Каракумская дельта

 

Путешествие в неоцен

 

Каракумская дельта

 

 

 

В раннем кайнозое на территории Средней Азии существовали условия, благоприятные для процветания жизни. Отпечатки листьев в осадочных породах соответствующего возраста указывают на климат, благоприятный для роста широколиственных лесов, а чешуи очень крупных рыб свидетельствуют о богатстве фауны водных животных. С течением времени климат Средней Азии становился более засушливым; внутреннее море отступило и разделилось на несколько водоёмов, в том числе Каспийское и Аральское моря. Растительность сменилась на засухоустойчивую, типичную для пустынь. На памяти человека две реки – Амударья и Сырдарья – текли среди песков, поддерживая скудную жизнь пустыни.
В эпоху человека в этих местах произошла экологическая катастрофа – из-за зарегулирования стока рек Аральское море практически полностью высохло, а реки стали отдавать свои воды на нужды цивилизации.
После исчезновения человека ухудшение ситуации продолжилось. Глобальные изменения климата и движения материков вызвали новую волну изменений. Движущаяся на север Африка перекрыла Гибралтарский пролив и Средиземное море высохло полностью. Вместе с ним высохло Чёрное море, а в дальнейшем иссушение климата уничтожило Каспий. На севере ледниковая шапка вобрала в себя огромное количество снега и льда, вызвав уменьшение стока рек. Глобальное похолодание, таким образом, принесло засуху в центральные районы азиатского материка. Горные ледники служили скудными источниками воды, но короткие реки, петляя по пустыням, быстро терялись в песках, и животные, обитающие в этих местах, были вынуждены мигрировать от одного источника воды к другому.
В неоцене началось потепление климата. Вулканическая активность способствовала увеличению доли углекислого газа в атмосфере, а раскрытие Панамского пролива и частичное смещение Антарктиды из полярных районов вызвали изменения в циркуляции океанских течений. Колоссальные массы льда в Северном полушарии растаяли, оставив после себя лишь ледяной покров в Северном Ледовитом океане, который превратился в «холодильник» северного полушария, сообщаясь только с Атлантикой.
Глобальные изменения климата отразились на условиях жизни в Средней Азии. В ледниковую эпоху Амударья и Сырдарья представляли собой небольшие реки, стекающие с гор и теряющиеся в песках, а часто просто пересыхающие летом. Но в неоцене на западе раскинулось обширное Четвероморье, питаемое реками, текущими с севера и из центральных районов Европы. Огромный, но сравнительно мелководный водоём сделал воздух в Средней Азии более влажным. Вершины гор конденсируют на себе влагу, которая собирается в многочисленные ручьи и реки в ущельях и горных долинах. Более влажный климат неоцена и появление Четвероморья сделали среднеазиатские реки полноводными. В неоцене вместо Амударьи и Сырдарьи в Четвероморье впадает Узбой – крупная река с несколькими притоками, берущими начало в горах. Русло Узбоя непостоянно – река прокладывает путь по песчано-глинистым почвам Каракумов, легко размывая их. От основного русла постоянно отделяются рукава и старицы, а сама река часто меняет направление течения, в течение веков смещаясь на десятки километров относительно первоначального расположения русла.
Устье Узбоя при впадении в Четвероморье широко разливается в виде дельты классической треугольной формы. Река несёт огромное количество песка и откладывает его в дельте в виде множества островков. В Четвероморье впадает, фактически, не река, а широкое болото, поросшее тростниками и прорезанное крупными протоками. Кроме того, дельта Узбоя продолжается на мелководьях в восточной части Четвероморья – её отмечают заросли тростника, растущие в мелкой воде, и песчаные островки, скапливающиеся благодаря корням растений. Островки быстро зарастают деревьями и превращаются в полноценную сушу. Под корнями деревьев образуется почва, прорастают семена других растений, и образуется место, пригодное для жизни множества животных. В этих местах суша постепенно наступает на море, хотя во время штормов море может вернуть себе часть утраченных территорий, смывая островки вместе с деревьями.
Для дельты Узбоя характерен сезонный континентальный климат, смягчённый влиянием Четвероморья. В этих местах бывает зима, когда болота в верховьях дельты на несколько недель покрываются тонким льдом. В это же время Узбой несколько мелеет из-за уменьшения стока в горах. Птицы, населяющие дельту, обычно мигрируют на юго-запад, к тёплым южным берегам Четвероморья. Зимовать остаются лишь мелкие певчие птицы, которые ищут корм в тростниках и не зависят непосредственно от продуктивности реки.
Весна на Узбое – это время перемен. Тепло с Четвероморья растапливает льды, покрывающие низовья Узбоя. Вначале река мелеет – вершины гор по-прежнему скованы холодом. Но тёплые ветра делают своё дело – они проникают в самое сердце материка и горные снега начинают таять. В это время ручьи превращаются в ревущие потоки, которые сметают всё на своём пути и перекатывают по руслу даже крупные камни. Вырвавшись на равнину, горные реки несколько смягчают свой нрав – часть воды уходит в пески, пробуждая к жизни многочисленные семена и луковицы, которые ждут этого часа больше полугода. Переполненные водой русла превращаются в бурлящие мутные потоки. На равнине реки широко разливаются и скорость их течения падает. Но воды их редко становятся прозрачными: по пути реки размывают глинистые пески и несут муть, которая откладывается ниже по течению. Постепенно воды доходят до дельты и начинается величественный спектакль возвращения жизни.
Зимой значительная часть дельты представляет собой безводные русла, заполненные отложениями песка и глины. В самых глубоких местах русел сохраняются небольшие водоёмы, в которых зимуют рыбы. В особенно холодные зимы такие лужи промерзают до дна и всё их население просто гибнет. Но весной, когда тают снег и лёд, выжившие обитатели этих водоёмов получают возможность благополучно существовать дальше. Они с жадностью гоняются за съедобной мелюзгой или поедают нежные ростки водяных растений, восстанавливая силы после зимовки. Но их ждут большие перемены.
Когда потоки воды пересекают пустыню и добираются до дельты, они меняют пейзаж до неузнаваемости. В дельте Узбой растекается на множество рукавов. Вода поднимается быстро, затопляя дельту и превращая её в сеть островков среди потоков, сливающихся и растекающихся. Потоки воды промачивают ил и пробуждают к жизни спящие в речном дне корневища и клубни растений. На дне широкой мелководной протоки всю зиму спали крупные клубни, покрытые многослойной губчатой кожицей. За зиму они потеряли некоторое количество влаги и сморщились. Вода, пропитавшая ил, добралась до поверхности клубней, и они начали жадно впитывать её. Вода активизировала жизненные процессы спящих растений, и почки на вершинах клубней начали пробуждаться. Один за другим к поверхности ила полезли листья, свёрнутые в трубочку. Они пробили слой ила, словно копья, и один за другим развернулись на его поверхности, в толще воды. Широкое русло, на дне которого скрыты эти клубни, умерило скорость течения реки, и ил постепенно осел на дно. В прозрачной воде среди тонкозернистого осадка листья начали разворачиваться один за другим. Первые листья этих растений были узкими, похожими на стрелу. Но каждый новый лист становился всё шире, и вскоре первый лист показался на поверхности воды. Хотя это был лишь один из первых листьев, он был диаметром около сорока сантиметров. А следующие листья, разворачивающиеся рядом с ним, были ещё крупнее. Один за другим новые листья появляются на поверхности воды. Они вполне узнаваемые – округлые, с узким вырезом на одной стороне и с черешком, прикреплённым в середине. Поверхность этих листьев покрыта тонким слоем воска, который придаёт им сизоватый оттенок. Это один из видов кувшинок, близкий родственник видов, живших на Земле в эпоху человека. Но размер этих листьев внушителен – полностью развитый лист достигает одного метра в диаметре. Листья быстро покрывают собой поверхность протоки, и в течение двух недель образуют густые заросли, через которые трудно было бы проплыть утке; мелкие птицы легко могут перейти через протоку, не замочив ног, по листьям этого растения. Это царственная кувшинка, характерный житель русла и дельты Узбоя. Когда вода прогреется, среди листьев появятся огромные жёлто-белые цветки этого растения. Заросли этой кувшинки в середине лета создают впечатление величественной тропической природы.
Главным компонентом растительности в дельте Узбоя являются влаголюбивые деревья. Одно из самых обычных деревьев на речных островках – бессмертная ива. Вопреки названию, это дерево не отличается особой долговечностью – его древесина очень мягкая и ствол быстро прогнивает внутри, поэтому продолжительность жизни любого отдельно взятого дерева составляет лишь немногие десятилетия. Но главное свойство этой ивы – живучесть. Ствол старого дерева может разломиться на несколько частей, но дерево не погибнет, пока живы корни. Куски ствола легко укореняются в глинистой почве островов и вскоре покрываются щёткой свежих зелёных побегов. Не все из них выживут, но некоторым удастся развиться в крупное дерево, являющееся клоном материнского растения, которое само по себе может уже давно сгнить. Укореняясь и разрастаясь, деревья этого вида задерживают корнями песок и глину, которые несёт река, и играют важную роль в образовании островов в дельте Узбоя. Интенсивность роста позволяет бессмертной иве доминировать в растительном сообществе дельты. Ветвистые деревья этого вида занимают значительную часть островов в глубине дельты, и продвижение бессмертной ивы к морю затрудняет лишь наличие соли в морской воде. На краю дельты эта ива постепенно становится кустарником, а затем вовсе вытесняется более устойчивыми к соли растениями – тростниками и камышом.
Всю зиму деревья бессмертной ивы простояли без листьев. В это время была хорошо заметна очень светлая кора этого дерева, особенно на молодых побегах. Это приспособление, позволяющее дереву избежать солнечных ожогов. Но с приходом весны деревья преображаются – теперь их ветви украшены пушистыми жёлтыми серёжками. Бессмертная ива, подобно всем своим родственникам, зацветает до появления листвы. Её цветение длится всего лишь одну – две недели, и это время становится праздником для насекомых. На соцветиях ивы собираются одиночные пчёлы и осы, а также жуки различного размера. Там, где зимой у дерева были сломаны ветви или повреждена кора, теперь подтекает сладковатый сок. Он начинает бродить, и на этот запах собирается ещё больше насекомых. На светлой коре дерева чёрные жуки с блестящими покровами выглядят особенно заметными, и насекомоядные птицы не упускают возможность поймать лёгкую добычу. Перебродивший сок ивы содержит небольшое количество спирта, и этого достаточно, чтобы притупить бдительность насекомых. Поэтому птицы, обнаружившие такой источник корма, посещают его снова и снова. А насекомые, слизывающие сок из ствола дерева, кажется, готовы пожертвовать жизнью ради такого лакомства.
Зимой в дельте Узбоя остаётся совсем немного птиц. Большинство обитателей дельты ищет корм в воде, поэтому осенью, когда многие протоки дельты Узбоя мелеют и пересыхают, они улетают в тёплые страны. Некоторые птицы улетают сравнительно недалеко – большинство из них просто мигрирует вдоль берегов Четвероморья на юго-запад, за Кавказский полуостров. Однако среди птиц есть путешественники, проводящие зиму на северных берегах Индийского океана, и даже на экваторе.
Некоторые ивы, растущие вблизи широких проток, буквально увешаны большими птичьими гнёздами. Их вершины искривлены, а ветви распростёрты в стороны – деревья с трудом выдерживают тяжесть гнёзд. Пока хозяев этих гнёзд нет на месте, но они уже в пути, и в течение нескольких дней прибудут в дельту. На каждом дереве расположено больше десятка крупных гнёзд, сложенных из длинных ветвей и выстланных травой. Некоторые гнёзда слегка развалились и требуют ремонта, а другие ещё вполне крепкие и смогут выдержать ещё один гнездовой сезон при минимальном ремонте. Это гнёзда крупных рыбоядных птиц талассокораксов, потомков бакланов.
Приток пресной воды в прибрежных районах Четвероморья оказывает значительное влияние на подводных жителей. Когда солёность воды падает, для рыб это является сигналом о том, что начинается пора размножения. Косяки рыб начинают собираться на внешнем крае дельты, вблизи песчаных островков, окружённых зарослями подводных растений. В основном это мелкие рыбы, но среди них встречаются косяки более крупных обитателей Четвероморья – стеноабрамисов. Эти карповые рыбы, потомки лещей, отличаются очень высоким и сжатым с боков телом. Их окраска серая с неярким металлическим блеском на боках, на хвостовом стебле есть чёрная вертикальная перевязь, и голова также чёрная. Летом стеноабрамисы ищут корм среди зарослей тростника, где легко можно спрятаться от врагов. Но ранней весной их косяки должны проделать рискованный путь через широкие протоки дельты, чтобы оставить икру во внутренних протоках. Почувствовав приток пресной воды из дельты, косяки стеноабрамисов собираются на мелководьях, чтобы начать брачные игры. Их головы чернеют, и чёрная окраска распространяется на жаберные крышки, грудь и основания грудных плавников. Перевязь на корне хвоста также становится более широкой и заметной. У самцов на голове выступает «брачная сыпь» в виде бугорков размером с просяное зерно. Стеноабрамисы нерестятся большими стаями, и стимулом для размножения является определённая плотность косяка рыб. Новые и новые стаи стеноабрамисов прибывают с побережья к дельте, и их косяки с воздуха видны как огромные чёрные пятна на фоне светлого песка мелководий, постоянно меняющие форму, разбивающиеся на несколько скоплений и снова сливающиеся. Проплывая по отмелям, стеноабрамисы поднимают тучи ила, но это не мешает им чувствовать движение воды от собравшихся сородичей. Наконец, общее состояние стай этих рыб достигает критической точки, и однажды утром косяки стеноабрамисов дружно входят в дельту. Они должны спешить – до начала спада воды их икра должна успеть развиться, а мальки должны покинуть места, которые окажутся на воздухе при спаде воды. Стеноабрамисы идут на нерест плотными стаями, которые растягиваются по течению на десятки метров. Они ищут места, где сохранились прошлогодние стебли тростника и других растений, залитые паводком. В глубине дельты большие стаи рыб разбиваются на более мелкие, и начинаются брачные игры. Стаи рыб, состоящие из нескольких самцов и самок, устраивают гонки среди затопленных зарослей. Время от времени самцы выпрыгивают из воды и шлёпаются боком с громким плеском. Это стимулирует брачное поведение самок, у которых икра быстрее достигает нужной стадии развития. Первый день в дельте стеноабрамисы проводят в поисках нерестилищ, и брачные игры носят подготовительный характер. Но на следующий день с первыми лучами солнца вода буквально закипает от множества рыб, устраивающих гонки среди растений. Самцы активно преследуют самок, прижимая их к стеблям растений, и самки извергают зрелую икру, которая тут же оплодотворяется. Самка с опустевшими яичниками отплывает в сторону, а самцы бросаются за следующей. Когда один или два самца выпрыгивают из воды и шлёпаются обратно, этот плеск слышат другие рыбы и в ответ в разных местах вокруг может выпрыгнуть около десятка самцов, и даже больше. Занятые нерестом, стеноабрамисы почти не обращают внимания на окружающий мир. Их задача – как можно быстрее выметать всю икру и уйти до начала спада воды.
Брачные игры рыб продолжаются и на следующий день, но уже не столь бурно. А на третий день в дельте не остаётся ни одной взрослой рыбы – ночью они собрались в косяки и тихо покинули протоки. Теперь они будут откармливаться на внешнем крае дельты и среди зарослей тростника в крупных протоках. Но следы пребывания рыб остались – на мелководьях среди прошлогодних стеблей тростника колышутся гроздья прозрачной икры. Стеноабрамисы не заботятся о потомстве, и значительная часть их икры и мальков просто погибнет. Но оставшихся в живых мальков хватит, чтобы заменить рыб предыдущего поколения.
Проходит ещё несколько дней. Вода в протоках постепенно становится прозрачнее – в русле Узбоя начинают отрастать стебли тростника и побеги подводных растений, которые задерживают значительную часть ила и глины. Течение реки постепенно приходит в норму и становится более плавным. Некоторые высокие участки дельты, затопленные во время паводка, вновь показываются из воды. А в протоках под лучами солнца вода начинает прогреваться; это привлекает в дельту стаи рыб, многие из которых мечут икру в пресной воде. Стеноабрамисы уже кормятся в нижней части дельты, а из икры, отложенной ими, вывелось потомство. Большие стаи мальков стеноабрамисов держатся на мелководьях, где вода лучше прогревается. Они питаются мелкими одноклеточными водорослями, инфузориями и личинками рачков. Некоторые стаи мальков оказываются в ловушке, когда спадает вода – они заплывают в протоки и озерки, которые оказываются отрезанными от основного русла. Здесь малькам придётся столкнуться с нехваткой пищи и кислорода, а любой хищник, попавший сюда, сможет без труда переловить их всех. Главные охотники на мальков – водяные жуки и их личинки. Пока вода не прогрелась достаточно хорошо, эти насекомые медленно плавают и вяло ползают по растениям. Но с повышением температуры воды они станут более подвижными и более прожорливыми; мало кто из мальков уцелеет после их пиршества.
Солнце с каждым днём греет всё жарче, и ночи уже не так холодны, как прежде. Перемены в погоде служат сигналом для возвращения в дельту многих видов перелётных птиц. И однажды днём воздух оглашается громкими криками главных обитателей дельты, которые спешат на свои гнездовья. Вначале на юго-западе на фоне неба появляются лишь чёрные точки. Их множество – целые тысячи. В воздухе слышится слабый шум их голосов. Постепенно они приближаются – точки превращаются в силуэты огромных длиннокрылых птиц, а слабый шум – в оглушительный гомон. Это возвращаются на свои гнездовья талассокораксы. Они немного похожи на пеликанов человеческой эпохи, но отличаются от них чёрным оперением. Лишь передняя часть головы у этих птиц имеет рисунок, образованный беспорядочно разбросанными белыми перьями. Длинными клювами и узкими остроконечными крыльями талассокораксы напоминают птерозавров. Тени птиц скользят по земле и по дну проток, распугивая рыбу, но талассокораксы пока не охотятся. Сейчас им важнее отдохнуть, и птицы одна за другой рассаживаются на ветвях крупных деревьев. Стаи талассокораксов разлетаются по дельте, разыскивая старые гнездовья.
Ловкие и подвижные в воздухе, талассокораксы теряют свою грацию, садясь на деревья. Длиннокрылой птице с перепончатыми лапами это довольно сложно сделать – чаще всего талассокоракс едва ли не плюхается в сплетение ветвей, и добирается до нужной ветви, хлопая крыльями. Сложив крылья, птицы отдыхают, тяжело дыша. Они начали перелёт более пяти часов назад и сильно устали. Несмотря на то, что талассокоракс ловит рыбу, умеет плавать и хорошо ныряет, последний рывок до дельты Узбоя эти птицы проделали без посадок и без отдыха. Поэтому первые часы после прилёта птицы ведут себя очень пассивно. Они почти не обращают внимания на сородичей, пролетающих рядом, и совсем не хотят охотиться. Некоторые птицы, пригревшись на жарком полуденном солнце, просто заснули. Прилёт талассокораксов растягивается на весь день, и последние птицы прибывают в дельту, когда край солнечного диска уже коснулся горизонта. Эта ночь пройдёт спокойно, и это, пожалуй, последняя тихая ночь на гнездовье до самой осени.
Следующее утро птицы встретили отдохнувшими и проголодавшимися. Едва рассвело, талассокораксы начали небольшими стаями отлетать в сторону моря на ловлю рыбы. В основном это самки и молодые птицы, которые ещё не готовы к гнездованию. Самцы, особенно более опытные, не торопятся покидать колонию. Они всё чаще бросают взгляды на пустые гнёзда, оставшиеся с прошлого года. Перед ними стоит более важная задача – в течение первых дней по прилёту успеть выбрать хорошее гнездо и найти себе пару. Поэтому, оставшись без лишних зрителей, самцы один за другим стали занимать гнёзда. Разные самцы используют разные тактики, занимая место на гнездовье. Одни из них отдают предпочтение хорошо построенному гнезду, которое нужно лишь немного починить, пусть оно даже расположено не в самом удобном месте. Другие, напротив, не боятся строить гнездо едва ли не с нуля, но непременно в самом удобном месте колонии. Единой тактики у самцов нет, ведь самки тоже ведут себя по-разному: если одна из них согласится гнездиться в менее удобном месте, но с сильным самцом и в хорошем гнезде, то другая выбирает непременно лучшее место для гнездовья, даже если ей придётся немного подождать, пока старое гнездо будет починено. Но в итоге большинству птиц удастся образовать пары в этом сезоне. Но за будущее семейное счастье нужно бороться: готовых гнёзд всегда меньше, чем претендентов на них. Гнездовье начинают оглашать первые крики – самцы собираются возле гнёзд и пытаются оттеснить соперника от облюбованного гнезда. Голоса талассокораксов похожи на воронье карканье, но более протяжные и раскатистые. Щёлкая клювами, самцы демонстрируют друг другу свою силу – они делают выпады клювом в сторону соперника, словно фехтуя клювами. Если соперник слишком неуступчив, в ход идут прицельные удары клювом и крыльями. Иногда самец вцепляется клювом в оперение соперника и выдёргивает клок перьев. Битва за более удобные гнёзда идёт более напряжённо, и в ход идут болевые приёмы – одна из соперничающих птиц вцепляется клювом в горловой мешок соперника, причиняя ему сильную боль.
Часть птиц не теряет время в боях за остатки прошлогодних гнёзд – они прилежно собирают прутья и стебли тростника и строят новые гнёзда в облюбованных развилках ветвей ив. Возможно, на следующий год кто-то из их нынешних соседей будет драться за остатки их собственного гнезда. В разных случаях целесообразна разная тактика гнездования, и прилежный строитель на следующий год может оказаться «воителем», если почувствует уверенность в своих силах.
Возвращаясь с рыбной ловли, самки талассокораксов кружатся над деревьями, выбирая место для отдыха. Пока они не обзавелись гнездовым партнёром, они могут свободно выбирать место для отдыха. А самцы, которые уже успели отвоевать гнездо, начинают брачные демонстрации. Поднимая вверх клювы, они растягивают горловые мешки и слегка надувают их. В брачный сезон кожа горлового мешка становится слегка розоватой из-за расширяющихся кровеносных сосудов. Это сигнал для находящихся поблизости самок о том, что самец находится в расцвете сил и готов создать пару на этот сезон размножения. Когда самка приближается к самцу, он начинает приветствовать её, раскрыв крылья и слегка подрагивая ими. Если самка отвечает ему, повторяя его движения, брачный союз на этот сезон заключён. Самка обращает внимание не только на самца, но и на занятое им гнездо. Часто самки талассокораксов начинают перестраивать уже готовое гнездо, выдёргивая из него часть прутьев или добавляя новые. Но каждый год прошлогодняя подстилка, кишащая паразитами и пропитанная помётом, безжалостно выбрасывается из гнезда и заменяется свежей.
Некоторые самки предпочитают достроить гнездо по собственному вкусу, и выбирают самцов, которые только начали его постройку. Здесь знаком готовности к созданию пары является просто прутик, зажатый в клюве. Предлагая прутик самцу, занятому строительством, самка показывает желание достроить его гнездо и в дальнейшем использовать его по назначению. Брачные демонстрации здесь носят формальный характер – самец токует в перерывах между кормлением и постройкой гнезда.
Весеннее тепло взывает к жизни корневища, клубни и луковицы, спавшие в земле и иле с прошлой осени. Солнце прогревает воду на мелководьях, и тепло стимулирует прорастание тростника. Среди старых пожелтевших стеблей появляется молодая поросль, которая постепенно скрывает свежей зеленью пожухлые прошлогодние стебли. Стебли тростника отрастают удивительно быстро, достигая за неделю метровой высоты. Иногда случаются похолодания, но тепло Четвероморья сглаживает их, и листья не страдают от заморозков.
Деревья в дельте также начинают одеваться листвой. Бессмертная ива уже отцвела, и теперь на ветвях начинает развиваться листва. Весной заросли бессмертной ивы представляют собой очень необычное зрелище. Из набухших почек появляются молодые листья, имеющие явственный розовый цвет. Это приспособление для существования под ярким среднеазиатским солнцем. В молодой листве содержится большое количество антоциана, который предохраняет хлорофилл от разрушения. По мере роста листья меняют оттенок – они становятся вишнёво-красными, затем тёмно-коричневыми, и далее приобретают тёмно-зелёный цвет, характерный для нормально развитых листьев этого вида растений.
Талассокораксы поодиночке или небольшими группами пролетают над протоками. Они спешат в открытое море, где на расстоянии нескольких сотен метров от берега они выслеживают косяки рыб. Каждая птица поглощает в день больше двух килограммов рыбы, а в период выращивания птенцов потребность в рыбе возрастает вдвое. Когда тени птиц скользят по дну проток, рыбы в испуге скрываются среди растений: изредка талассокораксы охотятся в самой дельте. Широкие протоки глубиной около полуметра – любимое место обитания стеноабрамисов. Зимой эти рыбы уходят в Четвероморье, но с весны до ранней осени их стаи встречаются в широких протоках дельты. Стеноабрамисов привлекают заросли тростника; эти рыбы с высоким и сильно сжатым с боков телом очень хорошо приспособлены к жизни в прибрежных зарослях. Благодаря форме тела стеноабрамисы легко протискиваются в гущу зарослей в поисках корма. Эти рыбы почти всеядны. От своего предка, леща, стеноабрамисы унаследовали выдвижной рот в виде трубки. Губы покрыты небольшими роговыми ворсинками, и это позволяет рыбам очень эффективно питаться различными мелкими существами. Стебли тростника обычно бывают облеплены различными мелкими животными – сидячими инфузориями, улитками, личинками насекомых и червями. А на освещённых местах по краям зарослей на подводной части стеблей тростника нарастает плёнка микроскопических водорослей. Эти животные и растения составляют основную пищу стеноабрамиса. Эта рыба плавает не слишком быстро, но зато чувствует себя очень уверенно среди тростников. При малейшей опасности стеноабрамисы просто скрываются среди стеблей, и птицам-рыболовам становится гораздо сложнее поймать их. Впрочем, даже поймав эту рыбу, птица вряд ли сможет проглотить её – тело стеноабрамиса высокое, и оно просто не пролезет в глотку цапли и даже талассокоракса. Поэтому стеноабрамисы могут позволить себе не слишком чутко реагировать на тени птиц, скользящие над водой. Рыбы вытягивают рты и тщательно обскабливают ими поверхность стеблей. Они поедают свой любимый корм – мелких улиток. Если такого корма много, над поверхностью воды слышится тихий хруст – глоточные зубы стеноабрамисов дробят их раковины.
Тростники по берегам проток представляют собой совершенно особую среду обитания. Здесь быстрый пловец будет чувствовать себя неуютно, но тот, кто умеет лазать по стеблям и протискиваться в узкие щели, будет чувствовать себя легко и свободно в этом мире вертикальных линий.
Один из стеноабрамисов в поисках корма пролез между стеблями тростника слишком далеко. Его сородичи не кормились в этих местах, и рыба чувствует, что её корм особенно обилен. Каждым движением губ стеноабрамис соскребает сразу по несколько личинок мошек, и среди них изредка попадаются мягкие и слизистые кладки улиток. Обилие пищи привлекает рыбу, и она не спешит возвращаться к стае сородичей. Среди тростников рыба мало что видит – почти всё поле зрения занимает густое сплетение стеблей тростника – свежих зелёных и побуревших прошлогодних. Поэтому стеноабрамис в такие моменты больше доверяет осязанию и чувству боковой линии. Чувствительные губы ощущают лишь множество мелких живых существ на стеблях, а боковая линия не чувствует волн, распространяющихся в воде при движении крупных животных. Опасности нет, и рыба продолжает кормиться. Стеноабрамис вряд ли обратил внимание на то, что не все стебли тростника движутся, когда ветер раскачивает их вершины над водой. Рыба не замечает таких тонкостей в окружающем однообразном пейзаже. Но стеноабрамис – лишь гость в зарослях тростника, и его восприятие просто не приспособлено для того, чтобы замечать такого рода особенности окружающего мира. Зато за ним внимательно наблюдает пара фасеточных глаз. Пока рыба кормилась далеко от обладателя этих глаз, она не тревожила его, но ситуация постепенно изменилась. Рыба слишком далеко проникла в заросли, и один из обитателей тростников воспринял её появление как опасность.
