Цитадель на дереве

 

Путешествие в неоцен

 

Цитадель на дереве

 

 

 

В неоцене Африканский континент раскололся на собственно Африку и отделённую протяжённым рифтом Землю Зиндж, Восточную Африку. Это обстоятельство привело к изменению границ природных зон. Африка лишилась своих высочайших гор, оставшихся на Земле Зиндж, но дожди с пролива Танганьика, отделившего Землю Зиндж, питают водой болота Центральной Африки, где берёт начало огромная река Конго. По изобилию жизненных форм Центральная Африка вполне сравнима с Амазонией. Эта местность представляет собой дождевой лес, протянувшийся от восточного до западного берега континента в его центральной части. Густой лес покрывает не только равнины и болота, но и заходит в горные районы. В горах теплолюбивые древесные породы уступают место более холодостойким видам, но целостность растительного покрова в экваториальных районах Африки нарушают только реки.
Лес и река образуют, пожалуй, самый богатый жизнью союз. В Центральной Африке лес, словно губка, собирает дождевую воду и питает ею многочисленные болота и лесные реки, которые сливаются в могучую реку Конго – самую полноводную реку на континенте, текущую к Атлантическому океану. Высокая влажность воздуха, обилие дождей и яркий солнечный свет способствуют процветанию растительности в верхнем ярусе конголезских лесов.
На ветвях высоких деревьев развивается множество эпифитов. Там, где тень от листвы слишком густая, процветают мхи, покрывающие кору деревьев мягкими коврами зелёного цвета с вкраплениями красноватых и коричневых оттенков. А там, где солнечный свет пробивается через листву, разворачивают свои листья другие растения. Кружевные вайи папоротников соседствуют на ветвях с пушистыми листьями геснериевых и глянцевой зеленью гладких листьев разных орхидей. Смена сезонов в этих местах совершенно не выражена, поэтому орхидеи и другие эпифитные растения непрерывно образуют длинные цветоносы, на которых покачиваются мелкие яркие цветки, привлекающие насекомых различными запахами. В лесном пологе концентрируется наибольшее видовое разнообразие обитателей дождевого леса. Даже если обитатели леса не показываются на глаза, их разнообразие выдаёт шум, который они создают. Пронзительный визг мелких обезьян, жужжание ос и пчёл, стрекотание кузнечиков и сверчков, а также совершенно невообразимые звуки цикад, варьирующие от мелодичного металлического звона до грубого скрежета и монотонного высокочастотного писка – разные лесные обитатели сменяют друг друга днём и ночью в порядке, установившемся в течение миллионов лет эволюции. И конечно же, невозможно представить себе тропический лес без разнообразных птиц. Природа обделила тропических птиц певческими способностями – они не выпевают сложные музыкальные «фразы», как птицы умеренных широт, а ограничиваются монотонными криками, которые различаются в зависимости от вида птиц и ситуации в месте их проживания. Среди них есть очень робкие существа, которые постоянно прячутся в листве и выдают своё присутствие только голосами, а есть и такие, которых сложно не заметить – они не прячутся и постоянно демонстрируют сородичам своё яркое оперение.
Другие знаки присутствия птиц – их гнёзда. Некоторые гнёзда спрятаны в дуплах или среди листвы, и хищник может обнаружить их лишь случайно. Другие птичьи постройки выделяются на фоне окружающего пейзажа, но их хозяева готовы дать отпор любому хищнику, который сумеет добраться до них. Причём такие птицы не обязательно могут быть крупными: часто их спасает многочисленность.
На ветвях одного из деревьев первой величины, на высоте свыше сорока метров над землёй, разместился настоящий птичий город. Он состоит из нескольких крупных построек, располагающихся на соседних ветках. Одна из построек довольно значительна, а рядом с ней находится несколько более мелких – это основное гнездо, которое существует много лет подряд и окружено недавно появившимися «пригородами». Каждое такое сооружение представляет собой подвешенное к ветке снизу общественное птичье гнездо, которое в течение многих сезонов плелось из растительных волокон и ежегодно подновлялось. Основателей такого гнезда уже давно нет в живых, но колония, которой они положили начало, успешно существует.
Основные обитатели этой колонии постоянно хлопочут возле своих гнёзд. Они хорошо заметны благодаря окраске своего оперения и голосам – это мелкие, но шумные птицы чёрного цвета с красными хохолками и белыми кольцами голой кожи вокруг глаз. Когда они перелетают с места на место, у самцов этого вида становятся заметными такие же яркие красные пятна на боках, в покое скрытые под крыльями. Это птицы-арлекины, представители особого семейства зонтичных птиц, близких к ткачикам. Хохолки этих птиц выглядят очень своеобразно: перья хохолка торчат в разные стороны, словно лепестки цветка. Они подвижны, и птица может поднимать их, складывая хохолок, или же опускать, и тогда хохолок раскрывается, как цветок.
Огромное общее поселение птиц-арлекинов – это колония, включающая несколько сотен гнёзд. Это сооружение немного похоже на соты и состоит из множества сплетённых друг с другом индивидуальных гнёзд. В таком гнезде живёт пара взрослых птиц и их выводок. Жилище каждой пары – вертикальная трубка, расширяющаяся и загнутая набок на верхнем конце. Вход в гнездо расположен снизу, и птицы не ошибаются, находя свои дома среди множества других. В средней части общего гнезда находятся более старые ячейки, с которых начиналась колония. Птицы-арлекины давно покинули их, и эти ячейки могут быть заняты и переоборудованы другими обитателями колонии или уже оказываются разрушенными. Новые персональные гнёзда ежегодно приплетаются к поселению с боков. Они менее безопасны, поскольку более доступны для случайных хищников. Такие гнёзда занимают молодые пары. Но с каждым сезоном средняя часть сооружения понемногу разрушается, новые гнёзда достраиваются, и каждое отдельное гнездо постепенно перемещается дальше от края к центру колонии, становясь более безопасным. Стенки гнёзд общие, поэтому каждая пара тратит сравнительно немного строительного материала на подновление гнезда. Верхняя часть колонии представляет собой одновременно двускатную крышу и «фундамент»: волокна из пальмовых листьев прочно прикрепляют всю постройку к ветви, которая, таким образом, пронизывает общее гнездо насквозь. Форма гнезда хорошо подходит для существования в условиях влажного климата с ежедневными дождями: дождь быстро стекает по наклонной крыше, и внутренняя часть гнезда остаётся сухой. Поселение существует уже много лет, и его крыша обильно поросла эпифитными растениями, которые всасывают корнями часть воды, пропитывающей гнездо, и таким образом помогают поддерживать нормальное состояние постройки и задерживают гниение строительного материала.
Колония птиц-арлекинов – это настоящий суперорганизм, живущий по своему собственному ритму и задающий таким способом ритм развития каждой отдельной особи, входящей в него. Птицы-арлекины дружно гнездятся несколько раз в год, а их потомство практически одновременно покидает гнёзда и отправляется жить собственной жизнью. Среди взрослых поселенцев, снующих по колонии, заметно несколько птиц с тусклым оперением. Это молодые особи, потомство пар, гнездившихся чуть позже, чем основная часть колонии. Они ещё не полностью самостоятельны и пока не умеют ловить насекомых. Молодые птицы лишь сидят на «крыше» гнезда, ожидая, пока их покормят родители. Их чуть более старшие сородичи уже покинули колонию и стаями летают в лесу. Через несколько дней этим припозднившимся с появлением на свет молодым птицам также придётся покинуть колонию и начать самостоятельную жизнь. Но их возможности выживания намного меньше, чем у основной массы подросших птиц-арлекинов: если эти молодые птицы не найдут стаю сородичей, их быстро переловят хищники. Птицы-арлекины лучше всего чувствуют себя в окружении соплеменников, а одинокая птица просто не может нормально существовать из-за стресса. Но пока молодняк находится в безопасности – вокруг кипит жизнь колонии, и враг не сможет подкрасться незаметно. Родители ещё кормят молодых птиц, но уже делают это не очень регулярно – им самим нужно восстановится после выращивания потомства, а общее «настроение» в колонии птиц-арлекинов свидетельствует о том, что через несколько дней начнётся новый цикл брачных представлений и гнездования.
В колонии арлекинов живут и другие виды птиц. Их отношения с птицами-арлекинами носят сравнительно мирный характер, хотя иногда жизненное пространство колонии оглашается криками – происходит очередной быстротечный межвидовой конфликт, который заканчивается так же внезапно, как и начинается. Соседи птиц-арлекинов принадлежат к другим систематическим группам, и их взаимоотношения с хозяевами колонии строятся на разной основе. Одни поддерживают мирные отношения с птицами-арлекинами, но могут существовать независимо от них. А другие виды, селящиеся в колонии, зависят от благополучия птиц-арлекинов и вынуждены по мере возможностей поддерживать это благополучие. Птицы-арлекины своим поведением определяют ритм жизни большинства соседей, поскольку между этими видами птиц существуют сложные взаимоотношения.
Гнездование птиц-арлекинов идёт «волнами» – они делают несколько выводков подряд, после чего отдыхают. Впрочем, у них нет времени на то, чтобы просто отдыхать, не обременяя себя домашними заботами. Всё время вне периодов гнездования птицы-арлекины занимаются ремонтом и строительством гнёзд. Для этого им приходится совершать опасные вылеты в лес за строительным материалом. Пожалуй, это единственная ситуация, когда птица-арлекин решается действовать в одиночку. Строительный материал для гнезда нужно добыть, а сородичи в этот момент из простых соседей превращаются в конкурентов.
Тропические деревья плодоносят круглый год, а семена некоторых видов покрыты длинными прочными волокнами, которые служат своеобразными «парашютами» для расселения в тропическом лесу. Волокна таких семян очень ценятся у птиц-арлекинов, поскольку гнездо, построенное с их помощью, оказывается наиболее прочным и долговечным. Один из самцов ради получения такого строительного материала удалился на большое расстояние от гнезда. Коробочки дерева созревают неравномерно, и далеко не каждый цветок превращается в плод. Поэтому чёрная с красным птица довольно долго обследует ветви дерева, прежде чем находит спелую коробочку.
Прочные створки коробочки, защищавшие семена на протяжении их созревания, высохли, и коробочка раскрылась по продольному шву. Мелкие чёрные семена лежат в спутанной массе белых шелковистых волокон, ради которых самец птицы-арлекина прилетел на это дерево. Увидев желанные волокна, самец принялся за работу. Он выдернул наружу клок волокон с семенами и потянул за него клювом, постепенно вытягивая из коробочки всё содержимое. Затем птица отпустила кончик волокна и схватила клювом волоски у его основания. Постепенно у самца птицы-арлекина получилась длинная прядь спутанных друг с другом волокон, на которых висят семена. Семена держатся не слишком прочно, и часть их оторвалась от волокон и сразу же упала на землю под корнями материнского дерева. Пока взрослое дерево живо, у проростков не будет возможности развиваться. Но несколько семян застряли среди волокон и не отцепились, пока птица-арлекин осторожно вытягивала волокно из коробочки.
Закончив свою работу, самец птицы-арлекина взлетел и понёс драгоценную добычу в гнездо. Кажется, у него выросли длинные шелковистые «усы», которые покачиваются от ветра. В это время из заготовленного птицей волокна выпало ещё несколько семян. Возможно, они прорастут и смогут успешно развиться вдалеке от материнского растения.
Самец, возвращающийся в гнездо со строительным материалом, старается сделать это как можно более скрытно. Обычно птица, отягощённая ношей, пытается приблизиться к гнезду снизу или из сплетения лиан – так его возвращение меньше привлекает внимание сородичей. Тонкие и прочные волокна, окружающие семена некоторых деревьев, очень ценятся среди птиц-арлекинов, и такую находку, предательски блестящую на солнце, бывает трудно скрыть от конкурентов. Один из самцов, только собиравшийся отправиться за строительным материалом, решил не упускать случая ограбить более удачливого сородича. Он сел на край гнезда, дождался, пока самец с волокном приблизится, а затем бросился навстречу ему. Нападающему самцу удалось ухватить развевающийся в воздухе кончик волокна. Он вцепился в чужую добычу клювом и резко дёрнул. Птицы закружились в воздухе, стараясь выдернуть прядь волокна из клюва друг у друга. Этот конфликт закончился тем, что волокна разорвались, и напавшему самцу достался лишь небольшой клок. Но это тоже неплохая добыча, и он поспешил к своему гнезду, чтобы вплести эти волокна в его стенку. А законный хозяин добытого волокна бросился к своему жилищу и скрылся в нём – подальше от чужих глаз.
Птицы-арлекины готовятся к новому гнездованию. Большинство из них уже успешно вырастило птенцов, и несколько дней назад целая стая молодых птиц этого вида дружно покинула колонию. Но это далеко не последний выводок птиц-арлекинов в году. В тропиках сезон гнездования длится большую часть года, и птицам предстоит вырастить ещё три выводка, прежде чем они смогут восстановить силы и отдохнуть от забот по выведению потомства.
Некоторые виды животных нормально существуют в одиночку и переживают явный стресс, когда плотность их населения становится слишком большой. Птица-арлекин, напротив, относится к общественным видам животных, и хорошо чувствует себя только тогда, когда её окружают сородичи. Птицы-арлекины размножаются только в обществе сородичей, а одиночная птица быстро впадает в стрессовое состояние, истощается и гибнет, зачастую просто от нервного перенапряжения. Зато в колонии, где личное «я» каждой птицы буквально растворяется в безликом, но сильном «мы», эти птицы чувствуют себя совершенно нормально. Колония подчинена единому ритму, и жизненные отправления птиц синхронизируются. В колонии всё новое быстро подхватывается соседями, поэтому, когда несколько птиц начинают проявлять элементы гнездового поведения, они постепенно «заражают» этим своих сородичей. Птицы станут уделять большее внимание собственным гнёздам, и в течение нескольких дней гнездовая «лихорадка» охватит всё население коммунального гнезда.
Индивидуальные гнёзда, расположенные ближе к центру – самые безопасные в колонии. Они меньше подвергаются нападению хищников, и их стены меньше промокают во время сильных дождей. Но любое гнездо – и с краю, и в центре колонии – нуждается в постоянном уходе. Готовясь к гнездованию, птицы укрепляют стенки гнезда, вплетая в них новые волокна. За время прошлого гнездования часть волокон разорвалась или подгнила, некоторые узлы ослабли. Но птицы-арлекины принадлежат к семейству зонтичных птиц, которое произошло от ткачиков (Ploceidae), и сохранили навыки своих далёких предков эпохи голоцена. Они искусно подтягивают узлы, на которых держится гнездо, и вплетают в него новые волокна взамен истлевших и растрепавшихся. Ремонт и обустройство множества гнёзд сразу способны привести к весьма плачевным последствиям – гнездо может оказаться слишком ослабленным и не сумеет выдержать собственный вес. Колония птиц-арлекинов в течение нескольких последних лет дважды переживала катастрофу – части гнезда обрушивались вниз. Один раз такое происшествие случилось из-за сильного дождя, когда гнездо отяжелело от впитавшейся воды, а во второй раз от основной постройки в колонии оторвалось два крупных куска с боков. Сами птицы не пострадали – это произошло после того, как птенцы покинули гнёзда. Но такие события заставили многие гнездящиеся пары заново строить жилища. Птицы не только ремонтируют гнёзда, но и выбрасывают из них старую подстилку, кишащую паразитами. Насекомые и клещи всё равно останутся в гнезде – они выживут в толще плетёных стенок и вновь набросятся на насиживающих птиц и появившееся потомство. Но пусть уж их будет хоть немного меньше.
Лес даёт своим обитателям всё, что им нужно для жизни – пищу и укрытия. Но, если одни обитатели леса довольствуются укрытиями естественного происхождения, то другие проявляют чудеса строительного искусства, сооружая свои жилища. Птицы-арлекины принадлежат как раз к их числу.
Пальмы – характерные обитатели нарушенных участков леса. Изящные, стройные, выносящие кроны больших листьев на тонком неветвящемся стволе над подрастающими деревьями-конкурентами, они быстро разрастаются там, где густые кроны деревьев не смыкаются друг с другом. Некоторые пальмы раскидывают огромные веерные и перистые листья по берегам рек, где им достаётся больше света. Здесь они могут расти, не опасаясь конкурентов – на песчаных речных берегах мало какие деревья могут нормально развиваться. Проростку пальмы нужно лишь выжить в соседстве с крупными травами и перерасти их.
На краю громадного, диаметром около трёх метров, веерообразного листа высокой пальмы движется маленькая чёрная птица. Время от времени это существо «вспыхивает» красным цветом, когда перепархивает с одной лопасти листа на другую. Это самец птицы-арлекина. Он прилежно трудится – в преддверии сезона гнездования необходимо чинить гнездо, и прочные волокна пальмового листа хорошо подходят для этой цели. Сегмент пальмового листа заканчивается пучком тонких волокон, и его сравнительно несложно расщепить на прочные полосы, которые хорошо подходят для плетения гнезда. Но это легко сделать лишь сильным ветрам и крупным животным. Маленькая птица-арлекин должна очень упорно трудиться, чтобы получить такой строительный материал. Самец птицы-арлекина отрывает полоску волокон с края листа. Он захватывает клювом кончик лопасти пальмового листа и начинает дёргать головой, отрывая от края узкую полоску. Птица упирается в лист ногами и движением головы отрывает от листа несколько сантиметров волокна. Затем следует небольшой прыжок назад, к черешку листа, и птица снова дёргает оторванную полоску, постепенно отделяя её от остальной части. С каждым рывком прочные ткани листа поддаются, и после примерно пятнадцати минут работы птица постепенно отделила от его края длинную полосу очень прочного волокна. Несколько раз самец птицы-арлекина останавливался, чтобы отдохнуть, и торопливо склёвывал нескольких насекомых, найденных здесь же, на листе. Но его труд оказался вознаграждённым: оторванная от листа полоса повисла на черешке на нескольких волокнах. Теперь началась самая трудная часть процесса заготовки строительного материала – птице надо оторвать волокна от листа. Это не сложная задача для крупного животного, но птица-арлекин слишком лёгкая для того, чтобы это сделать. Однако, у неё в запасе есть приёмы, позволяющие оторвать даже такой волокнистый кусок листа. Птица вцепляется клювом в оторванную полосу и, удерживая её, начинает летать из стороны в сторону. Может показаться, что она попалась и не способна освободиться, но на самом деле птица просто не желает отпускать полоску волокон. Когда силы птицы иссякли, она просто повисла на оторванной от листа полоске, и начала раскачиваться, словно обезьяна. Отдохнув, самец птицы-арлекина сделал ещё несколько резких рывков в разные стороны – и волокно оторвалось. Ухватив с таким трудом добытый строительный материал, самец поспешил к гнезду, стараясь держаться поблизости от густых ветвей. Драгоценный груз слишком замедляет его полёт и делает птицу менее маневренной и более уязвимой для летающих хищников африканского дождевого леса.
В огромной колонии птиц-арлекинов селятся мелкие попугаи – неразлучники-крошки. Эти попугаи ведут общественный образ жизни, и в гнезде птиц-арлекинов обычно живут несколько пар таких общительных соседей. Неразлучник-крошка окрашен очень ярко – верхняя часть тела у него зелёная, а живот голубого цвета. На голове у взрослых птиц есть розовая «маска», окаймлённая чёрными перьями. Такая окраска помогает птицам маскироваться среди листвы во время поиска корма. Но в колонии попугаи с такой расцветкой очень хорошо заметны на фоне чёрно-красных птиц-арлекинов. Среди щебета хозяев поселения и их постояльцев голоса неразлучников-крошек различимы очень хорошо – это громкие отрывистые крики.
Гнездо птиц-арлекинов для попугаев – не больше, чем удобное место для выведения потомства, а в остальном они держатся независимо и обособленно от основателей колонии. Ритм жизни этих мелких попугаев не совпадает с ритмом жизни птиц-арлекинов, поэтому, когда хозяева постройки не заняты выкармливанием потомства, попугаи могут насиживать кладку, или же позволяют себе некоторую праздность, когда остальные птицы в колонии ухаживают за выводком. Обычно неразлучники-крошки не обращают внимания на окружающих птиц-арлекинов и их соседей и только во время выращивания потомства способны проявлять агрессию в отношении других видов колонистов, если им покажется, что те готовы причинить вред их птенцам. Но во время строительства собственного гнезда эти попугаи могут заниматься настоящим разбоем, отбирая строительный материал у птиц-арлекинов.
Самец птицы-арлекина тащит в клюве оторванную с большим трудом ленту волокон из пальмового листа. Он старается приблизиться к гнезду как можно более незаметно, поэтому залетает снизу, садится на толстый стебель лианы и некоторое время выжидает удобного момента, чтобы преодолеть самый опасный участок пути – окрестности собственного дома. Если бы он не нёс строительный материал, его бы ничего не остановило, и он направился бы прямо к своему гнезду. Но, пока голоса возле гнезда слишком громкие, ему приходится ждать.
Выбрав удобный момент, самец птицы-арлекина вспорхнул. Но на полпути к гнезду его заметили, и к нему бросились сразу несколько конкурентов из числа сородичей. Ноша мешает самцу маневрировать и замедляет его полёт, поэтому в первые же секунды полоса пальмового листа оказалась вырвана из его клюва одним из сородичей, и всё внимание птиц переключилось на того. В течение минуты строительный материал несколько раз менял хозяина, и один раз его успел схватить даже законный обладатель. Но всё закончилось тем, что к этим птицам присоединился маленький попугай. Неразлучник-крошка летает столь же быстро, как птица-арлекин. Он с хриплым криком разгоняет нескольких птиц-арлекинов, и сам нападает на птицу, несущую строительный материал. Самец птицы-арлекина пытается спасти груз. Он решается на довольно рискованный манёвр – резко взлетает и пролетает над гнездом, привлекая внимание ещё нескольких самцов своего вида. Но неразлучник-крошка не отстаёт от него и возглавляет группу птиц-преследователей. Попугай догоняет удачливого самца, вцепляется в его ношу и резко дёргает за кончик волокна. От неожиданности птица-арлекин выпускает полосу пальмового листа, и попугай улетает, крепко зажав в клюве свою добычу. Птицы-арлекины не преследуют его – они не вмешиваются в дела представителей других видов птиц, даже если это их соседи. Самец птицы-арлекина, ограбленный несколько раз за несколько минут, вынужден снова лететь за строительным материалом. А попугай, заполучив такой хороший материал для гнезда, начинает ремонтировать его. Неразлучники-крошки умеют самостоятельно строить плетёные гнёзда, хотя предпочитают просто перестраивать уже готовые по своим потребностям. Полоса пальмового волокна тут же оказывается вплетённой в стенку гнезда.
В колонии птиц-арлекинов живёт несколько пар неразлучников-крошек. Они хорошо знакомы между собой, но не соперничают, поскольку их гнёзда расположены на некотором расстоянии друг от друга. В колонии птиц-арлекинов всегда есть несколько пустующих гнёзд, хозяева которых погибли или нашли новое гнездо. Обычно попугаи занимают места в центре колонии, где находятся самые старые гнёзда птиц-арлекинов, уже покинутые хозяевами. Новые владельцы обкусывают прелые стебли и укрепляют гнездовую ячейку, вплетая в её стенки прочные стебли и полосы листьев. В отличие от птиц-арлекинов, неразлучники-крошки с лёгкостью раздирают пальмовые листья на полосы и обкусывают их мощным клювом. Поэтому гнезда этих попугаев выгодно отличаются от окружающих гнёзд прочностью.
Одна пара неразлучников-крошек устроила гнездо в середине колонии птиц-арлекинов. Это птицы в самом расцвете сил – они уже несколько сезонов живут вместе и успешно вырастили пять выводков птенцов. Поселившись в колонии, они заняли одно из старых гнёзд и в течение нескольких сезонов совместно обороняли его от птиц-арлекинов, пока эти птицы не прекратили посягательства на их собственность. В гнезде неразлучников-крошек несколько дней назад появились птенцы, и родители постоянно собирают для них корм.
Птенцы неразлучников голые и слепые, и первые дни жизни они полностью зависят от взрослых птиц. Поэтому самка большую часть времени проводит с ними, а на самца легли обязанности по заготовке корма для всей семьи. Вместе с сородичами он летает в окрестностях гнезда, разыскивая плоды, семена и насекомых. Добытая пища размельчается клювом и размягчается в зобу, после чего становится пригодной для выкармливания птенцов. Птицы-арлекины питаются преимущественно насекомыми, поэтому неразлучники-крошки не конкурируют с ними и могут нормально кормиться в одних и тех же местах.
Неразлучники-крошки – не единственные постояльцы большого гнезда. Кроме них в колонии среди красно-чёрного оперения хозяев мелькает чёрно-белое оперение других птиц. Это ещё один постоянный житель поселения – ткачик-вокло. В колонии неизменно обитает приблизительно два десятка взрослых птиц, а также несколько молодых. Эти ткачики проводят много времени на вершине гнезда и в его окрестностях. Они постоянно держатся на виду и реагируют на появление рядом с гнездом различных животных, громко крича.
Окраска ткачика-вокло очень заметная и броская – у птицы чёрное туловище и белые голова, шея и часть спины. Он имеет довольно мощное телосложение, а в клюве этих птиц недалеко от кончика нижней челюсти растут два острых коротких зубчика. Биологический смысл этих особенностей строения становится очевиден, когда рядом с коллективным гнездовьем появляются какие-либо птицы или лазающие животные. Заметив их, ткачики-вокло слетаются к пришельцам и держатся целой стаей между ними и колонией птиц. Если животное проходит мимо, ткачики-вокло возвращаются к привычной жизни. Но, если чужак проявляет интерес к колонии, птицы начинают демонстрировать агрессивное поведение по отношению к нему. Они кричат, раскрывают крылья и топорщат перья на голове, чтобы казаться крупнее. Если противник игнорирует их демонстрацию, ткачики-вокло нападают на него целой стаей, нанося ему удары клювами и «кусая» зубцами, растущими в клюве. Обычно таким способом им удаётся отогнать от гнезда мелких хищников. В пологе леса редко встречаются крупные лазающие животные, которые представляют опасность для птиц-арлекинов и их соседей, и в основном, ткачики-вокло успешно справляются с обязанностью защитников гнездовья.
Птицы-арлекины терпеливо переносят присутствие разнообразных постояльцев в своём гнезде. Некоторые из них не причиняют им вреда, а неудобства, вызываемые другими соседями, окупаются пользой от их присутствия для колонии. Общий ритм, по которому живут птицы-арлекины, диктует поведение членов всего поселения, но, для того, чтобы приступить к новому циклу гнездования, необходимы «заводилы» – особи, которые начинают подавать пример своим поведением. И такие птицы есть в колонии – это несколько самцов, отличающихся хорошими физическими данными, которые занимают самые лучшие гнёзда. У них раньше всех заканчиваются ремонтные и строительные работы в гнезде. В течение нескольких дней перед началом цикла размножения они только подправляли свои жилища и вплетали в их стенки траву и волокна, лишь повинуясь инстинкту подражания соседям. Но постепенно их поведение меняется – необходимость строить и чинить гнездо пропадает, и они начинают зазывать к готовому гнезду самок. У птицы-арлекина брачные демонстрации проходят довольно необычно: повиснув под гнездом вниз головой, самец демонстрирует себя и местоположение своего гнезда. При этом птица висит возле входа в гнездо, издавая призывный крик, похожий на стрекотание кузнечика. Время от времени самец, призывающий самку, раскрывает крылья и встряхивает ими так, что становится заметной красная окраска его боков и изнанки крыльев.
Первые несколько дней перед началом гнездования такое поведение демонстрируют лишь отдельные самцы. Они чувствуют себя немного неуверенно – их соседи всё ещё занимаются починкой гнезда и не всегда присоединяются к брачным демонстрациям. Повисев несколько секунд, самец может скрыться в гнезде лишь затем, чтобы символически поправить несколько травинок в его стенках. Такие самцы находятся словно в растерянности – они колеблются между инстинктом размножения, который требует от них начала исполнения брачного ритуала, и инстинктом подражания, который тормозит их поведение, синхронизируя его с поведением остальных членов колонии. Но постепенно изменения происходят в поведении других птиц. Через несколько дней, достаточно одному самцу начать брачные игры, к нему присоединяются соседи. Некоторые самцы могут даже бросить заготовленный строительный материал ради того, чтобы в течение нескольких минут, повиснув под собственным гнездом, исполнять брачный призыв, трепеща крыльями. Так начинается новый гнездовой цикл, насыщенный заботами о потомстве и брачном партнёре.

