Тень от крыльев на траве

 

Путешествие в неоцен

 

Тень от крыльев на траве

 

 

 

В неоцене Южная Америка отделилась от Северной окончательно. На протяжении почти всего кайнозоя материки также были разделены, и на каждом из них флора и фауна развивались отдельно. Но затем в плиоцене между материками образовался Панамский перешеек, и последовавшее за этим событием вторжение северных видов погубило эндемичную южноамериканскую фауну.
В неоцене связь между материками вновь прервалась: движение небольших литосферных плит в районе Карибского моря, вызванное расширением Атлантики, разорвало Панамский перешеек и сделало невозможным дальнейший обмен фаун двух материков. Какое-то время виды из Южной Америки могли попадать на север по прерывистому Антильскому мосту – цепочке Антильских островов и крупный остров под названием Большая Антигуа. Так на севере появились бегающие грызуны мары-олени, достигшие процветания на равнинах Северной Америки. Однако в дальнейшем этот переход также стал невозможен.
В неоцене Южная Америка понемногу сдвигается на юг, в сторону полюса. Равнины Патагонии уже находятся в области умеренного климата, зимой здесь выпадает обильный снег, а в горах достаточно прохладно. Но равнины северной части материка по-прежнему находятся в области тропического и субтропического климата, и здесь господствуют разнообразные теплолюбивые виды растений и животных.
Южнее области сплошных дождевых лесов находится пояс редколесий. Это пейзаж, немного напоминающий области Восточной Африки в плиоцене и плейстоцене: травянистые равнины прорезаны реками, в долинах которых разбросаны обширные мелководные озёра. Над равнинами поднимаются выходы скальных пород, образующие горные плато с шапками вечнозелёного леса. Такая местность очень привлекательна для различных видов животных, от самых мелких до настоящих великанов.
Среди травы лежит птичье перо. Судя по его форме, это маховое перо из крыла птицы – оно немного изогнуто, и его опахало несимметрично. Оно долго служило своему обладателю верой и правдой: его края слегка истрепались, а опахало в некоторых местах погрызено паразитами.
Небольшая пёстрая ящерица с тонким длинным хвостом, привлечённая солнечным теплом, забралась на это перо и закрыла глаза, наслаждаясь солнечным теплом. Она сидит на этом пере, словно на листе пальмы, и места хватило бы ещё для одного или двух её сородичей. Но сама ящерица была не каким-то карликом, а взрослой рептилией средних размеров. Просто перо, на котором она решила погреться, составляет около трёх четвертей метра в длину.
Ящерица не одна в этом мире: её окружают гораздо более сильные и свирепые животные, и небольшой рептилии надо постоянно быть начеку, чтобы не стать чьим-нибудь кормом. Ящерица одним глазом следит за несколькими огромными птицами, пирующими неподалёку. Это цапли-охотники, нелетающие плотоядные птицы, одни из самых главных хищников на неоценовых равнинах Южной Америки. Они охотятся группой, и их поведение помогает им добывать быстроногих и опасных для других хищников обитателей равнин. Около получаса назад они забили молодую гигантскую паку – это было бы нелегко сделать одинокой цапле-охотнику, поскольку этот чудовищный грызун весит намного больше её самой. Но все вместе птицы нанесли гигантской паке множество ран своими острыми зазубренными клювами, и животное просто истекло кровью и погибло.
Цапли-охотники наслаждаются своей законной добычей. Дёргая шеями, они выдирают из боков убитой гигантской паки куски мяса и судорожно глотают их, давясь. Время от времени они щёлкают клювами, поворачиваясь друг к другу. Несмотря на коллективный способ охоты, в стае птиц царит строгая иерархия, и более слабые особи едят украдкой, пока доминирующие птицы заняты заглатыванием своей порции мяса. У цапель-охотников крошечные редуцированные крылья, поэтому огромное перо, лежащее в траве, просто физически не может принадлежать им. Но на равнинах Южной Америки водятся и другие большие птицы.
Словно облако закрыло солнце на миг, и порыв ветра всколыхнул траву. Ящерица спрыгнула с пера и скрылась среди высоких стеблей. Опыт и инстинкт учат её быть крайне осторожной, и это не раз спасало ей жизнь. Спрятавшаяся рептилия слышит громкое хлопанье огромных крыльев и глухой удар ног об землю. Не искушая судьбу, ящерица находит свою нору, и прячется.
Чудовищных размеров птица с сильными ногами, большими крыльями и голыми головой и шеей бредёт среди травы. Она складывает крылья, и в этот момент становится заметно, что в одном крыле не хватает махового пера. Огромная территория – около сотни квадратных километров, является владениями именно этой самой птицы, и хозяин регулярно облетает их. Обладатель гигантского пера, птица под названием акату, опустилась на землю рядом с цаплями-охотниками не напрасно: благодаря острому обонянию это пернатое почувствовало, что охота нелетающих цапель завершилась успешно, и теперь желает получить свою долю на правах сильнейшего. Цапель-охотников много – более десятка. Но эти птицы слишком глупы, чтобы воспользоваться численным преимуществом и отогнать акату. Зато акату умеет произвести неотразимое впечатление на любого из местных хищников: раскрыв огромные крылья, акату пригибает голову, надувает горловой мешок и громко ревёт. В ответ на эту демонстрацию цапли-охотники щёлкают клювами, и одна из птиц делает агрессивный выпад в сторону акату. Акату не боится таких одиночных попыток устрашения: птица делает двухметровый прыжок с раскрытыми крыльями, и равнину вновь оглашает рёв, усиленный раздувшимся горловым мешком. Цапли-охотники не выдерживают. Одна за другой длинноклювые птицы отступают от добычи и ищут защиты друг у друга. Самые голодные особи могли бы задержаться у добычи дольше, но чудовищная акату продолжает отгонять их, и цапли-охотники отступают одна за другой. Последняя из птиц успела оторвать кусок мяса, но, как только она отошла от туши, другая цапля тут же отняла у неё это мясо. А акату совершенно не интересуют желания и проблемы цапель-охотников. Крупная птица погружает беспёрую голову в тушу гигантской паки, и начинает рвать мясо острым клювом.
Птица, потерявшая огромное перо, нечасто, но регулярно появляется в этих краях – это часть обширных владений акату, и птица каждый день улетает на поиск пищи в другое место. Такие крупные хищники всегда имеют огромные территории и селятся разреженными популяциями. Птица, воспользовавшаяся охотничьим успехом цапель-охотников, является взрослым самцом акату. Он отличается ярко-голубым горлом и большим горловым мешком, который служит резонатором для мощного и звучного крика, которым акату заявляет прочим обитателям равнин и гор свои права на пищу и территорию. Акату принадлежит к семейству катартид – плотоядных птиц, похожих на грифов Старого Света. В эпоху экологического кризиса многие виды хищных птиц вымерли, но предок акату выжил, и через миллионы лет превратился в существо, потрясающее воображение.
Самец акату пролетает над равнинами, оглядывая их. Его чувствительные ноздри улавливают тысячи запахов нагретой земли, дополняя картину мира, раскинувшегося под крылом этой птицы. Паря высоко в небе в восходящих потоках тёплого воздуха, эта гигантская птица представляет собой величественное зрелище. Место его обитания в эпоху человека называлось Гранд-Чако. В неоцене Гранд-Чако – настоящее «лоскутное одеяло» из травянистых равнин, лесов, рек и озёр. Густые леса растут преимущественно по берегам водоёмов, а в саванне деревья образуют редколесья или растут отдельными группами среди трав. В Гранд-Чако эпохи неоцена климат сезонный: влажный сезон чередуется с засухой. В сухой сезон водоёмы могут пересыхать, а реки превращаются в цепочки мелководных прудов в русле, где собираются беспомощные водяные обитатели. Зато во влажный сезон реки могут разливаться на многие километры, превращая равнины в мелководные озёра и болота. Но во время наводнений у обитателей равнин, которые не любят воду, есть возможность спастись: кое-где среди равнин возвышаются, словно острова в океане, выходы скальных пород. Они сильно разрушены временем и часто похожи на средневековые замки эпохи человека или на какие-то причудливые скульптуры. Вершины старых горных плато поросли лесом, и здесь утренние туманы дают жизнь многим растениям и животным, не встречающимся больше нигде, даже на ближайших похожих плато. Сюда не смогут забраться четвероногие хищники, но скалы не представляют препятствия для сильных крыльев акату. Здесь, в скальных нишах, акату гнездится, и здесь самцом выбрано место для нового гнезда.
Акату образуют пары на много лет, и даже на всю жизнь. Птицы одной пары очень привязываются друг к другу и проводят вместе много времени. Но образованию такой пары предшествуют несколько сезонов пробных гнездований, которые иногда могут закончиться неудачно. Самец акату холост, и он подходит к выбору спутницы жизни особенно тщательно. Он выбрал для гнездования удобную нишу в скале, защищённую нависающим каменным карнизом и несколькими прядями лиан, укоренившихся выше в трещине скалы. Это прекрасная маскировка для гнезда, и, кроме того, лианы защищают гнездо от дождя своими широкими листьями. Самец акату уже гнездился в этом месте в прошлом году, а до него на этом месте долгое время обитала старая самка этого же вида. Пока она была жива, самец акату даже не пытался посягнуть на её территорию, но однажды она куда-то пропала, и молодой самец сразу же занял удобное для жизни место, покинув прежнее место жительства. Он выбросил из ниши верхнюю часть старого гнезда, и набросал на его основание много крупных веток, найденных внизу, чтобы каркас был ещё прочнее – если ему удастся обзавестись семьёй, гнезду предстоит выдерживать вес пары самых крупных летающих птиц неоценового мира, и их потомства.
Днём самец акату разыскивает пищу: он охотится на крупных животных сам, или отнимает добычу у других охотников, пользуясь своими гигантскими размерами и грубой силой. После охоты, отдохнув, он продолжает строить гнездо. А по вечерам над равнинами разносится протяжный раскатистый крик – брачный зов самца акату. Огромная птица проделывает это много дней подряд: акату живут вдалеке друг от друга, и найти партнёра для гнездования бывает непросто.
Постепенно постройка гнезда завершается: самец начинает таскать не только сучья и ветки, но даже целые кусты, вырванные из земли. Утрамбованные его ногами, они образуют упругую подстилку гнезда. Самец акату отдыхает совсем мало: у птиц долгий период выращивания потомства, и птица спешит закончить гнездо, даже если на территории не появилась самка. Гнездо акату является одним из элементов, укрепляющих отношения птиц: самец без гнезда не привлекает самок.
Каждый вечер самец акату призывает самку почти до темноты, и спит совсем мало. По утрам, когда солнце достаточно прогреет землю, и появятся восходящие потоки воздуха, крупная птица легко взлетает при слабом встречном ветре.
У этого самца уже было несколько неудач подряд в выборе пары. Прошлый сезон самка оказалась слишком агрессивна: повинуясь обострённому родительскому инстинкту, она не подпускала самца с добычей к птенцу. В результате птенец погиб от недоедания – она не смогла полноценно выкормить его сама, одновременно защищая от самца. Когда слабый птенец начал учиться летать, он попросту выпал из гнезда и разбился. После его смерти пару птиц больше ничего не связывало, и та самка улетела.
Самец акату готов призывать самку не только вечером, но и днём: пока сухой сезон подходит к концу, пара должна сформироваться и начать насиживать кладку: птенец должен успеть вырасти в самое благоприятное время года. Поэтому самец акату начинает ежедневные брачные призывы ещё раньше: около полудня. Паря над выжженными солнцем травянистыми равнинами, он кричит, надувая горловой мешок. Огромную птицу заметно издалека, и такая тактика приносит плоды: когда самец пролетал над полувысохшей рекой, он услышал далёкий ответ на свой призыв. Ради великой цели продолжения рода самец акату нарушил невидимые, но хорошо охраняемые границы соседнего участка, и ещё раз издал призывный клич. Сомнений не было: ему вновь ответили. И это был голос не самца, а самки. С вершины одного крупного дерева, росшего в долине реки, навстречу самцу взлетела мощная представительница его вида – молодая и явно готовая к гнездованию самка. Самки акату крупнее самцов и весят больше их. Обычно самец осторожен в отношениях с самкой, но в некоторые моменты он проявляет недюжинную смелость. Так было в первые минуты встречи двух пернатых великанов: самец погнался за самкой, а она, принимая его правила игры, стала спасаться от него, словно преследуемая добыча. В этот момент птицы проверяли друг друга: самка оценивала скорость и проворство самца, а самец – способность самки подчиняться. Догнав самку, самец заставил её резко взмыть вверх, а затем последовал за ней, обогнал, и повернул к скале, где у него было почти готовое гнездо. Самка последовала за ним, держась сзади и немного внизу.
Сев на гнездо, самец акату раскрыл веерами полуопущенные крылья, и начал ритмично переступать с ноги на ногу, подняв голову и демонстрируя самке голубую кожу на горле. В это время его раздутый горловой мешок покачивался в такт ритмичным шагам. Самка, сев на край гнезда, наблюдала за самцом, исполняющим медленный и неуклюжий танец. А затем настал самый важный момент в ухаживании самца акату: склонив голову и подставив самке уязвимый затылок, он выдернул из гнезда прутик, и подал его самке. Склонив голову, самка акату осторожно взяла прутик из его клюва, и снова воткнула его в дно гнезда. Взаимное доверие птиц было достигнуто, и пара акату сформировалась.
У других птиц Гранд-Чако процесс ухаживания проходит гораздо быстрее, и партнёры не слишком соблюдают какие-то сложные ритуалы. Прямо под гнездом акату вьют гнёзда мелкие птицы-жучки – непевчий вид воробьиных. Брачный сезон у этой птицы растягивается более чем на полгода, и за один сезон дождей птицы-жучки успевают вывести птенцов три раза. Самец этой птицы поселился под гнездом акату ещё тогда, когда самец набросал толстые сучья на основание старого гнезда. Огромный хищник много раз видел снующую около его гнезда блестящую зелёную птицу с ярко-красным брюшком и двумя длинными чёрными «усиками» над глазами. Но он не отгонял этого маленького пернатого соседа: большой акату трудно поймать мелкую проворную птичку. Присутствие птицы-жучка даже выгодно для крупной птицы: это мелкое пернатое хорошо ловит комаров, кусающих голую голову акату, и мух, которых привлекают остатки пищи в гнезде акату. По вечерам, когда москиты особенно активны, самец акату чувствовал, что рядом с ним постоянно держится маленькая птица-жучок, которая поедает этих назойливых насекомых.