Когда стеноабрамис проплыл ещё немного вперёд, чтобы соскрести со стебля кладку икры улитки, узкая клешня вцепилась ему в грудной плавник, а вторая ущипнула мягкий нижний край жаберной крышки. Внезапная боль напомнила об осторожности. Вместо того, чтобы аккуратно выплыть хвостом вперёд, испуганная неожиданным нападением рыба заметалась среди камышей, а на её боку повис небольшой краб, панцирь которого в ширину был значительно больше, чем в длину. Этот краб был едва крупнее головы рыбы, и он вряд ли смог бы причинить существенный вред стеноабрамису. Рыбу больше испугали боль и внезапность нападения. Стеноабрамисы, кормившиеся по краю тростниковых зарослей, почувствовали волны, расходящиеся от бьющегося среди стеблей тела их сородича. Для них это означает только одно – среди тростника притаился враг, и надо быстрее покинуть опасное место. Испуганные рыбы бросились в стороны, а следом за ними из тростника показался их сородич.
Существо, которое напало на стеноабрамиса – небольшой узкотелый краб-скоморох. Это один из видов крабов, населяющих Четвероморье. Когда Чёрное и Каспийское моря высохли, небольшие популяции пресноводных крабов сохранились в горных реках и озёрах Кавказа и Малой Азии. С возвращением влажного климата крабы покинули свои горные убежища и заселили реки, стекающие в котловины морей. Со временем солёность водоёмов, из которых образовалось Четвероморье, снизилась настолько, что крабы смогли даже жить в прибрежной зоне этих морей. А когда разлилось Четвероморье, крабы стали полноправными обитателями его южных берегов, и со временем расселились дальше на север. Здесь они встречаются с бокоплавами, которые освоили более прохладные северные берега и стали расселяться на юг. Эти две группы ракообразных конкурируют друг с другом, но вместе составляют значительную часть видового разнообразия бентосных животных.
Отцепившись от стеноабрамиса, краб-скоморох бросился вниз и затаился среди корней. Это существо привыкло жить в мире вертикальных стеблей, и его тело сильно изменилось, чтобы позволить крабу-скомороху чувствовать себя свободно в узких пространствах между стеблями тростника. Тело этого краба плоское, поэтому ему не составляет труда пробираться в зарослях, протискиваясь в такие щели, куда вряд ли пролезет преследующий его хищник. Тело краба имеет необычную форму – его ширина вдвое превышает длину. Если бы этот краб ползал по дну головой вперёд, такое строение причиняло бы ему лишь неудобства. Но краб-скоморох проводит значительную часть своей жизни в вертикальном положении, сидя боком среди стеблей болотных растений. В таком положении его ширина не создаёт неудобств, а благодаря короткому головогрудному щиту он легко может менять направление движения в зарослях. Даже окраска этого существа приспособлена к его вертикальному положению – окраска краба-скомороха полосатая, и полоски тянутся от одного бока к другому. Когда краб сидит на стебле, узор на его панцире сливается с общим фоном вертикальных стеблей.
Через несколько минут краб попросту забыл о своей стычке с крупной рыбой и занялся своим обычным делом – поиском пищи. Он пополз через заросли, анализируя запахи, которые несёт вода. Он ощущает присутствие многочисленных улиток, личинок мошек и комаров, а также какого-то мелкого бокоплава, зарывшегося в ил под корнями. Этот краб питается мелкими животными, и его клешни тонкие и изящные, как пинцеты. Ощутив запах личинок комаров, краб начал подниматься по стеблю. Его ноги короткие, и краб легко ползает по стеблям боком, не задевая соседних стеблей. Вытянув глаза на стебельках, краб разглядел висящих у поверхности воды личинок комаров. Они не ощущают опасности и спокойно фильтруют воду. Приоткрыв клешни, краб начал охоту. Осторожно поднимаясь по стеблю, он вытянул одну клешню вверх. Когда личинки ощутили приближение опасности, краб-скоморох был уже в нескольких сантиметрах от поверхности воды. Первая же личинка, бросившаяся в глубину, попала в его клешню, а когда напуганные движением краба личинки стали спасаться бегством, хищнику удалось схватить ещё одну.
Заполучив добычу, краб отпустил стебель и поплыл. В морях обитают многочисленные виды крабов-плавунцов, но ни один из них не является родственником краба-скомороха. Этот вид развил способность плавать независимо от них. Краб-скоморох может плавать в любом положении с помощью двух пар ног, приспособленных к плаванью – передней и задней пар ходильных ног. Краб поплыл, сохраняя вертикальное положение тела – правый бок вверх, левый вниз. Передняя и задняя ноги с правого бока быстро загребают воду, а все остальные ноги поджаты к телу, не мешая движению среди стеблей.
Краб-скоморох – не единственный обитатель тростников. На стеблях растений обитает множество мелких улиток, пиявок и личинок насекомых. Некоторые из них опасны для молодых крабов, а другие в любом возрасте представляют собой лакомую пищу этого существа. Благодаря своему панцирю краб-скоморох легко избегает нападений мелких животных, а прочные клешни помогают ему расправиться с добычей, длина которой близка к ширине его собственного тела.
Не все обитатели тростников защищены от врага панцирем; некоторые могут рассчитывать исключительно на искусную маскировку. За плывущим крабом-скоморохом наблюдает несколько пар подвижных выпученных глаз. Их обладатели прочно прикрепились к гладким стеблям тростника с помощью присосок, растущих на животе, и стараются не выдать своего присутствия случайным движением. Это узкотелые рыбы – плетевидные бычки. Даже самая крупная из этих рыб слишком слаба, чтобы вырваться из клешней краба, поэтому они старательно избегают встречи с таким существом. Всю зиму эти рыбы провели среди мусора и гнилых стеблей в глубоких омутах на дне проток. Но теперь вода прогрелась и её химические показатели изменились. Весной солёная вода Четвероморья отступает – Узбой становится полноводным, и пресная речная вода вытесняет морскую далеко в нижнюю часть дельты. Это служит мощным стимулом для перемен в жизни рыб.
Когда краб-скоморох уплыл и плетевидные бычки перестали ощущать движения его ног, они постепенно осмелели и покинули свои укрытия. Несколько рыб осторожно поднялись по стеблям короткими рывками, попеременно прикрепляясь к ним присоской и отцепляясь. Из-за стебля тростника появилась ещё одна рыба, а следом за ней другая. Обычно плетевидные бычки – одиночки. Но сейчас весна и они собираются для брачного ритуала, изменяя своим обычным повадкам. Брачные демонстрации плетевидных бычков сильно отличаются от массовых брачных игр стеноабрамисов и некоторых других обитателей дельты. Они проходят в гуще зарослей тростника, где среди растений есть хотя бы небольшое пространство воды, служащее ареной для турнира самцов.
Среди плетевидных бычков, собравшихся в тростниках на брачные игры, есть несколько самцов. Они как раз и становятся инициаторами ритуала. Первым начал представление крупный самец трёхлетнего возраста – существо в самом расцвете сил, длиной около 22 сантиметров – немного крупнее среднего размера для этих рыб. Он пока ещё сохраняет маскировочную окраску с продольными полосами жёлтого и зелёного цветов. Заявляя о своих намерениях нереститься, он издал несколько отрывистых щелчков. Этот звук – вызов другим самцам и приглашение к нересту для самок. Пока самец не заинтересовал ни одну самку, он может щёлкать очень громко; когда пара сформировалась, звук повторяется часто, но становится гораздо тише.
Через несколько секунд на вызов самца-доминанта откликнулся соперник – четырёхлетний самец, особь несколько меньшего размера, но почти такой же силы. Два соперника явили себя друг другу – они поднялись по стеблям тростника почти к поверхности воды, где светлее, и повернулись друг к другу спинами. На несколько минут бычки словно сбрасывают свой плащ-невидимку. Демонстрируя себя самкам, соперничающие самцы становятся чёрно-белыми – по белому фону протягиваются бархатно-чёрные полосы. Спина и голова рыб также чернеют, и на этом фоне особенно выделяются глаза с желтоватой радужной оболочкой. Самцы продолжают громко щёлкать, и на их голоса собираются другие сородичи. На соседних стеблях, словно на трибунах, расположились самки. Они не показывают себя, и лишь время от времени то одна, то другая рыба коротким броском перемещается с одного стебля на другой. Ещё один самец достаточно большого размера также пробирается сквозь заросли. Он ещё не присоединился к брачным играм, но уже меняет окраску – зелёный цвет приобретает более глубокий оттенок, а желтоватый бледнеет. Он ведёт себя активнее самок, и его брачный призыв вскоре присоединяется к голосам двух соперничающих самцов. Ещё один самец также попытался заявить о себе – это некрупный самец двухлетнего возраста, который очень смело выплыл на «арену» и попытался занять самое освещённое место. Его окраска уже сменилась на чёрно-белую, но он мелковат по сравнению с конкурентами. Возможно, среди рыб одного с собой возраста он имел бы успех, но присутствие более сильных самцов делает его усилия напрасными. Трёхлетний самец, заметно более крупный, прекращает брачные призывы и одним рывком оказывается рядом с мелким, но амбициозным конкурентом. Он уверен в собственном превосходстве и доказывает это, отгоняя двухлетнего самца с занятого участка. Голос мелкого самца быстро затихает, а сам он спешно покидает «арену». На ярко освещённом стебле тростника самец плетевидного бычка продолжает щёлкать, привлекая самок. Одна из них покинула заросли и осторожно прикрепилась к стеблю, на котором сидит самец, но значительно ниже его – часть её тела оказалась среди ила. Она сильно побледнела, демонстрируя своё подчинение, и стала издавать тихие щелчки, стараясь петь в унисон с самцом. Услышав её сигналы, самец защёлкал чаще и начал волнообразно изгибаться всем телом. Его узкий редуцированный хвостовой плавник коснулся головы самки, и она стала осторожно подниматься по стеблю, пока не оказалась бок о бок с самцом. Вокруг щёлкали другие самцы, а движение воды выдавало активность самок, собирающихся на брачные игры. Но этих двух рыб уже не интересовали соперники любого пола – они нашли друг друга, и этот сезон размножения будет для них результативным.
По поверхности воды скользят широкие тени – стаи птиц продолжают прибывать с зимовки в дельту Узбоя. Колония талассокораксов уже давно находится на своём гнездовье, и птицы заняли лучшие гнёзда. Но возле гнездовий талассокораксов есть другие гнёзда, которые не нравятся этим птицам – гнёзда, построенные из толстых веток в гуще крон. Талассокораксы предпочитают простор – им нужно сушить раскинутые крылья на ветру, поскольку их оперение намокает в воде. А гнёзда среди ветвей, расположенные на нижнем уровне колонии, используют другие жители дельты. Одна за другой со стороны моря к колонии летят стаи крупных птиц с сизым оперением и чёрными головами. У них длинные ноги, шеи и клювы – это зубцеклювые цапли, умелые рыболовы и многочисленные обитатели дельты. Они возвращаются с мест зимовки – из мангровых зарослей и заболоченных лесов Индостана. А некоторые стаи этих птиц зимовали на побережье Индийского океана. Цапли возвращаются, когда уже устанавливается тёплая погода, а рыбы возвращаются на мелководья Четвероморья.
В колониях зубцеклювые цапли гнездятся ярусом ниже талассокораксов, и на это есть весьма существенная причина. Талассокораксы агрессивны и не пускают цапель гнездиться рядом со своими колониями. Где нет талассокораксов, или же остаются свободные гнёзда, зубцеклювые цапли могут гнездиться на вершинах. Но чаще всего ситуация обратная: подходящие для гнездования талассокораксов места явно в дефиците, и эти птицы активно изгоняют цапель. В начале прошлой весны в одном из участков дельты разыгралось настоящее сражение, и одна из цапель даже погибла.
Стаи цапель летят над дельтой Узбоя в течение двух дней. Часть птиц остаётся в дельте, но большинство птиц следует дальше – на северные берега Четвероморья. Оставшиеся в дельте цапли начинают обустраивать гнёзда и готовиться к кладке яиц. Занятые ремонтом гнезда птицы спускаются на землю и собирают под ивами прутья и куски коры. Всё это будет прилажено к прошлогодним гнёздам – цапли неохотно строят гнездо с нуля и предпочитают ограничиться ремонтом уже имеющегося. Но птица, занятая сбором строительного материала, очень рискует – в колониях зубцеклювых цапель воровство и разрушение чужих гнёзд является самым обычным делом. Часто птица, прилетевшая с полным клювом прутьев, вынуждена отгонять от гнезда сородичей, промышляющих воровством, или обнаруживает, что у неё успели похитить значительно больше прутьев, чем она принесла. Преследование вороватых сородичей и драки из-за строительного материала сопровождаются громкими криками цапель.
Самки талассокораксов, обитающие на вершинах ив, с любопытством поглядывают на сварливых соседей. Они уже заняты насиживанием яиц – развитие птенцов занимает много времени, и молодняк должен успеть стать самостоятельным до осени, когда птицам придётся покинуть дельту. Однако самкам талассокораксов приходится время от времени прерывать своё занятие, и виной этому их соседи – цапли.
Зубцеклювая цапля в поисках строительного материала для гнезда вспорхнула на вершину ивы. Она неуклюже опустилась на толстую ветку и попробовала отломить растущий от неё свежий зелёный побег, покрытый красноватыми листьями. Но свежий побег ивы явно не желает ломаться – он гнётся в клюве птицы, а на его коре остаются царапины от зубовидных выростов, растущих в клюве цапли. После нескольких неудачных попыток сломать побег цапля взглянула на гнёзда талассокораксов, сложенные из прутьев. Взлетев выше, она опустилась рядом с одним из гнёзд. Побеспокоенная её появлением, самка талассокоракса повернулась к ней головой и стала пристально следить за её движениями. Цапля сделала несколько шагов по ветке, поглядывая в стороны, словно её не интересует гнездо талассокоракса, а затем бросилась к гнезду и резко дёрнула один из прутьев. Её выпад заставил самку талассокоракса пронзительно закричать, и на её голос откликнулись ещё несколько самок, сидящих на соседних гнёздах. Пока самки насиживают кладки, самцы охотятся в море, обеспечивая их пищей, и не всегда могут прийти на защиту гнезда. Поэтому цапли получают возможность украсть немного стройматериала для гнезда, не получая отпора.
Цапля взлетела, держа в клюве похищенный прутик, и опустилась на своё гнездо. Воткнув прутик в одну из стенок гнезда, она снова взлетела к гнёздам талассокораксов. Но в этот раз птицы на гнёздах встретили её не столь любезно. Они подняли крик, а при попытке цапли приблизиться к их гнёздам стали угрожающе щёлкать клювами. У цапли очень быстрая реакция и острый клюв, но талассокораксы значительно сильнее. К тому же, если вернётся самец, цапля со своими хрупкими костями должна будет опасаться ударов его крыльев и клюва. Однако пока самца нет, самка остаётся один на один с цаплей.
Зубцеклювая цапля медленно подошла к одному из гнёзд талассокоракса. Сидящая на гнезде птица стала кричать ещё громче, а когда цапля сделала ещё шаг, самка талассокоракса вскочила и раскрыла крылья. Стоя над драгоценной кладкой, она замахала крыльями, словно собираясь взлететь, и вытянула шею в сторону цапли, щёлкая клювом. Это остановило цаплю лишь на секунду. Взглянув на самку талассокоракса, цапля быстрым движением вырвала из гнезда ещё прутик и сделала шаг назад, оказавшись вне досягаемости насиживающей птицы. Возможно, она бы ещё не раз наведалась к гнезду талассокоракса, но ей помешало приближение нескольких самцов. Возвращаясь со стороны моря, они несли в подклювных мешках рыбу для своих самок, и встреча с ними в этот момент могла бы стать роковой для цапли. Часто летящий талассокоракс просто наносит удар крылом, который может сбить цаплю с ветки и даже сломать ей ногу или рёбра. Заметив приближающихся самцов, цапля взлетела и спешно направилась к гнезду.
Несколько самцов талассокоракса вернулись с рыбалки. Один из них опустился на гнездо где-то на окраине островка в дельте, где росла кряжистая старая ива, а другие полетели дальше вглубь колонии. Когда они приближались к гнёздам, один из них заметил серовато-белую цаплю, вспорхнувшую с вершины ивы. Цапля полетела вниз, в сторону дерева с густой кроной, где находилось её гнездо, и талассокоракс не стал её преследовать. Из-за своих длинных крыльев он предпочитает не спускаться в среднюю часть крон деревьев, где для него слишком тесно, и это помогло цапле уйти безнаказанной. Но главной заботой самца было кормление насиживающей самки. Он опустился на ветку возле гнезда, и осторожно пошёл к самке, поддерживая равновесие полураскрытыми крыльями. Птицы обменялись приветствиями, коснувшись друг друга клювами, и самец отрыгнул в горловой мешок добычу – несколько мелких рыб. Он раскрыл клюв, и самка начала вытаскивать пойманных рыб одну за одной, словно птенец. Одна из рыб случайно выпала из клюва самца и полетела вниз – теперь она будет добычей для мелких грызунов или хищников, обитающих на земле. Некоторые животные в период выкармливания талассокораксами птенцов весьма часто разнообразят свой рацион рыбой, оброненной птицами.
Под водой жизнь продолжается не менее активно. Сезонный климат заставляет подводных жителей бросать все силы на заботу о потомстве в течение благоприятного времени года. У плетевидных бычков брачные игры закончились достаточно быстро. В тростниках ещё можно услышать одиночные щелчки – брачные призывы самцов, которые не смогли обзавестись парой из-за конкуренции. Часть из них – это просто слишком молодые рыбы, которым повезёт на следующий год или через год. А другая часть – старые и слабые особи, которые находятся в заведомо проигрышном положении рядом с сильными и хорошо развитыми конкурентами. Но практически все самки уже выметали икру, и теперь этим самцам почти не на что надеяться – счастливый случай редко выпадает на их долю.
Самец плетевидного бычка занят выращиванием потомства. Брачный ритуал давно позади, и его тело вновь приобрело обычную окраску из зелёных и желтоватых продольных полос. Когда самец неподвижно висит на стебле растения, прикрепившись брюшной присоской, его почти невозможно обнаружить. Быть незаметным важно не только для выживания самого самца – после нереста его рот превратился в инкубатор, где созревает кладка из полутора сотен икринок. Самец очень осторожно дышит, пропуская медленный, но ровный ток воды через ротовую полость. Время от времени он делает чуть более сильное движение челюстями, обновляя воду во рту. Уже прошла примерно треть периода инкубации, и зародыши хорошо просматриваются в икринках. Самцу предстоит поститься почти две недели – пока происходит инкубация икры и рассасывание желточного мешка у потомства, он ничего не ест. В это время поведение самца меняется: он становится весьма агрессивным и может напасть на любого, в ком увидит угрозу для потомства, даже если противник превышает его по размерам.
Острые хитиновые коготки царапают поверхность стеблей тростника. Через заросли движется краб-скоморох, не уступающий по весу самцу плетевидного бычка. Он вооружён клешнями, а его панцирь неуязвим для рыб мелкого размера. Ракообразное ползёт в очень характерном положении, развернув один бок вверх, а другой вниз. Это животное всеядно и не откажется от любой пищи животного происхождения, в том числе от молоди плетевидного бычка.
Почувствовав приближение опасности, самец плетевидного бычка переплыл на соседний стебель и замер, вытянувшись вдоль него. Но он не может полностью скрыть своего присутствия – его выдаёт запах. Острое обоняние позволяет крабу разыскать прячущуюся рыбу даже тогда, когда зрение совершенно бесполезно. Бычок, чувствуя приближение краба-скомороха, отплывает дальше и дальше, а вслед за ним движется краб, протискиваясь между стеблями. После нескольких минут погони крабу удалось загнать самца плетевидного бычка в тесное пространство между стеблями тростника, откуда нет другого выхода. Рыба несколько раз попыталась протиснуться в щели среди часто растущих стеблей, но эти попытки были безрезультатными. Расстояние между рыбой и крабом постепенно сократилось до критического – краб раскрыл клешни, готовясь к нападению. Бычок крепко сжал челюсти, защищая икру. У него осталось единственное средство защиты – контратаковать противника. Краб – опасный противник, и в иной ситуации бычок предпочёл бы скрыться: одного щелчка клешней достаточно, чтобы отсечь рыбе хвост. Но сейчас ему некуда отступать, и рыба повернулась навстречу крабу. Плетевидный бычок раскрыл веерами широкие грудные плавники, поднял спинной плавник и внезапно сменил окраску. Из желтовато-зелёного невидимки он превратился в чёрное чудовище с огромными глазами – белые кольца вокруг глаз создали такое впечатление. Краб на секунду дрогнул, испуганный внезапной метаморфозой бычка. А в следующее мгновение бычок ринулся на краба и нанёс ему удар в головогрудь. От неожиданности краб сложил ноги и упал вниз, раздвигая телом стебли тростника. А бычок проскользнул над ним и поторопился покинуть столь опасное место. Краб довольно прочно застрял среди стеблей тростника, а когда ему удалось выбраться, запах добычи уже не ощущался.
Не все рыбы ищут корм среди тростников – некоторые из них чувствуют себя очень неуютно, окружённые со всех сторон густыми зарослями. Но на окраине зарослей тростника или подводных растений часто собираются большие косяки различных рыб. С весны до середины осени стаи стеноабрамисов доминируют в дельте и на прилегающих песчаных мелководьях. Эти рыбы любят общество сородичей, которых узнают по тёмной голове и тёмной перевязи на хвостовом стебле. Одинокая рыба, по каким-то причинам оказавшаяся вне общества сородичей, становится пугливой и её окраска сильно бледнеет. Зато в стае стеноабрамисы чувствуют себя комфортно – рыбы плавают почти синхронно и вместе ищут и поедают корм. На участках дна, свободных от растений и покрытых мусором, стеноабрамисы находят достаточно пищи – разнообразных беспозвоночных. Добывая корм, рыба слегка наклоняется вперёд и вытягивает трубчатый рот, погружая его в слой ила и мусора. Чувствительные губы помогают рыбе отыскивать прячущихся на дне личинок насекомых. Стеноабрамисы поедают также молодых крабов и бокоплавов.
Большие рыбы в поисках корма сильно взмучивают воду и пугают множество мелких обитателей ила – червей, личинок комаров и мошек, мелких рачков. Эти животные, в свою очередь, служат пищей более мелким рыбам, которые сопровождают стаи стеноабрамисов или просто собираются рядом с кормящимися рыбами. Одни из обычных спутников стеноабрамисов – чернохвостки, мелкие рыбы красивой расцветки. В лучах солнца, освещающих дно проток, чешуя чернохвосток сверкает голубоватым блеском, а её оттеняет широкая чёрная полоса по заднему краю хвостового плавника. Стаи чернохвосток снуют среди облаков ила, поднятого массивными стеноабрамисами, подхватывая личинок, вспугнутых ими. Изредка к стаями чернохвосток присоединяются их родственники – заряницы, рыбки интенсивно-золотого цвета с оранжевым оттенком на спине. Заряница является своеобразным сторожем для менее осторожных рыб. У неё острое зрение, и она очень остро реагирует на предметы, движущиеся над водой. Достаточно небольшой птице пролететь над водой, и осторожная заряница моментально бросается на дно, замирая среди подводных предметов. А тревога заряниц передаётся другим рыбам, и их стаи тоже бросаются врассыпную. Заряницы мало обращают внимания на неподвижные предметы и довольно быстро забывают об опасности, если тревога ничем не подкреплена. Птицы, охотящиеся на лету, вроде чаек, ряд ли смогут поймать эту рыбу, но в зарослях дельты Узбоя обитает рыболов, который вполне способен изловить даже такую осторожную добычу.
Глаза охотника наблюдают за рыбами сверху. На стебле тростника сидит птица с блестящим голубым оперением и красным «галстуком», который тянется от шеи вниз по животу. Остроконечный клюв белого цвета украшен поперечной вертикальной перевязью. Это вид южного происхождения, дацеломима великолепная, взрослый самец. Будучи представителем зимородков, дацеломима охотится с присады, бросаясь в воду с ветки. Эта птица является одним из поздних мигрантов в дельту: этот самец недавно прилетел с зимовки и занял гнездо, которое принадлежало ему и в прошлом году – глубокое дупло в стволе старой ивы. Там, правда, уже успели поселиться какие-то птицы, но он просто съел всех птенцов и выбросил подстилку, а взрослые птицы даже не показывались вблизи гнезда, пока он разорял их кладку.
Птенцы и вообще наземная и воздушная добыча – это лишь небольшое дополнение к рациону дацеломимы. Основную часть рациона этой птицы составляет рыба. Самец дацеломимы высматривает рыбу с высоты, и становится особенно внимательным в те моменты, когда солнце скрывается за небольшим облаком. В это время пропадают блики на поверхности воды, и становятся лучше заметными стаи рыб. Косяк небольших рыб заметен на фоне дна как тёмное пятно с серебристыми отблесками. При взгляде издалека его с трудом можно отличить от зарослей мелколистных подводных растений, но, если наблюдать подольше, различия становятся очевидными – косяк рыб постоянно меняет форму, разделяется и вновь объединяется, от него отделяются одиночные рыбы, которые, впрочем, быстро возвращаются в общество сородичей.
Стая мелких чернохвосток кормится в протоке на небольшой глубине. Рыбы мало что различают над поверхностью воды и не замечают, что за ними наблюдает дацеломима. Чернохвостки – небольшие серебристые рыбы. Они узнают сородичей по очень броской чёрной полоске, окаймляющей край хвостового плавника. В стае присутствуют особи примерно одного размера, молодь держится в участках дельты, заросших плавающими растениями, и редко показывается на глаза. Стая – это место, где рыбы этого вида чувствуют себя уютно и спокойно. Здесь каждая рыба ощущает себя защищённой многочисленностью своих сородичей, а одинаковая окраска и однотипное поведение стирают всякую индивидуальность. Рыбы держатся плотной стаей и плывут по краю зарослей. Они собирают корм – мелких рачков, которые прячутся среди растений. Когда стая рыб подплывает к зарослям, в ней начинается суетливое движение – каждая особь старается схватить добычу, и вода буквально закипает от рыб. Некоторые даже выскакивают из воды и шлёпаются среди стеблей, пытаясь схватить добычу. Но достаточно какой-нибудь птице пролететь низко над водой, и чернохвостки уходят в глубину и сбиваются в плотный косяк. Стая – лучшая защита от врагов, если поведение отличается примитивностью. Здесь выживают те, кто живёт «как все», а любая особь с отклоняющимся поведением будет заметной на фоне стаи и с наибольшей вероятностью станет добычей.
Дацеломима ожидает удобного момента для атаки. Какая-то утка пролетела над поверхностью воды, и косяк рыб ушёл на глубину. Н это лишь досадная случайность, а охотник умеет ждать и выбирать нужный момент. Через несколько минут к бликам на поверхности воды примешивается блеск серебристых рыбьих боков – чернохвостки успокоились и продолжили кормиться. Этот момент нельзя упускать. Самец дацеломимы вспархивает со стебля тростника, несколько секунд трепещет крыльями, зависнув в воздухе, а затем стрелой бросается в воду.
Косяк чернохвосток кормился в растениях, когда в воду врезалась длинноклювая птица. Рыбы бросились в стороны – все, кроме одной. Клюв дацеломимы крепко сжал её, и птица вынырнула. Тело дацеломимы, несмотря на сравнительно крупные размеры этого зимородка, легче воды. Поэтому птице достаточно просто остановиться вод водой, и она легко всплывёт. На поверхности самец дацеломимы замахал крыльями, подняв фонтан брызг, и взлетел, держа в клюве трепыхающуюся добычу. Его великолепное оперение и серебристая чешуя рыбы блеснули на солнце, и это привлекло одного из пиратов дельты.
Это существо сложено для скорости. Длинные узкие крылья несут его в воздухе, вильчатый хвост помогает совершать головокружительные пируэты, преследуя жертву, а крючковатый клюв – это оружие, действие которого никому не стоит испытывать на себе. Белоснежное оперение с немногими чёрными отметинами, ярко-оранжевые клюв и ноги, размах крыльев около полутора метров – это вороватая крачка, специалист по воздушному пиратству на Четвероморье. Самец дацеломимы, поймавший рыбу – прекрасный объект для грабежа, и крачка устремляется за ним.
