые перья. Утром птица использует возможность пополнить запасы влаги в организме, поэтому жадно пьёт росу, образующуюся на камнях, и попутно склёвывает насекомых, недостаточно проворных после ночной прохлады.
Муравьи-рососборщики, ползающие по камню и около него, привлекли внимание птицы. При появлении врага вся работа по сбору росы была моментально прекращена, и насекомые стали спасаться бегством, прячась в узких щелях между камнями и пытаясь добраться до гнезда. Ночная прохлада обернулась против них: давая им воду, она отнимает у насекомых подвижность, и муравьи оказываются недостаточно проворными, чтобы спастись от теплокровной активной птицы. Многим из них удаётся скрыться от птицы среди камней, но всё же остаётся несколько рабочих, которым некуда бежать. Пустынный чиж скачет по земле, склёвывая их одного за другим. И во время одного из прыжков птица наступила на воронку уловителя росы, сделанную из пропитанного воском песка. Эта конструкция легко выдерживает вес муравьёв и других насекомых, спускающихся к воде по её краю, но под ногами птицы хрупкий материал сразу же сминается, в нём появляются разрывы, и драгоценная влага быстро впитывается в песок. И там же оказываются ещё несколько капель, скатившихся в этот момент с камня. Благополучие муравьиной колонии в одно мгновение оказалось под угрозой, и теперь муравьям предстоит заниматься восстановлением росоуловителя. Недостаточная влажность в гнезде затруднит развитие личинок и выход из коконов молодых муравьёв, поэтому под угрозой окажется воспроизводство колонии.
Наскоро перекусив, пустынный чиж улетел – стайка его сородичей уже собралась в зарослях голой галопунции. В этом году они уже вырастили потомство, и молодые птицы держатся рядом с взрослыми, обучаясь хитростям поиска пищи в пустыне. Птицы этого вида комфортно чувствуют себя в окружении сородичей, поэтому кочуют по пустыне стаями, насчитывающими до двух десятков птиц.
Когда опасность миновала, муравьи-рососборщики покинули укрытия и вернулись к воронке рососборника. Они бегают вдоль края разрушенной воронки, и несколько муравьёв один за другим спустились в воронку и вылезли из неё, словно убедившись в напрасности своих ожиданий. Воды нет, и это означает, что теперь муравьям придётся заниматься восстановлением своего сооружения, чтобы колония могла существовать дальше. Конечно, на какое-то время им хватит запасов воды, которые находятся в раздутых брюшках «водяных бочек». Но, если не предпринять немедленно усилия по восстановлению росоуловителя, оставшиеся у них запасы воды лишь ненадолго отсрочат неизбежную гибель колонии.
Рабочие муравьи-рососборщики ползают вокруг разрушенной воронки, словно в растерянности, когда на сцене появляются новые персонажи. Солнце поднимается выше, и с его первыми лучами пробудились соседи муравьёв-росоуловителей – серебристые бегунки, более лёгкие и быстроногие муравьи, любители жаркого солнца. Их гнездо едва проснулось, но первые особи этого вида уже обследуют окрестности своего гнезда – и ловушка для росы находится как раз на краю их территории. Однако сюда ведёт проторенная тропа – серебристые бегунки часто появляются на водопое. Эти насекомые мельче рабочих особей муравья-рососборщика, но движутся значительно быстрее на своих длинных тонких ногах. И если муравей-рососборщик окрашен в серый цвет с серебристым блеском, то серебристый бегунок буквально сияет в лучах солнца пустыни гладким панцирем, словно сделанным из полированного серебра. Благодаря такой окраске он может не опасаться перегрева, поскольку проявляет наибольшую активность именно в жаркие дневные часы.
Задрав кверху брюшко, серебристые бегунки хаотично бегают по твёрдой земле, спечённой солнцем. Их движения, однако, преследуют вполне определённую цель: с каждым зигзагом муравьи приближаются к постройке своих соседей. Серебристые бегунки часто приходят к уловителям росы, чтобы украсть у муравьёв-рососборщиков собранную влагу, и их тела сверкают в лучах утреннего солнца. На их стороне высокая скорость движения: им удаётся уходить от преследования муравьёв-рососборщиков, и несколько особей этих грабителей уже сумели прорваться к воронке для росы – но лишь для того, чтобы убедиться, что она пуста. Тем не менее, муравьи-рососборщики по-прежнему воспринимают её как свою собственность, поэтому отступают к ней, смыкая строй. Теперь серебристым бегункам уже не поможет скорость: сборщики росы сформировали почти сплошной строй, поэтому нападающим остаётся лишь бегать вокруг воронки в поисках случайной бреши в обороне защитников. Но со стороны гнезда подтягиваются всё новые силы муравьёв-рососборщиков, и серебристым бегункам приходится уйти ни с чем. Возможно, муравьи-рососборщики уступают этим воришкам в скорости, но умеют организовать надёжную оборону. Однако сейчас они фактически обороняют лишь место – в ближайшее время им предстоит борьба за воду. Их важнейшая задача – восстановить конструкцию до наступления ночи.
Муравьи-рососборщики начинают ремонтировать уловитель росы. Они отыскивают кусочки воронки, которую раздавила птица – комья песка, пропитанного воском. Им легко удаётся это сделать, и несколько десятков рабочих начинают разминать их жвалами, чтобы снова слепить воронку. Практически весь воск уцелел, лишь смешался с песком, и проблемы с материалом не возникает. Несколько муравьёв выкопали под нависающим краем камня новую воронку, а другие особи начали подносить им комочки смешанного с воском песка. Ими заботливо выкладывается внутренняя часть воронки, и муравьи постоянно контролируют изгиб её стенок, трамбуя их нижней стороной головы. В течение нескольких часов работы им удалось бы построить новую воронку, но есть одна существенная трудность. Внутренняя часть воронки должна быть гладкой – муравьи выстилают её слоем чистого воска. У пчёл, вздумай они построить такое же сооружение, не возникло бы никаких трудностей с получением строительного материала, но муравьи находятся в проигрышном положении по сравнению с ними: они не умеют выделять собственный воск, и ради постройки своих сооружений должны искать тех, кто умеет вырабатывать его вместо них. Это обычная работа: ветер часто заносит воронку рососборника песком, поэтому её приходится регулярно очищать и подновлять. Разумеется, муравьи предпочитают селиться по соседству с таким источником воска.
Неподалёку от гнезда муравьёв-рососборщиков есть один практически неисчерпаемый источник воска – кактусы голые галопунции. Чтобы не сгореть под лучами яркого солнца, эти кактусы выделяют значительное количество воска, покрывающего поверхность растения сплошным слоем и отражающего губительные ультрафиолетовые лучи. Поэтому для глаз насекомых, воспринимающих эти лучи, заросли кактусов выглядят окутанными ультрафиолетовым сиянием.
Несколько рабочих муравьёв вернулись от разрушенного росоуловителя в гнездо и испустили мобилизационный феромон, прицепившись к стенкам вертикальной шахты, ведущей в жилые камеры. На химический сигнал тут же откликнулись несколько десятков особей, которые выбрались на поверхность земли. Некоторое время мобилизованные особи хаотично ползали по земле у входа, но затем один из рабочих муравьёв взял нужное направление. Он пометил тропу своим запахом, и за ним последовали ещё несколько особей из числа мобилизованных. Их запахи сделали химическую метку тропы более привлекательной, и вскоре все мобилизованные особи направились в сторону кактусов, несмотря на наступление дня и возвращение жары.
Колонна муравьёв-рососборщиков движется к зарослям галопунции извилистым маршрутом. Эта тропа используется значительно реже, чем тропа к росоуловителю, однако в гнезде в любой момент найдутся особи, которые помнят её и готовы провести отряд рабочих к источнику воска. Однако химические метки на местности постепенно стираются, и насекомым приходится некоторое время блуждать в поисках продолжения тропы.
