Работники тления

 

Путешествие в неоцен

 

Работники тления

 

 

 

Природа Африки приняла на себя первый удар со стороны человека. Именно в Африке появился этот вид млекопитающих, который изменил ход эволюции на всей планете. Но, как ни парадоксально, именно в Африке дольше всего удерживала свои позиции мегафауна – сообщество крупных травоядных животных, на которых охотились хищники. У африканских видов было время приспособиться к эволюции этого агрессивного и изобретательного существа, и появился страх перед человеком, который позволил даже крупным видам выжить в течение какого-то времени бок о бок с людьми. На остальных материках с появлением человека мегафауна оказывалась истреблённой за очень короткий срок. Но постепенно влияние человека на природу росло, и даже в Африке мегафауна сохранилась в исчезающе малом количестве, запертая на ограниченных территориях в заповедниках. Вымирание человечества не намного улучшило бедственное положение мегафауны: генетическое разнообразие уцелевших популяций некогда многочисленных видов оказалось недостаточным для выживания, а деятельность человека привела к разрушению продуктивных местообитаний и превращению их в полупустынные земли, не способные прокормить крупных животных. Изменения климата на рубеже голоцена и неоцена вызвали массовое вымирание видов, и представители прежней африканской мегафауны ушли в небытие вместе с множеством других видов животных, оставив Землю во власти мелких видов. И уцелевшие после природной катастрофы виды воспользовались сложившимся положением в полной мере. Их потомки заселили складывающиеся сообщества, и эволюционировали в существ, которых не знала Земля.
В эпоху неоцена Северная Африка от Гибралтарского перешейка и Атласских гор на севере до полосы редколесий на юге бывшей пустыни Сахары представляет собой саванну. По ней протекает извилистая река, берущая начало в горах на востоке – Сахарский Нил. Истинные истоки Нила перестали принадлежать Африке, когда от неё отделился Восточно-Африканский субконтинент, или Земля Зиндж. Дожди с пролива Танганьика поддерживают существование болот, в которых берёт начало часть притоков Сахарского Нила. Река поддерживает жизнь разнообразных обитателей саванны, в которых очень сложно узнать робких и мелких существ, которые были их предками в эпоху человека.
Огромный зверь гориллоподобной внешности поднялся на задние лапы, и объедает листья акации. Это один из самых крупных видов в саваннах Африки – саванновый ндипинотерий. Шкура зверя покрыта желтоватой шерстью, а вдоль спины проходит тёмный «ремень», расширяющийся на бёдрах. Грудь и горло животного белые – это признак зрелости.
Ндипинотерии являются экологическими аналогами слонов в неоценовой африканской саванне. Вставая на задние лапы, они легко поедают листву акаций на высоте до пяти метров. Передние лапы ндипинотерия устроены особым образом: на них есть два пальца, которые принимают на себя всю нагрузку во время ходьбы животного, а с обеих сторон к ним примыкают подвижные пальцы, с помощью которых животное может захватывать ветви деревьев. Решив поесть аппетитных молодых листьев на верхних ветках дерева, ндипинотерий поднимается на задние ноги, и слегка опирается одной из передних лап в ствол дерева. Другой лапой он подцепляет ветку и подтягивает её к себе . Крепкие, постоянно растущие резцы, унаследованные от предка, дамана, помогают ндипинотерию откусывать молодые побеги растений вместе с листьями. Конкурентом ндипинотерия в поедании листвы деревьев является только страус-жираф – массивная птица, которая имеет ещё более высокий рост.
Высокая продуктивность природных сообществ неоцена и относительная стабильность среды обитания привели к формированию большого количества крупных видов, среди которых ндипинотерии и страусы-жирафы являются настоящими великанами. Вообще, африканская мегафауна эпохи неоцена по продуктивности сравнима с мегафауной дочеловеческой эпохи, но отличается от неё совершенно иным качественным составом. Ндипинотерии и их родственники плоскороги – это очень крупные потомки даманов – мелких и неприметных зверей эпохи человека. От маленьких зверей они эволюционировали в экологические аналоги носорогов и слонов. Ндипинотерии посматривают на плоскорогов буквально сверху вниз: плоскорог кормится низкорослой растительностью, а ндипинотерии предпочитают высокие кустарники и деревья. Ндипинотерии собираются в большие стада, насчитывающие несколько десятков особей. Так им легче защищаться от крупных хищников, которые встречаются в саванне. Стадо ндипинотериев – это несколько десятков крупных животных, которые превосходят размером любого из хищников неоценовой саванны. Но стадо неоднородно – в нём есть хорошо защищённые особи, но есть и наиболее уязвимые. Самые молодые детёныши неотступно следуют за своими матерями, и в случае опасности могут рассчитывать на надёжную защиту. Крупные взрослые особи достаточно сильны, чтобы сбросить с себя напавшего хищника и раздавить его своей массой. Но есть особая возрастная группа, которая чаще всего становится жертвами хищников – это подростки, молодые особи, слишком крупные, чтобы мать продолжала их защищать (как правило, к этому времени она уже заботится о новом детёныше), но слишком мелкие, чтобы занимать определённое место в иерархии стада и самостоятельно защититься от хищника.
Молодые ндипинотерии держатся на краю и в конце стада. Они знают об окружающем мире далеко не всё, но уже слишком самонадеянны. Они позволяют себе отделяться от стада в поисках корма, и таким образом являются идеальной мишенью для хищника.
Там, где есть добыча, найдётся множество хищников. Трое молодых ндипинотериев бродит в зарослях низкорослых акаций поодаль от основного стада. Животные поднимаются на задние лапы, и поедают листву акаций – наиболее распространённых деревьев африканской саванны неоцена. Острые колючки не мешают им – животные аккуратно срывают листья с помощью длинного подвижного языка. Они прекрасно видят, как где-то вдалеке роскошная кошка-герцог с длинной «мантией» на плечах охотится на каких-то мелких грызунов. Они также следят за стадом сородичей, готовые в любую минуту вернуться, чтобы оказаться в безопасности под защитой взрослых животных. Но эти звери не замечают того, что за ними наблюдают.
Из кустарника, который растёт немного в стороне от стада, за ндипинотериями в течение нескольких часов наблюдает хищник. Жёлтые глаза следят за движениями животных, а когти впиваются в землю от нетерпения. Хищник должен рассчитать время атаки, и сделать только один удачный бросок. Генетта-убийца, саблезубый хищник размером с леопарда, готовится атаковать. Этот крупный представитель виверровых является специализированным охотником на крупную добычу, которая может быть опасной. Поэтому животное ожидает, пока молодые ндипинотерии достаточно отдалятся от стада.
Стадо ндипинотериев постепенно движется вперёд. Эти звери должны постоянно перемещаться по саванне, поскольку, если они надолго останутся на одном месте, они могут истощить кормовые ресурсы. Поэтому генетте-убийце нечасто доводится охотиться на ндипинотерия. Но она знает, как это сделать наиболее успешно.
Молодые ндипинотерии задерживаются возле акации, и стадо успевает отдалиться от них на добрую сотню метров. Двое молодых самцов, заметив это, бросают кормление и неуклюжей рысцой догоняют стадо. А самка задерживается ещё на несколько секунд. И тогда случается неизбежное. Чёрно-белой молнией генетта-убийца выскакивает из засады. Она всем телом наносит удар в бок молодой самки ндипинотерия, и валит её на землю. Несколько секунд хищник удерживает добычу на земле, и в это время происходит главное действие – генетта-убийца наносит самке ндипинотерия глубокое ранение кинжалообразными клыками в основание шеи. Резко выдернув клыки из тела добычи, генетта-убийца отскакивает прочь, и останавливается в траве, тяжело дыша. Силовая борьба хищника и добычи не может продолжаться долго – защищаясь, травоядное животное может нанести хищнику опасную рану, или даже убить. Но самое главное сделано: смертоносный удар нанесён, и теперь заполучить добычу – дело времени.
Генетта-убийца спокойно наблюдает, как смертельно раненная самка ндипинотерия, пошатываясь, поднимается с земли и пытается догнать стадо сородичей. В воздухе разносится страшный запах крови, и стадо ндипинотериев в испуге движется быстрее. Самка пытается догнать сородичей, но слабеет с каждой секундой. Из её раны толчками бежит алая кровь, оставляя на земле заметный след. Постепенно огромный зверь истекает кровью и всё больше отстаёт от группы испуганных сородичей. Самка ндипинотерия пошатывается и хрипло дышит. Она сильно обескровлена, и ощущает недостаток кислорода. Она движется всё медленнее, с трудом переставляя ноги. Наконец, она теряет сознание и тяжело падает на землю.
Охота закончена. Когда генетта-убийца приблизилась к своей добыче, тело самки ндипинотерия уже сводили последние судороги. Лизнув кровь, ещё текущую из раны в основании шеи животного, генетта-убийца огляделась. Заполучив добычу, хищник должен быть очень осторожным, поскольку её легко могут отнять другие хищники, и даже просто собственные сородичи. Но генетта-убийца встречается в саванне относительно редко, как всякий охотник на очень крупных животных. Ближайший сородич, возможно, охотится или отдыхает за десять километров от неё. Но есть множество других любителей чужой добычи, и они постепенно начинают собираться.
Успех генетты-убийцы не остался незамеченным: его трудно скрыть. Запах крови разносится на сотни метров от убитого животного, и служит приглашением к обеду для многочисленных падальщиков. Самые быстрые и нетерпеливые из них приступили к трапезе едва ли не раньше самого охотника. Генетта-убийца погрузила клыки в шкуру на животе ндипинотерия, и рванула её на себя. Она оторвала огромный лоскут шкуры и мяса, и из разрыва в брюшине вывалились кишки животного. Вокруг морды генетты-убийцы, испачканной кровью, вьются мухи, а по шкуре убитого зверя ползают мелкие жуки. Генетта-убийца почти не обращает на них внимания, и лишь иногда встряхивает головой и чихает, когда неосторожное насекомое залезает прямо в ноздрю. Мухи и жуки – обычные спутники хищников и постоянные посетители на тушах убитых или издохших животных с незапамятных времён. Но в неоцене к ним прибавились более неожиданные спутники – бабочки. Меньше всего можно было бы ожидать появления этих хрупких и изысканных существ на окровавленной добыче хищника, но, тем не менее, в Северной Африке существует один вид бабочек, который питается исключительно кровью и тканевой жидкостью мёртвых животных. Эта бабочка называется скорбящий парусник, и отличается довольно крупным размером и характерной внешностью. Размах крыльев скорбящего парусника достигает приблизительно 15 см. Эта бабочка окрашена в белый цвет, который на наружном и заднем краях крыльев оттеняет чёрная кайма. Бабочки со строгой окраской летают над тушей животного, совершенно не боясь присутствия крупного хищника. Их собирается очень много на растерзанной туше ндипинотерия. Целым облаком скорбящие парусники вьются над головой генетты-убийцы, поедающей добычу. Одна за другой бабочки садятся на шкуру ндипинотерия, и, развернув тонкие хоботки, сосут кровь, сочащуюся из разорванной плоти, не обращая внимания на снующих вокруг мух и жуков. Некоторые, наиболее смелые из них, даже садятся на морду хищника. Генетта-убийца встряхивает головой, отгоняя назойливых насекомых, но это мало помогает ей – вспорхнув в воздух и немного покружившись, бабочки вновь садятся на шерсть хищника, испачканную кровью. Бабочки сосут кровь и мясной сок, пользуясь присутствием хищника возле добычи. Другие пожиратели падали пока ожидают своего часа: генетта-убийца может убить их самих, если они неосторожно приблизятся раньше. И этим моментом пользуются бабочки. Когда генетта-убийца насытится, они также будут вынуждены покинуть место пиршества – соседство других падальщиков опасно для них.
Пока генетта-убийца поедает мясо, на ветвях собираются пернатые, имеющие большие планы относительно остатков добычи. Главными пернатыми падальщиками африканской саванны являются попугаи-падальщики, птицы зелёного цвета с белыми пятнами под крыльями. Эти умные, но крикливые и шумные птицы собрались большой стаей, разглядывая сверху саблезубого хищника. Они вооружены мощными чёрными клювами, а передняя часть головы и грудь у них голая, как у грифов эпохи человека. Попугаи-падальщики никак не могут скрыть своего присутствия, и другие пожиратели падали прилетают, ориентируясь на их голоса.
По стволу дерева, облюбованного попугаями-падальщиками, ловко скачут две птицы величиной с ворону. Вначале на этом дереве появилась только одна птица, но затем к ней присоединился сородич. В отличие от попугаев, эти птицы держатся молчаливо. Спина и крылья у них такого же зелёного цвета, как у попугаев, но окраска остального тела совсем другая – оперение этих птиц серое с сизоватым оттенком. А на фоне зелёного оперения попугаев эти птицы выделяются благодаря ярко-оранжевым подвижным хохолкам. Очень характерная манера полёта, прямой острый клюв и лапы, на которых два пальца обращены вперёд, а два назад, выдают в этих птицах дятлов. Однако они оказались среди птиц, ожидающих очереди возле убитого животного, не случайно. Их напрямую интересует падаль, хотя дятлы, в отличие от попугаев-падальщиков, ожидают своей очереди весьма сдержанно. Это очень своеобразный вид, дятел, приспособившийся к питанию падалью, который называется дятел-костолом. Это семейная пара, которая уже много сезонов держится вместе, и совместно разыскивает падаль. Дятлы не любят, когда попугаи начинают проявлять агрессию к ним. Поэтому, когда один попугай-падальщик поднимает хохолок и пытается отогнать их, пара дятлов дружно демонстрирует ему острые клювы, громко и неприятно крича. Когда маленький конфликт оказывается исчерпанным, дятлы-костоломы начинают заниматься исключительно туалетом друг друга. Они нежно перебирают перья на хохолке гнездового партнёра, время от времени бросая взгляды на тушу ндипинотерия, терзаемую генеттой-убийцей.
Громкое хлопанье крыльев заставляет попугаев-падальщиков испуганно умолкнуть, а дятлы-костоломы в страхе бросились под прикрытие толстой ветки. На ствол дерева выше их опустилась ещё одна птица, немного похожая на них цветом оперения, но во много раз крупнее. У неё такое же серое оперение на туловище, но крылья бурые с двумя большими жёлтыми пятнами каждое, а хохол на голове ярко-красный. Это ещё один вид плотоядных дятлов Северной Африки – грифовый дятел. У него такое же голое лицо, как у попугаев-падальщиков, и это свидетельствует о том, что птица рассчитывает далеко не на остатки туши. Грифовый дятел держится среди прочих птиц уверенно и властно. Даже со сложенными крыльями он достигает метра в длину, а его прочный острый клюв – страшное оружие, которым птица пользуется решительно и метко. Когда грифовый дятел скачет по крупной ветви акации, её листья заметно трясутся. Грифовый дятел не намерен ждать, пока генетта-убийца завершит трапезу, но пока он не чувствует себя достаточно уверенным, чтобы бросить вызов главному хищнику саванны.
Грифовый дятел поднял голову, и громко закричал. Его голос, громкий гортанный крик, разнёсся далеко по окрестностям. И через несколько секунд такой же крик донёсся в ответ. Прошло несколько минут, в течение которых попугаи-падальщики могли позволить себе только тихие скрипучие звуки, а пара дятлов-костоломов вообще спустилась почти к основанию ствола дерева. И вскоре на дерево опустился ещё один такой пернатый гигант. Птицы приветствовали друг друга, подняв ярко-красные хохолки, и уже вдвоём взглянули вниз, туда, где пировала генетта-убийца. Пара грифовых дятлов – это сила, с которой нужно считаться даже крупному хищнику из числа млекопитающих.
Пока генетта-убийца кормится на туше ндипинотерия, птицы-падальщики скромно ожидают своей очереди, опасливо бросая взгляды на пару грифовых дятлов. Но эти птицы более не желают ждать, и пара гигантских дятлов дружно слетает с дерева и садится на тушу. Генетта-убийца поедает мясо в мягкой части туши – внутренности и бёдра добычи. А дятлы пытаются достать мясо на плече убитого ндипинотерия. Птицы проклёвывают шкуру, и по очереди вырывают клювом кусочки мяса, которые жадно заглатывают, подёргивая головой и шеей. Пока птицы кормятся вдалеке от генетты-убийцы, хищник не трогает их. Но гигантские дятлы постепенно приближаются к ней, отрывисто крича и поднимая красные хохолки. Генетта-убийца воспринимает их агрессию совершенно серьёзно – много лет назад она по неопытности чуть не лишилась глаза, пытаясь отстоять свою добычу у этих птиц. Но в надежде, что дятлы отступят, генетта-убийца широко разинула пасть и громко зарычала. Её действия, однако, имели прямо противоположный эффект – грифовые дятлы раскрыли крылья, громко закричали и начали делать резкие выпады клювами в сторону хищника. Их клювы – грозное оружие, силу которого генетта-убийца не желает испытывать во второй раз. Поэтому хищник постепенно отступает, и принимается обгладывать заднюю часть бедра туши. А грифовые дятлы начали рыться в разорванной брюшной полости ндипинотерия, вырывая куски мяса. И лишь скорбящие парусники совершенно не отреагировали на «смену власти» возле туши. Они по-прежнему продолжили насыщаться кровью и мясным соком, не обращая внимания на грифовых дятлов. Видя успех пары грифовых дятлов, другие птицы постепенно осмелели. Несколько попугаев-падальщиков спустилось на землю, но они не решаются подойти к туше и держатся за спиной хищников. Когда грифовые дятлы начали атаковать генетту-убийцу, дятлы-костоломы поднялись как можно выше по стволу дерева. Они не спешат, но терпеливо ожидают своей очереди. У них никто не отнимет их часть добычи, поскольку мало кто умеет есть то, что едят эти дятлы.
Генетта-убийца с длинными сабельными клыками может съесть весьма немного даже от крупной добычи – только самые мягкие части туши. Она поедает только мясо на задней части тела добычи, и съедает часть мягких внутренностей. Сабельный клык – эффективное средство для охоты на крупных животных. Но одновременно это очень хрупкое оружие и большая помеха во время еды. Поэтому генетта-убийца даже не пытается сгрызать мясо с рёбер добычи, опасаясь сломать клыки. Когда грифовые дятлы начали отгонять её от добычи, она успела съесть достаточно, чтобы оставить большую часть добычи падальщикам. Проглотив несколько кусков мяса, генетта-убийца поднимается, потягивается и уходит, помахивая длинным хвостом. Теперь настало время плотоядным животным помельче приступать к обеду.
Когда хищник удалился в кусты, туша ндипинотерия почти сразу же была накрыта множеством тел животных, которые дождались своего часа. Скорбящие парусники моментально взлетели с туши, и начали постепенно разлетаться. Зато многочисленные попугаи-падальщики начали жадно сгрызать мясо с костей. Их крючковатые клювы раздирают шкуру ндипинотерия и перекусывают даже прочные связки. А среди их стаи, словно демоны, возвышаются огромные грифовые дятлы. Эти птицы держатся среди попугаев-падальщиков уверенно и агрессивно, пользуясь своими крупными размерами. Грифовые дятлы могут питаться только мягким мясом и не умеют обгрызать его с костей. Поэтому они бесцеремонно расталкивают попугаев, и иногда делают выпады острыми клювами, заставляя попугаев уступать место на трупе. Эти птицы добираются до частей туши, где осталось мясо, не съеденное генеттой-убийцей, и начинают выклёвывать его. Грифовые дятлы селятся парами на обширной территории, и очень привязаны друг к другу. Поэтому даже во время дележа добычи они держатся вместе. Они питаются добычей крупных хищников, и потому ревностно охраняют свою территорию от сородичей. Их инстинкт защиты территории настолько силён, что они нападают на более мелких сородичей близких видов, которые хоть немного похожи на них окраской. Именно поэтому дятлы-костоломы скрываются от этих гигантов на дереве.
Грифовые дятлы первыми среди падальщиков начинают кормиться, и первыми заканчивают есть. Они могут съесть очень немногие части туши, и делают это быстрее, чтобы опередить других падальщиков. Обе птицы жадно выклёвывают мясо, и глотают его большими кусками. Попугаи-падальщики по опыту знают, что к этим птицам лучше не приближаться, когда они кормятся. Поэтому они стараются держаться подальше от грифовых дятлов, которые чувствуют себя хозяевами положения. Когда одна неопытная молодая птица оказывается слишком близко к грифовому дятлу, гигант издаёт рокочущий гортанный крик, и возле спины попугая щёлкает острый клюв. Этого предупреждения вполне достаточно, чтобы птица посторонилась. Во время пиршества грифовые дятлы приобретают жуткий облик: их оголённая кожа на голове и шее забрызгана кровью, и эти птицы напоминают каких-то кошмарных чудовищ. Они отрывают большие куски мяса и заглатывают их целиком. Эти птицы весьма прожорливы, и иногда съедают мяса больше, чем нужно. После такого пиршества грифовый дятел вынужден отрыгнуть часть проглоченной пищи, чтобы взлететь. Если же птица питалась регулярно, она не допускает этого и всегда готова подняться в воздух.