День первый.
Гнездовой цикл птицы-арлекина начинается с массовых брачных представлений. Они исполняются с восходом солнца. Пары у этих птиц сохраняются лишь на один сезон размножения, поэтому, когда подросший молодняк покинул гнездо, родители тоже расстались. Бывшие партнёры, если им удалось выжить в окружении многочисленных хищников, имеют возможность встретиться вновь, но вероятность этого весьма невелика – колония птиц-арлекинов очень многочисленна, а их жизнь слишком короткая, чтобы случай мог вновь соединить прежних партнёров.
Брачные альянсы распались, самцы починили гнёзда и теперь готовы принять на своей территории новых самок, которые окажутся достойными разделить с ними домашние хлопоты. Но для того, чтобы произвести впечатление, нужно весьма постараться.
С первыми лучами солнца самцы птиц-арлекинов готовятся к брачному представлению. Одни из них сидят на крыше гнезда, другие на соседних ветвях. Они чистят оперение и потягиваются после ночи. Несколько самцов, словно спеша закончить строительные работы в гнезде, лихорадочно поправляют торчащие возле входа в него травинки или прутики. Пока птицы не готовы начинать представление. Самки птиц-арлекинов ночевали на крыше гнезда и среди эпифитных растений, укоренившихся на соседних ветвях. Они с интересом смотрят на самцов, но, пока не начались их брачные демонстрации, не торопятся приближаться. Самки оценивают не только физическое состояние самца, но и качество гнезда, сплетённого и починенного им. А это можно безошибочно сделать только во время брачных представлений. Пока не рассеялся утренний туман и в воздухе ещё чувствуется ночная прохлада, ни самцы, ни самки не спешат начинать брачный ритуал.
Постепенно солнце поднимается выше над бескрайними дождевыми лесами Экваториальной Африки. Ночные животные прячутся, а дневные приветствуют возвращение солнца. Лес оживает – вместо монотонных трелей лягушек и сверчков начинают мелодично кричать птицы, летучих мышей и ночных бабочек сменяют яркие дневные бабочки и жуки, а бледные ночные цветы теряют свой пряный аромат и вянут, уступая место ярким цветам растений-солнцепоклонников. Постепенно настроение в колонии птиц-арлекинов меняется. Самцы начинают слетаться к своим гнёздам и наводят на них лоск, аккуратно заправляя клювом торчащие травинки: впечатление от гнезда не менее важно, чем впечатление от его хозяина. Находясь среди сородичей, каждый самец стремится показать им собственное превосходство. Он ведёт себя довольно вызывающе, иногда опасно приближаясь к чужому жилищу. Хозяин гнезда должен постоянно отгонять от него нарушителей границ, громко крича и демонстрируя хохолок, сложенный наподобие остроконечного бутона. Но равновесие вскоре устанавливается, и самцы рассаживаются по нижней поверхности гнезда более-менее равномерно. Из-за их чёрной окраски кажется, будто гнездо обуглилось снизу. Время от времени зелёные неразлучники-крошки нарушают стройную картину, вылезая из своих гнёзд и оттесняя от них самцов птиц-арлекинов. Им совершенно безразличны многие события в жизни их многочисленных соседей.
Самцы птиц-арлекинов начинают издавать брачные призывы. Эти птицы не отличаются певческим даром, и их голоса больше похожи на сухое монотонное журчание. Такой звук оказывает сильное воздействие на самцов, готовых к брачному представлению. Хор готов, не хватает только «дирижёра». И он, как ни странно, находится. Какой-то кузнечик застрекотал в стороне от гнезда, и самцы птицы-арлекина с воодушевлением откликнулись на этот звук. Они почти одновременно стали петь, и кузнечик, испуганный таким ответом на свой призыв, сразу же замолк. Но птицы продолжили представление, и им уже не был нужен какой-либо сторонний стимул. В течение нескольких минут самцы почти непрерывно кричат, синхронизируя свои ритмы и приходя в состояние возбуждения. Самки, слыша голоса самцов, приближаются к гнезду и постепенно собираются на его краях. Время от времени одна из птиц оказывается оттеснена на край гнезда нетерпеливыми сородичами и срывается с него. Возмущённо крича, самка, сброшенная вниз, возвращается к соплеменникам и садится среди них, щедро раздавая удары клювом. Время от времени некоторые самки начинают отвечать на призывы самцов, издавая короткие журчащие трели. Они тоже готовы к представлению.
Возбуждение в колонии весьма велико; оно охватывает всех взрослых птиц. Примерно через час после восхода солнца начинается одно из самых диковинных зрелищ в африканском дождевом лесу – брачный ритуал птиц-арлекинов. Один за другим самцы повисают вниз головой под гнездом. Они кричат и трепещут крыльями, а подвижные хохолки в виде короны расправлены и хорошо видны издалека. Когда самец машет крыльями, становятся видимыми яркие красные перья на его боках и нижней части крыла, резко контрастирующие с чёрным оперением. Из-за многочисленных взмахов сотен крыльев кажется, будто нижняя часть гнезда птиц-арлекинов горит.
Самки птиц-арлекинов взлетают и держатся целой стаей под гнездом. Стая самок летает, словно пчелиный рой. Некоторые птицы присаживаются на ветки или лианы, но вскоре снова взлетают, чтобы оказаться в нужный момент рядом с самым лучшим самцом. Если самец демонстрирует свою физическую форму, вися вниз головой под гнездом, то самка отвечает ему, летая под ним, прямо возле его головы. Если она кажется самцу подходящей, он прерывает свою стрекочущую трель и коротким криком приглашает самку следовать за ним в гнездо. Обычно там же происходит спаривание, и пара птиц оказывается сформированной на предстоящий цикл гнездования. Иногда самка может покинуть гнездо или вовсе отказывается следовать за самцом.
Брачный ритуал продолжается в течение примерно часа, после чего возбуждение в колонии постепенно спадает и птицы начинают заниматься обычными ежедневными делами – поиском корма. Волна брачных игр может повториться вечером, и даже уже сформировавшиеся пары птиц могут принимать участие в этом ритуале, демонстрируя остальным членам колонии свою сплочённость и притязания на гнездо.
Брачные игры птиц-арлекинов действуют не только на них самих. Некоторые пернатые соседи столь же ярко реагируют на брачный ритуал основателей колонии, как и они сами. В первую очередь, демонстрации птиц-арлекинов вызывают бурное проявление брачного поведения у самцов ткачика-вокло. Но, в отличие от хозяев поселения, эти чёрно-белые птицы не собираются строить гнёзда – за них это уже сделано. Поэтому вся энергия птиц уходит на зрелищный спектакль, предназначенный для сородичей. Брачные демонстрации ткачика-вокло происходят на противоположной стороне гнезда – сверху. Поэтому птицы-арлекины, занятые собственным брачным ритуалом, зачастую даже не видят своих соседей. Самцы ткачика-вокло собираются небольшими группами на вершине гнезда и совместно исполняют брачный ритуал. Привлекая к себе самок, они вытягивают тело вертикально, распушают оперение, слегка приоткрыв крылья, и мелко трепещут всем телом. Перья, имеющие сильный металлический блеск, сверкают в лучах солнца голубыми искрами. Выпрямленное тело и распушенное оперение зрительно преувеличивают размер самца, что призвано вызвать у самок реакцию подчинения. Представление самцов ткачика-вокло сопровождается громкими монотонными трелями, на которые самки отзываются отрывистыми криками. Самки ткачика-вокло собираются небольшими группами около токующих самцов. Их позы демонстрируют подчинение самцу: перья прижаты к телу, голова слегка опущена и склонена набок, и даже ноги полусогнуты. Самка ткачика-вокло приближается к токующему самцу очень осторожно, короткими прыжками, надолго замирая на месте. Если избранник не прогоняет её, она демонстрирует ему готовность к спариванию: раскрывает и опускает крылья и приподнимает хвост. В этот момент самец ткачика-вокло на несколько секунд прерывает брачное представление. Он вспархивает, садится на спину такой самки, быстро спаривается с ней в течение нескольких секунд и снова продолжает зазывать к себе самок. Часто самка привлекает внимание сразу двух самцов, которые могут почти одновременно попытаться сесть ей на спину. Тогда между самцами вспыхивает ожесточённая схватка, и иногда атакованный конкурентом самец вынужден отбивать его нападение, не прерывая спаривание. Но обычно всё заканчивается довольно быстро – самка спаривается не с одним самцом, а сразу с несколькими. Такое поведение – гарантия того, что она отложит полноценные оплодотворённые яйца.

День четвёртый.
В окрестностях гнезда птиц-арлекинов слышится монотонный голос непарной карликовой кукушки. Самец этого вида, маленькая птица с ярко-голубым оперением, может кричать очень долго – он начинает свои брачные призывы сразу после восхода солнца и почти непрерывно кричит до полудня. Жаркое полуденное солнце вынуждает его прервать брачные демонстрации и искать укрытие в тени. Но, когда день начинает клониться к закату, самец непарной карликовой кукушки снова занимает своё место на ветке и продолжает кричать. Его голос немного похож на голос птицы-звонаря (Procnias alba) из Южной Америки эпохи голоцена – самец издаёт звонкий, но однообразный металлический звук «донг», непрерывно повторяемый на протяжении многих минут подряд. Крики этих птиц – своеобразная «визитная карточка» дождевого леса Экваториальной Африки.
На голос самца кукушки собираются самки. Первое время они ведут себя осторожно в его присутствии, скрываются в листве и не выходят к самцу. Они лишь отвечают ему короткими сериями сходных металлических звуков и оценивают его реакцию на них. Самцы непарной карликовой кукушки заявляют о своих правах на территорию таким же криком, и, если самец не готов к спариванию, самка может сильно пострадать от его нападения. Непарная карликовая кукушка сохраняет верность «традиции» многих представителей отряда Кукушкообразных – она является гнездовым паразитом. Успех в размножении этого вида связан с наличием на территории самца птиц подходящего вида, которые готовятся к гнездованию и могут вырастить птенца из подброшенного им яйца. Непарные карликовые кукушки подбрасывают свои яйца в гнёзда птиц-арлекинов, и готовность к размножению определяется у них началом гнездового цикла хозяев колонии. Самец этой кукушки регулярно появляется в окрестностях гнезда основателей поселения и наблюдает за ними, стараясь не выдавать своего присутствия.
Поскольку гнездование птиц-арлекинов только начинается, у непарных карликовых кукушек есть возможность успешно подложить яйца к ним в гнёзда. Поэтому голоса самок, раздающиеся из листвы, вызывают у самца сугубо положительную реакцию. Самец пытается показать им себя во всём великолепии, для чего садится на ветку, хорошо освещённую солнцем, при этом рискуя стать жертвой пернатого хищника. Он активно демонстрирует самкам, скрывающимся среди растений, свою яркую окраску: встряхивается, раскрывает крылья и распускает веером длинный хвост. Голубое оперение самца кукушки блестит на солнце, и с ним контрастируют жёлтые «очки» голой кожи вокруг глаз, которые становятся особенно хорошо видными, когда самец распушает оперение на голове.
Некоторое время самец мог лишь слышать голоса самок, но они скрывались от него, опасаясь агрессии с его стороны. Но демонстрации самца убедили их в готовности самца к спариванию, и самки одна за другой начали покидать свои укрытия. Одна из самок выпорхнула из зарослей эпифитов и села на ветке рядом с самцом. При иных обстоятельствах их можно было бы признать принадлежащими к разным видам – настолько разительно самка отличается от самца этого же вида. Она имеет чёрную окраску с красновато-рыжими пятнами под крыльями, а на голове самки этой кукушки есть небольшая рыжеватая «шапочка». Хвост самки кукушки довольно короткий – вообще, своим обликом она являет довольно грубое подражание птице-арлекину. Это совершенно необходимое условие для продолжения рода – такая самка легко может проникнуть в колонию птиц-арлекинов, не вызывая подозрений у птиц, охраняющих колонию от чужаков.
Среди самок, собравшихся на голос самца, установилась своеобразная иерархия – они приближаются к нему в определённом порядке. В каждый момент времени возле самца остаётся лишь одна самка, а прочие ожидают своей очереди неподалёку. Брачный ритуал у этих кукушек очень прост: самец забирается на спину самке и в момент спаривания поворачивает к ней открытый клюв, имитируя отрыгивание пищи. Это рудимент родительского поведения, превратившийся в ритуал. Самка отвечает ему, раскрыв рот и имитируя выпрашивание пищи, словно птенец. При этом она приседает и слегка трепещет крыльями. Таким способом самец и самка демонстрируют друг другу роли в кратковременных семейных отношениях – доминирование самца и подчинение самки.
Около одного самца почти всегда собирается несколько самок. Соотношение полов у этого вида не в пользу самцов: довольно много самцов непарной карликовой кукушки гибнет от хищников из-за своего яркого оперения. Пока внимание самца не обращено на самок, они начинают соперничать между собой – самки кричат и отгоняют друг друга от самца. Самец не вмешивается в их конфликт – в результате этого соперничества около него останутся только лучшие самки. Ему не нужны неудачницы – семейные обязанности самца не заканчиваются после спаривания, и он позаботится о каждом яйце, которое готовы отложить самки, с которыми он спарился. После спаривания самки непарной карликовой кукушки некоторое время остаются на территории самца – для того, чтобы отложить яйца, им нужна помощь самца. Самец также прекращает свои брачные призывы и прячется среди листвы – теперь он должен быть гораздо осторожнее, и от его жизни зависит судьба его потомства.
В окрестностях гнезда птиц-арлекинов у самца непарной карликовой кукушки не должно быть соперников. Поэтому самец ревностно охраняет окрестности гнезда от конкурентов. В его поведении существует очень простая программа, позволяющая осуществлять это: он проявляет агрессию ко всему, что покажется ему отдалённо похожим на соперника. Самый главный признак, по которому определяется сходство объекта с конкурентом – характерная окраска. Все живые существа, имеющие голубую окраску различных оттенков, независимо от степени сходства с самцом кукушки в прочих чертах, подвергаются нападению со стороны самца, охраняющего территорию.
Над зарослями эпифитов летит крупная голубая бабочка. Её крылья ярко сверкают металлическим блеском в свете солнца, пробивающемся сквозь полог леса. Этот блеск не остался незамеченным – он привлёк внимание самца непарной карликовой кукушки. Врождённая программа поведения сделала сбой – цвет бабочки вызвал у птицы агрессивное поведение. Самец оставил самок и кинулся на своего «соперника». Он неправильно оценил расстояние – бабочка показалась ему похожей на самца, летящего вдали, и самец кукушки явно не ожидал, что он достигнет мнимого противника столь быстро. Кроме того, бабочка оказалась значительно меньше его самого – это явно не соответствует его представлению о сородичах. Единственное, что заставляет самца кукушки уделять внимание бабочке – её цвет. Саму бабочку сильно испугало приближение птицы, и она бросилась прочь от самца кукушки. Но он быстро догнал насекомое, облетел вокруг бабочки, и при этом случайно ударил её концом крыла. Оглушённая бабочка свалилась в заросли эпифитов и тут же перестала интересовать самца кукушки – нижняя сторона её крыльев имеет тёмно-коричневый цвет и имитирует подгнивший лист дерева. Во всяком случае, в таком состоянии она не вызывает агрессии у птицы.
Самец непарной карликовой кукушки сел на ветку и огляделся. Странный соперник исчез, стоило слегка стукнуть его крылом. Птица почувствовала себя победителем и постепенно успокоилась. Откуда-то со стороны послышался голос самки, и самец ответил на него, издав серию из нескольких криков. Он по-прежнему хозяин территории, и только что лишний раз подтвердил своё положение. Но голос сородича послышался также с другой стороны, причём это был голос другого самца. Здесь уже не могло быть нелепой ошибки – вдалеке среди листвы мелькнуло голубое оперение птицы, а затем послышался характерный крик самца этой кукушки. Это явный вызов, и соперник всерьёз поставил под сомнение права самца непарной карликовой кукушки на территорию и самок.
Одинокий самец кукушки разыскивает территорию, на которой можно обосноваться. Он некоторое время держался скрытно, изучая территорию и оценивая её пригодность для жизни. Колония птиц-арлекинов показалась ему достаточно подходящей для кладки яиц самками, которых он смог бы привлечь, владея такой территорией. Но этим планам не суждено было сбыться – законный хозяин территории выследил его, и готов обрушить на чужака всю свирепость, которая есть в его крошечном теле. Он стремительно нагнал чужака, закричал неприятным визгливым голосом, и попытался прогнать его. Соперник не сразу бросился прочь с чужой территории – он сел на ветку, распушил перья и широко раскрыл клюв, демонстрируя самцу-хозяину территории свою силу и решительность. Но его угрозы остались без внимания – другой самец чувствует себя хозяином на своей территории и не собирается уступать. Он просто подлетел снизу, вцепился клювом в хвост наглого пришельца и вырвал из него длинное перо. Этого оказалось достаточно, чтобы чужак спешно ретировался с его территории, спасая остатки собственного достоинства. А самец-победитель вернулся к ожидавшим его самкам. После двух побед подряд его значимость в глазах самок возросла. У него будет ещё одна возможность проявить свои лучшие качества, когда в организмах самок сформируются яйца, несущие, в том числе, и его гены.