Самец дацеломимы вовремя заметил преследователя, но явно не настроен отдавать свою добычу этой птице. Поэтому он бросается к дуплу, где его ожидает самка, и в дороге применяет весь арсенал своих хитростей, чтобы держать преследователя на расстоянии. Зимородок летит быстро, но тяжело и прямолинейно. Крачка не уступает ему в скорости, и не отстаёт. Она залетает над зимородком сверху и пытается клюнуть его в спину или голову. Но зато она слишком крупная, а дорога пролегает над зарослями тростника и рогоза. Зимородок просто спускается ниже, и летит, едва касаясь крыльями верхушек стеблей растений. Крачка не может позволить себе спуститься к вершинам растений и начинает отставать. Пытаясь нагнать зимородка, она взлетает выше. Но теперь ей сложнее атаковать зимородка. Однако самец дацеломимы не приспособлен к длительному полёту. Он решается на передышку – просто садится в зарослях, и спускается почти к самой воде, перепрыгивая со стебля на стебель. Вороватая крачка хорошо видит его, и самец дацеломимы не собирается скрываться – его яркое оперение вспыхивает голубыми искрами в лучах солнечного света, пробивающегося сквозь частокол стеблей тростника. Но длиннокрылая птица просто не может атаковать, потому что не может спуститься ниже. Зимородок может немного отдохнуть, но его преследователь не отстаёт – крачка взлетает выше, и её белое оперение с трудом заметно на фоне светлого неба и облаков. Зимородок тоже не может долго прятаться. Его цель – высокая ива, где в дупле размещается гнездо, в котором его ждёт самка, насиживающая кладку.
Переведя дыхание, самец дацеломимы вспархивает и стрелой мчится над тростниками – к своему гнезду. А следом за ним, не отставая, летит вороватая крачка. Увлечённая преследованием зимородка, она явно не рассчитывает, что у зимородка могут оказаться невольные союзники.
Ветви ивы покрыты большими гнёздами. В верхнем ярусе кроны гнездятся несколько пар талассокораксов, а ниже расположены гнёзда зубцеклювых цапель, похожие на кучи хвороста. Деревья по соседству тоже заселены птицами этих двух видов. Над некоторыми гнёздами возвышаются силуэты цапель, прилетевших с кормления или просто отдыхающих. Появление длиннокрылой белоснежной птицы в опасной близости от гнёзд вызывает у них вполне закономерную и предсказуемую реакцию агрессии. Самец дацеломимы не представляет собой угрозы для благополучия цапель – эти птицы не претендуют на их добычу. Поэтому крупный зимородок беспрепятственно скрывается среди ветвей ивы. Зато вороватая крачка – это враг. Во время рыбной ловли эти птицы часто нападают на цапель и других птиц, вынуждая их отрыгнуть добычу, или просто выхватывая её из клюва удачливого рыболова. Иногда эти птицы отваживаются пиратствовать в колониях цапель – они нападают на птенцов, временно остающихся без материнского надзора, и заставляют их отрыгивать проглоченную пищу. Поэтому любая взрослая цапля, находясь на гнездовье, не упустит случая напасть на вороватую крачку. Одна из цапель, заметив приближение белой птицы, взлетает. Взмахивая широкими крыльями, она устремляется навстречу крачке, заставляя её свернуть в сторону. Роли поменялись – из преследователя крачка превращается в преследуемого. Цапля держится между колонией и крачкой, стараясь оттеснить крачку от деревьев. Она уступает крачке в маневренности, но превосходит весом и силой. Кроме того, ещё несколько цапель, заметив крачку, стали хрипло кричать, показывая свою готовность защищать гнёзда. Их поддерживают насиживающие самки талассокораксов – несколько птиц даже покинули гнёзда и начали демонстрировать свои размеры, раскрывая длинные крылья. На сей раз крачке не повезло, и она не желает надолго задерживаться вблизи колонии. Развернувшись, она быстро улетает. Цапля-защитник сразу же возвращается на гнездо, а крики потревоженных птиц постепенно стихают.
Вечером стаи птиц возвращаются в колонию. Самцы талассокораксов и цапель кормят самок, занятых насиживанием, и некоторое время на закате колония становится особенно многоголосой. Но, когда солнце заходит, в колонии наступает тишина. Силуэты талассокораксов высятся в кронах деревьев, словно доисторические птерозавры. Неподвижными изваяниями застывают над гнёздами самцы зубцеклювых цапель. Остальные дневные птицы прячутся в кустах или дуплах. Но жизнь в колонии кипит круглые сутки. Внизу, среди листьев и трав, шуршат мелкие зверьки – они подбирают остатки добычи птиц, случайно оброненной во время кормления. Мелкие летучие мыши вьются вокруг спящих птиц. Их привлекают комары и мошки, поднимающиеся из тростников целыми тучами. Изредка птицы вздрагивают во сне и начинают чесаться, когда кровососущие насекомые атакуют голую кожу вблизи их глаз или лезут в ушные отверстия.
Ночью прибывают новые мигранты с юга. Некрупная птица с широкими крыльями летит к дельте вдоль прибрежного мелководья. Она похожа на цапель, и так же держит голову втянутой в плечи во время полёта. Она провела зиму далеко на юге – дальше, чем большинство обитателей дельты. Она зимовала в мангровом лесу на побережье Индийского океана, где охотилась на крабов и мелких креветок. А теперь, когда весна перевалила за середину и вода достаточно прогрелась, она спешит домой, чтобы в укромном уголке тростниковых зарослей сделать гнездо и вывести потомство.
Птица достигает края дельты и делает круг над тростниками. Кажется, она нашла более-менее подходящее место, чтобы отдохнуть. На следующую ночь она продолжит путешествие вглубь дельты. Она садится на стебли тростника, и они лишь слегка прогибаются под её весом. Эта птица немногим тяжелее голубя, но кажется крупнее из-за длинных ног и клюва. Это зубатая выпь, специалист по питанию беспозвоночными с твёрдым панцирем. Птицы этого вида прибывают в дельту Узбоя в течение нескольких следующих дней, поодиночке или небольшими группами. Зубатая выпь – очень скрытная птица, которая проводит день в тростниках. Она летает очень редко – только в случае крайней опасности. Этих птиц можно скорее услышать, нежели увидеть – в следующие ночи к голосам ночных обитателей дельты прибавляется громкое рявканье этих птиц. Зубатая выпь – мастер маскировки. В случае необходимости она способна на протяжении десятков минут сохранять полную неподвижность, стоя среди тростников.
Днём на гнездовьях воцаряется относительный покой. Многие взрослые птицы улетают на ловлю рыбы, и в гнёздах остаются только насиживающие птицы и птенцы. Рыболовные угодья у разных видов птиц располагаются на разном расстоянии от колонии. Цапли предпочитают бродить по отмелям и мелководным рукавам дельты, а талассокораксы и другие активные рыболовы улетают на промысел далеко в море и охотятся на глубоководных участках. Край дельты – это место, где ещё не ощущается влияние солоноватой воды Четвероморья. Узбой несёт свои воды в море, и пресная вода даёт возможность роста подводных растений и зарослей тростника и камыша. Внешняя часть дельты Узбоя состоит из множества мелких островков и песчаных отмелей. Их расположение постоянно меняется под влиянием штормов и роста растений. Укоренившись на отмели, кусок корневища тростника или камыша быстро разрастается и выпускает надводные побеги. У его корней начинает накапливаться песок, и в течение нескольких лет образуется новый островок. На больших песчаных островах, поросших травой и даже молодыми ивами, охотно гнездятся разнообразные птицы, в том числе такие, что устраивают гнездо прямо на земле. Наземные хищники редко проникают сюда, и их кладки находятся в большей безопасности. Один из постоянных обитателей этих островков – вороватая крачка. Эти птицы гнездятся на островках небольшими колониями, насчитывающими несколько десятков гнёзд. Вороватые крачки патрулируют всю дельту, но внешний край – это место, особенно удобное для воздушного пиратства. Птицы, возвращающиеся с рыбной ловли, обязательно подвергаются нападению крачек, и какая-то часть их улова обязательно достанется этим птицам.
Чужие хлопоты мало кого беспокоят в птичьей колонии, если они не затрагивают твоих собственных интересов. Виды, ведущие различный образ жизни и не конкурирующие друг с другом, сравнительно мирно уживаются и соблюдают определённый нейтралитет. Зубцеклювые цапли – один из видов, задающих ритм жизни колонии. Они кормятся небольшими группами и бродят по мелководью у края дельты, среди тростника и камыша. Эти птицы ловят крабов и рыб, закапывающихся в песок. Изредка они могут схватить небольшую рыбу, отбившуюся от общего косяка. Бродя по дну, цапли вспугивают закопавшихся в песок животных. Время от времени птицы выбрасывают вперёд голову на длинной шее и выхватывают из воды добычу. Эти птицы – специалисты по ловле скользких и гладких обитателей воды, и их сравнительно мало интересуют наземные животные. Но присутствие этих птиц, тем не менее, не нравится их соседям – вороватым крачкам. В отличие от цапель, которые могут уйти и кормиться в другом месте, крачки привязаны к одному из островков – среди пучков травы устроены их гнёзда. Инкубация яиц подходит к концу, а по колонии уже бродят первые птенцы. Присутствие потомства делает птиц значительно храбрее, а численность придаёт уверенность в успехе.
Пока цапли кормились где-то вдалеке, крачки жили своей привычной жизнью – кормили птенцов, улетали на разбой, насиживали кладки. Но цапли, растянувшись редкой цепочкой, медленно приближаются к их островку. Это обычная стратегия питания цапель – они не задерживаются подолгу на одном и том же месте, но обследуют в поисках корма достаточно большой участок мелководий. По мере приближения цапель к островку недовольство крачек растёт. Вместо того, чтобы улетать на промысел, они собираются на песке или кружат над гнездовьем, крича и бросая настороженные взгляды в сторону приближающихся цапель. Несколько птиц, летающих над колонией, оставили её, и закружились над головами цапель. Пока крачки не атакуют, цапли не обращают на них внимания. Но с каждым шагом они приближаются к невидимым границам гнездовья и нарушают негласно установленные, но чётко разграниченные «зоны безопасности» колонии крачек. Через несколько минут критическое расстояние оказалось нарушенным – одна из цапель, погнавшись за крабом, сделала несколько шагов и оказалась в границах особо охраняемой зоны колонии. Крачки расценили это движение как посягательство на безопасность колонии и приступили к обороне. В воздух поднялись практически все взрослые птицы колонии, кроме тех, что не вернулись с промысла. Белая стая птиц буквально обрушилась на нескольких цапель, оказавшихся ближе всего к их колонии. Взрослые птицы кричат, кружась над головами цапель, и стараются отогнать их от берега. Птенцы, слыша тревожные голоса родителей, прижались к песку и замерли среди растений. Благодаря маскировочной окраске пуха их трудно заметить на этом фоне. А их родители не собираются скрываться. Их тактика совершенно иная – нападение целой группой. При минимальном риске для каждой отдельно взятой особи успех гарантирован почти всегда. Взрослые вороватые крачки – смелые и агрессивные птицы. Без этих черт поведения они вряд ли смогли бы стать клептопаразитами в птичьих колониях.
Цапли не отличаются большой сообразительностью, и потому не понимают, что произошло. На нескольких из них внезапно набросились белые крикливые птицы, и их нападение уже становится опасным. Когда белые птицы пролетают над цаплей, они стараются попасть в неё струёй отвратительного липкого помёта, ударить крылом или клюнуть. Особенно болезненны удары в голову, и они буквально градом сыплются сверху. В то же время цапли, бродящие по глубокой воде, которая достаёт им почти до живота, совершенно не подвергаются нападению. Но цаплям не понять, почему всё происходит именно так. Они, в свою очередь, пытаются обороняться. Острый клюв щёлкнул в воздухе и вырвал несколько перьев из крыла одной из нападающих птиц. Но секундной задержки хватило, чтобы цапля получила несколько ударов клювом от крачек. Силы слишком неравные, и цапли предпочитают покинуть поле боя. Одна за другой три птицы разбегаются и взлетают над островком. Крачки продолжают преследовать их, но держатся в стороне, опасаясь удара крылом. Стая белых птиц сопровождает цапель недолго – когда они покинули границы гнездовья крачек, преследование прекратилось так же быстро, как и началось.
Длинношеяя птица пролетала мимо гнездовья крачек и стала невольным свидетелем их нападения на цапель. По опыту она знает, что этих крикливых белых птиц стоит опасаться. Кроме того, на неё никто не нападает, и она может лететь дальше. Она не задерживается на краю дельты, где из воды показываются желтоватые и зеленоватые отмели, поросшие водяными растениями. Её интересует рыба, но не такая, что водится здесь. Она не приспособлена к тому, чтобы вытаскивать рыбу из песка и зарослей, но зато превосходно чувствует себя в родной для рыб стихии – это отличный ныряльщик и пловец. Но вскоре последние островки остаются позади, и вода приобретает голубой цвет. А где-то в глубине нечётко виднеются тёмные пятна, постоянно меняющие форму. Это охотничьи угодья птицы – глубоководье и стаи рыб. Птица опускается на воду и долго плывёт, складывая крылья. Видно, что она довольно массивна для своего размера: её тело глубоко сидит в воде и видна только спина. Это стрелоклювая поганка, ещё одна рыбоядная птица, живущая в дельте Узбоя. Её характерные особенности – длинная гибкая шея, похожая на лебединую, относительно небольшая голова и прямой остроконечный клюв. Небольшое жёлтое пятно на затылке указывает на то, что это самка. Самец сменил её на плавучем гнезде в одной из стариц дельты, и самка может кормиться в течение нескольких часов. Сложив крылья, птица плывёт, изогнув шею, словно лебедь. Но на этом сходство с лебедями кончается: оперение птицы охристо-бурого цвета, а на темени развевается тонкий хохолок.
Острым зрением птица замечает движение на глубине – косяк рыб движется над самым дном. Это чернохвостки – мелкие карповые рыбы. Тела самих рыб плохо заметны в рассеянном свете на глубине, но их присутствие выдают характерные полосы на заднем крае хвостового плавника. Стрелоклювая поганка – ловкий рыболов, и она прекрасно различает рыб, плывущих на глубине. Благодаря достаточно большому удельному весу, птица легко погружается под воду. Она плывёт, прижав крылья к телу и отталкиваясь от воды одновременно двумя лапами, пальцы которых оторочены кожистой каймой. Эта птица способна оставаться под водой до двух минут, и обычно этого времени хватает, чтобы настичь и поймать рыбу. Изредка эта птица подхватывает со дна небольших раков и крабов, но они составляют лишь малую часть её рациона. Только птенцы в первые недели жизни питаются преимущественно беспозвоночными.
Нырнув, стрелоклювая поганка устремляется к косяку чернохвостки. Рыбы, почувствовав её появление, сбились в плотную шарообразную стаю. Поверхность стаи находится в постоянном движении: каждая рыба старается скрыться за телами своих сородичей, и каждая раз за разом оказывается на поверхности стаи и снова ныряет вглубь. Пока рыбы движутся, их труднее добыть. Но они не делают попыток спастись бегством, и это даёт хищнику возможность схватить хотя бы кого-то из них. Поганка плывёт вокруг стаи рыб, и они сбиваются ещё плотнее. Строение тела стрелоклювой поганки помогает ей охотиться в толще воды – массивное туловище служит опорой для шеи и головы. Птица огибает косяк рыб ещё раз, а затем три раза подряд резко выбрасывает голову вперёд, стараясь поразить добычу. Первые два раза окончились промахом, но уже в следующий миг рыбы почувствовали ужасный запах крови сородича, а их боковая линия ощутила волны, вызванные биением тела смертельно раненой чернохвостки.
Третий выпад клювом достиг цели, и стрелоклювая поганка наколола на клюв чернохвостку. Она ощущает приятную тяжесть добычи, а на языке появляется характерный привкус крови. С добычей, наколотой на клюв, она всплыла к поверхности воды и с наслаждением вдохнула свежий воздух. Плавая на поверхности, птица одним рывком шеи сбросила рыбу с клюва и тут же схватила её, намереваясь проглотить. Но добыча не всегда может достаться охотнику. Вороватая крачка издалека увидела нырнувшую стрелоклювую поганку и всё время, пока та охотилась на рыбу, следила за ней с воздуха. Благодаря хорошему зрению эта птица увидела достаточно, чтобы понять, что охотнику сопутствовала удача. Вороватой крачке не хватило буквально доли секунды, чтобы завладеть добычей поганки – поганка уже подхватила рыбу, когда крачка пролетела над ней, едва не касаясь её крыльями. Тем не менее, она не собирается отступать – пока добыча не проглочена, есть возможность отбить её. И крачка, резко развернувшись, бьёт стрелоклювую поганку крылом по голове. Осознав, что добыча легко может оказаться в чужом клюве, поганка судорожно сглотнула рыбу. Но крачка не намерена отступать – эти птицы часто нападают на удачливых рыболовов и в воздухе, заставляя их отрыгнуть часть добычи. Поэтому для крачки борьба за чужую добычу далеко не закончена. Она неотрывно летает над птицей, крича и ударяя поганку крыльями. Чтобы избавиться от назойливого претендента на добычу, поганка просто нырнула и поплыла под водой, рассчитывая, что преследователь отстанет. Такой трюк хорошо срабатывает с молодыми и неопытными налётчиками, но её преследует взрослая особь, накопившая богатый жизненный опыт и умеющая добиваться поставленной цели. Вороватая крачка просто следит за плывущей под водой поганкой, и, когда та вновь показывается на поверхности воды, налетает на неё. Это преследование вскоре надоело поганке, и птица перешла к активной обороне. Поганка подняла клюв, готовясь встретить очередное нападение крачки. Белая птица приближается, и поганка смотрит прямо на неё, но крачка не намерена сворачивать. Выбросив вперёд голову, птица несколько раз щёлкнула клювом буквально на волосок от тела крачки. Только быстрота спасла крачку от смерти – поганка немного промахнулась, и крачка в последнюю долю секунды сумела увернуться от удара. Промедление стоило бы крачке жизни – клюв поганки легко может пробить её насквозь, как рыбу. Взлетев ещё раз, крачка видит, как поганка продолжает угрожающе поднимать голову, готовая встретить грабителя ударом клюва. Нападение не удалось изначально, поэтому продолжать его уже бессмысленно – поганка готова защищать свою добычу. Пролетев над ней на достаточно большой высоте, чтобы не попасть под удар клюва, вороватая крачка отправилась на поиск более лёгкой добычи. Поганка разбегается по поверхности воды и с некоторым усилием взлетает. Набрав высоту, она летит в сторону дельты.
Начало лета в дельте Узбоя – это время хорошей погоды. Солнце светит ярко, а дни очень жаркие. Жара в сочетании с высокой влажностью воздуха способствует активному росту болотной растительности, и некоторые протоки превращаются в почти стоячие водоёмы, перекрытые густыми зарослями. Среди стеблей течение значительно замедляется и создаются очень благоприятные условия для жизни мелких водных насекомых. Среди них особенно многочисленны личинки комаров. Мальки плетевидного бычка уже успели покинуть спасительный отцовский рот, и перешли к самостоятельной жизни. Пока они маленькие, им легко удаётся проникать в гущу водяных растений, охотясь за личинками комаров. Они также находятся в безопасности от взрослых особей и крупных крабов, которые не могут пробраться в заросли. Только жуки-плавунцы и их личинки нападают на молодых рыб в этих местах.
Птичье население дельты к началу лета возрастает в несколько раз: у большинства птиц уже вывелись птенцы, а птицы, загнездившиеся одними из последних, уже с волнением слушают голоса своего будущего потомства, доносящиеся из-под скорлупы. По протокам плавают многочисленные выводки водоплавающих птиц: стайки и цепочки пушистых птенцов, сопровождаемые взрослыми птицами. Пустое гнездо стрелоклювых поганок плавает по поверхности воды. Без ремонта и подновления оно постепенно разваливается и теряет свою форму. Выводок этих птиц уже не вернётся в него, и активно осваивает поверхность тихой зарастающей протоки. Четыре птенца появились лишь несколько дней назад, но уже отличаются большой самостоятельностью и подвижностью. Пока самка на охоте, за птенцами присматривает самец. Он не кормит их, но лишь обеспечивает защиту от врагов. Ему не слишком нравится место, где он водит птенцов. Точнее, это место очень хорошо для птенцов, но взрослой птице приходится летать на большие протоки и к краю дельты, чтобы кормиться. Здесь же взрослая птица может лишь изредка схватить лягушку или мелкого краба, а рыбы прячутся в мутной глубине, где их трудно заметить. Зато птенцы благоденствуют, питаясь личинками насекомых. Они ещё не умеют глубоко нырять, как взрослые птицы, и плавают вблизи края зарослей, ловко выхватывая из воды личинок и мелких рачков. По окраске они не похожи на родителей – птенцы стрелоклювой поганки коричневато-жёлтые с многочисленными продольными штрихами чёрного цвета. Благодаря пушистому оперению и достаточно малому весу они хорошо держатся на поверхности воды – похоже, даже слишком хорошо, потому что иногда им не удаётся погрузить голову в воду достаточно глубоко, чтобы настичь спасающуюся бегством личинку комара. Тем не менее, птенцы не ощущают особых неудобств – они могут найти достаточно пищи и на поверхности воды.
Устав плавать, один из птенцов подплыл к своему отцу и полез по его спине, надеясь отдохнуть. Увидев это, к нему присоединились остальные птенцы, и самцу стрелоклювой поганки осталось лишь терпеливо ожидать, пока они отдохнут, и при этом не терять бдительности. Птенцы один за другим погружаются в сон, но их отцу явно не до сна: он постоянно начеку, стараясь заблаговременно обнаружить приближение врагов. Всякий силуэт птицы, пролетающей неподалёку, заставляет его тревожно оглядываться. Он не может спастись, нырнув под воду, пока птенцы слишком малы и сами не умеют нырять. Но его вахта длится недолго. Вдали раздаётся знакомое хлопанье крыльев и отрывистый гортанный крик. Это с рыбной ловли возвращается самка. Она кормилась в широкой протоке ближе к внешнему краю дельты, где охотилась на рыбу. Пока поганки выращивают птенцов, они переключаются с крупной добычи на более мелкую, которая при случае может достаться птенцам.
Самка делает круг над выводком, испуская опознавательный крик, и самец отвечает на её голос. Его крик заставляет птенцов проснуться, и вскоре все четверо покидают отцовскую спину и оказываются в воде. Самка садится на воду и приближается в выводку. Тихими звуками она начинает «разговаривать» с птенцами, и они приближаются к ней. Теперь самец свободен, и он может лететь на кормёжку. Но перед этим он обязан приветствовать самку.
Самец приподнимает хохолок, распушает жёлтые перья на затылке и мелко встряхивает головой. Самка подплывает к нему, также встряхивая головой, и осторожно касается его клюва своим. Ритуал соблюдён, и птицы меняются возле выводка. Самец отплывает на небольшое расстояние и взлетает, хлопая крыльями. Пролетев над самкой и птенцами, он берёт курс на внешний край дельты.
Заросшие болотными растениями старицы и протоки с медленным течением – благоприятная среда для жизни мелких животных. На мелководьях кишат головастики различных видов лягушек и жаб, соскребая с растений и дна плёнку микроскопических водорослей и сидячих животных. Улитки лениво выползают к поверхности воды за воздухом, а по дну медленно ползают почти целиком зарывшиеся в песок двустворчатые моллюски, оставляя за собой характерную борозду в грунте. Личинки насекомых особенно многочисленны в этих местах – хищные личинки стрекоз, безобидные личинки ручейников, вечно таскающие свои домики, и свирепые плавающие личинки различных водяных жуков. Но насекомые становятся жертвами более крупных животных – рыб и лягушек. Птенцы стрелоклювой поганки, не отплывая далеко от матери, учатся добывать пищу под водой – они затаивают дыхание и пытаются поймать личинку, головастика или малька, резко выбрасывая вперёд голову. Пока у них мало что получается, но животных настолько много, что даже случайные попадания обеспечивают их нужным количеством пищи, и матери приходится лишь время от времени подкармливать кого-нибудь из птенцов. Благодаря тёплой погоде птенцы практически не нуждаются в обогреве, и мать может больше времени уделять обнаружению возможных хищников. Однако ей удастся оградить птенцов далеко не от всех опасностей.
Длинное гибкое тело скользит среди стеблей болотных растений, почти не тревожа их. Когда это существо ползёт в зарослях, его движение невозможно заметить, когда стебли растений раскачиваются на ветру. Двухметровое тело имеет бурую окраску с характерным чёрным зигзагообразным рисунком сверху и тёмными мазками неправильной формы по бокам. С этим рисунком контрастирует белое брюхо существа. Взгляд жёлтых глаз с узкими вертикальными зрачками немигающий и свирепый. Это тростниковая гадюка, крупная рептилия, обитающая в тёплых районах по берегам Четвероморья. В дельтах рек эта змея находит обильный корм в виде рыб, лягушек и водоплавающих птиц. Эта особь – самка. Она недавно разрешилась от бремени, дав жизнь трём крупным детёнышам. Они сразу же покинули мать и стали вести самостоятельную жизнь – такова судьба потомства подавляющего большинства рептилий. Если в течение первого года жизни их не изловит цапля или крупная рыба, у них есть все шансы достичь зрелого возраста. Теперь самке требуется восстановить силы, и она ищет подходящую добычу. Она скользнула в воду настолько осторожно, что не выдала своё присутствие ни единой волной. Благодаря медленному обмену веществ она может находиться под водой до получаса, задержав дыхание и поджидая добычу. Опустившись на дно, рептилия приподняла переднюю часть тела и замерла, словно коряга. Лишь время от времени высовывающийся изо рта раздвоенный язык нарушает её неподвижность. Языком рептилия ловит подводные запахи. Благодаря остроте своих чувств она получает адекватную информацию об окружающем мире. Она прекрасно ощущает запахи улиток и личинок насекомых, но они не интересуют её. Она ощущает запахи рыбьей слизи в воде и понимает, что где-то неподалёку плавает несколько рыб разных видов. Но больше всего её привлекает запах, исходящий сверху. Это запах птиц, точнее, птичьего помёта, растворяющегося в воде. Он означает, что рядом есть что-то, пригодное в пищу. Зрение не позволяет рептилии различать цвета, но ей достаточно того, что она видит – на блестящем фоне поверхности воды она отчётливо видит чёрные силуэты большой птицы и четырёх её птенцов. Они сами, похоже, не видят её на фоне тёмного дна. Блики на поверхности воды также не позволяют им распознать опасность.
Семья поганок продолжает кормиться. Самка уводит птенцов с глубокого места ближе к берегу – здесь больше корма и меньше вероятность быть замеченными пернатыми хищниками. Но родители не всегда могут уследить за своими птенцами, а опасность часто появляется, откуда её не ждут. Один из птенцов, преследуя личинку водяного жука, отплыл от матери. Тростниковая гадюка прекрасно видела это и начала нападение. Осторожно, стараясь не выдать себя, змея приподнялась к поверхности воды и вдохнула новую порцию воздуха. Погрузившись, тростниковая гадюка поплыла, извиваясь всем телом. Этот способ плавания не слишком быстрый, но очень экономичный. Благодаря кожистой складке, окружающей хвост, змея может лучше передвигаться под водой. Она движется на очень небольшой глубине, но яркие солнечные блики не позволяют птицам заметить её. Рептилия проскользнула под самым брюхом самки стрелоклювой поганки, и птица даже случайно коснулась лапой её тела. Но она даже не успела поднять тревогу: острые ядовитые зубы гадюки вонзились в тело одного из её птенцов. Резким движением змея утащила птенца поганки под воду. Яд проник в его кровь, и птенцу уже ничего не может помочь. Зубы держат его некрепко, но главное уже сделано – яд введён в тело жертвы. Змея разжимает челюсти, и бьющийся птенец пытается спастись от неё. На несколько секунд он появляется на поверхности воды, но это единственное, что он может сделать. Птенец быстро умирает от укуса; когда прекращаются последние судороги, змея схватывает его, обвивается вокруг него передней частью тела и увлекает под воду. Она легко проглотит птенца, обеспечив себя питанием на несколько ближайших дней.
Потерявшая птенца мать издаёт тревожный крик, а трое оставшихся в живых птенцов жмутся к её телу. Вполне возможно, кто-то из них станет жертвой хищников в ближайшие недели, и до самостоятельности смогут дожить лишь двое птенцов, или же вовсе один-единственный.
Вдали от берега численность мелких хищников постепенно снижается, но им на смену приходят настоящие великаны. Самец стрелоклювой поганки ещё не знает, что одного из птенцов ему больше не суждено увидеть. Он возвращается с удачной рыбалки, и, похоже, его успех не хотят разделить вороватые крачки. Они летают где-то вдалеке, над глубокой водой. Но ему не слишком хочется продолжать рыбалку: из глубин всплывает огромное веретенообразное тело. Чудовище, покрытое несколькими рядами прочных костяных бляшек, поднимается к поверхности воды и верхняя лопасть его хвостового плавника вспенивает волны. Это царь-рыба, самый крупный представитель фауны Четвероморья. Если поганка, ныряя за рыбой, не заметит приближения этого существа, она обречена: удар длинного веслообразного рыла убивает её, и она становится лишь лёгкой закуской для великана. Эта рыба плавает слишком близко к берегу, но его присутствие не угрожает большинству птиц. Они кормятся на отмелях, куда не может пробраться морское чудовище. Самец стрелоклювой поганки быстро минует внешний край дельты, где на отмелях среди тростников ищут корм цапли, и берёт курс на протоку, где его дожидаются самка и потомство.
