Сон об ушедшем море

 

Путешествие в неоцен

 

Сон об ушедшем море

 

 

 

Мангровые леса – необычное сообщество, образованное древесными растениями, приспособившимися к существованию в морской воде. Такие сообщества формируются исключительно в тропических широтах, где никогда не бывает заморозков. В неоцене, когда климат Земли стал более тёплым, границы распространения мангровых лесов сместились в области, которые до того были зонами теплоумеренного климата. Обычно такие леса образуют сравнительно узкую полосу вдоль морского побережья и в устьях рек. Но в неоцене на Земле появилось место, где мангры образуют сплошные массивы, тянущиеся на тысячи километров. Это совершенно непроходимый мир болот.
Поднятие северной части литосферной плиты, на которой располагались Австралия и Новая Гвинея, привело к их слиянию в единый массив суши, называемый Меганезия. При этом залив Карпентария превратился в пресноводное озеро, а Арафурское море заметно обмелело. Его северо-западный и юго-западный берега постепенно соединились друг с другом, изолировав море от Индийского океана. Этому способствовали вулканические процессы, активизировавшиеся по краям литосферной плиты при её движении, а также разрастание мангровых лесов, благоприятствовавшее формированию почвы на вновь образуемых участках суши. Так сформировался удивительный мир Арафурского озера. Фактически, в неоцене это озеро всё ещё представляет собой морской залив, поскольку испытывает значительное влияние океанских приливов и отливов. Но его отделяет от океана не твёрдый берег, а очень широкая полоса мангровых лесов, тянущаяся на десятки километров. Эти леса образуют сеть проток и временных островков, очертания которых постоянно меняются. Два раза в сутки океанские воды устремляются в Арафурское озеро, и два раза в сутки покидают его. Поэтому вода в озере солёная. Однако, мангровые леса и Арафурское озеро находятся в условиях экваториального климата, поэтому ежедневный дождь сильно опресняет верхний слой воды в озере и образует в мангровом лесу сеть временных болот с пресной водой. Впрочем, вода в них опресняется ненадолго – очередной прилив смывает её в озеро.
Арафурское озеро имеет сравнительно слабую, но постоянную связь с океаном – мангровые леса задерживают и ослабляют приливную волну, хотя не останавливают её полностью. Глубина этого озера значительна: в среднем она достигает примерно двухсот метров, но на дне есть ещё более глубокие впадины. В результате сочетания этих двух обстоятельств перемешивание воды в озере довольно слабое, и его воды разделяются на несколько слоёв, отличающихся гидрохимическими показателями. В эпоху человека сходная ситуация имела место в Чёрном море и в некоторых озёрах Евразии и Северной Америки. Верхний слой воды Арафурского озера, глубиной до 20 – 30 метров, представляет собой опреснённую океанскую воду. Вблизи устьев рек солёность и прозрачность воды значительно падают, а кислотность и насыщенность органическими веществами возрастают. В центральной части озера вода прозрачна и её солёность стабильно ниже океанской – примерно около 20 промилле против 35 промилле в океанской воде. Ниже этого слоя располагается слой океанской воды нормальной солёности толщиной около 20 метров. В нём нормально живут морские рыбы, среди которых есть несколько эндемичных видов, не выходящих в открытый океан. Этот слой воды обогащается кислородом из верхнего слоя, и условия в нём достаточно благоприятны для нормальной жизни ряда морских обитателей. В центральной части Арафурского озера, в толще воды над самыми глубокими местами, существуют даже реликтовые популяции медуз.
Ниже обитаемого слоя морской воды располагается очень неблагоприятный для высокоорганизованных форм жизни слой воды, имеющей океанскую солёность. Это мир, в котором царствуют бактерии и мелкие беспозвоночные, не требовательные к содержанию кислорода в воде. С берегов озера вода постоянно сносит мусор – листья и стволы деревьев, другие растительные остатки, а также тела животных. Всё, что не сгнило в других слоях воды или не было съедено обитателями озера, попадает на его дно. Более крупные организмы живут только в пограничном слое воды, где ещё есть кислород. Но дальше в глубине находится царство бактерий. Они медленно перерабатывают растительные остатки в вязкий тонкозернистый ил. На глубине в воде почти нет кислорода, зато в большом количестве растворён сероводород. В толще ила формируются большие сероводородные пузыри, которые время от времени прорываются через ил и всплывают на поверхность. В таких условиях требовательные к кислороду обитатели озера погибли бы в течение нескольких минут. Поэтому вся высокоорганизованная жизнь в Арафурском озере сконцентрирована в верхних слоях воды и в мангровых лесах, окружающих озеро.
Жизнь мангрового леса и озера представляет собой единое целое. Многие обитатели озера находят пищу и приют среди деревьев, погруженных в воду, а часть лесных жителей ищет корм в воде. Поскольку в мангровом лесу практически нет твёрдой почвы, а корни и ветви мангровых деревьев образуют почти непролазные заросли, крупные наземные животные не заходят в эти места. Одни обитатели леса постоянно живут и кормятся в кронах деревьев, а многокилометровые топи надёжно защищают их от наземных хищников. Другие обитатели леса ищут корм в протоках, а деревья служат им укрытием. Большинство обитателей мангрового леса – птицы, рептилии и лазающие млекопитающие. Это животные, способные лазать, прыгать, летать, карабкаться по ветвям, и при необходимости плавать.