День пятый.
В гнёздах птиц-арлекинов уже лежат первые яйца. Кладка этого вида состоит, в среднем, из полудюжины яиц. Пока кладка не сформирована полностью, птицы-арлекины не приступают к насиживанию. Это гарантирует, что птенцы выведутся одновременно и в любой период времени будут находиться на одной стадии развития, не объедая и не затаптывая младших, менее развитых сородичей.
В течение нескольких дней подряд у ткачиков-вокло протекают бурные брачные демонстрации. Фактически, они продолжаются всё время, пока птицы-арлекины откладывают яйца. Ткачики-вокло защищают колонию птиц-арлекинов, но берут за это вполне определённую плату. Они перестали строить гнёзда, и полностью зависят от птиц-арлекинов в плане размножения. Ткачики-вокло подкладывают им свои яйца – они вытаскивают по одному яйцу примерно из каждого третьего гнезда, заменяя его своим. Благодаря более крепкому сложению самкам ткачика-вокло удаётся легко проникнуть в любое понравившееся гнездо птиц-арлекинов. Самки ткачика-вокло, готовые отложить яйцо, подолгу сидят на ветвях и стволе дерева, наблюдая за гнёздами птиц-арлекинов. У этих гнездовых паразитов прекрасная память, и они с лёгкостью замечают, в каких гнёздах птиц-арлекинов ещё не началось насиживание. Благодаря своей наблюдательности самки ткачиков-вокло никогда не ошибаются, и не пытаются забираться в гнёзда, занятые неразлучниками-крошками. Несмотря на маленький размер, эти попугаи в состоянии обратить в бегство самку ткачика-вокло – защищая гнездо, они больно кусаются, и на крики потревоженных птиц обязательно слетаются сородичи, которые также набрасываются на чужака. Кроме того, гнездование неразлучников-крошек редко совпадает по времени с гнездованием птиц-арлекинов и брачным периодом у ткачиков-вокло. Поэтому обычно ткачики-вокло не конфликтуют с попугаями.
Выбрав подходящее гнездо, самка ткачика-вокло действует грубой силой. Иногда птицы этого вида даже не дожидаются, пока самка птицы-арлекина покинет гнездо. В этом случае самка гнездового паразита может бесцеремонно вытащить из гнезда законную хозяйку, не обращая внимания на её крики. Но, похоже, в этом случае такого конфликта не будет. Самка ткачика-вокло повисает недалеко от входа в гнездо птиц-арлекинов. Она осторожно приближается к входу в гнездо, прислушивается, а затем пробует залезть внутрь. В ответ на свои действия самка ткачика-вокло услышала резкий протестующий крик – самка птицы-арлекина проявляет агрессию и пробует отогнать её. Но эти угрозы сугубо иллюзорны – птица-арлекин ничего не сможет сделать ткачику-вокло. Впрочем, самка ткачика-вокло отступает – она с трудом выбирается из гнезда, взъерошив перья. Причина агрессии птицы-арлекина объясняется очень просто: в этот момент она откладывала очередное, четвёртое яйцо. Через два дня, отложив последнее яйцо, она сядет насиживать кладку. Поэтому самка ткачика-вокло должна спешить, если хочет оставить потомство. Она уже оставила два яйца в гнёздах птиц-арлекинов, и, если будет возможность, отложит ещё два. Она умеет быть и терпеливой, и настойчивой. Самка ткачика-вокло покидает гнездо, но не улетает, а сидит недалеко от входа. Она чистит оперение и чешет голову об стебель, торчащий из гнезда птиц-арлекинов. Может показаться, что самка ткачика-вокло утратила интерес к гнезду. Но на самом деле она постоянно наблюдает за входом.
Наконец, самка птицы-арлекина покидает гнездо, и самка ткачика-вокло тут же забирается на её место, попутно оттеснив от входа одну из своих сородичей, которая попыталась воспользоваться моментом и подложить в гнездо собственное яйцо. Пока самки ткачика-вокло выясняли отношения возле входа в чужое гнездо, птицы-арлекины, хозяева гнезда, повисли вниз головой рядом с ними, и начали демонстрировать чужакам изнанку крыльев и красные хохолки, раскрывая клювы и громко крича. Птицы-арлекины лишь формально противостоят вторжению самки ткачика-вокло – миллионы лет совместной эволюции этих видов сделали их взаимозависимыми, и агрессия птиц-арлекинов по отношению именно к ткачику-вокло превратилась в ритуал.
Пока птицы-арлекины кричали у входа в гнездо, самка ткачика-вокло пролезла в гнездовую камеру. В темноте она нащупала животом четыре яйца птиц-арлекинов, и начала действовать. Она сразу же вытащила из кладки одно яйцо птицы-арлекина, и, удерживая его в клюве, отложила в гнездо собственное яйцо. Это заняло всего лишь около двадцати секунд. Когда яйцо было отложено, самка ткачика-вокло вылезла наружу, держа яйцо птицы-арлекина в клюве. По иронии судьбы, это было яйцо, отложенное самкой птицы-арлекина за несколько минут до неё. Вытащив яйцо птицы-арлекина из гнезда, самка ткачика-вокло полетела на ближайшую ветку дерева. Здесь она положила яйцо в трещину коры, а затем, удерживая его лапкой, расклевала его скорлупу и выпила содержимое.
Как только самка ткачика-вокло покинула гнездо птиц-арлекинов, самка птицы-арлекина вновь залетела в гнездо. В темноте она не могла понять, какое из яиц отложено чужаком. Но это и не было нужно – лояльное отношение к гнездовому паразиту приносит птицам-арлекинам большую пользу – ткачики-вокло помогают защищать колонию от хищников, и выживаемость потомства возрастает.
Иногда может показаться, что эволюция пошла вспять, и ткачики-вокло вернулись к строительству собственных гнёзд: на краю колонии птиц-арлекинов снуют несколько пар чёрно-белых птиц, явно занятых домашними заботами. Они строили гнёзда наряду с птицами-арлекинами, и после начала гнездового цикла у хозяев колонии также занялись кладкой яиц. Однако, это не ткачики-вокло, а их ловкие имитаторы, ткачики-трикстеры. Их гнездо – также похожая на трубу конструкция, сплетённая из растительных волокон, похожая на гнездо птицы-арлекина. Сами ткачики-трикстеры внешне отличаются от своих воинственных соседей более тонким клювом, фиолетовым блеском на оперении и более широкой белой областью на спине. А голоса этих видов птиц настолько различны, что спутать поющих птиц просто невозможно. Птицы этого вида гнездятся на некотором расстоянии друг от друга, но поддерживают контакт с сородичами, обмениваясь чириканьем. Гнёзда ткачиков-трикстеров находятся на разных стадиях обустройства – одна из пар уже насиживает кладку, а другая лишь завершила ремонт гнезда и отложит первое яйцо только через несколько дней. Но одна из пар уже почти готова высиживать яйца – в их гнезде лежит три яйца. Птицы сформировали устойчивую пару около года назад, и с тех пор несколько раз успешно выкармливали выводок. Самец свил большую часть гнезда, и предоставил самке возможность доделать его по своему усмотрению. В течение нескольких дней самка достроила гнездо до конца, одновременно устраняя мелкие недостатки в конструкции. Самец ткачика-трикстера в течение этих дней пел брачную песню, прицепившись к краю входа в гнездо.
Насиживание у этой пары ткачиков-трикстеров пока не началось – до полной кладки не хватает ещё двух яиц. И среди их соседей нашлось бы немало желающих исправить это досадное положение своими силами. Одна самка ткачика-вокло не успела вовремя подложить яйцо в выбранное гнездо птиц-арлекинов – её оттеснила более сильная самка, которая наблюдала за тем же самым гнездом. И теперь у неё есть два выхода – либо отложить и сразу же расклевать собственное яйцо, чтобы не растрачивать ресурсы, затраченные на его формирование, либо найти новых приёмных родителей. Ткачики-вокло чувствуют себя хозяевами в колонии – они ведут себя очень независимо и смело, и птицы-арлекины не оказывают им сопротивление, даже когда самки ткачика-вокло проникают в их гнездо. Но не всякая птица будет терпимой к присутствию ткачиков-вокло рядом с её гнездом. Ткачик-трикстер похож на своего агрессивного соседа, и это сходство приносит ему немалую пользу – не все мелкие хищники рискуют нападать на хорошо заметных ткачиков-вокло, и это обстоятельство обеспечивает безопасность ткачикам-трикстерам. Но сами птицы замечают множество отличий там, где стороннему глазу трудно отличить агрессивный вид птиц от его имитатора. По различиям в брачной песне и отличиям в окраске самка ткачика-вокло однозначно идентифицирует ткачика-трикстера как другой вид. Это обстоятельство, подкрепляемое поведением самих ткачиков-трикстеров, запускает в поведении самки ткачика-вокло программу родительского поведения – она пытается подложить яйцо в гнездо ткачика-трикстера. Это сложно сделать: для того, чтобы подбросить яйцо, она должна проникнуть в трубчатое гнездо этой пары птиц. Но, если птицы-арлекины сопротивляются вторжению гнездового паразита лишь формально, пара ткачиков-трикстеров оказывает самке ткачика-вокло ожесточённый отпор. Дружная пара этих птиц сама нападает на самку ткачика-вокло – ткачики-трикстеры хватают противницу за перья и громко чирикают, быстро «кивая» головами – это характерный жест угрозы у данного вида. Но ткачики-трикстеры проигрывают ткачику-вокло по численности, и не умеют оказывать коллективный отпор противнику. Зато ткачики-вокло преуспели в этом; чаще всего такое поведение обеспечивает безопасность колонии, но иногда птицы используют коллективное поведение в весьма неблаговидных целях. Атакованная самка ткачика-вокло издала короткий сигнал тревоги, и в течение нескольких секунд к ней на помощь бросилось сразу несколько ткачиков-вокло, включая самцов. Они также легко распознали имитаторов и вместе набросились на них. Соотношение сил резко изменилось, и теперь ткачики-трикстеры вынуждены обороняться. Они опасаются клювов ткачиков-вокло, снабжённых двумя острыми роговыми зубцами, и страх заставляет их отступить даже от собственного гнезда. Несколько самцов ткачика-вокло окружили пару ткачиков-трикстеров. Они начали задирать ткачиков-трикстеров, щипая их за хвосты и крылья. Они не нападают по-настоящему – ткачики-трикстеры не враги, и этого не требуется. Атаки ткачиков-вокло носят скорее демонстративный характер: птицы совершают ложные выпады, громко кричат и лишь изредка по-настоящему щиплют своих соседей. Ткачики-трикстеры, однако, не подозревают, что большая часть нападения – лишь иллюзия, и обороняются по-настоящему. Цель этого кратковременного выяснения отношений достигнута: на некоторое время ткачики-трикстеры теряют из виду вход в своё гнездо, и самка ткачика-вокло сразу пользуется подходящим моментом. Она вышла из драки почти сразу, когда на ткачиков-трикстеров набросились её сородичи. Пользуясь суматохой, она нырнула в гнездо ткачиков-трикстеров, и менее чем за полминуты подменила одно яйцо собственным. Вскоре она вылетела из гнезда, держа в клюве похищенное яйцо ткачика-трикстера, и направилась к зарослям эпифитных папоротников, раскинувших ажурную зелень ветвях соседнего дерева. Как только самка покинула гнездо, самцы ткачика-вокло один за другим прекратили атаку, и ткачики-трикстеры вернулись к своему гнезду. Они не заметили подмены, и у подкидыша есть все шансы нормально вырасти. Родительский инстинкт приёмных родителей не позволит им избавиться от чужого птенца, даже если он будет заметно отличаться от собственных птенцов ткачика-трикстера.
Самка ткачика-вокло удобно устроилась в зарослях папоротника на соседнем дереве. Она спряталась подальше от глаз сородичей, и никто не сможет помешать ей насладиться вкусом чужого яйца. Но некоторым обитателям африканского леса не нужно яйцо, похищенное этой птицей – они рассчитывают на большее.
За самкой, беспечно расклёвывающей чужое яйцо, наблюдает хищник. Окраска кожи маскирует его на фоне пятен света и тени, скользящих по листве, а его способность сохранять неподвижность и медленно подкрадываться к добыче позволяет ему охотиться даже на очень осторожных птиц. Глаза хищника неотрывно следят за птицей, а гибкое тело постепенно занимает положение, позволяющее сделать удачный бросок. Мускулы напряжены, и тело готово к нападению – нужно лишь выбрать время.
Проходит несколько томительных секунд ожидания. Самка ткачика-вокло, похоже, не замечает опасности: она продолжает расклёвывать яйцо. Птица отрывает небольшой кусок скорлупы и начинает пить яичный белок, по-куриному поднимая голову вверх.
Нападение заняло менее одной секунды. Длинное гибкое тело рванулось к птице через листву, и в следующее мгновение самка ткачика-вокло, роняя перья, уже билась в челюстях змеи, извивающейся в воздухе. Хвост змеи обвивается вокруг ветки дерева, легко удерживая на весу большую часть тела. Удача была на стороне цепкохвостой древесной гадюки – одного из видов змей, обитающих в пологе африканского дождевого леса. Обвив добычу кольцами своего тела, змея нанесла укус. Яд через длинные зубы проник в тело пойманной птицы и она сразу же погибла. Гадюка легко заглотнула пойманную птицу, грациозно изогнулась и скрылась среди листвы. Лишь несколько пушинок, кружащихся в воздухе, напоминали о маленькой трагедии, разыгравшейся недалеко от гнезда птиц-арлекинов.
Цепкохвостая древесная гадюка – один из многих видов лазающих змей, живущих в пологе леса. Эта рептилия прекрасно приспособлена к обитанию в столь специфической среде обитания. У неё длинное мускулистое туловище, и змея может повисать в воздухе, держась за ветви только кончиком хвоста. Строение хвоста рептилии особенно примечательно – его задняя часть снабжена по краям увеличенными остроконечными чешуями, а щитки на нижней части могут приподниматься с помощью сокращения специальных мускулов. Это позволяет змее надёжно фиксироваться на ветке, ожидая приближения добычи. А зелёная окраска с «мраморным» узором маскирует рептилию на фоне зелени.

День шестой.
Возле колонии птиц-арлекинов появляются непарные карликовые кукушки. Эти птицы откладывают яйца в гнёзда мелких птиц, и колония птиц-арлекинов отлично подходит для выращивания потомства. В яйцеводах самок сформировались яйца, и теперь птицы ищут гнездо, в которое можно отложить их. В этот момент становится ясным предназначение различной окраски самцов и самок этого вида. Первым к гнезду птиц-арлекинов приближается самец. Он заметен издалека благодаря своей яркой окраске, и привлекает к себе внимание всех потенциальных защитников гнезда. Когда самец непарной карликовой кукушки садится на ветку недалеко от гнезда, рядом с ним тут же оказываются несколько ткачиков-вокло, и даже пара птиц-арлекинов. Самец кукушки перепархивает на соседнюю ветку, и его «эскорт» следует за ним. С каждым перелётом самец кукушки оказывается немного ближе к гнезду, и в ответ на его действия к защитникам присоединяется ещё несколько птиц, преимущественно ткачиков-вокло. Самец кукушки сильно рискует, но это часть обычного поведения самцов этого вида: он старается выдерживать дистанцию и не вызывать агрессии ткачиков-вокло своим поведением. Пока самец кукушки не предпринимает никаких действий, защитники гнезда не нападают на него. Они лишь держатся рядом с кукушкой. Самец кукушки может довольно долго вести такую игру, чувствуя настроение защитников гнезда – если напряжение в рядах защитников колонии становится слишком велико, он немного удаляется от гнезда. Самцу не нужна драка – он не выстоит в одиночку против целой стаи ткачиков-вокло. Эти птицы при необходимости могут обращать в бегство даже более крупных врагов, и в случае нападения могут заклевать самца кукушки до смерти. Самец кукушки словно выжидает определённый момент. Заметив в листве одного из соседних деревьев движение маленькой птицы, самец кукушки неожиданно меняет тактику. Он вспархивает с ветки, сопровождаемый стаей ткачиков-вокло, и садится на крышу гнезда. Прежде, чем рядом с ним опустились ткачики, самец кукушки сумел даже один раз крикнуть своё «донг!». Он словно управляет возбуждением, охватывающим всех птиц колонии. В полёте и на ветках он начинает вести себя очень шумно и даже вызывающе. Когда он оказался на крыше гнезда, несколько самок птиц-арлекинов, охваченных общим волнением, покинули свои гнёзда и присоединились к числу защитников. Наконец, самец кукушки своим поведением добился того, что крыше коллективного гнезда собрались почти все птицы, живущие в колонии – ткачики-вокло и птицы-арлекины, и даже одна пара ткачиков-трикстеров.
Поведение самца непарной карликовой кукушки не случайно. Он знает то, на что не обращают внимания другие птицы, отвлечённые его персоной. Пока большинство птиц, обитающих в колонии, было отвлечено им и собралось на крыше гнезда, на нижней стороне гнезда уселась другая птица – самка непарной карликовой кукушки. Когда тревога, инициированная самцом, достигла апогея, она подобралась к гнезду снизу и повисла на его нижней стороне спиной вниз. Самка, в отличие от самца, ведёт себя очень тихо и незаметно. Благодаря некоторому сходству с птицей-арлекином появление около гнезда самки непарной карликовой кукушки не вызывает беспокойства у защитников гнезда. Некоторое время она наблюдает за обитателями гнезда, выбирая место, куда можно отложить яйцо.
Голоса защитников гнезда встревожили одну самку птицы-арлекина, которая лишь за день до этих событий начала насиживать кладку. Поскольку эти птицы добились успеха в борьбе за существование благодаря слаженной коллективной защите, инстинкт требует от неё присоединиться к защитникам гнезда. Выбравшись из своего гнезда и взлетая наверх, она не обратила внимания на птицу, сидящую на нижней стороне гнезда, которая показалась ей лишь одним из сородичей. Но эта ошибка очень дорого обойдётся именно этой самке птицы-арлекина. Непарная карликовая кукушка заметила, откуда вылетела самка птицы-арлекина, и начала действовать. Она осторожно заглянула в гнездо, чтобы убедиться, что внутри нет других птиц. Не обнаружив в гнезде взрослых птиц, самка кукушки быстро пролезла внутрь, схватила одно из яиц птицы-арлекина и взамен его тут же отложила собственное яйцо. Держа в клюве похищенное яйцо, она выбралась из гнезда, огляделась и быстро улетела незамеченной. Впрочем, одна из птиц, находившихся в окрестностях гнезда, всё же увидела, как самка кукушки улетела – это был самец того же вида, отвлекавший обитателей гнезда своим поведением. Он получил сигнал, что часть его отцовских обязанностей выполнена, и теперь может покинуть гнездо. Когда самец кукушки улетает, колония птиц-арлекинов постепенно успокаивается. Ткачики-вокло тоже начинают заниматься поиском корма, а самки птиц-арлекинов разлетаются по гнёздам, чтобы продолжать насиживание. Но спокойствие в колонии продлится недолго: самца кукушки ждёт другая самка, одна из тех, с которыми он спарился ранее. Так же, выставляя себя напоказ, он проводит эту самку к гнезду птиц-арлекинов, чтобы она смогла отложить яйцо. В течение двух следующих дней в начале гнездового цикла птиц-арлекинов самец непарной карликовой кукушки несколько раз в день появится около гнезда птиц-арлекинов. В общей сложности в колонии вырастает около десяти птенцов этой кукушки. Позже, когда зародыши в яйцах птиц-арлекинов достаточно хорошо разовьются, непарные карликовые кукушки прекратят тревожить колонию – они дождутся начала следующего гнездового цикла. Впрочем, самец этой птицы знает много гнёзд подходящих видов птиц на своей территории, и ему не составит труда обеспечить приёмными родителями ещё одного своего потомка.
Самка птицы-арлекина возвращается в гнездо, где её уже ожидает подкидыш. Она не заметила подмены и стала насиживать яйца, как обычно, не различая свои и чужие. Кукушонок начинает развиваться при бережной заботе самки птицы-арлекина и под охраной ткачиков-вокло.

День пятнадцатый.
Утром в окрестностях гнезда появилось несколько молодых птиц-арлекинов. Они пока мало похожи на взрослых: эти птицы имеют тускло-серое ювенильное оперение без красных отметин. Их хохолки едва развиты, а белые кольца голой кожи вокруг глаз, характерные для взрослых птиц этого вида, пока не появились. После того, как молодые птицы перестали нуждаться в родительской заботе, они собрались в стаю и в течение нескольких месяцев кочевали по лесу. К стае присоединялись выводки молодых птиц из других колоний, и её численность была в некоторые недели сравнима с численностью полноценной колонии, существующей много лет подряд. Но молодые птицы постоянно становились жертвами различных хищников: совы, змеи, мелкие хищные млекопитающие, и даже грызуны и обезьяны постоянно нападали на неопытных птиц. Но молодые птицы-арлекины чувствовали себя хорошо защищёнными от опасности благодаря высокой численности стаи. Кроме того, большое количество сородичей, находящихся рядом, гарантировало, что враг будет замечен вовремя.
Затем произошло событие, которое коренным образом повлияло на жизнь стаи молодых птиц-арлекинов. Стая обнаружила небольшую колонию, основанную, может быть, около двух лет назад. Значительная часть молодых птиц присоединилась к ней, и, при поддержке взрослых птиц, отогнала бывших соседей. Остатки стаи молодых птиц кочевали по лесу, но их жизнь стала менее комфортной, чем прежде: численность стаи сильно уменьшилась из-за хищников, и состояние её оставшихся членов вскоре стало близко к стрессовому. Поэтому, когда молодые птицы обнаружили полноценную колонию взрослых сородичей, они вряд ли решились бы удалиться от неё. Но колония не торопится принимать новых поселенцев. Большинство взрослых птиц занято насиживанием, и свободные от этой обязанности птицы воспринимают появление пришельцев очень настороженно. Когда молодые птицы-арлекины уселись на ветках недалеко от колонии, несколько взрослых самцов птиц-арлекинов заняло позиции на крыше гнезда, готовые атаковать чужаков. Ткачикам-вокло передалась тревога хозяев колонии. Они не признают в молодых птицах-арлекинах «своих», и ведут себя по отношению к ним так же, как поступили бы с чужаками. Равновесие между пришельцами и старожилами колонии очень хрупкое, и его может нарушить любое неосторожное действие. Одна из молодых птиц-арлекинов вспорхнула и полетела к гнезду. Почти одновременно с ней с крыши гнезда взлетел ткачик-вокло. Он преградил ей путь в гнездо, и молодая птица была вынуждена сесть на стебель лианы, тянущийся недалеко от гнезда. Ткачик-вокло сел рядом с ней, и начал постепенно отгонять эту птицу от гнезда. Он держится между молодой птицей-арлекином и колонией и постепенно оттесняет её дальше в сторону. Эта птица вынуждена присоединиться к сородичам, которые держатся стаей в окрестностях коллективного гнезда.
Не все молодые птицы-арлекины готовы ждать неопределённо долгое время, пока старожилы колонии согласятся принять их в своё общество. Другая птица взлетает и решительно направляется к колонии. Но в ответ в воздух поднимается другой ткачик-вокло. Он ведёт себя столь же агрессивно и бесцеремонно. Он бросается к ней и наносит удар в воздухе – вцепляется клювом в оперение птицы-арлекина и сильно дёргает его. В воздухе кружится несколько пушинок, молодая птица-арлекин возвращается к сородичам, а ткачик-вокло вновь садится на крышу гнезда. Противостояние не может продолжаться бесконечно. Молодые птицы, чувствуя голод, прекращают попытки влиться в колонию и отправляются искать пищу. Ткачики-вокло также успокаиваются. Но молодые птицы уже не продолжают свои странствия по лесу: они нашли подходящее место для жизни, и, хотя в первый раз им был оказан весьма холодный приём, общество взрослых сородичей и перспектива поселиться в колонии привлекают их достаточно сильно. В течение следующих нескольких дней молодые птицы-арлекины держатся вблизи гнезда, но ткачики-вокло и взрослые птицы-арлекины всё так же решительно преграждают им дорогу к гнезду. Однако, такое поведение по отношению к молодым птицам-арлекинам проявляется только вблизи гнезда. Во время кормления в лесу взрослые птицы-арлекины относятся к молодым достаточно лояльно, и даже ткачики-вокло не нападают на них. Но возле гнезда отношение пока меняется на прямо противоположное.
В жизни других обитателей колонии происходят важные перемены. Пока птенцы птиц-арлекинов и их гнездовых паразитов ещё не появились на свет, птенцы неразлучника-крошки уже полностью оперились и готовы покинуть гнездо. Они уже размером почти со взрослых птиц, но заметно отличаются от них внешне. Их перья слегка недоразвитые: опахала перьев не развернулись в нижней части, поэтому птенцы выглядят немного потрёпанными. Окраска молодых попугаев более тусклая, чем у их родителей: пока у них нет яркой розовой «маски» на голове, а цвет нижней части тела имеет заметный зелёный оттенок.
Покидая гнездо, молодые попугаи ведут себя очень осторожно. Первые попытки выйти наружу очень робкие – молодая птица осторожно спускается к краю гнезда и только выглядывает из него, крепко держась лапами за плетёные стенки вблизи входа. В это время пара родителей очень беспокоится за своё потомство и подбадривает молодых попугаев своими криками, сидя у входа в гнездо. Птенцов явно пугает огромная высота, на которой висит гнездо – до этого момента их мир был ограничен тесной гнездовой камерой. Но близость родителей и их голоса, знакомые с самого раннего возраста, делают своё дело. Птенцы постепенно преодолевают свой страх перед высотой – ведь однажды им придётся летать. Один за другим они вылезают из гнезда и осторожно ползут по его нижней стороне, цепляясь лапами и клювом. Вполне естественно, что они ещё не пробовали летать в тесноте гнезда, но они инстинктивно взмахивают крыльями для поддержания равновесия. Путь к краю гнезда долог и полон разнообразных препятствий. Пока молодые попугаи движутся по поверхности гнезда мимо входов в гнёзда птиц-арлекинов, хозяева гнёзд пытаются охранять их от этих неуклюжих и пугливых существ. Насиживающие самки птиц-арлекинов кричат из гнёзд, а несколько самцов охраняют от молодых попугаев входы в свои гнёзда. Они висят около входов вниз головой, раскрывая крылья и демонстрируя красные пятна под крыльями. Агрессивность взрослых птиц-арлекинов вполне объяснима: скоро должны появиться их собственные птенцы. Но все их демонстрации быстро прекращаются, когда к ним приближаются взрослые попугаи. Несмотря на маленький размер, взрослые неразлучники-крошки отличаются воинственным поведением. Шипя и разевая клювы, они заставляют птиц-арлекинов отступить от молодых попугаев.
Наконец, молодые попугаи вылезают на крышу коллективного гнезда. Они слишком неопытны и пугливы, поэтому держатся вместе, прижимаясь друг к другу. Родители продолжают заботиться о них в течение долгого времени, и выживаемость молодых птиц достаточно велика, хотя неразлучники-крошки гнездятся реже, чем птицы-арлекины. Взрослые попугаи кормят слётков кашицей из полупереваренных семян с добавлением насекомых, и на таком корме молодые попугаи быстро развиваются.
Пока молодые попугаи провели вне родного гнезда лишь несколько часов, окружающие их соседи по гнездовью кажутся им опасными. И сами попугаи привлекают внимание птиц, которые пока не видели их. Птицы-арлекины не обращают внимания на потомство неразлучников-крошек, но ткачикам-вокло, как стражам гнезда, «полагается» быть бдительными и недоверчивыми. Один из ткачиков-вокло, молодой самец, недавно переселившийся из колонии, где не жили попугаи такого вида, приближается к молодым попугаям и начинает разглядывать их. Испуганные приближением чёрно-белой птицы, совершенно не похожей на родителей, молодые попугаи отступают от ткачика-вокло. Ободрённый успехом, ткачик-вокло продолжил нападение. Он начал постепенно теснить молодых попугаев к краю крыши гнезда. К нему присоединилось ещё две птицы, также из числа молодых, тогда как взрослые ткачики-вокло совершенно не интересуются молодыми попугаями, поскольку уже несколько раз видели потомство неразлучника-крошки, а некоторым приходилось сводить малоприятное знакомство с их родителями. Родители не оставят своих птенцов, и самка, вернувшаяся с кормом для птенцов, успела как раз вовремя. Если бы она опоздала на пять минут, молодые попугаи сорвались бы вниз и разбились насмерть или были бы съедены обитателями подлеска. Самка неразлучника-крошки сразу перешла в атаку: она буквально свалилась на спину одного из ткачиков-вокло, напавших на её потомство, и зашипела, широко разинув клюв. Когда же ей показалось, что ткачики отступают недостаточно быстро, она укусила одного из них и закричала громким неприятным голосом. Ткачики-вокло отступили, и птенцы быстро успокоились. Заслышав голос матери, они поспешили к ней и дружно раскрыли клювы, требуя свою порцию корма. Вскоре к кормлению потомства приступил самец, и молодые попугаи в полной мере почувствовали безопасность и мир, которые даёт им присутствие родителей.
Этот выводок попугаев не единственный: ближе к вечеру на верх гнезда выбрался ещё один выводок неразлучников-крошек. Теперь уже всем ткачикам-вокло приходится считаться с присутствием попугаев: докармливая потомство, неразлучники-крошки способны заставить потесниться даже самых агрессивных соседей.