Ещё до того, как самец акату встретил самку, самец птицы-жучка был полностью поглощён ухаживанием: он тоже пел несколько дней подряд. Трель этой птицы не отличается особой сложностью и похожа на монотонный голос сверчка. Птицы-жучки гораздо более многочисленны, чем акату, поэтому уже через два – три дня после начала брачных призывов самец птицы-жучка обзавёлся несколькими самками. Эти птицы тут же начали таскать сухую траву и вить гнёзда в основании гнезда акату. А самец, на чьей территории они обосновались, время от времени помогал им с постройкой гнезда, но большей частью занимался охраной территории от соперников. В брачный сезон самец птицы-жучка становится очень задиристым: он нападает на других самцов, оказавшихся поблизости, и не даёт им возможности «переманить» самку к себе. Везде, где он слышит голос, похожий на его собственный, он ищет врага. Бывает, самец птицы-жучка атакует даже сверчков и кузнечиков, поселившихся поблизости. Хищник безопасен для птиц-жучков, и надёжно защищает их от врагов – хищные птицы просто не рискуют приближаться к гнезду акату. И самки птицы-жучка не теряют времени даром: они быстро натаскали травы и свили шаровидные гнёзда среди веток в основании гнезда акату. Это приносит пользу акату: строительная деятельность птиц-жучков укрепляет гнездо хищника.
К моменту, когда в гнезде акату появилась самка, в гнёздах у птиц-жучков уже пищат птенцы, а самки ловят насекомых среди лиан и над гнездом акату. Изредка самец птицы-жучка помогает самкам выкармливать потомство, посещая их гнёзда одно за другим, но он предпочитает заниматься «внешней политикой», охраняя территорию.
В гнёздах птиц-жучков бывает по 2 – 3 яйца, и при утрате кладки птица легко делает новую. В противоположность ей, у акату в кладке чаще всего бывает только одно яйцо, и если оно выпадет из гнезда, будет разбито или окажется неоплодотворённым, птицы уже не гнездятся в этом сезоне. Самка относится к яйцу, как к величайшей драгоценности: она прячет свежеснесённое яйцо под собой, и долго не подпускает к нему самца. Когда самец слишком приближается к ней, самка шипит и щёлкает клювом, предупреждая его о своём неудовольствии. Но так продолжается всего несколько дней. Самец кормит самку, и постепенно её агрессивность смягчается.
Позже самка уже доверяет самцу насиживание яйца, а сама улетает дальше от гнезда – она поддерживает свою физическую форму и нуждается в уходе за оперением. Самка принимает пыльные ванны и купается в мелководных озерках недалеко от скал, где расположено гнездо. В семье акату существует определённое разделение обязанностей – во время насиживания яйца самка проводит больше времени на гнезде, а самец носит ей пищу: мелких животных, проглоченных целиком, и куски мяса крупной добычи. Птицы не слишком заботятся о чистоте в гнезде: кусочки мяса часть проваливаются сквозь рыхлую подстилку и начинают гнить, привлекая стаи мух. Насекомые откладывают яйца на остатки добычи акату, и вскоре в толще гнезда ползают их жирные белые личинки. Акату не обращают внимания на эти мелочи, но их соседи, птицы-жучки, очень интересуются непрошенными гостями. Они ловко снуют между толстых веток, из которых сложено основание гнезда акату, и выклёвывают личинок из остатков пищи акату и из подстилки гнезда. Эта еда достаётся им легко, но птицы должны проявлять осторожность: насиживающая самка может просто склевать их.
Самец и самка выражают друг другу знаки привязанности: возвращаясь с охоты, самец осторожно дотрагивается до клюва насиживающей самки, прежде чем отрыгнуть порцию мяса. Яйцо ещё больше укрепляет узы партнёров: оно становится центром их мира, и определяет отношения птиц. Только совместно пара акату может вывести и успешно вырастить птенца.
Тени прошлого иногда возвращаются. Прошлый год был неудачен для самца акату: птенец погиб и пара распалась. Но однажды это прошлое вернулось. Когда самка акату насиживала яйцо, а самец был на охоте, над горным плато показался силуэт огромной птицы. Самка акату издалека узнаёт своего партнёра по характеру полёта, и она видит, что приближающаяся к гнезду птица – это не её супруг. Это даже не самец, а совсем чужая самка. Точнее сказать, эта самка не знакома ей, но самец, будь он рядом, непременно узнал бы её: это самка, которая гнездилась здесь в прошлом году. Она надеется на продолжение отношений с самцом, но похоже, что она безнадёжно опоздала. Сезон гнездования уже давно начался, и прошла уже треть долгой инкубации яйца: время безнадёжно упущено. Тем более, у самца уже есть пара, и этот союз оказался намного прочнее, чем был за год до этого.
Законная хозяйка гнезда встречает чужую самку на подлёте к гнезду – во время насиживания она воспринимает приближение незнакомого сородича как знак агрессии. Пришлая самка явно не ожидала такого поворота событий, и растерялась, когда ей навстречу с предупреждающим криком взлетела другая птица. Хозяйка гнезда всем видом показывает, что готова отстоять право на материнство любой ценой, и в этот момент её соперница совершила роковую ошибку, причиной которой была её наследственная повышенная агрессивность. Вместо того, чтобы развернуться и улететь прочь, она набросилась на хозяйку гнезда, и в воздухе началась битва великанов. Тяжёлым птицам трудно совершать фигуры высшего пилотажа, поэтому даже в воздухе они рассчитывают на победу с помощью грубой силы. Две самки летают, стараясь подняться выше соперницы и ударить её ногами по спине. Они громко кричат и бьют друг друга крыльями по голове. Маховые перья акату имеют очень твёрдый стержень, поэтому удары получаются сильными и неприятными. Схватка с некоторыми перерывами длится около двух часов, и очень изматывает птиц. Когда они отдыхают, хозяйка гнезда спешит к драгоценному яйцу, а её соперница отдыхает на уступе недалеко от гнезда. Две отдыхающих самки видят друг друга, и это ещё больше повышает их агрессивность друг к другу. Сложно сказать, сколько могла бы длиться схватка этих птиц, если бы не вернулся самец. Он успешно охотился на равнинах, и возвращался с несколькими кусками мяса в зобу. Ему тяжело лететь, но вид двух птиц, сражающихся возле его гнезда, придал ему силу и решительность. Ещё несколько могучих взмахов крыльями – и он ворвался в воздушный бой. Пара совместно защищает гнездо и яйцо от одинокой самки, и против двух птиц она не сможет выстоять в одиночку даже со своей силой и агрессивностью. Одинокая самка улетает, а хозяйка гнезда некоторое время преследует её, бьёт ногами по спине и кричит. Той одинокой самке в этом году уже не удастся загнездиться – она упустила время, и в окрестностях не осталось холостого самца. Возможно, ей повезло бы на следующий год – акату живут долго, и способны гнездиться в течение нескольких десятков лет. Она улетает с территории пары акату, и уже не вернётся сюда. А самец и самка возвращаются в гнездо вместе. Самка сразу же садится на яйцо и аккуратно подкатывает его под себя клювом. Самец начинает отрыгивать куски мяса и передавать их самке из клюва в клюв. После еды самка допускает самца ближе к драгоценному яйцу, и он присаживается рядом. Птицы нежно дотрагиваются клювами до оперения друг друга, и самец начинает осторожно чистить самке кожу около глаза – это высшая степень доверия у этих хищников.
Во второй половине дня собираются тучи. Небо становится пасмурным, и дует прохладный ветер с Атлантического океана. Он приносит облегчение природе: зной спадает, и обитатели южноамериканских равнин прячутся в укрытия. Туч становится всё больше, вскоре они сливаются в единую пелену, за которой скрывается солнце. На северо-востоке молнии прорезают небо, и вскоре над Гранд-Чако разносятся удары грома. Затем по земле начинают барабанить капли дождя, прибивая пыль к земле и превращая глину в грязь. Дождь усиливается с каждым часом, и продолжается весь вечер и большую часть ночи. Вода стекает по каменному карнизу, и в гнезде акату достаточно сухо – лишь иногда порывы ветра обдают птиц дождём. В непогоду даже самец птицы-жучка прекратил свою назойливую трель, и забился в одно из гнёзд, свитых его многочисленными спутницами жизни… всего на один сезон.
Начало сезона дождей – время изобилия для большинства обитателей южноамериканских равнин. После хорошего дождя просыпаются корневища растений, пребывавшие в оцепенении несколько месяцев, и равнины за несколько дней покрываются свежей сочной растительностью. На деревьях начинает отрастать молодая листва, а некоторые из них сразу же начинают цвести, расставляя яркие акценты в палитре зелёных оттенков равнинного пейзажа.
Листья и трава – это пища многочисленных травоядных млекопитающих, которые населяют эти места. Гранд-Чако – это родина одних из самых крупных млекопитающих Южной Америки эпохи неоцена. Среди них выделяется необычной внешностью тапиротерий, одно из последних непарнокопытных. Уцелев в труднодоступных остатках лесов Южной Америки, предки этого млекопитающего превратились в необычного зверя, отдалённо напоминающего слонов эпохи голоцена. Огромные звери, достигающие четырёх метров в длину и двух метров в плечах, бродят по Гранд-Чако целыми стадами, насчитывающими десятки особей. Их тела покрыты тёмно-коричневой шерстью, на фоне которой хорошо выделяется подвижный полосатый хобот. С помощью хобота животные общаются: хобот позволяет им издавать широкий спектр звуков, а его положение выражает настроение зверя. Стада тапиротериев находятся в постоянном движении – задерживаясь где-либо надолго, они могли бы уничтожить всю растительность, как когда-то слоны в Африке. Похоже, тапиротерии очень довольны началом сезона дождей: они с удовольствием бродят под проливным дождём. Когда деревья начинают покрываться свежей листвой, тапиротерии лакомятся свежим приростом: они ломают хоботами ветви и засовывают их в рот, а некоторые лакомки встают на задние ноги, опираясь на ствол дерева и дотягиваясь хоботом до сочных листьев, недоступных большинству обитателей Гранд-Чако.
Тапиротерии очень любят воду: у животных большая потребность в питьевой воде, и в засуху они не уходили далеко от пересыхающих рек. В жаркую погоду эти звери любят купаться и подолгу валяются по песчаному берегу реки, счищая с кожи паразитов. Там, где тапиротерии принимают песчаные ванны, на отлогом берегу реки образуются глубокие ямы. Когда стадо тапиротериев приближается к одному из таких мест, животных охватывает возбуждение: они заметно ускоряют шаг, надеясь занять яму поглубже. На дне некоторых ям просачивается вода, и такие места особенно любимы у тапиротериев. Они быстро занимают песчаные ванны и начинают набрасывать на себя песок ногами и хоботом. Старая самка, предводительница стада, бесцеремонно выгоняет из понравившейся ей ямы молодую самку, и сама ложится в прохладный песок. Она уже много лет водит стадо, и заслужила для себя лучшее место. Нескольким молодым тапиротериям не хватило песчаных ям, и они решают порезвиться в воде. Подростки заходят на мелководье, распугивая стаи мелких рыб, и плещутся, поднимая со дна тучи ила. Как слоны, молодые тапиротерии поливают себя водой из хобота. Это умение очень полезно для них, особенно в засуху: крупное животное сильно страдает от жары и ему особенно важно уметь охлаждаться.
Когда из воды показалась плоская голова с маленькими глазами и широкими подвижными ноздрями, молодые тапиротерии испуганно выбежали на берег. Животное выбирается на берег, встряхивая маленькими ушами и фыркая. Длинные густые усы и две пары больших белых резцов показывают, что это грызун. Но какой! Размерами это животное лишь немного уступает тапиротерию, хотя по весу вполне может поспорить с ним. Это барокавия – самый крупный грызун на Земле в эпоху неоцена. Понюхав воздух, барокавия равнодушно проходит мимо отдыхающих на берегу тапиротериев, и уходит в высокие тростники. Среди стеблей гигантских болотных растений пасутся её сородичи, с хрустом топчущие и поедающие сочную зелень. Находясь рядом с этими великанами, можно почти не опасаться нападения крупного хищника, поэтому рядом с барокавиями кормятся их более мелкие родичи – гигантские паки, грызуны с бронированными щеками размером со свинью, бурого цвета с белыми пятнами на крупе. Эти животные держатся одним общим стадом и не боятся наземных хищников. Время от времени барокавии, наевшись досыта, уходят в воду и ныряют. Они проплывают несколько метров под водой, касаясь дна лишь кончиками копытообразных когтей, и выныривают на середине реки, где течение намыло небольшую отмель. Гигантские паки не уплывают так далеко от берега, и заходят в воду только по плечи. Они всегда начеку и должны опасаться других животных: в реке водится чудовищная рыба тираннохаракс с мощными челюстями и острыми зубами. Тираннохаракс достигает примерно четырёх метров в длину и отличается свирепостью – это чудовище, с присутствием которого необходимо считаться всем, кто меньше и слабее его, и иногда даже более крупные животные не застрахованы от его спонтанных и яростных нападений. Обычно рыба затаивается на мелководьях и ждёт добычу, неподвижно застыв на дне. Тираннохаракс ест всё – от черепах и рыб до гигантских пак и молодых барокавий. В жаркое время года, когда в воде очень мало кислорода, присутствие тираннохаракса легко обнаружить издалека – рыба время от времени всплывает за порцией воздуха, вдыхая его с помощью плавательного пузыря, выполняющего функцию лёгкого. В этот момент над водой разносится хриплый звук. Услышав его, животные, находящиеся на берегу, спешат как можно быстрее покинуть это место. Но они спокойны: в такой момент тираннохаракс не охотится. А вот когда рыба слишком долго не показывается у поверхности – это гораздо страшнее. Тираннохараксы заменяют крокодилов в реках тропической области Южной Америки.
Самец акату, пролетая над рекой, видит больше, чем животные на земле. Стадо тапиротериев, отдыхающих в песке, выглядит заманчивым, но на самом деле совершенно недосягаемо для пернатого хищника – звери слишком сильные и им ничего не стоит раздавить акату в лепёшку. Барокавии глуповаты, и среди них есть несколько детёнышей, на которых можно напасть. Акату имеет опыт нападений на этих животных, но сейчас они пасутся среди растений, где акату с его огромными крыльями будет просто беспомощен. С высоты самец акату видит в реке скользящие на мелководье силуэты устрашающих рыб, ожидающих, пока неопытное или слабое животное окажется подальше от остальных. Самец акату не только охотится: он живёт своей обычной жизнью, и охота – это лишь её часть. Ему нравится дразнить тираннохараксов. Для этого он снижается и быстро пролетает над самой поверхностью водоёма. Напуганный его тенью, крупный тираннохаракс резко бросается в сторону и забивается в тростники, судорожно ударяя хвостом и поднимая со дна облако ила и гниющих растений.