Жизнь мангрового леса подчинена приливно-отливным ритмам. Движение воды в мангровом лесу представляет собой внушительное зрелище. Течение создаёт буруны среди корней деревьев, и заставляет содрогаться их стволы. Дыхательные корни, поднимающиеся сплошными стенами среди стволов, создают препятствия для движения воды и смиряют бурное течение. Возле них накапливается большое количество растительного материала, песка и ила, которые становятся строительным материалом для островков. В других местах вода, устремляясь в узкие протоки, подмывает корни и обрушивает деревья в воду. Не закреплённые корнями деревьев, песок и ил быстро уносятся течением, и в течение нескольких месяцев на месте бывшей отмели может сформироваться широкая протока.
Утренний отлив служит сигналом для обитателей мангрового леса, что наступает время кормиться. Ночью при высокой воде среди корней деревьев ищут корм многочисленные рыбы. Но с отливом они вынуждены уплывать в более глубокие места. Все, кто не сумеет этого сделать вовремя, оказываются в ловушке. Часто крупная стая рыб оказывается на мелководье, и единственной их защитой становится общество сородичей. Косяк рыб, попавший в ловушку, привлекает внимание многочисленных плотоядных обитателей леса.
На рассвете лес оглашается криками одного из обитателей мангров, похожими на громкий раскатистый хохот. Обладатели этого голоса – крупные птицы величиной приблизительно с ворону, живущие поодиночке или гнездящимися парами. Оперение этих птиц окрашено в чёрный и белый цвета, и особенно выделяется чёрная «маска» на голове. Плотное телосложение, мощный прямой клюв, крупная голова и короткие сильные крылья выдают в этой птице зимородка. Этот вид птиц, морская кукабарра, является потомком широко распространённой австралийской кукабарры. В отличие от своего предка, она сменила сухие местообитания на богатые пищей мангровые заросли, и фактически заново научилась нырять за рыбой. Пара морских кукабарр контролирует обширную территорию мангровых зарослей, среди которой у птиц есть излюбленный участок для охоты. Несколько месяцев назад приливы свалили на нём мангровое дерево, и слегка углубили дно, превратив это место в своеобразный садок для рыбы. Во время отлива окружающие это место корни и мелководья мешают рыбам покинуть его, и птицы могут с большим удобством охотиться на них. Морские кукабарры используют для поиска добычи зрение, поэтому успешная охота для них начинается, лишь когда становится достаточно светло. Пара морских кукабарр прилетает на место хорошей рыбалки каждое утро и высматривает в воде невольных пленников отлива. Самец морской кукабарры отличается от самки ярко-жёлтым клювом. На нём лежат обязанности по охране кормового участка, и он регулярно заявляет о правах на территорию.
Подняв клюв вверх, самец морской кукабарры издал жуткий хохочущий крик. Но не успел он закончить трель, как к нему присоединилась самка. Она подхватила его хохот, несколько секунд птицы кричали в унисон, а затем самец резко замолчал и самка продолжила кричать в одиночку. Но затем уже самец подхватил её крик, и через несколько секунд его вновь сменила самка. Если не видеть птиц, то только обладатель очень острого слуха смог бы понять, что кричат, сменяя друг друга, две птицы. Крик морских кукабарр служит предупреждением не только сородичам. Ещё один обитатель арафурских мангровых лесов – мангровая ворона – также хорошо понимает это. Вне сезона гнездования небольшие группы этих птиц серо-сизого цвета с высокими и сжатыми с боков клювами чёрного цвета кочуют по зарослям и ищут любую пищу, которую в состоянии поймать, добыть, расколоть и расклевать. Они ловят рыбу и водных животных хуже, чем морские кукабарры, но благодаря слаженным действиям в группе осмеливаются задирать самих морских кукабарр и отбирать у них добычу. Чаще всего нападению подвергаются одиночные молодые птицы; взрослая пара морских кукабарр в состоянии разогнать стаю из десятка мангровых ворон.
Когда пара морских кукабарр закончила заявлять свои права на территорию, самец огляделся и стрелой сорвался с ветки в сторону молодого мангрового дерева. Через секунду послышался сдавленный крик мангровой вороны, и несколько серых птиц торопливо взлетели и быстро покинули окрестности рыбного садка морских кукабарр. Этот огромный зимородок вооружён роговыми зубцами на нижней челюсти, которые служат для удержания пойманной рыбы. Обладание таким оружием, однако, даёт морской кукабарре ещё кое-какие преимущества. Сев на ветку рядом с самкой, самец стряхнул с клюва перо мангровой вороны, наколотое на один из таких зубцов. Убедившись, что никто не помешает им, пара кукабарр начала разглядывать воду под собой. Жёлтые глаза этих птиц внимательно следят за любым движением под ними. Пока солнце не поднялось достаточно высоко, рыбы могут прятаться в тени корней деревьев. Но этим утром кукабаррам не слишком повезло: косяк рыб, кормившийся в этом месте ночью, покинул естественную ловушку вместе с отливом, и по мелководью плавало лишь несколько рыб, случайно заплывших сюда. Тем не менее, это была пища, в которой особенно нуждаются теплокровные охотники.