Солнце уже преодолело самую высокую точку своего пути, но до заката ещё далеко. В колонии талассокораксов царит оживление – утренний улов уже съеден и значительная часть взрослых птиц собирается за новой добычей. Птицы раскрывают крылья навстречу ветру и легко поднимаются в воздух с вершин деревьев. Они кружатся над гнездовьем, собираясь в стаи из нескольких десятков птиц, и отправляются на излюбленные места рыбной ловли. Стая талассокораксов создаёт странное впечатление – они выглядят, словно стая птерозавров из доисторических времён. Чёрные птицы силуэтами выделяются на фоне неба. Во время полёта они высматривают в воде косяки рыбы. Огромная туша царь-рыбы, решившей поохотиться вблизи берега – это одновременно и хороший, и плохой знак: гиганта явно привлекли косяки рыбы, но, если талассокораксы устроят охоту рядом с ним, кто-то легко может стать добычей огромной рыбы. Поэтому, несмотря на заманчивый блеск чешуи рыб, плывущих близ поверхности воды, талассокораксы летят дальше.
Охота талассокораксов – это очень шумное действо, которое собирает множество сородичей, соседей и нахлебников. Стая талассокораксов, летящих на рыбную ловлю, всегда сопровождается птицами других видов. И чаще всего в эскорте у них оказываются белые птицы с чёрной отметиной на голове – вороватые крачки. Талассокораксы общаются в полёте, издавая хриплые гортанные звуки, к которым примешиваются визгливые голоса крачек.
Под водой заметно очень большое пятно, непрерывно меняющее форму – на сравнительно небольшой глубине движется косяк стеноабрамисов. Здесь эти рыбы кормятся планктонными животными – крохотными бокоплавами и обитающими рядом с ними мелкими пелагическими бычками. Эти существа очень мелкие, и стеноабрамисы легко собирают их в толще воды, вытягивая вперёд трубкообразный рот и всасывая животных по одному. Кормящиеся рыбы растягиваются широким фронтом и стая выстраивается в виде полумесяца: по краям рыбы непроизвольно заплывают вперёд, а в середине стаи рыбы движутся медленнее, поскольку их добыча, спасаясь от рыб, плывущих по краям, собирается в центре, чтобы, увы, достаться на обед другим рыбам. Рыбы по краям стаи успешнее кормятся благодаря тому, что интенсивнее облавливают воду, а в середине стаи собираются более пассивные особи, предпочитающие питаться в более густом скоплении кормовых организмов.
Поверхность воды скрывает от рыб приближающуюся опасность. Талассокораксы, сопровождаемые другими птицами, делают круг над стаей стеноабрамисов. Они поднимаются выше, складывают крылья, и устремляются вниз, выставив вперёд клювы, словно бурые пеликаны в эпоху человека. Они входят в воду легко и изящно, во время пикирования прижав длинные крылья к телу. Появление птиц под водой похоже на гром среди ясного неба. Первые птицы из числа нырнувших успевают схватить по одной, и даже по две рыбы. Но это лишь временный успех. Испуганные рыбы бросаются в поисках укрытия… к собственным сородичам. Фланги рыбьей стаи быстро подтягиваются к центру, и стая превращается в компактный шар, поверхность которого словно бурлит от рыб, пытающихся спрятаться среди сородичей. Талассокораксы, нырнувшие первыми, уже переправили добычу в горловые мешки. Они перестают грести лапами и легко всплывают на поверхность. Но им нельзя надолго задерживаться в воде: несмотря на то, что талассокораксы относятся к водным птицам, их оперение не обладает водоотталкивающими свойствами. Если птица сильно промочит оперение, ей будет очень сложно взлететь. Поэтому атаки талассокораксов быстротечны, а птицы спешат всплыть и взлететь. Новые и новые птицы ныряют, заставляя рыб испуганно бросаться в стороны. Длинные клювы щёлкают под водой, и талассокораксы плывут, загребая воду перепончатыми лапами и преследуя рыб. Крупные стеноабрамисы мало интересуют птиц – из-за своего высокого тела эта рыба едва ли пролезет в глотку даже взрослого талассокоракса. Птицы выхватывают из стаи преимущественно молодую рыбу и узкотелых рыб других видов, прибившихся к стае. Крупные взрослые рыбы могут чувствовать себя в относительной безопасности.
Всплыв на поверхность, талассокоракс намерен повторить атаку – птенцы в гнезде требуют много корма. Птица хорошо видит, где находится косяк рыб – сородичи ныряют и преследуют рыбу совсем рядом. Перья намокли, поэтому со стороны кажется, будто талассокоракс ранен: птица бежит по поверхности воды, шлёпая лапами и помогая себе крыльями, словно пытаясь взлететь. Догнав косяк рыбы, талассокоракс складывает крылья, шлёпается на поверхность воды и ныряет, оттолкнувшись лапами. Атака удачна: он хватает ещё одну рыбу. Но время охоты быстро подходит к концу. Перья талассокораксов постепенно намокают, и им нужно спешить к гнезду. Бывает, что птицы, слишком задержавшиеся на охоте, теряли способность взлетать и были вынуждены дрейфовать к берегу с попутным ветром. А это очень опасно, поскольку царь-рыба хорошо различает волны от движений плывущей птицы, и не заставляет себя ждать.
Один за другим талассокораксы поднимаются в воздух. Отяжелев от воды, они с трудом бегут по воде, с силой взмахивая крыльями. Набрав достаточную скорость, талассокораксы отрываются от поверхности воды и взлетают. Птицы некоторое время кружатся над водой, ожидая, пока взлетят остальные. После удачной рыбалки возвращаться поодиночке опасно – вороватые крачки собираются поодаль целой стаей. Воздушные пираты Четвероморья, вороватые крачки, долго ожидали завершения охоты талассокораксов. Пернатые рыболовы слишком многочисленны, поэтому крачки соблюдают определённую осторожность – удара клювом достаточно, чтобы крачка упала в воду, чтобы больше не взлететь. Крачки ловко летают среди тяжёлых птиц, пользуясь своей маневренностью. Они пробуют напасть то на одного, то на другого талассокоракса, но щелчки длинных клювов держат их на расстоянии. Поэтому крачки осмотрительно выбирают объект нападения.
Один из талассокораксов задержался на поверхности воды. Ему удалось поймать нескольких крупных рыб. Часть он проглотил, а пара рыб ещё бьётся в горловом мешке. Увидев, что на поверхности воды почти не осталось сородичей, он стал взлетать, чтобы не отстать от них. Шлёпая лапами по воде, он раскинул длинные крылья и побежал против ветра. Ему достаточно совсем немного помочь себе длинными крыльями, чтобы взлететь. Он видит своих сородичей, кружащихся в небе, но между ним и остальными талассокораксами появляется препятствие.
Крачки начали нападение. Они разбились на группы по три – пять птиц, и совместно атакуют тяжёлых талассокораксов. Пока одна или две птицы наносят удары по голове жертвы, остальные хватают талассокоракса за крылья и пробуют выдернуть перья. Несколько талассокораксов, летающих выше, решительно атаковали крачек, и одна из птиц полетела в сторону, громко крича, а в воздухе закружились белые перья. Взрослые птицы в расцвете сил легко отбивают атаки пиратов. Но в стае талассокораксов есть и молодые птицы, которые вывелись только в прошлом году. Они отличаются от зрелых особей более тёмной окраской – на голове у них нет белых отметин. Пока у них мало опыта в отражении атак крачек, и внимание птиц переключается на них. Каждого из молодых талассокораксов атакует уже по полдюжины птиц – такую массированную атаку с трудом отразит даже взрослая опытная птица. Вскоре один из молодых талассокораксов сдаётся: крачки бьют его клювами по голове, и он вынужден расстаться с частью улова. Атакованная птица откупается от нападающих, отрыгивая небольшую рыбу. Добыча летит вниз, но одна вороватая крачка догоняет и подхватывает её прежде, чем рыба шлёпается в воду. Неподалёку в воду падает ещё несколько рыб – молодые птицы предпочитают расстаться с частью добычи в обмен на собственную безопасность. Получив вожделенную добычу, крачки отлетают в сторону, подальше от крупных талассокораксов.
Косяк рыб ещё держит оборону, хотя несколько поредел – один из талассокораксов всё ещё остаётся под водой, рискуя не взлететь с поверхности воды. Его перья сильно намокли, и он должен торопиться – его не будут ждать. Он всплывает на поверхность, глотая пойманную рыбу. Мельком взглянув в небо, он понял, что отстал от общей стаи: птицы уже направились к гнездовью. А прямо над ним реют несколько длиннокрылых белых птиц, чьё присутствие не сулит ему ничего хорошего.
Не всем вороватым крачкам досталась своя доля добычи. Большинство сородичей, получив с больших чёрных птиц полагающийся выкуп, уже покинуло место охоты. И сами птицы, которые добывают для них еду, тоже направились к берегу. Несколько крачек, однако, остались на месте недавней охоты. Они не получили своей части добычи, и теперь готовы видеть плавающую на поверхности воды рыбу в каждом отблеске чешуи косяка, плывущего на небольшой глубине. Неожиданно косяк рыб словно взорвался изнутри: рыбы бросились в разные стороны, а на поверхности воды появилась чёрная голова с длинным клювом. По опыту крачки знают – если такую птицу бить крыльями и клювом, она может дать еду.
Едва талассокоракс успел всплыть на поверхность воды, как почувствовал сильную боль в голове – кто-то сзади ударил его в затылок. Затем последовали удары белыми крыльями с несколькими чёрными перьями на кончиках. Весь мир словно неожиданно наполнился этими назойливыми и агрессивными птицами. Их крики оглушили талассокоракса, крылья почти закрыли обзор, а на голову обрушился град ударов. Талассокоракс был атакован сразу несколькими крачками, и перевес сил был на их стороне. Несколько птиц сели на воду и стали дёргать за оперение на спине птицы. Они бросились в стороны, когда талассокоракс распахнул длинные крылья, готовясь к взлёту. Но это будет очень сложно сделать: во время рыбной ловли его перья напитались водой и птица сильно потяжелела. Взмахивая крыльями, талассокоракс шлёпает лапами по воде, набирая скорость. Он взлетает с очень большим трудом: с его оперения струями бежит вода. Зато крачки обладают водоотталкивающим оперением, и им не страшно садиться на воду. Они продолжают атаковать одинокую птицу: пикируют на талассокоракса, бьют его крыльями, выдирают перья на спине и животе птицы. Боль становится просто нестерпимой, и птица с большим трудом летит и набирает высоту. Крачки не отстают от него: они атакуют его больше, чем любую птицу из стаи. И символический выкуп в виде одной или двух рыб вряд ли будет достаточен, чтобы остановить нападение – желающих отнять его добычу слишком много. Удары крыльями и клювами сыплются на его голову и спину, и около десятка вороватых крачек кружится над талассокораксом. Теперь у него остаётся только один способ избавиться от назойливых спутников: талассокоракс просто отрыгивает весь улов, доставшийся ему с таким трудом. Рыбы падают в воду одна за другой, и атака прекращается, словно по волшебству. Крачки бросаются подбирать улов талассокоракса, а огромная чёрная птица взмывает в небо, став намного легче. Рыба, отрыгнутая им, расхватана в считанные секунды, и крачки одна за другой летят в сторону гнездовья. Талассокоракс должен бы следовать за ними, но возвращаться домой без улова просто бесполезно – птенцы хотят есть. Поэтому он вынужден остаться, чтобы снова нырять за рыбой. Воздушные пираты временно прекратили атаку, и талассокоракс должен успеть поймать новую рыбу прежде, чем эти птицы вернутся с гнездовья. В противном случае они отберут и следующий улов. Поймав встречный ветер, талассокоракс взмывает над морем. Пока он будет кружить над волнами, солнце и ветер хотя бы частично высушат его оперение, и можно будет рассчитывать на успешную рыбалку. Талассокоракс оглядывает поверхность моря. Он видит косяк рыбы, движущийся над дном, и наблюдает, как огромное тело царь-рыбы врезается в него, заставляя рыб в панике бросаться в стороны, сверкая чешуёй. Он видит, как некоторые рыбы даже выпрыгивают из воды, пытаясь спастись от хищника. И он, пожалуй, сможет этим воспользоваться. Ему не придётся нырять за рыбой – оперение ещё влажное, и к тому же он боится царь-рыбы. Но, пока он в воздухе, он чувствует себя в безопасности. Нужно только вовремя опустить клюв в воду и выхватить спасающуюся от хищника рыбу.
Талассокораксы, которые сумели откупиться или спастись от вороватых крачек, возвращаются на гнездовье. В полёте их перья слегка высыхают, и ближе к гнездовьям им становится гораздо легче лететь. Морская гладь под ними постепенно меняет цвет с синей на зелёную, и вскоре со дна начинают проступать светлые пятна отмелей. Затем появляются заросли камыша и тростника, которые сменяет гигантский папирусный рогоз. Отмели превращаются в островки, а за ними начинается полоса зарослей ивы, пересекаемых протоками и озёрами. Гнездовья уже совсем рядом. На старых ивах среди листвы разбросаны десятки больших гнёзд. Их хорошо видно весной, когда на деревьях ещё нет листвы, но сейчас места гнездовий обозначают собой внушительные фигуры птиц, которые возвышаются над колонией. От своих предков, бакланов, талассокоракс унаследовал отсутствие копчиковой железы. Поэтому талассокораксы сушат крылья после рыбной ловли так же, как и бакланы, раскинув их в стороны, словно карикатуры на геральдических орлов.
Возвращающиеся с рыбалки птицы безошибочно находят свои гнёзда, и стая постепенно распадается на группы, от которых отделяются одиночные птицы, садящиеся на деревья, где устроены их гнёзда. Птенцы талассокораксов долго развиваются, находясь в гнезде, и очень медленно оперяются. Они пока ещё голые, а их глаза открылись только несколько дней назад. Они плохо видят, но уже прекрасно знают, что означает упругое покачивание гнезда, на край которого садится кто-то из родителей. Вернувшийся с пищей талассокоракс тут же оказывается буквально атакован собственными птенцами. Они быстро растут и конкурируют друг с другом за пищу. Поэтому, как только родитель предлагает им корм, открыв клюв, они ползут к нему наперегонки, отталкиваясь слабыми перепончатыми ногами и опираясь на несуразно длинные крылья, словно на костыли. Птенцы раскрывают клювы и требуют пищу, издавая пронзительные скрежещущие звуки. В ответ на это взрослая птица открывает рот и отрыгивает часть пойманной рыбы. Одна за другой рыбы оказываются в горловом мешке, и взрослый талассокоракс раскрывает рот пошире, чтобы птенцам было удобнее доставать оттуда рыбу. Отпихивая друг друга, птенцы начинают хватать рыбу и судорожно заглатывать её, дёргая шеей. Иногда во время такого кормления рыба случайно падает вниз. Под колониями талассокораксов часто селятся птицы и мелкие млекопитающие, которые охотно разнообразят свой рацион потерянной птенцами рыбой. Кроме того, птицы колонии ежедневно извергают огромное количество помёта, который привлекает насекомых. А их, в свою очередь, едят мелкие певчие птицы, гнездящиеся в нижнем ярусе зарослей и среди тростника и рогоза.
Талассокораксы защищают гнездовья коллективно, а при появлении пернатых хищников к ним присоединяются цапли. Эффективность коллективной защиты очень велика – птицам удаётся обратить в бегство крупных хищных млекопитающих. Обычно наземного хищника буквально заливают струями жидкого вонючего помёта, а пернатому хищнику также достаются чувствительные удары крыльями. Если хищнику удаётся забраться на дерево, где находятся гнёзда, его встречают удары клювов. Особенно агрессивно ведут себя цапли, уверенные в себе, легко движущиеся по ветвям и готовые до последнего отстаивать свои гнёзда. Рядом с такими соседями безопасно гнездиться другим птицам, поэтому вблизи колонии талассокораксов птичье население особенно богато. Даже в толще гнёзд цапель и талассокораксов могут гнездиться мелкие птицы.
Дацеломима гнездится в полом стволе ивы, прямо под колонией талассокораксов и недалеко от воды. Самец и самка этого вида регулярно отправляются на охоту и сменяют друг друга на гнезде. Цепляясь когтями за стенки гнезда, самец выбрался наружу. Оглядевшись, птица вспорхнула и полетела к месту охоты, сверкая в лучах солнца голубым оперением. У него есть несколько любимых мест засады, и самец поочерёдно использует их все. Причём самцу явно не терпится нырнуть в воду: его оперение испачкано помётом, и от него исходит сильный запах. Всё очень просто: в глубине гнезда сидят трое птенцов. Они уже открыли глаза и начали оперяться, но пока нетвёрдо передвигаются на ногах и почти всё время сидят на одном месте, оживляясь лишь во время кормления. Птенцы сидят на подстилке из древесной трухи и высохших рыбьих костей, отрыгнутых ими самими. Летние дни очень жаркие, и они не нуждаются в обогреве. Скорее они нуждаются в свежем воздухе: птенцы «выстреливают» жидким помётом на стенки гнезда, и родители вынуждены собственным оперением вытирать его, когда вылетают из гнезда. Значительное количество помёта, однако, остаётся в гнезде. Но и на него есть потребители: личинки мух и жуков копошатся в подстилке и непрерывно поедают помёт и друг друга. Достигнув последней стадии развития, личинки покидают гнездо дацеломимы и окукливаются во влажной почве под деревом.
Взрослые мухи вьются над гнёздами и питаются жидкими фракциями птичьего помёта. В подлеске вьются целые рои мух разных видов. Одни из них питаются остатками птичьей добычи и мертвечиной, а другие, вооружённые острыми хоботками, нападают на птиц. Взрослые талассокораксы и зубцеклювые цапли могут спастись от них, летая кормиться туда, где эти насекомые не водятся. Гораздо хуже приходится их птенцам. Молодняк цапель находится в немного лучшем положении: птенцы относительно быстро покидают гнездо и ожидают родителей, сидя на ветках. Они активны, и мухи, вьющиеся над ними, вызывают их живейшее внимание. Муха, нападающая на птенца, легко может сама стать добычей – птенцы склёвывают мух друг с друга, и даже пытаются ловить их в воздухе. Птенцам талассокораксов приходится намного хуже: они очень долго сидят в гнезде и медленно оперяются, поэтому у мух больше возможностей для нападения на них. Насекомые кусают птенцов, особенно активизируясь в полуденную жару. Когда птенец пытается охладиться, он растягивает горловой мешок и кровь приливает к тонкой коже, отчего горло птенца заметно розовеет. И мухи предпочитают атаковать кожу на горловом мешке птенца, где легче всего добраться до кровеносных сосудов. Когда мух оказывается слишком много, птенцы талассокораксов хуже развиваются: они тратят много энергии, чтобы сгонять с себя насекомых, беспокоятся от зудящих укусов и из-за этого хуже спят ночью. Ночью мухи спят, но их сменяют комары, поднимающиеся целыми тучами из болот дельты. Они впиваются в незащищённые веки птиц и проникают под их оперение, чтобы насосаться крови и к утру успеть отложить яйца в стоячей воде.
Однако мухи и комары не могут вольготно чувствовать себя среди птичьей колонии: некоторые соседи цапель и талассокораксов весьма преуспели в истреблении многочисленных кровососущих насекомых. Несмотря на то, что вершины деревьев плотно заселены и свободное место оказывается предметом ожесточённых споров, они сумели поселиться в непосредственной близости от птиц, которых спасают от паразитов.
Под толстыми ветками висят спиной вниз птенцы ещё одного из видов птиц. В первой половине лета они лишь начали покрываться перьями – их родители прилетают в дельту Узбоя одними из последних, и гнездятся позже всех птиц. Кожа птенцов покрыта множеством роговых трубочек – зачатков будущих перьев. У птенцов короткие лапы с цепкими пальцами и крючковатыми когтями. А их крылья кажутся несуразно длинными для этих маленьких существ. К коре снизу ветвей приклеены подушечки из упругого полупрозрачного вещества, и малоподвижные птенцы висят, крепко вцепившись в них когтями – во время ветра они лишь плотнее прижимаются к своему мягкому насесту. Жизнь этих птенцов однообразна и пассивна по сравнению с суетой талассокораксов и их соседей, они почти не реагируют на суету, оживляясь лишь во время кормления. Их родители целыми стаями вьются вокруг больших птиц колонии. Их облик мало изменился с эпохи человека: длинные узкие крылья, вильчатый хвост, крохотный клюв и огромный разрез рта. Это перевёрнутые стрижи – обычные летние обитатели дельты. От стрижей эпохи голоцена их отличает особая окраска. Верхняя часть тела этих птиц окрашена под цвет коры – буроватая с мраморным серым рисунком. Зато нижняя часть тела ослепительно белая, и на этом фоне явственно выделяется чёрное подковообразное пятно – опознавательный знак, позволяющий издалека отличать сородичей.
Стаи перевёрнутых стрижей носятся в воздухе вокруг отдыхающих на гнезде птиц. Талассокораксы и цапли не обращают на них внимания, и лишь птенцы с любопытством следят за стремительным полётом стрижей. Визгливые голоса этих птиц почти не слышны днём, когда птицы летают высоко, но вечером, когда большинство птиц начинает засыпать, воздух наполняется голосами стрижей. В жарком вечернем воздухе перевёрнутые стрижи охотятся на кровососущих мух, избавляя от страданий птенцов и взрослых птиц.
Набив рот добычей, один из стрижей отделился от стаи. Он залетел к ветке снизу и прицепился к ней «в одно касание». Сложив крылья, взрослая птица поползла вдоль ветки. Её появление вызвало оживление среди птенцов. Неподвижно висящие под веткой существа оживились. Они повернули свои уплощенные головы к ползущей спиной вниз птице, и стали разевать клювы, пронзительно пища и требуя корма. Но взрослый стриж в первые часы после появления птенца на свет запоминает две вещи: положение птенца на ветке и его голос. Поэтому птица не реагирует на голоса чужих птенцов, которые к тому же сидят в неправильных местах, и продолжает путь. Добравшись до своего птенца, взрослая птица раскрыла рот и отрыгнула пакет из плотно спрессованных насекомых, упакованных в прозрачную влажную плёнку. Эта плёнка образована слюной птицы и не позволяет её улову рассыпаться прежде, чем птенец проглотит его. Но роль слюны перевёрнутого стрижа не ограничивается этим. Подушечка желеобразного вещества, к которой прицепился птенец, также построена из слюны. Самец накладывал её слой за слоем перед началом брачного полёта и поиска партнёра по гнездованию, и завершал постройку уже совместно с самкой. К моменту кладки единственного яйца подушечка застывшей слюны уже была довольно высокой. Яйцо было просто приклеено к ней, а птенец в первые же секунды жизни вне яйца прочно вцепился в свою «колыбель». Став взрослым, он отпустит её и отправится в свой полёт. Но пока он должен хотя бы обрасти перьями.
Птенец жадно заглатывает пакет насекомых, принесённых родителем, и взрослая птица срывается с ветки, чтобы присоединиться к стае сородичей. У птенца есть двое родителей – отец и мать. Но он не различает их внешне, и по голосу воспринимает просто как двух разных птиц, с которыми в равной степени связана его жизнь.
Когда наступает вечер, стрижи по-прежнему находятся в воздухе. Они будут охотиться в сумерках, и лишь когда станет совсем темно, прицепятся к веткам снизу, чтобы погрузиться в глубокий сон. А птицы, не отягощённые в силу разных обстоятельств родительскими обязанностями, смогут даже некоторое время поспать прямо в воздухе, поочерёдно «отключая» разные участки мозга, как это делают их родственники, живущие в других местах.
В сумерках на охоту выходят другие существа, которые тоже охотятся на членистоногих, но предпочитают добычу намного крупнее комара или мухи. Остроклювое существо движется среди тростника очень осторожно. Тело обтекаемой формы помогает раздвигать густые заросли, которые тут же вновь смыкаются стеной за спиной существа. Это скрытная и осторожная птица, зубатая выпь. Днём она скрывается в тростниках, маскируясь среди них благодаря продольно-полосатой окраске, и не издаёт ни звука. Эта птица настолько уверена в надёжности своего способа защиты, что не двигается с места, даже если хищник проходит совсем рядом с ней. И лишь почувствовав, что внимание хищника обращено непосредственно на неё, эта птица спасается бегством, выбирая самые густые заросли. Она не взлетает даже в этом случае. Может случиться так, что за всё лето птица взлетит не больше десяти раз. Тем не менее, это перелётная птица.
Зубатая выпь обитает среди обширных зарослей тростника с небольшими участками чистой воды. Она избегает кустарников и зарослей деревьев, и редко появляется на твёрдой земле. Болотистая почва, а в местах зимовки ещё и мангровые заросли – это залог безопасности птицы: не всякий хищник сможет даже просто пробраться в места её обитания. В дельте Узбоя зубатая выпь довольно многочисленна: в сумерках над зарослями во многих местах раздаются громкие крики этих птиц, похожие на рёв быка. Но сами птицы практически не показываются на глаза остальным обитателям дельты.
Эта особь – самка. У неё есть пара птенцов, которые уже покинули гнездо и теперь ожидают её среди зарослей. В течение ночи самка несколько раз возвращается к ним и кормит их мелкими животными, и последняя трапеза птенцов бывает уже под утро, на рассвете. После этого птицы вновь должны превратиться в невидимок, избегая опасностей окружающего мира. Днём птенцы могут попытаться добыть что-то съедобное самостоятельно, но мать покормит их только вечером, после заката. Самка зубатой выпи должна найти достаточно корма, чтобы удовлетворить аппетит своих быстро растущих птенцов, которые осенью должны будут самостоятельно совершить перелёт на юг. Самец помогает ей выкармливать потомство, но делает это не столь интенсивно, и лишь после того, как насытится сам. Тем не менее, его помощь оказывается весьма кстати, особенно утром, когда силы самки уже на исходе.
Зубатая выпь – специалист по охоте на ракообразных, но изредка разнообразит свой рацион улитками. Она осторожно пробирается в зарослях, разыскивая добычу. Ночью это трудно сделать, но чувствительные глаза птицы хорошо видят в лунном свете. Кроме того, кожа на её лапах чувствительна к движению воды, поэтому, опустив в воду лапу, она ощущает характерные движения своей добычи – крабов или бокоплавов. Птица осторожно раздвигает тростник лапами, делает несколько шагов по стеблям и спускается в воду. Впрочем, это было напрасным: выпь заметила движение на границе воды и воздуха вблизи одного из стеблей. Молодой краб-скоморох наполовину высунулся из воды, выставив бок и наполнив воздухом одну из жаберных полостей. Пока жабры влажные, он может усваивать атмосферный кислород, что важно для жизни в болотистых местах, где течение медленное или вовсе отсутствует. Он заметил приближение хищника, но слишком долго сохранял неподвижность, рассчитывая, что его не заметят. Но последовал молниеносный удар клюва – и краб пойман. Он схвачен поперёк широкого тела, и его когти понапрасну скребут по поверхности клюва птицы. Зубатая выпь ловко подбрасывает его в воздух и тут же ловит. Клюв птицы вытянут вверх, и она слегка раскрыла челюсти. Краб съехал в глубину рта и попал на зубовидные выросты в углах рта птицы. Это главное оружие птицы, позволяющее расправляться с такого рода добычей. Зубатая выпь с силой сомкнула челюсти и с хрустом раздавила панцирь краба. Его ноги торчат по бокам клюва птицы, подёргиваясь в конвульсиях. Выпь раскрыла клюв, слегка качнула головой, сдвигая тело краба в сторону, а затем снова закрыла клюв. Панцирь животного хрустнул ещё раз. Рывками двигая краба в клюве из стороны в сторону, зубатая выпь словно разжёвывает его, разрушая твёрдый головогрудной щит, а затем проглатывает добычу целиком. Обычно через некоторое время выпь просто отрыгивает спрессованный в плотный шарик панцирь животного, но на сей раз она собирает корм для птенцов, и этот краб достанется кому-то из её отпрысков, скрывающихся в глубине тростниковых зарослей. Проглотив краба, птица продолжает поиск корма. Она не задерживается подолгу на одном месте, а обходит в течение ночи довольно большую территорию. Она чувствует себя в безопасности – благодаря скрытному образу жизни на этих птиц практически никто не охотится специально. Лишь изредка зубатая выпь может стать жертвой укуса тростниковой гадюки, если случайно наступит на спрятавшуюся в воде змею. Но благодаря чувствительной коже на ногах птица может вовремя распознать подозрительное движение под водой.
Среди тростников показывается что-то вроде поляны. Здесь когда-то была протока, но потом русло реки пробило дорогу в другом месте, и она постепенно обмелела и стала заболачиваться. Отделённая от основного русла, эта протока превратилась в старицу и заросла тростником по краю – осталось лишь сравнительно небольшое пространство чистой воды, которое исчезнет в течение ближайших нескольких лет. В неподвижной воде отражаются луна и звёзды. Эта картина могла бы быть очень красивой, но на Земле не осталось ни одного существа, для которого понятие «красота» осталось в истинном смысле этого слова, не в свете жёстко закреплённого инстинктивного поведения. Зубатая выпь выходит из тростников и осторожно оглядывается. Она знает, что стоит быть осторожнее – изредка совы залетают даже сюда. Но она надеется на свои чувства – они пока не подводили её, и потому она жива. Птица осторожно спускается в воду. Глубина такова, что волны случайно задевают перья на животе птицы. Но это лишь временное неудобство. Вскоре птица нащупывает ногами заросли водяных растений, и осторожно выбирается на них. Зыбкое сплетение стеблей колышется под её ногами, но птица продолжает идти по нему. Она ищет корм, а в зарослях обычно водится много мелких животных.