Насытившись, грифовые дятлы спрыгивают с туши ндипинотерия, и некоторое время чистятся, неуклюже сидя на земле. Их оперение испачкано кровью, обрывками мяса и даже содержимым кишечника ндипинотерия. Поэтому, прежде чем улететь, птицы обязаны поухаживать за оперением. Перепархивая на несколько метров, грифовые дятлы движутся к соседнему дереву, возле которого есть неглубокая яма с сухой песчаной почвой. Это пылевая ванна, в которой местные животные приводят в порядок шерсть или оперение. Птицы долетают до неё, и с наслаждением опускаются на землю, поднимая вокруг себя тучу пыли. Испуганная их приближением, мелкая ящерица выскочила из песка, и скрылась в тени кустарника. Голодный грифовый дятел легко смог бы поймать её, но сейчас обе птицы сыты, и их интересует только собственная чистота. Грифовые дятлы с удовольствием купаются в песке, набрасывая его на себя движениями крыльев. Затем они встряхиваются, немного чистятся, и снова ложатся в пыль. Гигиеническая процедура длится долго – около двадцати минут.
Приведя оперение в порядок, грифовые дятлы взлетают на дерево. Уцепившись за его ствол, птицы встряхиваются, вычищая из перьев остатки пыли, и некоторое время сидят на стволе, раскрыв крылья и подставив спину солнцу. Это естественная дезинфекция, подобное поведение встречалось у грифов эпохи голоцена. Сходный образ жизни приводит к выработке более-менее сходных особенностей поведения.
Посидев под солнечными лучами, оба грифовых дятла взлетают, и через несколько минут скрываются в зарослях в нескольких сотнях метров от места пиршества. Всё время, пока сытые грифовые дятлы чистили оперение, попугаи-падальщики поедали мясо ндипинотерия. У попугаев клюв превосходно подходит для того, чтобы разрывать сухожилия и связки, и раскусывать хрящи. Эти птицы не столь специализированы, как грифовые дятлы, и на их долю остаётся ещё много съедобных частей туши, когда гигантские дятлы улетают. На голоса пирующих попугаев-падальщиков слетаются сородичи, и тушу ндипинотерия окружают уже несколько сотен птиц. Они ведут себя очень шумно, и между особями из разных стай часто случаются потасовки.
Крючковатые клювы попугаев-падальщиков помогают им очищать от мяса рёбра ндипинотерия. Постепенно усилиями плотоядных попугаев на костях остаётся всё меньше мяса. Этого терпеливо ждали дятлы-костоломы. Они не претендуют на чужую долю добычи, поскольку питаются весьма специфическим кормом, достать который может не всякое животное. Пара этих птиц слетает с дерева, и присоединяется к пиршеству попугаев. Птицы добираются до прочных трубчатых костей ног ндипинотерия, и начинают расклёвывать головки суставов. Плотные связки легко поддаются ударам острых клювов, и дятлы-костоломы переходят к разрушению губчатых головок костей. Это также несложно сделать, и после недолгой работы дятлы добираются до внутренней полости кости. Здесь скрыт их излюбленный корм – костный мозг. С помощью длинного языка пара дятлов по очереди вылизывает костный мозг из плечевой кости ндипинотерия. Но кость длинная, и дятлы не достают пищу, скрытую в глубине. Тогда самка дятла-костолома просто садится на кость животного, и долбит в ней отверстие недалеко от края. Через него обе птицы продолжают вылизывать костный мозг. Затем они пересаживаются на заднюю ногу туши ндипинотерия, и повторяют те же действия. Птицы останутся возле туши, ожидая, пока благодаря усилиям других падальщиков окажутся доступными кости ещё двух ног ндипинотерия. Но, пока наступит этот момент, они используют ещё один источник корма, также мало кому доступный.
Череп ндипинотерия очень прочен. Во время внутривидовых поединков самцы пользуются головами, чтобы нанести противнику удар. Нападая на самку ндипинотерия, а затем поедая тушу, генетта-убийца даже не пыталась его прокусить, опасаясь сломать клыки. Клювы попугаев-падальщиков также мало подходят для этой цели: птицы могут прокусить череп небольшого животного одним укусом, но череп ндипинотерия слишком велик, и они не могут раскрыть рот так широко. Зато дятел-костолом легко справляется с этой задачей. Сильными ударами клюва одна из птиц вскрывает черепную коробку, и пара птиц начинает кормиться мозгами убитого животного. Эта часть добычи принадлежит только им, и попугаи-падальщики даже не пытаются воспользоваться ею.
В саванне очень выгодно уметь использовать в пищу остатки добычи хищников. Самое главное – самому не стать этой добычей. Но при возможности жертвы также не упускают случая стать хотя бы отчасти плотоядными. Недалеко от туши ндипинотерия шевелятся кусты, и к туше приближаются несколько крупных животных. Они похожи телосложением и размером на медведя, но на самом деле являются грызунами. Это крысы-траворезы, громадные, но безобидные обитатели саванны. В обычной жизни они предпочитают держаться подальше от генетты-убийцы, но её добычу они поедают очень охотно, если получат возможность.
Остановившись недалеко от туши ндипинотерия, крысы-траворезы поднимаются на задние лапы, и начинают оглядываться и нюхать воздух. В этой группе семь взрослых грызунов и трое подростков. Если возле туши затаился хищник, такая демонстрация размеров и силы подействует на него весьма внушительно. Даже одинокая крыса-траворез может быть опаснейшим противником, а группа – это сила, с которой стоит считаться.
Попугаи-падальщики обратили внимание на появление этих грызунов, и заметно притихли. А некоторые наиболее осторожные из них вовсе взлетели на дерево. Дятлы-костоломы тоже прекратили лакомиться мозгом убитого ндипинотерия, и стали встревожено оглядываться. А крысы-траворезы, убедившись в безопасности, приближаются к туше ндипинотерия, распугивая птиц. Когда они принялись за еду, попугаи-падальщики взлетели на дерево, и оттуда стали наблюдать за громадными грызунами. Дятлы-костоломы, напротив, продолжили лакомиться мозгом ндипинотерия.
Крысы-траворезы поедают остатки мяса, с хрустом сгрызая его с костей, и с удовольствием грызут хрящи. Сильными резцами они разгрызают грудную кость ндипинотерия, и поедают его рёбра, круша и разжёвывая кости вместе с остатками мяса. Морды гигантских грызунов окрашены кровью, и в этот момент нельзя даже подумать, что в иное время эти животные – мирные травоядные. Поедание падали – это вынужденная необходимость: так крысы-траворезы восполняют дефицит белков в растительной пище.
Дятлы-костоломы ощущают явное неудовольствие от того, что рядом с ними кормятся гигантские грызуны, которые явно сильнее их. И это состояние птиц вполне оправдывается: одна из крыс-траворезов приблизилась к ним. Она несколько секунд принюхивалась, а затем с низким горловым рычанием поднялась на задние лапы, и с силой опустилась на все четыре. Дятлы-костоломы, испуганные такой демонстрацией, взлетают, и садятся на ствол дерева, растущего неподалёку. Здесь им явно больше нечего делать – грызуны не оставят им ничего съедобного. Отпугнув дятлов-костоломов, гигантский грызун обнюхивает отверстие в черепе ндипинотерия, пробитое птицами. Затем крыса-траворез широко разевает рот, и мощными резцами вскрывает череп ндипинотерия. Она с довольным фырканьем принимается вылизывать остатки мозга животного, а затем начинает обдирать кожу с головы трупа. Наградой за эту работу ей становится немного мягкого мяса.
Пиршество крыс-траворезов продолжается почти до заката. После их кормления от трупа ндипинотерия остаются только обглоданный позвоночник и тазовые кости, и разгрызенные остатки остального скелета с клочьями шкуры. Пока грызуны кормились, птицы-падальщики постепенно разлетались, потеряв всякую надежду получить ещё хоть немного пищи.
Четвероногие пожиратели падали съедают большую часть мягких тканей на трупе. Но, когда они уходят, на остатках туши есть ещё немало съедобного для других животных – самые крупные кости, значительная часть шкуры с мягкими тканями и остатками жира на внутренней стороне. Самыми первыми на делёж добычи генетты-убийцы пришли беспозвоночные, и они уйдут с неё самыми последними, оставив после себя весьма немного.
Над остатками туши ндипинотерия кружатся мухи. Их великое множество, чем пользуются птицы – они проносятся сквозь стаю насекомых, схватывая их на лету. Мухи – самые главные падальщики саванны. Каждая муха в отдельности – маленькое и слабое существо. Но десятки тысяч мух – это нечто гораздо более прожорливое, чем даже генетта-убийца. Мухи откладывают на кости и шкуру яйца, из которых быстро выводятся личинки. Эти мягкотелые создания выпускают пищеварительный фермент прямо на мясо и кости, а затем слизывают получившийся «бульон». Их не останавливает даже начало процессов разложения, из-за которых останки ндипинотерия начинают отвратительно пахнуть. То, что отвращает других животных, насекомые могут расценивать как приглашение к обеду.
Тысячи белых и желтоватых личинок мух копошатся на останках ндипинотерия, пожирая всё, что годится в пищу. Среди них ползают коричневые и чёрные личинки жуков. Некоторые из них поедают то же самое, что и личинки мух, а другие едят самих личинок. Личинки мух растут очень быстро. Когда приходит время окукливаться, они падают с останков животного вниз, в землю. Закопавшись, личинка через несколько дней превращается в муху. Но далеко не все из них смогут пройти полный цикл развития. И виной этому – крохотный убийца, который носит ослепительно яркий наряд.
Жирная личинка мухи выползает из полости в позвоночнике ндипинотерия, и падает на землю. Она несколько минут лежит, лишь слегка двигаясь, а затем начинает рыть вертикальную норку, в которой сможет окуклиться. Но ей явно не суждено этого сделать. Рядом с личинкой мухи земля шевелится, и из неё появляется ярко-зелёный паук с белым пятном на головогруди и благородным шелковистым блеском от множества волосков на теле. Паук молниеносно бросается на личинку, убивает её укусом, и быстро закапывается вместе с добычей. Рядом появляется ещё один такой же паук. Он схватывает другую личинку, и тоже бросается в укрытие. Этот яркий вид пауков – трупный паук-красавчик, представитель бродячих пауков. Словно вольный охотник, это беспозвоночное разыскивает добычу, не строя ловушек. Яркая окраска с металлическим блеском сигнализирует другим животным, что этот паук обладает ядовитым укусом. Ярко-зелёные пауки – это самки. Самцы трупного паука-красавчика выглядят иначе, и ведут иной образ жизни. Это ярко-рыжие пауки с белыми кончиками передних ног, длиной едва ли не вдвое меньше самок. Они лазают по костям ндипинотерия, или роются в полуистлевшей шкуре трупа, выискивая мелких личинок жуков, мух и молей. Эти пауки ищут трупы животных по запаху, и поселяются возле них, когда останки, пока не съеденные другими трупоедами, начинают разлагаться. Туша ндипинотерия становится колоссальной приманкой для насекомых, и трупные пауки-красавчики несколько дней живут, окружённые изобилием пищи.
Многие ндипинотерии не умрут своей смертью, а станут добычей разных хищников. Это вполне естественное положение дел в природе. Некоторых погубят голод и засуха, а других – болезни. В природе естественная смерть – достаточно редкое явление. Но, пока ндипинотерии достаточно сильны, чтобы бороться с врагами и противостоять неблагоприятным условиям окружающей среды, они делают это. Ндипинотерии – успешная группа африканских травоядных. Самый крупный вид этих животных обитает в саванне, а его более мелкие родственники живут в лесах и горах, лишь немного заходя в Южное полушарие.
Ндипинотерии и плоскороги, которые бродят по саваннам Северной Африки, являются свидетельством эволюционного успеха примитивных копытных животных – даманов. Кроме них, Африку населяют другие крупные потомки даманов: в болотах и мангровых зарослях водятся массивные ипопо, ведущие полуводный образ жизни. Но обитатели саванн встречаются с ними лишь случайно.
Потомки дамана сохранили одну интересную поведенческую особенность этих животных: они не рассеивают помёт по саванне, а оставляют его в строго определённых местах. Это сложно совместить с образом жизни крупных животных, которые вынуждены постоянно перемещаться по саванне, но всё же оригинальный компромисс был найден.
В саванне часто встречаются огромные зловонные навозные кучи – это и есть следы пребывания ндипинотериев. Такие кучи встречаются в саванне преимущественно вдоль маршрутов, которые веками используются стадами этих животных. Каждая навозная куча существует много месяцев, и даже несколько лет подряд, и постоянно подновляется. Она имеет не только сугубо утилитарное назначение: навозная куча служит своеобразной «доской объявлений» для ндипинотериев. Прежде, чем добавить в куче свой навоз, животные обнюхивают то, что оставили другие животные. По запаху помёта животные могут узнавать друг друга, даже если стада, в которых они живут, не встречались много лет. Также они могут по запаху определять физическое состояние друг друга, оценивать кондицию соперника или готовность самки к спариванию.
Вокруг навозной кучи почва вытоптана и обильно пропитана мочой. Поэтому мало какая трава может расти в радиусе трёх – четырёх метров от неё. Зато сама куча является местом сосредоточения жизни.
Стадо ндипинотериев приближается к одной из таких куч. Видно, что навозная куча давно не посещалась этими животными – верхний слой навоза ссохся в плотную корку. В некоторых местах эта корка треснула, и из неё торчат яйцевидные шляпки белого цвета. Это растёт один из представителей обычного населения навозных куч – гигантский навозный гриб. Плодовые тела этого гриба пробивают корку навоза, и разрастаются на навозной куче огромными полуметровыми зонтиками, белыми с красно-коричневой изнанкой.
Навоз служит домом и пищей не только грибам. Когда ндипинотерии приблизились к куче навоза, с неё взлетела туча мух, а из какого-то укрытия выскочил небольшой паук, и скрылся в траве. Взрослые ндипинотерии начали обнюхивать засохший навоз, и одновременно с удовольствием поглощать плодовые тела гигантского навозного гриба. Съев крупные грибы, один из ндипинотериев подцепил резцом корку навоза и отбросил её в сторону. Под ней обнаружились молодые плодовые тела гигантского навозного гриба. Зверь осторожно захватил губами несколько молодых плодовых тел, ещё не успевших развернуться, и с удовольствием проглотил.
Получив всю необходимую информацию и съев все грибы, ндипинотерии один за другим разворачиваются к навозной куче задом, и поверх высохшей корки ложится свежий слой навоза. Животные сменяют друг друга и отходят в сторону, пока их сородичи опорожняют кишечник. Когда последний член стада завершил своё дело, ндипинотерии зашагали прочь. Эти звери находятся в постоянном движении – если они слишком надолго остановятся в какой-то местности, их пребывание может стать разрушительным для растительности.
Мало кто из ндипинотериев заметил, как со спины одного из животных слетел крупный жук с золотистым металлическим блеском, и сел на свежий навоз. Другой зверь, однако, почувствовал нечто другое – его очень больно укусил слепень гигантских размеров.
Жук и слепень – это представители лишь двух видов из своеобразного сообщества беспозвоночных, которое складывается на навозных кучах ндипинотериев. Навоз крупных травоядных является достаточно богатым источником пищи для тех, кто умеет использовать её. Он содержит большое количество непереваренных растительных остатков – волокон, оболочек семян, неразжёванных целых семян. Изобилие этого источника пищи стимулировало эволюцию животных, использующих его на разных стадиях жизненного цикла.
Крупное кровососущее двукрылое доставляет немало неприятностей ндипинотериям. Когда животные пасутся, их атакует слепень ндипинотерия – одно из самых крупных кровососущих насекомых Земли. Этот слепень длиной до 45 миллиметров старается пить кровь в местах, где у ндипинотериев самая тонкая кожа. Он атакует пах и подмышечные области зверей, а также кусает их в голову и уши. Места, укушенные этим светло-серым гигантом, сильно зудят, поэтому животные сильно беспокоятся, если слепней слишком много. У ндипинотериев нет хвоста, как у лошади или коровы, поэтому они не могу отгонять от себя докучливых насекомых. Но птицы помогают им справиться с этой бедой. Они садятся на спину этих животных, и ловкими бросками настигают слепней. Но не всякий слепень становится их добычей, и многим из них удаётся дать начало новому поколению.
Самка слепня ндипинотерия ищет навозную кучу. Она взлетает высоко над деревьями, пытаясь обнаружить поток воздуха, несущий отголоски запаха, который другим животным мог бы показаться отвратительным. Утром эта самка успешно кормилась на теле одного из ндипинотериев, ловко увернулась от какой-то птицы, которая погналась за ней, и потом провела несколько часов в укрытии. В это время высосанная кровь переварилась, и в её организме созрела порция яиц, которые необходимо отложить в навоз ндипинотерия. Наконец, её рецепторов достигает слабый отголосок желанного запаха, и полёт самки слепня ндипинотерия становится более определённым и быстрым. Преодолев около километра, насекомое находит источник запаха – кучу сравнительно свежего навоза, который был оставлен не более, чем за сутки до её прилёта. Самка слепня здесь не первая – многие насекомые обитают возле навозных куч постоянно. Множество мух различного цвета и размера сидит на навозе, высасывая из него крохи жидкости. Но они взлетают, когда самка слепня ндипинотерия пролетает над ними – они вполне оправданно опасаются насекомых такого сложения. Грузная самка слепня делает несколько кругов над кучей навоза, анализируя запах. Наконец, она находит место, подходящее только по одной ей известным признакам. Сев на навоз, самка слепня быстро откладывает яйцо, погрузив кончик брюшка глубоко в навоз. Затем она взлетает и ищет другое место, где всё повторяется. Самка примерно полтора десятка раз повторяет этот маневр – ей надо рассеять личинок как можно реже, чтобы они не встретились. Личинки слепня ндипинотерия – активные хищники, которые при случае могут быть каннибалами. Поэтому избыточная плотность поселения личинок слепня вредна для выживания вида.
Пока одна самка слепня ндипинотерия была занята кладкой яиц, над навозной кучей появилась другая самка этого же вида. Она также ищет место для кладки. Но двум самкам одновременно опасно встречаться на навозной куче – одна из них должна искать себе другое место для кладки. В противном случае личинки двух разных самок будут конкурировать, и, возможно, охотиться друг на друга. Поэтому самка слепня, прилетевшая первой, немедленно реагирует на появление сородича. Она взлетает, и обе самки встречаются в воздухе. Над навозной кучей разыгрывается настоящий воздушный бой. Первая самка слепня ндипинотерия пытается отогнать вторую от навозной кучи: она держится между кучей и второй самкой, бросаясь ей навстречу, когда она пытается приблизиться. Вторая самка не спешит сдаваться: она резко набирает скорость и пытается оторваться от преследователя. Но она отлично видна первой самке: на теле слепней этого вида продольные полоски из волосков отражают ультрафиолетовый свет, и в ясный солнечный день эти слепни распознают сородичей на большом расстоянии. Первая самка не спешит бросаться в погоню за второй: она предпочитает остаться возле навозной кучи. Поэтому, когда вторая самка слепня улетает, первая самка продолжает прерванное занятие. Она откладывает в навоз ещё несколько яиц, и улетает. Инстинкт велит ей искать другую навозную кучу, чтобы её потомство не страдало от последствий перенаселения. Но, когда она улетает, над навозной кучей появляется вторая самка этого вида – та самая, которую прогнала первая самка. Теперь она совершенно спокойно откладывает яйца в ту же самую кучу. Когда она улетит, возможно, прилетит ещё несколько самок слепня ндипинотерия. Таким образом, каннибализм среди их личинок оказывается неизбежностью.
Вторая самка слепня точно так же тщательно выбирает место для кладки яиц, и оставляет яйца по одному на небольшой глубине в разных частях навозной кучи. Когда она садится отложить последнее яйцо, она случайно задевает тонкую шёлковую ниточку, которая тянется по высохшей корке навоза.
Это случайное прикосновение оборачивается для самки слепня катастрофой. В нескольких сантиметрах от неё внезапно открывается замаскированный вход в вертикальную норку, и оттуда выскакивает небольшой паук. Он одним прыжком настигает самку слепня, наносит ей смертельный укус, и пятится в норку, утаскивая убитое насекомое. По иронии судьбы, первая самка слепня ндипинотерия отложила яйцо всего в нескольких сантиметрах в стороне от места маленькой драмы. Если бы она коснулась другой нити паутины, протянутой от края норки паука, её постигла бы такая же участь.
Слепень стал жертвой одного из постоянных обитателей навозных куч – навозного паука-красавчика. Это близкий родственник вида, питающегося личинками насекомых на трупах животных. Однако различия в окраске и образе жизни не позволяют спутать эти два вида. Удачливым охотником оказалась самка паука. Её окраска чем-то напоминает тлеющий уголёк: передняя часть её тела коричневая с чёрными крапинками, большая часть тела малиново-красная с металлическим блеском, и только кончик брюшка оранжевый. Волоски, покрывающие тело этого паука, имеют шелковистый блеск, что делает паука ещё красивее.