День восемнадцатый.
Самка птицы-арлекина уже второй день чувствует, как одно из яиц, которые она высиживала, подаёт признаки жизни. Она явно не понимает, что такие «ранние» птенцы в гнёздах птиц-арлекинов – это не радость, а беда для родителей. Но родительский инстинкт заставляет её продолжать заботиться о потомстве, независимо от того, какие они получатся.
Яйцо шевелится под животом птицы-арлекина – птенец уже готов выклюнуться. Он аккуратно пробивает слабым клювом скорлупу по кругу, как бы отделяя верхнюю часть яйца. Это очень трудная работа для голого, слепого и беспомощного существа, и птенец вынужден делать перерывы, восстанавливая силы. Через несколько часов его труд увенчался успехом – половинки скорлупы развалились, и птенец оказался под животом своей матери. Приёмной матери. Самыми первыми в гнёздах птиц-арлекинов появляются птенцы непарной карликовой кукушки. Кукушонок развивается значительно быстрее собственных птенцов птицы-арлекина, опережая их на два дня. Первые несколько часов жизни он проводит под животом высидевшей его самки птицы-арлекина, обогреваясь и набираясь сил. Он уже реагирует на внешние раздражители и умеет выпрашивать корм, поднимая голову и широко раскрывая рот. Родительский инстинкт слеп, и птицы-арлекины не отличают кукушонка от собственных птенцов, поэтому он сразу же получает от них порцию корма, нужного для восстановления сил.
Когда первая порция корма оказывается в желудке кукушонка, его охватывает чувство сытости, и на какое-то время он замирает, обогреваясь под телом приёмной матери. Но немного позже он начинает действовать: кукушонку не нужны конкуренты, и он начинает избавляться от ещё не выклюнувшихся птенцов птицы-арлекина. Для этого особенно подходит время, когда самка улетает, чтобы добыть немного корма. Оставленному в гнезде птенцу не грозит холод, и он сохраняет достаточную активность без родительского тепла. Почувствовав, что он остался один, кукушонок приступает к работе. Чувствительные участки кожи на спине позволяют ему обнаружить лежащие рядом яйца птицы-арлекина. Некоторые из них едва заметно шевелятся – птенцы проходят последние этапы развития и уже достаточно хорошо сформировались. Но им не суждено появиться на свет. Обнаружив яйцо птицы-арлекина, кукушонок подлезает под него, и, удерживая его крыльями, закатывает яйцо к себе на спину. Оно весит немного больше самого птенца, но он легко поднимает яйцо, подтаскивает его к краю лотка гнезда, где начинается вертикальный коридор, ведущий наружу, и выбрасывает яйцо с почти развившимся птенцом птицы-арлекина из гнезда. Одно за другим яйца из этой кладки падают вниз, в подлесок. Там их найдут и съедят лесные животные, если, конечно, от яйца хоть что-то останется после падения с высоты примерно сорока метров. Ещё из одного гнезда, находящегося на другом краю колонии, тоже выпадают три яйца одно за другим – здесь тоже вывелся кукушонок. В общей сложности они появились в восьми гнёздах колонии. Вред, нанесённый колонии птиц-арлекинов непарной карликовой кукушкой, не слишком велик – он сравним с естественной убылью птенцов от других обстоятельств.
Возвратившись в гнездо, самка птицы-арлекина находит в нём лишь одного птенца – подкидыша, который сумел менее чем за полчаса избавиться от всех яиц, из которых через два дня вывелись бы его конкуренты. Почувствовав возвращение самки, кукушонок зашевелился и раскрыл клюв, выпрашивая корм. Слепой родительский инстинкт заставил приёмную мать поделиться с ним пищей – её родительские обязанности вступили в новую фазу.

День девятнадцатый.
Большинству гнёзд в колонии птиц-арлекинов повезло: благодаря бдительности сторожей колонии кукушки не смогли подложить в них яйца, и птенцам ничего не помешает нормально развиваться. Птенцы птицы-арлекина и ткачика-вокло ещё не вылупились, но уже полностью развились. Готовые к выклеву птенцы начинают шевелиться внутри скорлупы яиц, и насиживающая самка ощущает их движения. Кроме того, в это время птенцы уже начинают пищать и самка иногда отвечает им. Голоса птенцов имеют очень важное значение на последних стадиях их эмбрионального развития: они стимулируют развитие отстающих в росте птенцов и синхронизируют его с развитием более сильных птенцов. Благодаря этому весь выводок выклёвывается в течение всего лишь одного – двух часов. Ткачик-вокло подкладывает яйца в гнездо птицы-арлекина немного позже, но его птенцы развиваются чуть быстрее птенцов птицы-арлекина, и в итоге все птенцы выклёвываются одновременно. Симбиоз между ткачиками-вокло и птицами-арлекинами зашёл очень далеко и затронул даже развитие потомства: птенцы ткачика-вокло реагируют на голоса птенцов птицы-арлекина, и развитие птенцов обоих видов происходит синхронно.

День двадцатый.
В колонии происходит знаменательное событие: появляются первые в этом гнездовом цикле птенцы птицы-арлекина и ткачика-вокло. Птенец ткачика-вокло появился из яйца ровно вместе с птенцами птицы-арлекина, несмотря на то, что его мать подложила яйцо немного позже. В течение трёх следующих дней птенцы появятся во всех гнёздах, где кладки не были уничтожены хищниками или птенцами непарной карликовой кукушки. Обычно при появлении потомства присутствует самка. Когда голый и слепой птенец освобождается от скорлупы, самка расклёвывает её половинки и глотает – так она восстанавливает запасы кальция в организме. Птенцы вырастут быстро, и перед началом нового гнездового цикла самке нужно быть в хорошей форме, чтобы отложить полноценные яйца.
Птицы-арлекины выкармливают птенцов только насекомыми, которые богаты питательными веществами: потомство этого вида очень быстро развивается и испытывает большую потребность в белках животного происхождения. Лишь после обретения полной самостоятельности молодые птицы-арлекины начнут поедать растительный корм.
Под языком у птицы-арлекина есть небольшой растяжимый кожный мешочек, в который птица складывает собранных насекомых во время выкармливания потомства. Набив его до отказа, самка спешит к своему потомству. Она никогда не ошибается, точно выбирая вход в собственное гнездо. В глубину гнезда через вертикальный коридор проникает лишь слабый рассеянный свет. Птенцы, однако, отличают его от темноты, и безошибочно определяют, когда кто-то из родителей возвращается к ним – когда птица пробирается по коридору к гнездовой камере, в гнезде становится темно. Почувствовав, что кто-то из родителей вернулся, птенцы начинают шевелиться. Слепые и покрытые лишь отдельными пушинками, они поднимают головы, широко раскрывают рты и начинают пищать, выпрашивая корм. И даже если в гнездо снаружи проникает лишь малая толика света, родитель не ошибётся и не промахнётся мимо рта голодного птенца. В темноте гнезда взрослые птицы-арлекины видят яркие блестящие полосы голубого цвета на слизистой оболочке рта птенцов. Они служат для родителей мощнейшим стимулом кормить обладателей такого рта. Эпителий, образующий такие полосы, обладает высокими светоотражающими свойствами, и родители замечают раскрытый рот птенца в тёмном гнезде. Семейство птиц-венценосцев, которое произошло от ткачиков, унаследовало от них не только способность сооружать плетёные закрытые гнёзда, но и светоотражающие метки во рту птенца как приспособление для жизни в таком гнезде. Птенцы ткачика-вокло немного отличаются от птенцов птицы-арлекина узором из светящихся отметин: у птицы-арлекина птенцы имеют V-образные метки на концах челюстей и несколько точек в углах рта, а у ткачика-вокло отметины не достигают кончиков челюстей, зато в углах рта образуются небольшие бугорки, целиком покрытые светоотражающим эпителием, который в темноте светится голубым. Хотя рисунок в клювах птенцов этих двух видов отличается, естественный отбор сформировал своеобразную «лояльность» птиц-арлекинов к ткачикам-вокло в обмен на активную защиту гнезда этими гнездовыми паразитами. И такая защита оказывается очень необходимой – в пологе леса обитает множество животных, готовых разорять птичьи гнёзда.
Птицы делят места обитания с различными животными: для полога африканского дождевого леса характерны разнообразные лазающие грызуны, хищные млекопитающие, приматы и рукокрылые. Большинство ящериц и лягушек, живущих на деревьях, относительно безопасны для мелких птиц. Но, кроме них, по лианам и ветвям лазают различные змеи, которые могут быть опасны для птиц – от мелких тонкотелых рептилий, способных пролезть в поисках добычи даже в узкое глубокое дупло, до довольно крупных, подстерегающих добычу на стволах и больших ветвях. Некоторые соседи птиц-арлекинов лишь случайно добывают этих птиц, а другие навещают колонию очень регулярно, и часто возвращаются с добычей.
В голоцене численность и разнообразие приматов сильно сократились в результате разрушения человеком мест их обитания и охоты на этих животных. Когда леса Экваториальной Африки сохранились лишь в виде нескольких изолированных друг от друга участков, некоторые потомки мартышек эпохи голоцена превратились в карликовых обезьян – беличьих мартышек, которые стали своеобразным аналогом игрунок Нового Света. Разные виды этих обезьян селятся в различных участках леса и на разной высоте. На деревьях первой величины встречается прыгающая беличья мартышка – очень широко распространённый вид этого рода. Несколько стай этих обезьян обитают в окрестностях территории, на которой собирают корм птицы-арлекины и их соседи. Но лишь одна стая считает своей территорию, где расположено гнездо этих птиц, и ни один гнездовой цикл птиц-арлекинов не обходится без хотя бы одного нападения этих ловких обезьян.
Стая прыгающих беличьих мартышек следует по своей территории. Они населяют верхнюю часть крон деревьев и прекрасно приспособлены к передвижению по ветвям и лианам. Интересная черта этих приматов – длинные и очень цепкие задние лапы. С их помощью эти обезьяны далеко прыгают, без труда преодолевая расстояние между кронами соседних деревьев. Эти приматы имеют белую окраску шерсти с продольной полосой чёрного цвета на спине. На плечах, передних лапах и боках этих обезьян растёт удлинённая шерсть, образующая подобие мантии. Чёрно-белую окраску прыгающих беличьих мартышек оживляет яркое лицо, лишённое шерсти. У самок цвет лица розоватый, а у самцов кожа на лице серовато-голубая. Кроме того, самцы отличаются от самок каймой рыжей шерсти вокруг лица, более крупным размером и вызывающим поведением. Среди самцов в группе установлена строгая иерархия, которая нарушается лишь с приходом нового самца, а также с уходом или гибелью одного из старых членов группы. Но на протяжении последних двух лет власть в группе стабильна – зрелый самец пользуется всеми правами лидера и ему беспрекословно подчиняются все члены группы. Его власть благотворно сказалась на воспроизводстве – у большинства зрелых самок группы на спине или на животе сидят детёныши. Их легко заметить – шерсть молодой обезьяны этого вида коричневая, и детёныш ярко выделяется на фоне шерсти матери. Такое отличие в окраске подавляет агрессивность взрослых особей: подобно всем мелким млекопитающим, прыгающие беличьи мартышки отличаются возбудимостью, и среди них часто вспыхивают скоротечные шумные конфликты. Без тормозящего влияния окраски детёныши легко могли бы стать случайными жертвами таких конфликтов и получить ранения.
Стая прыгающих беличьих мартышек движется в кронах. Их легко заметить из-за белой шерсти, а их пронзительный голос легко услышать даже с земли. Но эти приматы уверены в собственной безопасности – в группе много глаз, следящих за врагами, а реакция и ловкость помогают этим обезьянам ускользать от врага.
Обычно эти обезьяны бегут по ветвям и толстым лианам на всех четырёх лапах. Но иногда животные могут пробегать достаточно большое расстояние только на задних лапах, цепляясь ими за ветку или стебель лианы. Но эта способность – лишь производное от прочих навыков древолаза и акробата, которыми обладают эти обезьяны. Длинные и сильные задние ноги используются ими для того, чтобы преодолевать большое расстояние прыжками. Достигнув края кроны, где ветви уже прогибаются даже под весом таких крохотных существ, обезьяны останавливаются лишь на мгновение. Они держатся на ветвях, цепляясь за них только задними лапами, а затем почти одновременно прыгают в воздух.
Ветер подхватывает этих обезьян, и сильно замедляет их падение. В прыжке эти мартышки раскидывают в стороны передние лапы, покрытые длинной шерстью, и она служит им неким подобием парашюта. Взмахами длинного хвоста обезьяны управляют движением в полёте. Таким прыжком эти крохотные существа легко преодолевают около десяти метров по воздуху, и оказываются в кроне соседнего дерева. Одна за другой они хватаются за ветки, вытягивая вперёд цепкие задние лапы. Передние лапы раскинуты в стороны и служат парашютом до последней секунды полёта.
Стая обезьян собирается на дереве. Они терпеливо ожидают последних сородичей, прыгающих с соседнего дерева, и лишь после этого продолжают движение. Прыгающие беличьи мартышки кормятся на ходу, не задерживаясь надолго по пути следования: они мимоходом срывают плоды или съедобные листья, выхватывают из зарослей эпифитов насекомых, мелких лягушек и ящериц, а также разоряют птичьи гнёзда. Так они не истощают ресурсы местности, где живут. И всё же есть место, где они могут позволить себе задержаться на некоторое время – это колония птиц-арлекинов. Несколько взрослых обезьян хорошо знают, как вкусны яйца и птенцы, которых можно найти в колонии, и готовы даже перетерпеть атаку защитников гнезда ради сытного и питательного обеда. Это белковая подкормка, очень нужная таким маленьким животным с быстрым обменом веществ.
Между деревом, на котором оказались беличьи мартышки, и деревом, где разместилось гнездо птиц-арлекинов, протягивается несколько стеблей лиан. Это прекрасная возможность достичь гнезда без лишних усилий. Но атаковать основную часть колонии небезопасно – в крупном гнезде найдётся достаточно противников, чтобы помешать обезьянам разорять гнёзда. Несколько опытных животных вполне знакомы с болезненными укусами, которые наносят агрессорам ткачики-вокло, чей клюв вооружён острыми зубцами. Тем не менее, соблазн полакомиться мясом птенцов слишком велик. И, кроме того, у обезьян есть отличная возможность осуществить нападение.
В колонии птиц-арлекинов есть несколько «пригородов»: когда численность колонии стала расти, несколько групп птиц начали гнездиться на том же дереве, что и основная колония, но отдельно от них. На ветвях выше основной колонии разместилось несколько небольших построек, имеющих такую же характерную форму и заселённых преимущественно птицами-арлекинами. Здесь также селятся ткачики-вокло, но их меньше, чем в основной колонии. И это делает такие «пригороды» излюбленным объектом атаки разных животных.
Стая беличьих мартышек по лианам перебирается на дерево, облюбованное птицами. Обезьяны стараются двигаться быстрее и сохраняют молчание, что редко встречается у таких общительных и шумных существ. Когда последние особи из группы оказались на дереве, нападение началось.
Нападение беличьих мартышек сопровождается оглушительным визгом. Это на какое-то время пугает и дезориентирует птиц, давая возможность крошечным обезьянам сравнительно безнаказанно запускать лапы в их гнёзда. Целая стая мартышек буквально ссыпалась с верхней ветки прямо на крышу «пригорода» колонии птиц-арлекинов. Шум, который они подняли, решительно не соответствовал размерам самих обезьян. Взрослые звери голосили почти непрерывно, а когда кто-нибудь на несколько секунд замолкал, чтобы отдышаться, это было почти незаметно среди общей какофонии. Кроме шума, обезьяны старались раскачивать ветви, чтобы помешать птицам садиться на них. А когда испуганные птицы-арлекины покинули гнёзда, начался грабёж. Пронзительно вереща, крошечные обезьяны стали засовывать лапы в гнёзда и вытаскивать из них птенцов. Заполучив свою добычу, обезьяна обычно не интересуется тем, успели ли её соседи добыть себе пищу, и начинает прямо на крыше гнезда поедать пойманного птенца. Постепенно крики утихают – рты всё большего числа обезьян теперь заняты едой. Детёныши тянут свои лапки ко ртам матерей и смело утаскивают у них кусочки пищи, чтобы попробовать её. Пока они маленькие, им можно это делать. Но с возрастом они потеряют такие привилегии, и в группе беличьих мартышек уже есть такие животные. Между взрослыми обезьянами бродит несколько юнцов, которым не удалось вовремя схватить добычу. Теперь они надеются отнять добычу у зазевавшейся взрослой обезьяны, или подбирают объедки. А некоторые пробуют достать птенцов из гнёзд, подражая взрослым обезьянам, и кое-кому это удаётся.
Но такое пиршество длится недолго. Крики тревоги услышаны членами основной колонии, и к разграбленному гнезду постепенно начинают стягиваться пернатые защитники. Ткачики-вокло собираются группами и подлетают всё ближе к обезьянам. Некоторые взрослые мартышки слишком хорошо знакомы с этими чёрно-белыми птицами и начинают заблаговременно отступать – они торопливо засовывают в рот остатки добычи и торопливо покидают гнёзда. Вслед за ними устремляются молодые животные, а также самки с детёнышами. И вскоре на крыше колонии остаётся только несколько молодых и неопытных обезьян. Они всё ещё пытаются поймать птенцов, свешиваясь с края гнезда и шаря лапами в гнёздах недалеко от края. Слишком увлечённые своим занятием, они не замечают, как их сородичи покинули гнездо птиц-арлекинов. И только пронзительный визг одной молодой обезьяны заставил их прервать своё занятие. Забравшись на крышу, они оглядываются по сторонам и видят, что вместо сородичей их теперь окружают странные чёрно-белые птицы, а все сородичи сидят на ветках где-то далеко от гнезда, явно не собираясь возвращаться.
Дела принимают серьёзный оборот: маленькие обезьяны оказались лицом к лицу с защитниками гнезда – ткачиками-вокло. Стоит обезьянам резко шевельнуться, как птицы разражаются неприятными криками и подступаю ещё ближе. Положение постепенно становится всё более сложным – птицы отрезали обезьянам путь к отступлению: чтобы убежать по основной ветви, на которой висит гнездо, и подняться по стволу на безопасное расстояние от гнезда, обезьянам придётся прорываться через стаю ткачиков-вокло. Не все из молодых обезьян знают, чем опасны эти птицы, и несколько особей решаются бежать напролом. Когда они бросились бежать, несколько ткачиков взлетели, но не улетели прочь, а бросились на обезьян. Птицы начали вцепляться им в спины когтями, дёргать и щипать клювами густой мех на плечах и боках, больно клевать в шею и голову, хлестать крыльями. На белоснежной шерсти обезьян выступили кровоподтёки, и животные испуганно завопили, удирая в сторону сородичей. Но две молодых обезьяны не решились следовать за ними. Они видели, как ткачики-вокло напали на их друзей, и не пытались повторить их действия. Однако это не убавило агрессивности птиц-защитников. Выпроводив за пределы гнезда их сородичей, птицы вернулись, и их стая начала теснить оставшихся обезьян к краю гнезда. Шаг за шагом молодые обезьяны отступали от крикливых чёрно-белых птиц. Через несколько минут они были уже на самом краю гнезда, а птицы продолжали теснить их. И в такой трудной ситуации природная сообразительность спасла попавших в ловушку обезьян. Беличьи мартышки очень лёгкие и одновременно цепкие обезьяны. Когда ткачики-вокло оттеснили их на край гнезда, обезьяны уцепились лапами за стебли и волокна, из которых было сплетено гнездо, и перелезли на его нижнюю сторону. Под прикрытием гнезда они полезли к ветке, вися вниз спиной на головокружительной высоте. Ткачики-вокло при всей своей агрессивности не относятся к числу самых сообразительных птиц, и обезьяны легко обманули их, преодолев опасный участок пути по нижней стороне ветки. Их сородичи, наблюдавшие за ними издалека, запомнили эту хитрость, чтобы в дальнейшем применить её в подобной ситуации. Именно способность к обучению обеспечивала приматам успех в борьбе за выживание, и многие виды, выжившие в трудную эпоху человека, обладали способностью хорошо учиться и учить своё потомство.
После того, как голоса прыгающих беличьих мартышек слились с шумом голосов лесных обитателей, птицы-арлекины и ткачики-вокло вернулись к своей повседневной жизни. Много гнёзд в «пригороде» колонии, где похозяйничали беличьи мартышки, было опустошено полностью, а некоторые гнёзда лишились части выводка. Но это является обычным положением вещей, и большая плодовитость птиц-арлекинов как раз позволяет покрыть такой ущерб.
Птицы ремонтируют гнёзда, повреждённые обезьянами – они ловко сплетают разорванные волокна, притаскивают новые стебли и пучки волокон. Ткачики-вокло, разрядив напряжение, возникшее в их популяции, и выплеснув агрессию на врага, становятся гораздо более мирными и терпимыми по отношению друг к другу и к птицам, обитающим по соседству. Они собираются стаями на крыше коллективного гнезда и занимаются личным туалетом, или вовсе дремлют. И как раз в это время происходит ещё одно важное событие в жизни колонии птиц-арлекинов: она пополняется новыми членами. Молодые птицы-арлекины, которые несколько последних дней жили в окрестностях колонии, теперь прибиваются к колонии, пользуясь некоторой «лояльностью» со стороны её защитников. Молодые птицы с тусклым оперением одна за другой садятся на края гнезда и какое-то время сидят там небольшими группами. Первое время они держатся осторожно и не делают попыток обследовать нижнюю часть коллективного гнезда, куда открываются входы в индивидуальные гнездовые ячейки. При приближении ткачиков-вокло и похожих на них ткачиков-трикстеров молодые птицы-арлекины отлетают в сторону. Они ещё помнят агрессию, с которой им пришлось столкнуться при первых попытках поселиться в колонии. Но постепенно старожилы колонии привыкнут к их присутствию, и молодым птицам удастся даже образовать пары с кем-то из их числа. Но это возможно не ранее следующего гнездового цикла.