Выпь чувствует волны, распространяющиеся в воде: вблизи её ног явно движется какое-то небольшое существо. Крупный бокоплав ищет пищу. Среди зарослей водяных растений, где стебли растут беспорядочно, крабы-скоморохи чувствуют себя очень неуютно, и их здесь замещают бокоплавы. Благодаря узкому вытянутому телу они могут ловко двигаться среди стеблей, преследуя личинок насекомых и мелких улиток. Некоторые бокоплавы ощипывают молодые верхушки стеблей растений или процеживают ил в поисках мелких бентосных животных. Они не конкурируют друг с другом, и их биомасса может быть достаточно высокой. Это и привлекает сюда зубатую выпь. Когда птица пришла на это место, рачки затаились. Но выпь умеет ждать, и она просто замерла, чутко улавливая лапами малейшее движение воды под собой.
Усик бокоплава коснулся пальца птицы, и она ожила. Молниеносным движением она выхватила рачка из воды, подбросила его в воздух, сжала челюстями и проглотила. Прежде, чем рачкам удалось скрыться, она схватила ещё одного бокоплава. Затем неуклюжим шагом, высоко поднимая ноги, птица прошагала вдоль края зарослей тростника и устроила засаду на новом месте.
Постепенно зоб птицы наполнился пищей – самка собрала достаточно пищи для кормления птенцов. Поймав последнего рачка, птица отправилась домой. Она зашагала по тростникам, время от времени замирая на месте и вслушиваясь в окружающие звуки. Тростник шелестит на ветру, кое-где плещется рыба, а над зарослями звенят комары – обычные звуки ночи. Иногда их разрывает высокий пронзительный писк летучей мыши, которая охотится на насекомых. Выпь может слышать некоторые из звуков, издаваемых этими странными существами, но лишь самые низкочастотные из них. Человек не услышал бы ничего.
Где-то вдалеке раздалось громкое рявканье – словно какой-то крупный зверь забрался в болото и не может выбраться. Но на самом деле это голос зубатой выпи, самца. Самка особенно охотно отвечает на него – это не чужак, а отец её птенцов. Он охотится где-то на краю зарослей, и, возможно, он уже кормил птенцов этой ночью. Тем не менее, ей надо спешить – птенцы в любом случае нуждаются в пище, и чем больше её они получат, тем лучше они будут расти и больше вероятность их выживания. Остановившись, самка раздувает горло и отвечает на голос самца. Услышав ответный крик, она продолжила свой путь к гнезду.
Вторая половина лета – очень жаркое время. Некоторые протоки и старицы Узбоя мелеют и пересыхают, но почва достаточно влажная, чтобы поддерживать рост болотных трав. Водным животным в это время приходится очень туго. Лягушки и тростниковые гадюки, а также крабы могут легко переселиться на новые квартиры, двигаясь по земле, а водяные жуки и клопы просто перелетают в соседние водоёмы по ночам. Хуже приходится тем, кто не может жить на земле и в воздухе. Рыбы, оказавшиеся в таких ловушках, обречены на смерть. Когда солнце прогревает воду, содержание кислорода в ней падает. К тому же гниющие растения превращают её в непрозрачную коричневатую жижу. В таких условиях чувствительные рыбы гибнут очень быстро, и болотные птицы бродят по берегам таких водоёмов, собирая мёртвых и умирающих рыб. Более крепкие и живучие рыбы легко могут пережить такое испытание, но они вынуждены держаться в верхних слоях воды, забирая в рот пузырьки воздуха с поверхности воды и пропускать их сквозь жабры. И в это время они становятся уязвимыми для рыбоядных птиц. Зубцеклювые цапли на некоторое время меняют свои привычки и летают кормиться не на край дельты, а на берега пересыхающих проток. Они собираются в этих местах целыми группами и методично прочёсывают мелководья, вспугивая затаившихся рыб и выхватывая их из воды. Некоторым рыбам удаётся спастись – они уплывают на глубину и прячутся в ямах среди ила. Но, если водоём продолжает высыхать, их убежища мелеют и цапли ловят их одну за другой. После пиршества цапель на подсыхающей грязи остаются лишь их крестообразные следы вокруг грязной лужицы в русле протоки. А на поверхности воды плавает несколько рыбьих чешуек – последнее напоминание о былых обитателях этого места.
В это время молодые птицы начинают переходить к самостоятельной жизни. У перевёрнутых стрижей птенцы уже размером с родителей, и это – второе поколение птенцов за лето. Молодняк первого поколения уже давно летает над колониями, но гнездиться эти птицы будут только на следующий год. Взрослые птицы по-прежнему кормят птенцов, принося им насекомых в слизистых пакетах, образованных из слюны. Но птенцы начинают ощущать перемены. Они получают немного меньше корма, чем раньше – взрослые птицы уже готовятся к долгому перелёту и больше насекомых поедают сами, нежели приносят птенцам. Им нужно накопить достаточно жира, чтобы совершить перелёт через горные хребты на юге. Некоторые из этих стрижей смогут долететь до южной оконечности Индостана, где проведут зиму в дельтах рек и над болотами, охотясь на комаров и других мелких насекомых.
Молодые птицы целой гирляндой висят вдоль нижней стороны ветки ивы, прямо под гнёздами талассокораксов. Они громко пищат, встречая родителей с кормом. Не всем хватает той еды, которую приносят взрослые птицы. Один из птенцов, уже достигший размеров взрослой птицы, и отличающийся от своих родителей лишь менее контрастной окраской, получил от родителей очень маленький пакет с насекомыми. Он проглатывает пищу целиком, но не ощущает сытости, к которой привык за всю свою недолгую жизнь. Повинуясь инстинкту, он слегка раскрывает крылья и широко разевает рот, требуя от родителя ещё еды. Но родитель не отзывается на его просьбу. Взрослая птица равнодушно поворачивается к своему отпрыску хвостом и отползает от него. Когда птенец вырос, родительский инстинкт постепенно угасает; взрослые птицы начинают уделять себе больше внимания, чем раньше. Но связь птенца с родителями пока не прервалась. Пытаясь получить от родителя ещё больше корма, молодая птица делает то, чего никогда не делала раньше. Юный стриж с трудом вытаскивает когти из подушечки застывшей слюны, на которой он сидел с момента появления на свет. У него отросли длинные крючковатые когти, которые нелегко вытянуть из вязкой массы гнезда. Ценой некоторых усилий ему удаётся это сделать, и он ползёт по ветке, прицепившись снизу к коре, и преследует взрослую птицу. Стрижи в целом – очень плохие ходоки, и лапки плохо слушаются молодую птицу. Но молодой стриж продолжает преследовать взрослую птицу в надежде на дополнительную порцию корма. Взрослый стриж, впрочем, легко избавляется от преследователя: он отцепляется от ветки и устремляется в полёт. Молодая птица много раз наблюдала, как взлетают её родители и другие взрослые птицы. Но сейчас отношение к этому событию из повседневной жизни становится особенным: молодой стриж не стремится обратно к гнезду. Он продолжает висеть под веткой и несколько секунд колеблется, раскрывая и складывая крылья. Затем следует решительный шаг – птица разжимает когти, и в следующую секунду начинает работать крыльями. Переход из детства во взрослую жизнь у перевёрнутого стрижа длится доли секунды – в краткий миг падения, между разжатыми пальцами и раскрытыми крыльями. Этот поступок – один из первых в этом поколении молодых птиц. Только что повзрослевший стриж держится в воздухе легко и уверенно. Он взмахивает крыльями и совершает такие же сложные фигуры высшего пилотажа, как взрослые птицы. Молодая птица, однако, должна отточить свои навыки в ловле насекомых. На это уходит лишь несколько часов; вначале охотничий успех оказывается случайностью, но затем стриж всё увереннее преследует насекомых, и к нему возвращается ощущение сытости, которое он до этого получал только вместе с пищей, принесённой родителями. Теперь это осталось в прошлом – молодая птица может обеспечить себя пищей, и родители становятся ненужными. Молодой стриж даже не смог бы отличить их от прочих сородичей, стаями вьющихся в небе. Когда он покинул гнездо, его связь с родителями оборвалась навсегда.
Взлёт одной молодой птицы стимулирует прочих молодых птиц переходить к взрослой жизни. Конечно, некоторые стрижи вывелись из яиц на несколько дней позже, и потому ещё не чувствуют себя готовыми к самостоятельной жизни. Но другие их сородичи, полностью развившиеся физически, уже пробуют свои силы. Некоторые оцепляются от гнезда, и практически сразу же устремляются в полёт. Другие некоторое время ползают по ветке, оглядывая мир с нового ракурса, прежде чем решительно и бесповоротно вступить во взрослую жизнь. Численность сородичей служит стимулом для перехода из одной фазы жизни в другую: когда колония птенцов на ветке была достаточно многочисленной, каждая птица видела и слышала определённое количество сородичей в непосредственной близости от себя, и это давало ей ощущение безопасности. Когда число молодых птиц, остающихся на ветках, стало меньше, многочисленные стаи взрослых птиц стали более привлекательными для молодняка стрижей. Развитие отстающих в росте птенцов в этих обстоятельствах ускоряется, и они становятся готовыми к самостоятельной жизни на 2 – 3 дня быстрее, чем их сородичи, вылупившиеся из яиц на неделю раньше.
На протяжении ближайших нескольких дней молодые перевёрнутые стрижи один за другим отцепляются от своих гнёзд. Ловко перевернувшись в падении и раскрыв крылья, молодые птицы начинают летать столь же быстро, как взрослые. Они присоединяются к стаям взрослых особей и начинают накапливать жир, необходимый для долгого перелёта к местам зимовки. Теперь их почти не отличить от взрослых сородичей – молодая птица с первых секунд самостоятельной жизни является искусным летуном. Лишь грудь и живот у них имеют сероватый оттенок, но при взгляде с земли это почти незаметно.
Стрижи успевают вырастить за лето двоих птенцов одного за другим. У других птиц плодовитость выше, но они дают лишь один выводок. Таковы дацеломимы, устроившие гнездо в дупле ивы под колонией талассокораксов и цапель. Самец дацеломимы по-прежнему таскает в гнездо рыбу, но он давно работает не один. Самка активно помогает ему – птенцы давно покрылись перьями и не нуждаются в обогреве. Зато родители должны удовлетворять все потребности птенцов, пока те не покинули гнездо, и главным образом это касается снабжения птенцов пищей. Каждый птенец должен получить свой корм не менее пяти раз на протяжении дня, и родители должны охотиться почти непрерывно. Но родительские заботы уже подходят к концу: птенцы дацеломимы полностью оперились и всё чаще выползают на стенки дупла. Иногда один из птенцов просто перекрывает вход в гнездо и выхватывает у прилетевшего родителя пищу, не пуская его к остальным птенцам. Получив свой корм, птенец спускается на дно дупла, а его место занимает более голодный собрат. В этом году родителям удалось вырастить всех трёх птенцов; в худшие годы у пары выживает лишь один. Птенцы повзрослели – они весят лишь немногим меньше любого из родителей, и пока отличаются тусклым и немного взъерошенным оперением. Молодые птицы всё дольше задерживаются вблизи входа в гнездо, вдыхая свежий воздух. Они щурятся с непривычки, когда их освещает солнечный луч, пробившийся сквозь листву ивы. Окружающий мир становится всё более привлекательным для них.
Проходит несколько дней, и птенцы дацеломимы покидают гнездо. Инициатором этого стал самый голодный из птенцов. Во время утреннего кормления ему досталась совсем крохотная рыбка, и это лишь раздразнило его аппетит. Пока остальные двое птенцов переваривали свой завтрак, он полез по стенке дупла наверх, к свету и незнакомым звукам. Добравшись до входа, молодая птица осторожно высунулась из дупла и огляделась. Мир, светлый и полный незнакомых вещей, раскинулся вокруг. Он совершенно не напоминает тёмное дупло, единственное, что этот птенец знал раньше. Где-то в вышине раздаются незнакомые голоса – громкие и резкие. Птенец пока не знает, что это не враги: цапли и талассокораксы не нападают на зимородков. Он знает одно: отсюда приходят родители и приносят пищу, и, судя по тому, как долго они отсутствуют, кто-нибудь из них вскоре обязательно должен прилететь. Пока их нет, молодая птица стала оглядываться по сторонам, изучая окружающий мир. Вокруг, жужжа и звеня, летают насекомые. Муха, привлечённая запахом нечищенного гнезда, исходящего от птенца, села ему на голову, и птенцу пришлось несколько раз встряхнуться, чтобы согнать назойливое насекомое. Взглянув вверх, птенец дацеломимы увидел странное и пугающее зрелище: над деревом пролетает огромный силуэт длиннокрылой птицы, выделяясь на фоне светлого неба. Кто-то из колонии талассокораксов возвращался к гнезду с уловом, и это зрелище заставило птенца сжаться в комочек от страха. Но ему всё равно не хотелось возвращаться в гнездо. Где-то под ним, в дупле, ждут пищу ещё двое птенцов. Для них окружающий мир – это лишь свет, проникающий в дупло, кусочек неба и ветви ивы, а также птичьи силуэты, мелькающие иногда на фоне неба и листвы. Им тоже нужно будет выбираться из дупла, чтобы постепенно начать самостоятельную жизнь. Но пока они только выглядывают из дупла, не решаясь сделать шаг навстречу новой жизни.
Птенец слышит вдалеке знакомый звук – характерный шум крыльев, который обычно предшествует возвращению кого-нибудь из родителей и кормлению. Он оглядывается в поисках родителей, но мир слишком велик, и молодая птица не может сориентироваться и понять, с какой стороны летит взрослая особь… с пищей. Наконец, птенцу удаётся увидеть, как с одной стороны к дереву приближается ярко окрашенная птица. Увидев нечто знакомое, птенец попытался обратить на себя внимание – он закричал и захлопал крыльями. Взрослый самец, его отец, сел рядом с ним, словно пытаясь понять, как знакомое существо оказалось там, где его не ожидают увидеть. Птенец раскрыл рот, требуя пищу, и затрепетал крыльями, присев и приподняв клюв кверху. Он снова закричал, и взрослый самец откликнулся на знакомый голос. Он тут же затолкал в разинутый рот птенца принесённую добычу – молодую тростниковую гадюку. Птенец начал поспешно заглатывать пищу. Хвост добычи некоторое время свисал из его рта, но затем и он скрылся в его желудке. Самец взлетел и снова отправился на рыбалку. А птенец снова принялся оглядываться по сторонам, знакомясь с окружающим миром.
Птенцы, остающиеся пока в дупле, слышат голоса взрослой птицы и третьего птенца и понимают, что мир начал меняться. Кто-то из родителей прилетал, скорее всего, с кормом, но даже не заглянул в дупло. Это означает, что теперь им придётся приложить некоторые усилия, чтобы получить корм. И самое главное – им нужно будет покинуть привычный мир, ограниченный стенами дупла, и переселиться в большой мир, полный опасностей. И двое птенцов решаются на этот шаг. Они цепляются когтями за стенки, и один за другим вылезают наружу. Они щурятся от яркого света и вздрагивают от громких голосов птиц, живущих в кронах. Мир снаружи выглядит непривычно – он светлый и большой. Единственное, что им знакомо здесь – это их собрат, первым покинувший гнездо. А ещё – шум от крыльев одного из родителей, который становится всё более отчётливым. Приближается самка, держащая в клюве небольшую рыбу. Птенцы стали вертеть головами, пытаясь определить, откуда она появится. Первого, кто это сделает, ожидает награда в виде пищи. Наконец, один из птенцов заметил приближающуюся мать, разинул клюв и затрепетал крыльями, выпрашивая корм.
Пока птенцы дацеломимы не пробовали летать, но в течение нескольких дней они научатся этому. Перья на их крыльях вполне оформились, и нужно лишь отточить наследственно закреплённые навыки. Родители первые дни будут докармливать их, но далее молодые птицы должны будут сами добывать пищу. Они уже не вернутся в старое дупло.
Другие птицы также покидают места, где выводили потомство, и переселяются в другие части дельты. Семья стрелоклювых поганок охотится в море, вдали от берега, уже несколько дней. Они переселились сюда, как только птенцы научились летать. Вначале в выводке было четверо птенцов, но, пока они были малы, одного из них съела тростниковая гадюка. Ещё один птенец, очевидно, где-то потерялся, или же его съел какой-то мелкий хищник. Но оставшиеся двое птенцов получили пользу от гибели своих собратьев – им досталось больше корма и родительского внимания. Они успешно выросли, оперились и развились физически. Теперь они размером с взрослую птицу. Молодые птицы отличаются от своих родителей отсутствием жёлтого пятна на голове, но издалека это почти незаметно. Они не уступают в ловкости и подвижности взрослым птицам, легко обеспечивая себя кормом. Связь между ними и родителями пока сохраняется, но осенью молодые птицы будут уже полностью самостоятельными.
Семья стрелоклювых поганок охотится на рыбу. На глубине движется огромное тёмное пятно – крупный косяк чернохвостки. Молодая рыба уходит из дельты на мелководья Четвероморья, где будет кормиться мелкими донными ракообразными и планктоном, процветающим в хорошо освещённой воде. Эти мелкие рыбы – хорошая добыча: они как раз подходят по размерам к клюву поганки. Обычно стрелоклювые поганки охотятся в одиночку, но, пока семья вместе, в их действиях наблюдается определённая согласованность. Все птицы одновременно ныряют и врезаются в косяк рыбы. Испуганные их нападением, чернохвостки бросаются прочь, и в глазах птиц мелькает рябь чёрных хвостовых полос, движущихся на серебристом фоне чешуи рыб. Большинству чернохвосток, конечно же, удастся спастись – огромный косяк рассыпается на несколько отдельных стай, и птицы отсекают лишь небольшую часть косяка. Они окружают испуганных рыб, плавая вокруг них и не пуская рыб ко дну. Коллективная охота имеет одно немаловажное преимущество – поганки могут всплывать за воздухом одна за другой, пока остальные птицы окружают стаю рыб. Обречённые чернохвостки сбиваются в плотный шар, стараясь спрятаться в гуще себе подобных. Но кто-то из них всегда оказывается на поверхности стаи, и птицы, проплывая рядом, выхватывают из неё по одной рыбе. Они заглатывают ещё бьющуюся добычу и продолжают нападение. Возможность такой успешной охоты бывает очень редко. Так же охотятся талассокораксы, но их добыча значительно крупнее, и стрелоклювые поганки, как правило, не охотятся рядом с ними.
Поганки продолжают нырять, и окружённый ими косяк чернохвосток постепенно редеет. Отдельные рыбы пробуют вырваться из окружения, но это удаётся далеко не всем. Обычно отделившаяся от стаи рыба оказывается объектом преследования, и поганка настигает её. Лишь облачко чешуи и крови остаётся в воде после того, как птица наносит смертельный удар клювом. Некоторые рыбы получают ранения и пробуют уйти, но их быстро подхватывают птицы. Пиршество поганок не может продолжаться до бесконечности. Увлечённые охотой, птицы не заметили, что остальные чернохвостки скрылись. Птицы лишены обоняния, поэтому им недоступна та информация, которую несут с собой запахи. Но даже если бы птицы могли ощущать запахи, это не принесло бы им пользы – под водой ноздри поганок закрываются и не пропускают воду. Но подводные жители в полной мере пользуются обонянием, и пиршество поганок уже привлекло внимание одного из них.
Запах рыбьей крови, растворённой в воде, уловили чувствительные клетки в ноздрях и на усиках огромного существа. Волны, распространяющиеся от добычи, поражённой острыми клювами птиц, уловили особые клетки, выстроившиеся в ряд вдоль каждого бока существа и образующие сеть на его голове и длинном рыле. Крохотные подслеповатые глаза не видят всех подробностей происходящего в окружающем мире, но остальные органы чувств определённо указывают на то, что совсем недалеко происходит охота на рыб. А это означает, что можно либо воспользоваться результатами охоты, либо попробовать напасть на самого охотника. Тело, похожее на затонувший ствол дерева, зашевелилось, огромный хвост задвигался из стороны в сторону, и над дном поднялось существо, покрытое несколькими рядами костяных щитков. Царь-рыба, верховный хищник Четвероморья, вышла на охоту. Этот исполин уже перевалил за вековой рубеж, но годы, кажется, не властны над этой рыбой. Если необходимо, царь-рыба может быстро плавать и нападать на очень крупную добычу. В Четвероморье она, пожалуй, столь же опасна, как акулы в океане.
Огромная тень чудовища движется под водой. Органы боковой линии и хеморецепторы ведут рыбу правильным курсом, и она всё явственнее ощущает движения множества существ, плавающих близко друг к другу. Ещё несколько взмахов хвоста, и вскоре даже подслеповатые глазки царь-рыбы начинают различать происходящее: силуэты сбившихся вместе рыб и нескольких птиц, плавающих вокруг них. Увлечённые охотой стрелоклювые поганки не замечают опасности. Они окружили стаю рыб и продолжают кормиться. Неожиданно одна из взрослых птиц резко затормозила и бросилась к поверхности воды – она увидела приближающееся чудовище. Остальные птицы не сразу поняли, что роли поменялись, и теперь им надо спасаться. Разогнавшись несколькими ударами хвоста, царь-рыба ринулась к косяку чернохвосток. В нужный момент резко распахнулась пасть, и множество рыб было буквально засосано в рот хищника. Скорость нападающей рыбы была такова, что она едва не наполовину выскочила из воды. Всплыв на поверхность, поганки спасаются бегством: они разгоняются для взлёта, шлёпая по воде лапами. Одна из молодых птиц запоздала, и секундное промедление стоило ей жизни – царь-рыба изогнулась, и удар веслообразного рыла сбил в воду взлетающую птицу. Погружаясь в глубины, царь-рыба буквально затянула в водоворот оглушённую поганку. Уже под водой она развернулась и проглотила добычу. Теперь ей можно будет какое-то время не охотиться. Сытый хищник стал медлительным; лениво взмахивая хвостом, царь-рыба скрылась в глубине.
Семья стрелоклювых поганок спешит к краю дельты. Гигантские хищники редко заплывают сюда, и здесь можно отдохнуть. Уставшие от охоты и бегства птицы опускаются в воду и долго плавают, тяжело дыша и не делая попыток нырнуть. Вороватая крачка пролетела над ними несколько раз, но быстро оставила их в покое. Эти птицы не охотятся, и у них просто нечего красть. У поганок-родителей остался только один птенец. Это не такой уж плохой результат – часто родители теряют весь выводок в более раннем возрасте. Этой птице повезло – она легко доживёт до самостоятельной жизни. Скорее всего, она выживет и сможет дать потомство.
Через несколько дней молодые дацеломимы уже многому научились. Теперь они умеют летать, хотя, конечно, пока не так хорошо, как взрослые птицы. От своих родителей они отличаются более тусклым оперением и клювом серого цвета, но по размеру уже почти догнали их. Сейчас их задача – научиться обеспечивать себя пищей. Конечно, инстинктивное поведение помогает им охотиться, но это лишь «заготовка», черновой вариант поведения, который нужно оттачивать и совершенствовать, накапливая опыт. Они учатся ловить рыбу, выслеживая её на краю тростниковых зарослей. Эти молодые птицы уже улетели далеко от родного гнезда в дупле старой ивы. Так и должно было случиться: родительский инстинкт взрослых особей постепенно угас и собственные родители стали видеть в них не потомство, а конкурентов. На протяжении нескольких дней случалось, что взрослая птица, принеся добычу, не отдавала её молодым, а просто глотала, присев на ветку рядом. Затем родители стали откровенно вести себя агрессивно по отношению к ним, отталкивая молодых птиц от себя и угрожающе щёлкая клювами. А однажды они улетели на охоту, и самец просто не вернулся. Самка несколько раз возвращалась к выводку, но потом пропала и она. Когда потомство выращено, семья этих птиц распадается, и молодые дацеломимы оказываются предоставленными сами себе. Пока они не научатся ловить рыбу, им приходится искать случайную добычу – мелких крабов и личинок насекомых. Этого хватает, чтобы на какое-то время утолить голод, и у них даже остаётся немного времени, чтобы усовершенствовать свои охотничьи навыки. Молодые птицы просто играют.
По волнам плывёт сухая веточка. Ветер и течение медленно гонят её вдоль края тростников. Трое молодых дацеломим сидят на ветке свалившейся в протоку ивы. Это очень удобное место, чтобы высматривать добычу, а тростник затеняет часть воды и солнечные блики не мешают птицам охотиться. Веточка плывёт мимо полузатопленного ствола ивы, и один из зимородков начинает игру. Птица бросается в воду, словно атакует настоящую добычу, и хватает веточку. Вспорхнув с поверхности воды, она возвращается на ветку и колотит свою «добычу» об соседнюю ветку, словно пытается убить мелкое живое существо. После этого, подержав веточку, она просто раскрывает клюв и роняет веточку в воду. Ветер и слабое течение относят её в сторону, и уже другая птица бросается за ней и повторяет движения первой. Увлечённые игрой, дацеломимы не заметили, как над ними пролетела белая птица с чёрными кончиками крыльев. Следом за ней пролетела ещё одна такая же птица, а потом похожая на них, но сероватая. Вороватые крачки заметили молодых дацеломим и закружились над ними, рассчитывая на часть их добычи. Молодые зимородки первый раз видят этих птиц так близко и явно не знают, чего от них можно ждать. Крачек три – пара взрослых и одна молодая птица с сероватым оперением, которая лишь недавно научилась летать. Родители явно желают преподать своему потомству первые уроки воздушного разбоя. Если молодая птица окажется прилежным учеником, она сможет очень легко прожить всю оставшуюся жизнь за чужой счёт. Вороватые крачки не разобрались, однако, что молодые дацеломимы лишь играют, но, увидев, что одна из птиц что-то держит в клюве, начинают атаку всерьёз. Взрослые птицы низко проносятся над зимородками, пронзительно крича, и пугают молодых дацеломим. Две птицы едва успевают принять защитную позу: они поднимают головы, раскрывают клювы и угрожающе щёлкают ими. Взрослые крачки пролетают над ними и взмывают вверх. Теперь настаёт очередь молодой птицы. Она пролетает над зимородками и ловким движением выдёргивает веточку из клюва одной птицы. Заполучив желанный трофей, птица взлетает к своим родителям, оставляя зимородков в покое. В таких стычках молодые птицы обоих видов получают первые уроки выживания. Дацеломимы запомнят, что белые птицы, прилетающие со стороны моря, могут нападать, и их надо опасаться. А молодая вороватая крачка будет замечать, что едят другие птицы, и не станет отнимать что-то несъедобное – легко расставаясь с такими вещами, атакуемая птица может нанести удар клювом нападающему. Если это сделает цапля или талассокоракс, последствия для нападающего могут быть очень печальными. Молодая крачка взлетает выше и роняет свой бесполезный трофей. А дацеломимы теперь будут больше смотреть на небо, опасаясь новых нападений. Пока молодые птицы держатся вместе, но вскоре они отыщут удобные для жизни места и после этого каждой из птиц придётся рассчитывать только на себя.
Птенцы талассокораксов готовятся покидать гнёзда. Им сложнее это сделать – чтобы стать полноценным охотником на рыбу, они должны научиться летать, а для крупной птицы это не такое уж простое занятие. По много часов в день молодые птицы тренируются, сидя в гнезде и взмахивая крыльями. Они уже не похожи на тех неуклюжих голых уродцев, которыми были раньше. Полностью оперились, молодые талассокораксы напоминают взрослых птиц, но у них темнее окраска головы – белые перья появятся только с наступлением половозрелости. Пока же главная задача молодых птиц – научиться держаться в воздухе. Осваивая искусство полёта, они раскрывают крылья и встают в гнезде против ветра. Крылья достаточно длинные, и они обеспечивают достаточную подъёмную силу, даже если ими не взмахивать. Слабый ветер помогает молодым птицам подняться в воздух. Самые робкие птенцы лишь приподнимаются на ногах, боясь оторваться от надёжной опоры – гнезда. А самые смелые из юных талассокораксов уже могут держаться в воздухе по несколько секунд, взмахивая крыльями. Пока их мускулы ещё слишком слабы, и молодые птицы быстро устают. Родители пока кормят их так же хорошо, как прежде, но вскоре молодым птицам придётся самим добывать пищу. До осени молодые талассокораксы должны будут научиться ловить рыбу наравне с взрослыми птицами. Им предстоит принимать участие в коллективной охоте и увидеть чудовищ, обитающих в море. Возможно, кто-то из них станет жертвой хищников, а кто-то разобьётся или сломает крыло после первого же неудачного полёта. Если им удастся выжить, осенью им надо будет проделать долгий путь вдоль побережья – до скалистых берегов Кавказского полуострова, где они проведут зиму бок о бок со своими оседлыми сородичами с юга. А когда весна наполнит русло Узбоя водой, они вернутся в дельту, и колесо жизни сделает ещё один оборот.