Самец акату не напрасно оказался около реки: здесь больше вероятность найти добычу. Довольный зрелищем паники страшных рыб, самец акату взлетает, и кружит над речной долиной. Его глаза и ноздри работают совместно, повышая эффективность охоты птицы. Среди множества запахов земли, которые несут восходящие потоки воздуха, птица отчётливо выделяет желанный для себя запах крови. Очевидно, тираннохаракс недавно ранил молодую барокавию, и её рана всё ещё кровоточит. Хищная птица моментально реагирует на запах, и начинает снижаться. Самец акату пролетает над стадом барокавий, пытаясь определить раненое животное и оценить возможность нападения. Когда он пролетает над стадом слишком низко, несколько взрослых зверей поднимают головы и ревут, оскалив острые резцы и пытаясь отогнать самца акату. Но эти угрозы мало пугают самца акату: он знает по опыту, что у барокавий каждое животное защищает только само себя, и лишь самка заботится о детёнышах. Зато подростки – самый удобный объект для нападения: они ещё слишком слабы, чтобы защититься от акату, но родители уже не заботятся о них. Пролетев над стадом барокавий ещё раз, самец акату точно определил свою будущую жертву: подростка барокавии, у которого на плече висит клок шкуры, распоротый острыми зубами тираннохаракса. Молодой барокавии удалось спастись от этой рыбы, но теперь кровь привлекла другого хищника – акату.
Нападать на барокавий с воздуха акату не умеет – для этого его когти слишком толстые и тупые. Поэтому птица начинает преследование стада барокавий по земле. Самец акату садится невдалеке от стада, и приближается к зверям на сильных ногах. Раненая барокавия словно чувствует, что эта птица желает напасть именно на неё, поэтому старается спрятаться среди взрослых зверей. Но взрослые барокавии глуповаты, и их легко напугать хитростью. Подходя к стаду, самец акату раскрывает крылья и оглушительно ревёт с помощью мешка-резонатора на горле. Такое «представление», начатое неожиданно, пугает барокавий, и стадо постепенно начинает отходить в сторону от хищной птицы. Когда взрослые грызуны отходят в сторону от акату, на короткое время «открывается» раненое животное. Самец акату не теряет время, и неистово атакует его: догоняет и наносит удар клювом в бок жертвы. Когда взрослая особь поворачивается к нему, самец акату так же быстро отступает. Он осторожничает не напрасно – резцы барокавии очень острые, и немногие наземные хищники отважатся сразиться со взрослой барокавией один на один в открытом бою. Но акату отличается терпением. Птица долго атакует намеченную жертву – в течение получаса самец акату наносит раненой барокавии ещё несколько глубоких ран, и на шерсти животного появляются тёмные полосы крови. Животное слабеет с каждой минутой, а запах крови отпугивает от него взрослых барокавий. Постепенно стадо отступает, бросая раненого сородича наедине с хищником. А самец акату продолжает атаки, и вскоре молодая барокавия падает, обессилев от потери крови, и умирает. Добыча досталась хищнику.
В мире, где бок о бок живёт много разных хищников, нужно не только убить добычу, но и суметь воспользоваться ею. Акату торопливо рвёт шкуру гигантского грызуна клювом, и начинает выклёвывать мясо и внутренности добычи. Эта птица не сможет съесть много мяса по множеству причин. Огромная акату находится на пределе лётных способностей, доступных птицам, поэтому, съев слишком много мяса, птица может попросту не взлететь. А вторая причина состоит в том, что богатая добыча привлекает множество нахлебников. В кустарнике неподалёку от места охоты акату прячется стая цапель-охотников. Видя, что акату уже начал поедать добычу, несколько птиц осмелели и решили приблизиться к туше барокавии. Какое-то время акату может сдержать напор голодных цапель-охотников. Когда эти птицы подходят слишком близко, акату раскрывает крылья и громко кричит, отпугивая их. Самец торопливо наедается: цапли-охотники смелеют, и рано или поздно их здесь будет слишком много, чтобы их можно было отпугнуть. Акату не желает ввязываться с ними в драку: малейшее повреждение может лишить самца способности летать. На туше молодой барокавии слишком много мяса, чтобы он смог съесть всё, и часть его заведомо достанется другим плотоядным животным.
Проглотив ещё несколько кусков, самец акату отходит от туши, разбегается против ветра, взмахивает крыльями и отрывается от земли. Он взлетает, и описывает большой круг над местом удачной охоты. Акату видит, как цапли-охотники обступают тушу барокавии и начинают отрывать куски мяса. Но он видит многое, чего не замечают цапли-охотники, поглощённые едой. По месту пиршества этих нелетающих птиц скользит тень, и рядом с ними приземляется гигантская акату, а следом за ней ещё одна. Эти птицы давно почувствовали запах крови, и собрались около места охоты, ожидая своей очереди. В присутствии крылатых великанов цапли-охотники чувствуют себя не слишком уверенно, и отступают. А акату начинают рвать мясо барокавии, изредка бросая друг на друга косые взгляды. После того, как они поедят, на туше барокавии останется не очень много мяса, которое смогут съесть цапли-охотники: эти птицы не умеют обгладывать кости, как хищные млекопитающие, и большую часть остатков мяса после акату съедят другие плотоядные.
Самец активно доставляет корм насиживающей самке. Присев на край гнезда, он отрыгивает куски мяса, проглоченные после удачной охоты на барокавию, и кормит ими самку. Вокруг самца вьются мухи, привлечённые запахом мяса, и тут же появляется несколько птиц-жучков. Зелёно-красные птицы ловко схватывают насекомых, докучающих огромным акату, и тут же спешат в гнёзда, где их ожидают голодные птенцы. У акату уже прошло больше половины срока инкубации яйца, и самке осталось уже не так долго насиживать его. Но у неё обострилась одна проблема, которая всегда сопутствует любому виду живых существ – в оперении птицы завелись паразиты. Пока самка насиживает яйцо, она уделяет себе меньше времени, и в её оперении активно размножаются паразитические насекомые. Насиживающая самка начинает чесаться и встряхиваться, пытаясь хоть как-то избавиться от зуда, который они ей причиняют.
В оперении акату водится несколько видов очень мелких клещей. Одни из них поедают отмирающий верхний слой эпидермиса, другие поселяются в перьевых сумках, а третьи просто сосут кровь птицы и прячутся под перьями акату. Один из специфических паразитов этого вида – пухоед-голиаф. Это самый крупный пухоед в мире – его длина достигает 3 сантиметров, что немало по сравнению с большинством насекомых этого отряда, не превышающих в длину нескольких миллиметров. Это подвижное насекомое прицепляется к перьям акату короткими крючкообразными ногами, и дополнительно фиксируется между налегающими друг на друга перьями с помощью крючков, растущих рядами на плоском брюшке. Пухоед-голиаф обгладывает перья птицы, как гусеница листья.
Один раз в день самка акату позволяет себе покинуть гнездо и искупаться в мелководной речке у подножия горного плато, где расположено гнездо это пары. Она встаёт с гнезда, аккуратно откатывает клювом яйцо подальше от края и укладывает на него высохшую ветку куста – это сделает яйцо менее заметным для воздушных хищников. Сделав несколько шагов, самка акату останавливается на краю гнезда, раскрывает крылья, и начинает разминать мускулы, затёкшие после долгого насиживания. Она потягивается, а затем несколько минут интенсивно работает крыльями. Приведя себя в порядок, самка акату взлетает и кругами спускается вниз, где по каменистому ложу течёт небольшая речка. Не теряя времени, птица входит в воду и садится на мелководье, слегка раскрыв крылья. Она наскоро принимает ванну, тяжело встряхивается и выходит из воды. Прохладная вода немного остужает пыл многочисленных паразитов. Часть их была просто смыта, а многим пришлось искать убежище от воды на спине птицы. Самка акату останавливается на берегу, и несколько раз сильно встряхивается. Перья птицы напитались водой, поэтому обратно она летит с трудом. Малоподвижный образ жизни, который самка акату вела последние недели, также сказался на её состоянии: птица отдыхает на полпути к гнезду, присев на небольшой выступ скалы. Достигнув гнезда, самка ещё раз встряхивается на его краю, и продолжает насиживать драгоценное яйцо.
В сезон дождей реки Гранд-Чако выходят из берегов и разливаются. В ясную погоду солнце прогревает мелководные реки, и различные рыбы скучиваются в глубоких местах русла, где вода прохладнее и содержит больше кислорода. Пролетая над реками, самец акату видит, как блестят в солнечном свете рыбьи бока – косяки рыб держатся дальше от берега.
Где нет воды, зачастую остаётся грязь, поэтому мары-олени, быстроногие бегающие грызуны, покидают эти места: они не приспособлены передвижению по топкой почве. Зато медлительные полуводные млекопитающие наслаждаются изобилием корма в сезон дождей.
В жаркую погоду барокавии любят купаться. Эти грызуны унаследовали от своего предка, капибары, любовь к воде, и проводят в ней в среднем около половины жизни. Стадо барокавий с вечера до утра пасётся в прибрежной растительности, а после рассвета уходит в реку. Когда реки Гранд-Чако разливаются в сезон дождей, для барокавий наступает время изобилия и наслаждения жизнью. Огромным грызунам доставляет большое удовольствие находиться в прохладной воде в дневную жару. Гигантские звери словно теряют свой вес в воде, и грациозно передвигаются, слегка касаясь дна реки кончиками копытообразных когтей. Когда барокавия отдыхает в реке, над поверхностью воды выступает только верхняя часть её уплощенной головы с выпуклыми глазами и ноздрями. А среди ковра плавающей растительности плывущая барокавия может полностью скрыться от хищника, наблюдающего с берега.
Хищники Гранд-Чако водятся не только на земле, но и в воде – все, кто приходит к реке купаться или постоянно живёт в воде, должны помнить об этом и соблюдать осторожность. Плеск и топот стада барокавий разбудили впавшего в оцепенение подводного хищника. Слабо шевельнулось тело, покрытое крупной чешуёй с сетчатым рисунком. Спинной плавник огромной рыбы раскрылся, когда под водой раздался глухой топот ног барокавий. Взрослый тираннохаракс облюбовал этот участок русла, и уже много месяцев охотился здесь. Эта рыба провела сухой сезон в глубоком омуте, который в то время превратился в пруд с грязной водой. В засуху тираннохаракс съел всех рыб, оказавшихся рядом с ним в ловушке. Когда съедобных соседей не осталось, хищник ловил уток, кормившихся на поверхности воды, и несколько раз атаковал черепах, которые пытались переждать засуху в его пруду. Он выжил в трудное время, а когда большая вода вернулась, рыба стала претендовать на гораздо большую добычу, чем во время засухи.
Тираннохаракс проплывает недалеко от мелководья, где плещутся барокавии. Он не спешит атаковать – крупные животные весят намного больше его самого. К тому же их много, они могут просто выволочь хищника на мелководье и затоптать его. В голоцене так поступали африканские бегемоты, нападавшие на крокодилов и акул. Барокавии не менее опасны – одно движение их острых белых резцов может прокусить позвоночник тираннохараксу. Поэтому рыба осторожна, и тщательно выбирает себе жертву. Подходящая добыча в стаде гигантских грызунов всё же есть – одна молодая барокавия двух месяцев от роду мельче и слабее прочих животных. Она молода, и ещё не сталкивалась с чудовищами рек. Этот подросток инстинктивно старается держаться рядом с крупными взрослыми особями, но в какой-то момент совершает ошибку: взрослая барокавия направляется к берегу, и подросток «открывается» для атаки. Тираннохаракс не медлит: чудовище атакует молодую барокавию со всей возможной яростью. Острые зубы тираннохаракса вспарывают бок молодой барокавии, и над поверхностью разносится вопль боли. Взрослые барокавии, услышав его, начинают выбираться на берег. Раненая барокавия отчаянно пытается сделать то же самое, но слабеет с каждой минутой. Вода вокруг неё уже окрасилась кровью, и запах крови привёл тираннохаракса в возбуждение. Огромная рыба хватает пытающегося спастись зверя за ногу, и утаскивает его на глубину. Барокавия пытается освободиться, ударяя тираннохаракса задней лапой, но рыба умеет подавлять сопротивление жертвы. Тираннохаракс тащит вырывающуюся добычу в глубину, и просто выжидает, не разжимая зубов. Движения пойманного животного становятся всё слабее, а из пасти выходят пузыри воздуха. Через несколько минут барокавия захлёбывается и умирает. Когда движения жертвы прекратились, рыба разжала челюсти, и туша молодой барокавии всплыла на поверхность воды. Тираннохаракс обладает острыми режущими зубами, похожими на зубы акулы или пираньи. Он начинает рвать добычу, и даже вспороть толстую шкуру барокавии не составляет для него трудности. Острыми зубами тираннохаракс отсекает большие куски от тела жертвы и заглатывает их целиком. Он не один надеется хорошо поесть: возле огромного хищника плавает стая мелких рыбок. Пока тираннохаракс ест, ни одна рыба длиннее десяти сантиметров не подплывёт к его добыче – хищник может попросту разнообразить ею свой обед. Но на всякую мелкоту он просто не обращает внимания, поэтому клочки его добычи достаются разным мелким пёстрым рыбкам и водяным жукам, обитающим в реках Гранд-Чако. Они слишком мелкие, чтобы тираннохаракс поймал хоть одно из этих существ.
Днём растерзанное и наполовину съеденное тело барокавии уже лежит на мелководье. На нём сидят несколько водяных жуков с блестящими чёрными надкрыльями, а в воде рядом с останками барокавии ползают креветки с длинными тонкими клешнями. Теперь, однако, его запах привлекает не только водяных, но и наземных жителей. Один из обитателей Гранд-Чако проявляет особый интерес к останкам растерзанной барокавии. Он осторожно выходит из высокой травы, переступая ногами с толстыми когтями, похожими на копыта. Это животное напоминает карликовую бронированную лошадь с толстым хвостом и короткой шеей. Подвижные тонкие уши с просвечивающими кровеносными сосудами подёргиваются, когда животное прислушивается к окружающим звукам. Этот обитатель кустарников – ослиный броненосец, всеядное местное млекопитающее. Он питается разнообразным кормом – от ягод и беспозвоночных до падали, начавшей разлагаться. Это неполнозубое отличается удивительной силой при сравнительно небольшом росте – немногим больше полуметра. Ослиный броненосец тянет останки барокавии на берег, рассчитывая хорошо поесть, но ему удаётся лишь немного сдвинуть тушу. Ещё несколько раз попробовав вытянуть останки барокавии на берег, он просто заходит в воду и поедает мясо, отрывая куски мелкими зубами. Ослиный броненосец хорошо защищён панцирем от большинства хищников, поэтому он оказывается в числе первых, кто доедает остатки добычи цапель-охотников и других хищников. Иногда ослиный броненосец кормится на добыче этих птиц, когда сами охотники ещё не закончили есть. Он не обращает внимания на удары их клювов и ног – эти птицы не могут причинить ему большого вреда. Но его храбрости всё же есть предел: когда над ним скользнула тень самца акату, ослиный броненосец отбежал от туши и спрятался в кустах. Самец акату сел рядом с останками гигантского грызуна, и приступил к еде. Он отрывает мясо, едва начавшее портиться, и глотает его большими кусками. Самец не только ест сам, но и собирает корм для самки, которая всё ещё насиживает единственное яйцо. Но в этот день он принесёт самке нечто большее, чем просто пищу.