День двадцать первый.
У маленьких животных очень много врагов. Верхний ярус тропического леса отличается большой продуктивностью, и в нём обитает большое количество разнообразных хищников. Одни из них предпочитают охотиться ночью, а другие днём, несмотря на то, что большинство родственных видов охотится ночью. Лазающим хищникам сложнее добраться до колонии птиц-арлекинов: единственный путь, который ведёт к ней – ветка, на которой висит общее гнездо. От таких хищников колонию успешно защищают ткачики-вокло, преграждающие путь врагу. Но некоторые хищники умеют летать, и им значительно проще добраться до колонии птиц с любой стороны.
Над колонией пролетает большая летучая мышь. Крупные рукокрылые очень характерны для эпохи неоцена и широко распространены в тропических широтах. Они не редкость в лесах Экваториальной Африки. Большинство этих животных составляют мирные растительноядные виды крыланов. Однако в неоцене появилось много видов крупных хищных летучих мышей, которые охотятся уже не на насекомых, а на различных мелких позвоночных. Одни из них предпочитают добывать ящериц и лягушек, другие поедают млекопитающих, в том числе других летучих мышей. И есть рукокрылые, которые приспособились охотиться на птиц. Кошкоголовый нетопырь, летучая мышь с размахом крыльев около 70 см – это один из таких хищников. В поисках добычи он регулярно облетает территорию, на которой живёт пара этих животных. Этот хищник – самец. Раньше он охотился в одиночку и жил только ради самого себя. Но сейчас на его территории живёт самка, которая выращивает потомство – единственного детёныша, который родился около трёх недель назад. Сразу после его рождения самка вылетала на охоту, и детёныш висел у неё на груди. Но постепенно детёныш подрос и стал слишком тяжёлым. Поэтому самка в это время почти не отлучается из укрытия – глубокого дупла. А самец фактически снабжает кормом всю семью.
Кошкоголовый нетопырь пролетел над колонией птиц-арлекинов и опустился на ствол дерева, растущего неподалёку. Эта летучая мышь хорошо приспособилась к хищническому образу жизни. Сильные укороченные челюсти этого животного вооружены низкими предкоренными зубами, вытянутыми наподобие лезвий ножниц. Сильные челюстные мускулы развивают большое усилие при укусе, и такие зубы легко раскусывают позвонки пойманной добычи – птицы, рептилии или мелкого лазающего млекопитающего. Голова кошкоголового нетопыря с короткой мордой и остроконечными ушами отдалённо похожа на голову кошки; сходство портят лишь маленькие глаза и сравнительно большой размер ушей. Этот хищник владеет эхолокацией, но при дневной охоте она ему не требуется.
Пролетая над колонией птиц-арлекинов, кошкоголовый нетопырь заметил подходящую добычу. На крыше коллективного гнезда сидят, прижавшись друг к другу, молодые неразлучники-крошки. Молодые попугаи – лёгкая добыча, но птицы, живущие рядом с ними, активно охраняют колонию, и даже крупному хищнику сложно заполучить добычу из-за них. Попугаи уже почти самостоятельны – у них полностью сформировались перья, и они сами защищают себя от слишком любопытных соседей: когда ткачики-вокло слишком приближаются к ним, молодые попугаи кричат и раскрывают клювы, заставляя агрессивных ткачиков держаться на расстоянии. Они пробуют летать, но пока их попытки слишком робки – попугаи хлопают крыльями, слегка отрываются от крыши гнезда, но затем снова садятся и вперевалку спешат к сородичам.
Кошкоголовый нетопырь легко убивает птиц такого размера, и молодые попугаи вполне устраивают его в качестве добычи. Но гнездо постоянно охраняется десятками птиц, и при атаке с воздуха они смогут заметить летучую мышь и отразить нападение. Здесь даже превосходящий размер и приспособления для убийства не спасут хищника при численном перевесе противника. Но кошкоголовый нетопырь владеет другими охотничьими приёмами. Он умеет подкрадываться к добыче и охотиться из засады. Рукокрылый хищник начал охоту, опустившись на ствол дерева намного ниже ветви, на которой построено гнездо. Цепляясь когтями, он пополз по коре вверх, ловко переползая по стволу в зарослях эпифитов. Хищник буквально расстилается по коре, используя как укрытие малейшие неровности на стволе дерева. К тому же он ползёт по стороне, противоположной той, где находится гнездо. При этом кошкоголовый нетопырь ориентируется на звуки, доносящиеся из колонии – крикливые ткачики-вокло не видят опасности, которая приближается к ним, и проводят время, выясняя отношения. Изредка до ушей хищной летучей мыши доносятся голоса попугаев, прилетевших с кормом, и их потомства, выпрашивающего пищу у родителей. Пока его никто не заметил, и охота идёт по плану. Наконец, кошкоголовому нетопырю удаётся приблизиться к гнезду на расстояние, достаточное для верного броска. Скрываясь за стволом лианы, возле которого раскинул листья папоротник, хищник начал искать возможную добычу. Его внимание привлекла пара молодых попугаев, которые, ожидая возвращения родителей, сидят на краю крыши гнезда. Рукокрылого хищника отделяет от них около трёх метров – этого достаточно, чтобы можно было напасть практически внезапно.
Готовясь к нападению, летучая мышь напряглась и буквально сжалась в комок, словно кошка. Хищник внимательно следит за движениями добычи, выбирая момент для атаки. Попугаи не ощущают опасности, и просто сидят на краю гнезда, оглядывая окружающие деревья. Кошкоголовый нетопырь не торопится нападать, пока рядом с ними сидит ткачик-вокло. Один из попугаев, когда рядом с ним села чёрно-белая птица, угрожающе раскрыл клюв. Очевидно, ткачик-вокло уже успел свести знакомство с попугаями, потому что после этого он быстро взлетел и сел на безопасном расстоянии. Благоприятный момент настал, и хищник моментально воспользовался им. Резко разогнув задние лапы, кошкоголовый нетопырь оттолкнулся от коры, подпрыгнул, раскрыл крылья и стрелой полетел к намеченной добыче. Но реакция птиц-защитников оказалась столь же быстрой: раздался крик тревоги ткачика-вокло. Попугаи бросились прочь от края гнезда – они уже успели запомнить значение этого сигнала. А навстречу крылатому хищнику полетели защитники колонии. Кошкоголовый нетопырь резко взмыл вверх, едва не коснувшись гнезда кончиком крыла. Он не успел схватить молодого попугая, и теперь его задача – избежать нападения ткачиков-вокло. Несколько птиц устремилось вслед за ним, и нетопырь отчаянно замахал крыльями, стараясь оторваться от них. Он опасается повредить летательную перепонку – от этого всецело зависит его жизнь. Набрав достаточную скорость, хищник улетел, а ткачики-вокло вернулись к гнезду.
Кошкоголовый нетопырь живёт недалеко от колонии птиц-арлекинов, и он достаточно регулярно нападает на колонию – в течение одного гнездового цикла примерно пять взрослых птиц в колонии становится его добычей. На протяжении большей части года самец этого вида обитает у дупле в одиночку. Теперь же в дупле его ожидает самка. Она занята уходом за потомством, и это причина, по которой семья летучих мышей держится вместе. Самка висит вниз головой на своде дупла, а по её телу ползает уже подросший детёныш. Он уже довольно крупный и тяжёлый, но пока ещё не умеет летать. Тело юного хищника покрыто тонкой шерстью, и самка обогревает его, накрывая крыльями. Когда появился малыш, вся забота самки переключилась только на него. Она заботливо вылизывает его тело, попутно удаляя с его кожи паразитических насекомых, которые кормятся на этих зверях. Детёныш пока ещё сосёт молоко, но постепенно самка приучает его к пище взрослых животных: она отрыгивает для него полупереваренное мясо, пережёвывает его и кормит детёныша этой кашицей. Поскольку самка в это время не охотится, она всецело зависит от заботы самца. В одиночку она должна сама заботиться о собственной безопасности, и потому самка прислушивается к звукам, доносящимся через дупло, чтобы вовремя обнаружить опасность и затаиться.
День клонился к закату, и самка за это время не почувствовала признаков опасности. Солнечные лучи проникали в дупло несколько часов в течение полудня, но постепенно они покинули его, и стало значительно темнее. Самка хищной летучей мыши продолжила заботиться о потомстве – детёныш ползает по её телу, и она ощущает ответственность за благополучие этого существа. Детёныш ткнулся носом в её губы и лизнул её несколько раз. Это была просьба поделиться «взрослой» пищей, но самке нечем было ответить на эту просьбу. Она уже давно переварила остатки добычи, которую самец принёс утром – часть тушки какого-то небольшого лесного голубя. Поэтому, чтобы хоть как-то отреагировать на просьбу детёныша, самка начала вылизывать его.
Где-то недалеко от края дупла раздался шорох – кто-то приближался, царапая когтями кору. Этот звук встревожил самку. Она прицепилась к стенке дупла всеми четырьмя конечностями, спрятав детёныша под своим телом, и принюхалась. Она слишком плохо различала запахи, доносившиеся снаружи, и пока не могла понять, кто приближается. Это могло быть безобидное и вполне съедобное существо вроде геккона или мелкого древесного грызуна, или же хищник вроде змеи, представляющий явную опасность, особенно для детёныша. Самка раскрыла рот, готовясь защищаться от чужака. Если нужно, она способна нанести глубокие резаные раны своими зубами, похожими на лезвия ножниц. Но этого не требуется: в следующую секунду она определяет по запаху, что возвращается самец, с которым она образовала пару. Удачливый охотник спускается в дупло вниз головой. Почувствовав запах самки, он остановился и начал нюхать воздух. Убедившись, что это не чужак, самец пополз дальше и забрался в дупло. Цепляясь когтями, он полез под свод дупла, и повис на одной лапе, вылизывая вторую. Самка подползла к нему, повисла рядом с ним и начала вылизывать его горло. Это действие является одновременно признанием доминирующего положения самца в семье и просьбой о кормлении. Просьба не остаётся без ответа: ей достаётся кусок мяса. Самец кошкоголового нетопыря потерпел неудачу, охотясь в окрестностях колонии птиц-арлекинов, но через некоторое время компенсировал её удачным нападением на другую добычу. Он сумел поймать молодую беличью мартышку, одну из тех, что за день до этого участвовали в нападении на гнездо птиц-арлекинов. Раз за разом самка лижет его горло, и самец не отказывает ей в кормлении. Один из кусочков мяса самка пережёвывает очень тщательно, но не глотает. Она осторожно дотрагивается мордой до губ детёныша, висящего у неё на груди, и он открывает рот, чтобы получить порцию мяса. Если ему повезёт, и родители будут успешно охотиться, он сможет покинуть свою мать через два месяца.

День двадцать второй.
В одном из гнёзд ткачика-трикстера появились птенцы: не только их собственные, но и один птенец ткачика-вокло. Он вылупился из яйца, которое сумела подложить самка, опоздавшая к окончанию кладки у птиц-арлекинов. Фактически, это самый молодой ткачик-вокло в данной колонии. Его сверстники, подрастающие в гнёздах птиц-арлекинов, старше его на несколько дней. Ткачик-вокло и птица-арлекин отлично приспособились к совместному обитанию, и даже блестящий рисунок по краям рта у птенцов этих видов очень сходен. Но гнездовой паразитизм в отношении ткачика-трикстера – более молодое эволюционное явление, поэтому в темноте гнезда сложно спутать раскрытые клювы птенцов ткачика-вокло с голубыми светящимися метками во рту, и ткачика-трикстера, у которого они жёлтые. Тем не менее, это не оказывает никакого влияния на выживаемость подкидышей в гнезде ткачика-трикстера. Родители кормят всех птенцов одинаково – они признали их сразу после появления на свет и не делают различия между собственными птенцами и подкидышами. Самка ткачика-трикстера вообще не старалась распознавать чужое яйцо, и даже не подозревала, что драка с ткачиками-вокло около двадцати дней назад была ловкой инсценировкой, единственной целью которой было дать возможность самке ткакчика-вокло отложить яйцо. Поскольку, в отличие от птенцов кукушек, птенцы ткачика-вокло не стремятся уничтожить конкурентов, её собственным птенцам ничего не угрожает. Фактически, птенец ткачика-вокло конкурирует с ними не больше, чем сами птенцы друг с другом.
Виды, населяющие общее гнездо, вынуждены сообща встречаться с опасностями, подстерегающими в дождевом лесу любую птицу такого размера. Среди хищников, которые охотятся на мелких птиц, важное место занимают рептилии. Этих животных можно встретить на всех ярусах тропического леса, но особенного разнообразия они достигают в пологе, где сосредоточена основная биомасса лесных жителей. Цепкохвостая древесная гадюка – один из частых визитёров в колонию птиц-арлекинов. Обычно она ограничивается тем, что устраивает засады и ловит птиц в окрестностях гнезда. Но иногда она посещает саму колонию, несмотря на хорошую охрану со стороны ткачиков-вокло.
Змея медленно ползёт по ветке к гнезду. Несмотря на её маскировочную окраску, ткачики-вокло заметили её почти сразу. Но в действиях птиц заметно меньше решительности, чем обычно. Птицы проявляют страх перед этой рептилией – она часто охотится на них, а инстинктивный страх перед змеями значительно сильнее, чем эволюционно более молодая особенность поведения – стремление защищать гнездо. Тем не менее, стая этих птиц собирается вокруг змеи. Ткачики пронзительно кричат, хотя змея совершенно не слышит их голосов, демонстрируют свои размеры, раскрывая крылья, и делают агрессивные выпады в сторону рептилии. Тревога защитников гнезда передаётся птицам-арлекинам, и даже несколько неразлучников-крошек присоединяются к защитникам гнезда. Но птицы не нападают на змею – их действия ограничиваются лишь демонстрацией. Змея также не нападает, но следит за птицами, окружившими её. Когда несколько птиц оказываются слишком близко от её головы, змея делает резкий выпад в их сторону, и они разлетаются. Многочисленные защитники гнезда в данном случае оказываются неспособными оказать отпор своему врагу.
Змея начинает грабить колонию. Она подползает к краю гнезда и свешивается вниз, держа большую часть тела в воздухе и цепляясь лишь хвостом. Хвост цепкохвостой древесной гадюки представляет собой замечательное приспособление для того, чтобы держаться за опору. Его нижняя часть покрыта подвижными роговыми щитками, которые могут цепляться за опору, надёжно фиксируя животное. Благодаря этим щиткам змея прочно закрепилась на крыше гнезда, и её голова начала обследовать гнёзда. Это усилило панику среди населения гнезда, и некоторые птицы начали более решительно нападать на змею. Когда змея засунула голову в одно из гнёзд, несколько ткачиков-вокло напали на неё и начали клевать её тело, покрытое прочной роговой чешуёй. Но их клювы лишь скользят по её чешуе, не причиняя змее особого вреда. Через несколько секунд змея вытащила голову из гнезда. В её пасти висит безжизненное тело птенца птицы-арлекина. Видя это, птицы вновь отступили, а змея, свернув кольцами переднюю часть тела, перехватила добычу поудобнее и проглотила головой вперёд. После этого она продолжила обследовать колонию, и её голова проникла ещё в одно гнездо. По стечению обстоятельств, это оказалось гнездо не птицы-арлекина, а неразлучников-крошек. Высовывая чувствительный язык, змея явственно ощущала запахи нескольких живых существ, которые скрывались в нём. Внезапно запах одного из них стал более отчётливым, а затем змея ощутила резкую боль. Самка попугая, защищая собственное потомство, не стала дожидаться, пока змея проникнет в более просторную гнездовую камеру. Птица сама напала на змею, пока она ползла по узкому коридору, где ей сложнее было пустить в ход главное оружие – ядовитые зубы.
Почувствовав боль и не имея возможности дать отпор, змея начала отступать. Укусы сыпались на неё один за другим, и рептилия поспешно вытащила голову из гнезда попугаев. Она продолжила обследовать колонию, а из одного гнезда слышался резкий предостерегающий крик – самка неразлучника-крошки была готова защищать своё потомство даже ценой собственной жизни. Но в колонии можно найти куда более лёгкую добычу, и случайный, хотя и решительный отпор не остановил змею. Её голова проникла ещё в одно гнездо, и вытащила из него очередную жертву. Из каждого гнезда рептилия похищает по одному птенцу – она не может удержать и съесть одновременно двух птенцов. Аппетит змеи не слишком велик – одно удачное нападение на колонию птиц-арлекинов покроет её потребность в пище на несколько недель. Засунув голову ещё в одно гнездо, гадюка вытащила взрослую птицу-арлекина. Змея почти насытилась, и с трудом заглатывает последнюю добычу, свесив в воздух большую часть тела. Всего цепкохвостая древесная гадюка съела четыре жертвы, и среди них по стечению обстоятельств оказался один птенец кукушки. Кроме него, в гнезде не оказалось других птенцов – он сам расправился с ними, как только выклюнулся из яйца. Он сам не оставил змее выбора и стал её добычей.
Наевшись, змея медленно уползла. Когда она скрылась в зарослях эпифитов, обитатели гнезда постепенно успокоились и снова принялись искать корм и ухаживать за потомством.
Потребность в энергии у мелких птиц очень велика, и за день каждая из них поедает корма примерно столько же, сколько весит сама. Кроме того, во многих гнёздах колонии подрастают птенцы, которые также требуют большого количества корма. Птицы-арлекины собирают корм вдалеке от гнезда, улетая на его поиск небольшими стаями. А в окрестностях гнезда ищут корм ткачики-вокло. Они более всеядны, чем птицы-арлекины, и меньше рискуют истощить пищевые ресурсы в окрестностях гнезда. Но колония привлекает слишком многих хищников, которые собираются вблизи гнезда, и потому ткачики-вокло оказываются на поле боя значительно чаще, чем это может показаться на первый взгляд.
Рептилии полога леса пользуются разнообразными методами охоты, но большинство из них охотится из засады и умеет выжидать благоприятный момент для нападения. Среди них встречаются настоящие мастера маскировки, присутствие которых становится очевидным лишь после того, как добыча уже поймана.
Один из сучков дерева – на самом деле не сучок. Он плавно и медленно движется среди листвы эпифитов и лиан, покрывающих ствол дерева. Это животное – один из мастеров имитации, крупный хамелеон-единорог. Удлинённое тело рептилии покрыто морщинистой кожей, имитирующей кору дерева, вдоль боков тянется два ряда роговых бугров, а на голове торчит вперёд длинный роговидный вырост. Окраской и фактурой кожи ящерица старательно имитирует высохший сучок дерева, не вызывая подозрений даже у самых зорких птиц. Он движется очень медленно, осторожно переставляя ноги одну за другой. Ящерица движется во время порывов ветра, когда её движения не выделяются на фоне колышущейся листвы. Шаг за шагом ящерица приближается к ветке, на которой висит гнездо птиц-арлекинов. Но ящерица не собирается атаковать птиц так же, как цепкохвостая древесная гадюка – у неё другие приёмы охоты. За минуту ящерица едва ли проходит пять сантиметров, но ей некуда спешить – её добыча сама подойдёт на нужное расстояние. Ткачики-вокло снуют поодаль, разыскивая насекомых в зарослях папоротника, но ни одна из птиц пока не приблизилась на расстояние, достаточное для атаки. Один глаз ящерицы слегка шевелится, когда она наблюдает за птицами, а тело рептилии подолгу сохраняет неподвижность. Птицы не замечают хамелеона-единорога – их не настораживает слишком медленное передвижение этой ящерицы, и, похоже, они просто не отличают его от окружающих растений. А хамелеон-единорог с каждым порывом ветра приближается к гнезду ещё на один – два шага, рассчитывая добыть на обед кого-то из его обитателей.
Ткачики-вокло храбро ведут себя в отношении врагов, нападающих на гнездо, но иногда хищники охотятся на них самих. Птицы ищут насекомых и один из ткачиков-вокло не заметил, как подлетел слишком близко к затаившемуся хамелеону-единорогу. «Выстрел» языком последовал незамедлительно и пойманная птица сразу же оказалась во рту ящерицы. Большинство хамелеонов имеет небольшой размер и охотится только на насекомых и других мелких животных, которых может удержать присоска на кончике их языка. Но хамелеон-единорог принадлежит к крупным видам, и его добыча намного крупнее: древесные лягушки, мелкие ящерицы, и… птицы. Эта ящерица экипирована для охоты соответствующим образом – кончик языка у него снабжён двумя роговыми крючками; он не только присасывается, но и удерживает пойманную добычу.
Пойманный ткачик-вокло успел предупредить сородичей об опасности, прежде чем его сжали крепкие челюсти рептилии – он издал резкий крик тревоги. В следующий миг рептилия сжала челюсти, и птица погибла. Остальные ткачики-вокло, даже те, кто не видел, как погиб их сородич, взлетели и начали с тревожными криками летать над зарослями эпифитов, пытаясь обнаружить источник опасности. Хамелеон-единорог не мог сохранять неподвижность, заполучив добычу. Рывками ящерица заглотнула пойманного ткачика-вокло, и в этот момент хищник был обнаружен встревоженными птицами. Несколько ткачиков-вокло сели на ствол дерева и лиану рядом с рептилией, и ещё несколько птиц закружилось над хамелеоном в воздухе. К стае ткачиков-вокло присоединились птицы-арлекины, которые услышали тревожные крики защитников гнезда. По мере того, как птицы собирались вокруг рептилии, их смелость росла. Встревоженный их присутствием, хамелеон попытался отпугнуть их. Эта ящерица не может делать резкие выпады или издавать громкие звуки, которые могут отпугнуть мелких, но многочисленных врагов. И хамелеон отпугивает птиц с помощью умения, в котором он особенно преуспел. Ящерица резко меняет окраску на яркую и заметную – чёрную с красно-бурыми поперечными полосами и белыми пятнами на чёрном фоне. Чтобы преувеличить собственные размеры, хамелеон-единорог раздувается и поднимается на выпрямленных лапах, слегка покачиваясь. Ящерица шипит и широко разевает пасть; на какое-то время это отпугивает птиц, и они соблюдают дистанцию. Но постепенно ткачики-вокло, не получая подкрепления угроз со стороны хамелеона, смелеют и начинают атаковать его. Птицы залетают сзади и щиплют шкуру ящерицы. Хамелеон резко машет хвостом и встряхивается, пытаясь отогнать птиц. Он чувствует боль от их укусов, и уходит от них с максимально возможной скоростью. Птицы преследуют рептилию, спасающуюся бегством, но неохотно – он не сопротивляется, и это не стимулирует агрессивное поведение птиц. Только один ткачик остался преследовать хамелеона на протяжении нескольких метров, но его действия сводятся лишь к демонстрациям с раскрытыми крыльями и громким крикам, на которые ящерица обращает мало внимания. Но вскоре и он возвращается к привычной жизни. Хамелеон-единорог, уходя от гнезда, сохраняет предупреждающую окраску, но она постепенно бледнеет по мере того, как отстают преследователи. Когда случайная птица пролетает над ним, он снова «вспыхивает» чёрно-красно-белым узором на несколько секунд, но затем бледнеет. На расстоянии около десяти метров от гнезда ящерица окончательно превращается в невидимку. О случившемся нападении хищнику напоминали лишь ощущение сытости и боль от нескольких кровоподтёков на спине.