Гербарий

Бессмертная ива (Salix immortalis)
Порядок: Ивовые (Salicales)
Семейство: Ивовые (Salicaceae)

Место обитания: Центральная Азия, побережье Четвероморья, речные долины.
Среднеазиатские реки, впадающие в Четвероморье с востока, образуют обширные дельты, в которых создаются благоприятные условия для роста влаголюбивой древесной растительности. Один из основных видов древесных растений в дельтах рек, впадающих в Четвероморье – бессмертная ива, представитель группы растений, очень широко распространённых в Голарктике. Своё видовое название это растение получило за способность к вегетативному размножению, выраженную в своеобразной форме. Ствол этого дерева имеет несколько нарушенный рост в толщину: он нарастает неравномерно на разных сторонах. В результате ствол приобретает неправильную форму – его толщина в одних местах больше, чем в других. Древесина бессмертной ивы хрупкая и мягкая, поэтому у старых деревьев ствол разламывается на несколько частей в «швах», и части кроны ложатся на землю в разные стороны. Дерево после этого не гибнет – оно продолжает расти, а части ствола, касающиеся земли, укореняются и дают поросль молодых побегов. Наиболее крупные из побегов также могут разломиться и укорениться. Таким способом одно дерево образует большие заросли, являющиеся, в сущности, клоном материнского растения. Ветви старого дерева начинают расти вверх и утолщаться, образуя густые скопления стволов, через которые с трудом может пробраться крупное животное.
Кора этого вида ив очень светлая, покрытая мелкими трещинами. Это приспособление помогает защитить ствол от солнечных ожогов. Молодые побеги бессмертной ивы покрыты красноватой корой, богатой антоцианом, которая защищает молодые ткани растения от ожога. Молодые листья также красноватые, из-за чего весной заросли бессмертной ивы выделяются на окружающем фоне розовой окраской. Антоциан остаётся в листьях достаточно долго: полностью развитые листья сначала коричневатые, а затем постепенно приобретают тёмно-зелёный цвет. Они узкие и длинные – длина взрослого листа около 20 см при ширине менее 15 мм.
Эта ива цветёт до раскрытия листьев, в конце зимы. Длинные серёжки жёлтого цвета опыляются пчёлами и жуками. Семена разносятся ветром, как у всех ив.

Царственная кувшинка (Nymphaea regalis)
Порядок: Кувшинкоцветные (Nymphaeales)
Семейство: Нимфейные (Nymphaeaceae)

Место обитания: реки Центральной Азии бассейна Четвероморья.
Представители древнего семейства кувшинковых встречаются на всех материках. Растения вполне узнаваемого облика отличаются друг от друга размерами и некоторыми особенностями строения. Среди них есть клубневые и корневищные растения, крупные и мелкие виды. Самая мелкая кувшинка может расти и развиваться на площади, равной размеру листа самого крупного вида. Кувшинки освоили практически все климатические зоны – от приполярных районов, где растут единичные виды, до тропиков, где представители семейства блещут богатством форм и расцветок.
В неоцене климат стал теплее и влажнее. Горы Средней Азии собирают большое количество влаги, испаряющейся из Четвероморья, и возвращают её в виде нескольких рек, блуждающих среди песков бывших среднеазиатских пустынь. Эти реки часто меняют русло и могут пересыхать, особенно в осеннее-зимний период, когда снега в горах не тают. В это время река распадается на множество непроточных озерков в основном русле. Обитатели таких рек по-разному приспособились к сезонным изменениям уровня воды. Одни из них собираются в непересыхающих участках русла, а другие приобрели способность выживать вне воды.
Весной, когда русло реки наполняется водой, навстречу солнцу разворачиваются огромные листья вполне узнаваемого облика, характерного для кувшинок. Но эти листья имеют диаметр около 1 метра. Листья развиваются очень быстро – формирование каждого такого листа занимает около трёх дней. Это очень характерный вид среднеазиатских рек – царственная кувшинка.
Этот вид водных растений – многолетний; отдельные экземпляры могут доживать до полувека – почтенный возраст для травянистого растения. Стебель царственной кувшинки представляет собой крупный клубень, богатый крахмалом и заключённый в многослойную рыхлую кожицу. Это приспособление для выживания в условиях пересыхающего водоёма. При пересыхании реки листья отмирают, клубни впадают в оцепенение и наружные слои покровных тканей высыхают, образуя плотную кожицу. Если засуха продолжается дольше, внутренние ткани клубней начинают терять влагу, и клубень сморщивается. В неактивном состоянии клубни этой кувшинки могут пролежать в земле до пяти лет. При подъёме уровня воды они быстро впитывают воду, прорастают и распускают листья. Если клубень слишком долго пробыл в сухой земле, первые листья бывают невелики – всего лишь 15 – 20 сантиметров в диаметре. Но уже четвёртый или пятый лист достигает размера, типичного для этого вида. Ткань листа губчатая, что особенно заметно на его нижней стороне. Поверхность его, напротив, гладкая и кожистая, приспособленная выдерживать жар летнего среднеазиатского солнца.
Когда температура воды повышается, царственная кувшинка зацветает. У неё необычная двухцветная окраска цветков: нижняя часть каждого лепестка жёлтая с плавным переходом к белой вершине; многочисленные тычинки также жёлтые. Цветки этого растения достигают диаметра 15 – 17 сантиметров. На ночь они закрываются и скрываются под водой. Цветение одного цветка может продолжаться до недели, а на взрослом хорошо развитом растении одновременно образуется до десятка цветков. Они опыляются преимущественно жуками и одиночными пчёлами, хотя случайными опылителями этого растения могут быть даже стрекозы.
Семена, покрытые липкой губчатой тканью, хорошо прилипают к ногам и оперению водяных птиц. Постепенно эта ткань деградирует, и семя опускается на дно, где прорастает. У молодого растения формируется небольшой клубень, позволяющий выжить в зимний период. Растение впервые зацветает в возрасте 3 лет.