Самка навозного паука-красавчика – скрытное существо. Она предпочитает охотиться из засады. В свежем навозе ндипинотерия этот паук выкапывает вертикальную норку глубиной приблизительно в четыре собственных длины. Стенки норы оплетены паутиной, по которой хозяйка норы передвигается, как по лестнице. Близ краёв норы паутина образует сплошное кольцо, от которого отходят прочные тонкие сигнальные нити. Когда насекомые задевают их ногами, паук выскакивает из норы, и хватает добычу. Для маскировки самка навозного паука-красавчика прикрывает вход в нору лёгкой и незаметной при взгляде снаружи крышкой. Для этого она заплетает паутиной кусок сухого навоза, а сбоку приклеивает остатки растений или другие лёгкие предметы. Сидя в норе, паук удерживает крышку передней парой ходильных ног, а насекомых захватывает педипальпами.
Самка слепня ндипинотерия случайно задела ногой одну из сигнальных нитей, ведущих в нору навозного паука-красавчика, и была атакована. Умертвив её одним укусом, паук высосал слепня досуха, а затем выбросил пустую шкурку наружу, слегка приподняв крышку норы.
Навозный паук-красавчик – не единственный вид, который роет норы в навозных кучах. В толще полуразложившегося и свежего навоза роют ходы многочисленные виды насекомых. Самые широкие норы уходят в толщу навоза вертикально на глубину до 50 – 60 см. Их выкопали личинки навозников-титанов – гигантских навозных жуков неоцена. Эти личинки строят в навозе вертикальные шахты, и по мере добавления сверху новых слоёв навоза роют нору через них всё выше и выше. Личинки навозников-титанов отличаются гигантскими размерами: их длина достигает 20 сантиметров. Эти существа непрерывно пожирают навоз, которым их щедро снабжают ндипинотерии, «отмечаясь» на навозной куче. Нора представляет собой не только убежище, но и ловушку: личинка навозника-титана охотно пожирает червей и личинок других насекомых, которые попадают к ней в нору.
Взрослые навозники-титаны – великолепные жуки. Самцы этого вида насекомых значительно крупнее самок из-за наличия длинного рога на переднеспинке, который изогнут вперёд. Этих насекомых сложно не заметить: навоз – слишком неудачная оправа для столь великолепного творения природы. Надкрылья самца навозника-титана горят золотом в лучах солнца, когда этот жук ожидает появления на навозной куче самок, а переднеспинка, рог и голова резко контрастируют с их блеском своим чёрным цветом с благородной «сединой» из множества белых волосков. Самец не прячется – благодаря размерам ему нечего опасаться большинства птиц, обитающих в саванне. Сидя на вершине навозной кучи, он не только ожидает самку, но и заявляет другим самцам о том, что территория занята. Но, как правило, соперник появляется значительно раньше, чем самка.
Появление другого самца этого вида жуков не только прекрасно видно, но и слышно ещё до того, как оба жука увидят друг друга. Массивный самец, привлечённый запахом и видом навозной кучи, приближается. Но, подлетев поближе, он замечает, что на приглянувшейся ему территории уже есть хозяин. Самец-хозяин не спешит подниматься в воздух: эти жуки ведут турниры на земле. Но он слегка раскрывает надкрылья, тогда становится заметным синий блеск сегментов его брюшка. Это не останавливает претендента, и тот приземляется на навозную кучу. Такое поведение – явный вызов, и жук-хозяин спешит навстречу дерзкому сопернику.
Оба самца встречаются на подсушенном солнцем склоне навозной кучи. Они стоят друг друга: оба жука находятся в прекрасной физической форме. Вряд ли один уступит другому территорию без боя. И оба огромных жука, распугивая мух и более мелких жуков, спешат навстречу друг другу, чтобы схватиться в бою. Самцы навозника-титана сталкиваются лоб в лоб, и пытаются оттеснить друг друга с кучи, толкаясь лбами. Хозяин территории находится в лучшем положении – он ползает выше по склону, чем претендент, и ему легче теснить массивного соперника. Когда жуки сталкиваются лбами, слышится довольно громкий звук. Но в этот момент претендент случайно или намеренно применил хитрость: он зацепился рогом за рог жука-хозяина, и повис на нём. Не удержавшись на склоне кучи, оба жука свалились на землю. Расцепившись, они почти одновременно взлетели, и встретились уже на вершине навозной кучи. И сражение между ними закипело с новой силой. Жук-хозяин попытался подцепить претендента на территорию своим рогом, но его противник сумел увернуться и оттолкнуть его ногой. Развернувшись, он сам попытался контратаковать, и это почти удалось: он поддел жука-хозяина рогом, и едва не прижал его движением головы к рогу, растущему на переднеспинке. Эти два рога образуют сильные клещи, и из их захвата жуку невозможно выбраться. Но рог с переднеспинки жука-претендента лишь скользнул по краю надкрыльев жука-хозяина, и клещи захлопнулись впустую. Зато жук-хозяин сумел применить этот же приём более успешно. Его рог подцепил претендента под грудные сегменты, а рог с переднеспинки прочно упёрся прямо в щель между надкрыльями противника. Когда он приподнялся, ноги претендента оторвались от поверхности навозной кучи, и он оказался совершенно беспомощным. Жук-хозяин держал его зажатым между рогов несколько минут, а затем медленно ослабил хватку. Его претендент вывалился, и скатился с навозной кучи вниз. Перевернувшись на спину, он несколько минут беспомощно шевелил ногами в воздухе, прежде чем смог зацепиться ногой за травинку и перевернуться на ноги. Он раскрыл крылья, грузно взлетел и вскоре скрылся из виду. А самец-победитель, утвердив ещё раз своё право на территорию, начал ожидать самок.
Самец навозника-титана знает, что должно случиться, прежде чем на навозной куче появится хотя бы одна самка. Для этого сюда должны прийти ндипинотерии, и сделать то, что они обычно делают в такой ситуации. Поэтому жук терпеливо ждёт.
Гулкие звуки шагов целого стада огромных животных заставляют обитателей навозной кучи встревожиться. Личинки навозника-титана спешно спускаются на дно нор, а навозные пауки-красавчики, напротив, покидают норы и уползают в траву. Приближение ндипинотериев означает грядущие перемены в жизни мелких обитателей навоза.
Животные окружают кучу навоза, и первым делом обнюхивают её. А самец навозника-титана взлетает с громким жужжанием, заставляя одного ндипинотерия испуганно отпрянуть. Он сидит в траве в стороне от стада, пока навозная куча пополняется свежим слоем навоза. А когда ндипинотерии собираются уходить, самец навозника-титана слышит звук, который ждал уже давно. Это жужжание особого тембра может означать лишь одно – на куче навоза появилась самка. Она не возникла ниоткуда: самки навозника-титана путешествуют прямо на ндипинотериях. Это связано с тем, что для кладки яиц им нужен исключительно свежий навоз ндипинотерия. А получить его проще всего, находясь на непосредственном источнике навоза – на самом животном. Самки навозника-титана также являются крупными насекомыми, поэтому они вынуждены прятаться от птиц на животе или на внутренней стороне ног животного.
Самка навозника-титана торопливо откладывает яйца в свежий навоз ндипинотерия. В каждую навозную кучу она откладывает до десятка яиц, равномерно распределяя их по куче. И сразу после кладки она вновь готова к спариванию. Это прекрасно знает самец навозника-титана. Поэтому, когда ндипинотерии ушли, он быстро взлетел, и среди острого запаха навоза быстро нашёл запах самки. Пока самка занималась кладкой, самец находился рядом, охраняя её от других самцов. Но, когда последнее яйцо было отложено, самец направился к самке, демонстрируя себя. Он начал шагать возле самки, приподнявшись на всех ногах, чтобы казаться крупнее. А затем последовало быстрое спаривание, и самец покинул самку. Инстинкт велит ему ожидать самок на кучах навоза, которые некоторое время не посещались животными. А самка летит по следу стада ндипинотериев, которые принесли её на эту навозную кучу. Она отыщет этих животных через несколько часов, и будет какое-то время ехать на теле одного из этих зверей – до новой навозной кучи. И уже там, совсем в другом месте, она отложит яйца, оплодотворённые этим самцом.
Когда ндипинотерии покинули навозную кучу, её обитатели начали возвращаться к привычной жизни. Тяжёлый запах навоза ндипинотериев привлёк тысячи мух, и они живым ковром покрыли поверхность навоза. Мухи жадно слизывают капли влаги, сочащиеся из навоза. Рядом с ними, однако, кормятся легкокрылые и хрупкие бабочки нескольких видов. Эти насекомые также не отказываются от столь непривлекательного «угощения», и охотно погружают хоботки в навоз. Для них это источник минеральных веществ, а не основная пища.
Зато сами насекомые являются пищей для других обитателей навозной кучи. Резкими прыжками на кучу навоза взбирается самка навозного паука-красавчика. Пока её не интересуют насекомые, кружащиеся над ней. Она охотится из засады, и должна как можно быстрее построить новое укрытие, поскольку её прежнее жильё теперь погребено под десятками килограммов навоза. Строительство проходит быстро: самка выбирает место на границе между свежим и подсохшим навозом, и начинает рыть нору. Она пользуется задней парой ног, на которых развивается подобие лопаток как раз для подобной цели. Самка паука выкапывает нору, погружаясь в субстрат задом и отгребая навоз вперёд из-под брюшка. В это время она ведёт себя очень настороженно, и принимает агрессивную позу, когда над ней пролетают птицы, и даже бабочки. Пока у неё нет норы, единственным средством защиты для неё остаётся сильный яд. Через полчаса интенсивной работы нора выкопана уже приблизительно на две длины тела паука, и выбрасывать комья навоза становится труднее. Теперь самка выносит куски навоза по одному, и быстро скрывается в норе. На поверхности кучи она работает очень быстро, передвигаясь резкими прыжками. В это время её покровы красиво сверкают на солнце.
Приблизительно через два часа после начала работы новая нора готова. Последним штрихом в строительстве является разглаживание стенок, которое паук производит с помощью двух задних пар ног. Теперь самка начинает приводить себя в порядок. На педипальпах этого паука развиты своеобразные «гребешки» из жёстких волосков, с помощью которых паук счёсывает с себя прилипшие частицы навоза, и заодно удаляет с себя клещей, которые в изобилии водятся на навозных кучах. После того, как нора построена, самка навозного паука-красавчика обивает стены укрытия редкой паутинной сеткой, по которой удобнее выползать из норы. А по краю норы она протягивает сигнальные нити. Для этого самка быстрым прыжком выскакивает из норы, приклеивает кончик нити к выступу на поверхности навоза, и другим прыжком возвращается в нору, одновременно протягивая к входу тонкую паутинную нить. Она повторяет эту операцию несколько раз, и вскоре вся окружность норы оказывается покрытой сигнальными нитями. Концы этих нитей соединяются с паутинной сеткой по краю норы. Держа ноги на паутине, самка навозного паука-красавчика может держать под контролем всё, что делается в окрестностях её норы. В завершение приготовлений к охоте самка сплетает несколько кусочков сухого навоза паутинными нитями, изготавливая крышечку для норы. Когда нора закрыта, только очень внимательный взгляд сможет определить присутствие затаившегося паука.
Навозная куча полна яиц разных видов насекомых – мух, слепней, жуков. Большинство этих яиц будет уничтожено другими обитателями навоза – мелкими, но вездесущими клещами. Они малы, но их великое множество, и они размножаются очень интенсивно. Практически каждое насекомое, севшее на навозную кучу, уносит на своём теле нимф этих клещей. Благодаря такому способу расселения клещи встречаются в каждой навозной куче. Тем не менее, несмотря на наличие таких врагов, из части яиц всё же выводятся личинки, и их количество вполне достаточно, чтобы обеспечить воспроизводство вида. В противном случае естественный отбор давно отбросил бы такую жизненную стратегию.
Из яиц, отложенных самками слепней ндипинотерия, выводятся слепые мягкотелые личинки. Они напоминают червей и имеют полупрозрачные покровы тела, сквозь которые хорошо видны их внутренние органы. Но, несмотря на такой облик, личинки вовсе не беззащитны. Напротив, они являются самыми опасными хищниками навозной кучи. Их рот вооружён хитиновыми крючьями, с помощью которых они захватывают и удерживают добычу – других обитателей навозной кучи, в том числе собственных сородичей. В навозной куче обитают личинки разного возраста, между которыми идёт свирепая и бескомпромиссная борьба. Личинки слепня ндипинотерия роются в навозе, прокапывая узкие ходы. Они легко проникают в норы других обитателей навоза, и могут преследовать их в их собственных тоннелях, руководствуясь острым обонянием. Но не всегда им удаётся заполучить добычу.
Личинка слепня ндипинотерия прокапывала нору в толще навоза. Для этого личинка сокращает кольцевые мускулы передних сегментов безголового тела и продвигает передний конец тела вперёд. А затем сокращением продольных мышц она продвигается вперёд, расширяя тоннель. И как раз в момент сокращения тела личинки крупный кусок навоза неожиданно отвалился от её тоннеля снизу. Личинка слепо продолжила двигаться вперёд, и вывалилась из обрушившегося тоннеля вниз. Она попала в шахтообразную вертикальную нору личинки навозника-титана, и свалилась прямо на голову личинке жука, сидящей в нижней части норы. Личинка слепня почувствовала опасность, исходящую от гиганта, на которого она свалилась. Она начала отчаянно извиваться, и даже попыталась атаковать личинку навозника-титана. Но её околоротовые крючья лишь бессильно заскользили по прочному и гладкому панцирю головной капсулы личинки жука. Зато сама личинка навозника-титана решила не упускать возможность поесть. Она раскрыла жвалы, и решительно атаковала. Схваченная личинка слепня начала судорожно извиваться, но жвалы личинки навозника буквально расстригли её пополам. Когда последние судороги личинки слепня прекратились, личинка жука принялась за еду. В личинке слепня практически нет твёрдых частей, и она была съедена без остатка. А личинка жука снова превратилась в малоподвижное существо.
Личинки навозников – не специализированные охотники. Их пища – навоз, а других животных они поедают, если представится такая возможность. Но другие виды животных, обитающих на навозных кучах ндипинотериев, являются гораздо большими специалистами по охоте на других животных.
Тонкие паутинки тянутся по поверхности навоза, засохшей на солнце. Они сходятся к единому центру – к краям норы навозного паука-красавчика. Нора прикрыта крышечкой, поэтому её трудно различить на фоне навоза. И ничего не подозревающие насекомые могут кормиться и ползать в опасной близости от укрытия своего смертельного врага. На навозных кучах собирается множество мух, и они чаще всего становятся добычей этого паука.
Крупная муха с блестящим телом зелёного цвета садится на навоз совсем рядом с паучьей норой. Она ползает по поверхности навоза и случайно задевает одной ногой растянутую паутинную нить. Но почему-то ничего особенного не происходит: паук не появляется из норы. Когда другая муха задевает другую паутинную нить, реакции на это также нет. Обычно паук, даже сытый, хотя бы выползает из норы в ответ на такие прикосновения. Но сейчас он не реагирует. Всё объясняется очень просто: в природе не существует чёткого разделения на хищника и добычу, и сейчас хищник сам стал добычей в собственном доме.
Личинка слепня ндипинотерия напала на навозного паука-красавчика. Она прокопала тоннель к его норе, и атаковала паука, вцепившись в его брюшко. Паук оказался в ловушке в собственном жилище – он просто не может развернуться в своей норе, чтобы нанести врагу ядовитый укус. Поэтому личинка слепня смогла беспрепятственно прогрызть брюшко паука насквозь. В течение нескольких часов личинка неспешно поедает его в его собственной норе, и в итоге от паука остаётся только пустая шкурка.
Тропические и субтропические широты Земли являются местом обитания особой группы насекомых, без которых процессы разложения органики шли бы совсем по-другому. Термиты, вездесущие и абсолютно всеядные существа, очень разнообразны в местах с подходящим климатом. В африканской саванне один вид термитов, навозный термит, специализировался на уборке навоза за крупными животными. Работа этих насекомых незаметна снаружи, но обитатели навозной кучи ощущают её изнутри. Навозные термиты пронизывают навозную кучу своими тоннелями, в которых рабочие особи набивают свои кишечники навозом, чтобы унести его в колонию. Кормовые тоннели, проложенные ими, являются временными сооружениями. Они постепенно обрушиваются, и навозная куча из-за этого оседает. Огромная работа термитов практически не видна снаружи: эти насекомые с нежными покровами тела не выходят на поверхность земли.
Рабочие термиты прекрасно приспособлены для переноски корма в жильё колонии. Они могут делать это двумя способами. Во-первых, рабочие термиты просто поедают навоз, набивая им растяжимый кишечник. От этого их брюшко приобретает почти шарообразную форму. И, во-вторых, термит не только поедает навоз. Насекомое врезается в стенку тоннеля уплощенной головой, которая работает как лопата. Отходя назад, насекомое утаскивает на своей голове комок навоза. Таким образом, рабочие особи навозного термита могут принести в гнездо гораздо больше пищи в сравнении со своим весом, чем рабочие особи других видов.
Усилиями рабочих особей навозного термита сеть тоннелей внутри навозной кучи расширяется. Но рабочие особи – это первые, кто подвергается опасности нападения хищников. Их в навозной куче обитает немало, поэтому наряду с рабочими особями навозных термитов в их тоннелях встречаются более крупные солдаты. Они едва ли не вдвое больше рабочего термита, и имеют очень крупную голову с сильными челюстями. Эти особи защищают гнездо и рабочих от различных хищников, но не всегда их помощь подоспевает вовремя. Термиты должны опасаться всех животных, которые крупнее их и хотя бы изредка проявляют интерес к пище животного происхождения. Гигантские личинки навозника-титана с удовольствием поедают термитов целиком, прямо вместе с содержимым их кишечника.
Личинка навозника-титана медленно скребла стенку вертикальной норы-шахты челюстями, поедая навоз вместе с микроскопическими грибками, которые прорастают на его поверхности в условиях высокой влажности. Но это занятие прервал комочек навоза, упавший сверху. А вместе с навозом в нору личинки свалился рабочий навозного термита. Он уже успел набить брюшко навозом, и потому оказался слишком неповоротливым. Если бы он не собрал запас навоза, он легко смог бы спастись, поднявшись по стене норы. Но сейчас он представляет собой лёгкую добычу для личинки. Она вцепилась в его тело, и начала медленно пережёвывать его, не обращая внимания на отчаянные попытки термита освободиться. Но он слишком мягкий, чтобы оказать хоть какое-то сопротивление челюстям личинки. Через несколько минут прочная головная капсула термита хрустнула в челюстях личинки жука, и её обед завершился. Только слабый запах погибшего рабочего термита ещё витал в её норе.
Этот запах привлёк внимание термита-солдата. Слепой, но хорошо вооружённый, солдат охраняет рабочих особей, и запах попавшего в беду термита вызывает у него реакцию атаки. Головастый солдат спешит по тоннелю, и быстро достигает его конца – того места, где рабочий термит сорвался в нору личинки навозника-титана. Солдат ощущает запах иного живого существа, смешанный с запахом плоти убитого термита, и инстинкт диктует ему единственный подходящий ответ: атаковать. Термит-воин шевелит в воздухе антеннами, пытаясь определить местонахождение личинки, а затем стреляет в направлении личинки жидкостью. Попав на покровы личинки жука, эта жидкость мгновенно превращается в вязкий клей. Такой способ атаки очень эффективен против мелких и длинноногих насекомых или пауков, но для крупной личинки этого явно недостаточно. Термит-воин не сможет в одиночку остановить крупную сильную личинку – она легко рвёт липкие путы.
Личинке навозника-титана не в первый раз приходится испытывать на себе действие оружия навозных термитов – её развитие длится целый год, и за это время ей приходится много раз сталкиваться с этими насекомыми. Против воинов-термитов она имеет очень действенное средство – клейкие рвотные массы, которыми личинка умеет плеваться на расстояние до 20 – 30 см. Это прекрасное оружие против термитов, муравьёв и мелких хищников из числа рептилий и млекопитающих.
Через несколько минут на помощь термиту-воину прибежали ещё несколько, и они вместе начали обстреливать личинку навозника-титана клеем. Положение стало более сложным – личинка почувствовала, как её челюсти начали шевелиться с трудом, склеенные выделениями термитов. И она начала решительную контратаку. Личинка несколько раз сглотнула воздух, а затем резким сокращением мускулов извергла в нападающих струю вонючей пены. Плевок попал точно в цель – несколько термитов-солдат приклеились к противоположной стене галереи, отброшенные назад плевком личинки жука. Только спустя десять минут им удалось освободиться из рвотной массы, извергнутой личинкой. Это возымело ещё один несомненно положительный эффект – галерея, в которой сновали десятки термитов, опустела, и ничто не мешало личинке навозника-титана вести прежнюю размеренную жизнь.