День двадцать третий.
День в колонии прошёл без особых происшествий. Птицы добывали корм для птенцов, а защитники колонии несколько раз взлетали, чтобы отогнать крупных птиц, которые слишком задержались в окрестностях гнезда. Вечером птицы собрались в гнезде и стали готовиться к ночлегу. Птицы-арлекины накормили птенцов последний раз за день, а затем взрослые птицы забрались в гнёзда. Ткачики-вокло, не обременённые домашними обязанностями, собрались на крыше гнезда. Там же, но отдельно от них, устроились молодые неразлучники-крошки вместе с родителями. В защите от ночных хищников одни птицы уповают на безопасность гнезда, другие на чуткий сон, а третьи – на присутствие хорошо вооружённых соседей.
Незадолго до захода солнца начали просыпаться ночные хищники. Сумерки в экваториальных областях очень коротки, и вскоре наступит ночь. Поэтому хищникам надо готовиться к ночной охоте до темноты, чтобы не терять времени.
В глубине дупла проснулось и зашевелилось пятнистое существо. В слабом свете заходящего солнца сверкнули зеленоватые глаза, и затем животное вылезло наружу. Это небольшое млекопитающее с кремово-белой шерстью, украшенной чёрными кольцевидными пятнами, похожее на куницу. Однако, это представитель семейства виверровых – длиннотелая птерогенеттула. Она прекрасно приспособлена к жизни в пологе леса. Когда птерогенеттула потянулась, между передними и задними лапами хищника стала заметна эластичная перепонка. Маленький хищник зевнул, широко раскрыв пасть, в которой растут длинные тонкие клыки. Несмотря на внешнюю беззаботность, длиннотелая птерогенеттула ведёт себя очень осторожно. У небольшого животного много врагов, и хищник сам часто рискует стать добычей. Змеи и крупные совы – главные враги этих зверей; остальные хищники просто не могут добраться до вершин деревьев, где обитает птерогенеттула.
Зверёк размял затёкшие после дневного сна мышцы, пробегая по коре дерева со скоростью и ловкостью белки. Растяжимая перепонка не мешает животному бегать, и птерогенеттула с подобным приспособлением не теряет присущей хищникам ловкости. Она бежит по ветке, спрыгивает с неё и планирует в воздухе несколько метров до другой ветки, раскинув лапы и руля длинным хвостом. В кронах деревьев не обязательно быть выносливым бегуном, но умение преодолевать большие расстояния по воздуху жизненно важно.
С каждым прыжком хищник приближается к колонии птиц-арлекинов. У длиннотелой птерогенеттулы в лесу есть несколько охотничьих маршрутов, и один из них пролегает вблизи коллективного гнезда птиц-арлекинов, которые являются любимой добычей хищника. Пока ещё солнце не зашло и в лесу довольно светло для чувствительных глаз ночного хищника. Птицы активны, и птерогенеттула не рискнёт в это время нападать на них – ткачики-вокло и птицы-арлекины вместе легко могут дать ей отпор. Поэтому хищник выжидает около получаса, пока наступит темнота. Животное обследует крону соседнего дерева в поисках случайной мелкой добычи – птерогенеттула охотно ест крупных насекомых и улиток.
Когда солнце заходит и лес погружается в темноту, преимущество оказывается на стороне хищного зверя. Чувствительные глаза и острое обоняние помогают птерогенеттуле успешно охотиться при слабом свете луны и звёзд. Перед нападением хищник прислушивается к голосам птиц в гнезде, оценивая возможность нападения. До ушей животного доносятся лишь отдельные звуки птичьих голосов, едва слышимые на фоне стрекотания сверчков и голосов древесных видов лягушек. Это означает, что обитатели гнезда спят и нападение может иметь успех. Птерогенеттула осторожно спускается по веткам, раскачивается и делает длинный планирующий прыжок, достигая дерева, на котором устроено гнездо птиц-арлекинов. Во время прыжка животное потеряло высоту и опустилось на ветки значительно ниже гнезда. Но это не препятствие для охотника – цепляясь когтями, птерогенеттула полезла по стволу, держась на стороне, противоположной гнезду. Она собирается нападать сверху – так ей легче добыть одну из птиц, спящих на крыше гнезда.
Хищник быстро поднялся наверх, залез на прочную ветку и мягким прыжком, раскинув лапы, спланировал на крышу гнезда. От его толчка массивное гнездо едва заметно качнулось, и откуда-то из толщи гнезда раздался приглушённый голос одной из птиц-арлекинов, потревоженной этим движением. Услышав его, ткачики-вокло проснулись и начали оглядываться, вытягивая шеи. Птерогенеттула прекрасно видела движения встревоженных птиц в темноте. Чтобы не выдать преждевременно своего присутствия, она замерла на краю гнезда. В отличие от неё, ткачики-вокло плохо видят в темноте, но зато хорошо слышат. Шум от неосторожного движения хищника может испортить всю охоту, поэтому птерогенеттула сохраняет неподвижность, а её пятнистая окраска делает животное незаметным в темноте.
Постепенно ткачики-вокло успокаиваются и засыпают один за другим, распушив оперение. Они не подозревают, что с края гнезда за ними наблюдает хищник. Убедившись, что они заснули, птерогенеттула втянула воздух ноздрями, принюхиваясь. Её мускулы напряглись и в следующую секунду хищник сделал мягкий и бесшумный прыжок – прямо в скопление спящих ткачиков-вокло. Острые клыки пронзили тело одной птицы, а когти прижали перья хвоста ещё одного ткачика-вокло. В темноте раздался тревожный птичий крик, и ткачики вспорхнули – все, кроме одного, оказавшегося в зубах хищника. Схваченная за хвост птица вырвалась, оставив два пера в когтях птерогенеттулы. К крикам ткачиков присоединились резкие крики неразлучников-крошек. Попугаи не стали взлетать, но приготовились встретить врага во всеоружии, раскрывая клювы. К голосам птиц снаружи присоединились приглушённые стенками гнезда крики птиц-арлекинов. Вспугнутые ткачики-вокло закружились в темноте над гнездом, словно призраки. Они плохо видят в темноте, и единственным ориентиром, указывающим на местонахождение гнезда, для них служат голоса остальных птиц. Но опасность уже миновала – пятнистый зверь с добычей в зубах спрыгнул с гнезда, раскинул лапы в прыжке, и исчез в темноте, словно призрак. Лишь несколько капель крови и прилипшая к ним пушинка напоминали о том, что ночная тревога была не напрасной.
Птерогенеттула слышала позади себя крики птиц, но они становились всё тише и тише. В зубах она несла ещё тёплое тело птицы – неплохая добыча на сегодняшнюю ночь. Почувствовав приближение ствола дерева, хищник изогнулся, раскрыл передние лапы, чтобы затормозить полёт, и вытянул вперёд задние. Птерогенеттула отточенным движением опустилась на ствол и пробежала наверх, цепляясь за кору. Добравшись до толстой ветки, поросшей мхом, она принюхалась, чтобы убедиться, что никто не посягнёт на её добычу. Убедившись, что поблизости есть лишь маленькая квакша, занятая брачными трелями, хищник положил добычу на мох, обнюхал её и начал есть.

День тридцатый.
Не всем птенцам, которые вывелись в колонии, удастся дожить до самостоятельности. Некоторые из них погибли от голода, когда один или оба родителя стали жертвой хищников. В одном из гнёзд птенцы ослабли из-за нападения кровососущих паразитов и вряд ли смогут прожить ещё несколько дней. Нижний «пригород» колонии подвергся нападению бродячих муравьёв. Это большая редкость для верхнего яруса леса, но один раз свирепые бродячие муравьи смогли подняться по стволу дерева на такую высоту и объели до костей всех обитателей гнезда, которые не смогли спастись. В остальных гнёздах птенцы, которым удалось выжить, уже начали оперяться. Пока они выглядят очень неаккуратными – у них вылезает птенцовый пух, а зачатки маховых и рулевых перьев появляются в виде жёстких роговых трубок на краях крыльев и кургузом хвосте. Постепенно они начинают разворачиваться в виде кисточек на вершинах.
Хищники не оставляют колонию без внимания. Кошкоголовый нетопырь регулярно появляется в окрестностях гнезда птиц-арлекинов, пытаясь напасть на его обитателей. Обычно эта летучая мышь охотится поодаль от гнезда, выбирая жертву среди одиноких птиц, которые не могут одновременно добывать корм и следить за окружающей обстановкой. Но иногда рукокрылый хищник отваживается нападать на обитателей колонии прямо у гнезда.
Самец кошкоголового нетопыря решил рискнуть и напасть на гнездо. Возле гнезда всегда можно найти добычу – множество птиц-арлекинов снуёт вблизи входов в гнездо, а на крыше сидят ткачики-вокло, оглядывая окрестности в поисках хищников. Хищная летучая мышь не спешит нападать – самец взлетел в скопление ветвей, старясь держаться подальше от гнезда. Словно огромный мохнатый паук, он переполз к концу ветки и повис на ней, держась только задними лапами. Под его весом тонкая ветка сильно прогнулась. Несколько минут он выжидал удобный для атаки момент, а затем раскрыл крылья и бросился к гнезду. Отпущенная им ветка выпрямилась, и шум листвы заставил нескольких птиц из колонии взглянуть вверх. Но они стали смотреть в гущу листвы, и не сразу заметили, что в сторону гнезда летит кошкоголовый нетопырь. Хищник успел хорошо разогнаться, и испуганные птицы бросились от него врассыпную. Вытянув когтистые задние лапы, кошкоголовый нетопырь пронёсся у самого края гнезда. В стремительном полёте он сумел схватить в воздухе птицу-арлекина, случайно оказавшуюся поблизости, и его острые когти моментально убили добычу.
Сделав крутой вираж, хищная летучая мышь полетела прочь от гнезда, слыша за собой голоса испуганных птиц. Кошкоголовый нетопырь унёс птицу в лес и нашёл на одном из деревьев давно знакомое удобное место для разделки добычи – прочную горизонтальную ветку, скрытую среди листвы. Он всегда помечает такие места запахом из специальных желёз и мочой, подновляя метки после каждого дождя. Листва помогает хищнику оставаться незаметным, чтобы на его добычу не позарился более сильный конкурент. Найдя любимую ветку, кошкоголовый нетопырь зацепился за неё свободной лапой и повис на ней вниз головой. Дополнительно он зацепился за ветку большим пальцем одного крыла. Птица – это добыча, с которой приходится повозиться перед тем, как съесть: сначала её приходится освободить от неудобоваримых перьев, а это требует времени. Кошкоголовый нетопырь умеет это делать довольно ловко: он хватает добычу зубами за голову и начинает ощипывать, выдирая пучки перьев свободной задней лапой. Он ощипывает добычу не полностью – крылья и голова остаются в перьях. Закончив с этим, хищник поедает мясо птицы прямо вместе с мелкими костями, выедая в основном мускулы груди и ног, а также часть внутренностей. Через полчаса после начала трапезы хищник просто бросает вниз обглоданный позвоночник птицы с головой и обрывками крыльев. После еды самец кошкоголового нетопыря наспех приводит себя в порядок: когтем большого пальца крыла летучая мышь смахивает перья, прилипшие к морде, и длинным языком вылизывает морду и шерсть на груди. Ему нужно кормить самку и потомство, и он отправляется к ним. Вряд ли самому охотнику достанется даже четверть проглоченного мяса.

День сорок третий.
Птенцы птиц-арлекинов и ткачиков-вокло хорошо развились. Их оперение почти полностью развернулось, и они уже выглядят похожими на взрослых птиц. В некоторых местах перья ещё не полностью отросли, и птенцы выглядят оборванными. Но им уже недолго осталось сидеть в гнезде – вскоре они покинут родной дом и начнут самостоятельную жизнь, полную опасностей. Но часто опасность сама приходит в колонию. Кошкоголовый нетопырь регулярно нападает на колонию, хотя ему не всегда удаётся поймать кого-нибудь из обитателей гнезда. Он использует колонию птиц как постоянный и бесперебойный источник корма – здесь всегда можно найти подходящую добычу, а самка и особенно подрастающий детёныш требуют достаточно много корма. Детёныш уже достаточно хорошо развился – он активно ползает по стенкам дупла и уже мало зависит от материнского молока. Часто он выпрашивает корм не у самки, а прямо у самца. Через несколько дней, если обстоятельства будут складываться так же хорошо, самка сможет оставлять его одного и охотиться вместе с самцом. Но пока самка и детёныш получают корм только от самца, и он предпочитает охотиться там, где охотничий успех гарантирован.
Самец кошкоголового нетопыря преуспел в охоте на птиц-арлекинов. Часто он нападал на колонию открыто, не выжидая удобного момента, и благодаря внезапности нападения ему удавалось схватить добычу раньше, чем ткачики-вокло собирались, чтобы дать ему отпор. Но в этот день рукокрылому хищнику не удалось успешно завершить нападение. Когда он бросился к гнезду, ткачики-вокло время заметили его и подняли тревогу. Когда хищник приблизился к гнезду, ему навстречу взлетела целая стая агрессивно настроенных защитников гнезда – ткачики-вокло, птицы-арлекины, и даже пара неразлучников-крошек, чьё потомство лишь несколько дней назад выбралось на верх гнезда. Все птицы ведут себя очень смело и агрессивно. Они нападают на самца кошкоголового нетопыря, держась подальше от его опасных челюстей, клюют его в спину и живот, и бьют крыльями. Перепончатые крылья летучей мыши очень уязвимы, и кошкоголовый нетопырь, оказавшись в окружении, старается избегать столкновения с птицами, чтобы не повредить крылья. Но ткачики-вокло, которым многочисленность придала смелость, атакуют его крылья и повреждают летательную перепонку зубцами, растущими на нижней челюсти. Результат их нападения превосходит все ожидания – тонкая летательная перепонка на одном крыле самца рвётся, и хищная летучая мышь падает на крышу одного из гнёзд, будучи не в состоянии держаться в воздухе.
Упав на гнездо, кошкоголовый нетопырь сразу потерял все свои преимущества перед птицами. Подобно почти всем рукокрылым, он чувствует себя очень неуверенно, находясь на ровной поверхности. Вывернутые коленками назад задние лапы и превратившиеся в крылья передние конечности позволяют ему лишь неуклюже ползти по крыше гнезда.
Птицы окружили врага, ползущего по их гнезду; теперь он полностью в их власти. Будучи не в своей стихии, кошкоголовый нетопырь может лишь оскаливать зубы, отгоняя окруживших его птиц, и издавать высокочастотный визг на грани ультразвука, который птицы с трудом могут вытерпеть. Поверженному хищнику приходится сдерживать напор птиц, окруживших его. В человеческую эпоху и в неоцене птицы точно так же ведут себя, если обнаружат сову или иного пернатого хищника. Собравшись стаей, обитатели гнезда кричат и клюют хищную летучую мышь. Неразлучники-крошки проявляют воинственность, совершенно несоизмеримую с их размером – недалеко от хищной летучей мыши на крыше гнезда сидят их птенцы, которые тревожно кричат, испуганные появлением этого чудовища. Маленькие попугаи смело бросаются на летучую мышь и кусают её в крылья, раздирая до крови летательную перепонку. Ткачики-вокло набрасываются на спину хищника, а одна из птиц, сев на шею кошкоголового нетопыря, больно клюнула хищника в голову. Птицы не знают жалости к врагу и действуют строго по врождённой инстинктивной программе: они просто прогоняют врага, и, если враг уходит не так быстро, как нужно, их агрессивность только возрастает.
Хищник обречён на смерть. Крыло нетопыря сильно повреждено: между пальцами правого крыла тянется длинный порез от середины до края крыла, и на обоих крыльях есть несколько сквозных ран, нанесённых птицами. Он уже никогда не сможет летать: даже если летучая мышь уйдёт живой из гнезда своей бывшей добычи, кто-то из хищников найдёт его прежде, чем раны смогут зажить. И в любом случае летучая мышь погибнет от голода – пока она не может летать, она не может охотиться.
Птицы гонят кошкоголового нетопыря на край крыши коллективного гнезда. Летучая мышь ползёт, пытаясь спастись от окруживших её врагов, повисает на краю гнезда, а затем срывается и падает вниз. Оказавшись в воздухе, кошкоголовый нетопырь инстинктивно раскрыл крылья и замахал ими. Но разорванное крыло животного бесполезно в полёте, и раненая летучая мышь полетела вниз, вращаясь в воздухе, словно опавший лист дерева. Где-то в подлеске самец кошкоголового нетопыря разбился насмерть. Его тело станет кормом для падальщиков и случайных хищников, и вряд ли пролежит нетронутым дольше нескольких часов.

День сорок четвёртый.
Самка кошкоголового нетопыря всё ещё ожидает своего самца с добычей. Бывало, что он задерживался во время охоты, но никогда не отлучался надолго. Если он не вернётся в течение этого дня, то к вечеру она, повинуясь инстинкту самосохранения, съест детёныша и покинет дупло, начав самостоятельную жизнь. Судьба детёныша висит на волоске, но самка не торопит события. Она лишь прислушивается к звукам, доносящимся снаружи, ожидая услышать знакомый шум крыльев и царапанье когтей по коре.
Вместо этого самка летучей мыши слышит иной звук – тихое, монотонное и продолжительное шуршание. Нет царапанья когтей, нет характерного хлопанья крыльев птицы или летучей мыши – лишь однообразный звук, который слышится всё более явственно. Хищник сам может оказаться добычей для другого хищника – таков порядок вещей в мире дикой природы.
Сухая мелкая чешуя шуршит об кору дерева – цепкохвостая древесная гадюка поднимается по стволу. Она почувствовала запах самки кошкоголового нетопыря и её детёныша, и теперь готовится к охоте. Раздвоенный язык змеи непрерывно исследует воздух, уточняя направление, в котором находится добыча. Наконец, рептилия ощутила запах летучих мышей особенно отчётливо, а затем увидела край дупла, в котором спрятались самка кошкоголового нетопыря и её детёныш.
Слух не подвёл самку нетопыря. Она не ошиблась – это был не самец, которого она тщетно дожидалась, а чужак, к тому же очень опасный. Она осторожно столкнула со своего тела детёныша, который пытался уцепиться за её шерсть, и осторожно оттеснила его в верхнюю часть дупла. Детёныш не понимал, почему мать так обращается с ним, но не стал сопротивляться, когда ощутил в движениях своей матери страх. Он заполз под самый свод дупла, и оттуда стал наблюдать за происходящим. А самка оскалила зубы и поползла по стенке дупла, готовясь дать отпор непрошенному гостю.
Расширенная плоская голова рептилии показалась в дупле, где укрылись летучие мыши. Змея представляет реальную опасность для летучих мышей, и даже хищник вроде кошкоголового нетопыря имеет очень мало шансов на выживание, оказавшись лицом к лицу с этой рептилией. Самка, движимая материнским инстинктом, однако, не отступает. Она шипит и широко разевает рот, показывая крупные зубы, которыми эти животные разгрызают кости добычи. Но змею не останавливает такая демонстрация. Она словно гипнотизирует самку летучей мыши, глядя на неё немигающим взглядом. Летучая мышь не отваживается вступать в схватку – она не смогла бы выиграть поединок с древесной гадюкой. Она лишь демонстрирует зубы, рассчитывая на то, что змея отступит. Но рептилия голодна. Она бросается на летучую мышь, быстро наносит ей ядовитый укус, и сразу же отдёргивает голову. Яд проник в кровь летучей мыши. У животного быстрый обмен веществ, и действие яда проявилось незамедлительно. Самка кошкоголового нетопыря почувствовала, что ей не хватает воздуха, затем её лапы ослабели и она свалилась на дно дупла, в слой древесной трухи и гнилушек, распугивая термитов и тараканов, которые жили там. Через несколько секунд летучая мышь была мертва.
Змея поползла внутрь дупла, высовывая язык – она разыскивала добычу по запаху. Благодаря чувствительному обонянию рептилия быстро нашла тело самки кошкоголового нетопыря. Она схватила мёртвое животное загнутыми остроконечными зубами и легко вытащила его из дупла. Зацепившись хвостом за ветку дерева, рептилия начала заглатывать добычу. Она аккуратно развернула тело жертвы головой вперёд и начала буквально «натягивать» на него раскрытую пасть, сильно растянув кости челюстей на эластичных связках. Хотя добыча сравнительно крупная, цепкохвостая древесная гадюка проглатывает её, лишь слегка напрягаясь. Последними в пасти змеи скрылись кончики крыльев. После сытного обеда змея «зевнула», широко раскрыв рот; связки между костями сократились, ставя челюстные суставы на место. Теперь ей нужны лишь тепло и покой – рептилия лениво развернулась и поползла вниз по лиане, разыскивая место, нагретое лучами солнца, проникающими через полог леса.
Детёныш кошкоголового нетопыря остался один, и он обречён на медленную смерть – ни один взрослый сородич, даже если найдёт его, не будет о нём заботиться. Возможно даже, что взрослый сородич просто съест его, если обнаружит.
Через два дня осиротевший детёныш кошкоголового нетопыря погиб от истощения и обезвоживания.

День пятьдесят шестой.
Молодые птицы-арлекины и ткачики-вокло достаточно хорошо развились. Большинство молодых птиц обоих видов уже покинуло гнёзда и сидит на верхней стороне гнезда. Они отличаются от взрослых птиц более тусклой окраской. У молодых птиц-арлекинов пока нет характерного белого кольца кожи вокруг глаз, а красный цвет в оперении заменён буроватым. Молодые птицы садятся на крышу гнезда, и постепенно она оказывается почти сплошь покрыта ими. Ткачики-вокло с трудом находят место, чтобы сесть на любимое место. Молодые птицы-арлекины продолжают покидать гнёзда, и для них уже не хватает места на гнезде. Они неуклюже вспархивают, рассаживаясь на ближайших ветвях и лианах. Молодые птицы кажутся совершенно одинаковыми, однако родители никогда не ошибаются, разыскивая собственное потомство среди множества похожих птиц по голосу. Ткачики-трикстеры нового поколения готовятся покинуть гнездо, но они сделают это немного позже, когда молодые птицы-арлекины уже покинут родительскую колонию. Птенец ткачика-вокло, выклюнувшийся из подложенного яйца, также успешно развился в гнезде этих птиц. Всем молодым птицам предстоят суровые испытания – родители будут заботиться о них лишь несколько следующих дней, и далее им придётся самим заботиться о собственной безопасности и добывать себе корм.
Природа готовит молодым птицам множество испытаний, и первые из них начинаются сразу же, как только молодняк покинул защищённые гнёзда. Птицы не заметили зловещий острокрылый силуэт, мелькнувший на фоне крон самых высоких деревьев. Кошкоголовый нетопырь снова угрожает безопасности обитателей колонии. Но это уже другая особь, которая заняла территорию, опустевшую после гибели прежнего хозяина и его самки. Он находится в значительно лучшем положении: на достаточно большом расстоянии от гнезда, слабо защищённые ткачиками-вокло и взрослыми особями своего вида, сидят многочисленные молодые птицы-арлекины. Это хорошая добыча – глупые и неопытные, плохо летающие птицы, которые плохо представляют себе, какую опасность несёт им эта крупная летучая мышь. Они не насторожились, когда крупный самец кошкоголового нетопыря появился вдалеке, а когда раздался первый сигнал тревоги, крылатый хищник был уже совсем рядом, и спасаться от него было поздно. Прежде, чем ткачики-вокло и несколько взрослых птиц-арлекинов напали на него, самец нетопыря выхватил одну молодую птицу прямо из общей массы и взмыл вверх. Увёртываясь от нападающих ткачиков-вокло, он полетел зигзагами, резко меняя направление движения. Птицы-арлекины также участвовали в защите гнезда, и несколько птиц этого вида присоединилось к стае защитников колонии уже во время погони за хищником. Преследуемый кошкоголовый нетопырь, не выпуская из когтей добычу, набрал скорость и скрылся среди ветвей. Когда враг пропал из виду, тревога в колонии прекратилась. Ткачики-вокло снова заняли место на крыше гнезда, расталкивая молодых птиц-арлекинов и молодняк собственного вида, а птицы-арлекины принялись кормить свои выводки.