Бестиарий

Краб-скоморох (Latipotamon natans)
Отряд: Десятиногие (Decapoda)
Семейство: Потамониды (Potamonidae)

Место обитания: Четвероморье, прибрежные заросли тростника и длинностебельных подводных растений.
Крабы семейства Potamonidae были характерными обитателями рек Кавказа и Средней Азии. В период оледенения на рубеже голоцена и неоцена эти теплолюбивые животные отступили дальше на юг. Когда Чёрное, Азовское, Каспийское и Аральское моря высохли, крабы остались лишь в верховьях рек. Когда появилось Четвероморье, крабы были в числе поселенцев, добившихся значительного успеха. Их видовое разнообразие в Четвероморье сравнимо с разнообразием бокоплавов, вселившихся в водоём с севера.
Краб-скоморох – это один из видов пресноводных крабов, обитающих в Четвероморье. Он освоил жизнь в прибрежных зарослях тростника, и образ жизни значительно отразился на его строении и поведении.
Панцирь краба-скомороха в ширину примерно вдвое превышает длину; ширина тела составляет около 7 см. Клешни животного узкие, тонкие и длинные – их длина составляет примерно две трети ширины панциря. Ходильные ноги относительно короткие. Они примечательны приспособлением к двум различным способам передвижения, из-за чего ноги разных пар имеют различные особенности строения. Первая и четвёртая пары ходильных ног уплощенные, особенно на концевых сегментах. По краям они покрыты бахромой из упругих волосков, а на конце каждой ноги развит коготок. Ходильные ноги второй и третьей пар имеют типичное строение, характерное для ног крабов. Краб-скоморох умеет не только ползать, но и плавать. Он плавает боком, прижимая клешни к телу – из-за этой особенности его тело приобрело столь необычную форму, уменьшающую сопротивление воды. Во время плавания у краба движутся лишь ноги первой и четвёртой пар с той стороны тела, в какую плывёт животное. Аналогичные конечности на противоположной стороне тела выполняют функцию рулей. Ноги второй и третьей пар во время плавания прижимаются к телу. Этот краб конвергентно сходен с крабами-плавунцами (Callinectidae), типичными обитателями субтропических и тропических морей. Но, в отличие от них, этот краб, проигрывая в скорости передвижения, умеет плавать в любом направлении, поставив тело вертикально. Такой способ передвижения краб-скоморох использует при передвижении среди стеблей тростника и рогоза. Также этот краб способен плавать, работая всеми четырьмя плавательными ногами – спасаясь от хищников, он делает резкие развороты и кувырки (отсюда название). В случае опасности животное быстро зарывается в грунт; при этом плавательные ноги служат лопатами. Краб-скоморох зимует, закопавшись в ил. В глинистом дне реки этот краб может выкопать для зимовки нору.
Обитая среди тростников, этот краб имеет окраску, которая позволяет прекрасно маскироваться: тело покрыто тёмно-зелёными поперечными полосками по серо-зелёному фону. По верхнему краю ног и клешней тянутся узкие светло-серые полоски. Когда краб сидит вдоль стебля растения, его окраска становится прекрасной маскировкой. Нижняя часть тела имеет белый цвет с сероватым оттенком.
Этот краб всеяден с уклоном в хищничество. Тонкие клешни не позволяют поедать животных с прочным панцирем, и этот краб нападает преимущественно на червей и личинок насекомых, в том числе жуков-плавунцов. Способность делать быстрые броски помогает ему ловить водяных клопов и мальков рыб. Также краб-скоморох поедает части растений, богатые крахмалом – клубни и корни.
Крабы-скоморохи размножаются весной. Самка вынашивает кладку из 400 – 500 яиц в течение двух недель, при этом почти не теряя подвижности. У этого вида прямое развитие – личиночные стадии протекают в яйце, и из яиц выходят миниатюрные крабы. Молодые крабы имеют округлое тело, и с каждой последующей линькой его форма меняется в сторону типичной для взрослых крабов. Они достигают типичного размера взрослых животных на следующий год, и тогда же становятся способными к размножению, хотя делают это позже, чем особи, достигшие половой зрелости в предыдущие годы – у самок первого года жизни потомство появляется в середине лета, и достигает половой зрелости через две зимовки, в начале второго года жизни.

Горбатый стеноабрамис (Stenoabramis altus)
Отряд: Карпообразные (Cypriniformes)
Семейство: Карповые (Cyprinidae)

Место обитания: Четвероморье, прибрежные районы.

Рисунок Ламберта

Карповые рыбы Четвероморья заняли разнообразные экологические ниши, уступая в многообразии лишь бычкам. Воды Четвероморья на ранних этапах формирования этого водоёма были слишком солёными для карповых, и бычки, более приспособленные к жизни в солёной воде, смогли начать заселение Четвероморья намного раньше. Но постепенно уровень солёности вод Четвероморья снизился, и карповые рыбы смогли начать освоение этого водоёма. Все карповые Четвероморья являются потомками реликтовых рыб голоцена, выживших в озёрах и реках ледникового периода.
По краям зарослей подводной растительности и тростников у побережья Четвероморья встречаются большие стаи крупных рыб с сероватой чешуёй и тёмными спинами. Они легко плавают среди стеблей растений благодаря высокому телу, сильно сжатому с боков. Эта рыба – горбатый стеноабрамис, прямой потомок леща (Abramis brama), известного в эпоху человека. Тело стеноабрамиса очень высокое и узкое (отсюда название, буквально означающее «узкий лещ»): у рыбы длиной около 30 см высота тела почти 20 см, а ширина – не более 2 см. Тело почти дисковидное, резко поднимающееся прямо за головой; перед спинным плавником образуется нечто вроде горба. На груди развит кожный киль. Голова стеноабрамиса небольшая, притупленная. Рот вытягивается в виде трубки почти на длину головы благодаря подвижным связкам между челюстными костями. Непарные плавники высокие, с округлыми краями. Хвостовой стебель широкий, хвост сильный, с высоким хвостовым плавником, слегка разделённым на лопасти посередине. Стеноабрамис способен совершать скоростные рывки, уходя от опасности, но во время кормления это медлительная рыба. Высокое тело служит своеобразной защитой от рыбоядных птиц – они с трудом могут проглотить крупную рыбу этого вида, и потому не обращают внимания на взрослых стеноабрамисов.
Окраска взрослых рыб неяркая – серая с чёрной спиной и слабым металлическим блеском на чешуе. Плавники также тёмные; на корне хвоста есть вертикальная чёрная перевязь, которая у некоторых особей имеет вид нескольких тёмных пятен, частично слившихся друг с другом. Голова рыбы также тёмная, с серебристой радужной оболочкой глаз.
Этот вид питается мелкими беспозвоночными и низшими водорослями. Благодаря выдвижному рту и скребущим челюстям стеноабрамис собирает корм с подводных растений и стволов деревьев. Основу его рациона составляют мелкие улитки и их кладки, личинки мошек и другие сидячие и малоподвижные беспозвоночные. Глоточные зубы рыбы уплощенные, как наковальни. Они позволяют легко дробить раковины улиток. Вместе с животными рыба захватывает плёнку одноклеточных зелёных и сине-зелёных водорослей, развивающуюся на поверхности растений.
Стеноабрамис является стайным видом рыб, держится косяками, насчитывающими несколько десятков взрослых особей. Этот вид нерестится в начале весны, во время паводка. Подобно большинству карповых рыб, у этого вида отсутствует забота о потомстве. Взрослые рыбы просто разбрасывают икру по прошлогодним стеблям тростника в глубине речных дельт. Во время брачных игр стаи стеноабрамисов плавают в мелководных протоках. Они чувствительны к шуму и при любом резком звуке высоко выпрыгивают из воды. Стая рыб выпрыгивает почти синхронно и шлёпается в воду, создавая оглушительный шум.
Плодовитость взрослой особи составляет до 100 тысяч мелких икринок. Икра развивается достаточно быстро: в течение недели проходит инкубация, личинки превращаются в мальков и отступают в глубину до начала спада воды. Молодые рыбы имеют удлинённую форму тела. Большинство молоди гибнет от многочисленных рыбоядных птиц. В возрасте трёх лет рыбы приобретают характерную взрослую форму тела и становятся способными к размножению. Активный рост продолжается до десятилетнего возраста, после чего резко замедляется.

Чернохвостка (Microrutilus melanura)
Отряд: Карпообразные (Cypriniformes)
Семейство: Карповые (Cyprinidae)

Место обитания: Четвероморье, прибрежные районы.
Среди карповых рыб Четвероморья встречается много мелких видов, которые являются потомками плотвы (Rutilus rutilus) – одного из самых распространённых видов карповых рыб Европы. В конце голоцена популяции плотвы были подорваны переловом и разрушением мест обитания. На рубеже голоцена и неоцена разрозненные остатки популяций оказались в изоляции друг от друга в результате обмеления рек в ледниковый период. Некоторые популяции превратились в карликовые виды, и один из них дал начало роду карликовых плотвичек (Microrutilus), когда образовалось Четвероморье. Очевидно, род появился в солоноватых озёрах, образовавшихся на территории Юго-Восточной Европы после отступления Каспийского моря.
Виды рода Microrutilus хорошо приспособлены к жизни в солоноватой воде Четвероморья, и только для метания икры уходят в реки, впадающие в него. Они чётко отличаются друг от друга по окраске – на теле и плавниках у них имеются контрастные пятна, позволяющие представителям одного вида распознавать друг друга. Все виды рода имеют сходную форму тела – удлинённую, с плавниками средней длины и двухлопастным хвостом. Тело сжато с боков, на груди есть слабо выраженный кожный киль.
Все виды рода активны днём. Они питаются разнообразными мелкими животными, добавляя в рацион до 30% растительной пищи. Разные виды ищут корм на разной глубине и обитают в воде разной степени солёности. Различаясь экологией, рыбы избегают конкуренции и скрещивания.
Чернохвостка имеет серебристое тело с голубоватым оттенком на боках и более тёмную спину. На хвостовом плавнике этого вида тянется широкая чёрная полоса по заднему краю. Глаза серебристые с лёгким желтоватым оттенком.
Этот вид обитает в прибрежных опреснённых участках Четвероморья и довольно обычен в широких протоках. Чернохвостка держится по краю зарослей подводных растений и питается планктонными рачками – мелкими бокоплавами и дафниями. Небольшую часть её рациона составляют плавающие личинки комаров.
Нерест этого вида происходит весной, когда вода хорошо прогревается, а водные растения начинают бурно разрастаться. Рыбы собираются стаями, насчитывающими сотни особей. Самцы приобретают брачные украшения – ряд серебристых бугорков по нижнему краю жаберных крышек. Нерест происходит в предрассветные часы. Самцы начинают активно преследовать самок, загоняя их в заросли и прижимаясь к ним. По утрам стаи этих рыб оставляют на растениях большое количество икры и больше не заботятся о ней. Плодовитость одной самки составляет до трёх тысяч мелких прозрачных икринок; у других видов рода, в зависимости от размера взрослой особи, плодовитость варьирует от тысячи до пяти тысяч икринок. Мальки первые недели жизни прячутся в зарослях. Молодые рыбы становятся половозрелыми на втором году жизни.
Четвероморье населяют близкие виды карликовых плотвичек:
Красноок (Microrutilus rubrophthalmus) – очень мелкий вид рода: длина взрослой особи не превышает 8 см, но обычно ещё меньше. Тело этой рыбы окрашено в серебристый цвет с более тёмной спиной. Голова рыбы контрастирует по цвету с телом: она чёрная с серебристым пятном на жаберных крышках. На тёмном фоне очень ярко выделяются глаза этой рыбы с радужной оболочкой рубиново-красного цвета. Тело сжатое с боков, высокое, с хорошо выраженным килем на груди. Стаи краснооков постоянно держатся среди подводной растительности в пресноводных участках дельты, очень редко покидая заросли.
Этот вид питается преимущественно личинками насекомых, которых собирает на дне и среди растений.
Заряница (Microrutilus eos) – один из самых красивых видов рода. Длина взрослой рыбы – около 10 см. Тело окрашено в золотисто-жёлтый цвет с насыщенным оранжевым оттенком на спине. Плавники бесцветные, в основании спинного плавника есть тёмное пятно; изредка его продолжают несколько тёмных пятен на спине, сразу под основанием спинного плавника.
Этот вид встречается в южных и юго-восточных районах Четвероморья, и особенно многочислен на мелководьях вблизи острова Устюрт. Заряница заходит в солоноватоводные участки дельты и часто встречается в прибрежных водах на мелководье. Это очень осторожная рыба: силуэты птиц, быстро движущихся над водой, пугают её, и рыба бросается на дно и замирает среди растений или донного мусора. Этот вид питается преимущественно донными личинками насекомых и ракообразными. Нерест проходит в пресной воде, в нижнем течении рек, впадающих в Четвероморье.
Черноточка (Microrutilus melanopunctata) имеет более скромную окраску, лишённую ярких тонов. У неё серебристо-серое тело с более тёмной спиной и жёлтые глаза. Но по бокам этой рыбы от края жаберной крышки до основания хвостового плавника тянется ряд округлых чёрных пятен, окружённых ярко блестящей серебристой чешуёй. Длина этой рыбы – 11 – 12 см. От остальных видов рода она отличается более прогонистым телом с хорошо выраженным кожным килем на груди.
Черноточка является самым «морским» видом плотвичек: она встречается на расстоянии нескольких сотен метров от берега стаями, насчитывающими тысячи особей. Летом этот вид встречается близ северных берегов Четвероморья, в водах около острова Крым, и изредка нерестится в реках, впадающих в Четвероморье с севера, хотя основная масса особей обитает в южной части Четвероморья. Этот вид питается пелагическими ракообразными и мальками рыб.
Для нереста черноточки поднимаются по рекам на несколько километров и мечут икру в зарослях растений, а часто среди тростника. Бурный нерест длится один – два дня, а затем рыбы скатываются в море. Молодые рыбы по мере роста мигрируют вниз по течению, и к осени достигают моря, где собираются в стаи. Их окраска отличается от окраски взрослых особей: вместо пятен по бокам тянется сплошная чёрная полоска от глаза до корня хвоста. В возрасте трёх лет эти рыбы первый раз принимают участие в нересте.

Плетевидный бычок (Angustigobius tenuis)
Отряд: Окунеобразные (Perciformes)
Семейство: Бычковые (Gobiidae)

Место обитания: восточный и южный берега Четвероморья, прибрежные заросли тростника и других растений.

Рисунок Ламберта

Бычки – одни из самых типичных обитателей Четвероморья. Разные виды этих рыб заняли различные экологические ниши – от охотников за мелкими личинками до свирепых хищников, поедающих рыб и других животных. Избегая конкуренции, бычки заселили различные местообитания, приобретая самый причудливый облик. Их видообразование в Четвероморье – пример адаптивной радиации.
Плетевидный бычок – близкий родственник тростникового бычка (Calamogobius striatus), обитающего вдоль северного берега Четвероморья, и также населяет заросли тростника и рогоза, которые занимают большие пространства по берегам Четвероморья, и особенно в дельтах рек, впадающих в него. Это скрытная и малоподвижная рыба, никогда не покидающая своего укрытия; только молодые рыбы могут активно перемещаться по мелководьям, расселяясь в новые места обитания.
Этот вид – узкотелая рыба длиной около 20 см, высота тела взрослой особи не превышает 2 см. Обычно рыбы этого вида держатся на стеблях растений вертикально, головой вверх. Строение тела этого вида приспособлено к такому своеобразному положению тела. Основания брюшных плавников, как у всех бычков, срослись в крупную присоску, которая позволяет прочно прикрепляться к гладким стеблям. Самая высокая часть тела рыбы – голова и тело сразу за ней. К хвосту туловище рыбы сильно сужается. Хвостовой плавник сильно редуцированный, представлен несколькими удлинёнными лучами, связанными перепонкой. Рыба передвигается по стеблям вверх и вниз, ползая с помощью брюшной присоски, как улитка. Грудные плавники развиты хорошо. Они широкие, веерообразные, с подвижными мускулистыми основаниями. С их помощью рыба плавает и совершает броски за добычей. Передний спинной плавник представлен серией прочных колючек – наряду с маскировкой это единственная защита плетевидного бычка от хищников. Мягкий спинной плавник, волнообразно изгибаясь, помогает рыбе двигаться в вертикальном положении. Плетевидный бычок редко плавает, предпочитая скрываться среди тростника. Если есть такая необходимость, рыба отцепляется от стебля и медленно плывёт, сохраняя вертикальное положение. При этом движения грудных плавников не дают рыбе утонуть, а спинной плавник двигает её вперёд.
Голова у плетевидного бычка укороченная; подвижные глаза расположены в её верхней части, обеспечивая рыбе полный круговой обзор. Зрачок узкий, горизонтальный. У этого бычка имеется одна особенность зрительного восприятия – он особенно чётко реагирует на появление в поле зрения горизонтально расположенных объектов (точнее – объектов, перпендикулярных стеблям растений, на которых сидит рыба), а также мелких, беспорядочно движущихся объектов. Объекты первой категории обычно означают врага и заставляют рыбу скрываться в зарослях. Объекты второй категории – добыча: мелкие водные животные (личинки насекомых, черви, мальки рыб, в том числе своего вида). Они вызывают реакцию атаки. Этот бычок способен совершать короткие резкие броски за добычей. Если же добыча сама приближается к нему, бычок захватывает её пастью. Строение челюстей у него позволяет вытягивать рот вперёд в виде трубки. При этом добыча засасывается в пасть вместе с потоком воды. Такое нападение занимает доли секунды и не выдаёт присутствия бычка.
Окраска тела этой рыбы приспособлена для маскировки среди растений: по зелёному фону тянутся тонкие продольные полоски беловато-жёлтого цвета, имитирующие продольное жилкование листа. Благодаря этому рыба, сидящая неподвижно, оказывается незаметной для хищников. Глаза также замаскированы: радужная оболочка зелёная (под цвет тела) с мелкими желтоватыми крапинками. Плавники полупрозрачные, не нарушающие маскировочную окраску. Осенью в окраске рыбы появляется больше желтоватых тонов – цвет рыбы изменяется в соответствии с цветом стеблей растений. С наступлением зимы плетевидные бычки на короткое время начинают плавать в горизонтальном положении: они собираются в глубоких омутах, закапываются в ил и впадают в оцепенение до весны.
Весной, когда вода прогревается, начинают отрастать новые стебли тростника и рогоза. В это время у плетевидных бычков начинается сезон размножения. Самец приобретает броскую окраску – зелёный цвет сменяется бархатно-чёрным, а полоски становятся широкими и белыми. Он призывает к себе самок с помощью звуков, похожих на резкие одиночные щелчки. Когда самка оказывается поблизости, самец начинает преследовать её – при этом рыбы плавают вдоль стеблей растений по спирали, как белки, лазающие по дереву. Догнав самку, самец осторожно хватает её за грудной плавник; самка демонстрирует подчинение, мелко вздрагивая всем телом.
У этого вида рыб забота о потомстве проявляется немного иначе, чем у родственных видов: самец не строит гнезда, а инкубирует икру во рту. В кладке этих бычков до 200 мелких икринок. Самка откладывает их на стебель тростника перед головой самца, который ползёт за ней и оплодотворяет кладку. Самец инкубирует икру в течение пяти дней, и ещё около недели держит личинок во рту, пока они не пройдут метаморфоз. Когда мальки покидают его рот, родительские заботы самца завершаются, и он легко может напасть даже на собственное потомство. Молодые рыбы покидают заросли и с течениями расселяются вдоль берегов Четвероморья. Они становятся способными к размножению на втором году жизни.

Тростниковая гадюка (Vipera calamita)
Отряд: Чешуйчатые (Squamata), подотряд Змеи (Serpentes)
Семейство: Гадюковые (Viperidae)

Место обитания: Четвероморье, болота и заросли водных растений.
Потепление климата в неоцене благоприятствовало эволюции рептилий. Их многообразие значительно возросло, что напрямую связано с расширением площадей тропических лесов и с появлением новых местообитаний. Четвероморье – это обширный водоём, который значительно сглаживает суровость континентального климата в Средней Азии. В окрестностях Четвероморья зимы более мягкие и снежные, чем в центральной части материка. Эти условия благоприятны для успешной зимовки рептилий, и леса по берегам Четвероморья отличаются разнообразием этих животных.
В дельтах среднеазиатских рек, впадающих в Четвероморье, обитает один нетипичный представитель змей – тростниковая гадюка, водный вид ядовитых змей. Кроме неё, в Четвероморье водится атаргатис – неядовитая водная змея.
Тростниковая гадюка – это специализированная водная рептилия, не потерявшая способность двигаться по суше. Однако на суше она появляется лишь в поисках места для зимовки, и более полугода почти не покидает воду. Это крупная змея – её длина около двух метров. Тело тростниковой гадюки относительно широкое, голова уплощенная, с явственно выраженным шейным перехватом. Хвост, напротив, сжат с боков и имеет выраженный кожный гребень в верхней части. Тело рептилии покрыто мелкой и плотно прилегающей чешуёй, брюшные щитки узкие и многочисленные. Верхняя часть тела этой рептилии имеет маскировочную окраску – бурую с зигзагообразным чёрным узором вдоль позвоночника и пятнами неправильной формы на боках. Брюхо рептилии белое или голубоватое. Такая окраска защищает тростниковую гадюку от хищников, которые могут напасть на неё, а также позволяет скрываться от добычи. Эта змея плавает, извиваясь всем телом.
Тростниковая гадюка не удаляется от берегов и предпочитает держаться в заросших растениями протоках в дельтах рек, а также в зарослях на мелководье. Здесь легче прятаться от врагов, а также подстерегать добычу. Тростниковая гадюка питается водяными птицами и лягушками, а также млекопитающими, которые по каким-то причинам оказались в воде. Рептилия может нападать на птиц весом до 500 граммов. Тактика охоты достаточно проста: змея скрывается в зарослях и ожидает, пока подходящая по размеру добыча окажется в пределах досягаемости. Резко выбрасывая вперёд голову, змея наносит добыче укус. Мелкую добычу она сразу же утаскивает под воду, крупную отпускает и ожидает её смерти от действия яда. Змея заглатывает добычу под водой, где меньше вероятность того, что добычу отнимет кто-то из наземных хищников. Она способна надолго задерживать дыхание, закрывая ноздри кожистыми крышечками.
Необходимое для жизни тепло тростниковая гадюка получает, греясь на солнце. Она выползает на коряги и плавающие стволы деревьев, а летом часто устраивается греться на листьях крупных кувшинок. В случае опасности рептилия резко выпрямляет тело, отталкиваясь боком от субстрата, и совершает быстрый прыжок в воду. Враги тростниковой гадюки немногочисленны – на взрослых змей нападают царь-рыба и цапли, а мелкие часто становятся добычей крупных рыб.
Это живородящая рептилия. Один раз в год самка рождает до 5 детёнышей, полностью готовых к самостоятельной жизни. Молодые животные длиной до 50 см не отличаются по окраске от взрослых особей, но узор у них на спине более контрастный. Молодые змеи питаются мелкими лягушками и рыбой. Они достигают полутораметровой длины к трём годам, и в это же время начинают размножаться. Во время брачных игр самцы, преследуя самок, стараются обвиться вокруг её тела. Если возле самки собирается несколько самцов, среди них завязываются поединки – они обвивают тела друг друга, сжимая противника кольцами и стараясь удержать его под водой. Во время спаривания самец прочно обвивает тело самки и держится на ней более двенадцати часов, отгоняя от неё других самцов.

Стрелоклювая поганка (Anhingorostra sagittaria)
Отряд: Поганкообразные (Podicipediformes)
Семейство: Поганковые (Podicipedidae)

Место обитания: Четвероморье.