Их колонну какое-то время сопровождают серебристые бегунки. Эти быстроногие муравьи собирают погибших насекомых, и явно рассчитывают на то, что в колонне окажутся отдельные слабые особи, которых легко можно будет добить и утащить в гнездо. Они часто посещают «кладбище» колонии муравьёв-рососборщиков и уносят оттуда свежие трупы, ещё пригодные в пищу. Они не чувствуют разницы между жертвой жаркого солнца пустыни и животным, умершим естественной смертью в гнезде. Сосуществование этих двух видов муравьёв напоминает вооружённый нейтралитет с отдельными незначительными конфликтами, которые не перерастают в полноценную войну – в этом случае непоправимый ущерб понесли бы обе стороны.
Мощные жвалы рабочих муравьёв-рососборщиков заставляют серебристых бегунков соблюдать дистанцию, и эти быстроногие муравьи лишь бегают вдоль колонны, высматривая особей послабее, но не решаются нападать. Рядом с рабочими муравьями нормального размера движутся мелкие рабочие – примерно на треть короче, чем обычные. Они более уязвимы для хищников, поэтому часто держатся рядом с рабочими муравьями нормального размера, или даже просто едут верхом на их телах. Такая ноша не обременяет их крупных сородичей, и они даже не сбавляют темпа движения.
Преследование серебристых бегунков продолжается всего несколько минут, и вскоре они один за другим уходят в стороны, выбирая иные места для поиска добычи. А муравьи-рососборщики продолжают путь – цель их экспедиции не меняет своего местоположения. Серебристый блеск покровов защищает муравьёв от перегрева, хотя обычно они предпочитают покидать гнездо с вечера до утра, когда не так жарко. Рабочие, несущие на себе карликовых сородичей, прикрываются ими от солнечных лучей, словно зонтиками.
Заросли голой галопунции высятся в десятке метров от колонии муравьёв-рососборщиков, но для маленьких насекомых путешествие по раскалённой земле на такое расстояние – это настоящий подвиг. Растение это встречается в Средиземноморской котловине отдельными зарослями и предпочитает почву, содержащую некоторое количество соли. На такой почве не растут её конкуренты, в том числе другие виды опунций, встречающиеся в Средиземноморской котловине. Это растение нарушает своим существованием границы флористических царств, сложившиеся в доисторическую эпоху – его предки были завезены в эти места людьми с другого материка. После исчезновения человечества предковые виды опунции выдержали испытание на прочность естественным отбором, и в неоцене их потомки встречаются в жарких засушливых районах Африки и Евразии. Избегая конкуренции с родственными видами, голая галопунция отступила в неблагоприятные для жизни растений районы Средиземноморской котловины.
По сути, этот кактус – живой прототип росоуловительной установки муравьёв-рососборщиков. Плоские стебли растения имеют большую поверхность и быстро остывают после заката. Ночью на их поверхности оседает роса, и по слою воска капли постепенно скатываются в щели между сегментами побегов. Там образуются зачаточные воздушные корни, покрытые слоем губчатой ткани, которая впитывает эти капли влаги. А кончики корней всасывают полученную таким способом воду – так растение каждую ночь пополняет свои внутренние запасы влаги. Пусть поступление влаги невелико: если скупо расходовать её, даже таких крох вполне хватает на поддержание жизни. Иглы этому кактусу не нужны – в тех местах, где произрастает эта опунция, крупные травоядные животные представляют собой большую редкость.
Муравьи-рососборщики начали подъём на ближайшее растение. Нижняя часть стеблей галопунции постепенно одревесневает, теряя восковой покров, поэтому насекомым приходится забираться на высоту более полуметра, чтобы добраться до слоя воска на поверхности растения. Жвалы рабочих муравьёв-рососборщиков подходят для соскребания воска со стеблей пустынных растений. Насекомые быстро расползаются по кактусу и начинают скоблить его кожицу жвалами, собирая комочки воска. Когда они добавляют к своей ноше всё новые порции драгоценного вещества, комочек воска постепенно смещается с челюстей назад, на голову насекомого.
Помимо выделений покровов кактуса, у муравьёв-рососборщиков есть ещё один источник воска – столь же обильный, с таким же качественным материалом. Даже здесь, в сердце пустыни, на просоленной почве, кактусы не свободны от растительноядных животных. Крупные звери вроде свисторогов крайне редко появляются в этих местах; обычно это одиночные особи – заблудившиеся и обречённые на смерть. Но для насекомых огромные расстояния по солёной пустыне – не такое уж непреодолимое препятствие. Поэтому муравьи, работающие на кактусах, постоянно встречаются с другими мелкими обитателями зарослей – жуками, мухами и одиночными осами. Некоторые из них представляют собой добычу, другие могут быть опасны для самих муравьёв. Однако сейчас муравьёв больше всего интересуют совершенно особые обитатели зарослей кактусов.
В местах, защищённых тенью широких побегов кактуса от жаркого полуденного солнца, располагается колония восконосных пустынных червецов. Это пассивные малоподвижные насекомые, которые собираются большими группами на побегах растения и сосут его соки. Издалека колония этих насекомых напоминает чуть выпуклый нарост неправильной формы, мало выделяющийся на фоне покрытой воском поверхности кактуса. Насекомые овальной формы с короткими цепкими ногами собираются вместе и кормятся, проткнув хоботками сосуды растения. Несмотря на дневную жару, они не ощущают недостатка влаги – растение снабжает их достаточным количеством воды. Основная опасность для них – сухой пустынный воздух: большинство их родственников предпочитает районы с более влажным климатом. Приспособление этих насекомых к жизни в пустыне привело к появлению у них более плотных покровов тела. А выделяемый ими воск отражает часть солнечных лучей и образует на теле насекомого своеобразный «терморегулятор»: восконосные пустынные червецы защищены от солнца толстым рыхлым слоем восковых выделений. Именно этот воск является предметом интереса муравьёв-рососборщиков. Некоторое количество рабочих этого вида всегда присутствует в зарослях кактусов – муравьи оберегают своих малоподвижных подопечных от паразитических мух и наездников.
Восконосные пустынные червецы ведут простую и однообразную жизнь – лишь изредка они перемещаются на новые участки покровов растения, где продолжают питаться. Когда партия муравьёв-сборщиков воска забралась на кактус, мелкие рабочие расползлись по растению в поисках червецов. Найдя колонию насекомых, муравьи начали осторожно дотрагиваться до них антеннами, получая взамен капли сахаристых выделений червецов. Мелкие рабочие быстро наполняют зобы «медвяной росой» червецов, но это лишь один из полезных продуктов, которые они получают от этих насекомых. Получив порцию лакомства, рабочие муравьи начали осторожно поглаживать жвалами поверхность тела червецов, снимая каждым движением тонкий слой воскового налёта. Это ещё более желанное вещество, которое также будет израсходовано на ремонт росоуловителя. На головах мелких рабочих постепенно накапливаются небольшие сгустки воска червецов, которые не мешают насекомым обрабатывать колонию червецов.
Некоторые мелкие рабочие муравьи занимаются более важным делом. Они ползают по колонии червецов, аккуратно ощупывая их антеннами. Несколько насекомых в колонии заметно отличаются от других – их тела словно вздулись, а окраска стала немного темнее, чем у остальных особей. Это плохой признак – насекомые заражены мелкими наездниками, и вскоре из оболочек их тел на свет выберутся десятки мельчайших паразитов, способных заразить других червецов колонии. Этого допустить нельзя, и муравьи безжалостно расправляются с заражёнными особями – они вытаскивают их из общей колонии и поедают, раздирая на куски вместе с окуклившимися паразитами. Когда источник заразы уничтожен, колония червецов может продолжать благоденствовать, снабжая муравьёв полезными продуктами.