Пока самец кормился мясом барокавии, в воздухе появилось небольшое насекомое. Оно очень заинтересовалось огромной птицей, которая рвала мясо барокавии, не обращая никакого внимания на окружающий мир. Насекомое несколько раз облетело птицу, выбирая место, чтобы сесть на неё. У этого существа длинное брюшко, в полёте слегка повисшее, как у осы. Но, в отличие от ос, это насекомое не чёрно-жёлтое, а чёрно-красное. Его крылья издают басовитое гудение, также не похожее на жужжание осы. Кроме того, насекомое летит с помощью двух задних крыльев, а два передних крыла, представляющих собой непрозрачные, твёрдые и блестящие надкрылья, раскрыты в стороны и вверх. Усы насекомого также не похожи на осиные – они перистые. Сев на оперение самца акату, насекомое аккуратно складывает пару длинных крыльев под короткие надкрылья ярко-красного цвета, и прячется среди перьев птицы. Этот вид насекомых – хищный перьевой жук. На первый взгляд это насекомое не похоже на большинство жуков: его тело не округлое и коренастое, а вытянутое и гибкое. Это представитель семейства жуков-стафилинид. Перьевые жуки, так же, как и пухоеды огромных размеров, появились в Южной Америке вместе с гигантскими птицами. Перьевой жук ядовит: в его гемолимфе содержатся едкие вещества, делающие его несъедобным. А его окраска надолго запомнится хищнику, рискнувшему напасть на него.
Забравшись в оперение самца акату, перьевой жук замирает, прицепившись к перу. Огромная птица оторвала от останков барокавии ещё несколько кусков, торопливо проглотила их, и отошла от туши животного. Самец должен спешить: в гнезде его ожидает самка. Акату в процессе эволюции достигла предельных размеров, возможных для летающей птицы. Поэтому каждый лишний килограмм проглоченного мяса может обернуться для неё лишними трудностями при возвращении домой. Чтобы взлететь, самец акату должен использовать встречный ветер. Встав против ветра, птица начинает разбег, взмахивая крыльями. Разогнавшись, акату делает несколько сильных взмахов, и отрывается от земли. Подъём – самая трудная для массивной птицы часть полёта. Зато, найдя мощный поток восходящего воздуха, акату может легко и непринуждённо парить целыми часами, разыскивая пищу. Но самец уже нашёл достаточно корма для себя и для самки, которая ожидает его в гнезде. Поэтому он направляется прямо к скалистому плато, на склоне которого устроено гнездо.
Когда огромная птица скрылась из виду, ослиный броненосец выбрался из кустов, и продолжил рвать мясо мёртвой барокавии. В сухой сезон падаль составляет значительную часть рациона этого неполнозубого, а в сезон дождей он охотно поедает растения. Но при удобном случает этот зверь не отказывается от пищи животного происхождения.
Самец акату быстро достиг гнезда. Самка встретила его приветственным щёлканьем клюва, а затем аккуратно взяла из его клюва отрыгнутый кусок мяса. Пока огромные птицы обменивались приветствиями и самец кормил самку, один непрошенный гость начал свою скрытую от посторонних глаз жизнь. Почувствовав, что самец акату отдыхает, перьевой жук, спрятавшийся в его оперении, зашевелился. Насекомое раскрыло чувствительные перистые усики, и начало поворачивать голову, определяя желанный для себя запах. Перьевого жука привлекают паразиты – огромные пухоеды-голиафы, поселившиеся в перьях акату. Именно запах этих насекомых, грызущих перья акату, привлёк жука.
Возможные жертвы перьевого жука, пухоеды-голиафы, наносят много вреда акату. Они селятся на перьях туловища, предпочитая места, которые малодоступны для клюва птицы. Обычно это насекомое сгрызает бородки пера по краю, словно гусеница объедает лист растения. Когда самка акату, насиживающая яйцо, встряхивается, с неё буквально сыплются отгрызенные паразитами бородки перьев. Пухоеды могут быстро ползать, и их движение среди перьев заставляет самку акату постоянно чесаться и встряхиваться. Но таким способом она не может избавиться от надоедливых паразитов. Деятельность пухоедов может быть опасной: если их станет слишком много, они легко могут повредить опахала маховых перьев, что ухудшит лётные способности акату. Поэтому самка, на которой развелось множество пухоедов-голиафов, нуждается в помощи. И эта помощь пришла: ночью, пока самец акату спал, прижавшись к боку самки, из его оперения выполз перьевой жук. Немного помедлив, он переполз на самку и скрылся в её оперении.
Противостояние хищников и жертв очень остро как в мире великанов, так и среди карликов. Перьевой жук очень мал по сравнению с акату, но не менее кровожаден и искусен в охоте. Акату охотится на равнинах, протягивающихся на многие километры, а насекомое чувствует себя среди её перьев столь же свободно и естественно. Перьевой жук начинает охоту на пухоедов. Он ловко лазает в оперении птицы, извиваясь и пролезая в самые тесные щели. Он приспособлен к передвижению среди перьев акату столь же хорошо, как пухоед. Зрение не помогает перьевому жуку в охоте, но острое обоняние позволяет преследовать пухоеда так же свободно, как на открытом месте. Жук идёт по следу паразитического насекомого, шевеля усами. Пухоеды чувствуют, что у них появился враг: преследуемые жуком паразиты пытаются спастись бегством. Преследуемый пухоед спасается от жука среди перьев птицы, извиваясь, словно червь. Он помогает себе двигаться, отталкиваясь щетинками, растущими на боках сегментов брюшка. Но перьевой жук унаследовал от предков скорость, и легко догоняет свою жертву. Насекомое-паразит пытается спрятаться от него под крылом акату. Движение насекомых по чувствительной коже сильно беспокоит самку акату, сидящую на гнезде: она вскакивает на ноги и встряхивается. Из её оперения вываливается перьевой жук, держа в челюстях извивающегося пухоеда. Бледное и красно-чёрное насекомые свиваются в один клубок в последней схватке. У пухоеда-голиафа нет шансов: его мягкое тело беспомощно извивается в крепких жвалах перьевого жука, а затем безжизненно повисает, прокушенное насквозь. Жук заползает в подстилку гнезда акату, где спокойно расправляется с добычей, а потом снова забирается в оперение самки акату.
Одна птица-жучок замечает перьевого жука во время его охоты. Эти подвижные маленькие соседи акату активно пользуются остатками добычи пернатого гиганта, охотясь на мух, слетающихся на запах дарового угощения. Заметив мелькнувшее среди перьев самки акату крупное насекомое, птица-жучок пытается поймать его. Она внимательно следит за шевелящимися на боку самки акату перьями, а затем с пронзительным писком бросается и хватает перьевого жука. Схваченное птицей насекомое раскрывает короткие надкрылья и демонстрирует ярко-красное пятно, скрытое под ними. Птица-жучок не отпустила его, и не придала значения этому жесту насекомого, за что тут же поплатилась: жук выделил каплю едкой жидкости, и его яд обжёг слизистые оболочки во рту птицы. Выплюнув коварное насекомое, птица-жучок уселась на лиану, свисающую с каменного карниза над гнездом акату, и начала пискляво чихать. Такой урок она запомнит надолго. А перьевой жук, аккуратно сложив крылья под короткие надкрылья, снова забрался в оперение самки акату.
Следующие несколько дней самка акату, греющая яйцо, по-прежнему встряхивается и чистится, когда перьевой жук ползает в её оперении, преследуя паразитов. Но зато с каждым днём ей становится лучше и лучше: хищный жук уничтожил значительную часть паразитов. Перьевой жук истребил почти всех взрослых пухоедов-голиафов и многих личинок старшего возраста. Когда добычи стало слишком мало для него, жук просто улетел. Но он не истребил всех паразитов: большая часть личинок на ранних стадиях развития уцелела. Вскоре они подрастут, и птице снова потребуется «санитарная обработка». Но даже самый искусный хищник никогда не уничтожит всех своих жертв, иначе он сам просто погибнет от голода.
Первый выводок птиц-жучков уже давно покинул гнёзда и разлетелся по окрестностям. Самец успел снова исполнить свои назойливые трели, и привлечённые им самки уже высиживают новые кладки – второе поколение в течение влажного сезона. И в это время в гнезде акату происходит долгожданное событие, которого ожидали обе взрослых птицы. На сорок первый день насиживания из яйца стал слышаться приглушённый писк, а ранним утром на сорок третий день скорлупа треснула изнутри, и на остром конце яйца появилось небольшое отверстие. В течение нескольких часов оно расширялось, и от ударов маленького слабого клюва изнутри яйца от скорлупы отваливались кусочки. Наконец, около полудня откололся большой кусок скорлупы, и из яйца вывалился птенец. Он почти голый, слепой и беспомощный. Без родительской заботы это существо не прожило бы и нескольких часов, но с первых минут после появления на свет птенец может всецело полагаться на заботу и защиту со стороны могучей самки акату. Когда птенец выбрался из яйца, самка аккуратно выбросила скорлупу в глубину скальной ниши.
Когда самец вернулся с дневной охоты, самка встретила его, щёлкая клювом, и самец осторожно присел на край гнезда. Самка продолжила шипеть и щёлкать клювом, и самец решил применить обычный приём умиротворения – поделиться пищей. Он отрыгнул кусок мяса и протянул его самке, держа кончиком клюва. Самка приняла этот подарок, но не стала глотать его. Когда она встала с гнезда, самец увидел причину её агрессивности – своего собственного птенца, слабое маленькое существо. Самка положила мясо, полученное от самца, на край гнезда, и оторвала от него маленький кусочек. Держа его в клюве, она коснулась мясом клюва птенца. Маленькое существо зашаталось, но вытянуло голову вверх и раскрыло клюв. Самка осторожно положила мясо в клюв, и птенец стал заглатывать мясо, дёргая шеей. Он проглотил ещё два маленьких кусочка, а затем лёг на живот. Только после этого самка проглотила остатки мяса и приветствовала самца, коснувшись клювом кожи около его глаза.
С появлением птенца у родительской пары прибавилось забот. Теперь самец должен кормить не только самку, но и быстро растущего птенца, а самка аккуратно раздирает принесённое им мясо, кормит птенца, и только после того, как он насытится, ест сама. По ночам самка акату заботливо обогревает его, а днём прикрывает своей тенью от жаркого солнца.
У мелких птиц-жучков скоро появится второй выводок, а пара гигантских акату в течение года успешно выращивает только одного птенца, даже если два яйца были отложены. Развитие птенца акату должно завершиться в первой половине сезона засухи, пока достаточно добычи. Он должен значительно вырасти к моменту вылета из гнезда: появившись на свет с весом около килограмма, он должен набрать вес около 60 кг к моменту вылета из гнезда. И забота по его кормлению ложится на плечи обоих родителей.
В месячном возрасте тело птенца акату покрыто серым ювенильным пухом, сквозь который начинают прорастать первые настоящие перья. Пока они не развернулись, молодая птица выглядит «колючей» – длинные перья, свёрнутые в «иглы», торчат из его крыльев и хвоста, на спине и затылке. Голова птенца целиком покрыта пухом. Пока он слишком слаб, чтобы подняться на ноги: птенец ползает по гнезду на цевках, приподнимаясь, чтобы взять корм, который приносят родители. На задней стороне его цевок развиваются роговые «мозоли», позволяющие птенцу двигаться по жёсткому лотку гнезда. В этом возрасте самка помогает ему справляться с крупной добычей, разрывая её на части. Но она уже гораздо меньше греет птенца, и изредка отлучается на охоту. Она приносит птенцу разнообразную мелкую добычу, которую ловит недалеко от гнезда, и птенец глотает мелких животных целиком. Самец акату по-прежнему летает охотиться на равнины и атакует крупных животных, или разыскивает падаль.
Когда птенцу исполнилось три месяца, он значительно преобразился: перья развернулись и покрывают его тело целиком, а остатки пуха на спине вылезли. В этом возрасте голова молодой акату уже голая, но ещё не имеет характерного для взрослых птиц голубого пятна на горле. Молодая акату уже не нуждается в обогреве, зато требует много корма. Поэтому большую часть времени обе взрослых птицы проводят на охоте, снабжая потомство мясом. Птенец достаточно окреп, уверенно стоит на ногах и свободно передвигается по гнезду. Его маховые перья ещё не полностью развернулись, и он пока не пытается летать. Пока у молодой акату есть только одна забота – хорошо расти. Сезон дождей продолжается, условия пока благоприятны для многочисленных травоядных Гранд-Чако, и птенец акату не испытывает недостатка в корме. Дождевые тучи собираются во второй половине дня, и к этому времени родители обычно возвращаются с охоты. Молодая акату уже может есть самостоятельно, и умеет разрывать крупные куски мяса, прижав их ногой к гнезду. Когда идёт тёплый тропический дождь, взрослые птицы и их птенец укрываются в гнезде. Но молодая птица иногда покидает родителей и принимает ванну: она выходит на край гнезда и некоторое время стоит, распушившись, под струями ливня, попадающими туда с ветром. Намочив оперение, молодая птица встряхивается, затем отодвигается глубже в скальную нишу и сохнет. Пухоеды-голиафы давно поселились в оперении молодой акату, и изредка в перьях взрослых птиц в гнездо наведываются перьевые жуки, привлечённые запахом паразитических насекомых.
Пока птенец акату подрастает, птицы-жучки, маленькие соседи огромных пернатых хищников, успели вывести потомство уже в третий раз, и самец, наконец-то, прекратил свои назойливые брачные призывы до следующего сезона дождей. Возле гнезда акату начали появляться слётки птиц-жучков, выведшиеся в плетёных травяных гнёздах, свитых прямо под жилищем акату. Они заметно отличаются окраской от взрослых особей: молодая птица имеет бурое ювенильное оперение без характерного металлического блеска и характерных «бровей» над глазами. Слётки птиц-жучков плохо летают, и могут только перепархивать с ветки на ветку. Они ожидают родителей, которые ещё несколько дней докармливают их, рассаживаясь на лианах и ползучих растениях, тянущихся по скале. Но один слёток взлетел из родительского гнезда, и попал прямо в гнездо акату. Взрослые птицы не обратили бы на него внимания, но птенец заинтересовался маленьким гостем и стал внимательно наблюдать за ним. Неопытный слёток птицы-жучка даже не представляет, какой опасности он подвергается, легкомысленно передвигаясь по гнезду, в котором сидит птенец хищной птицы. Пока птенец акату не двигается, слёток птицы-жучка не чувствует опасности, исходящей от него. Маленькая птица перепархивает по гнезду, заглядывает между веток, из которых сложено гнездо, разыскивая насекомых. Он постепенно приближается к замершему в ожидании птенцу акату. И когда он вспорхнул в очередной раз, сильный удар клюва убил его наповал. Птенец акату клюнул его так же легко, как сам слёток птицы-жучка клевал мух. Он схватил клювом безжизненное тело маленькой птицы, и проглотил его целиком. Это событие, закончившееся для птицы-жучка роковым образом, является хорошим знаком для молодой акату: птенец может вырасти искусным охотником. Но ему предстоит ещё многому научиться.