Рисунок Семёна

Поганки являются очень характерной группой птиц пресных водоёмов. В эпоху человека ряд видов этих птиц исчез из-за разрушения среды обитания и загрязнения водоёмов, но наиболее широко распространённые виды уцелели. В неоцене от них произошло множество новых видов. Четвероморье, обширный водоём со слегка солоноватой водой и дельтами крупных рек, представляет собой превосходное местообитание для поганок. Здесь обитает один из крупнейших видов этих птиц – стрелоклювая поганка.
Подобно всем своим сородичам, это водная птица, хорошо специализированная к охоте на водных животных, и плохо передвигающаяся по суше. Стрелоклювая поганка практически не выходит на сушу, и самое твёрдое, что ощущают её лапы в течение жизни – поверхность плавучего гнезда, которое устраивают эти птицы. Этот вид имеет очень характерную внешность – это длинноклювая птица с подвижной и гибкой шеей. Пропорциями эта птица напоминает лебедя, но отличается от него глубокой посадкой тела в воде (видны лишь спина и часть крыльев) и длинным прямым клювом. Ноги сдвинуты далеко назад, поэтому стрелоклювая поганка почти не умеет ходить по земле, и только ползает на животе, отталкиваясь лапами. Эта птица – довольно крупный вид семейства, взрослая птица весит около 3 кг.
Оперение этой птицы каштаново-бурое с охристым оттенком на голове, шее и груди; на крыльях имеется тонкая поперечная рябь чёрного цвета. Самец и самка не различаются по окраске значительной части тела. У этого вида есть хорошо заметные пятна контрастной расцветки на голове, которые выполняют сигнальные функции. Затылок самки имеет ярко-жёлтый цвет, отчётливо выделяющийся на фоне оперения. У самца цвет этого пятна бледно-жёлтый, но оно занимает значительно большую площадь на голове – затылок, боковые участки головы и область вокруг глаз. На темени у птиц обоих полов растёт длинный тонкий хохолок из нескольких узких перьев чёрного цвета.
Стрелоклювая поганка питается рыбой, изредка поедает лягушек, раков и мелких крабов. Она охотится там, где есть достаточно большие участки открытой воды – на переднем крае дельты, на берегах Четвероморья и в крупных протоках. Эта птица ныряет на глубину до 15 метров и хорошо плавает под водой. У плывущей птицы крылья прижаты к телу, а шея изогнута S-образно. При этом клюв выставлен вперёд, а голова лежит почти на плечах птицы. Нападая, на рыбу, птица резко выбрасывает голову вперёд и пробивает рыбу клювом, как гарпуном. Отсюда название птицы Anhingorostra – известная в эпоху человека птица Anhinga (змеешейка) охотилась таким же способом. Выдернув клюв из поражённой добычи, стрелоклювая поганка подхватывает её и проглатывает целиком – кости челюстей достаточно гибкие, чтобы проглотить добычу примерно вдвое толще, чем шея птицы.
Некоторые виды поганок очень быстро утратили способность к полёту. В отличие от них, стрелоклювая поганка хорошо летает, поскольку вынуждена ежедневно несколько раз летать между гнездом и местами охоты. Перед взлётом эта птица долго разбегается, хлопая крыльями. Полёт этой птицы отличается большой скоростью и малой маневренностью.
Охотясь в открытой воде, эта птица выбирает для гнездования тихие участки речных дельт с небольшими озёрами, поросшими водными растениями. Здесь в достаточном количестве обитают мелкие животные, которыми кормятся птенцы, и есть защита от свирепых штормов Четвероморья. Во время брачного ритуала самец поднимает вверх хохолок и мелко трясёт головой, демонстрируя самке окраску затылка. При этом он издаёт ритмичный крик, состоящий из серии повторяющихся отрывистых звуков. Если самка принимает его ухаживания, птицы начинают кричать дуэтом, и самка копирует движения самца.
Стрелоклювая поганка гнездится на плотах из тростника. Птицы набрасывают его на плавающие водяные растения, пока не образуется достаточно большая куча, которая может держаться на воде, не разваливаясь. В кладке 3 – 4 яйца, которые насиживает только самка. Самец обеспечивает её кормом и охраняет территорию от сородичей. За птенцами ухаживают обе птицы, попеременно улетая на рыбную ловлю. В возрасте 3 месяцев молодые птицы покидают родителей, и семья распадается. На следующий год молодые птицы способны к размножению.
Стрелоклювая поганка относится к кочующим видам и не совершает больших перелётов. На северо-востоке ареала птицы мигрируют к незамерзающим районам Четвероморья, а в более тёплых местах просто покидают дельты и озёра, и охотятся на берегах Четвероморья.

Талассокоракс (Thalassocorax pelecanops)
Отряд: Веслоногие (Pelecaniformes)
Семейство: Баклановые (Phalacrocoracidae)

Место обитания: берега Четвероморья, дельты рек, озёра.
В эпоху человека пеликаны, питающиеся крупной рыбой, оказались под угрозой исчезновения. Сокращение ареалов и разрушение мест обитания сильно сказалось на их распространении. А загрязнение водоёмов вызвало гибель большого количества этих птиц в результате отравления ядами, концентрирующимися в крупной рыбе. В результате популяции этих птиц стали крайне малочисленными, и пеликанов постепенно вытеснили другие рыбоядные птицы – чайки и бакланы. Оледенение на территории Евразии также способствовало вымиранию пеликанов в Европе и Средней Азии. Когда в неоцене образовалось Четвероморье, его заселили уже не пеликаны, а другие виды птиц. Один из наиболее широко распространённых видов птиц Четвероморья – это талассокоракс, очень крупный потомок бакланов, внешне похожий на пеликана некоторыми особенностями строения и поведения. Это крупная водоплавающая птица: вес взрослой особи около 8 кг при размахе крыльев до 3 метров.
Своей внешностью талассокоракс напоминает нечто среднее между бакланом и бурым пеликаном. У птицы чёрное оперение, и лишь переднюю часть головы и горло покрывают мелкие перья. Эта птица может хорошо ходить по земле и садиться на ветви деревьев. Пальцы объединены перепонкой, как у всех типичных веслоногих; под водой талассокоракс плывёт, попеременно загребая лапами. Крылья длинные и узкие – чтобы взлететь, птица использует встречный ветер, или разбегается, шлёпая лапами по поверхности воды.
Талассокоракс питается рыбой. Эта птица предпочитает выхватывать рыбу из воды на лету с помощью длинного клюва с крючком на конце. Недалеко от кончика клюва на верхней и нижней челюстях есть участки, покрытые многочисленными остроконечными ворсинками – это приспособление помогает удерживать мелкую добычу. Под клювом развит горловой мешок, но меньшего размера, чем у пеликана. Роговая оболочка клюва светло-коричневого цвета, горловой мешок светло-серый. В брачный сезон у самца кровь приливает к коже горлового мешка, и она приобретает явственный розоватый цвет. Крючок на конце клюва чёрный.
Удельный вес тела птицы меньше, чем у воды, но талассокоракс значительно массивнее пеликана: когда птица сидит на воде, её тело погружено в воду примерно на половину высоты (не считая голову и шею). Если птица замечает стаю рыб, плывущих на глубине, она легко может нырнуть за ними. Чаще всего талассокораксы ныряют с поверхности воды – работая лапами, птица легко держится под водой, и достаточно лишь перестать грести, чтобы всплыть на поверхность. Иногда эта птица ныряет за рыбой, как бурый пеликан эпохи человека, складывая крылья и падая в воду высоты около 12 – 15 метров. Несмотря на то, что это водная птица, копчиковая железа у талассокоракса не развита (эта особенность унаследована от предков-бакланов), и потому перья птицы смачиваются водой. Из-за этого талассокоракс взлетает с воды с трудом. Обычно птица успевает хотя бы частично высохнуть в полёте, но часто птицы садятся для сушки оперения на плавающие в воде стволы деревьев. Вернувшись на гнездовье, птица долго сушит крылья, сидя на ветвях деревьев.
Эта птица гнездится большими колониями, насчитывающими до нескольких сотен птиц. Для гнездования талассокораксы выбирают крупные деревья со сломанными вершинами. Гнездясь на таких деревьях в течение многих лет, птицы ломают и сгибают ветви, придавая кроне удобную для себя форму – плоскую вершину кроны, с которой удобно взлетать. Также большие колонии этих птиц есть на каменистых островах близ Кавказского полуострова, где гнёзда устраиваются прямо на скалах. На низком острове Устюрт, где наземные хищники встречаются редко, талассокораксы гнездятся прямо на земле. Птицы активно защищают гнездовье от хищников, нанося им удары клювом и крыльями, а также обрызгивая врага липким помётом со специфическим запахом.
В кладке этих птиц два яйца, и родителям удаётся чаще всего вырастить до выхода из гнезда обоих птенцов. Одного птенца выращивают, как правило, только молодые или слишком старые птицы. Заботы о потомстве начинаются ранней весной, когда начинается разлив реки и устье освобождается ото льда. Самцы занимают старые гнёзда, если нужно, ремонтируют их, и начинают брачные демонстрации. Гнездо у талассокоракса широкое, с неглубоким лотком, устраивается в местах, откуда крупная птица может легко взлететь. Во время брачных игр самец высоко поднимает клюв и демонстрирует самке слегка раздувающийся горловой мешок, мелко вздрагивая головой. При этом он раскрывает крылья, демонстрируя себя. Пары у этих птиц формируются на один сезон размножения. Птенцы появляются на свет в середине весны. Они голые, слепые и беспомощные, покрытые тёмно-серой кожей. В возрасте трёх месяцев молодые птицы полностью оперяются и начинают учиться летать. Часто молодые птицы, не умея хорошо летать, проваливаются между деревьями, попадают в воду и тонут. Молодые птицы в первый год жизни не имеют белых отметин на голове, а горловой мешок у них серый. Они становятся половозрелыми лишь на втором году жизни. Продолжительность жизни у талассокоракса очень велика – свыше 50 лет.

Зубатая выпь (Odontobotaurus carcinophagus)
Отряд: Аистообразные (Ciconiiformes)
Семейство: Цаплевые (Ardeidae)

Место обитания: тростниковые заросли по берегам Четвероморья, озёра в Малой Азии и вдоль Персидского хребта.

Рисунок Александра Смыслова

Влажный климат неоцена особенно благоприятствует эволюции околоводных птиц. Расширение площадей тропических лесов и появление обширных болот в местах, ранее осушенных человеком, способствовали активной эволюции птиц, связанных в своей жизни с водоёмами. В Евразии обширное Четвероморье стало местом концентрации больших колоний водных птиц, занимающих различные экологические ниши и относительно успешно сосуществующих друг с другом.
В слегка солоноватой воде Четвероморья хорошо чувствуют себя разнообразные бокоплавы и пресноводные крабы. Эти ракообразные, потомки нескольких реликтовых видов, переживших ледниковый период, представлены в Четвероморье большим количеством видов. Мелкие и молодые ракообразные служат пищей различным рыбам, а крупные виды являются частью рациона некоторых видов птиц.
Зубатая выпь – это один из специализированных видов птиц Четвероморья; основу её рациона составляют разнообразные крабы и крупные виды бокоплавов. Это сравнительно небольшая птица – вес взрослой особи не превышает 300 граммов. У неё удлинённые пальцы ног и гибкая шея, характерные для птиц этой группы. Пропорциями зубатая выпь почти не отличается от типичных видов этих птиц, за исключением более короткого и широкого клюва.
Оперение этой птицы охристо-рыжего цвета с продольными полосками чёрного цвета; ноги взрослых особей тёмно-красные. Зубатая выпь – скрытная птица, почти не появляющаяся на краю тростниковых зарослей. Она ловко передвигается среди стеблей, вытягиваясь «в струнку» и проскальзывая между стеблями растений.
Зубатая выпь умеет летать, но поднимается в воздух неохотно. Тем не менее, этот вид является перелётным: к зиме птицы с северного берега Четвероморья улетают на юг, преодолевают Кавказский хребет и остаются на зимовку в Малой Азии. Популяции с южного берега Четвероморья долетают до южных оконечностей Персидского хребта и даже до мангровых лесов побережья Индийского океана.
Этот вид птиц специализируется на питании ракообразными. У неё более прочный и широкий клюв, чем у рыбоядных родственников и соседей. На челюстях недалеко от угла рта есть приспособление для раздавливания панцирей крабов: края клюва изгибаются дважды, образуя две пары прочных остроконечных костных выступов. В верхней челюсти «зубы» направлены вниз, а за ними расположены торчащие вверх «зубы» нижней челюсти. Эти выступы входят в выемки на другой челюсти. Поймав краба, птица поднимает голову вверх и приоткрывает клюв. Добыча соскальзывает на «зубы» и выпь закрывает клюв, раздавливая панцирь добычи. Если добыча остаётся живой, выпь «пережёвывает» её, раздавливая панцирь несколько раз.
Зубатая выпь охотится на мелководье или среди зарослей, где часто прячутся крабы и крупные бокоплавы. Это одиночный вид птиц, и даже птицы из гнездящейся пары охотятся порознь. Заявляя о правах на территорию, эта птица раздувает горло и издаёт громкий крик, похожий на рёв быка.
Гнездо зубатой выпи спрятано в тростниках. Оно построено на платформе из сломанных и поваленных стеблей болотных растений, и вода редко заливает даже его основание. Собственно гнездо представляет собой кучу стеблей и листьев растений, на вершине которой устроен неглубокий лоток. В кладке два яйца, в южных районах ареала – три. Птенцы выводятся покрытые пухом и с открытыми глазами, но долгое время остаются в гнезде. В возрасте трёх недель, постепенно обрастая перьями, птенцы начинают покидать гнездо. Они обычно садятся на стебли рогоза и тростника неподалёку от гнезда, ожидая появления родителей с кормом. Гнездование начинается поздней весной, а к середине осени молодые птицы набирают достаточно сил, чтобы отправиться на зимовку.
В возрасте двух лет молодые птицы этого вида становятся способными к размножению. Продолжительность жизни в природе достигает 20 лет и более.

Вороватая крачка (Cleptosterna furax)
Отряд: Ржанкообразные (Charadriiformes)
Семейство: Крачковые (Sternidae)

Место обитания: берега южной части Четвероморья – от Балкан до Каракумской дельты.
В эпоху голоцена крачки (Sterna и близкие роды) были широко распространены в морях тропического и умеренного пояса. Некоторые виды этих птиц отличались склонностью к клептопаразитизму – нападениям на птиц других видов, живущих по соседству, с целью завладеть их добычей. Большинство видов этих птиц добывает пищу таким способом не постоянно, но на берегах Четвероморья обитает один вид этих птиц, который является специализированным клептопаразитом и добывает пищу самостоятельно лишь при угрозе голодной смерти. Этот вид, вороватая крачка, селится в окрестностях колоний других околоводных птиц и является своеобразным аналогом поморников, известных в эпоху человека. Важным отличием её поведения от поморника является значительно меньшая агрессивность по отношению к соседям на гнездовьях – эти птицы живут исключительно за счёт остальных птиц колонии, и для них жизненно важно благополучное существование видов, являющихся невольными «кормильцами» этих птиц.
Вороватая крачка обладает острым мощным клювом, с помощью которого атакует других птиц на местах кормления, вынуждая их «поделиться» пищей. Кончик клюва загнут крючком – с его помощью удобно подхватывать пищу, отрыгнутую другими птицами, и атаковать самих птиц, не нанося им сильных повреждений. Эта птица имеет узнаваемый облик крачки – длинные узкие крылья, вильчатый хвост, похожий на хвост ласточки, трёхпалые ноги. Размах крыльев этих птиц достигает полутора метров. Крайние рулевые перья хвоста сильно удлинённые и остроконечные. Оперение почти целиком белое, за исключением продольной полосы чёрных перьев, тянущейся через лоб, темя и затылок. Несколько перьев в этой области удлинены, образуя зачаточный хохолок. Также три пары первостепенных маховых перьев почти целиком чёрные, с белыми пятнами в основании. Область вокруг глаз и основания клюва лишена перьев. Клюв и ноги этой птицы окрашены в ярко-оранжевый цвет.
Эта птица является своеобразным экологическим аналогом фрегата (род Fregata) на Четвероморье. В отличие от этих птиц, способна садиться на воду, хотя делает это редко – в основном, чтобы подхватить добычу, отнятую у других птиц. Оперение вороватой крачки не намокает, на лапах развиты перепонки.
Этот вид питается почти исключительно рыбой и беспозвоночными, которых добыли птицы других видов. Вороватые крачки обычно патрулируют передний край дельты и участки между местами гнездования и охоты других видов птиц. Они не атакуют птиц, летящих в сторону моря, и высматривают лишь птиц, которые явно несут добычу и летят тяжело. Вороватые крачки нападают на мелких птиц поодиночке, но крупные птицы вроде талассокоракса подвергаются коллективной атаке. Обычно эти птицы хватают атакуемую жертву за оперение клювом или бьют крыльями по голове. Спасаясь от них, атакованные птицы отрыгивают пойманную добычу. Заметив это, крачка прекращает атаку и подхватывает падающий корм. Иногда ей удаётся сделать это буквально на лету, но чаще она подхватывает корм, плавающий на поверхности воды или утонувший не глубже, чем на длину клюва. Нырять за утонувшим кормом эти птицы не умеют.
Численность такого вида никогда не бывает слишком большой – образ жизни клептопаразита накладывает значительные ограничения на ареал этого вида и численность колоний. Вороватые крачки гнездятся исключительно в окрестностях колоний других рыбоядных птиц, которые должны быть достаточно многочисленными, чтобы эти клептопаразиты могли питаться без ущерба для колонии. Вороватая крачка, в отличие от своих сородичей, гнездится небольшими колониями, насчитывающими до пяти – восьми гнездящихся пар. Этот вид устраивает гнёзда на земле, на песчаных островах, окружённых достаточно глубокими протоками, где рогоз и тростник не образуют сплошных массивов. Птицы, возвращающиеся с рыбной ловли вдали от берега, обязательно пролетают мимо гнёзд крачек, и взрослые птицы атакуют их. Гнездо вороватой крачки представляет собой простую ямку в песке. В кладке всего лишь два яйца, и пара чаще всего успешно выращивает обоих птенцов. У молодых птиц оперение сероватое, а чёрная полоска на голове отсутствует. Ноги и клюв у них бледно-оранжевые. Молодая птица принимает окраску взрослых особей лишь на четвёртом году жизни. Тогда же она впервые участвует в размножении.

Идею о существовании этого вида высказал Семён, участник форума.

Великолепная дацеломима (Dacelomima magnifica)
Отряд: Ракшеобразные (Coraciiformes)
Семейство: Зимородковые (Alcedinidae)

Место обитания: Центральная Азия, реки.

Рисунок Александра Смыслова

Зимородки сравнительно хорошо пережили эпоху человека. Вымирание затронуло лишь узкоареальные виды, населявшие уязвимые местообитания вроде тропического леса. Виды из умеренных широт, имевшие протяжённый ареал, успешно пережили эпоху человека, и их потомки заселили вновь образовавшиеся местообитания. Берега Четвероморья – это место жительства одного из самых мелких видов зимородков, а также его родственника, который относится к самым крупным видам этих птиц.
Настоящим украшением берегов и дельт Четвероморья является великолепная дацеломима, чьё оперение сверкает небесно-голубым цветом с металлическим блеском. Этот вид птиц – гигантский зимородок, отдалённо похожий пропорциями и размером на австралийскую кукабарру эпохи человека (отсюда название: «подражающая Dacelo»; Dacelo – родовое название кукабарры), хотя является потомком обыкновенного зимородка (Alcedo atthis). Великолепная дацеломима – птица величиной немного больше галки, весом около 700 граммов, с размахом крыльев до 70 см. От своего предка он унаследовал яркую окраску: основной цвет оперения этой птицы голубой с металлическим блеском. Маховые перья имеют явный зеленоватый блеск. Контрастными пятнами в окраске птицы являются красный «галстук», полоса вдоль средней линии живота, и чёрно-белые поперечно-полосатые «эполеты» на сгибах крыла. Клюв великолепной дацеломимы белый с чёрной вертикальной полоской у основания. Самец и самка не различаются окраской, но у самца более массивная голова с «зачаточным» хохолком, слегка выдающимся на затылке.
Этот вид птиц сохранил типичные для зимородков особенности поведения: этот вид питается рыбой, водными насекомыми, мелкими змеями. Птица ловит добычу с присады – обычно с ветки ивы или с прошлогоднего стебля гигантского рогоза, который легко может выдержать вес птицы. Иногда охотничьи угодья птицы начинаются сразу же под деревом, где она гнездится.
Таким крупным птицам необходима большая территория, богатая кормом. Великолепная дацеломима – это очень территориальный вид: вне гнездования каждая птица агрессивно изгоняет сородичей со своей территории. Пара птиц обычно образуется из самца и самки, обитающих по соседству, но иногда пришлая самка объединяется с холостым самцом, и птицы изгоняют кого-либо из своих соседей с обжитой территории, или просто расширяют границы прежних владений за счёт всех окружающих соседей. Дацеломима заявляет о правах на территорию отрывистыми скрипучими криками, которые хорошо слышны на больших расстояниях.
Подобно всем зимородкам, дацеломима устраивает гнездо в виде длинного тоннеля. Но эти птицы не роют нор, поскольку в местах их обитания участки, пригодные для устройства нор в земле, отсутствуют. Птица нашла компромисс, устраивая гнёзда в прогнивших полых стволах ивы. Подстилкой в гнезде служит смесь рыбьих костей, отрыгнутых птицами, и древесных гнилушек. В кладке два или три крупных яйца с белой скорлупой, которые насиживает исключительно самка в течение 23 – 24 дней. Птенцы появляются на свет голыми и слепыми, и в течение двух месяцев родители выкармливают их. Часто родителям удаётся вырастить всего одного птенца, и только в благоприятные годы выживает весь выводок. Помёт остаётся в гнезде, поэтому дерево, где гнездятся эти птицы, легко узнать по специфическому запаху. Такой источник корма привлекает насекомых, и личинки некоторых видов жуков и мух встречаются во всех гнёздах дацеломимы. Они питаются помётом птенцов и поддерживают в гнезде относительную чистоту.
У молодых птиц, только что покинувших гнездо, оперение лишено металлического блеска, а клюв серый, без полоски. Взрослая окраска проявляется у птиц лишь после первой зимовки, а на втором году жизни молодые птицы впервые начинают гнездиться.
Великолепная дацеломима особенно часто встречается на южном и западном берегах Четвероморья. Птицы из северных и восточных популяций (в том числе из Каракумской дельты) мигрируют вдоль побережья Четвероморья и зимуют западнее Кавказского полуострова.

Перевёрнутый стриж (Apus dorsoventralis)
Отряд: Длиннокрылые (Apodiformes)
Семейство: Стрижи (Apodidae)

Место обитания: Средняя Азия, Малая Азия, Балканы; восточный, южный и западный берега Четвероморья, болотистые местности. Зимовка – Индостан, Персидский хребет.
Стрижи относительно легко перенесли эпоху господства человека. Человеческие постройки, своеобразные аналоги скал, позволили некоторым видам этих птиц широко расселиться по изменённым людьми ландшафтам. После исчезновения человечества появилось большое количество видов стрижей, которые заселили новые места обитания в формирующихся экосистемах неоцена. Ряд видов этих птиц отличается своеобразными особенностями поведения.
Род обыкновенных стрижей (Apus) продолжил существование после человека. Один из видов этого рода отказался от гнездования среди скал и освоил лесные местности ближе к источникам корма – он поселился вблизи болот и в речных дельтах, где большую часть года можно найти достаточно насекомых – мошек и комаров.
Гнездование у этих птиц происходит очень необычным способом. Этот вид стрижей практически не строит гнездо, а просто приклеивает яйцо к нижней стороне ветвей или к нижней стороне гнёзд крупных птиц. Эта особенность поведения определила название птицы – перевёрнутый стриж.
В остальных чертах эта птица является типичным представителем рода. У неё крупная уплощенная голова с коротким клювом и широким разрезом рта, глаза окружены жёсткими щетинковидными перьями, похожими на ресницы, крылья узкие и длинные, хвост слегка раздвоен. Лапы короткие, очень цепкие, не приспособленные для передвижения по земле, но позволяющие очень ловко ползать по стволам и ветвям деревьев. Этот стриж окрашен в маскировочный цвет – коричневый с беспорядочно разбросанными серыми пятнами на спине и крыльях. Когда птица сидит, прижавшись к коре дерева, она неотличима от окружающего фона. Грудь и живот этой птицы белоснежные, а на горле есть крупное чёрное пятно в виде полумесяца, охватывающее с боков грудь. Эта окраска видна лишь в полёте, и она позволяет птицам узнавать друг друга.
Значительная часть жизни этого стрижа проходит в полёте. Исключением является только короткий период насиживания и выкармливания птенцов. Формирование пар и спаривание проходят в воздухе, но брачный ритуал продолжается на ветке дерева. Новообразовавшаяся пара птиц садится на ветку, выбранную самцом, и начинает совместно готовиться к кладке яйца. Вначале самец смазывает клейкой слюной кору на выбранном для выращивания потомства месте – на нижней стороне толстой ветки или под гнездом крупной птицы – цапли или талассокоракса. На воздухе слюна быстро становится вязкой и густеет в резиноподобную массу. Самка смазывает это место вторым слоем, уступая после этого очередь самцу. В течение нескольких дней оба партнёра делают из собственной слюны гладкую многослойную нашлёпку. Непосредственно перед кладкой яйца самка наносит на «гнездо» слой свежей слюны, и сразу же откладывает яйцо. Пока слюна сохраняет вязкость, самка в течение нескольких минут прижимает яйцо к основе из слюны. Когда слюна застывает, яйцо оказывается прочно приклеенным к субстрату, и птица может покидать гнездо без риска уронить яйцо на землю.
Инкубация длится 12 дней, насиживают попеременно оба родителя. Птенец выводится голый и слепой. Он сразу же вцепляется лапами в субстрат и прижимается к нему, чтобы быть незаметным для хищников. Птенец быстро обрастает перьями и в возрасте 5 недель покидает гнездо. За лето родители успевают выкормить двух птенцов.
Этот вид гнездится большими колониями, насчитывающими несколько сотен птиц. Перевёрнутые стрижи оказывают большую услугу гнездящимся в дельтах рек птицам, уничтожая большое количество кровососущих насекомых.

Следующая

На страницу проекта