Ползая по колониям червецов, муравьи нападают на их врагов. Им удаётся отогнать, и даже убить нескольких мелких жуков и ос, ползающих среди насекомых. Без заботы со стороны муравьёв-рососборщиков червецам жилось бы значительно хуже – они не в состоянии защитить себя от врагов, поэтому всецело зависят от союза с насекомыми, которые сделают это за них. А вещества, которыми они расплачиваются за услугу – всего лишь побочные продукты их жизнедеятельности. Если червецы окажутся без заботы муравьёв, они всё равно будут время от времени выделять сахаристую жидкость. Но в этом случае на ней будут селиться микроскопические грибки, которые способны причинить вред самим насекомым, прорастая внутрь их тел.
Муравьи – выгодные союзники для червецов: они в состоянии защитить их от мелких врагов. Однако они не всесильны, и всегда найдутся враги, от которых союз с муравьями не спасает.
Пустынный чиж сел на побег галопунции. С верхушки растения он издал звонкий призывный крик, на который откликнулись его сородичи, ищущие пищу в окрестностях зарослей. Пустынный чиж ловко лазает по кактусу, перепархивая с ветки на ветку. Покровы кактуса голые и лишены колючек, поэтому птица не боится уколоться. Он не враг растению – напротив, в поисках корма пустынный чиж оказывает растению весьма желательные услуги. На вершинах нескольких побегов галопунции распустились цветки – очень крупные, броского ярко-красного цвета. Насекомые не воспринимают красный цвет, и для их привлечения на лепестках растения имеются участки тканей, отражающие ультрафиолетовый свет. А красный цвет – это сигнал для немногочисленных птиц пустыни, в том числе для пустынных чижей. Несколько птиц начинают обследовать цветки растения в поисках нектара – у кактуса неспециализированные цветки, и растение не прячет нектар глубоко. В пустыне слишком мало животных-опылителей, чтобы проявлять излишнюю избирательность, как это делают растения влажного тропического леса. Поэтому растение готово воспользоваться услугами любого опылителя. Пустынные чижи не принадлежат к числу специализированных птиц-опылителей, которые неоднократно возникали в истории Земли в различных систематических группах. Нектар является скорее приятной добавкой к рациону этих птиц, но не основным блюдом. А кактус эволюционировал по пути доступности нектара для как можно более широкого спектра потенциальных опылителей. В этом отношении он несколько напоминает своих родственников из эпохи человека, которые произрастали на Галапагосских островах и опылялись даже местными дарвиновыми вьюрками. В солёной пустыне Средиземноморской котловины также сложился изолированный мир из небольшого количества видов живых существ, которые в условиях скудности ресурсов эволюционируют в направлении «отказа от специализации».
Пустынные чижи охотно лакомятся нектаром кактуса, попутно выклёвывая из его цветков насекомых. Голова одной из птиц уже была испачкана пыльцой такого кактуса – из зарослей в нескольких километрах от этой группы растений. Рыльца пестиков кактуса охотно принимают эту пыльцу, и у растения появился шанс образовать полноценные плоды с многочисленными и жизнеспособными семенами. Через несколько недель пустынных чижей уже будут ждать округлые сладкие ягоды, мякоть которых полна мелких семян. Не исключено, что часть семян при удачном стечении обстоятельств сможет попасть в благоприятные для жизни места, прорасти и дать начало новым колониям этих кактусов.
Пустынный чиж – смертельный враг муравьёв, поэтому, ощутив присутствие птицы, насекомые спасаются бегством. Они просто поджимают ноги, и падают с кактуса, соскальзывая вниз по восковому покрову его побегов. Падение с большой высоты не причиняет им вреда: они такие лёгкие, что даже воздух сильно тормозит их падение. Упав на землю, насекомые прячутся в трещинах земляной корки, обожжённой солнцем, и оказываются недосягаемыми для птичьего клюва. Во время падения комочки собранного ими воска так и остаются приклеенными к их головам, а иногда даже принимают на себя удар об землю. Мелкие рабочие прячутся в щели на растении или также падают на землю. И лишь червецы остаются в самом невыгодном положении: они слишком медлительны, чтобы спасаться бегством. Даже в случае смертельной опасности они не сумеют не только уползти, но даже просто извлечь свои длинные хоботки из тканей растения. Единственное их спасение – в пассивной защите под восковым панцирем.
Пустынный чиж скачет по кактусу, осматривая побеги растения. Ему удалось склевать какого-то мелкого жучка, но он не сумел схватить муравья, свалившегося с растения в последний момент. Однако на побеге растения осталось около двух десятков червецов, покрытых белоснежным воском. Из-за отражения ультрафиолетовых лучей и кактус, и колония червецов кажутся птице «сияющими», но пустынному чижу удалось разглядеть насекомых на побеге. Толстым клювом птица осторожно извлекла одно насекомое из-под воскового покрова, и проглотила, после чего потянулась за следующим. Птица выбирала насекомых покрупнее, но после очередного съеденного червеца пискляво чихнула и принялась чиститься. Она испачкала клюв воском, и крупинка воска попала в ноздрю, вызывая раздражение. Пустынный чиж вспорхнул на верхушку кактуса и начал энергично чиститься, встряхивая головой. Очевидно, такая добыча пришлась птице не по вкусу, потому что по первому же зову сородичей чиж вспорхнул, сверкнув красными с чёрным второстепенными маховыми перьями, и стайка скрылась на выбеленных солнцем просторах солёной пустыни.
Птица съела нескольких червецов, но, сама того не зная, оказала невероятную услугу их колонии. На поверхности кактуса ползает большое количество молодых личинок этих насекомых. Они такие мелкие, что птицам нет смысла охотиться на них. Большинство личинок погибнет по разным причинам, часть превратится во взрослых насекомых, но их собственных сил хватит лишь на то, чтобы переползти на соседний побег того же самого кактуса. Но у этих насекомых есть одно приспособление, позволяющее преодолевать такого рода затруднение. Молодые насекомые, в отличие от взрослых, способны впадать в состояние, напоминающее спячку, если внезапно оказываются в неблагоприятных условиях. Именно эта особенность помогает им расселяться. Их родственники из тропических лесов переносятся легчайшими потоками ветра, но в пустыне ветер – крайне ненадёжный помощник. Здесь он силён, а небольшие заросли кормовых растений разделены огромными расстояниями, поэтому рассчитывать на случайное попадание на новое место практически бесполезно. Здесь необходимо «адресное» расселение, и такую услугу личинкам червецов оказывают враги взрослых насекомых – мелкие птицы пустыни.
Когда пустынный чиж скачет по кактусу и расклёвывает взрослых червецов, их личинки достаточно надёжно приклеиваются к ногам птицы при помощи всё того же воска. Они настолько малы, что птица не ощущает их присутствие, и благодаря этому личинки червеца оказываются в безопасности. Пока чиж охотился на муравьёв и расклёвывал взрослых червецов, к его лапкам прикрепилось сразу несколько личинок. Теперь их задача – удержаться на роговых чешуйках на птичьих ногах, пока пустынный чиж будет скакать по голым камням и соляной корке. Они не единственные путешественники на теле птицы: вместе с ними под чешуйками на ногах чижа прячутся несколько крошечных клещей, а пара клещей покрупнее прицепилась к оперению птицы. В пустыне, где благоприятные для жизни места разделены километрами негостеприимной соляной пустыни, такой способ расселения даёт преимущества мелким существам. Главное – не попасть в клюв птице и не выпасть во время её полёта над пустыней.