Под поверхностью воды движется рыба, и движение на поверхности воды выдаёт её присутствие. Подувший ветерок подёрнул рябью поверхность воды, подарив этой рыбе несколько лишних секунд жизни. Но, когда ветер затих и поверхность воды вновь стала ровной, самка морской кукабарры буквально камнем свалилась в воду, выставив вперёд острый клюв. Менее чем за секунду рыба была схвачена – она не успела даже заметить, с какой стороны на неё бросился хищник. Острые зубцы подклювья гигантского зимородка вонзились в неё, не давая освободиться. Благодаря водоотталкивающей смазке оперение морской кукабарры кажется под водой серебристым и не смачивается. А сама птица легче воды, и ей не нужно затрачивать лишние усилия, чтобы всплыть. Поймав рыбу, самка морской кукабарры просто замерла, и вода сама вытолкнула её на поверхность. Птица некоторое время покачивается на поверхности воды, а затем начинает сильно хлопать крыльями, тяжело взлетает прямо с воды и садится на ветку. Схваченная морской кукабаррой рыба начала судорожно биться, оказавшись на воздухе. Но птица резким ударом об ветку оглушила её и заглотнула целиком.
Самец не сделал попыток отнять добычу у самки – он просто начал высматривать в воде ещё кого-нибудь из пленников отлива. И буквально через пару минут он повторил действия самки, также выловив довольно крупную рыбу. Он с трудом проглотил её, и птицы вновь начали внимательно оглядывать поверхность воды.
Мангровые заросли относятся к числу очень продуктивных экосистем. Они предоставляют своим обитателям большое количество видов пищи и укрытий. В мангровых лесах Арафурского озера обитают разнообразные животные, которые используют различные стратегии добывания пищи. Одни из них являются узкими специалистами, а другие пользуются большим количеством пищевых ресурсов, с лёгкостью переключаясь с одного на другой.
В отлив обнажаются корни мангровых деревьев, покрытые ракушками. Двустворчатые моллюски, способные переносить колебания солёности, процветают в мангровых зарослях. Здесь их личинки находят отличный субстрат для прикрепления, а в воде много органической взвеси, из которой они извлекают питательные вещества. Единственной проблемой для них являются периодические колебания уровня воды, из-за которых некоторые моллюски вынуждены проводить по несколько часов во враждебной воздушной среде. Чтобы защититься от высыхания, двустворчатые моллюски просто захлопывают створки раковины и выделяют вязкую слизь, которая герметизирует щель между створками и надёжно изолирует моллюска от воздушной среды. Пассивная защита моллюсков очень хорошо подходит для защиты от многочисленных крабов, обитающих в озере. Главные враги двустворчатых моллюсков в морской среде обитания – морские звёзды – не водятся в Арафурском озере из-за пониженной солёности воды. Но вместо них в мангровых зарослях живут другие существа, умные и изобретательные, которые умеют расправляться с двустворчатыми моллюсками. Это мангровые вороны – птицы, очень обычные в окрестностях Арафурского озера.
Стая мангровых ворон кормится в зарослях. Птицы этого вида всеядны и очень изобретательны в поиске пищи. Их добычей становятся любые живые существа, которых они в состоянии убить и проглотить. Некоторые птицы преследуют мелких ящериц и молодых змей в кронах мангровых деревьев. Другие собирают насекомых и расклёвывают мягкую внутренность плодов мангровых деревьев. А несколько птиц из стаи спускаются к поверхности воды в поисках более существенной добычи. В мелких лужах мангровые вороны умеют ловить креветок и молодь рыб, а также собирают маленьких крабов. Гроздья ракушек, открывшиеся при отливе, привлекают внимание одной из птиц. Мангровая ворона имеет клюв, приспособленный для вскрытия ракушек – высокий, крепкий и сильно сжатый с боков; «укус» такого клюва буквально расстригает ракушку пополам. Птица осторожно спустилась к корням деревьев, где поселились моллюски, и начала откалывать одну из них клювом. Несколько крупных ракушек прочно прикрепились к корням биссусными нитями, а их створки достаточно крепкие, чтобы противостоять попыткам птицы расклевать их. Поэтому мангровая ворона быстро отступает от такой добычи и начинает искать что-то более доступное. Она начинает расклёвывать более мелкие ракушки, растущие рядом с крупными особями. Ударами клюва птица быстро отделила одну из них от корня, но не успела воспользоваться плодами своего труда: ракушка упала на слой ила. Ворона не пытается слететь с дерева, чтобы подобрать её – она сама может увязнуть в иле. Поэтому она выбирает окольный путь: птица садится на ближайший к упавшей ракушке корень и осторожно спускается по нему к поверхности ила. Вытянув шею, птица клювом подвигает ракушку к себе. Вначале это сложно сделать, но птице удаётся развернуть ракушку вытянутым концом к себе. Вцепившись в него кончиком клюва, мангровая ворона подтягивает ракушку ещё на два сантиметра ближе. Затем она подобрала ракушку и взлетела на дерево. Здесь ворона осмотрела несколько древесных развилок, держа добычу в клюве. Выбрав наиболее подходящую развилку, птица заклинила ракушку в развилке, а затем одним движением клюва взрезала связку на спине моллюска, и раковина распалась на две половинки. Ловким движением клюва мангровая ворона выдернула ракушку из развилки ветвей, прижала её лапой к ветке и клювом аккуратно подрезала мускул-замыкатель моллюска. Вкусное и питательное блюдо готово, и ворона приступила к еде. Ещё одна ворона попробовала заявить права на эту пищу, но законная хозяйка встретила её хриплыми криками, демонстрируя решимость защищать свою добычу до последнего.