Термиты – неутомимые строители: покинув галерею, которая столь неожиданно привела к норе личинки жука, они сразу же принялись прокапывать параллельную галерею, в стороне. Таких галерей в навозной куче ндипинотерия великое множество. Через них снабжается пищей население крупного термитника, расположенного неподалёку.
Термиты не любят солнце и сухой воздух на поверхности земли. Поэтому они вынуждены постоянно проявлять своё строительное искусство для обеспечения нормальной жизнедеятельности колонии. Тысячи рабочих особей навозных термитов прокладывают подземные галереи к местам, где «отмечаются» плоскороги и ндипинотерии. Колония термитов, однако, обитает традиционно – в термитнике, который представляет собой архитектурный шедевр, снабжённый вентиляцией, терморегуляцией и системой увлажнения. Солнце может раскалить верхнюю часть поселения навозных термитов, и спечь её до твёрдости керамики, но буквально в нескольких сантиметрах под ней атмосфера термитника насыщена влагой и имеет оптимальную для жизни насекомых температуру.
Галереи навозного термита подобны автостраде эпохи человека. По ним постоянно движется два потока насекомых – рабочие особи с пустым кишечником спешат к навозной куче, а навстречу им медленно движутся тяжело нагруженные сородичи, несущие в кишечнике и на плоской голове груз навоза, который станет пищей для остальных обитателей гнезда. Изредка в галерее появляются термиты из касты солдат – головастые существа, вооружённые сильными челюстями и гипертрофированными слюнными железами, которые выделяют клейкое вещество, застывающее на воздухе. Галерея имеет ровные своды, по которым также движутся термиты. Эти особи мельче рабочих, и представляют собой личинок среднего и старшего возраста. Их брюшки наполнены не навозом, а водой. Они возвращаются из глубокого тоннеля-колодца, который спускается на пятиметровую глубину к источнику воды. Напившись воды и наполнив ею брюшко до отказа, эти особи расползаются по гнезду и галереям. Выползая на стены и потолок галереи, эти насекомые выделяют воду каплями, и помещают их на неровности стен. Испаряясь, вода увлажняет воздух и делает его пригодным для жизни термитов. Но не только термиты пользуются этими галереями.
В темноте среди термитов ползают странные существа. Жирные и мягкотелые, они немного похожи на мокриц, но у них всего лишь шесть ног. Это насекомые, дальние родственники термитов. В сущности, странные обитатели термитных галерей – это тараканы-термитолюбы, комменсалы в колонии термитов. Жизнь в защищённых от врагов условиях превратила их в своеобразных животных. Тараканы-термитолюбы имеют мягкие и тонкие покровы тела, а крылья у них исчезли бесследно. Эти жирные коротконогие существа поедают навоз, и не вредят термитам. Их бывает довольно много – в галереях крупной колонии эти насекомые встречаются десятками.
Галерея является безопасным местом для её обитателей, но иногда случаются весьма неприятные неожиданности, вызванные жизнедеятельностью других обитателей навозной кучи.
Поток рабочих термитов движется по галерее в обе стороны между термитником и навозной кучей. Но неожиданно с потолка галереи сваливается несколько комьев земли, и термиты испуганно бросаются в стороны, нарушая размеренность движения. Виновником суматохи стала крупная личинка слепня ндипинотерия. Она достигла предельного для своего вида размера, и готова к окукливанию. Теперь она просто стремится покинуть навозную кучу, полную её прожорливых сородичей, и пройти метаморфоз в безопасности. Личинка просто рыла ход в глубину, и случайно провалилась в галерею, проложенную навозными термитами. Теперь это существо извивается на дне галереи, почти полностью перекрыв её. Даже готовясь к метаморфозу, эта личинка не перестала быть опасным хищником. Поэтому термиты спешно эвакуируются на стены и потолок галереи, а к месту появления этого чудовища спешат солдаты. Они окружают личинку слепня, и начинают дружно расстреливать её выделениями слюнных желез. Брызги прилипают к телу личинки и застывают на её покровах длинными тягучими нитями. Термитов-солдат много, и они быстро обездвиживают личинку. Но это существо опасно, пока живо. Поэтому, как только личинка перестала сильно шевелиться, в неё с разных сторон вонзились жвалы термитов-солдат. Они быстро убивают её укусами, и вскоре уползают прочь. Эти насекомые не едят пищи животного происхождения, но успешно существуют, питаясь трудноусвояемой клетчаткой и навозом млекопитающих. Зато соседи термитов, тараканы-термитолюбы, менее избирательны. Когда опасность миновала, эти насекомые начали собираться вокруг поверженного хищника. Они непритязательны, и легко переключаются с навоза на падаль. Челюсти тараканов начинают рвать кутикулу личинки, и добираются до её мягких и аппетитных внутренностей. Клей термитов подсох настолько, что не мешает тараканам пировать. Примерно за час они уничтожают личинку слепня почти полностью, оставив от неё лишь твёрдые околоротовые крючья. Эти остатки будут убраны из галереи рабочими термитами, отверстие на потолке будет заделано, и на следующий день место, где произошло вторжение личинки, не будет ничем отличаться от других участков галереи.
Термиты в процессе эволюции получили немалую выгоду, вступив в симбиоз с особыми жгутиконосцами, которые обитают в их пищеварительном тракте. Благодаря этим простейшим термиты получили возможность поедать и успешно переваривать корм, содержащий большое количество целлюлозы и совершенно непригодный в пищу большинству травоядных. Эта особенность позволяет этим насекомым избегать конкуренции. Рабочие особи навозного термита возвращаются из навозной кучи загруженными до предела. Их кишечник набит навозом настолько, что кутикула между сегментами их брюшка натянулась до предела и едва не лопается. Кроме того, они несут значительное количество навоза на плоской голове. Вся принесённая в гнездо пища тут же становится собственностью колонии. Личинки различных возрастов залезают на тело такого рабочего, и поедают навоз прямо с его головы, заодно очищая тело рабочей особи. После того, как этот навоз съеден, личинки, оставшиеся голодными, начинают дотрагиваться усиками до жвал рабочего термита. В ответ на такую стимуляцию термит отрыгивает порцию проглоченного навоза, который тут же поедается личинками. Некоторые личинки начинают щекотать усиками область прямой кишки рабочей особи, и поедают полупереваренный корм, который выделяется из анального отверстия термита. Возможно, это может показаться неприятным с точки зрения человека, но для термитов такой способ питания представляется вполне естественным. Рабочие особи переносят корм в гнездо и делятся им с другими особями, переваривая его всей колонией по традиционной термитной схеме. Навоз ндипинотерия, содержащий немало растительных остатков, проходит через кишечник насекомого и лишь частично успевает перевариться. Поэтому термиты поедают помёт друг друга по цепочке, усваивая из него все питательные вещества. Так достигается почти стопроцентная эффективность переваривания пищи.
Термиты не являются хищниками, но животным, которые не умеют сосуществовать с ними, лучше вовсе не попадать внутрь их постройки. У термитов из касты солдат укус очень опасен, и убивает даже мелких млекопитающих, случайно оказавшихся в гнезде термитов. Тем не менее, те существа, которым удаётся поладить с термитами, благоденствуют в их постройках. К числу таких счастливчиков относятся тараканы-термитолюбы. Эти насекомые выживают в гнёздах термитов, меняя выделения особых желез на полупереваренный навоз, тела случайных жертв атаки термитов и надёжную защиту со стороны самих термитов.
Секрет выживания тараканов-термитолюбов кроется в замечательных особенностях их антенн. Каждая антенна этого таракана разделена на две половины – её основание толстое и железистое, а вершина тонкая и чувствительная. В основании антенн расположены железы, выделяющие желанное для навозных термитов угощение – прозрачную жидкость. Выделения тараканов-термитолюбов обладают особым физиологическим воздействием на термитов – они вызывают у них состояние, несколько сходное с переживанием удовольствия. Поэтому тараканам редко удаётся заниматься своими делами в одиночку. Обычно этих насекомых регулярно навещают термиты, требуя порцию жидкости, которая очень нравится им.
Несколько тараканов-термитолюбов ползают по галерее, ведущей из навозной кучи в термитник. Мимо них пробегают нагруженные навозом термиты, спешащие в гнездо. Но один из них останавливается возле тараканов. Он начинает осторожно дотрагиваться до одного таракана кончиками антенн. В ответ таракан разворачивается к термиту, и приподнимает усики. Термит отрыгивает некоторое количество проглоченного навоза, и замирает, пока таракан слизывает пищу с его челюстей. Когда таракан закончил есть, термит коснулся его антеннами ещё раз. И после этого на основаниях усиков таракана заблестели капли привлекательного для термитов секрета. Рабочий термит осторожно захватил усик таракана между жвал, и аккуратно слизнул выделения. Затем он повторил эти же действия с другим усиком таракана, и побежал дальше, в гнездо.
Навоз, который навозные термиты приносят в колонию, равномерно распределяется между всеми её членами. Он будет переварен полностью, и каждая его порция пройдёт не один раз через кишечники членов колонии, пока в ней остаётся хоть что-то съедобное. Но для навозных термитов навоз – это не только пища. Ещё одно важное применение навоза – в строительстве гнезда. Крупные термиты-рабочие могут готовить в своих желудках «строительную смесь» из проглоченных частиц глины и навоза. Эта смесь попадает на строящиеся стены или галереи в виде испражнений, либо будучи отрыгнутой. Строительные работы обычно ведутся по ночам, когда более влажно и не столь жарко. А на солнечном зное африканского полудня сырые стены легко спекаются в крепкую массу, успешно сдерживающую натиск большинства насекомоядных животных.
Гнездо навозных термитов располагается большей частью под землёй, и уходит в глубину на несколько метров. В его основании находится просторная камера, где обитает матка-«королева», непрерывно производящая яйца, и самец, оплодотворяющий её. Над «царской» камерой находится цепочка камер, объединённых сквозными проходами. Это бывшие покои главной самки термитника, из которых она постепенно переселялась в нижние, более защищённые ярусы. В разросшемся гнезде они служат для вентиляции ярусов.
Словно корни, от гнезда навозных термитов расходятся галереи. Несколько параллельных галерей ведут к главному источнику корма этих насекомых – кучам навоза ндипинотериев. В самой навозной куче галереи делятся на множество тоннелей, заканчивающихся в толще навозной кучи. Здесь рабочие термиты заготавливают навоз по мере его добавления сверху усилиями гигантских млекопитающих. Несколько галерей спускаются вниз, к источникам воды. Благодаря термитам, исполняющим обязанности водоносов, в гнезде всегда поддерживается стопроцентная влажность воздуха.
На поверхности земли гнездо навозных термитов выглядит как небольшой округлый холмик. Его можно было бы спутать с постройками каких-то грызунов, или вовсе с объектами неживой природы, если бы не один очень характерный признак. Место термитного гнезда указывают грибы особого вида. Это родственник гигантского навозного гриба, обитающего непосредственно на навозных кучах. Он называется указующий навозный гриб, и его грибница развивается в оптимальных условиях, которые создаются в термитнике благодаря деятельности его обитателей. Термиты поедают часть грибницы, разрастающейся на стенах галерей термитника. Плодовые тела указующего навозного гриба растут обычно по краям термитника, очерчивая его размеры прерывистым кольцом. Но изредка эти грибы буквально взламывают твёрдую крышу термитника, и разрастаются в образовавшихся брешах целыми гроздьями. Это доставляет некоторое неудобство термитам – по мере развития плодовых тел они вынуждены замазывать своим «строительным раствором» щели между грибами и термитником, чтобы не нарушались условия внутри гнезда. На крупных куполах старых термитников следы прорастания грибов заметны как бугры и неровности. Возможно, такое соседство может показаться не слишком выгодным для термитов, но у него есть особенность, невидимая взгляду. Грибница указующего навозного гриба делает стенки пористыми – она прорастает сквозь них, разлагая навоз, входящий в состав строительной смеси, используемой термитами. За счёт этого стены термитника пронизаны микротрещинами и порами, которые обеспечивают поддержание оптимального микроклимата в гнезде насекомых за счёт циркуляции воздуха и испарения воды.
Термитник – это хорошо укреплённое поселение насекомых. Однако, есть некоторые виды животных, которые живут исключительно грабежом термитников. Возле купола термитника появился небольшой муравей с очень запоминающейся окраской: передняя половина тела у него чёрная, а брюшко почти целиком белое, и лишь его кончик красновато-бурый. Этот муравей понюхал воздух рядом с гнездом термитов и скрылся в траве. Он поспешил к своей колонии, оставляя на земле и траве небольшие пахучие метки. Это существо принадлежит к особому виду муравьёв-взломщиков. Колония этих насекомых переселилась из другой местности, и обосновалась в заброшенной норе какого-то грызуна. Одинокий муравей – это один из разведчиков колонии. Много таких муравьёв расползлось по округе в поисках гнёзд термитов. Эти муравьи специализируются именно на нападении на термитники.
После появления муравья-разведчика прошло около получаса. К большому сожалению для термитов, этого муравья никто не съел по дороге, и ему удалось благополучно добраться до своей колонии. Навозным термитам с момента основания их собственной колонии ещё не приходилось сталкиваться с этими муравьями, но момент роковой встречи неуклонно приближается.
Среди травы к гнезду навозного термита тянется колонна муравья-взломщика. Она включает множество мелких муравьёв-фуражиров, более крупных и агрессивных солдат, а также представителей совершенно особой касты взломщиков, которые являются главной ударной силой во время нападения. Солдаты муравья-взломщика лишь немного крупнее рабочих особей, и отличаются большими челюстями. Зато строение особей из касты взломщиков совершенно уникально. Эти существа вдвое превышают в длину среднего фуражира. У них огромная голова с толстыми челюстями, покрытая мощным хитиновым панцирем. Эти существа – настоящие живые бронемашины муравьиного мира, самоходные тараны для атаки на прочные стены термитника.
Во время марша солдаты муравья-взломщика держатся по сторонам колонны, защищая фуражиров и взломщиков от возможной атаки с флангов. Колонна движется по пахучим меткам, оставленным муравьём-разведчиком.
Колонна быстрым маршем приближается к термитнику и начинает решительный подъём на его купол. Этим муравьям нужны термиты – они составляют основную пищу этого вида муравьёв. Появление вида муравьёв-взломщиков – это апофеоз длящегося миллионы лет противостояния. Возможно, пройдут миллионы лет, и эта ветвь эволюции муравьёв станет жертвой собственной специализации. Но пока у них есть такой обильный и быстро возобновляемый источник пищи, как термиты, муравьи-взломщики успешно выживают.
Муравьи-фуражиры рассыпаются по куполу термитника в поисках возможных уязвимых мест для атаки. Но термиты не делают выходов на поверхности своего сооружения – в колонию можно попасть только через подземные галереи. Но союзник термитов теперь превращается в их врага – муравьи обнаружили место, где прочная корка на поверхности термитника вздулась и треснула из-за развития плодовых тел указующего навозного гриба. Термиты старательно заделывают эти трещины по ночам, но пока солнце не успело высушить отремонтированные участки купола, а грибы продолжают расти. Фуражиры помечают эти места запахом, и по их следу движется главная ударная сила – особи из касты взломщиков в окружении солдат. Взломщики прокусывают менее прочные участки купола, и взламывают мощными челюстями крышу термитника. Рядом с взломщиками держатся муравьи-солдаты, а за их телами прячутся фуражиры. Там, где появляются бреши, из гнезда тут же появляются рабочие особи термитов. Эти мягкотелые существа совершенно беспомощны перед прочными челюстями муравьёв-солдат и фуражиров. Поэтому через несколько минут после атаки некоторые муравьи-фуражиры уже спешат обратно в колонию, держа в челюстях убитых термитов. Атака на термитник ведётся сразу в нескольких местах – везде, где на куполе термитника удалось обнаружить трещины и слабые места. Запах смерти распространяется по термитнику из мест, где атакуют муравьи. Это является знаком для обитателей термитника, что положение становится критическим, и необходимо переходить к решительным действиям.
Муравьи из касты взломщиков отрывают кусочки наружного слоя термитника, и отбрасывают их в стороны, освобождая место для действий солдат и фуражиров. И в это время несколько струй жидкости метко попадает в их головы. Жидкость моментально застывает в тягучую массу, и взломщики оказываются приклеенными к куполу, который ломали. А в головы атакующим муравьям попадают всё новые и новые залпы клея. Солдаты навозных термитов заполнили взломанные муравьями участки галерей, и начали вести беспорядочный «огонь» по атакующим. Они слепы, но уверенно ориентируются с помощью обоняния. Точность их стрельбы невысока, но атакующих муравьёв настолько много, что промахов не бывает.
Постепенно преимущество в битве переходит на сторону термитов – на их стороне численный перевес. Их крупные солдаты с белыми пятнами на огромной чёрной голове начинают теснить муравьёв с купола термитника, а следом за ними из галерей выползают десятки рабочих особей, которые сразу же принимаются чинить повреждённые галереи, несмотря на жаркий солнечный день. Термиты-солдаты движутся навстречу муравьям цепочкой. Выстрелы клея настигают муравьёв-взломщиков одного за другим. Израсходовав запасы клея, термиты-солдаты отступают, но им на смену вперёд выдвигаются свежие воины, готовые продолжать «огонь». На поле боя остаются враги, и они по-прежнему представляют опасность. Несколько муравьёв-взломщиков остались приклеенными к поверхности термитника. Клей на их ногах и теле постепенно подсыхает, и они пробуют освободиться. Но отступившие термиты-солдаты не спешат в гнездо. Они остаются на поверхности термитника и умерщвляют обездвиженных врагов. Среди пленников, ожидающих своей участи, есть несколько муравьёв из касты взломщиков. Эти гиганты сильны и опасны, а подсохший клей постепенно начинает отваливаться с их ног, когда они пробуют освободиться. К одному из таких муравьёв бросается привлечённый его запахом и движениями термит-солдат. Он не может обездвижить противника – у него израсходован запас клея. Но термит-солдат вооружён мощными жвалами, которыми он умеет пользоваться. Он совершает единственную ошибку – бросается в лобовую атаку на муравья-взломщика. Обычно термит прокусывал голову врага единственным сильным укусом. Но муравей-взломщик хорошо защищён от повреждений головы прочным хитиновым панцирем. Жвалы термита-солдата беспомощно скользят по голове муравья. Зато муравей не теряет возможности расправиться с противником – он вцепляется жвалами в голову термита-солдата, и раздавливает её. В следующую секунду другой термит вонзил жвалы в брюшко огромного муравья, и убил его.
Колонна чёрно-белых муравьёв удаляется от термитника. Многие фуражиры отягощены военной добычей – они несут убитых термитов. Но в этот раз победа всё же осталась за термитами: они успешно отбили атаку муравьёв-взломщиков и не допустили проникновения этих хищников внутрь термитника. Потери с их стороны составили несколько сотен рабочих особей, убитых в первые минуты нападения муравьёв, и десятки солдат, погибших при обороне термитника. Однако это совсем немного по сравнению с общим числом обитателей колонии. Муравьи-взломщики обязательно вернутся в колонию навозного термита – в окрестностях их поселения есть несколько термитников, принадлежащих насекомым разных видов, и муравьи периодически устраивают набеги на термитов, убивая часть особей ради пропитания собственной колонии.
Ндипинотерии бредут по саванне, совершенно не подозревая о том, что от их благополучия зависит целый мир существ, ползающих под их ногами. О большинстве его обитателей они даже не подозревают, а некоторых воспринимают лишь как мимолётную неприятность в жизни, но не более того. Они издалека замечают навозную кучу, оставленную сородичами, и также оставляют в ней свои экскременты. Пока стадо находится возле навозной кучи, нескольких ндипинотериев кусают крупные слепни, а со спины одного из животных на свежий навоз слетает, блестя золотистыми крыльями, самка навозника-титана. Жизнь продолжается, даже если кто-то из обитателей экосистемы умирает – его смерть служит источником жизни для других существ: в природе не бывает ничего лишнего и ненужного.