Перекликаясь тонкими голосами, пустынные чижи продолжают странствие по пустыне. Они прекрасно помнят места вроде зарослей галопунции и других пустынных растений: где есть растения, там всегда можно найти пищу. Когда птицы доберутся до соседних зарослей кактусов, личинки восконосного пустынного червеца покинут их ноги, привлечённые запахом кормового растения, и у них появится реальный шанс влиться в местную популяцию сородичей, обогащая её генофонд своими генами. Эти насекомые не специализированы к питанию на голой галопунции – они прекрасно живут на других местных видах кактусов, лишь бы нашлись симбиотические виды муравьёв, способные защитить этих насекомых от врагов.
Когда опасность миновала, муравьи в укрытиях зашевелились, и стали один за другим подниматься на кактус, продолжая прерванные дела. Некоторые муравьи начали очищать друг друга от прилипших песчинок, и даже извлекать песчинки из комочков собранного воска – на стройку нужен воск без механических примесей. Мелкие рабочие поспешили к колониям червецов, и продолжили занятие, прерванное появлением пустынного чижа. Муравьи охотно поедают богатые углеводами выделения червецов, и мелкие рабочие не только собирают с них воск, но и вылизывают капли сладкой жидкости, выделяемой насекомыми.
Крупные рабочие муравьи один за другим набирают полный груз воска с кактуса и осторожно сползают с растения, держа драгоценную ношу в жвалах. На земле они поднимают головы кверху, стараясь не уронить воск на песок, и один за другим ползут к рососборнику. Путь неблизкий, а солнце светит и греет вовсю, превращая поверхность земли в раскалённую сковородку. Поэтому муравьи возвращаются на стройку, стараясь шагать по горячей земле как можно быстрее. Рабочие муравьи-рососборщики тащат не только воск: на их ноше сидят карликовые рабочие, у которых в челюстях тоже находятся комочки воска, добытого с червецов. Ситуация может показаться комичной только на первый взгляд. На самом деле мелкие рабочие защищают своих крупных сородичей от нападений насекомых-паразитов. Отягощённые ношей крупные рабочие теряют подвижность, и этим часто пользуются крохотные паразитические мухи-горбатки. Пока муравей тащит свою ношу, он находится под угрозой – муха легко может отложить яйцо на тело насекомого, и её личинка в конце концов забирается в голову муравья, убивая его. Поэтому мелкий муравей-рабочий, ползающий по телу крупного сородича – не обуза, а самый настоящий телохранитель. Благодаря его присутствию крупный муравей может работать значительно эффективнее.
Кроме того, мелкие рабочие муравьи оказывают своим крупным коллегам ещё кое-какие услуги. Их зобики полны сладких выделений червецов, и они подкармливают рабочих прямо во время путешествия на стройку. Для этого мелкий рабочий осторожно спускается на тело крупного, подползает сбоку и подсовывает свою голову под его поднятую голову. Он осторожно отрыгивает капли сладкой жидкости, которые тут же поглощаются его коллегой. Во время питания крупный рабочий даже не останавливается.
Тропа муравьёв-рососборщиков пролегает через охотничьи угодья серебристых бегунков. В самые жаркие дневные часы эти муравьи особенно активны – они собирают на поверхности земли мёртвых насекомых и все более или менее съедобные остатки растений, которые забрасывает в пустыню жаркий ветер. Время от времени их добычей становятся рабочие особи муравьёв-рососборщиков, гибнущие по разным причинам. Поэтому серебристые бегунки регулярно патрулируют тропу и быстро утаскивают с неё муравьиные трупы.
Поток рабочих особей муравья-рососборщика, спешащих к зарослям галопунции, не ослабевает. Насекомые аккуратно скоблят воск с поверхности кактуса и снимают часть воскового покрова с червецов. Они почти непрерывно подносят воск к месту стройки, держа его комочки в жвалах или притаскивая большие нашлёпки на голове. Добравшись до места стройки, насекомые осторожно укладывают воск на внутреннюю поверхность чаши рососборника и тщательно размазывают его по пропитанному воском песку под камнем. Жар пустынного солнца заставляет воск таять, и муравьи ловко размазывают его по стенкам чаши росоуловителя, пользуясь нижней частью головы как инструментом. Благодаря этому внутренние стенки рососборника приобретают относительно постоянный и равномерный изгиб – этой операцией занимаются рабочие особи приблизительно одинакового размера, которые выравнивают чашу рососборника с разных сторон. Благодаря слаженности работы они добиваются превосходных результатов.
Работа под жарким солнцем приводит к потере влаги, поэтому рабочие муравьи время от времени возвращаются в гнездо, чтобы отдохнуть и попить. Рабочие муравьи сползают вниз по главной шахте гнезда и заползают в камеры, где под сводами висят раздувшиеся от воды «водяные бочки». Подползая к такому муравью, рабочий постукивает антеннами по его жвалам, и в ответ плерэргат отрыгивает каплю воды и поит рабочего. Следом появляется другой рабочий – уже с нижних ярусов гнезда. Этот муравей трудится на ответственном участке – в инкубаторе, где растут личинки. Часть рабочих постоянно таскает туда останки насекомых, добытых на поверхности – личинки интенсивно растут и нуждаются в большом количестве свежей белковой пищи. А несколько муравьёв, постоянно дежурящих в инкубаторе, поддерживают оптимальный уровень влажности. Они регулярно наведываются к «водяным бочкам» и развешивают капли полученной у них воды на стенках и потолке инкубатора. Личинкам противопоказан сухой воздух, поэтому нянькам приходится постоянно контролировать параметры среды в инкубаторе.
Раздача воды не ускользает от внимания мирмекофилов, которые тоже пытаются заполучить порцию влаги. Самец дружественного гемилепистуса – не единственная особь этого вида в гнезде муравьёв. На одном из нижних ярусов живёт самка, с которой у него есть общее потомство. Молодые мокрицы этого вида ползают среди муравьёв, которые не обращают на них внимания: мокрицы появились на свет в гнезде и пахнут как «свои», поэтому насекомые просто воспринимают их как членов своей колонии. В отличие от массивных взрослых особей, молодые мокрицы легко лазают по стенкам и сводам камер, и это позволяет им пользоваться услугами «водяных бочек». Когда муравей-нянька начинает выпрашивать у плерэргата порцию воды, маленькая мокрица просто свешивается с потолка и ловко подхватывает каплю воды из жвал «водяной бочки», заставляя насекомое отрыгнуть ещё порцию воды. Потребность мокриц в воде не очень велика: они обладают механизмами сохранения влаги, поэтому не наносят ущерба муравьям, воруя капли влаги. Однако, если росоуловитель не заработает этой ночью, муравьи начнут проявлять агрессию к своим соседям из-за нехватки воды.
Самка мокрицы принесла потомство в очередной раз. Она сидит в другой камере – на нижнем ярусе, где выращивают потомство сами муравьи. Здесь микроклимат более стабильный благодаря неустанной заботе нянек. Мокрица с потомством держится подальше от муравьиных личинок – между ней и муравьями заключено своеобразное соглашение. Если она оказывается рядом с личинками, муравьи просто покусывают её и оттесняют в сторону. Обычно самка мокрицы относилась к этому довольно терпимо – её панцирь достаточно прочен, чтобы муравьи не могли прокусить его. Однако сейчас она должна вести себя значительно осторожнее: её потомство уже вывелось, и она должна оберегать молодняк от прочных муравьиных жвал. Молодые мокрицы сидят на нижней стороне тела матери, и их покровы слишком тонкие, поэтому муравьи могут случайно повредить этих мелких существ, просто отталкивая их. Они покинут мать лишь после первой линьки, обзаведясь более прочным панцирем. Тогда же они смогут копать норы и прятаться в них от муравьёв в случае необходимости.