Влажный сезон подошёл к концу. Дожди выпадают всё реже, и иногда их не бывает несколько дней подряд. В почве ещё достаточно влаги, и растительность по-прежнему сверкает всеми оттенками свежей зелени. Реки пока тоже полноводны, и множество обитателей Гранд-Чако приходит к их берегам на водопой. Но в ближайшие месяцы неизбежно начнутся испытания для всех животных и растений. С момента, когда птенец акату появился на свет, прошло около полугода. Молодая птица разительно отличается от голого и беспомощного существа, каким была в первый день жизни. Молодая акату полностью оперилась, а её горло постепенно приобретает синеватый оттенок. Через несколько месяцев горло молодой птицы станет ярко-голубым, как у взрослых. Это будет означать, что молодая особь стала самостоятельной, но это также будет знаком того, что родители и другие взрослые акату уже не будут обращаться с молодой птицей так же нежно, как с птенцом. Оттенок оперения молодой особи акату пока также более тусклый, чем у взрослых особей. Молодая птица достигла около 60% веса взрослой особи, и маховые перья на её крыльях полностью развились. Чтобы хорошо летать, молодая акату долго тренируется: подолгу взмахивает крыльями и подпрыгивает. Вначале попытки взлететь оказываются безуспешными, но постепенно тренировки дают результат: птице удаётся оторваться от гнезда и продержаться в воздухе несколько минут, отчаянно взмахивая крыльями. Ободрённая успехом, она продолжает тренироваться. Проходит ещё неделя, и молодая акату решается на первый полёт. Она останавливается на краю гнезда, раскрывает крылья, и неуверенно переминается с ноги на ногу, не решаясь взлететь. Словно в первый раз, акату раскрывает крылья и взмахивает ими. Большая высота одновременно и привлекает, и отпугивает её. Раньше акату тренировалась, стоя в гнезде, и могла в любой момент сложить крылья, сесть и отдохнуть. Но настоящий полёт – это более сложное и опасное предприятие. Наконец, молодая акату решительно срывается с края гнезда, и делает несколько взмахов крыльями. Она держится в воздухе неуверенно, и первый полёт длится недолго – всего лишь несколько минут. Птица делает небольшой круг над скалами, и быстро возвращается в гнездо. Первый полёт оказался довольно утомительным: молодая акату легла на дно гнезда, и вытянула ноги, тяжело дыша. Отдых птицы прервали родители, вернувшиеся с охоты, и молодая птица с жадностью начала клевать мясо, отрыгнутое ими.
Каждый день ободрённая первым успехом молодая птица тренируется дольше и дольше. Новые полёты проходят всё дальше от гнезда, и перед молодым пернатым постепенно открывается новый и ранее неизведанный мир воздуха. Акату учится искать и ловить восходящие потоки воздуха, и использовать их, чтобы держаться в воздухе, не затрачивая лишних усилий. Жаркая погода весьма благоприятствует урокам полёта: днём над скалами появляются устойчивые восходящие потоки воздуха, и молодая акату учится парить. Сделав круг над скалами, птица попала в мощный поток, который буквально вынес молодую акату над плато. Глазам птицы открылось великолепие Гранд-Чако: лес на вершие горного плато, необъятные равнины, а вдали, в дымке нагретого воздуха – ещё несколько таких же горных плато. Молодая акату старается не упустить из виду родное гнездо, поэтому не удаляется от него. Она делает ещё один круг в воздухе, и опускается на край скалы, под которым находится гнездо, где эта птица впервые увидела свет.
Молодая акату осматривается: с вершины скалы окрестности видно гораздо лучше, чем из гнезда. Птица с любопытством оглядывает незнакомый мир, открывшийся ей, и замечает на небе два маленьких, но хорошо знакомых силуэта. Это её родители возвращаются с охоты на равнинах. Они приближаются, и молодая птица видит их всё лучше. Когда мать и отец подлетели ещё ближе, молодая птица начала громко кричать им прямо с вершины плато. Взрослые акату узнали голос своего птенца, и поспешили к гнезду – они привыкли к тому, что голос птенца доносился именно оттуда. Но, приближаясь к гнезду, они не увидели в нём своё потомство. Зато прямо над гнездом сидела какая-то птица, которую они раньше не видели. Взрослые акату решили узнать, что это за незнакомец, и полетели к вершине вдвоём. Увидев их, незнакомая птица приоткрыла крылья, слегка присела, и… закричала давно знакомым голосом, выпрашивая у родителей корм. Птенец подрос, и учится летать. Привычный порядок вещей снова изменился, но это вполне естественно.
Молодая птица учится летать, и с каждым днём достигает всё больших успехов. Родителям становится всё сложнее разыскать своё потомство после удачной охоты – молодая акату постоянно покидает гнездо, исследуя окрестности, а иногда встречает родителей уже в воздухе. И однажды наступает день, когда молодая птица уже не остаётся в гнезде, когда родители летят на охоту. Молодая акату покидает уютный и безопасный мир – гнездо, построенное на недоступной хищникам скале. Чтобы стать царём-хищником Гранд-Чако, эта птица должна познакомиться с обитателями этого мира, и научиться правильно вести себя в их присутствии.
Во время полёта молодая птица старается копировать поведение взрослых акату, и держится поближе к ним. Мозг акату переполнен новыми ощущениями, в которых молодой птице ещё предстоит научиться разбираться. Острое зрение и чувствительное обоняние – эти качества помогают взрослым птицам искать еду. И молодая акату учится устанавливать связь между ощущениями и событиями. Среди множества запахов нагретой солнцем земли выделяются запахи подсыхающей болотной тины и крови: вблизи пересыхающего озерца одинокая цапля-охотник кормится на трупе гигантской паки. Птице удалось подстеречь этого грызуна, когда он выбирался из болота, и убить его метким ударом клюва в глаз. Но похоже, цапле-охотнику не придётся воспользоваться результатом собственной охоты: три огромных акату опускаются в траву рядом с ней. Цапля-охотник пытается показать свою силу: она делает несколько агрессивных выпадов в сторону акату, и щёлкает клювом, снабжённым зубовидыми выростами по краям. Но силы слишком неравны: любая из взрослых акату превосходит размерами цаплю-охотника. Взрослые акату демонстрируют ей свою силу и отличную физическую форму: они раскрывают огромные крылья и наступают на цаплю, издавая громкие трубные звуки. Молодая птица несколько секунд медлит, но замечает, что цапля-охотник испугалась. И тогда молодая акату присоединяется к родителям, подражая их позам и движениям. Так она учится отнимать добычу у других хищников, и первый урок проходит успешно: цапля-охотник отступает, оставляя добычу семье акату. Крупные птицы окружают труп гигантской паки, и вместе поедают мясо. Для взрослых птиц это самое обычное событие, а молодая акату в первый раз самостоятельно ест мясо крупной дичи – до того она получала его кусочками из клюва кого-то из родителей. Она вспоминает, как разрывала крупные куски мяса, отрыгнутые вернувшимися с охоты родителями, и пробует делать так же с тушей гигантской паки: придерживая труп животного одной ногой, вырывает небольшие куски мяса и глотает. Кроме того, молодая акату впервые ощущает настоящий вкус мяса – до этого она питалась мясом, которое отрыгивали ей взрослые птицы. Если этой птице удастся успешно прожить первые годы жизни, она будет знать о вкусе мяса очень много. В бескормицу акату без вреда для себя ест мясо, уже начавшее разлагаться – кислый желудочный сок хорошо подавляет деятельность бактерий, размножающихся на гниющем мясе. В засуху акату может собирать рыб, которые оказались в ямах с водой в речном русле, и не могут спастись. В это время даже молодые тираннохараксы могут стать жертвой акату. В любой сезон акату умеет нападать на крупных животных Гранд-Чако, и может отстоять добычу перед лицом других хищников. Но пока птица молода, ей приходится полагаться на заботу родителей и учиться быть самостоятельной.
Акату – сильная и агрессивная птица. Но иногда этих качеств бывает недостаточно, чтобы выживать в мире, где есть ещё более крупные и сильные животные. И тогда благоразумное отступление и простая осторожность оказываются более значимым для выживания, нежели умение убивать.
Неоценовая Южная Америка населена большим количеством эндемичных крупных животных. Потомки сравнительно некрупных видов эпохи человека активно эволюционировали в стабильных и благоприятных условиях, и в неоцене по равнинам этого материка бродят стада великанов. Одни из характерных жителей равнин – гигантские звери тапиротерии, похожие на мастодонтов эпохи неогена. Огромные звери, покрытые короткой бурой шерстью, бредут по равнине. Ноги этих зверей, снабжённые массивными копытами, топчут кустарник и сокрушают стволы молодых деревьев. Тапиротерии – самые крупные звери в этих местах, и могут не бояться хищников. Хобот – самая примечательная особенность зверя. С его помощью тапиротерии срывают на ходу ветки или выдёргивают из земли пучки травы, и отправляют их в рот. Иногда животные задерживаются возле кустов, объедая молодые побеги. Подобно слонам, тапиротерии прореживают кустарники и не дают древесной растительности смыкаться. Благодаря им Гранд-Чако представляет собой «лоскутное одеяло» равнин и участков леса, где могут существовать не только обитатели лесов и кустарников, но и быстроногие жители равнин.
Рядом с великанами, в клубах пыли, поднимаемой их ногами, бежит ослиный броненосец. Манера движения этого неполнозубого очень забавна – ослиный броненосец быстро семенит сильными ногами, а его толстые когти словно выбивают по земле барабанную дробь. Хотя этот зверь неплохо защищён от большинства хищников равнин панцирем, он предпочитает держаться вблизи великанов – так намного безопаснее. Когда тапиротерии останавливаются возле кустарников, и начинают рвать ветви, ослиный броненосец устраивает охоту на разных мелких животных, вспугнутых ими. Он достаточно проворен, чтобы затоптать и съесть ящерицу, а нечувствительность к ядам позволяет ему поедать даже ядовитых жуков, с хрустом разжёвывая их панцири. Когда тапиротерии, ломая ветки кустарника, вспугнули гнездившуюся в них маленькую птичку, её гнездо с кладкой тут же стало добычей ослиного броненосца. Это всеядное существо отлично приспособилось к жизни на равнинах, и никогда не испытывает недостатка в корме.
Объев кустарник, тапиротерии снова отправились в путь. В начале сухого сезона они собираются вблизи полноводных рек на юге – там не так жарко, и всегда есть источники питьевой воды. Таиротерии нуждаются в большом количестве воды, а их детёныши особенно чувствительны к её недостатку. Если самка страдает от жажды, она перестаёт вырабатывать молоко, и детёныш может погибнуть от голода. Поэтому животные совершают ежегодные переходы к большой воде, или пережидают засуху там, где в руслах рек соранилось достаточно большое количество воды.
Во время перехода тапиротерии особенно осторожны и подозрительны. Они готовы атаковать любое животное, которое сочтут опасным для себя. Поэтому, когда они замечают семью акату, поедающих труп гигантской паки, стадо приходит в возбуждение. Тапиротерии видят птиц, которые инстинктивно связаны в их подсознании с чувством опасности, и ощущают запах крови. Пока эти великаны здоровы и сильны, они не обращают внимания на акату. Но сейчас ситуация совсем иная: в этом стаде тапиротериев есть детёныши, родившиеся в прошедший сезон дождей, и стадо мигрирует. Детёныши тапиротериев отличаются от взрослых не только меньшими размерами, но и отсутствием полосок на хоботе. Их присутствие делает взрослых животных более агрессивными, поэтому взрослые животные немедленно демонстрируют хищникам угрожающие позы. Звери поднимают хоботы и трубят, с силой выдыхают воздух, покачивают головами и топают ногами – эти действия недвусмысленно выражают их готовность атаковать. Акату отступают – все три птицы весят гораздо меньше любого из взрослых гигантов равнин, и в случае схватки их всех просто растопчут, если они не успеют взлететь. Молодая акату ещё не понимает, что не всех животных можно отогнать с помощью угрожающей демонстрации. Она пытается повторить тот же трюк, какой проделала около получаса назад, когда её семья отгоняла цаплю-охотника от добычи. Молодая птица поворачивается к приближающемуся стаду тапиротериев, и широко раскрывает крылья. В ответ на это взрослая самка тапиротерия, возглавляющая стадо, неожиданно бросается на птиц, проявляя удивительное для своих размеров проворство. Следом за ней устремляется ещё несколько животных, и земля гудит от их топота. Семья акату вынуждена спасаться бегством: взрослые птицы убегают прочь от туши гигантской паки, а следом за ними бежит молодая акату. Они разгоняются, взмахивают крыльями и дружно взлетают.
Тапиротерии, отогнав акату от добычи, обходят расклёванный птицами труп животного. Они издают тревожные звуки и опасливо косятся на расклёванную птицами тушу гигантской паки, которая испускает пугающий их запах крови. Детёныши тапиротериев, пока не понимающие, чем напуганы взрослые, запоминают запах крови и тревожное состояние взрослых зверей. Услышав тревожные голоса самок, детёныши стараются держаться ближе к ним. Ещё они запомнят силуэты огромных птиц, которые кружатся над стадом, и также станут связывать их присутствие с опасностью.
Первый день молодой акату вне родного гнезда завершается. Солнце заходит, и птицы должны успеть воспользоваться восходящими потоками тёплого воздуха, чтобы вернуться домой. Молодая птица получила сегодня достаточно уроков выживания, и теперь должна отдохнуть. Пройдёт ещё несколько дней, и вся семья акату покинет гнездо. Они станут кочевать по обширной кормовой территории родительской пары. Молодая птица учится достаточно медленно, и будет ещё несколько месяцев зависеть от охотничьих успехов своих родителей, внося в них свой посильный вклад. Она будет кормиться вместе с взрослыми птицами, и учиться жить в мире гор и равнин. Но незадолго до нового сезона гнездования родители прогонят молодую акату со своей территории, и птица должна будет искать себе новое место для жизни. Если ей повезёт в этом нелёгком деле, и она сумеет сформировать семью, она станет одним из крылатых властелинов Гранд-Чако и сможет прожить довольно долго – более полувека. И так будет продолжаться из поколения в поколение, пока силы природы дремлют, а среда обитания хищников-великанов стабильна.