Бестиарий

Навозный термит (Platycephalotermes stercophagus)
Отряд: Термиты (Isoptera)
Семейство: Термиты (Termitidae)

Место обитания: саванны Северной Африки.

Рисунок Ильи

Успех термитов в борьбе за существование, и значительное эволюционное долголетие этой группы насекомых определяются двумя факторами. Во-первых, это колониальный образ жизни, позволяющий возводить огромные по сравнению с размерами отдельной особи жилища, где поддерживаются благоприятные условия существования. А во-вторых, это симбиоз с простейшими, который повысил эффективность пищеварения термитов и сделал доступным для них самое распространённое на суше органическое вещество – растительную клетчатку. Таким образом, термиты надёжно защищены от хищников и неблагоприятных природных условий, и практически не имеют пищевых конкурентов.
Среди неоценовых термитов появился один вид, благополучное существование которого зависит от процветания мегафауны в североафриканской саванне. Это объясняется тем, что термит широко использует в повседневной жизни отходы жизнедеятельности этих животных – навоз. Там, где огромные ндипинотерии или плоскороги устраивают коллективные навозные кучи, обитает этот вид, называющийся навозный термит.
Этот термит внешне похож на остальные виды этой группы. У навозного термита относительно крупная голова и широкие челюсти, которыми эти насекомые собирают корм. Матка, солдаты и крылатые особи этого вида имеют нормально развитые глаза. Глаза личинок мелкие, а взрослые рабочие особи совершенно слепые. Они движутся к навозным кучам млекопитающих по подземным галереям, и разыскивают свежий навоз с помощью обоняния.
Матка-королева – это основа благополучного существования гнезда термитов. Размер этой особи поистине чудовищный – более 15 см. Но большую часть её длины составляет гигантское гипертрофированное брюшко, на котором голова и грудные сегменты с ногами выглядят неуместными придатками. Матка обитает в хорошо охраняемой и вентилируемой камере на глубине до метра под поверхностью почвы. Продолжительность жизни этой особи достигает 10 лет. Примерно столько же существует колония. Но в благоприятных условиях стареющую матку замещает одна или несколько молодых маток, и колония продолжает существовать.
Солдаты – главная защита гнезда навозного термита. Их размер достигает 25 миллиметров, а внешность весьма характерна. У этих насекомых крупная голова: затылок выгибается вверх и назад, и прикрывает грудные сегменты сверху. Но большую часть головы занимает не мозг, а гипертрофированные слюнные железы. Это часть защитных приспособлений термитов-солдат – они плюются во врага липкой жидкостью, застывающей на воздухе в резиноподобную массу. Благодаря такому оружию термиты-солдаты легко обездвиживают своих главных врагов – муравьёв. Голова этих особей имеет контрастную окраску – чёрную с белыми пятнами на лбу и темени. В случае опасности солдаты выходят навстречу врагу, и обстреливают его клеем.
Рабочие особи этого вида длиной около 12 – 15 мм. Они имеют укороченную, уплощенную и расширенную спереди голову чёрного цвета. С наружного края челюстей голова «надстроена» зазубренными гребешками. Кроме того, похожие выросты есть на краях грудных сегментов. Это связано с особенностями жизнедеятельности этих насекомых. Транспортируя помёт животных в гнездо, рабочая особь нагружает на себя навоз, подкапываясь под него головой. Одновременно рабочий поедает навоз и приносит часть его в гнездо уже в частично переваренном виде. Брюшко рабочих особей может растягиваться, вмещая достаточное количество корма.
Гнездо навозных термитов имеет не слишком сложную форму. Это куполообразное сооружение высотой не больше 30 – 40 см и диаметром до метра. Но это лишь видимая часть гнезда. От термитника в сторону навозной кучи тянется несколько галерей, по которым постоянно движется поток рабочих особей, собирающих навоз.
Этот вид утилизирует по ночам сухой и старый навоз. Этот термит поедает его, передавая полупереваренную пищу сородичам. Когда в несколько раз прошедшей через кишечники пище уже практически не остаётся питательных веществ, рабочие особи используют её для строительства: они облицовывают этой массой галереи. Но основная часть «строительного раствора» расходуется на регулярный ремонт купола термитника. Причина этого проста: помимо многочисленных симбионтов в гнезде навозного термита растут грибы особого вида – указующий навозный гриб. Термиты питаются не только навозом, но и грибницей этого вида грибов. Побочным эффектом присутствия грибов является прорастание их плодовых тел через купол термитника. При этом растущий гриб взламывает твёрдую корку гнезда, и термиты постоянно обмазывают свежей «строительной смесью» на основе навоза и глины основание грибов. На ровной поверхности гнезда термитов заметно много «рубцов» в тех местах, где грибы прорастали через крышу гнезда. Однако гнездо вовремя и быстро чинится многочисленными рабочими особями. Вред, наносимый грибами, невелик, зато грибница обеспечивает пористость стенок термитника, благодаря чему внутри гнезда термитов сохраняется оптимальный микроклимат.