Когда муравьи приближаются к самке мокрицы, она готовится защищать потомство. Чтобы подавить агрессивное поведение муравьёв, самка мокрицы свернулась в неприступный бронированный шар, скрывая потомство на нижней стороне тела, и выделила каплю сладкой жидкости из сочленения между первыми грудными сегментами. Слизнув её, муравьи словно забыли о присутствии мокрицы и продолжили ухаживать за личинками. Скоро потомство полиняет, покинет её тело, и будет уже самостоятельно искать пищу в гнезде муравьёв. Со временем часть молодых мокриц выползет наружу и будет расселяться в окрестностях норы. Возможно также, что пустынные ветры просто укатят кого-то из молодых животных по пустыне, позволяя колонизировать новые места обитания… или обрекая на гибель. Но взрослых мокриц их судьба уже не будет беспокоить.
Солнце постепенно оказывается в западной части небосвода и начинает клониться к горизонту. Тени становятся длиннее, а дневная жара спадает; многие дневные насекомые прячутся, а им на смену приходят ночные.
Вечером ветер стихает, и в зарослях галопунции начинается необычное событие, какое нечасто увидишь в пустыне – лёт восконосных пустынных червецов. Самка у этого вида обречена ползать по растению всю свою жизнь. Те немногие из них, что когда-либо поднимались в воздух, делали это не на собственных крыльях – их переносили из одной популяции в другую мелкие птицы вроде пустынного чижа. Самка предпочитает вести вялую малоподвижную жизнь вечного едока, и ей уготована участь откладывать яйца в течение всей взрослой жизни. Самец же по-прежнему может испытать наслаждение от полёта, хотя его новая крылатая жизнь очень недолгая.
В лучах вечернего солнца над кактусами вьются мельчайшие насекомые, похожие на мошек, но украшенные кисточкой длинных восковых нитей на кончике брюшка, отчего они летают медленно и с трудом. Это самцы восконосного пустынного червеца отправились в свой первый и последний полёт в поисках самок, готовых принять их генетический материал. Их праздник жизни продлится всего одну ночь, и к рассвету им нужно будет выполнить свой долг перед новыми поколениями, прежде чем погибнуть. Трагический финал неизбежен в любом случае: обретя крылья, самцы этого вида уже не питаются, и их ротовой аппарат полностью редуцирован, а кишечник превратился в нечто вроде воздушного пузыря, облегчающего вес насекомого. У самцов есть крупные выпуклые глаза, но они распознают наиболее предпочтительных для размножения самок по запаху – чем больше их запах будет отличаться от собственного запаха самца, тем желаннее будет для него эта встреча. Такая встреча партнёров означает, что они генетически отличны друг от друга: это является залогом появления здорового и полноценного потомства. В колонии есть две таких самки – они прилетели сюда личинками на ногах птиц, и теперь успешно подросли, и готовы оставить потомство. Местные самцы ощущают их запах, и между ними вспыхивает интенсивная конкуренция. Около десятка самцов вьётся над этими самками, встряхивая кисточками восковых нитей. Они отталкивают друг друга этими нитями от самок, и один из них успел в общей суете броситься к самке и начать спаривание. Она сразу же прекращает испускать феромон, привлекающий самцов, и другим кавалерам придётся искать самку где-то в другом месте. Им нужно сделать выбор быстрее – если они будут слишком придирчивыми, запасы питательных веществ в теле могут закончиться быстрее, чем поиск самки, и насекомое погибнет.
Лёт самцов червеца происходит нерегулярно, поэтому время готовности самки к спариванию может не совпасть с появлением самца, способного оплодотворить её. Однако это не является препятствием для насекомых данного вида: даже если самка не будет оплодотворена самцом, она оставит потомство благодаря способности к партеногенезу. В организме неоплодотворённой самки формируются диплоидные яйца, из которых выходят её клоны. Возможно, кому-то из молодых самок повезёт встретиться с самцом в нужное время, и её потомство унаследует лучшие качества обоих родителей, а не только матери.
Первый и последний полёт самцов червецов длится всего лишь несколько часов. Запасы жира в организме маленьких существ быстро расходуются, и насекомые одно за другим садятся на растения. Некоторые самцы вяло ползают по колонии самок и личинок, словно в отчаянной попытке отыскать готовую к спариванию самку. Но обоняние не обманывает их – среди самок уже нет готовых к спариванию. Один за другим самцы прекращают поиск и просто замирают на гладкой восковой поверхности кактуса. Их запасы жира исчерпаны, и организм просто начинает растворять внутренние органы. Один за другим самцы червеца гибнут, и слабые порывы ветра сносят их крохотные трупы на землю. Может быть, утром их найдут серебристые бегунки.
Вечером и в начале ночи в гнезде муравьёв-рососборщиков уже ощущается нехватка воды. Под потолком жилых камер висят несколько «водяных бочек» с опустевшими и спавшимися брюшками. Муравьи-няньки бегают между ними в поисках плерэргатов, способных снабдить их водой. Однако «водяные бочки» с опустошёнными брюшками недовольно шевелят антеннами в ответ на их прикосновения, и даже отодвигаются от них прочь, выражая своим поведением неготовность помогать им.
Один из плерэргатов отполз в сторону от остальных. Его брюшко совсем опустело, и на какое-то время он получил возможность нормально ползать. Тем не менее, он продолжает цепляться ногами за свод жилой камеры, где провёл практически всю взрослую жизнь. Ощущая прикосновения рабочих муравьёв, ползающих по камере, «водяная бочка» отодвигается и вздрагивает – вода кончилась, и этому муравью нечем ответить на просьбы сородичей. Очередное прикосновение антенн рабочего муравья воспринимается агрессивно: плерэргат раскрывает жвалы и покачивает головой, готовый драться в ответ на просьбу о воде. Однако рабочий муравей не отходит от него: когда «водяная бочка» отползает на плохо слушающихся ногах, он продолжает настойчиво следовать за плерэргатом, пока не припирает его к стене. Муравей-«бочка» готовится активно обороняться: его антенны интенсивно шевелятся, а жвалы раскрываются и закрываются. Рабочий муравей ощущает его движения в темноте жилой камеры, но не отступает. Вися на своде жилой камеры, он осторожно ощупывает антенны «водяной бочки» своими, успокаивая сородича, а затем делает ещё один шаг в его сторону… и отрыгивает каплю воды. Плерэргат с жадностью поглощает её и успокаивается. Он обладает тонким вкусом и прекрасно разбирается в качестве воды – и чувствует, что это чистая свежая вода.
Усилия рабочих муравьёв и их рискованные вылазки за воском под палящим солнцем пустыни увенчались успехом: росоуловитель починен точно в срок. Однако ценой этих неимоверных усилий будет продолжительность жизни рабочих муравьёв, занятых починкой сооружения: они проживут примерно на день меньше, чем могли бы, из-за стресса и воздействия жары.
Рабочие муравьи-рососборщики успели также подновить дорожки для сбора росы на поверхности камня. После захода солнца поверхность камня быстро остыла, и на нём сконденсировались первые капли росы. Они постепенно слипаются друг с другом и стекают вниз, попадая в расположенные «ёлочкой» дорожки для росы. Спускаясь по ним, капли росы падают с поверхности камня точно в промазанную воском чашу росоуловителя, и в ней вновь накапливается вода. Ночная прохлада заставляет активизироваться насекомых и других мелких обитателей пустыни, и из гнезда муравьёв-рососборщиков к чаше росоуловителя тянется цепочка рабочих и охотников. Одни из них наполняют водой брюшко, а другие просто ползают вокруг росоуловителя и по поверхности камня, подстерегая неосторожных насекомых, решивших воспользоваться возможностями их постройки. Сложность поведения муравьёв гарантирует, что рано или поздно какой-то из их видов обязательно обнаружит оптимальный способ даже для выживания в таком суровом месте, как Средиземноморская котловина.