Бестиарий

Акату (Sciopterornis acatou)
Отряд: Аистообразные (Ciconiiformes)
Семейство: Катартиды (Cathartidae)

Место обитания: Анды, плоскогорья и прилежащие участки равнин.

Рисунок Amplion

В легендах индейцев Южной Америки Акату – это мать королевских грифов, чудовищная двенадцатиголовая птица. В эпоху неоцена в экосистемах Южной Америки появилось существо, которое может сравниться с этой мифической птицей по силе и величию. Оно выглядит не столь чудовищно, но не менее внушительно, чем его легендарный прототип.
В эпоху глобального экологического кризиса среди хищных птиц удалось выжить лишь единичным видам. Большинство пернатых хищников переживало в эпоху человека не лучшие времена: уничтожение мест обитания, истребление и беспокойство привели к тому, что ареалы и численность многих видов, особенно крупных, сильно сократились. Лишь немногие плотоядные птицы освоили жизнь рядом с человеком. Среди них были «не настоящие» хищные птицы – катартиды, более родственные аистообразным. И особого успеха в борьбе за существование добился один их представитель – гриф-индейка (Cathartes aura). Он сохранил высокую численность и широкий ареал в антропогенных ландшафтах. После вымирания человека эта птица начала осваивать опустевшие земли, и стала активно эволюционировать. Один из потомков этого вида вовсе разучился летать, но другой не потерял эту способность и приспосабливаться к питанию крупной падалью. В неоцене эта линия эволюции дала чудовищное существо, крупнейшую летающую птицу эпохи неоцена – акату.
Акату намного превосходит размером своего предка: вес взрослой птицы около 100 кг. Самцы этого вида мельче самок – они достигают веса лишь 70 – 75 кг. Рост взрослой самки достигает 2 метров, а размах широких крыльев до 6 метров. Название птицы на латыни означает «птица, затеняющая крыльями». Маховые перья этой птицы достигают огромных размеров: их длина до 75 см при ширине около 40 см. Крылья акату широкие, с округлыми концами – птица способна парить на большой высоте в течение многих часов. Такие крупные летающие птицы – большая редкость в природе. Подобных размеров достигали тераторнисы (Argentavis magnificens), известные с третичного периода. В неоцене, когда получили распространение продуктивные стабильные экосистемы, гигантские пернатые хищники вернулись на Землю в лице акату.
Рост акату в значительной степени определяется пропорциями этой птицы. Ноги акату очень высокие и мускулистые – при необходимости птица умеет быстро бегать по земле. Чаще всего это нужно, чтобы набрать скорость при взлёте. Но иногда акату становится заложником собственного аппетита: отыскав богатый источник корма (например, большую тушу животного или остатки добычи крупных хищников), птица наедается настолько, что не может взлететь сразу, и какое-то время вынуждена проводить на земле. А это может таить в себе значительные опасности: на равнинах и в предгорьях Южной Америки водятся крупные хищники – куница-ягуар и цапля-охотник. Впрочем, в случае крайней необходимости акату может отрыгнуть часть съеденного мяса, и взлететь.
Внешность акату унаследована от предка-падальщика, и ряд «фамильных черт» грифа-индейки был сохранён. Голова и передняя часть шеи акату лишены перьев – это приспособление для питания падалью. Кожа головы акату очень ярко окрашена, как и подобает живому воплощению легендарной птицы: темя и бока головы красно-коричневые, горло ярко-синее. Кожа на голове и горле гладкая, но вокруг глаз развиваются крупные бородавчатые выросты оранжевого цвета. Они особенно хорошо заметны у самцов. Во время брачных игр эти наросты сильно набухают от притока крови и становятся ещё ярче.
Клюв акату очень длинный, а роговой покров развит лишь на его последней трети. Он образует большой роговой крючок, которым легко разрывать мясо. Вытянутые ноздри акату расположены в средней части клюва; они могут закрываться особой складкой кожи, когда птица раздирает клювом пищу. Обоняние акату очень острое – это общая особенность катартид, получившая особенное развитие у данного вида. Паря в восходящих потоках воздуха над равнинами, акату зачастую ориентируется по запаху, разыскивая пищу. Обоняние акату особенно чувствительно к свежей крови, поэтому возле пирующих хищников или падальщиков вскоре появляются эти огромные птицы. Они могут контролировать обширную территорию и легко наедаются на остатках трапез хищников. Зрение этой птицы очень острое: с расстояния около километра акату без труда разглядит зверя размером с кролика.
На горле самцов растёт «серьга» - особый вырост трахеи, служащий резонатором. Снаружи «серьга» покрыта перьями. Голос взрослого самца акату похож на рёв сирены, при этом «серьга» раздувается.
Акату питается мясом крупных животных – гигантской паки, барокавий, тапиротериев, но очень непритязательна в выборе пищи: эта птица охотно съест даже начавшее разлагаться мясо. Иногда на высыхающих после разлива водоёмах эта птица может найти крупную рыбу. В поисках добычи акату может пролететь за день около сотни километров. Обычно эта птица не нападает на здоровых животных, а выбирает уже больных или умирающих. Гигантский хищник преследует таких особей шагом, иногда по несколько часов подряд. Время от времени птица атакует ослабевшее животное, нанося ему раны клювом. Зачастую к одной птице присоединяется ещё несколько сородичей, и охота становится ещё более быстрой и безжалостной. Акату обычно съедают мягкие части туши, а остатки мяса на костях достаются разнообразным мелким обитателям саванны. Часто акату отбирает добычу у наземных хищных птиц, пользуясь бесспорным преимуществом в размерах.
Акату кормится на равнинах, но выводит птенцов на защищённых от хищников горных уступах. Расстояние между гнездом птицы и её кормовыми угодьями может составлять десятки километров, но для хорошо летающей птицы это совсем не препятствие. Развитие птенца акату продолжается очень долго, поэтому брачные игры у этих птиц происходят довольно рано: в конце сезона засухи. Обычно ухаживания начинает самец: он летает над выбранным для гнездования местом, привлекая самку громкими криками. Но обычно этот ритуал несёт эту функцию чисто формально: в большинстве случаев пара у этих птиц формируется на всю жизнь. Партнёры могут проводить время вне гнездования в разных частях общей территории, но на время выращивания потомства пара воссоединяется.
Вскоре после образования новой пары, или после воссоединения семьи, начинается ремонт гнезда. Гнездо акату представляет собой огромное сооружение из веток, выстланное сухой травой, собранной на равнине. Его сооружают оба родителя, но самец берёт на себя обязанности по поиску строительных материалов, а самка непосредственно строит или чинит гнездо. Для устройства гнезда выбирается ниша в скале, по возможности защищённая от ветра и полуденного солнца. Гнездо существует много лет, иногда передаваясь из поколения в поколение. На одном и том же месте гнездо акату может существовать до двухсот лет.
В кладке акату всего одно яйцо. Крайне редко, и только самые сильные самки могут отложить два яйца, но в год, бедный пищей, а также у молодых или старых птиц в кладке бывает только одно яйцо. Птенец выводится голым, слепым и беспомощным. Он растёт очень медленно, оперяясь только на пятой неделе жизни. Молодая птица полностью развивается лишь в возрасте около полугода. В это время молодняк пробует летать, разминая крылья и совершая прыжки в гнезде. Примерно через неделю после начала таких тренировок молодая акату совершает свой первый полёт.
Птица этого вида становится взрослой в возрасте 4 – 5 лет, зато продолжительность её жизни может составлять свыше 60 лет.

Птица-жучок (Superciliornis minutus)
Отряд: Воробьинообразные (Passeriformes)
Семейство: Котинговые (Cotingidae)

Место обитания: Южная Америка, Гранд-Чако.

Рисунок Amplion

Для Южной Америки эпохи голоцена были очень характерны птицы подотряда кричащих воробьиных (Tyranni, или Clamatores). Они были типичными обитателями лесов, и достигали большого разнообразия во влажных дождевых лесах. Птицы этой группы поднимались в горы, доходя до умеренного горного пояса кустарниковой растительности. В ледниковую эпоху, когда площади лесов начали сокращаться, численность и видовое разнообразие кричащих воробьиных снизились. От многочисленных семейств уцелели лишь немногие реликтовые виды, сохранившиеся в островках некогда протяжённых лесов вдоль рек и на туманных горных плато. Потом, когда леса вновь распространились по северной части Южной Америки, начался процесс активного расселения и видообразования этих птиц. Но некоторые из них не покинули привычных мест обитания. На горных плато Гранд-Чако, высящихся среди обширных равнин, сохранились виды птиц, происходящие непосредственно от реликтов эпохи голоцена. Один из них – крошечная, но изумительно яркая птица-жучок.
Это очень мелкая птица: длина тела около 10 см вместе с хвостом. У птицы-жучка большая голова, короткий и широкий хвост, закругленные на концах крылья. Такое телосложение определило название птицы: она движется неторопливо, чем-то напоминая огромного жука. Эта птичка летает неохотно и предпочитает искать пищу среди ветвей и ползучих растений.
Тело окрашено сверху в металлически-зелёный цвет с «чешуйчатым» рисунком: перья имеют тёмную окантовку. Нижняя часть тела малиново-красная с сильным металлическим блеском. У самцов на крыльях крайние маховые перья голубые. Область вокруг глаз у птиц обоих полов лишена перьев и покрыта белой кожей. У самца отрастают длинные перья на «бровях» (длиной с туловище самой птицы), опахало развито на них с одной стороны. «Брови» напоминают антенны некоторых насекомых. Они угольно-чёрные с белыми кончиками, заметно выделяются на общем фоне оперения. Положением «бровей» самец показывает своё настроение – он поднимает их, когда встревожен или раздражён. У самок «бровей» нет.
Клюв птицы-жучка широкий и короткий, а разрез рта очень велик: доходит до заднего края глаза. Птица питается ягодами (глотая их целиком), мягкими насекомыми и другими беспозвоночными (червями, улитками).
Птица-жучок встречается в горах, предпочитая места, заросшие кустарниками. Она гнездится на скалах, часто устраивая своё гнездо в основании гнезда гигантской хищной птицы акату. Этот вид является полигамом: на территории одного самца может гнездиться до пяти самок сразу. Самец токует в одиночку, выбрав для этих целей длинную сухую ветку или корень дерева, растущего на скалах. Он вертится и подпрыгивает на ветке в лучах солнца, отчего его оперение сверкает подобно драгоценному камню. Брачная песня состоит из серии пронзительных однообразных звуков, похожих на трель сверчка, но более звонких.
В отличие от многих других котинговых, птица-жучок достаточно искусный строитель: её гнездо достаточно прочное, сплетено из травы и представляет собой шарообразную конструкцию. В кладке 2 – 3 белых яйца, которые насиживает только самка. Самец охраняет территорию от соперников, вступая с ними в жёсткие потасовки, сопровождаемые угрожающими трелями и демонстрацией яркого оперения. Самки добывают корм для птенцов самостоятельно; самец принимает участие в уходе за потомством очень нерегулярно – для него кормление потомства всех самок гарема является способом показать свою власть над ними. Птенцы выводятся слепыми, но покрытыми коротким чёрным пухом. Они прозревают примерно в пятидневном возрасте, а через две недели после выклева из яиц полностью оперяются. В возрасте около 20 дней молодые птицы покидают гнездо. Их первое оперение совершенно не похоже на блистательный наряд взрослых птиц: молодняк каштаново-бурый с тёмной спиной. Область вокруг глаз у слётков покрыта мелкими перьями.
Самка докармливает их ещё три – четыре дня, а затем приступает к новому циклу гнездования. За год у птиц этого вида бывает до трёх выводков.

Ослиный броненосец, или тату-бурро (Dromarmadillo asellinus)
Отряд: Неполнозубые (Edentata)
Семейство: Броненосцевые (Dasypodidae)

Место обитания: Южная Америка, равнины и предгорья в областях с тропическим климатом.

Рисунок Carlos Pizcueta (Electreel)

Отряд неполнозубых – это одна из немногих групп южноамериканских млекопитающих, которые смогли выжить после того, как в плиоцене и плейстоцене представители фауны Северной Америки попали по Панамскому перешейку в ранее изолированную Южную Америку. Большинство групп животных, сформировавшихся в Южной Америке в условиях изоляции, вымерло вскоре после этого события. Однако этим своеобразным животным удалось не только выжить, но даже расселиться в обратном направлении: колонизировать Северную Америку (это сделали гигантские ленивцы и броненосцы), но там они, скорее всего, были истреблены человеком. В историческую эпоху девятипоясный броненосец также проник далеко на север, но ледниковый период, завершивший эпоху человека, отбросил этот теплолюбивый вид дальше на юг.
В Южной Америке эволюция неполнозубых продолжалась более успешно, хотя исчезновение тропических лесов привело к вымиранию всех ленивцев. Но броненосцы добились в неоцене значительного эволюционного успеха. Среди них появились роющие и специализированные насекомоядные виды, а один из видов этих животных развился в совершенно своеобразное существо.
При первом взгляде на это животное может быть непонятно, кто это такой и кому он приходится родственником. Своим телосложением этот зверь больше похоже на карикатурного ослика, закованного в латы наподобие старинных лошадиных. Но у этого зверя есть существенное отличие от лошадей и ослов, известных человеку – на нём не искусственно сделанные латы, а его собственный панцирь. Это существо – своеобразный вид бегающих броненосцев, ослиный броненосец, или тату-бурро. Тату-бурро отчасти утратил характерные для броненосцев повадки: он не роет нор, и ведёт исключительно наземный образ жизни. Панцирь этого животного стал очень прочным: он защищает животное от нападения хищников. Панцирь ослиного броненосца состоит из нескольких подвижно сочленённых частей. Один сплошной щит, покрытый множеством роговых бугорков, защищает плечи и загривок животного. Второй похожий щиток есть на крупе животного. Между ними на теле имеется несколько узких поясков, которые лишь отчасти делают тело подвижным. У животного тонкий хвост, покрытый небольшими роговыми щитками.
Шея ослиного броненосца защищена пластинками по бокам и сверху, а на голове растёт толстый лобный щиток. Роговые пластинки на этом щитке развились в крупные шишковидные наросты. При необходимости животное может пользоваться им как тараном. По бокам лобного щитка торчат уши животного. Они подвижные, удлинённые, немного похожи на ослиные – это определило название зверя. Поскольку тату-бурро обитает в тёплом климате, но большая часть его тела покрыта панцирем, перед ним стоит проблема теплоотдачи. С этой ролью справляются его уши, в которых развивается сеть кровеносных сосудов. В жаркую погоду уши животного розовеют – кровеносные сосуды расширяются, и кровь отдаёт избыток тепла через тонкую кожу.
Нижняя часть тела животного не защищена панцирем, на ней растёт длинная редкая шерсть. На шее и нижней части головы шерсть короче и гуще, отчего выглядит как «борода». Челюсти зверя относительно короткие, кончик морды подвижный и гибкий. Окраска зверя двухцветная: панцирные пластины красновато-коричневые, а шерсть светло-серая.
Тату-бурро – сравнительно крупное животное, похожее на длинноногую свинью. Его рост в плечах около метра, а длина тела (без хвоста) около полутора метров. Это животное унаследовало от своих предков, обычных броненосцев, способность быстро бегать. В связи с этим его ноги значительно видоизменились. Задние ноги тату-бурро несколько длиннее передних, они стали частично, а передние – полностью пальцеходящими. Когти на задних ногах превратились в подобие копыт, и животное опирается на них и на подушечки III и IV пальцев. II и V пальцы не достают до земли, на них растут лишь короткие когти. На передних ногах развиты II, III и IV пальцы, вооружённые длинными когтями с острым боковым краем. С помощью этих когтей животное умеет не только бегать, но и добывать пищу: раскапывать норы и термитники, а также разрушать хорошо укреплённые глиняные гнёзда наземных птиц – степных свистунов. Если панцирь не спасает животное от врагов, тату-бурро может защищаться активно – животное садится на задние ноги и наносит нападающему хищнику глубокие раны когтями передних ног.
Это своеобразное неполнозубое ведёт интересный образ жизни – это всеядный вид, в рационе которого пища животного происхождения занимает значительное место. Этот зверь обладает высоким иммунитетом к ядам, поэтому питается даже такими животными, которых обходят прочие хищники. Он может затаптывать и поедать ядовитых змей и лягушек, собирает ядовитых жуков и поедает их без вреда для здоровья. Тату-бурро охотно питается падалью, разыскивая её с помощью острого обоняния. Этого зверя можно увидеть в числе тех, кто терпеливо ожидает, пока хищник насытится и оставит добычу. Но добывать мясо самостоятельно тату-бурро не умеет: у него весьма невысокий интеллект, и этот зверь вообще не умеет охотиться. Он лишь поедает тех животных, которые не могут спастись от него сами, либо довольствуется остатками добычи крупных хищников. Также из-за слабых зубов тату-бурро не может разгрызать костей, подобно гиенам или другим специализированным падальщикам, и питается лишь мягкими частями туши. Зато крепкий желудок позволяет ему поедает мясо, даже начавшее разлагаться, которое не едят другие хищники.
Чётко выраженного сезона размножения у тату-бурро нет. Этот вид не образует постоянных семей, животные разных полов встречаются только на время спаривания. Беременность длится около 4 месяцев. Самка рождает только двух крупных и хорошо развитых детёнышей. Для тату-бурро характерна общая особенность броненосцев – детёныши одного выводка являются однояйцовыми близнецами. Они рано становятся самостоятельными – месячный детёныш уже покидает мать и добывает пищу самостоятельно. Самка рождает примерно три выводка за два года.
Пока подростки этого вида малы, они не рискуют приближаться к добыче крупных хищников и довольствуются мелкими животными, преимущественно беспозвоночными. Также они поедают растительную пищу – ягоды и цветки травянистых растений. Но примерно с двухлетнего возраста, достигнув размеров, характерных для взрослого животного, они переходят на питание падалью. Продолжительность жизни ослиного броненосца составляет около 15 лет.

Лесной тапиротерий (Tapirotherium probosciferus)
Отряд: Непарнокопытные (Perissodactyla)
Семейство: Тапировые (Tapiridae)

Место обитания: Южная Америка, леса и редколесья.