Таракан-термитолюб (Coproblattula termitophila)
Отряд: Тараканы (Blattodea)
Семейство: Таракановые (Blattidae)

Место обитания: саванны Северной Африки, гнёзда навозных термитов.
Обычно в гнёздах общественных насекомых находят кров и пищу разнообразные беспозвоночные других видов. Одни из них являются симбионтами, а другие хищничают и поедают личинок чрезмерно гостеприимных насекомых-хозяев. «Гости» принадлежат к различным систематическим группам – среди них есть жуки, мухи, сверчки, гусеницы разных бабочек. Также среди этих животных часто встречаются тараканы. В гнёздах африканского навозного термита обитает один вид тараканов-симбионтов – таракан-термитолюб. Этот вид насекомых не вступает в тесные отношения с видом-хозяином, и его присутствие не вредит термитам. Но таракан пользуется защитой от хищников со стороны термитов, а его личинки являются санитарами в гнезде термитов.
Таракан-термитолюб не умеет летать, и совершенно бескрылый. Его тело длиной до 3 см имеет округлую форму и сильно уплощенное. Оно покрыто мягкой эластичной кутикулой серого цвета с мелкими белыми волосками. Этот таракан приспособлен лишь к обитанию в условиях повышенной влажности воздуха. Ноги таракана-термитолюба короткие, и он не умеет ползать быстро. Это насекомое во взрослом состоянии совершенно слепое, хотя у личинки глаза хорошо развиты. У таракана-термитолюба длинные усы, разделённые на две части: в основании усика есть несколько крупных железистых члеников, а остальная часть усика тонкая и чувствительная.
Этот вид непритязателен в выборе пищи: он питается навозом. Благодаря симбиотическим простейшим, обитающим в его пищеварительном тракте, таракан-термитолюб способен переваривать растительные остатки, которые он находит в навозе. Изредка термиты кормят его полупереваренной пищей – опять-таки навозом. Обычно термиты не терпят в своих постройках насекомых иных видов, и навозные термиты не являются исключением. Однако таракан-термитолюб обеспечивает себе лояльное отношение с их стороны тем, что выделяет из особых желез, расположенных у основания антенн, сладкую жидкость. С помощью такого «подкупа» он живёт в гнезде термитов в безопасности.
Этот таракан проходит полный жизненный цикл в гнезде термитов. Самка таракана-термитолюба крупнее самца. После спаривания она откладывает оотеку, содержащую до 20 крупных яиц. Самка носит её с собой на конце брюшка в течение двух недель, пока идёт развитие эмбрионов.
Личинки этого таракана более подвижны, чем взрослые особи. Также они заметно отличаются от взрослых тараканов-термитолюбов внешностью: у них стройное округлое тело, крупные глаза и плотные покровы тела. Это связано с важным различием в образе жизни личинок и взрослых особей этого вида. Взрослые особи таракана-термитолюба никогда не покидают пределов термитника, и их благополучие полностью зависит от жизни термитов. Но на стадии личинки этот вид активно расселяется, и благодаря тяге личинок к путешествиям в популяции тараканов происходит обмен генами. Часть личинок пускается в странствия – по ночам они выползают на поверхность земли, и к утру заползают на вершины стеблей трав. Здесь они ожидают появления крупных травоядных – плоскорогов и ндипинотериев. Когда животные из какого-либо стада посещают навозные кучи, личинки таракана-термитолюба заползают к ним на кожу, и так путешествуют в относительной безопасности, удаляясь от родного термитника на многие километры. Во время посещения зверями очередной навозной кучи личинки покидают их и ищут гнездо навозного термита. Не всем это удаётся, но те особи, которые смогли это сделать, создают новую популяцию тараканов в термитном гнезде, либо пополняют генофонд уже существующей.
Попав в гнездо, личинка после нескольких линек превращается в подобие взрослой особи. Она становится малоподвижной, глаза с каждой линькой уменьшаются вплоть до полной редукции, а покровы становятся мягкими и водопроницаемыми. Личинка достигает размеров взрослой особи за 3 месяца, и с этого времени становится способной к размножению.

Скорбящий парусник (Funestopsyche necrophagus)
Отряд: Чешуекрылые, или Бабочки (Lepidoptera)
Семейство: Парусники (Papilionidae)

Место обитания: саванны и редколесья Северной Африки и южной Европы.
На вершине пищевой пирамиды стоит крупный хищник экосистемы. В саваннах Северной Африки и южной Европы, которые окаймляют котловину высохшего Средиземного моря, таким верховным хищником является генетта-убийца (Necrogenetta deima) – гигантский саблезубый вид виверровых. Его добыча – крупные местные животные: плоскороги и ндипинотерии, огромный страус-жираф, а также очень крупный грызун крыса-траворез. Кроме генетты-убийцы, в саванне обитает множество других хищников, от мелких до сравнительно крупных. Когда такие хищники поедают добычу, по соседству ожидают своей доли разнообразные падальщики. Они понимают, что, если поторопятся, могут навлечь на себя агрессию хищника. Но некоторые нахлебники легко получают свою долю корма – они не требуют слишком многого, поэтому хищники не отгоняют их. Один из таких нахлебников – белоснежная бабочка с чёрной каймой на крыльях. Длинные «хвостики» на крыльях указывают на её принадлежность к семейству парусников. Этот вид никогда не встречается на цветах, но в изобилии собирается на мёртвых животных. За эту особенность бабочка называется скорбящий парусник.
Взрослые бабочки этого вида никогда не встречаются на цветах – они совершенно утратили способность питаться растительной пищей. Зато на запах крови и мяса эти бабочки слетаются десятками. Они буквально облепляют добычу, терзаемую хищником, и не боятся садиться на морду животного, испачканную кровью. Развернув длинный хоботок, бабочка слизывает кровь и мясной сок, которые составляют пищу этого насекомого. Кроме свежей добычи хищников, эта бабочка вполне может питаться на разлагающихся трупах животных.
Размах крыльев скорбящего парусника составляет около 15 см. Полёт этой бабочки кажется неторопливым и величественным, но это обманчивое впечатление – бабочки очень быстро летают, и уже буквально через несколько минут десятками собираются на добыче различных хищников. Окраска крыльев этой бабочки в некоторой степени подтверждает название вида – на белом фоне крыла ярко выделяется чёрная кайма, и несколько крупных жилок в основании крыла также могут быть чёрными. На заднем крыле есть длинный «хвостик», рядом с которым есть ещё несколько более коротких отростков.
На добыче хищников бабочки не только питаются, но и спариваются. Единственное время, когда эти насекомые интересуются растениями – это стадия личинки. Гусеница скорбящего парусника питается на листьях деревьев – чаще всего её можно встретить на листьях акаций в верхней части кроны. Гусеница этого парусника окрашена в тёмно-коричневый цвет с серыми продольными штрихами на боках. Она держится на нижней стороне листа, защищаясь от солнечных лучей. Развитие гусеницы длится до четырёх месяцев, и за год скорбящий парусник успевает дать два поколения. Наиболее сухие месяцы это насекомое переживает в состоянии куколки, и завершает метаморфоз в начале сезона дождей.

Навозник-титан (Titanonitus aureus)
Отряд: Жесткокрылые, или Жуки (Coleoptera)
Семейство: Пластинчатоусые (Scarabeidae)

Место обитания: саванны Северной Африки.
В эпоху человека, когда на Земле обитали разные виды диких копытных, помёт этих животных использовался в пищу различными жуками-навозниками. По мере исчезновения дикой фауны и расширения аграрных ландшафтов преимущество в борьбе за существование получили виды, способные перерабатывать навоз домашнего скота, а также виды, питающиеся помётом мелких млекопитающих. Последняя группа жуков получила преимущество в выживании в условиях резкого обеднения экосистем на рубеже голоцена и неоцена. А когда на Земле вновь эволюционировали крупные травоядные млекопитающие, среди навозников также появились гигантские виды.
На навозных кучах ндипинотериев и плоскорогов обитает крупнейший навозник неоцена – навозник-титан. Длина тела взрослого насекомого свыше 10 см, а вес превышает 100 граммов. Тело этого жука удлинённое, покрытое прочным панцирем. Внешность навозника-титана очень привлекательна, несмотря на непрезентабельность места его обитания. Представители обоих полов имеют красивую золотистую окраску надкрыльев. Когда это насекомое взлетает, становится видной синеватая окраска брюшка с металлическим блеском, особенно заметным у самцов. Голова и грудь у самки тёмно-коричневые, а у самца – бархатно-чёрные с «сединой» из коротких волосков. На переднеспинке самца растёт рог, изгибающийся вперёд. Кончик этого рога притуплен и раздвоен. Из-за этого «украшения» длина самца навозника-титана может увеличиваться до 12 – 13 см. На голове самца также есть рог – широкий и разделённый на три части. Когда самец приподнимает голову, зубцы двух рогов сходятся, образуя клещеобразный захват, который используется для турнирных боёв и для самозащиты. У самки на переднеспинке торчит в стороны два небольших притупленных рога.
Брачные турниры навозников-титанов происходят прямо на навозных кучах. Самцы сражаются друг с другом и пытаются ухватить соперника рогами. Удачно атаковав соперника, самец подцепляет соперника рогом на голове, и, приподняв голову, крепко сжимает его между рогами на голове и переднеспинке, как в клещах. Самцы-победители турниров спариваются с самками и не допускают соперника на завоёванную навозную кучу. Обычно самец демонстрирует себя потенциальным противникам, сидя на освещённой солнцем вершине навозной кучи. Более слабые самцы избегают искать встречи с самкой в его владениях, и улетают. Но, если другой самец сел на уже занятую навозную кучу, это воспринимается как вызов, и самцы схватываются в поединке.
Родительское поведение у навозника-титана очень простое по сравнению с таковым у навозников эпохи человека. Самка откладывает яйца по одному прямо в навозную кучу ндипинотерия, не занимаясь устройством собственного гнезда и заготовкой запасов корма для потомства. Вылупившаяся из яйца личинка сразу оказывается окружена кормом, запас которого постоянно пополняется. В одной куче навоза обитает множество личинок, развившихся из яиц, оставленных разными самками. Для кладки яиц самка навозника-титана предпочитает свежий навоз. Она ищет его очень просто: после спаривания самка покидает навозную кучу, и улетает на поиски ндипинотериев или плоскорогов. Она просто садится на заднюю часть тела животного, и, ощутив появление свежего навоза, быстро слетает с тела зверя и откладывает яйца в навоз. Если животные уходят, самка находит животное по запаху и возвращается на него.
Личинка навозника-титана достигает длины 20 см. У неё мягкое жирное туловище и голова с прочной головной капсулой. Эти существа роют глубокие вертикальные норки-шахты в навозных кучах ндипинотериев. В жаркое дневное время они скрываются внутри навозной кучи. Новые порции навоза, оставленного травоядными, могут перекрывать им выход из шахты, но личинка просто проедает в нём тоннель. По возможности личинки навозника-титана разнообразят рацион пищей животного происхождения: они поедают других насекомых, случайно свалившихся в их нору. Благодаря мощным челюстям они перегрызают непереваренные растительные волокна, а также могут обороняться от врагов. Ещё личинки навозника-титана для защиты от врагов отрыгивают полупереваренную пищу и плюются ею в сторону врага.
Развитие личинки длится около года. Она окукливается в почве, покидая пределы навозной кучи. Взрослое насекомое может прожить около года.

Муравей-взломщик (Pachycephalomyrma destructor)
Отряд: Перепончатокрылые (Hymenoptera)
Семейство: Муравьи (Formicidae)

Место обитания: Северная Африка, сухие местности – саванна, редколесья.
В истории наземной фауны существуют две крупных ветви общественных насекомых, между которыми миллионы лет идёт жестокая война без перемирия. Это термиты, известные с пермского периода, и муравьи, представители перепончатокрылых, появившиеся в мезозое. Обе группы насекомых перешли к общественному образу жизни независимо друг от друга, и ведут совершенно различный образ жизни. Термиты – неутомимые переработчики органического вещества, разлагающие даже такие трудно разлагающиеся вещества, как целлюлоза. Муравьи – хищники, способные напасть на животных, намного более крупных, чем они сами, и убить их. Термиты вынуждены защищаться от врагов и сухого воздуха, и для этого они возводят гнёзда хитроумного устройства, отличающиеся исключительной твёрдостью. Муравьям не страшен зной, и они готовы сами напасть на любое существо, которое захочет разрушить их гнездо. А некоторые муравьи вовсе не строят постоянных гнёзд.
Термиты представляют собой обычных обитателей тропического пояса Земли. В Африке их гнёзда можно встретить практически всюду. И один вид муравьёв приспособился к нападению на хорошо укреплённые гнёзда термитов. Этот вид называется муравей-взломщик.
Большая часть колонии муравья-взломщика представлена мелкими рабочими особями. Их длина – не более 10 – 12 миллиметров. Но в колонии есть также «солдаты», достигающие длины 15 – 18 мм. А их сильные жвалы прибавляют к их длине ещё 5 мм. Муравьи-взломщики отличаются крупной головой и достаточно агрессивным характером – даже средняя рабочая особь бывает агрессивной, и легко побеждает «солдат» других видов муравьёв, нападающих на гнездо муравья-взломщика. А укусы муравьёв из касты «солдат» бывают достаточны, чтобы обратить в бегство крупных травоядных млекопитающих, которые могут представлять опасность для колонии этих муравьёв.
Окраска этих муравьев явно предупреждающая: брюшко белое с рыжеватым кончиком, а грудь и голова угольно-чёрные. Эта окраска проявляется у всех каст муравья-взломщика. Но у особей из касты «солдат» брюшко более яркое – оно почти целиком красноватое, кроме двух первых сегментов.
Муравьи-амазонки нападают на гнёзда других муравьёв с целью захвата куколок, из которых в их собственном гнезде появляются «рабы». Муравей-взломщик использует колонии термитов исключительно как источник корма. Осада гнезда термитов – очень сложная задача: солнце высушивает наружный слой их гнезда до каменной твёрдости. Но муравей-взломщик приспособился к нападению на термитные гнёзда особым образом. В колониях этого вида имеется особая каста «взломщиков» с крепкими челюстями и защищённой панцирем головой; длина таких муравьёв достигает 25 мм. Голова муравья из касты «взломщиков» достигает почти 40% от общей длины насекомого. Челюсти «взломщиков» не похожи на длинные, зазубренные по внутреннему краю жвалы «солдат». «Взломщик» имеет короткие толстые жвалы с одним небольшим зубцом на внутреннем крае. На его голове хитиновый покров достигает очень большой толщины и образует некоторое подобие щита – края панциря прикрывают глаза и основания антенн, а челюсти выступают из-под их переднего края. Такие головы практически неуязвимы для укусов термитов, защищающих гнездо. Роль касты «взломщиков» при нападении – расширение входов в термитник. «Взломщики» откусывают жвалами верхний слой термитника, открывая дорогу «солдатам» и фуражирам. К тому же они образуют подобие передвижного укрытия для «солдат» при обороне от термитов, защищающих свою колонию.
Эти крупные особи – тетраплоиды, но они появляются из обычных яиц. У муравья-взломщика первые деления яйцеклетки достаточно часто не завершаются, и происходит только удвоение хромосомного набора. Из таких яиц появляются личинки, которые достигают гораздо большего размера, нежели обычные рабочие особи и «солдаты». Они растут быстрее, но требуют значительно больше корма. Однако, затраты на выращивание «взломщиков» окупаются успешным завершением большей части нападений на термитники.
Собственное гнездо муравья-взломщика не является сложным и прочным архитектурным шедевром. Эти насекомые устраивают гнездо в основании ствола крупного дерева с прогнившей сердцевиной. Если таких деревьев нет, они могут использовать для устройства гнезда готовые норы различных животных – любой зверь предпочитает покинуть свою нору, если в ней поселятся эти насекомые. Муравьи устраивают в норе несколько простых камер, в которых размещаются самки и личинки, или минимально переоборудуют уже готовые участки норы, расширяя или сужая входы. Наилучшим образом развиваются колонии муравьёв, у которых есть выбор источника пищи – несколько колоний термитов, даже разных видов. Тогда колонии успевают восстановиться после набега муравьёв-взломщиков. Если же после регулярных набегов армии муравьёв термитник деградировал и популяция термитов погибла, муравьи-взломщики могут переселиться на новое место. Их «царицы» сохранили способность нормально передвигаться, и колония муравьёв вполне может провести в пути несколько дней, разыскивая новое место для жизни. При этом они перетаскивают с собой личинок и даже яйца. Во время переселения «солдаты» и даже «взломщики» защищают колонию.