Бестиарий

Муравей-рососборщик (Paraphenogaster cereiphilus)
Отряд: Перепончатокрылые (Hymenoptera)
Семейство: Муравьи (Myrmecidae)

Место обитания: Средиземноморская котловина.

Рисунок Биолога

После закрытия Гибралтарского пролива и высыхания Средиземного моря между Европой и Африкой сформировалась местность, где господствуют экстремальные условия жизни: высокие дневные температуры при почти полном отсутствии дождей и крайне засоленной почве. Тем не менее, жизнь освоила даже такие места. В Средиземноморской котловине есть горные «оазисы», а на дне котловины формируются сообщества из соле- и засухоустойчивых растений, которыми питаются насекомые. В этих местах жизненно важно уметь добывать и сохранять воду, и местные муравьи-рососборщики выработали в процессе эволюции способ строительства своеобразных влагоуловители, которые позволяют их колонии накапливать значительные запасы воды и существовать в экстремальных условиях пустыни.
Муравей-рососборщик – общественный вид насекомых, живущий колониями до нескольких десятков тысяч особей. В колонии есть несколько плодовитых самок, изредка появляются крылатые самцы и самки, а большинство особей – одновременно фуражиры и солдаты. Также в колонии присутствует некоторое количество водоносов – специализированных рабочих с увеличенным брюшком и растяжимым кишечником. Покровы тела этих насекомых окрашены в серебристо-серый цвет, лишь на груди сверху и по бокам есть пара крупных чёрных пятен. У крылатых особей под ними располагаются летательные мышцы, и чёрная окраска покровов помогает разогревать их перед полётом.
Муравьи-рососборщики строят подземные колонии на глубине до 2-3 метров, защищённые от перегрева солнцем. В этих гнёздах есть большое количество камер для личинок, плодовитых маток и особей из числа водоносов. На поверхности почвы насекомые устраивают уловители влаги. Определяя направление господствующих ветров, насекомые выбирают поверхность камня, на которой оседает больше росы, и обмазывают её воском растительного или животного происхождения. Под этим восковым пятном они выкапывают воронкообразное углубление в земле, и промазывают его стенки воском. При остывании поверхности камня капли конденсата быстрее стекают вниз по восковому покрытию. На дне углубления часто лежат камешки, которые быстро остывают за ночь и к утру покрываются росой. Полученная роса собирается с камешков муравьями. Источником воска для насекомых являются выделения покровов местных кактусов голых галопунций (Halopuntia nuda), а также выделения насекомых – червецов, которые селятся, в том числе, на этих кактусах.
Водяные ловушки муравья-рососборщика являются также местами охоты – за ночь к ним приходит большое количество насекомых, привлечённых накапливающейся росой. Кроме них, муравьи этого вида могут поедать «медвяную росу», которую выделяют червецы, паразитирующие на кактусах, обеспечивая себе таким «безубойным» методом питания постоянный возобновляемый источник пищи. Муравьи также расселяют по побегам молодых особей червецов, не допуская их скученности. Прочих насекомых-вредителей муравьи собирают, обеспечивая кактусам благоприятные условия для роста.
В подземных камерах постоянно находятся своеобразные живые водохранилища – каста водоносов (плерэргатов). Они постоянно висят на своде жилой камеры, а их брюшко раздуто от воды. Эти особи используют для хранения воды сильно развитый растяжимый вырост желудка: он замыкается специальным клапаном и позволяет насекомому нормально питаться, не загрязняя хранящуюся в брюшке воду.
Лёт в колониях происходит весной, когда есть возможность основать колонию и вырастить первых рабочих особей в сравнительно влажное время. Молодые оплодотворённые самки обычно занимают готовую нору пустынных видов мокриц и живут в ней, не трогая хозяев норы. При разрастании зарослей кактуса колония может самостоятельно строить несколько дополнительных гнёзд.

Идею о существовании этого вида насекомых высказал Моргот, участник форума.