День шестидесятый.
Некоторые молодые птицы чувствуют себя достаточно самостоятельными и больше не нуждаются в материнской заботе. Они делают первые шаги к самостоятельной жизни уже в окрестностях гнезда. Ещё не умея достаточно хорошо летать, они перепархивают с ветки на ветку, ковыряются в зарослях мха и расклёвывают отслаивающиеся куски коры в поисках насекомых, которые прячутся под ними. Детство некоторых животных может длиться годами, но птицы-арлекины буквально торопятся жить. Они очень быстро достигают половой зрелости и успевают в течение года вырастить несколько выводков птенцов. Молодые птицы-арлекины, выклюнувшиеся последними, ещё только покидают родные гнёзда, а их сородичи, которые старше всего лишь на три-четыре дня, уже покидают колонию. Для птиц-арлекинов очень характерна привязанность к сородичам в любом возрасте. Поэтому они улетают из родной колонии целой стаей, и начинают вести самостоятельную жизнь. У их соседей, неразлучников-крошек, связь родителей и их потомства очень сильна и рвётся постепенно. Молодые попугаи из первых выводков ещё держатся в окрестностях колонии птиц-арлекинов, перекликаясь с родителями и их соседями громкими голосами. В отличие от них, родственные связи у птиц-арлекинов рвутся очень легко. Когда молодые птицы покидают колонию, их родители также расстаются – самец просто прогоняет самку из своего гнезда. Так завершается цикл гнездования у птиц-арлекинов.
Молодые птицы, улетев из родного гнезда, продолжают искать корм, пока в лесу светло. Первая ночь вне гнезда уже сама по себе становится испытанием для молодых птиц-арлекинов. Мир поворачивается к ним непривычной, новой и опасной стороной. Тепло, уют и безопасность родительского гнезда остались в прошлом, и молодые птицы должны приспосабливаться к новой жизни. Когда на лес опускается ночная темнота, они собираются на ночлег на ветке, тесно прижавшись друг к другу. Их спасение – только в их количестве: сразу несколько десятков молодых птиц сидят на нескольких тонких веточках, прогибающихся под их весом. Это защита от лазающих хищников: если они решат подкрасться к спящим птицам, ветка начнёт дрожать под их лапами, и птицы почувствуют опасность. Но некоторые хищники могут добыть спящую птицу, минуя это препятствие. Длиннотелая птерогенеттула, выбравшись из своего укрытия, обнаружила спящих птиц-арлекинов, и во время плавного прыжка сумела выхватить одну птицу прямо из середины стаи.
В течение нескольких последующих дней большинство гнёзд в колонии опустело и молодые птиц покинули окрестности гнезда. Но некоторые родители из числа птиц-арлекинов ещё продолжают заботиться о потомстве. Их подопечный, наконец, покидает гнездо и вылезает. Он цепляется за стенки гнезда, неуклюже карабкаясь на крышу гнезда. Это не их собственный птенец, а кукушонок. Хотя это самец, его ювенильное оперение делает его похожим на молодых птиц-арлекинов и самок его собственного вида. Поэтому кукушонок находится в безопасности, даже если рядом с ним сидят взрослые ткачики-вокло. Подчиняясь инстинкту, приёмные родители кормят его и продолжат заботиться о нём, пока он не покинет колонию. Пока подкидыш требует заботы, пока его рот призывно открыт в ожидании корма, родительская пара птиц-арлекинов не распадётся. А в это время самцы-сородичи уже начинают строить и ремонтировать гнёзда, готовясь к новому гнездовому циклу. Родители подкидышей уже не успеют к новому гнездовому циклу, докармливая кукушонка. Но в этом есть неожиданная обратная сторона: подчиняясь ритму гнездования, организм птицы-арлекина работает на износ. Но перерыв в гнездовании даст приёмным родителям кукушонка возможность восстановить силы для последующего гнездования, и, возможно, оно будет удачнее.

Бестиарий

Зонтичная птица-арлекин (Scurrulornis rubrocephalus)
Отряд: Воробьинообразные (Passeriformes)
Семейство: Птицы-венценосцы (Umbellornitidae)

Места обитания: Центральная Африка, затопляемые леса в бассейне Конго.

Рисунок Тони Джонса

Этот вид – дальний родственник золотоспинной птицы-венценосца, отличающийся от неё особенностями анатомии и поведения. Эта птица – значительно более мелкая: размером с воробья. Основная окраска тела чёрная, на голове самцов – подвижный оранжево-красный хохолок. Перья хохолка несут опахало только на верхней трети длины. У самок хохолок более короткий, тёмно-вишнёвого цвета. Вокруг глаз у птиц обоих полов белые кольца голой кожи. Под крыльями у самцов – ярко-красные пятна. Окраска взрослого самца напоминает пёстрый лоскутный костюм Арлекина – отсюда и название птицы.
Эта птица питается преимущественно насекомыми, хотя может поедать мелкие семена разных деревьев. В связи с этим клюв этого вида более тонкий, чем у родственных видов.
В отличие от золотоспинного собрата, зонтичная птица-арлекин – строгий моногам. Однако он не избегает общества себе подобных, хотя это проявляется несколько иначе: птицы этого вида строят огромное коллективное гнездо, занимая облюбованное дерево на много лет. Гнездо строится и подновляется членами колонии практически круглый год. Оно разбито на множество «квартир», в которых обитают гнездящиеся пары птиц. Брачные пары у этих птиц образуются на один сезон гнездования, а гнездо «наследуется» самцом. Он же подновляет гнездо и исполняет возле него ритуал привлечения самки. Для этого самец вцепляется когтями в край гнезда и повисает на нём вниз головой, раскрыв крылья так, что становится видна красная окраска боков. При этом он призывно стрекочет. Если самка готова образовать с ним пару, она просто залетает в гнездо, а самец забирается следом за ней.
В кладке птицы-арлекина 5 – 7 яиц, обе птицы насиживают кладку попеременно в течение 14 дней, а затем вместе выкармливают птенцов. В возрасте 5 недель птенцы покидают гнездо, после чего родители докармливают их около недели. Когда птенцы покидают своих родителей, пара распадается, а самец отдыхает и готовит гнездо к новому циклу размножения. Всего за год в одном гнезде может быть сделано до 4 выводков. Молодая птица становится половозрелой в возрасте 4 месяцев.
Эффективность размножения у птиц этого вида повышена за счёт особенностей поведения: для обороны гнёзд у птиц-арлекинов применяется коллективная защита. Обнаружив врага – змею, крупную ящерицу или мелкого хищного зверя, птицы налетают на него всей стаей, отгоняя от гнезда.
Несмотря на такие особенности поведения, позволяющие эффективно выживать, продолжительность жизни у этой птицы очень мала - не больше 3 лет. Это общая черта всех животных, имеющих небольшие размеры тела.

Ткачик-вокло (Voklo tutor)
Отряд: Воробьинообразные (Passeriformes)
Семейство: Ткачиковые (Ploceidae)

Место обитания: Центральная Африка, дождевые леса. Ареал совпадает с ареалом птицы-арлекина.
В процессе эволюции различные виды птиц независимо друг от друга переходили к гнездовому паразитизму – подкладывали яйца в гнёзда других птиц, и приёмные родители выращивали молодняк вида-паразита. Общеизвестный пример таких птиц – кукушки. Менее известны гнездовые паразиты из числа гусеобразных, например, жившая в эпоху человека южноамериканская утка Heteronetta (в неоцене её своеобразным аналогом является азиатская райская утка-кукушка). Среди певчих птиц гнездовые паразиты существовали среди ткачиков, вдовушек и трупиалов.
В неоцене отношения гнездового паразитизма среди птиц продолжили развиваться, и привели к формированию целого ряда видов птиц, демонстрирующих различные виды этого явления.
В лесных районах Африки обитает семейство птиц-венценосцев, характерным представителем которого является зонтичная птица-арлекин, мелкий вид, образующий многочисленные колонии, гнездящиеся совместно в огромном плетёном гнезде. Эти птицы совместно защищают гнездо от различных хищников, но в процессе эволюции у них появился своеобразный «наёмник», который помогает ещё успешнее защищать общее гнездо. Его «платой» за это является возможность подложить яйцо в гнездо птицы-арлекина. Этот вид – ткачик-вокло (вокло – вороватый дух в мифологии одного из африканских народов).
Эта птица хорошо приспособилась к сосуществованию с птицами-арлекинами, которые сравнительно спокойно относятся к присутствию ткачика-вокло в своей колонии. Ткачик-вокло резко отличается по окраске от своего хозяина: это птица чёрно-белой расцветки с ярким голубым блеском на чёрных участках оперения. У него белые голова, шея, передняя часть спины и подхвостье, чёрные грудь, живот, крылья и хвост. Клюв и ноги ткачика-вокло желтовато-коричневые. Птица имеет короткие округлые крылья и широкий хвост. Он немного массивнее птицы-арлекина, и отличается крепким толстым клювом. На нижней челюсти этой птицы недалеко от кончика подклювья есть пара острых роговых зубчиков. С помощью этих зубчиков птица наносит укусы хищникам, нападающим на колонию птицы-арлекина.
Любой наёмник требует оплаты, и ткачик-вокло не исключение. Эта птица не умеет строить гнёзда и не выращивает потомство самостоятельно, а подбрасывает свои яйца для инкубации птицам-арлекинам. В среднем, в каждом третьем гнезде птиц-арлекинов растёт подкидыш – птенец ткачика-вокло. В отличие от птенцов кукушек или медоуказчиков, птенцы этого вида не уничтожают выводок птицы-арлекина и благополучно дорастают до выхода из гнезда. Молодые особи ткачика-вокло по окраске также похожи на птенцов вида-хозяина, и к ним не проявляют агрессии ни приёмные родители, ни взрослые ткачики-вокло. Часто ткачик-вокло подкладывает яйца в гнёзда ткачика-трикстера, другого вида, живущего в колониях птицы-арлекина. Края слизистой оболочки рта у птенцов этого ткачика имеют голубой блеск, хорошо заметный в полумраке гнезда.
Вид-защитник, даже такой ценой, как выращивание его птенцов – выгодное приобретение для мелких зонтичных птиц-арлекинов. Конечно, птица-арлекин и сама может защитить гнездо, но при таком типе отношений защита просто перекладывается на другой вид птиц. Поведение ткачика-вокло по отношению к врагам колонии очень агрессивное. На специфический сигнал тревоги собирается стая этих птиц, которые совместно нападают на агрессора. Причём такие птицы патрулируют даже дальние подступы к гнезду, не допуская к колонии любых животных, передвигающихся в пологе леса, даже не опасных для гнезда. Они садятся на ветку между возможным агрессором и гнездом и наблюдают за чужаком. Если он проходит мимо, птицы продолжают обычную жизнь. В противном случае защитники колонии начинают агрессивные демонстрации, а затем следует совместное нападение. На такой сигнал могут откликаться и птицы-арлекины, и при большой опасности они также участвуют в атаке.
Ткачик-вокло не является пищевым конкурентом птицы-арлекина. Он поедает крупные твёрдые семена, раскалывая их сильным клювом, добавляя к рациону почки деревьев и плоды с плотной кожурой, которую легко прокусывает. Как белковую подкормку ткачик-вокло поедает жуков с крепким панцирем. Молодые птицы этого вида ведут совсем другой образ жизни, чем взрослые особи. В начале самостоятельной жизни они имеют коричневое оперение, живут небольшими стайками в лесу и питаются насекомыми. С наступлением половозрелости, в возрасте 8 месяцев, они приобретают окраску взрослых птиц и поселяются в колонии птицы-арлекина.

Ткачик-трикстер (Paravoklo trickster)
Отряд: Воробьинообразные (Passeriformes)
Семейство: Ткачиковые (Ploceidae)

Место обитания: Центральная Африка, дождевые леса. Ареал совпадает с ареалом птицы-арлекина и ткачика-вокло.
Длительная совместная эволюция колониальных птиц привела к образованию видов, тесно связанных со своими соседями на разных стадиях жизненного цикла. Для одних видов соседи по колонии – надёжные сторожа, для других – приёмные родители. В колониях птицы-арлекина, обитателя конголезских лесов, селится несколько видов птиц, находящихся в разных отношениях с видом-основателем колонии. Здесь они находят безопасное место для выведения потомства, поскольку колония охраняется как самими птицами-арлекинами, так и некоторыми видами, обитающими совместно с ними. Одним из «охранников» птицы-арлекина является ткачик-вокло, чёрно-белая птица, имеющая очень агрессивное поведение и запоминающуюся чёрно-белую окраску. И среди обитателей колонии есть особый вид-имитатор, который подражает по окраске и повадкам ткачику-вокло, таким способом обеспечивая себе безопасность. Это ткачик-трикстер, его дальний родственник, сильно отличающийся поведением от своего воинственного «кумира». У него совершенно иные брачные призывы и иной тип ухаживания в брачный сезон, но самое главное различие в поведении этих птиц состоит в том, что эта птица самостоятельно выращивает потомство.
Ткачик-трикстер (название буквально означает «шутник») похож по окраске и облику на ткачика-вокло, но имеет ряд отличий. Он немного мельче и имеет более лёгкое сложение; у него тонкий конический клюв, предназначенный для добывания насекомых – ткачик-трикстер разыскивает насекомых под корой и в подгнивающей древесине. Также он отличается от ткачика-вокло более обширной областью белого оперения на спине – белые перья достигают почти оснований маховых перьев. Подхвостье у этого вида тёмное, а чёрный цвет на оперении имеет не голубой, а слабый фиолетовый отблеск. Клюв и лапки у этой птицы чёрные. Ткачик-трикстер очень точно имитирует агрессивный крик ткачика-вокло (отсюда название), но во время обороны гнезда ткачики-трикстеры не нападают на врага, предпочитая оставаться возле гнезда.
Этот ткачик селится только в колониях птицы-арлекина; в каждой колонии встречается две – три пары этого вида. Ткачики-трикстеры образуют прочные семейные пары, которые могут гнездиться несколько лет подряд, распадаясь только при смерти одного из партнёров. Гнездо этих птиц не отличается от гнёзд птицы-арлекина, и часто ткачики-трикстеры просто занимают и слегка переустраивают покинутое гнездо птиц-арлекинов, ремонтируя его стены и заменяя часть подстилки. Они гнездятся несколько раз в год, в том числе тогда, когда птицы-арлекины не размножаются.
Ткачик-трикстер изредка может выращивать птенцов ткачика-вокло. В отличие от птиц-арлекинов, эти ткачики всегда агрессивно ведут себя в отношении любых птиц, которые пытаются проникнуть в их гнездо. Поэтому ткачики-вокло, несмотря на воинственность по отношению к врагам колонии, реже пользуются услугами этого вида для выращивания потомства. В кладке ткачика-трикстера до пяти яиц, насиживание длится до 15 дней. Птенцы этого вида имеют «неоновые» участки эпителия по краю слизистой оболочки рта, которые в полумраке гнезда светятся желтоватым светом.

Неразлучник-крошка (Micragapornis pusillus)
Отряд: Попугаеобразные (Psittaciformes)
Семейство: Попугаевые (Psittacidae)

Место обитания: Экваториальная Африка, влажные тропические леса.

Рисунок Ламберта

В эпоху человека крупные виды попугаев сильно пострадали от деятельности человека. Много видов этих птиц исчезло в историческую эпоху из-за охоты и разрушения мест обитания. Поэтому в неоцене даже крупные попугаи являются потомками голоценовых видов мелкого и среднего размера. Неразлучники (род Agapornis) – мелкие и многочисленные виды попугаев, которые выжили в эпоху человека благодаря своим мелким размерам. В остатках лесов сохранились достаточно многочисленные популяции этих птиц. Кроме того, некоторые виды этих попугаев не избегали антропогенных ландшафтов. Темп размножения и быстрая смена поколений позволили им успешно выживать в условиях быстрого изменения среды обитания. Некоторые потомки этих птиц стали довольно крупными – например, мадагаскарские ложноара. Но другие виды остались небольшими птицами. К их числу относится неразлучник-крошка, житель дождевых лесов Экваториальной Африки.
Это мелкий вид попугаев – длина тела взрослой птицы не больше 10 см вместе с коротким широким хвостом. В окраске верхней части тела преобладает ярко-зелёный цвет с более тёмными пятнами на крыльях. Нижняя часть тела лазорево-голубая. Такая окраска попугая плохо заметна при взгляде как сверху, так и снизу. На передней части головы у взрослых птиц обоих полов есть розовая «маска», окаймлённая тонкой полосой чёрных перьев. У молодых птиц такой «маски» нет, она появляется только в возрасте около 8 месяцев. Клюв чёрный, с блестящей поверхностью. Самец и самка не отличаются друг от друга окраской.
Крылья и хвост этого попугая короткие и округлые, но птица является прекрасным летуном. Полёт неразлучника-крошки быстрый и прямолинейный, но при необходимости (например, спасаясь от хищной птицы) попугай умеет ловко летать среди веток и лиан, совершая резкие повороты.
Этот вид живёт в коллективном гнезде птицы-арлекина. Неразлучник-крошка не участвует в охране гнезда, но пользуется безопасностью, которую обеспечивают другие виды птиц, в том числе хозяева гнезда. Он образует маленькие колонии из нескольких гнездящихся пар внутри колонии птицы-арлекина. Среди гнездящихся пар этих попугаев нет строгой иерархии, но соседи хорошо помнят друг друга и предпочитают гнездиться среди знакомых птиц. Новичок, попавший в колонию этих попугаев, должен вначале установить социальные связи со старожилами гнезда. Только в этом случае он сможет успешно найти пару и начать гнездиться.
Неразлучник-крошка умеет строить трубообразные плетёные гнёзда из растительных волокон. Но чаще всего он просто занимает старые гнёзда в колонии птицы-арлекина, и только подновляет их с помощью прочных волокон из листьев пальм и древесной коры. В кладке этих птиц бывает до четырёх яиц со скорлупой белого цвета. Инкубация длится около 3 недель; насиживает преимущественно самка. Птенцы голые и слепые, как у всех попугаев. Около 25 дней после выклева они сидят в гнезде, постепенно оперяясь. Молодые птицы становятся способными к гнездованию в возрасте около 9 месяцев.

Непарная карликовая кукушка (Nanocuculis dimorpha)
Отряд: Кукушкообразные (Cuculiformes)
Семейство: Кукушковые (Cuculidae)

Место обитания: Экваториальная Африка, дождевые леса Конго.
В эпоху неоцена дождевые леса снова восстановились на огромных площадях, откуда отступили под влиянием оледенения и хозяйственной деятельности человека. Полог леса предоставляет собой средоточие многообразия жизненных форм в лесу. Здесь сконцентрированы основная биомасса и разнообразие обитателей леса, и встречается большое количество узкоспециализированных видов.
Характерный обитатель полога леса, птица-арлекин, образует крупные гнездовые колонии, в которых поселяются разнообразные птицы – ткачики, попугаи, и другие виды. Один из ткачиков, ткачик-вокло, является гнездовым паразитом птицы-арлекина. Он «платит» за это, охраняя колонию, где выращиваются его птенцы. Но у птицы-арлекина есть ещё один гнездовой паразит, который совершенно не собирается каким-то образом «оплачивать» услуги по выращиванию его птенцов. Это непарная карликовая кукушка – вид, приспособившийся подкладывать яйца мелким птицам, гнездящимся в закрытых и плетёных гнёздах. Птицы, гнездящиеся в гнёздах такого типа, защищены от гнездового паразитизма крупных кукушек и других гнездовых паразитов, которые просто физически не могут проникнуть в их гнездо, а их птенец не может выбраться из такого гнезда. Но непарная карликовая кукушка благодаря своим небольшим размерам успешно подбрасывает яйца в крытые гнёзда. Это птица размером немного крупнее воробья.
Самец и самка этого вида птиц сильно отличаются по расцветке, отсюда название «непарная». Эта особенность вида связана с разной ролью самцов и самок в процессе размножения этих кукушек.
Самец этого вида имеет очень яркую окраску, заметную издалека. Основной цвет его оперения ярко-голубой, а вокруг глаз есть участок оголённой кожи жёлтого цвета. Он примерно наполовину тяжелее самки, с более длинным хвостом. Самка своей внешностью имитирует птицу-арлекина: она чёрная с красновато-рыжими пятнами под крыльями и «шапочкой» такого же цвета. Она пользуется этим сходством для кладки яиц в хорошо защищаемой колонии птицы-арлекина.
Клюв у этих птиц довольно длинный, слегка загнутый на конце; разрез рта очень широкий. Благодаря цепким лапам птицы этого вида ловко лазают по стволам и веткам, а самка легко передвигается по колонии птиц-арлекинов.
Токовые игры этих птиц начинаются неподалёку от гнездовой колонии птиц-арлекинов. Самец занимает обширную территорию, и своим монотонным криком предупреждает соперников о том, что она занята. Он хорошо знает гнездовые колонии птиц-арлекинов на своей территории, и по очереди токует возле каждой из них. Брачный период у этих кукушек совпадает с брачным периодом птиц-арлекинов, и в момент брачных игр птиц-арлекинов самец непарной карликовой кукушки особенно активен. В это время самец издаёт частые монотонные звуки, похожие на звон от ударов молоточка по металлу. Самка прилетает на его голос, и после простой брачной церемонии самец спаривается с ней. Но самка не покидает его, пока не будет готова отложить яйцо. После спаривания яйцо в её организме формируется очень быстро. В это время самец может спариться ещё с несколькими самками, и одну за другой он препровождает их к колонии птиц-арлекинов.
Самец и самка совместно подкладывают яйцо в колонию: от слаженности их совместных действий напрямую зависит успех в размножении. Чтобы самка могла подложить яйцо, самец отвлекает птиц-охранников своим присутствием. Он подлетает к гнезду и начинает вести себя вызывающе – позирует, раскрывает крылья и кричит. В ответ птицы-арлекины и ткачики-вокло пытаются его отогнать – они атакуют его, собравшись большой стаей. В это время самка приближается к гнезду, прячась среди эпифитных растений. Пока самец отвлекает птиц, она успевает тайком отложить яйцо, похитить яйцо птицы-хозяина и скрыться, пользуясь сходством с защитниками гнезда. В общей суматохе, которую создаёт самец, её никто не замечает. В колонии на сотню гнёзд птиц арлекинов приходится от трёх до пяти птенцов кукушки.
Птенец этой кукушки, в отличие от птенцов ткачиков-вокло, изначально настроен получить от приёмных родителей всё и ни с кем не делиться. Эмбриональное развитие этих птиц происходит быстрее, чем у птицы-арлекина – в течение 12 дней. Он выводится раньше птенцов арлекина и просто выбрасывает яйца из гнезда. Он поступает так же, если «опаздывает» выклюнуться – просто выбрасывает остальных птенцов. Развитие кукушонка в гнезде проходит дольше, чем развитие птенцов самих птиц-арлекинов и ткачиков-вокло – около шести недель. В результате его приёмные родители пропускают одну волну гнездования, выкармливая подкидыша. «Детское» поведение, неяркое ювенильное оперение и ярко окрашенные края клюва гарантируют кукушонку, покинувшему гнездо, безопасность в окружении воинственных ткачиков-вокло.