Слепень ндипинотерия (Titanotabanus ndipiotheriophagus)
Отряд: Двукрылые (Diptera)
Семейство: Слепни (Tabanidae)

Место обитания: Северная Африка, саванны и редколесья.
Насекомые с полным превращением получили явное преимущество над своими более примитивными родичами, у которых из яйца выводится миниатюрное подобие взрослой особи. Различие в образе жизни между личинкой и взрослой особью позволяет им более полно использовать ресурсы, предоставляемые средой обитания. Не случайно все наиболее крупные отряды этого класса включают насекомых с полным превращением.
Африканская мегафауна дала возможность эволюции различным видам насекомых, связанных с африканскими гигантами. Среди животных, зависящих от благополучия гигантских травоядных, примечателен слепень ндипинотерия – насекомое очень крупного размера. Имаго этого вида достигает длины 40 – 45 мм. Это насекомое имеет типичную для слепней внешность – голову с огромными глазами, колюще-сосущий ротовой аппарат и уплощенное брюшко, сегменты которого связаны растяжимыми участками кутикулы. Благодаря такому строению слепень ндипинотерия может легко прокалывать толстую кожу крупных млекопитающих, и высасывает за одно кормление до 2 миллилитров крови. Кроме огромного размера, это насекомое имеет легко узнаваемые особенности окраски: на светло-сером фоне груди и брюшка проходят тонкие продольные ряды волосков, отражающих ультрафиолетовый свет. Поэтому для своих сородичей и других животных, различающих ультрафиолетовые лучи, это насекомое кажется полосатым. Глаза этого слепня прозрачно-золотистые с радужным блеском. На кончиках крыльев самцов есть чёрные пятна, по которым самки различают их во время полёта.
Этот вид насекомых питается кровью крупных животных саванны – ндипинотериев, плоскорогов и страусов-жирафов. Укус этого слепня безболезненный, но через несколько минут укушенное место сильно отекает и чешется.
После кормления самка ищет укрытие, где проведёт несколько часов в почти полной неподвижности. В это время в её организме созревают яйца – несколько порций по 20 – 30 штук. Для кладки яиц самка слепня ндипинотерия нуждается в присутствии ндипинотериев, точнее, продуктов их жизнедеятельности. Она откладывает яйца в навозные кучи этих млекопитающих. Для кладки самка выбирает участки навоза, слегка подсохшего на поверхности, но влажного внутри. В такие места легче отложить яйцо, но за несколько часов солнце ещё больше подсушит верхний слой навоза и сделает его прочнее. Так личинка будет защищена от хищников. Впрочем, она сама является хищником. Личинка слепня ндипинотериев роет протяжённые норы в навозных кучах ндипинотериев. Это червеобразное существо длиной около 70 мм является одним из самых страшных хищников в своём месте обитания. Она имеет острые хитиновые крючки вокруг рта, которыми удерживает и раздирает добычу. Она нападает на насекомых и других беспозвоночных, в том числе на пауков, опасных для взрослой особи этого вида. Тело личинки покрыто серовато-белой полупрозрачной кутикулой, которая легко растягивается и собирается в складки. На каждом сегмента расположены пояски крепких чёрных щетинок, концы которых направлены назад. Щетинки на сегментах помогают личинке двигаться в норах. Она копает норы, вытягивая и сокращая передний конец тела на манер дождевого червя. Во время рытья норы острые крючки около рта прикрыты складкой кутикулы и не повреждаются при движении.
Развитие личинки занимает около двух месяцев. Для окукливания она покидает навозную кучу ночью, и закапывается в рыхлую землю среди травы, где её сложнее отыскать насекомоядным животным. Метаморфоз длится около недели. Продолжительность жизни взрослого насекомого не превышает трёх недель, но обычно значительно меньше. За это время самка успевает отложить до 200 яиц.

Навозный паук-красавчик (Callolycosa coprobia)
Отряд: Пауки (Araneae)
Семейство: Пауки-волки (Lycosidae)

Место обитания: Юго-Западная Европа, саванны Северной Африки.
В природе Земли некоторые группы живых организмов могут формировать обширные ландшафты. Так произошло в кайнозое, когда союз злаков и копытных породил обширные продуктивные сообщества – травянистые равнины. В неоцене злаки по-прежнему процветают, а многочисленные травоядные млекопитающие не дают саваннам превратиться в редколесье. Столкновение Африки с Европой привело к появлению обширных сухих областей, окружающих сухую пустыню Средиземноморской низменности. В этих местах водятся крупные травоядные млекопитающие – зайцелопы, плоскороги и ндипинотерии. Кроме них, свою лепту в формирование ландшафта вносят гигантские страусы-жирафы. Все эти травоядные животные поглощают большое количество зелёной массы, продуцируя соответствующее количество навоза. Много видов насекомых кормится навозом травоядных, и это обстоятельство привлекло к навозным кучам особый вид бродячих пауков – навозного паука-красавчика.
Длина тела взрослой самки этого вида – около 17 мм. Навозный паук-красавчик отличается очень броской и красивой расцветкой. Тело покрыто обильными волосками с сильным металлическим блеском. Передняя часть головогруди у животных обоих полов коричневая с вкраплениями чёрных волосков, но задняя часть головогруди, брюшко и ноги окрашены в яркий цвет с металлическим блеском. Тело самки малиново-красное, на конце брюшка оранжевое. Самец мельче самки (длина тела менее 1 см), и его тело окрашено в голубой цвет. Волоски на теле самца сильно отражают ультрафиолетовые лучи, привлекая к нему насекомых – потенциальную добычу.
Форма тела этого вида не отличается какими-либо примечательными особенностями. Ноги частично специализированы для рытья: последние членики задних ног уплощенные, как лопатки. Этот паук, подобно большинству представителей семейства, не строит паутину, а ведёт бродячую жизнь. Он держится в кучах навоза, и строит себе временные укрытия – роет задними ногами в субстрате вертикальные норки. Строя норку, паук закапывается в навоз задом, поэтому его яркая окраска большую часть времени незаметна для возможных хищников. Передними ногами животное держит крышечку из паутины, которая прикрывает вход в норку. На паутину наклеены кусочки подсохшего навоза и мусора, маскируя вход в норку. Навозный паук-красавчик предпочитает постоянно обитать в местах, где оставляют навоз обитатели саванны. Только при высыхании или уничтожении другими животными навозной кучи он переходит на свежий навоз.
Навозный паук-красавчик охотится на насекомых, которых привлекает навоз. Чаще всего его добычей становятся мухи и навозные жуки, но изредка он ловит даже бабочек, которые получают из навоза минеральные вещества и часто посещают навозные кучи крупных зверей. Обычно паук затаивается в норке и ожидает, пока возможная добыча сама приближается к нему. Улучив момент, он резким броском выскакивает из норки, схватывает насекомое, и вновь скрывается в убежище.
На педипальпах этого паука развиты гребешки из жёстких волосков – ими паук чистится. Обитая в среде, богатой бактериями и другими возбудителями заболеваний, этот паук проводит много времени, очищая тело от навоза.
Поскольку обильные и постоянно подновляемые навозные кучи встречаются в саванне сравнительно редко, навозные пауки-красавчики относятся к сородичам очень недружелюбно. Исключение делается лишь самкой для самца в краткие минуты спаривания. Заявляя о своих территориальных претензиях, паук этого вида демонстрирует себя сопернику, сверкая в лучах солнца яркой окраской с металлическим блеском. Но одной ногой паук обязательно держится за край норы, готовый при первом признаке опасности броситься в укрытие. Куча навоза обычно бывает поделена несколькими самками, а по краю их территории собираются бродячие самцы, не строящие долговременных укрытий.
Окраска навозного паука-красавчика также является предупреждающей: его укус вызывает у крупных животных сильную боль, однако не опасен для жизни. Мелкие животные могут, однако, погибнуть от укуса этого паука. Но при этом сами пауки часто становятся жертвами птиц, которые убивают их ударом клюва. Также на этих пауков охотятся ящерицы.
У большинства видов пауков самец намного мельче самки, и навозный паук-красавчик здесь не исключение. Поэтому самец этого вида очень осторожно подходит к проблеме спаривания. Вначале паук приучает самку к своему присутствию, оставляя пахучие метки около её норы. Затем он появляется на краю территории самки, осторожно пробуя приблизиться к ней. Если самка воспринимает его спокойно, самец решается на спаривание. Перед этим он вооружается кусочком засохшего навоза, и смело заползает в нору самки. Он буквально «заклинивает» её этим своеобразным оружием, оплетает ноги самки паутиной, и быстро спаривается с ней. При такой подготовке после спаривания самец часто спасается от самки, и успевает оплодотворить до пяти самок, прежде чем станет случайной жертвой одной из них.
В кладке навозного паука-красавчика бывает до 150 мелких яиц, упакованных в белоснежную паутину. Но кокон быстро становится невзрачного коричневато-серого цвета из-за специфической среды обитания этого вида пауков. Самка с коконом покидает навозные кучи – это слишком оживлённое место, опасное для молодняка. Она живёт в старых норах грызунов или в других укрытиях. Молодняк становится половозрелым в возрасте около полугода.
В саваннах Северной Африки водится близкий вид: трупный паук-красавчик (Callolycosa cadaverophila). Этот вид пауков выбрал как среду обитания трупы животных на разных стадиях разложения, и питается насекомыми-некрофагами. Окраска этого паука столь же яркая: самка ярко-зелёная с белым пятном на головогруди, а самец ярко-рыжий с белыми кончиками передних ног. Трупный паук-красавчик менее привязан к определённому месту обитания и может преодолевать большие расстояния в поисках подходящего субстрата. С помощью обоняния он легко отыскивает трупы животных. Трупный паук-красавчик закапывается в землю около них, и ловит насекомых-падальщиков, а также собирает личинок мух. Этот паук часто водится вблизи логовищ крупных хищников типа генетты-убийцы.

Большой грифовый дятел (Carnopicus maximus)
Отряд: Дятлообразные (Piciformes)
Семейство: Хищные дятлы (Carnopicidae), подсемейство хищные дятлы (Carnopicinae)

Место обитания: саванны Северной и Южной Африки.
Массовое вымирание затрагивает, в первую очередь, животных, зависящих от других животных – хищников и паразитов. В то время, когда численность травоядных без ущерба для выживания вида может меняться в десятки раз, численность зависящих от них хищников гораздо легче может опуститься ниже критического уровня. Такая судьба постигла на рубеже голоцена и неоцена многие виды хищных птиц, особенно те, которые зависят от крупной добычи. В неоцене их место начали занимать виды из других отрядов, перешедшие на питание мясом независимо от «истинных» хищных птиц. Самыми неожиданными видами «мясоедов» среди пернатых оказались дятлы. Некоторые виды этих птиц стали осваивать освободившиеся экологические ниши, становясь необычными и причудливыми существами. Плотоядные виды дятлов образуют особое семейство, распространённое в Старом Свете, кроме Австралии и Океании. Эти птицы отличаются от «типичных» дятлов переходом на совершенно иной рацион. Они образуют несколько видов, разделённых на два подсемейства: дятлы-падальщики (Carnopicinae) и собственно хищные дятлы (Loricaflangerinae).
Подсемейство дятлы-падальщики (Carnopicinae) распространено в саваннах и степях Африки и Евразии. Оно включает птиц, питающихся падалью и остатками добычи крупных хищников, и насчитывает несколько видов, среди которых большой грифовый дятел – самый крупный. Вообще, это самый большой дятел на Земле в эпоху неоцена.
Большой грифовый дятел – это крупная, до 1 метра в длину, птица, сохранившая характерные для дятлов черты: острый клюв, четырёхпалые лапы (два пальца направлены вперёд, и два назад), и крепкий хвост из жёстких перьев. Лицо этой птицы голое, покрыто кожей розово-синего цвета; затылок и шея оперённые. На голове – торчащий вверх хохол из красных перьев. Шея короткая, но подвижная и мускулистая. Крылья бурые, с двумя жёлтыми пятнами на сгибах, хорошо заметными у сидящей птицы. Остальное тело серовато-белое.
Дятел часто садится на землю, но шагать не умеет, и передвигается по земле прыжками.
Эта птица питается падалью, и её часто можно увидеть среди разного рода падальщиков в саванне. Благодаря своей задиристости и агрессивности этот дятел легко устанавливает очерёдность поедания пищи, даже если не успел к туше первым. Часто эти дятлы следят за охотой крупных хищных зверей, и, в случае успеха хищника, отгоняют от его добычи прочих конкурентов. А если птица видит, что на её долю остаётся мало мяса, она может напасть даже на самого хищника, воспринимая его как конкурента. В Северной Африке эта птица – главный падальщик, способный отпугнуть от добычи даже генетту-убийцу (своим мощным клювом этот дятел может пробить череп хищника). Благодаря сильному клюву птица легко может вскрыть даже самую толстую шкуру животного, и часто этот вид начинает пиршество на тушах животных с толстой шкурой, которую не могут вскрыть другие падальщики. Этот дятел питается исключительно мясом, не трогая твёрдых частей туши. Птица резкими движениями шеи отрывает куски мяса и глотает их. Из-за особенностей питания грифовый дятел не может полностью уничтожить тушу, ограничиваясь лишь самыми мягкими частями.
После трапезы птица выглядит не очень опрятно: голова дятла забрызгана кровью, что придаёт ему весьма зловещий вид. Но грифовый дятел очень следит за своей чистотой: птица охотно купается в неглубоких лужах, «пудрится» пылью, чистит пёрышки клювом, и подолгу «загорает», подставив голову и полураскрытые крылья лучам солнца.
Этот вид птиц очень территориален, поскольку падаль – это корм, который встречается достаточно редко (если исключить случаи эпизоотий). Будучи моногамом, эта птица держится дружными семейными парами, совместно изгоняя чужаков со своей территории. Показывая свои притязания на территорию, птицы устраивают по утрам оглушительные «концерты»: голос этого дятла – очень громкий и неприятный гортанный крик, повторяющийся по много раз. Обычно пара птиц кричит попеременно или одновременно в течение получаса.
Большой грифовый дятел не утратил привычек своих предков, и гнездится в дуплах. Поскольку птицы этого вида довольно крупные, им сложно подобрать себе подходящее по размерам дупло. Поэтому пара дятлов может сама выдалбливать или расширять дупло в стволе крупного дерева (например, баобаба). Большие грифовые дятлы гнездятся только один раз в год. В кладке этих птиц – два крупных яйца (размером с гусиное) с белой скорлупой. Птенцы вылупляются голыми и слепыми. У них на ногах развиты мозоли, позволяющие птенцам сидеть на жёстком дне гнезда. Родители кормят их мясом и разными мелкими позвоночными. Развитие птенцов продолжается долго: в месячном возрасте они только начинают покрываться ювенильным пухом, а открывают глаза в возрасте двух месяцев. Они не соперничают за пищу столь остро, как птенцы хищных птиц, но при недостатке корма более активный птенец перехватывает всю приносимую родителями пищу, и второй птенец гибнет от голода. К моменту выхода из гнезда (в возрасте полугода) птенцы весят немного больше родителей. Они кормятся вместе с родителями ещё около двух месяцев, но позже родители начинают проявлять к ним агрессивность, и изгоняют их со своей территории.
В тропических и субтропических районах Старого Света распространены близкие виды грифовых дятлов:
Малый грифовый дятел (Carnopicus medium) обитает в степях Центральной Азии и в Индии. Это ближайший родственник большого грифового дятла, похожий на него строением и особенностями питания. Длина тела этой птицы около 50 см. Он окрашен несколько иначе, чем его крупный сородич: голая кожа на лице желтовато-белая; хохла нет, вместо него просто красная «шапочка» из коротких перьев на затылке. Крылья чёрные, с крупными голубыми пятнами, служащими для распознавания сородичей. Тело беловато-серое. Питанием и особенностями поведения этот вид похож на большого грифового дятла, различаясь голосом: вместо серии отрывистых криков птицы по утрам издают в унисон громкий протяжённый крик. Также этот вид может разнообразить рацион мелкими позвоночными.
Грифовый дятелок (Carnopicus minor) – близкий родственник предыдущих видов, обитает на открытых пространствах Европы (от Гибралтарского перешейка по южным склонам Альп, по северному краю Средиземноморских болот) до западных районов Трёхречья. Это мелкий вид рода: размером с воробья. Птица окрашена в серо-бурые цвета (спина темнее), на голове красная шапочка. Живот белый. Голая кожа на лице серовато-голубая. Эта птица также питаются падалью. Поведение этого дятла заметно изменилось по сравнению не только с его родственниками из более южных областей, но и вообще со всеми дятлами: это стайная птица. Обычно эти птицы держатся стайками по 20 – 30 особей. Они наблюдают за крупными травоядными животными, следят за поведением хищников и других птиц-падальщиков. Заметив павшее животное, эти крошечные дятлы буквально облепляют его живым ковром, и долбят.
Подобно всем видам дятлов, этот вид гнездится в дуплах. Эти дятлы селятся колониями, насчитывающими до двух десятков гнёзд, и совместно защищают их от хищников. Возможно, именно недостаток «жилплощади» в степях привёл к общественному образу жизни этих птиц. В кладке этих дятлов до 5 – 6 яиц, и около половины вылупившихся птенцов доживает до вылета из гнезда.