Мангровые вороны предпочитают жить и кормиться группами. Несмотря на вспыхивающие среди них конфликты, это общительные птицы, которые умеют находить нужные решения для оптимального сосуществования с сородичами. Но среди птиц мангровых зарослей есть строгие индивидуалисты, представители других видов птиц. Небольшая птица с длинными ногами пробирается среди корней мангровых деревьев. Благодаря своему размеру она легко протискивается в сплетениях корней, где чувствует себя в относительной безопасности от пернатых хищников. Силуэты быстрокрылых морских птиц или величественный ширококрылый силуэт крупной хищной птицы, парящей в небе над мангровым лесом, заставляет её прокладывать путь среди самого густого сплетения корней и ветвей, и время от времени замирать, прижимаясь к корням мангров. Острый клюв выдаёт принадлежность этой птицы к цаплям, многочисленной и разнообразной в неоцене группе околоводных птиц. Среди цапель неоцена есть необычные виды. Один крупный стайный вид ведёт жизнь бегающего охотника на крупную добычу в пампасах Южной Америки, а другой – мелкая птица-чистильщик гигантских грызунов в мексиканской пустыне. Но эта цапля сохранила привычки околоводного жителя. На её голове растёт длинное подвижное перо с чёрно-белой «кисточкой» на конце. Когда цапля прыгает с корня на корень, перо упруго покачивается. Этот обитатель мангровых зарослей – черноголовая цапля-удильщик. Тело и голова птиц этого вида окрашены по-разному – туловище имеет соломенно-жёлтый цвет с продольными штрихами на контурных перьях и широкими поперечными полосами на маховых перьях, а голова и шея угольно-чёрные. Это типичная расчленяющая окраска: среди чередующихся света и тени, а также при взгляде из-под воды и хищнику, и добыче сложно распознать силуэт птицы. Это обеспечивает ей и безопасность, и успех в охоте.
Цапля-удильщик не охотится в каких-то случайных местах. Она владеет определённой территорией в мангровых зарослях, откуда яростно изгоняет сородичей. Исключение делается только для самца и собственного потомства. И на своей территории птица хорошо знает несколько мест, где чаще всего держатся рыбы и другие водные животные во время отлива. Птица находит разрыв в кронах деревьев, где солнечный свет достигает воды и пронизывает её толщу косыми лучами. В солнечном луче видно, как в толще воды плавают мелкие полупрозрачные креветки и крохотные ветвистоусые рачки, похожие на красноватые, чёрные и белые точки, передвигающиеся короткими рывками в толще воды. Где-то недалеко должны находиться рыбы – основной корм этой птицы. Готовясь к ловле рыбы, цапля перепархивает на корень дерева и осторожно спускается прямо к воде. Её наверняка могли заметить рыбы, поэтому она некоторое время выжидает в неподвижности. У рыб короткая память, и через несколько минут они могут вовсе забыть о крылатом силуэте скользнувшем над водой незадолго до этого.
Выждав некоторое время, черноголовая цапля-удильщик опускает голову, и кончик пера-удилища, растущего на её голове, касается воды. Во время рыбной ловли птица сохраняет неподвижность, и двигается только перо-удилище. Его кончик чертит по воде, и создаётся полная иллюзия того, что прямо под поверхностью воды плавает вперёд-назад маленькая рыбка. Цапля терпелива и может сохранять неподвижность много минут подряд.
Её ожидание окупается довольно быстро: уже через две минуты к приманке приближается небольшая рыба. Она не обращает внимания на цаплю, и всё её внимание сосредоточено на кончике пера-удилища цапли. Птица начинает игру: она осторожно ведёт приманку в сторону, а затем, слегка подёргивая, тянет её против ветра. Из-под поверхности воды кажется, что обессилевшую рыбку сносит течение, и она пытается сопротивляться ему. Для хищника это является приглашением к обеду, и рыба смело приближается. В следующую секунду цапля-удильщик ожила. Молниеносным движением она схватила рыбу, подбросила её вверх, схватила с головы и торопливо проглотила, дёргая шеей. Птица видела, как в сторону корней метнулось ещё несколько силуэтов небольших рыб, и снова замерла над водой. Рыбалка продолжается: птица должна наловить достаточно рыбы, чтобы накормить потомство – трёх птенцов, спрятанных в большом гнезде среди ветвей. Через несколько минут цапля выхватила из воды ещё одну рыбу, а затем ещё двух одну за другой.
Успех цапли-удильщика не остался незамеченным. Мангровые вороны не только добывают корм сами, но и наблюдают за другими обитателями зарослей. Благодаря своей смелости и коллективизму они легко могут воспользоваться чужим успехом. Цапля-удильщик возле воды ведёт себя осторожно, но есть и более осторожные наблюдатели. Пара мангровых ворон в течение нескольких минут следила за цаплей, не выдавая своего присутствия. Когда птица схватила очередную рыбу, вороны решили действовать.