Рисунок Тима Морриса

В процессе эволюции природа ставила своеобразные «эксперименты» в разных уголках Земли, когда в разное время, на разных материках, но в сходных природных условиях появлялись очень сходные по строению живые существа, ведущие родословную от совершенно разных предков. Так, в кайнозое Южной Америки появились представители местных копытных, пиротерии (Pyrotheria), внешне сходные с хоботными Старого Света и Северной Америки. В неоцене ситуация отчасти повторилась: в процессе эволюции свиньи в Евразии приобрели хоботок, позволяющий им собирать пищу и издавать разнообразные звуки. А в Южной Америке продолжилась эволюция тапиров – реликтовых непарнокопытных. У них также развился хобот, служащий для разнообразных целей. Хоботные потомки тапиров представляют собой особый род этих животных – тапиротерии (Tapirotherium).
Самый крупный представитель рода – лесной тапиротерий. Это очень крупное животное, отличающееся характерной внешностью. Животное немного похоже на мастодонта: длина тела лесного тапиротерия достигает 4 метров при высоте в плечах свыше 2 метров и весе до 3 тонн. Спина зверя слегка выгнута вверх, голова массивная. Ноги тапиротерия толстые, с широкими ступнями, каждая из которых заканчивается тремя копытцами. Под пальцами зверя развивается подушка из упругой хрящевой ткани, пропитанная жиром, благодаря чему шаги тапиротерия бесшумны. Относительно большая площадь опоры не делает из тапиротерия хорошего бегуна, зато позволяет ему бродить по топким почвам и прекрасно плавать. Тапиротерии обитают по берегам рек северной и центральной части Южной Америки, деля места обитания с местным гигантским грызуном барокавией (Barocavia). Но конкуренция между ними смягчается за счёт того, что тапиротерии активны днём, и предпочитают кормиться на суше. А барокавии кормятся на берегу по ночам. К тому же тапиротерий способен кормиться ветками с деревьев, недоступных гигантскому грызуну, и даже может на короткое время вставать на задние ноги. Ещё тапиротерии встречаются в дождевом лесу, произрастающем в бассейне рек Амазонка и Гипполита. В густом лесу их место жительства легко определить по широким тропам, проложенным в лесу.
Лесной тапиротерий обитает в тёплом климате, поэтому у него очень редкая и короткая шерсть. Животное окрашено в тёмно-коричневый цвет с более светлой головой и поперечно-полосатым хоботом.
Самая примечательная черта тапиротериев – это длинный хобот, развившийся из короткого хоботка тапира. Длина хобота тапиротерия превышает длину черепа. Череп зверя укороченный и высокий, носовые отверстия сдвинуты назад и вверх, подобно ноздрям на черепе слона. Хобот тапиротерия подвижен, и животные могут срывать им тонкие стебли травы, либо молодые листья кустарника. Также с помощью хобота тапиротерии общаются: окраска хобота различима издалека, и животные подают друг другу сигналы, размахивая хоботом, поднимая или опуская его. Кроме того, с помощью хобота тапиротерии могут издавать разнообразные звуки: трубить, урчать и пищать. В отличие от голоценовых слонов и неоценовых свинообразных Евразии, у тапиротериев нет бивней.
Также тапиротериев отличают от слонов короткие уши. Но для крупного животного в жарком климате гораздо острее стоит проблема теплоотдачи. Для этой цели у тапиротерия на нижней части шеи и груди развивается большая складка кожи. В жаркую погоду кровеносные сосуды, пронизывающие кожу, расширяются, отдавая часть тепла.
Тапиротерии живут поодиночке или небольшими стадами по 5 – 10 зверей. Обычно старые самцы держатся поодиночке на территории стада самок с детёнышами. Молодые и зрелые самцы вне сезона размножения образуют стада «холостяков».
Беременность длится около 15 месяцев. Самка рождает только одного детёныша, при рождении двоен один детёныш, как правило, не выживает. Детёныш долго остаётся с матерью: до года он питается молоком, постепенно приучаясь к пище взрослых животных. После перехода на растительную пищу молодые самки остаются в стаде на всю жизнь, а самцы – до примерно двухлетнего возраста. После этого они уходят из родительского стада и пристают к стаду самцов-«холостяков». Они становятся половозрелыми в возрасте 5 лет (самки – на год раньше). Продолжительность жизни тапиротерия может достигать 60 лет.
В горных регионах Южной Америки обитает ещё один вид – горный тапиротерий (Tapirotherium montanicolus). Это более мелкий вид (размером с обычного тапира), приспособленный к обитанию в прохладном горном климате. У него сравнительно короткие ноги и удлинённое туловище: так легче передвигаться по пересечённой местности. Также у него нет складки кожи на шее, характерной для его крупного родственника, и он покрыт густой шерстью. Этот вид окрашен ярче лесного тапиротерия: у него сохраняются светлые продольные полоски на тёмно-коричневой шерсти: это, в сущности, проявление ювенильной окраски. Полоски особенно отчётливы на плечах и основании шеи, а вокруг глаз остаются большие участки светлой шерсти на чёрном фоне. Это животное обитает в Андах, где предпочитает жить в горных долинах. Горный тапиротерий отличается от своего лесного сородича плотным телосложением, более узкими ступнями и крепкими копытами. Несмотря на свой значительный вес, этот зверь умеет лазить по довольно крутым склонам, хотя делает это редко – обычно звери этого вида живут оседло в горной долине, и мигрируют лишь при недостатке кормов или из-за сложных погодных условий. Этот зверь очень многочислен вблизи озера Тотора на плато Альтиплано в Андах.
Очевидно, близким родственником горного тапиротерия является чилийский тапиротерий (Tapirotherium chiliensis) – зверь средних размеров и относительно лёгкого телосложения. Чилийские тапиротерии населяют узкую полосу земли между Андами и тихоокеанским побережьем Южной Америки. Эти звери живут в разнообразных местообитаниях: от предгорий до океанского побережья. Они обладают длинными ногами и хоботом, достигают веса около тонны, и могут быстро бегать. У чилийского тапиротерия сравнительно небольшие ступни и копыта, а также удлинённая шея. Он имеет серую окраску с продольными чёрными полосами на крупе и спине. Этот вид держится гаремами из самца (иногда двух – главного и подчинённого) и нескольких самок с детёнышами разного возраста. Популяции, обитающие вблизи океана, часто приходят на морской берег, где звери пьют солёную воду и кормятся водорослями.

Барокавия (Barocavia potamophila)
Отряд: Грызуны (Rodentia)
Семейство: Водосвинковые (Hydrochoeridae)
Место обитания: Южная Америка, водоёмы в области тропического климата.

На протяжении большей части кайнозоя Южная Америка была изолированным континентом. Её флора и фауна развивалась независимо от остальных материков, и достигла высокого уровня эндемизма и своеобразия. В позднем кайнозое связь Южной и Северной Америки восстановилась, и в результате иммиграции североамериканских видов большая часть южноамериканцев, появившихся в условиях изоляции и не проходивших подобного «испытания на прочность», вымерла. Но некоторые группы остались достаточно широко распространёнными и разнообразными, например, особые южноамериканские грызуны. Когда в неоцене Южная Америка снова оказалась изолирована от окружающего мира Панамским проливом, эти звери стали основными формами местных травоядных, дав многочисленные и разнообразные виды, имеющие экологические аналоги в остальных частях света: своеобразных «двойников» антилоп и свиней. А место гиппопотамов в реках и озёрах Южной Америки занял гигантский грызун – огромная барокавия, потомок капибары.
Барокавии широко расселились в реках Южной Америки. В постоянных водоёмах они ведут оседлую жизнь, а в местах, где случается засуха, превратились в кочевников и совершают миграции к полноводным рекам и озёрам. Обычно эти огромные звери проводят почти весь день в реке, питаясь или отдыхая, а к вечеру выходят пастись на прибрежные луга.
Барокавия – это гигантский полуводный грызун, напоминающий гиппопотама внешне и по образу жизни. Она достигает 3 – 4 метров в длину (самец крупнее) при высоте в плечах до полутора - двух метров. Взрослый самец этого вида может весить до трёх тонн. У барокавии толстая кожа, покрытая редкой грубой шерстью коричневатого цвета. Хвоста у этого грызуна-великана нет.
Голова барокавии непропорционально большая, скуластая и тяжёлая. На верхней челюсти животного растут длинные жёсткие усы. Резцы в нижней челюсти широкие и лопатовидные. Они направлены вперёд и служат для сгребания с поверхности воды плавающих растений и для выкапывания корней со дна или на берегу. Верхние резцы покрыты белой эмалью, их длина достигает 20 см. Они позволяют легко перекусить даже ствол молодого дерева, а в случае нападения хищников помогают дать им достойный отпор. Коренные зубы барокавии широкие и бугорчатые. Это связано с рационом зверя: барокавия потребляет за день большое количество достаточно мягкой и сочной растительной пищи, и большую часть дня жуёт.
Небольшие глаза и короткие округлые уши барокавии сдвинуты в верхнюю часть головы, как у гиппопотама. У зверя плохое зрение, но острое обоняние и отличный слух.
Ноги барокавии толстые и короткие, стопоходящие. Пальцы объединены общим чехлом мягких тканей и образовали структуру, похожую по форме на ступню слона. Под ними расположена подушка пропитанной жиром упругой ткани, позволяющей животному ступать легко, пружинисто и бесшумно, несмотря на кажущуюся неуклюжесть. Когти (на передней ноге – четыре, на задней – три) толстые, копытообразные. Барокавия может хорошо плавать и нырять, загребая ногами. Под водой зверь движется легко и даже в какой-то степени грациозно, едва касаясь дна. При необходимости эти животные могут легко переплывать реки шириной несколько километров.
Барокавии живут большими стадами – до 30 – 40 особей. Такое крупное стадо неоднородно: в нём есть несколько групп размножения – один взрослый самец на 3 – 5 самок, и их детёныши первого года жизни. Стада меньшего размера – это, как правило, группы самцов-холостяков, по разным причинам не обзаведшихся семьями. Все группы размножения в стаде примерно одного ранга. В случае опасности стадо может объединиться и обороняться от хищников коллективно. Наземных хищников барокавии стараются отогнать, широко разевая пасть и демонстрируя огромные зубы и светло-розовые дёсны. При этом взрослые животные отрывисто рявкают и рычат. Водные хищники – крупные плотоядные рыбы – барокавиям, как правило, не страшны, хотя при случае могут топить и поедать новорождённых детёнышей. Если рыбы нападают, взрослые прикрывают детёнышей своими телами, встают на дыбы и с силой опускаются в воду, поднимая фонтаны брызг и пытаясь раздавить нападающую рыбу. Иногда взрослые звери стараются укусить рыбу или схватить её зубами и выбросить на берег (по наблюдениям зоологов, так же поступали африканские бегемоты эпохи голоцена).
В сезон дождей, когда реки широко разливаются и превращают значительные пространства в болотистые равнины, барокавии покидают русло реки и отправляются на окрестные озёра и болота. Здесь они кормятся обильно разрастающимися на влажной почве болотными растениями, дополняя свой рацион ветками деревьев и кустарников. Каждое стадо занимает определённую территорию, края которой помечаются кучами навоза. По запаху навоза любой сородич сможет узнать, насколько велико стадо, какие животные его составляют, и как часто оно посещает данное место.
Самое жаркое время дня эти грызуны проводят в воде, отдыхая и питаясь водной растительностью. Во время кормления барокавия втыкает зубы под дернину тростника, сильным движением головы вверх вырывает целый сноп стеблей, боковыми движениями головы «прополаскивает» его в воде, а затем начинает флегматично пережёвывать. Спать эти грызуны предпочитают на суше, в местах, куда не могут проникнуть наземные хищники: часто «спальни» барокавий располагаются на островках среди трясины или на песчаных островках в русле рек. Время сна у барокавии – со второй половины ночи до позднего утра.
Роль барокавии в экосистемах рек Южной Америки очень велика: питаясь растениями, они препятствуют зарастанию и заболачиванию рек, а на их навозе обильно размножается фитопланктон – основа продуктивности речных экосистем. Поедая кустарники на берегах рек, барокавии способствуют развитию злаковых сообществ, служащих для питания местных бегающих грызунов – мар-оленей и гигантской паки.
Сезон размножения у барокавий начинается приблизительно в середине влажного сезона: при этом детёныши родятся в самое благоприятное время года, и вероятность их выживания будет значительно выше. Вне сезона размножения самцы практически не замечают друг друга, и даже могут щипать траву бок о бок. Зато когда самка из группы размножения показывает свою готовность к спариванию, самец становится грозным и ревнивым мужем. С басистым утробным рыком он набрасывается на любого, кого посчитает своим конкурентом. Во время внутривидовых поединков барокавии не пользуются громадными зубами, а просто толкают друг друга плечами, наносят удары лбом или боковой частью головы.
Ухаживая за самкой, самец слегка толкает её головой, кладёт свою голову ей на спину или на шею. При этом он «воркует» - издаёт особые отрывистые урчащие звуки, и ходит «на цыпочках», высоко задрав голову и стараясь показаться ещё крупнее. Если самка не готова к спариванию, она держится головой к ухаживающему самцу и временами негромко рычит, показывая резцы. Принимая ухаживания самца, самка прижимается к его боку, «воркует» в унисон, и обнюхивает голову самца снизу. Спаривание у массивных барокавий происходит в воде.
Беременность длится около восьми месяцев, и раз в год самка рождает пару зрячих, развитых, покрытых шерстью детёнышей. Новорождённая барокавия весит около 50 килограммов. Уже в первый день жизни детёныш может ходить и даже пытается плавать. В двухнедельном возрасте молодая барокавия пробует есть траву, а полностью переходит на кормление растениями в возрасте трёх месяцев. К этому времени молодое животное может весить уже до 300 килограммов. Полностью взрослой барокавия становится в возрасте около двух с половиной лет, а продолжительность жизни может составить около 30 – 40 лет.

Тираннохаракс (Tyrannocharax deinodontus)
Отряд: Харацинообразные (Characiformes) (или отряд Карпообразные (Cypriniformes) подотряд Хараковидные)
Семейство: Трахировые (Erythrinidae)