Этот вид птиц открыл Семён, участник форума.

Дятел-костолом (Ossiflangerus medullaphagus)
Отряд: Дятлообразные (Piciformes)
Семейство: Хищные дятлы (Carnopicidae), подсемейство хищные дятлы (Carnopicinae)
Место обитания: саванны Северной и Южной Африки.

Рисунок Amplion

После того, как тушу обгладывают падальщики, от неё остаются кости. С ними можно поступить по-разному – проглотить и переварить, как марабу и гиена, разбить, бросив с большой высоты, как бородач-ягнятник. Но дятел-костолом, падальщик неоценовой Земли, поступает с ними совершенно по-иному.
Уже само латинское название этой птицы звучит жутковато - «пожиратель мозга, крушащий кости». Но поведение дятла-костолома, хотя и соответствует этому названию, совсем не вызывает ужаса у прочих обитателей саванны. Этот вид – живая и общительная птица размером с ворону. Окрашен он довольно ярко – спина и крылья зелёные, тело пепельно-серое, на затылке оранжевый хохол, способный подниматься и опускаться, как у попугая.
Дятел-костолом отличается оригинальным и очень узко специализированным способом питания. Он летает по саванне, разыскивая мёртвых животных, а на пиршестве хищников или падальщиков скромно дожидается в стороне, пока насытятся любители мяса. Когда же от туши остаются лишь кости, он приступает к трапезе. Подходящих размеров кость, даже достаточно старую, птица переносит в клюве к своей любимой «наковальне» - удобной развилке ветвей дерева. Там он укрепляет её, и мощными ударами клюва разламывает со стороны одной из головок. Из разломанной кости птица выклёвывает и вылизывает длинным языком питательный костный мозг, составляющий значительную часть меню этого вида. Если кость достаточно крупная, и дятел не может перенести её в клюве в удобное место, он расклёвывает её на месте. Для жизни такому дятлу нужна большая территория, на которой обитает достаточное количество травоядных, а также хищников, чья добыча преимущественно служит кормом этому дятлу. В силу этих обстоятельств дятел-костолом очень территориален, и активно изгоняет сородичей из своих владений.
Эти птицы живут в дуплах, выдолбленных ими самими. Дятлы этого вида – строгие моногамы. Пары образуются на всю жизнь, хотя отношения внутри семьи у этих дятлов очень своеобразны: обычно супруги «охотятся» на кости порознь и вообще, встречаются лишь в сезон размножения, придерживаясь лишь общей территории. Они общаются друг с другом, издавая громкие крики утром и вечером, и слушая ответ брачного партнёра. Птенцы этого вида (в выводке 2 – 4 птенца) выкармливаются традиционной для дятлов пищей – насекомыми. Когда птенцы подрастают и готовятся покинуть гнездо, родители начинают подкармливать их костным мозгом, а затем вся семья какое-то время кочует вместе, и птенцы обучаются добывать пищу.
«Наковальня» занимает особое место в жизни дятла-костолома. Это наиболее удобная развилка ветвей, и у каждого дятла она своя. Фактически, «наковальня» является центром территории птицы, и вокруг неё сосредоточена жизнь каждой особи или пары. Свою наковальню дятел защищает от конкурентов. В сезон размножения пары пользуются наковальней самца.
Дятел-костолом широко распространён в Северной и Южной Африке, заходя по Гибралтарскому перешейку в Южную Европу (на северном склоне Альп имеются небольшие популяции, пополняемые за счёт птиц, залетающих из Западной Европы). Пояс тропических лесов разрывает его ареал на две резко отграниченных части.
В Южной Азии, на Индостане и на севере Земли Зиндж обитает близкий вид – азиатский дятел-костолом (Ossiflangerus asiaticus). Это более мелкая птица: размером с голубя. Он отличается от африканского сородича желтоватым цветом оперения, но сходен по поведению и особенностям питания.

Этот вид птиц открыл Семён, участник форума.

Саванновый ндипинотерий (Ndipinotherium crassipygus)
Отряд: Даманы (Hyracoidea)
Семейство: Ндипинотерии (Ndipinotheriidae)

Место обитания: Африка южнее и восточнее саванн Сахары, Аравия; равнинная местность с чередующимися участками саванн и лесов.

Рисунок Тима Морриса

Экологический кризис, связанный с деятельностью человека, в значительной степени подорвал биологическое разнообразие на Земле. А ледниковый период на рубеже голоцена и неоцена стал дополнительным испытанием для биосферы. В итоге большинство специализированных групп животных вымерло. Также вымерли животные большого размера, чьи популяции в эпоху человека стали слишком небольшими и разрозненными, чтобы обеспечить выживание и дальнейшую эволюцию. Зато главный «приз» в борьбе за существование достался тем, кто находился «в тени» в эпоху человека – мелким видам живых существ. Одной очень перспективной группой такого рода стали даманы (Hyracomorpha) – небольшой африканский по происхождению отряд примитивных копытных. От мелких норных или лазящих зверей примитивного облика произошли животные нескольких типов строения: древесные, похожие на лори ашкоко, бегающие гираколопы и массивные плоскороги. Плоскороги – не единственная группа гигантских потомков даманов. Им родственно своеобразное семейство ндипинотериев – крупных наземных зверей Африки и прилегающих районов Азии.
«Ндипина» - название гориллы на некоторых диалектах Африки в эпоху человека. Саванновый ндипинотерий отдалённо похож на этого давно вымершего примата: он массивного сложения с короткими задними и относительно длинными передними конечностями. Это очень крупный зверь – стоя на четырёх лапах, ндипинотерий достигает трёх метров в плечах, и около четырёх метров в длину. Вставая на задние лапы, саванновый ндипинотерий может доставать ветви деревьев на пятиметровой высоте.
По внешности и образу жизни этот зверь – своеобразный аналог халикотериев прошлого и современных ему гигантских грызунов-ленивцев из Патагонии. Саванновый ндипинотерий – общественное животное, кочующее на дальние расстояния большими стадами – до 60 – 100 животных.
Тело саваннового ндипинотерия покрыто грубой и сравнительно редкой шерстью – эти животные обитают в тёплом климате. Шерсть зверя соломенно-жёлтого цвета, а на спине есть вытянутое тёмно-коричневое пятно. Его форма бывает различной у разных особей – от широкой продольной полосы вдоль спины до чепрака, охватывающего круп и бёдра. На плечах ндипинотерия также есть тёмные пятна. На горле и груди зверя растёт белая шерсть – это признак половозрелости, горло молодых зверей тёмное.
Задние ноги всех видов ндипинотериев стопоходящие, очень сильные. Ступня предка этих животных, дамана, была покрыта мягкой кожей. У ндипинотерия ступни ороговевшие – это приспособление к кочевому образу жизни. Крупный растительноядный вид не может долгое время кормиться на одном и том же месте – это сильно истощает ресурсы местности. Благодаря сильным мускулам этот зверь может легко вставать на задние лапы, слегка опираясь передними на стволы деревьев. Когти задних лап похожи на слоновьи копытца, но более прочные.
На бёдрах зверя откладывается слой жира, который расходуется в период бескормицы. Отсюда видовой эпитет “crassipygus”, означающий «толстозадый». Хвоста у ндипинотерия нет совсем.
Передние лапы у ндипинотериев сочетают опорную и хватательную функции. У зверей длинная кисть; третий и четвёртый пальцы толстые, сильные, окружены общим кожным чехлом, на нижней стороне которого растёт ороговевшая кожа. При ходьбе на четырёх конечностях животное опирается на нижнюю сторону этих пальцев. Второй и пятый пальцы кисти не касаются земли. Они короткие, но подвижные, могут частично противопоставляться третьему и четвёртому пальцам, действуя подобно большому пальцу человеческой руки. Такими лапами зверь подгибает и захватывает ветви деревьев, которые объедает. На передних лапах ндипинотерия растут небольшие копытца, похожие на ногти.
Голова ндипинотерия короткая, широкая и округлая, на подвижной шее. Уши зверя небольшие. Глаза ндипинотерия расположены по бокам головы, давая хороший круговой обзор. Зрение зверя хорошее, наряду с огромным страусом-жирафом ндипинотерий является одним из главных «сторожей» в саванне, замечая хищников издалека.
Подвижными губами ндипинотерий обрывает с ветвей нежные листья. Но, если корма мало, он с такой же лёгкостью может перекусывать ветки и одревесневшие стебли до 2 – 3 см толщиной. Это возможно благодаря наследству, полученному от даманов – огромным острым резцам, похожим на резцы грызунов. При необходимости зверь обороняется от врагов укусами: он пытается схватить нападающего хищника передними лапами и прокусить ему голову или грудную клетку. Одного укуса вполне хватает, чтобы убить хищника размером со льва эпохи голоцена. Благодаря гигантским размерам взрослое животное почти не имеет врагов, и от хищников страдает преимущественно молодняк или одиночные животные.
Гон проходит очень бурно – самцы ревут, призывая самок и угрожая сопернику. Они отгоняют от выбранных самок конкурентов ударами плеч и головы. Если схватка становится особенно упорной, в ход идут передние лапы. Беременность у ндипинотериев длится около года, поэтому период гона практически совпадает со временем рождения детёнышей.
Детёныш один, зато очень развитый: он покрыт шерстью, через несколько минут после рождения открывает глаза, а через полчаса после рождения может вставать на ноги и пытается ходить. Суточный детёныш уже не отстаёт от взрослых. Он питается жирным молоком около полугода, и ещё несколько месяцев держится вблизи матери. За это время молодой ндипинотерий достигает примерно половины высоты взрослого зверя. Когда самка беременеет, она отгоняет от себя подросшего детёныша, и молодые ндипинотерии вступают в самый трудный период своей жизни: они должны самостоятельно добывать себе корм. Но в стаде, как правило, есть несколько бездетных самок («нянечек»), которые немного заботятся о подрастающих зверях.
Полностью взрослым ндипинотерий становится на пятом году жизни. Продолжительность жизни этого вида в природе достигает 55 – 60 лет. В старости морда животного заметно седеет.
В Африке обитают близкие виды ндипинотериев:

Рисунок Carlos Pizcueta (Electreel)

Прибрежный ндипинотерий (Ndipinotherium littoralis) обитает в узкой полосе лесов на Атлантическом побережье Африки. Он отличается от саваннового сородича мелкими размерами, более лёгким сложением и длинными конечностями. Рост зверя, вставшего на задние лапы, достигает 3 метров. Животное очень легко встаёт на задние лапы и может пройти в таком положении несколько десятков метров. Обычно эта особенность поведения проявляется в брачный сезон.
Морда более узкая и вытянутая: животное питается сравнительно мягкими листьями кустарников и крупных трав, растущих около воды.
Животное окрашено в серый цвет с тёмными пятнами неправильной формы на боках и задних ногах. Горло белое даже у новорождённых зверей.
В помёте у этого вида обычно бывает два детёныша.

Рисунок Александра Смыслова

Горный ндипинотерий (Ndipinotherium orobius) населяет возвышенности Центральной Африки в изоляции от других видов семейства. Он отличается меньшими размерами, коренастым телосложением, относительно короткими конечностями и густой шерстью тёмно-бурого (почти чёрного) цвета. Это самый маленький вид рода: рост взрослой особи на задних лапах не превышает 2,5 метров. Кончик морды у взрослых зверей белый, у самцов часто бывает белое пятно на груди.
У животного массивная голова и сильные челюсти: этот вид питается преимущественно жёсткой травой и ветками кустарников.

Гербарий

Гигантский навозный гриб (Copragaricus gigas)
Порядок: Агариковые (Agaricales)
Семейство: Агариковые (Agaricaceae)

Место обитания: саванна Северной Африки, навозные кучи ндипинотериев.

Рисунок Ильи

Ндипинотерии и плоскороги – очень крупные потомки даманов, обитающие в африканской саванне. Они отчасти замещают вымерших в неоцене слонов и носорогов, и являются животными, формирующими характерный ландшафт саванны. Навозные кучи ндипинотериев и плоскорогов являются важным источником пищи для различных беспозвоночных, а также субстратом для роста многочисленных грибов. От своих предков, даманов, эти животные сохранили привычку оставлять помёт в определённом месте. Естественно, эта особенность поведения трансформировалась в связи с кочевым образом жизни этих видов. Эти животные опорожняют кишечник в особых навозных кучах, которые стали неотъемлемой частью пейзажа африканской саванны эпохи неоцена.
Поскольку разные группы животных оставляют помёт в строго определённом месте, на регулярно обновляемых навозных кучах складывается устойчивый биоценоз. Его частью являются грибы, активно участвующие в разложении не переваренных животными растительных остатков. Среди них важное место занимает крупный вид шляпочных грибов – гигантский навозный гриб. Его плодовые тела можно найти на навозных кучах ндипинотериев и плоскорогов – этот гриб «всеяден».
Мицелий гигантского навозного гриба пронизывает слои навоза животных, избегая лишь самого свежего навоза. Плодовые тела этого гриба белого цвета, внешне похожие на шампиньон, развиваются по краям навозных куч. Широкая шляпка гриба вначале яйцевидная с подогнутыми вниз и к ножке краями. На второй день роста плодового тела она расправляется, и в это время разрывается плёнка, прикрывающая пластинки гимения. Часть её остаётся на ножке гриба, которая продолжает рост в высоту. Гимений этого гриба имеет красновато-коричневый цвет, с возрастом меняющийся на чёрный. У полностью развитого плодового тела гигантского навозного гриба высота достигает 45 – 55 см, а диаметр шляпки доходит до 40 см. Позже шляпка выгибается внутрь, и широкие пластинки гимения рвутся на лоскуты. Плодовое тело гриба в возрасте 4 – 5 дней начинает разлагаться, и превращается в липкую чёрную массу. В это время на остатки грибов слетаются мухи и жуки, которые разносят споры, прилипающие к их ногам. Споры этого гриба имеют чёрный цвет.
Гигантский навозный гриб не ядовит, и некоторые животные охотно поедают его плодовые тела на разных стадиях развития.
В саваннах Северной Африки встречается ещё несколько родственных видов грибов:
Изящный навозный гриб (Copragaricus gracilis) растёт группами по несколько десятков небольших плодовых тел. Его высота до 25 – 30 см, но внешний вид плодового тела совсем иной, чем у предыдущего вида. У данного гриба очень тонкая и длинная ножка бледно-жёлтого цвета, на которой сидит маленькая шляпка зеленоватого цвета. Это узкоспециализированный вид, который селится только на навозе плоскорога.
Указующий, или термитный навозный гриб (Copragaricus indicator) обитает только на переработанном термитами навозе, который включён в состав гнезда навозных термитов. Он вступил в симбиотические отношения с термитами, и его плодовые тела всегда связаны с гнездом навозных термитов. Мелкие плодовые тела этого гриба растут на жилищах термитов большими группами. Высота этого гриба достигает 6 – 8 см, у него тонкая ножка и бархатистая коричневатая шляпка. Термиты поедают грибницу термитного навозного гриба. Но этим её польза для насекомых не ограничивается: грибница придаёт особые свойства стенкам гнезда термитов. Несмотря на толщину и прочность, они делаются пористыми из-за того, что грибница растворяет включения навоза, добавленные в состав «строительной смеси» для изготовления стенок. Впрочем, у присутствия грибов в термитнике есть обратная сторона. Плодовые тела пробивают в некоторых местах крышу термитника, или растут по краям гнезда. Из-за этого термиты должны постоянно ремонтировать стены гнезда по мере роста плодовых тел грибов, чтобы в жилище не возникали трещины, через которые в колонию могут попасть враги.

Следующая

На страницу проекта