Пара ворон спикировала из кроны дерева на цаплю. Цапля-удильщик отягощена добычей, и потому уступает им в проворстве. А пара мангровых ворон действует очень решительно и агрессивно. Птицы атакуют свою жертву с воздуха, громко кричат и пытаются преувеличить эффект своего нападения. Пролетая над головой цапли, они стараются ударить её крыльями и сразу же взлетают, избегая ответного удара острого клюва цапли. Одна из ворон во время очередного налёта смогла даже ударить цаплю по голове клювом. Обычно так они заставляют других птиц отрыгнуть добычу, но цапля-удильщик держится очень смело. Угрожая воронам, она раскрыла крылья, преувеличивая собственные размеры, и взъерошила оперение на шее, голове и спине. Цапля выставила клюв вверх и всем своим видом продемонстрировала мангровым воронам готовность отстаивать свою добычу до последнего. Когда вороны в очередной раз спикировали на цаплю, она сделала резкий выпад клювом, и едва не достала одну из ворон. Но цапле сложно защищаться сразу от двух птиц, и она старается выбрать момент, чтобы ускользнуть от преследователей.
Когда мангровые вороны ещё раз взлетели над цаплей и приготовились к очередному броску, цапля-удильщик бросилась наутёк, пытаясь скрыться от своих преследователей среди сплетения корней мангровых деревьев. Но это не очень просто сделать – мангровые вороны достаточно умны, чтобы продолжить преследование в воздухе. Лететь над лесом гораздо быстрее, чем двигаться среди корней деревьев, но это единственное преимущество, которое есть у ворон. Им приходится высматривать свою жертву среди ветвей и корней, и они не могут спуститься ниже, чтобы атаковать её. Цапля-удильщик не торопится взлетать: она отягощена добычей и в таком состоянии летает не столь быстро, поэтому в воздухе вороны могут догнать её и заставить выпустить добычу. Она продолжает двигаться среди корней, специально выбирая самые густые участки зарослей. Вороны некоторое время продолжают преследование, но постепенно их голоса слышатся всё тише: птицы прекращают преследование цапли, поскольку не улетают слишком далеко от собственного гнезда. Гнездо цапли-удильщика находится в сравнительной безопасности от нападений мангровых ворон: оно устроено на пограничной территории этих птиц, и взрослые мангровые вороны в сезон гнездования редко появляются в его окрестностях. Гнездо цапли-удильщика построено из веток и тростника и представляет собой неряшливую кучу растительного материала. Мангровые заросли – это место, где редко появляются наземные хищники, и потому цапли-удильщики могут гнездиться отдельно от прочих цапель. Цапля спешит к своему гнезду, где её ожидают три голодных птенца. Они пока ещё не умеют ходить и лазать по веткам, и могут только поднимать голову с раскрытым клювом навстречу родителям.
Три рта, ярко-розовых изнутри, раскрылись навстречу взрослой птице, и родительский инстинкт дал ей команду кормить потомство. Цапля отрыгнула одну за другой трёх свежепойманных рыб, которые тут же исчезли в голодных глотках птенцов. Взрослой птице из улова досталась всего лишь одна небольшая рыба. Птенцы быстро переварят свой обед, и он будет далеко не последним за этот день. Поэтому цапля вновь отправляется на рыбалку.
Часть жителей мангрового леса является мирными вегетарианцами. Среда обитания круглый год исключительно благоприятна, и мангровые деревья постоянно дают хороший прирост. Поэтому они сравнительно легко переносят ущерб, который им причиняют своей деятельностью травоядные животные. Большинство видов лесных вегетарианцев – насекомые. Среди них есть гусеницы разных бабочек, прямокрылые, палочники и жуки. Колонии тлей селятся на кончиках ветвей или на нижней части листовых пластинок, вызывая деформацию листьев и задержку роста побегов. Жуки и их личинки, а также гусеницы просто объедают листья до грубых жилок. Но среди крон встречаются участки, где большая часть молодой листвы объедена до самых черешков, и даже вершины молодых побегов словно срезаны ножницами. Это следы деятельности гораздо более крупного любителя растительности. Его нетрудно обнаружить в пологе мангрового леса – это массивное млекопитающее, на первый взгляд напоминающее крысу гигантских размеров. У этого существа серая шерсть с многочисленными тёмными пятнами неправильной формы, четыре цепких лапы и хватательный хвост. Этот обитатель мангрового леса принадлежит к числу сумчатых млекопитающих и называется большой мангровый поссум.
Большой мангровый поссум лениво перебирается с ветки на ветку. Это один из самых крупных жителей мангрового леса, и он не столь подвижен, как его дальние родственники, кускусы-лемуры, живущие значительно южнее, в более сухих местностях континента. Только в случае крайней опасности он может передвигаться по деревьям значительно быстрее, чем обычно, и может даже перескакивать с дерева на дерево. Но в обычной жизни это медлительное существо, которому некуда спешить: его буквально окружает корм, и большую часть дня большой мангровый поссум поедает листья. Удобно устроившись в развилке ветвей, он закрепляется сильным хватательным хвостом, и подтягивает к себе ближайшую ветку, покрытую листвой. Нижняя сторона его хвоста покрыта грубой морщинистой кожей, обеспечивая надёжное сцепление с опорой, а любая из задних лап с лёгкостью выдержит вес животного, если этот поссум задумает повиснуть только на ней.