Место обитания: мелководные пресные водоёмы в тропической зоне Южной Америки.
После климатических катастроф конца голоцена и начала неоцена многие из ранее процветавших групп животных вымерли. Такая судьба постигла почти всех крокодилов, существовавших на Земле ещё с триасового периода мезозойской эры. Лишь единичные представители этого отряда обитают на Земле в эпоху неоцена, а во многих местах, где они жили прежде, в экологической нише крупного водного хищника их заменили совсем другие животные. Чаще всего это различные черепахи и ящерицы, но в Южной Америке, где сохранилась разветвлённая сеть рек и озёр, роль грозного водного хищника взяли на себя рыбы. В эпоху голоцена в бассейнах тропических южноамериканских рек были распространены трахиры – крупные и неуживчивые хищные рыбы, достигавшие иногда метровой длины. Они подстерегали добычу, спрятавшись в засаде среди растений. Эту же тактику с большим успехом использует их потомок – гигантский тираннохаракс.
Длина почти цилиндрического тела тираннохаракса достигает четырёх с половиной метров – это одна из крупнейших костных рыб неоценовой Земли. Около метра из этой длины приходится на огромную голову с вытянутым рылом и острыми зубами, похожими на лезвия. Вес этой чудовищной рыбы может достигать 300 - 350 килограммов. Голова покрыта плотным панцирем кожных окостенений, что придаёт ей дополнительную прочность и защищает от случайных повреждений, которые может нанести этому хищнику крупная добыча. В верхней части головы расположены небольшие чёрные глаза, а приблизительно в середине между глазами и кончиком морды – чувствительные ноздри.
Телосложение выдаёт в этой рыбе типичного хищника-засадчика, не плавающего долго и далеко. Практически всё время тираннохаракс проводит, затаившись среди обильной водной растительности на глубине около 1 – 1,5 м. Узор на его чешуе помогает даже такой громадной рыбе оставаться незамеченной. На боках тираннохаракса имеется неравномерный сетчатый рисунок: по зеленовато-серому фону чёрные пятна, складывающиеся в вертикальные полосы. Спина этой рыбы коричнево-чёрная с небольшим количеством светлых пятен.
Хвостовой плавник тираннохаракса короткий и округлый, а хвостовой стебель высокий и мускулистый. Такие пропорции характерны для рыб, способных совершать резкий бросок. Спинной плавник тянется примерно от середины спины почти до начала хвостового стебля, жировой плавник очень маленький и закругленный. Грудные и брюшные плавники рыбы развиты хорошо и сдвинуты вниз.
Обитая в мелководных, сильно прогреваемых водоёмах, крупная рыба сталкивается с одной проблемой: организм требует много кислорода, а его содержание в воде невелико. Тираннохаракс решает эту проблему с помощью одного приспособления, которое было унаследовано им от своих предков. Плавательный пузырь этой рыбы открытый – он превратился в своеобразное лёгкое. Время от времени огромная рыба осторожно всплывает на поверхность воды и дышит. После этого тираннохаракс может лежать в засаде до получаса, ничем не выдавая себя возможным жертвам. Лёгкое помогает рыбе выживать в условиях засухи: когда водоёмы пересыхают, тираннохаракс может передвигаться из водоёма в водоём, изгибаясь всем телом и помогая себе грудными и брюшными плавниками. При этом рыба держит жаберные крышки сомкнутыми, оберегая жабры от высыхания, а дышит исключительно с помощью лёгкого.
Самка бледнее и полнее самца, и, кроме того, длиннее его примерно на полметра и тяжелее на 20 – 30 килограммов. При такой расстановке сил, учитывая весьма неуживчивый и агрессивный характер самих рыб, от самца требуется максимум осторожности при общении с самкой в период нереста. Ритуал ухаживания у тираннохараксов достаточно долгий, самец постепенно приучает самку к своему присутствию, держась на краю её территории. Он готов в любую минуту отступить на почтительное расстояние, едва самка выказывает признаки неудовольствия от его присутствия. Но со временем самка привыкает к самцу, и он может осторожно приблизиться к ней. Во время ухаживания самец становится более ярким: его тело приобретает насыщенный зелёный цвет с бархатно-чёрными полосками, а нижняя часть головы становится ярко-красной. Ухаживая за самкой, самец плавает рядом с ней, раскрыв плавники и издавая серии щелчков, слышимых из-под воды, особенно по ночам.
Тираннохаракс относится к фитофилам: эта рыба мечет икру на листья мелколистных растений. Перед нерестом пара рыб выбирает заросли какого-либо водного растения с мелкими листьями и выдирает всю растительность на расстоянии двух метров от него. После этого начинается брачный ритуал, во время которого самец загоняет самку в заросли и прижимается к её боку. После нескольких пробных попыток пара мечет икру – около 20 тысяч довольно крупных икринок.
Самка практически сразу покидает нерестилище, а самец остаётся охранять потомство. В это время он становится почти целиком чёрным, лишь на боках заметно несколько зелёных пятен. Его агрессивность в это время возрастает настолько, что даже самка, превосходящая его по размеру, вынуждена отступить подальше от кладки.
Инкубация икры длится около недели, после чего самец оставляет кладку на произвол судьбы. Личинки первые дни прячутся среди растений, в трёхдневном возрасте начинают плавать и питаться мелкими рачками. Они быстро растут, и при длине около 1 сантиметра уже могут нападать на мальков других рыб. Каннибализм свойствен этому виду на любой стадии развития, поэтому лишь немногие рыбы доживают до взрослого состояния. Половая зрелость у молодых рыб наступает в возрасте около семи лет, продолжительность жизни достигает 50 лет и больше.
Тираннохаракс охотится на крупных млекопитающих, водоплавающих птиц и крупную рыбу. Сила челюстей этого хищника такова, что он легко может пробить зубами даже панцирь маленькой черепахи. Обычно рыба затаивается возле излюбленных мест водопоя крупных зверей, и выжидает, пока какое-либо животное не зайдёт в воду слишком далеко. Тогда следует резкий бросок, и жертва исчезает под водой. У тираннохаракса железная хватка челюстей. Но если даже животное сможет вырваться, оно скорее всего погибнет от потери крови: острые зубы тираннохаракса наносят глубокие раны. Водоплавающих птиц эта рыба ловит, схватывая их из-под воды. Также тираннохаракс не брезгует мелкой добычей: упавшие в воду птенцы мелких птиц и мелкие млекопитающие, спасающиеся от наводнения, легко могут закончить жизнь в его зубах. Сытая рыба уходит на глубину и несколько дней лежит в глубоком омуте, переваривая пищу.

Пухоед-голиаф (Megalaemobothrion goliath)
Отряд: Пухоеды (Mallophaga)
Семейство: Лемоботриды (Laemobothriidae)

Место обитания: Южная Америка, паразит крупных птиц.
Эволюция каждого вида животных и растений тесно связана с судьбой видов, которые его окружают – все вместе виды животных и растений формируют экосистемы и определяют особенности среды обитания друг друга. Особенно тесны отношения видов, которые являются друг для друга паразитом и хозяином. Хозяин представляет собой среду обитания паразита, поэтому любые изменения в особенностях строения, физиологии или образа жизни хозяина немедленно оказывают влияние на его паразитов, заставляя их вымирать или эволюционировать в том или ином направлении. Зависимость паразита от хозяина приводит к тому, что его специализация оказывается очень узкой – круг возможных хозяев сильно сужается, а иногда паразит оказывается способным жить только на одном виде организма-хозяина. Паразиты встречаются среди различных групп животных, и не представляют редкости среди насекомых. Некоторые отряды насекомых представлены исключительно паразитическими формами. Весьма специализированными паразитами птиц являются пухоеды (некоторые группы пухоедов, т. н. власоеды, обитают не на птицах, а на зверях, но их специализация столь же узка, как у «типичных» пухоедов). Они поедают роговые производные птичьей кожи – перья и чешуйки эпидермиса. Обычно эти насекомые отличаются мелкими размерами и уплощенным телом. В голоцене большинство пухоедов имело очень мелкие размеры, исчисляемые миллиметрами, и орлиный паразит длиной около одного сантиметра был среди них великаном.
Но этот маленький «великан» эпохи голоцена оказался бы недомерком по сравнению с самым крупным видом пухоедов эпохи неоцена, который живёт в перьях некоторых южноамериканских птиц. Это насекомое достигает длины около 3 см, и за гигантские размеры носит название пухоед-голиаф.
Это насекомое с тонкими полупрозрачными покровами тела, с узкой грудью и короткими цепкими ногами. Челюсти этого насекомого режущие, направлены вперёд. Голова плоская, клиновидная, сужена впереди. Антенны короткие, малоподвижные, направлены назад. Глаз нет – пухоеды постоянно обитают среди перьев птиц, поэтому зрение не играет в их жизни никакой роли.
Брюшко пухоеда-голиафа длинное, гибкое, червеобразное. По краям каждого сегмента тела есть толстые крючковидные щетинки – две из них торчат вверх, а две вниз. Они помогают крупному насекомому закрепляться между перьев птицы-хозяина. Обычно этот пухоед сидит между двух налегающих друг на друга перьев, закрепившись с помощью крючковидных щетинок. По бокам каждого брюшного сегмента растёт пучок крепких щетинок, направленных назад.
Пухоед-голиаф обитает в перьях крупных местных плотоядных птиц: акату (Sciopterornis acatou) и цапли-охотника (Graviardea venatrissa). Обычно пухоеды узкоспецифичны для определённого вида птиц, но этот вид может успешно выживать и развиваться на обоих видах, поскольку эти птицы систематически не слишком далеки друг от друга. Очевидно, этот вид произошёл от какого-то вида рода Laemobothrion, виды которого встречались на птицах различных систематических групп: соколообразных, катартидах, пастушковых и султанках. В процессе эволюции, когда некоторые виды южноамериканских птиц начали увеличиваться в размерах, предки этого насекомого также стали расти.
Пухоеды предпочитают строго определённые участки оперения птиц, и на одной птице может жить, не конкурируя друг с другом, сразу несколько видов этих паразитов. Пухоед-голиаф предпочитает селиться под крыльями и в задней части тела птиц, где его беспокоят его сравнительно редко. При необходимости это насекомое может весьма быстро двигаться между перьев птицы-хозяина, червеобразно извиваясь и цепляясь за перья щетинками, растущими по бокам сегментов брюшка.
Пухоед-голиаф обитает в постоянных условиях, складывающихся на поверхности тела птицы, поэтому он размножается круглый год без перерыва. Самка ежедневно откладывает около полусотни мелких яиц, приклеивая их рядами к растущим перьям.
Все пухоеды – насекомые с неполным превращением. Личинки этого вида отличаются от взрослых пухоедов-голиафов не только размерами, но и пропорциями. Они очень мелкие (длина около 1,5 мм), с тонким телом, широкой головой с двумя выемками по бокам, и относительно длинными ногами. Во время развития личинка пухоеда-голиафа проходит 12 – 13 линек. Личинки этого вида очень подвижны. Взрослому насекомому из-за размеров сложно переселиться с одной птицы на другую – обычно птицы заражаются этими паразитами при спаривании, а птенцы – от родителей. Но насекомые этого вида, поселяющиеся в колониях цапли-охотника, могут легко переходить с одной птицы на другую в ходе повседневной жизни этих птиц. На цапле-охотнике пухоед-голиаф отличается более мелкими размерами, и достигает половозрелости, проходя на одну линьку меньше. Зато пухоеды-голиафы, поселившиеся на теле акату, быстрее растут и оказываются более плодовитыми, нежели их сородичи с цапли-охотника. Личинки могут активно расселяться от птицы к птице, прицепляясь ногами и утолщёнными подвижными антеннами к ногам кровососущих насекомых – слепней и других мух. Когда насекомое садится сосать кровь, личинки пухоеда-голиафа устремляются к нему и прицепляются к его ногам. В этот момент выемки по бокам головы оказывают личинке пухоеда ощутимую пользу: подвижный толстый усик складывается назад и зажимает ногу летающего насекомого в выемке, словно капкан. Личинка пухоеда повисает на мухе или слепне, и перелетает на тело другого хозяина. Так она может расселяться примерно до третьей линьки. Затем, когда личинка достигает длины 2 – 3 мм, она теряет способность к таким перелётам. К тому же она становится слишком крупной для подобного «путешествия», и муха может просто сбросить её. Полный цикл развития длится около 3 недель.

Перьевой жук (Plumovermis protector)
Отряд: Жесткокрылые, или Жуки (Coleoptera)
Семейство: Стафилиниды (Staphylinidae)

Место обитания: Южная Америка, перья птиц.
Жуки – один из самых крупных отрядов насекомых, и вообще животных. Отряд представлен сотнями тысяч видов, имеющих разный образ жизни и питающихся разнообразной пищей. Среди жуков есть растительноядные и хищные виды, и есть даже небольшое количество паразитов. Узкая специализация зачастую позволяет им избегать острой конкуренции, и в неоценовой фауне большое количество жуков является такими специализированными видами.
В оперении крупных птиц, обитающих в Южной Америке, часто встречается один вид жуков. На первый взгляд его сложно классифицировать как жука, но его выдаёт характерное строение крыльев: их первая пара превращена в жёсткие надкрылья. Они очень короткие, и не покрывают брюшко целиком – эта особенность типична для плотоядных жуков стафилинов, к которым принадлежит это насекомое. За характерный образ жизни этот представитель стафилинов получил название перьевой жук.
Это типичный представитель семейства, хищный жук, который умеет летать. Он перелетает с птицы на птицу в поисках корма – различных паразитических насекомых, которые размножаются в их оперении. Для охоты этот жук пользуется очень тонким обонянием: он легко распознаёт запах паразитических насекомых на фоне запаха птицы, на которой они живут. В этом ему помогают длинные перистые усики с небольшой «булавой» на конце. Чувствительные клетки располагаются на боковых выростах усиков.
Надкрылья этого насекомого очень короткие – они не закрывают даже трети брюшка. Тело перьевого жука гибкое и длинное (его название буквально означает «перьевой червь»). Когда жук ползает по перьям птиц, он складывает усики под края головы снизу, чтобе не повредить их.
Голова перьевого жука помогает ему двигаться среди оперения птицы: она плоская, узкая, клиновидной формы. Поскольку насекомое хорошо летает и проводит часть времени вне птиц, у него крупные глаза, вытянутые вдоль боковых краёв головы. Челюсти этого жука очень большие – длиннее половины головы. На их внутреннем крае есть острые зубцы, с помощью которых насекомое схватывает добычу. Также пойманный перьевой жук старается укусить хищника, схватившего его.
Челюсти – не единственная защита перьевого жука. Он ядовит: в гемолимфе насекомого накапливается кантаридин. Чтобы предупредить хищника о своей несъедобности, насекомое имеет запоминающуюся чёрно-красную окраску. Надкрылья этого жука коричневато-красные, гладкие и блестящие. На брюшке насекомого есть поперечные «бархатные» полоски, образованные густым опушением красного цвета. Ноги перьевого жука красные. Если это насекомое потревожено, оно раскрывает надкрылья в стороны и показывает ярко-красное пятно на грудных сегментах. Также перьевой жук поднимает брюшко вверх, демонстрируя его блестящую белую изнанку. Для защиты от млекопитающих и рептилий, пользующихся при охоте обонянием, на брюшке перьевого жука есть несколько пар желез, выделяющих неприятно пахнущую жидкость.
Все стафилины отличаются влаголюбием, и перьевой жук – не исключение. Это насекомое держится вблизи водоёмов, где ожидает подходящих «клиентов». Там, где водоём не пересыхает и воздух достаточно влажен, перьевой жук проводит на птицах незначительное время. Но вдали от постоянных водоёмов перьевой жук предпочитает отыскать в сухой сезон подходящую по размеру птицу, и пережидает неблагоприятное время года на её теле. Под перьями птицы складывается сравнительно благоприятный микроклимат, помогающий жуку выжить. Если же к началу сухого сезона этот жук не отыскал птицу, пригодную для жизни, он переходит к подземному образу жизни. С помощью чувствительных усиков он разыскивает достаточно влажные места – норы различных роющих животных, и поселяется в них. При необходимости жук умеет рыть собственные норы в мягком грунте.
Самка перьевого жука откладывает яйца в густые куртины травы, и охраняет их в течение нескольких дней, пока не выведутся личинки. Кладки повторяются каждую неделю на протяжении почти всего сезона дождей. Одновременно самка откладывает до 20 относительно крупных яиц. Но малая плодовитость насекомого компенсируется высокой степенью выживаемости кладок и личинок раннего возраста.
Личиночная стадия у перьевого жука длится около года. Личинка похожа на примитивных бескрылых насекомых: она имеет удлинённое тело и хорошо развитые ноги, чем сильно отличается от червеобразных малоподвижных личинок большинства жуков. Она умеет быстро ползать и хорошо роет почву твёрдой головой. Покровы тела личинки перьевого жука плотные и твёрдые, благодаря чему она защищена от других почвенных хищников.
Первые недели личинка живёт в куртинах травы и поедает мелких насекомых, обитающих вместе с ней. Во время сухого сезона личинки, успевшие к этому времени пройти несколько линек, и достигшие около половины максимальной длины, переходят к подземной жизни. Твёрдые щитки их тела связаны эластичной мембраной, через которую может испаряться влага, поэтому для них губителен сухой воздух. Под землёй личинки перьевого жука живут в норах грызунов и роют собственные ходы, преследуя роющих личинок других жуков и цикад, а также червей. В норах грызунов личинки могут охотиться на различных паразитических насекомых, но они не специализированы к отношениям симбиоза с роющими млекопитающими, и успешно живут без них. Готовая к окукливанию личинка выползает почти на поверхность почвы, и прячется в куртинах травы, где окукливается под тонким слоем почвы. Молодой жук прокапывает головой выход на поверхность.
Лёт перьевых жуков начинается в самом начале сезона дождей. Насекомые разыскивают друг друга, спариваются на земле среди травы, и летят на поиски птиц, поражённых паразитическими насекомыми. Очень редко эти жуки встречаются на теле крупных млекопитающих, где также поедают паразитических насекомых.

Следующая

На страницу проекта