Серебристый бегунок (Cataglyphis argenteonitens)
Отряд: Перепончатокрылые (Hymenoptera)
Семейство: Муравьи (Myrmecidae)

Место обитания: Средиземноморская котловина.
Аридизация климата в условиях голоцен-неценового оледенения способствовала выживанию насекомых, способных выживать в жарких и засушливых условиях. В числе этих насекомых были пустынные муравьи-бегунки, или фаэтончики (Cataglyphis). Высыхание Средиземного моря и образование на его месте обширной солёной пустыни способствовало эволюции этих насекомых, среди которых появились виды, способные нормально существовать на этой выжженной солнцем земле.
В экстремальных условиях Средиземноморской котловины многочисленным видом муравьёв является серебристый бегунок. Это жаростойкий вид муравьёв, прекрасно адаптированный к дневной активности в условиях сильной жары. Рабочие особи этого вида – быстро бегающие насекомые на длинных тонких ногах. При беге они поднимают брюшко вертикально. Ноги бегательного типа, с удлинённым дистальным отделом. Характерным признаком также является удлинённая грудь. У рабочих особей крупная голова с хорошо развитыми челюстями. Покровы тела окрашены в очень светлый серый цвет с выраженным металлическим блеском, что защищает их от перегрева. Длина рабочей особи – от 5 до 12 мм; наблюдается два чётко выраженных размерных класса. Длина тела плодовитой самки достигает 16 мм, у неё крупные грудные сегменты и хорошо развитые летательные мышцы.
Этот вид – всеядное насекомое с уклоном в животноядность, питается живыми и мёртвыми насекомыми, которых находит во время быстрых дневных вылазок за добычей. Этот вид часто нападает на колонии муравья-рососборщика, главным образом из-за собираемой ими росы.
Плодовитые самки этого вида летают. Во время лёта в гнезде появляется сразу несколько сотен новых крупных самок-основательниц. Они должны расселяться и оборудовать себе укрытие самостоятельно, но зато могут расселяться на большие расстояния. Изредка колонии с несколькими размножающимися самками делятся, и самка уходит вместе со значительным количеством рабочих особей. Расселение такого типа происходит ночью, а к утру колония уже выкапывает временное укрытие или захватывает чужое. В отличие от муравья-рососборщика, эти муравьи захватывают норы других беспозвоночных силой, в том числе убивая их хозяев.

Восконосный пустынный червец (Cactococcus cereiferus)
Отряд: Равнокрылые хоботные (Homoptera)
Семейство: Мучнистые червецы (Pseudococcidae)

Место обитания: Средиземноморская котловина, заросли голой галопунции и других суккулентов.
Любой вид растений включён в пищевые цепочки и является кормовым ресурсом для различных растительноядных животных. Даже виды, обитающие в экстремальных условиях, становятся пищей специализированных видов насекомых. На опунциях Средиземноморской котловины кормятся восконосные пустынные червецы – паразитические сидячие насекомые, ведущие сидячий образ жизни во взрослом состоянии.
Для данного вида характерен резко выраженный половой диморфизм – самка лишена крыльев и значительно крупнее подвижного крылатого самца. Длина тела взрослой самки – до 15 мм. Её туловище сегментированное, широкоовальной формы. Спинная сторона выпуклая, сильно склеротизированная; нижняя сторона тела плоская. Выросты по краям тела редуцированы. Конечности хорошо развитые, толстые, с коготками на концах – насекомое способно самостоятельно передвигаться. Тело окрашено в бурый цвет, но насекомое обильно выделяет белый воск, который образует рыхлый защитный покров, предохраняющий от солнечных ожогов. Этим же воском насекомое «откупается» от муравьёв-рососборщиков, которые охраняют его колонии: при наличии на растениях червецов муравьи-рососборщики предпочитают собирать с них восковые выделения, взамен расселяя личинок этих червецов по кормовым растениям ради получения стройматериалов. Также самки способны выделять «медвяную росу», одновременно избавляясь от избытка сахаров в пище и подкрепляя симбиотические отношения с муравьями.
Самцы мелкие, летающие; длина тела – около 4 мм. У них тонкие желтоватые покровы тела, а на конце брюшка имеется кисточка белых восковых нитей. Лёт самцов происходит главным образом в безветренную погоду, вечером и в начале ночи. Они не имеют ротовых органов и после спаривания гибнут.
Самка откладывает за свою жизнь 1-2 тысячи яиц, покрытых ватообразным коконом, защищающим от перегрева. В одном коконе может находиться до сотни яиц; обычно самка прячет кладку у себя под восковым покровом. Личинки первых возрастов ведут подвижный образ жизни и активно движутся по поверхности заселённого насекомыми растения. На соседние растения их обычно расселяют муравьи-рососборщики или иные симбиотические муравьи. Расселение личинок на дальние расстояния происходит при помощи птиц: личинки приклеиваются к их ногам и расселяются по кактусам, преодолевая на птицах десятки километров. Они могут долгое время пребывать в неактивном состоянии, но быстро активизируются, когда птица оказывается на подходящем кормовом растении. Продолжительность личиночной стадии – до 3 месяцев.

Дружественный гемилепистус (Hemilepistus amicabilis)
Отряд: Равноногие (Isopoda)
Семейство: Агнариды (Agnaridae)

Место обитания: Средиземноморская котловина, заросли кактусов и другой пустынной растительности.
Мокрицы – самые специализированные среди сухопутных ракообразных: в процессе эволюции они смогли освоить жизнь в пустынях и стали обычным компонентом природных сообществ аридных районов. Несмотря на экстремальные условия жизни в Средиземноморской котловине, среди обитающих там беспозвоночных имеются мокрицы. Представитель рода, широко распространенного в эпоху человека в пустынях Азии и Северной Африки. Приспособленность к жизни в аридных условиях позволила представителям этого рода сохраниться при высыхании Средиземного моря и распространиться по Средиземноморской котловине.
Вид мокриц дружественный гемлилепистус обитает на солончаках среди зарослей кактусов. Длина тела взрослой особи – около 8 мм. Тело овальных очертаний, покрыто прочным панцирем на спинной стороне. Брюшная сторона покрыта тонкой эластичной кутикулой. В случае нападения врага или при угрозе высыхания животное способно сворачиваться в шар. Отличительной чертой вида являются крупные бугорки на голове и первых трёх грудных сегментах: они помогают рыхлить почву во время рытья норы. Окраска покровов тела чёрная с металлическим блеском, бугорки светло-серые. Изредка на заднем конце тела есть белые крапинки.
Для выживания в пустыне этот вид вступил в союз с муравьями-рососборщиками, став факультативным мирмекофилом. Это ракообразное роет вертикальные норы, в которых переживает дневную жару, и фактически предоставляет укрытие оплодотворённым самкам муравья-рососборщика во время их брачного лёта. По мере роста муравьиной колонии эти ракообразные просто продолжают пользоваться собственной норой, которую муравьи преобразуют в жилище колонии, углубляя и расширяя её.
Дружественный гемилепистус не имеет специализации в питании и часто поедает остатки добычи муравьёв, хотя по ночам выползает на поверхность земли и собирает остатки растений и мусор, приносимый пустынными ветрами. Также эта мокрица поедает жёсткие волокнистые «скелеты» отмирающих побегов кактусов. Это ракообразное уживается с муравьями, поскольку они изначально воспринимают его запах как «свой», а при необходимости может выделять из желёз передней кишки небольшое количество сладковатой жидкости для умиротворения агрессии муравьёв.
В жилищах насекомых этот вид получает возможность размножаться. Взрослое ракообразное способно переносить значительную сухость, но потомство должно развиваться в более влажном микроклимате, который складывается в условиях гнезда муравьёв. Самка вынашивает в выводковых сумках до 20 детёнышей. В период вынашивания потомства она ведёт себя очень осторожно и при приближении муравья сворачиваются в шар, укрывая потомство. Молодые животные держатся на нижней стороне тела матери и линяют один раз до перехода к самостоятельной жизни. Молодые особи часто расселяются по пустыне на ногах птиц.