Утром, сразу после восхода солнца, этот зверь наскоро привёл в порядок шерсть и начал обход своей территории, оставляя в некоторых местах пахучие метки. Обычно сородичи избегают мест, отмеченных хозяином территории, и пищевые ресурсы не истощаются. Благодаря своей всеядности большие мангровые поссумы не страдают от недостатка корма и сравнительно миролюбиво относятся к сородичам, хотя предпочитают по возможности избегать друг друга.
В течение нескольких часов этот поссум совершил довольно длинное путешествие – он преодолел около двухсот метров в кронах мангровых деревьев, разыскивая новое кормовое дерево. Кроны деревьев раскидистые, и зверь легко перебирался с одного дерева на другое. Большой мангровый поссум – мирное травоядное животное, которое не представляет опасности для других животных, если они сами не нападают на него. По пути поссум пробовал на вкус листву разных деревьев, выбирая то дерево, на котором можно будет кормиться в течение нескольких ближайших дней. В кронах деревьев этот сумчатый зверь встречал многочисленных ящериц, мелких змей и птиц. Но они предпочитали уступить ему дорогу, испуганные солидным размером животного. Сам поссум не обращал внимания на этих существ – они не представляли для него опасности, и он не питается ими.
Выбрав дерево, листва которого подошла ему по вкусу, зверь начал кормиться. Но он не знал, что вторгся далеко вглубь гнездовой территории пары мангровых ворон, и не придал бы этому значения, даже если бы узнал. Все движения большого мангрового поссума совершаются в замедленном темпе. Пытаясь достать ветку с листьями, он сделал несколько медленных движений передней лапой в воздухе, но всякий раз его пальцы захватывали пустоту. Слегка ослабив хвост и сделав шаг в сторону, поссум схватил ветку. Его пальцы автоматически сжались на ней, и он потянул ветку к себе, несмотря на её толщину и упругость. С лёгкостью удерживая ветку, он стал объедать с неё листья, отрывая их целиком и неспешно пережёвывая.
Шевеление ветвей в опасной близости от гнезда встревожило пару мангровых ворон. В гнезде у них подрастают птенцы, которые начали оперяться несколько дней назад. Птицы не понимают того, что большой мангровый поссум – вегетарианец. Он выглядит слишком крупным и опасным с точки зрения птиц, и его присутствие вынуждает их принимать решительные действия. Родители дружно встают на защиту потомства – они взлетают с гнезда, кружатся над незваным гостем и громко кричат. Поссуму безразлична тревога птиц, и он продолжает кормиться. А вороны, видя, что чужак не собирается покидать их территорию, продолжают кричать. На тревожные крики гнездящейся пары слетается ещё несколько сородичей. Они не приближаются к гнезду, чтобы своим присутствием не вызвать агрессии у хозяев территории, но скачут по веткам неподалёку, крича и хлопая крыльями. Постепенно вокруг поссума собирается стая из полутора десятков птиц. Но большой мангровый поссум не понимает птичьих сигналов тревоги и продолжает пережёвывать листья, удерживая ветку лапой. Такое безразличие не остаётся без ответа. Агрессия птиц стремительно нарастает: они стимулируют друг друга тревожными криками, и их возбуждение достигает пика. Они начинают угрожающие демонстрации в непосредственной близости от поссума, заставляя животное прервать трапезу. Они кажутся медлительному зверю слишком маленькими, чтобы представлять опасность, но их агрессивные демонстрации всё же заставили зверя обратить на них внимание. Поссум отпустил ветку, с которой объедал листья, и она с шумом распрямилась, хлестнув по воздуху. Мангровые вороны сочли это проявлением агрессии со стороны зверя, и взлетели над ним, громко крича. Они начали действовать более решительно: одна из птиц клюнула его в голову и тут же взлетела, чтобы поссум не смог схватить её. Боль от удара заставила большого мангрового поссума принять боевую стойку. Он выпрямился на задних лапах и вытянул вперёд и в стороны передние лапы. В таком положении этот зверь готов встретить любого врага, сравнимого с ним самим по размерам – змею или крупную хищную птицу. Схватив противника передними лапами, поссум обычно наносит ему сильнейший укус острыми резцами. Жевательные мышцы у него очень сильные, и, защищаясь, он вполне может прокусить позвоночник крупной змее. Но сейчас он встретился с противником иного рода – мелким, многочисленным и проворным. Выигрывая в силовой борьбе, этот зверь проигрывает в скорости, и вороны, пользуясь этим, атакуют его решительно и агрессивно. Пока поссум разворачивается в сторону одной из птиц, его спину успевают атаковать сразу две или три птицы. Удары клювов сыплются на его спину и затылок, и на соседних ветках уже покачиваются клочки шерсти, вырванные птицами из его спины.
Большой мангровый поссум потерпел поражение. Он зашипел, разевая рот, затряс головой и стал отступать от гнезда. Зверь сделал длинный прыжок на соседнее дерево. Мангровые вороны последовали за ним, громко крича и хлопая крыльями. Когда поссум начал удаляться от гнезда мангровых ворон, агрессия птиц стала спадать. Теперь они не отваживаются клюнуть удаляющегося зверя, и лишь пролетают прямо над его головой, словно напоминая о своём присутствии. Они преследуют его только для вида – поссум получил хороший урок, но подвергать свою жизнь опасности не имеет смысла. Из спины зверя выдернуто несколько клочьев шерсти, а на верхней стороне шеи шерсть пропиталась небольшим количеством крови.