Хамелеон-единорог (Unicornosaurus baculiformis)
Отряд: Чешуйчатые (Squamata), подотряд Ящерицы (Lacertilia)
Семейство: Хамелеоны (Chamaeleonidae)

Место обитания: Экваториальная Африка, полог дождевых лесов.
Хамелеоны принадлежат к числу специализированных лазающих рептилий. В эпоху человека их разнообразие было особенно велико в дождевых лесах Мадагаскара, где встречались самые крупные и самые мелкие представители этого семейства. Ряд видов этих рептилий обитал в саваннах и сухих лесах, и именно эти виды стали предками разных неоценовых видов хамелеонов. После стабилизации условий на Земле, когда сформировались новые экосистемы и расширилась область тропических лесов, хамелеоны стали характерными жителями полога дождевого леса.
Характерной особенностью хамелеонов является их способность к маскировке. В эпоху человека хамелеоны обладали способностью менять окраску кожи в широком диапазоне. Некоторые неоценовые хамелеоны добавили к маскировочным приспособлениям особенности текстуры кожи и формы тела, которые значительно улучшили их способности к маскировке. В пологе дождевых лесов Африки обитает один из таких видов, который называется хамелеон-единорог. Название этой рептилии отражает её характерную особенность: на голове этой ящерицы растёт длинный роговой вырост, похожий на рог мифического единорога, торчащий вперёд. Длина этой ящерицы около 60 см, и ещё примерно четверть общей длины составляет рог. На этом роге развивается несколько продольных рядов вздутых чешуй, а на коже вдоль тела протягиваются два ряда крупных роговых бугров, между которыми растут небольшие роговые щитки. Это позволяет рептилии имитировать фактуру древесной коры, меняя окраску соответствующим образом. Кроме рога, на голове ящерицы над глазами растут два крупных роговых гребешка.
Хвост составляет около половины длины тела ящерицы (не считая рога). На нижней стороне хвоста и на внутренней стороне ног развиваются поперечные роговые гребешки, увеличивающие прочность захватывания веток. Кроме того, на лапах ящерицы растут кожистые «оборки», улучшающие её маскировку. Тело хамелеона-единорога имеет почти ту же толщину, что и голова, шейный перехват выражен слабо.
Обитая в кронах деревьев на большой высоте, эта ящерица защищается от врагов и поджидает добычу, ловко имитируя сухую ветку. У этой ящерицы выработалась характерная защитная поза: в случае опасности хамелеон обхватывает ветку задними ногами, прицепляется к ней хвостом и отгибает голову и переднюю часть туловища под углом к ветке. При этом передние лапы прижаты к бокам, и поднятая часть тела хамелеона выглядит похожей на сухой сучок. В такой позе ящерица может пребывать в совершенной неподвижности несколько минут подряд.
Если необходимо угрожать, окраска хамелеона-единорога становится очень заметной. Верхняя часть тела становится поперечно-полосатой: ящерица чернеет, и на этом фоне появляются поперечные полосы вишнёво-красного цвета. Крупные роговые наросты и живот белеют. Потревоженная ящерица раздувается, чтобы казаться крупнее, и поднимается на ногах. Иногда хамелеон-единорог может, прицепившись задними лапами к ветке, покачиваться из стороны в сторону, шипя и броско окрасившись. Угрожая, он широко раскрывает рот и может укусить.
Эта рептилия является хищником. Хамелеон-единорог питается крупными насекомыми, но также может нападать на лягушек, ящериц и мелких птиц. Он ловит добычу с помощью длинного выбрасывающегося вперёд языка. По бокам языка развиты два небольших роговых крючка, позволяющих удерживать крупную добычу.
Этот хамелеон не спускается на землю для размножения – он живородящ. Два раза в год самка рождает до пяти молодых особей, которые способны самостоятельно питаться уже в первые минуты после рождения. В момент рождения детёныши покрыты тонкой плёночной оболочкой, которую сразу же прорывают и съедают. В возрасте трёх лет они достигают типичных размеров взрослой особи и становятся половозрелыми.

Цепкохвостая древесная гадюка (Tenaciophis viridis)
Отряд: Чешуйчатые (Squamata), подотряд Змеи (Serpentes)
Семейство: Гадюковые (Viperidae)

Место обитания: Конго, дождевые леса.
Рептилии – очень характерные обитатели полога дождевого леса. Их лазающие виды, ящерицы и змеи, образуют в благоприятных условиях большое количество видов, занимающих разнообразные экологические ниши. Змеи – одни из самых обычных обитателей полога леса. При сравнительно однообразном плане строения и строгой специализации к хищничеству они занимают различные экологические ниши в дождевом лесу. К древесному образу жизни независимо друг от друга переходят представители различных групп змей.
В центральноафриканских дождевых лесах водится особый вид гадюк, освоивший лазающий образ жизни – цепкохвостая древесная гадюка. Это рептилия довольно большого размера – её длина около 250 – 300 см. Для маскировки среди растений у неё развилась зелёная окраска с «мраморным» рисунком из коричневатых пятен неправильной формы на спине и боках. На голове и передней части тела узор значительно более контрастный и чёткий, чем на хвосте. Живот этой змеи желтовато-белый.
Цепкохвостая древесная гадюка обладает мускулистым хвостом, способным прочно захватывать ветви. На боках хвоста рептилии развиваются крупные чешуи, улучшающие сцепление хвоста с опорой, а щитки на нижней части тела обладают некоторой подвижностью и могут приподниматься, усиливая сцепление с опорой. Эта змея достаточно малоподвижна, и большую часть времени проводит, зацепляясь хвостом за ветки. Мускулатура туловища у неё развита очень хорошо, и при необходимости эта гадюка может долго удерживать тело на весу, зацепившись только хвостом. Она ловит птиц в «прыжке», резко распрямляя тело в любом направлении. При таких бросках до 70% тела змеи находится в воздухе без опоры. Кроме того, цепкохвостая древесная гадюка часто охотится на менее подвижную добычу – на птенцов различных птиц, ещё не покинувших гнёзда. Она также часто грабит закрытые и труднодоступные гнёзда птиц-арлекинов, не обращая внимания на атаки птиц-защитников. Прицепившись к краю коллективного гнезда, она по очереди засовывает голову в гнёзда и вытаскивает птенцов. Эта же особенность поведения помогает змее обследовать дупла деревьев и охотиться на летучих мышей и грызунов, проводящих там день.
Голова этой змеи тупоносая, округлых очертаний, уплощенная, с явственно выраженным шейным перехватом. Цепкохвостая древесная гадюка относится к ядовитым змеям, и её яд за несколько секунд убивает птиц размером с голубя. Эта змея поедает добычу именно такого размера или меньшую.
Самец этого вида крупнее и стройнее самки, обитает в верхней части крон деревьев. Более массивная самка живёт в средней и нижней части крон. Встречи самцов и самок происходят исключительно ради спаривания; для этого самец находит самку по запаху. Если возле одной самки встречаются несколько самцов, они устраивают поединки за право спаривания, вцепившись хвостами в ветку и скрутив тела тугой спиралью. Цепкохвостая древесная гадюка живородящая, дважды в год самка рождает одновременно 2 – 3 крупных детёнышей. Длина новорожденной змеи достигает примерно трети длины матери. После первой линьки, в возрасте двух дней, молодые змеи начинают питаться крупными насекомыми, постепенно переходя на лягушек и мелких птиц. Окраска молодых змей более насыщенная, чем у взрослых, и контрастный узор тянется почти до конца хвоста. Они становятся половозрелыми в возрасте 3 лет.

Птерогенеттула длиннотелая (Pterogenettula prolonga)
Отряд: Хищные (Carnivora)
Семейство: Виверровые (Viverridae)

Место обитания: Экваториальная Африка, верхний ярус дождевого леса.

Рисунок Александра Смыслова

Развитие у живых существ разнообразных анатомических приспособлений зависит от особенностей среды их обитания. И общность среды обитания приводит к образованию похожих приспособлений у неродственных видов. Так произошло в лесах Экваториальной Африки, где на деревьях первой величины развилось много видов млекопитающих, способных совершать длинные прыжки. Если полог леса сомкнут, то в нём получают преимущества хорошо лазающие животные. Зато в рыхлом многоярусном пологе господствуют специалисты по длинным прыжкам. И на вершине пищевой цепочки здесь также встал живой «планерист», только хищник.
Хищник верхнего яруса африканских лесов – длиннотелая птерогенеттула, мелкое животное с вытянутым туловищем. Она произошла от какого-то из видов лесных виверровых, которому удалось пережить преследование со стороны человека в остатках экваториальных лесов Африки.
Длина тела этого хищника – всего около 30 см, а хвоста – около 20 см. Внешне это животное похоже на небольшую куницу: у птерогенеттулы относительно короткие лапы и вытянутая голова. Животное имеет «мраморную» пятнистую окраску из крупных кольцевидных пятен на светлом фоне. Это делает хищника незаметным на фоне коры, испещрённой тенями листьев. На голове есть тёмные полосы между глазом и носом, служащие для распознания сородичей.
Конечности относительно короткие, снабжены пальцами с цепкими когтями. Но самая замечательная черта внешности этого зверька – между передними и задними лапами натянута небольшая летательная перепонка. Для улучшения её «летательных» свойств по краю перепонки протягивается бахрома чёрного пушистого меха (как у голоценовой обезьяны Colobus на боках). Длинный хвост животного служит рулём. Умело используя силу ветра, птерогенеттула может совершать прыжки до 20 метров длиной, теряя в высоте лишь 8 – 10 метров. Управляя полётом, птерогенеттула может даже ловить мелких птиц, сбивая их внезапным прыжком из засады. Если атака была неудачной, животное просто продолжает прыжок, и садится на дерево. Подлетая к конечной точке прыжка, животное расслабляет летательную перепонку, и вцепляется когтями всех четырёх лап в ветку или кору дерева. Также этот хищник умеет ловко лазать по деревьям, не уступая в скорости белке. Птерогенеттула часто охотится и традиционным для хищников способом, преследуя добычу среди ветвей.
Излюбленная добыча птерогенеттулы – птицы, но также она часто охотится на ящериц, белок и беличьих мартышек – карликовых обезьян полога леса.
Это животное – убеждённая одиночка. Каждая особь выбирает себе определённый участок в пологе леса, простирающийся не только в стороны, но и вверх. Границы помечаются пахучими выделениями специфических желез анальной области.
Сезонности в размножении птерогенеттул нет, и молодых животных можно встретить в любое время года. В год самка приносит 2 выводка по 4 – 5 детёнышей. Молодые животные отличаются более тёмной окраской (светлые промежутки между тёмными пятнами так малы, что окраска кажется сетчатой). Примерно в четырёхмесячном возрасте молодые животные начинают учиться «летать» - к этому времени летательная перепонка у них развивается в полной мере. Половая зрелость у них наступает в возрасте 8 – 9 месяцев, а продолжительность жизни – около 6 лет.

Прыгающая беличья мартышка (Sciuropithecus semivolans)
Отряд: Приматы (Primates)
Семейство: Мартышковые (Cercopithecidae)

Место обитания: тропические леса Центральной Африки, деревья первой величины.
В конце голоцена дождевые тропические леса экваториального пояса Земли пережили не лучшее время: иссушение и похолодание климата планеты во время ледникового периода резко сократило их площади, вызвав распад ранее единого пояса лесов на ряд небольших островков. Представители фауны этих природных сообществ либо вымерли, либо их численность резко сократилась. Но некоторые виды использовали оригинальную стратегию выживания, которая помогла оставить численность вида на прежнем уровне: они просто уменьшились в размерах, и на сократившейся территории лесов могла прокормиться столь же большая популяция, как и прежде, выживание которой более стабильно. Так поступали в плейстоцене слоны и носороги на островах Средиземноморья, мамонты на острове Врангеля и колумбовы слоны на островах близ побережья Северной Америки. А в лесах Африки так поступили мартышки (Cercopithecus). Один из видов этих пёстрых обезьян превратился в настоящего карлика в своём роде, что позволило ему выжить. И эта тактика оказалась столь успешной, что позже этот вид разделился на несколько дочерних видов, занимающих разные экологические ниши. Так появился на Земле род беличьих мартышек (Sciuropithecus), представители которого практически не превышают по размеру обычную белку. После увеличения площади лесов виды этого рода расселились, но обитание на разных «островах» леса привело к формированию разных видов, отличающихся друг от друга поведением и образом жизни.
Беличьи мартышки по сравнению с другими видами обезьян очень «головастые» - это общая черта всех мелких приматов, в том числе южноамериканских игрунок (Callitrix), на которых беличьи мартышки похожи по экологии. Кроме того, эти мелкие приматы отличаются многочисленными «украшениями» из волос и цветными полосами и пятнами, которые служат для видового распознавания.
Прыгающая беличья мартышка – типичный представитель рода. Она обитает на самых высоких деревьях тропического леса и имеет своеобразное приспособление для такой жизни. Эта обезьяна – превосходный прыгун, у неё большие задние лапы с цепкими длинными пальцами. Она с лёгкостью преодолевает по воздуху расстояние в десять метров и более. Для маленького существа это несложная задача: в воздухе обезьянка держится за счёт длинных волос, которые растут на боках и плечах, образуя своеобразный «парашют». Пышная волосяная кисточка на конце длинного хвоста помогает рулить. Этим прыгающая беличья мартышка конвергентно сходна с обезьянами рода гвереца (Colobus). Оттолкнувшись от ветки ногами, обезьяна раскидывает руки в стороны, и свободно парит в воздухе, поддерживаемая восходящими воздушными потоками. Долетев до намеченной ветки, она сгибает тело, вытягивает ноги вперёд, голову отклоняет назад, и вцепляется пальцами ног в кору. Благодаря способностям «летать» она практически не имеет конкурентов среди сородичей, освоив жизнь на высочайших деревьях тропического леса.
Прыгающая беличья мартышка окрашена контрастно: почти всё тело покрыто белой шерстью, волосы «парашюта» тоже белые, а на спине – чёрная продольная полоска, расширенная на плечах. У самцов лица покрыты голубоватой голой кожей и имеют рыжие «бакенбарды» и бороду, у самок кожа на лице розовая, а волосяных «украшений» нет. Кроме того, у самцов этого вида развиты длинные клыки. Детёныши резко отличаются окраской от взрослых: они покрыты коричневой шерстью, с возрастом светлеющей.
Эти обезьяны держатся в кронах самых высоких деревьев (на высоте свыше 30 метров) стаями по 20 – 30 особей. В стае чётко выделяется главная пара, и прочие пары беспрекословно подчиняются ей. В арьергарде стада находятся молодые неполовозрелые особи и холостяки. Они боятся вожака, и в то же время регулярно оспаривают его право на лидерство.
У этих животных развит «язык» звуковых сигналов, включающий до 30 различных «слов»: визг, уханье, чириканье и крики.
Прыгающие беличьи мартышки питаются мягкими плодами, семенами с тонкой оболочкой, и разнообразными насекомыми и пауками, которых находят в кронах деревьев. Они не конкурируют с древесными грызунами, которые специализируются на питании твёрдыми кормами. Кроме того, беличьи мартышки довольно агрессивны к ним, и грызуны, как правило, избегают мест, где водятся эти приматы.
Самка рождает одного детёныша раз в 5 - 6 месяцев. Первое время он держится за шерсть на её груди, позже перебирается на спину матери. Пока у детёныша сохраняется «детская» окраска, с ним охотно играют все особи в стае, независимо от ранга. Но позже, примерно в четырёхмесячном возрасте, окраска начинает светлеть: малыш взрослеет. Он окончательно покидает свою мать в возрасте семи – восьми месяцев, хотя время от времени общается с ней на протяжении всей жизни. Подросший молодняк держится в стороне от вожака, который видит в холостяках угрозу своему лидерству. Чтобы доказать своё право на главенство, самец прибегает к угрожающим демонстрациям: он широко разевает рот, демонстрируя острые клыки, и пронзительно визжит. При этом он показывает свою силу, прыгая с ветки на ветку, или раскачивая ветку, на которой сидит. Обычно такие напоминания о лидерстве бескровны и ограничиваются только демонстрациями, но если противник дерзок и не собирается подчиняться, демонстрация сил переходит в драку, сопровождаясь укусами и клочьями вырванной шерсти. Когда иерархия бесспорна, стадо может мирно кормиться, за исключением тех моментов, когда низшей по рангу особи не удаётся скрыть удачную находку от бдительного взора главы стада. Социальные связи в стаде укрепляются с помощью груминга – «обыскивания». Так беличьи мартышки, как, впрочем, все обезьяны, выражают свою лояльность или благорасположение к сородичу.
Как и все мелкие животные, беличьи мартышки живут не очень долго, хотя благодаря размерам мозга они могут считаться долгожителями по сравнению, допустим, с грызунами: они живут до 10 - 13 лет.
В лесах Экваториальной Африки обитают представители близких видов:
Болотная беличья мартышка (Sciuropithecus paludiphylus). Этот примат принадлежит к тому же роду, что и предыдущий. Отличается от прыгающей беличьей мартышки более массивным сложением, короткими конечностями, отсутствием волосяной бахромы на боках, а также иной расцветкой шерсти. Окраска этого вида гораздо темнее: голова чёрного цвета, спина серая, живот белый. Вдоль боков проходят продольные ржаво-бурые полосы, на руках - «перчатки» рыжей шерсти. Вокруг глаз у этой обезьяны есть округлые участки голой кожи, окрашенной в белый цвет. Это отпугивающая окраска, создающая впечатление огромных немигающих «глаз» крупного зверя. Детёныши не имеют таких ложных «глаз», и у них нет участков рыжей шерсти на теле. Хвост у обезьян этого вида покрыт чёрной шерстью с белой кисточкой на конце.
Этот вид обезьян более крупный, нежели прыгающая беличья мартышка: взрослая обезьяна размером с молодую кошку, причём самец крупнее самки. Обитая в заболоченных лесах, болотная беличья мартышка часто ищет корм вблизи воды: она умеет ловить крабов и головастиков в лесных лужах. Также эти обезьяны охотно кормятся клубнями и зеленью болотных растений. Значительную часть рациона этого вида составляют плоды деревьев, упавшие на землю, поэтому обезьяны этого вида часто следят за стаями обезьян других видов, подбирая брошенные ими плоды.
Украшенная беличья мартышка (Sciuropithecus ornatus). Этот представитель рода отличается очень яркой окраской: ярко-рыжее тело, белый хохол на голове у животных обоих полов, длинный хвост у самца белый, у самки – чёрный. Тыльная сторона ладоней и стоп кофейно-коричневого цвета. Кожа на лице голая, жёлтая. У самцов есть небольшая чёрная «бородка». Детёныши окрашены в равномерный коричневый цвет, только кожа на лице жёлтая, как у взрослых обезьян.
Украшенная беличья мартышка обитает на деревьях, составляющих полог леса, и практически не спускается на землю. Даже воду этот вид разыскивает в пазухах листьев эпифитных растений. У этого вида налицо пищевая специализация: более половины рациона этих обезьян составляют плоды деревьев семейства сапиндовых (Sapindaceae), в том числе несъедобные для других обезьян. Плоды некоторых сапиндовых ядовиты в недозрелом или перезрелом виде, но особенности пищеварения обезьян этого вида позволяют без вреда для себя поедать даже их. Благодаря этому украшенная беличья мартышка избегает конкуренции с другими видами обезьян, а также с грызунами.
Синелицая беличья мартышка (Sciuropithecus cyanofrons). Отличительные особенности этого вида – голая ярко-синяя кожа на лице у обезьян обоих полов и любого возраста, а также поперечно-полосатые чёрно-белые хвосты (как у лемура катта или енота носухи). Тело окрашено в серо-коричневый цвет, шерсть на конечностях светлее, у самцов на подбородке и горле длинные волосы образуют «бороду», а на голове – контрастирующая с ней чёрная «шапочка». Детёныши имеют равномерную серо-коричневую окраску, и у них на хвостах нет полос.
Этот вид проводит много времени на земле, поэтому у них развилась особенность, сходная с носухой и кошачьим лемуром: эти обезьяны держат полосатые хвосты вертикально, поэтому любой член стада может легко заметить сородичей среди корней деревьев. Жизнь этих обезьян тесно связана с деревьями рода фикус (Ficus), соплодия которых часто созревают на стволах практически на уровне почвы. В остальном особенности поведения у этих обезьян общие для представителей рода.

Кошкоголовый нетопырь (Hirtofalco felinocephalus)
Отряд: Рукокрылые (Chiroptera)
Семейство: Хищные летучие мыши (Carnonycteridae)

Места обитания: тропические леса Центральной Африки.
После вымирания большинства видов хищных птиц их экологическую нишу стали осваивать представители других групп позвоночных. Обычно летающими плотоядными существами становились различные птицы, но с ними успешно конкурировали некоторые виды зверей из отряда рукокрылых. Некоторые летучие мыши перешли с насекомых на более существенный корм: они стали охотиться на птиц и мелких зверьков.
Кошкоголовый нетопырь - хищный дневной вид рукокрылых, потомок одного из африканских видов нетопырей (Pipistrellus). В связи с хищническим образом жизни у этого зверя значительно изменилось строение тела. Кошкоголовый нетопырь превратился в дневного хищника, и теперь охотится в кронах деревьев на птиц и мелких зверей, отыскивая их с помощью зрения. У этого вида очень крупные глаза, направленные вперёд: зрение бинокулярное. Уши длинные, треугольные, остроконечные. Череп кошкоголового нетопыря укорочен, челюсти довольно широкие: его голова похожа на карикатурный портрет кошки. Рот животного может широко раскрываться – это связано со способом умерщвления добычи: пойманных животных рукокрылое убивает укусом в голову. Предкоренные зубы в связи с этим приобрели у него особую форму: они вытянуты в длину и работают как лезвия ножниц, раскусывая позвоночник и череп добычи (похожее приспособление было у вымершего сумчатого льва Tylacoleo). Выросты на носу, характерные для большинства летучих мышей, у этого вида маленькие, эхолокационные способности снижены – добыча может услышать голос летучей мыши и скрыться. Этот зверь весит около 300 граммов, размах крыльев – до 70 см. Окраска шерсти красновато-коричневая, уши чёрные, над глазами чёрные пятна. На груди самцов – желтоватое пятно.
Этот вид рукокрылых охотится в лесу среди ветвей, поэтому его полёт отличается маневренностью и высокой скоростью. Крылья длинные, но довольно широкие: летучая мышь может легко менять направление движения и облетать ветки. Задние конечности зверя почти свободны: летательная перепонка прикрепляется только к наружному краю бедра, короткий хвост имеет лишь небольшую кожную оторочку в основании. Задние лапы у этой летучей мыши очень цепкие, большой палец и мизинец могут противопоставляться остальным, отчего хватка зверя становится прочной вдвойне. На пальцах – крючковатые когти. Скорость реакции у кошкоголового нетопыря такова, что зверь легко может схватить каждой лапой по птице, стремительно пролетев сквозь их стаю.
Пойманную добычу зверь разделывает где-нибудь на ветке. Пойманных птиц нетопырь ощипывает задней лапой, держа во рту (зверьков, наоборот, обдирает зубами, держа в лапе). Добычу зверь поедает вместе с костями, которые легко разжёвывает своими мощными челюстями.
Каждый нетопырь имеет в пологе леса свой охотничий участок, который бдительно охраняет от сородичей. Если двое нетопырей встречаются на границе своих территорий, они начинают угрожающие демонстрации, которые, однако, не переходят в драку: звери опасаются повреждать летательную перепонку, поэтому зубы и когти в ход не идут. Звери раскрывают крылья, машут ими на соперника, и при этом громко визжат, широко разевая рот и показывая клыки. После этой бескровной, но шумной дуэли оба зверя помечают границы территории мочой и мирно расходятся.
Дважды в год в сезон размножения самцы «развешивают» на границах территории пахучие «объявления» для самок с помощью выделений мускусных желёз на горле. Готовая к спариванию самка подвешивается к ветке недалеко от такой метки и ждёт, когда самец станет обходить границы своих владений. Иногда она даже трётся животом об метку самца, чтобы перебить свой запах и не вызывать у него агрессии. Если самец приходится ей по вкусу, самка образует с ним пару и переселяется на его территорию. Пары у кошкоголовых нетопырей образуются не только на брачный сезон, но и на всё время, пока самка ухаживает за потомством: двумя (иногда даже тремя) детёнышами. Самец в это время вынужден охотиться почти постоянно. Детёныши рождаются голыми и слепыми, но быстро открывают глаза и покрываются шерстью. Первое время самка носит их на себе, но позже начинает оставлять на ветке. Примерно со второй недели жизни детёныши постепенно переходят с молока на мясную пищу – вначале поедают полупереваренное мясо, затем свежее, и наконец в двухмесячном возрасте они учатся самостоятельно ловить мелких животных.
Половая зрелость наступает в возрасте полугода. Продолжительность жизни – около 10 лет.

Следующая

На страницу проекта