Пустынный чиж (Psammocarduelis pallidipennatus)
Отряд: Воробьинообразные (Passeriformes)
Семейство: Вьюрковые (Fringillidae)

Место обитания: Средиземноморская котловина, пустыни и горные «оазисы».
Орнитофауна Средиземноморской котловины сравнительно бедна – немногие виды птиц способны существовать в экстремальных условиях жары, отсутствия пресной воды и значительного количества соли в окружающей среде. Зато те немногие виды, что смогли приспособиться к жизни в таких условиях, практически не имеют конкурентов.
Типичным представителем фауны Средиземноморской котловины является пустынный чиж. Эта птица происходит от европейского чижа (Spinus spinus), который при наступлении ледников переселился через Альпы в район высыхающего Средиземного моря и успешно приспособился к жизни в соляной пустыне.
Облик птицы несёт видимые черты приспособленности к жизни в сухом и жарком климате. У этого вида очень светлое оперение – светло-бежевого оттенка с некоторыми индивидуальными вариациями: встречаются особи цвета кофе с молоком, а также очень светлые серые и цвета слоновой кости. В противоположность основной окраске оперения, у птиц любого цветового оттенка второстепенные маховые перья ярко-красного цвета с чёрными основаниями. Они хорошо заметны издалека у летящих птиц и являются опознавательным сигналом для сороичей. А их окраска в сочетании с тревожным криком – сигнал тревоги.
Этот вид – мелкая птица, во многом сходная по облику с предковым видом. Пустынный чиж отличается лишь более мелким размером (длина тела с хвостом около 10 сантиметров) и толстым клювом серого цвета, позволяющим дробить семена с твёрдой оболочкой. Птица обладает замечательным приспособлением для жизни в аридной местности – умением вырабатывать метаболическую воду даже при питании сухими семенами. Птицы часто держатся вблизи зарослей кактусов, где собирают насекомых и питаются сочной мякотью растения и его плодами. Вне гнездования этот вид мигрирует стайками между «оазисами», держась на их окраинах: пустынные чижи предпочитают открытую местность с отдельными зарослями растений.
Гнездование этого вида происходит в «оазисах» Средиземноморской котловины, хотя отдельные пары могут выводить потомство в зарослях кактусов, защищённых от наземных хищников бесплодными пространствами пустыни. Птица гнездится в щелях между камнями, где строит чашевидное гнездо из растительного материала. Если поблизости нет растений, птицы собирают мелкие камешки и строят из них кучу с углублением на вершине, в которое самка откладывает 2-3 яйца. Птенцы покидают гнездо в возрасте 3 недель. Гнездование происходит весной и осенью, в осеннем цикле уже принимают участие птицы, появившиеся на свет весной этого же года. Продолжительность жизни – до 4-5 лет.

Гербарий

Голая галопунция (Halopuntia nuda)
Порядок: Гвоздичноцветные (Caryophyllales)
Семейство: Кактусовые (Cactaceae)

Место обитания: Средиземноморская котловина, солончаки.

Рисунок Биолога

В неоцене для растений нет более неблагоприятного для жизни места, нежели районы бывшего Средиземноморья. Столкновение Африки с Европой, длившееся миллионы лет, привело к закрытию Гибралтарского пролива и высыханию Средиземного моря. Огромные массы солей, растворённых в воде, оказались на суше после того, как вода отступила и испарилась. Соль пропитала почву, сделав её непригодной для роста растений. Лишь средиземноморские «оазисы», возникшие на возвышенностях, поддерживают растительную жизнь, которая кормит немногочисленное животное население. И в солёных болотах процветают существа, научившиеся противостоять соли. Огромные пространства котловины покрыты панцирем из солей и гипса, и лишь кое-где в трещинах твёрдых пород может существовать чахлая растительность.
В таких условиях конкуренции нет места – её вполне заменяет сама сложность жизни в такой среде. И те, кто нашёл способ выживания, процветают даже в таких суровых условиях – на раскалённой безводной почве под жаркими лучами солнца.
На средиземноморских солончаках произрастает один вид растений, являющийся потомком завезённого человеком вида. Это голая галопунция, представитель кактусов, солеустойчивая опунция без колючек.
Это растение представляет собой ветвящийся кустарник высотой около 1 метра, образующий плотные подушковидные заросли. Внешне этот вид напоминает опунции эпохи человека, поскольку внешний облик растения изменился мало, и оно измельчало по сравнению с рослыми предками. У галопунции такие же членистые стебли, состоящие из толстых лепёшковидных сегментов овальной формы. Но вблизи заметно, что у кактуса нет иголок, очень характерных для опунций. Еще одно отличие от опунций эпохи человека – цвет растения: оно покрыто обильным восковым налётом и имеет серебристо-серую окраску.
Уменьшение размеров растения связано с неблагоприятными условиями существования; при жизни на просоленной почве очень много энергии расходуется на выкачивание ионов натрия и хлора через мембраны клеток против градиента концентрации. В своих тканях растение накапливает воду со сравнительно небольшой концентрацией солей, а избыток соли выделяется специальными железами на поверхность кутикулы. Соль изначально выделяется в виде очень густого рассола и застывает на поверхности растения каплями. Благодаря слою воска она не присыхает к кожице побегов, по мере накопления кристаллы соли отламываются и падают, или их сдувает ветер. Соль выделяется преимущественно на старых побегах, а молодых побегов достигает уже сильно отфильтрованный от соли сок.
Корневая система галопунции очень развита, как у большинства растений пустынь: она намного превышает размерами стебель, и справедливо утверждать, что большая часть кактуса скрыта под землёй. Нижние части побегов образуют каудекс, покрытый толстым слоем сухой кожицы, которая предохраняет растение от проникновения соли. Корневая система галопунции поверхностная, располагается на глубине до 10 – 15 см под поверхностью. Во время редких дождей она быстро впитывает воду, пока не растворились находящиеся в почве соли. В сухой сезон концы корней отсыхают, а сами корни покрываются плотной кожурой, препятствующей иссушению.
Обычно галопунция голая незаметна издалека – окраска растения сливается с пейзажем, испещрённым белыми выходами солей. Поэтому редкие травоядные животные, отваживающиеся углубиться в солёную пустыню, не замечают растение. Рост этого растения происходит двумя волнами – весной и осенью, когда воздух относительно влажен. Летом, в пик жары, галопунция впадает в состояние оцепенения, и пребывает в покое зимой. Цветки этого вида ярко-красные, крупные (диаметром свыше 10 см), многолепестковые, с характерным восковым покровом на лепестках, который отражает ультрафиолетовый цвет и привлекает насекомых-опылителей. Во время цветения заросли галопунции становятся видимыми издалека, и существует вероятность их повреждения травоядными животными. Плод растения – характерная для кактусов ягода. Мякоть плодов имеет сладкий вкус с лёгким солоноватым привкусом. Её охотно поедают птицы, распространяющие мелкие семена галопунции.
Растет галопунция очень медленно, выживаемость проростков крайне низкая. Растение легко размножается вегетативно: ветер может отломить часть побега, которая успешно укореняется в земле и может долго жить за счёт внутренних запасов влаги. Продолжительность жизни этого растения – более 100 лет.

Этот вид растений открыл Антон, участник форума.

Следующая

На страницу проекта