Такой инцидент оказывает заметное влияние на семейную жизнь мангровых ворон. Птицы выплеснули накопившуюся агрессию на сторонний объект, и стали относиться друг к другу значительно внимательнее и нежнее. Когда поссум удалился на край гнездовой территории мангровых ворон, семейная пара вернулась в гнездо, где взрослых птиц ожидали птенцы – голодные, но целые и невредимые. Прежде, чем улететь за кормом, самец задержался около самки и несколько раз провёл клювом по её оперению около глаз. Остальные птицы разлетелись по своим гнездовым территориям и продолжили поиск корма. Они ещё раз убедились, что при любой опасности, реальной или мнимой, соседи всегда готовы прийти на помощь. А в дикой природе ситуации, когда помощь сородичей оказывается далеко не лишней, возникают очень часто. В мангровых лесах, окружающих Арафурское озеро, водятся плотоядные животные.
В нижнем ярусе мангрового леса прыжками движется небольшое животное. У него длинные задние лапы с хорошо развитыми пальцами, более короткие передние лапы с цепкими пальцами и длинный хвост-балансир. Это млекопитающее, покрытое красно-коричневой шерстью с узором на спине из желтоватых пятен, образующих продольные полосы. Ловкость, с которой этот зверь движется по веткам и корням, заставляет подумать о том, что это какой-то примат. Но на самом деле приматы не появились на территории Меганезии даже в неоцене. Это представитель плотоядных сумчатых млекопитающих, сумчатый крабоед.
В истории животного мира Австралии имел место непродолжительный период доминирования плацентарных хищников, который стал настоящим испытанием для плотоядных сумчатых. Конкуренция с завезёнными человеком хищниками подстегнула эволюцию сумчатых, и к неоцену они изменились не только внешне, но и внутренне. Новое поколение сумчатых стало более умным, проворным и ловким. Наличие выводковой сумки ограничивает спектр доступных им местообитаний – они не стали водными животными. Поэтому сумчатый крабоед, постоянный житель мангровых зарослей, даже в случае крайней опасности не будет искать спасения в воде и предпочтёт скрыться среди корней и ветвей мангровых деревьев.
Сумчатый крабоед остановился, поднялся на задние лапы и начал нюхать воздух подвижным носом. При этом он нервно подёргивает хвостом, а прижатые к груди передние лапы слегка вздрагивают. Это следствие физиологии животного. У сумчатого крабоеда интенсивный обмен веществ; это небольшое животное требует много пищи, примерно две трети от собственного веса ежедневно. Поэтому он вынужден почти всё время бодрствования искать корм, и прерывается на сон только в самые жаркие послеполуденные часы и на несколько часов ночью. Благодаря хорошему обонянию сумчатый крабоед получает очень точную информацию о своём окружении. Он отчётливо ощущает запахи помёта птиц, остатков добычи какого-то хищника и болотной тины, к которому примешивается характерный запах морской воды. Но среди него хищник выделяет характерный запах мёртвого краба. Этот запах очень привлекает сумчатого крабоеда, хотя животное вряд ли стало бы есть такого краба. Но запах падали очень привлекает живых крабов, которые составляют основную добычу сумчатого крабоеда.
Определив направление, откуда доносится запах, хищник ловкими прыжками движется туда. Он пробирается среди ходульных корней, отрастающих с ветвей мангрового дерева и погружённых в слой ила, а затем запрыгивает на вершину частокола дыхательных корней другого дерева. Крупное животное не смогло бы двигаться в мангровых зарослях столь же быстро и ловко, но сумчатый крабоед, благодаря своему небольшому размеру, является настоящим чемпионом акробатики. Через несколько десятков метров он нашёл то, что искал: среди корней мангровых деревьев застрял панцирь краба с полуоборванными ногами. Очевидно, мангровая ворона поймала краба и выклевала из панциря всё, что смогла. Остатки краба сравнительно свежие – они только начали приобретать характерный оранжевый оттенок. Запах остатков мяса, распространяющийся от них, действует на живых крабов, словно магнит. Около десятка крабов ползает вокруг останков мёртвого сородича – от совсем крошечных, которые держатся очень осторожно, до крупных особей с сильными клешнями, которые пытаются обнаружить источник запаха и отпугивают друг друга от ещё не найденной пищи, угрожающе поднимая клешни. Крабы близоруки и не сразу замечают, что совсем рядом с ними появился враг. Несколько секунд сумчатый крабоед наблюдал за крабами, выбирая себе подходящую добычу, а затем бросился на них.
Появление этого хищника крабы встретили по-разному. Мелкие крабы просто поджали ноги и свалились в воду. А крупные крабы развернулись к хищнику клешнями и подняли их, демонстрируя готовность к самозащите. Но силы слишком неравны – сумчатый крабоед значительно крупнее большинства крабов, обитающих в мангровых зарослях. Севернее, в Индонезии и на Берегу Джакарта обитает настоящий гигант мира крабов, но крабы Меганезии значительно мельче. Поэтому сумчатый крабоед, проявляя известную долю ловкости, легко может добыть любого из местных крабов без риска попасть в его клешни. Он выбрал себе добычу – крупного краба с белой изнанкой клешней, и прочие крабы словно перестали существовать для мохнатого охотника. Сумчатый крабоед не атакует крупного краба напрямую. Его способ охоты напоминает охоту на крабов енота эпохи человека. Краб, оказавшись лицом к лицу с хищником, старается держаться к нему клешнями. Он высоко поднимает клешни, держа их белой изнанкой к хищнику – это обычная поза угрозы для этой разновидности. Мелкие хищники, познакомившись с клешнями такого краба, надолго запоминают белизну его клешней, и больше не пытаются нападать на таких крабов. Но на сумчатого крабоеда угрозы краба не производят впечатления. Словно играющая кошка, он сделал высокий прыжок вверх и приземлился на корень мангрового дерева позади краба. Он стукнул по панцирю краба когтями передних лап, и снова подпрыгнул, когда краб развернулся к нему. Всякий раз после прыжка сумчатый крабоед оказывается позади краба и стучит ему по панцирю когтями.
После нескольких прыжков сумчатый крабоед заметил, что реакция краба стала не столь быстрой. Краб явно устал, проигрывая в выносливости теплокровному позвоночному. И во время очередного прыжка передние лапы сумчатого крабоеда прижали клешни краба к коре, и зверь нанёс крабу смертельный укус. Панцирь животного хрустнул, и клешни безвольно повисли.
Охота закончена. Держа добытого краба во рту, сумчатый крабоед несколькими прыжками поднялся в крону дерева. Вцепившись в кору дерева задними лапами, он принялся есть, держа добычу в передних лапах. Острые зубы сумчатого крабоеда легко разгрызают хитиновый панцирь ракообразного. Откусив кончик одной из клешней, зверь аккуратно выгрызает из неё мясо. Ноги краба сумчатый крабоед откусывает одну за одной и просто пережёвывает вместе с панцирем. Когда мясо отделяется от панциря, зверь проглатывает его, а остатки панциря выплёвывает.
В течение примерно получаса сумчатый крабоед выгрыз из панциря краба всё более-менее съедобное. Обнюхав остатки добычи, он выбросил их в воду и продолжил поиск корма. Во время отлива очень рационально искать корм у уреза воды. Не все животные успевают спуститься вслед за водой, и на какое-то время они могут остаться вне воды. Там их легко собрать, и сумчатый крабоед часто поступает именно так, разыскивая моллюсков.
Спустившись к урезу воды, сумчатый крабоед обнюхал кору дерева. Он сразу же почувствовал запах слизи улиток – это обычные обитатели мангровых зарослей. Несколько мелких улиток сползали вниз по коре вслед за уходящей водой, и на коре остались их следы в виде блестящей на солнце полоски засохшей слизи. Кто-то из их соседей не совершает таких путешествий: такие улитки просто выделяют желеобразную слизь и приклеиваются к коре, пережидая время отлива под защитой ракушки. Но большинство улиток всё же предпочитает находиться поближе к воде, спасаясь от жаркого солнца. Заглянув на нижнюю сторону корня, сумчатый крабоед сразу же обнаружил то, что искал – нескольких улиток разного размера с полосатыми раковинами зеленоватого цвета. Это неплохая добыча – мясо улиток вкусное и питательное, такая добыча многочисленна и не может спастись бегством. Но крупные улитки имеют очень прочную раковину и им не страшны зубы сумчатого крабоеда. Кроме того, во время отлива они настолько прочно приклеиваются к коре дерева, что хищник просто не в состоянии их оторвать. Зато мелкие улитки – лакомая и легко доступная добыча. Среди улиток, прячущихся от солнца, есть несколько небольших особей, и сумчатый крабоед делает попытку добраться до них. Вцепившись в кору пальцами задних лап и поддерживая равновесие хвостом, он осторожно шарит лапой среди раковин крупных улиток, а затем резким рывком срывает с коры небольшую улитку, найденную среди них. Оглядевшись, небольшой хищник торопливо засунул добычу в рот, и раковина улитки захрустела на его зубах. Мясо улитки вкусно, но острые обломки ракушки доставляют зверю некоторое неудобство, и сумчатый крабоед вынужден время от времени вытаскивать изо рта кусочки раковины. Следом за первой улиткой в его пасти оказывается ещё одна. Но такого количества еды явно недостаточно для небольшого животного с очень быстрым обменом веществ. Поэтому сумчатый крабоед старается отыскать ещё больше улиток. Он заметил, что целая гроздь улиток сидит на корне мангрового дерева прямо под поверхностью воды: из воды выступают края их раковин. Поведение сумчатого крабоеда примитивно – он не умеет предвидеть развитие ситуации, для него едва существует прошлое и совершенно не существует будущего. Он живёт настоящим моментом, поэтому, заметив пищу и ощущая потребность в ней, он, не раздумывая, предпринимает усилия, направленные на добывание пищи. Поэтому он начал спускаться к поверхности воды, совершенно не подозревая, что на границе двух стихий он сам может превратиться из хищника в добычу.
Пальцы сумчатого крабоеда очень чувствительны, и животное легко может искать корм на ощупь, как еноты в эпоху человека. Опустив передние лапы в воду, сумчатый крабоед ощупывает сидящих на корне дерева улиток, выбирая подходящую по размеру добычу. Полностью полагаясь на чувствительность пальцев, животное внимательно следит за тем, что происходит вокруг него в мангровом лесу. От его ушей не ускользнут звуки, выдающие приближение змеи или крупной ящерицы, а зрение и обоняние вовремя предупредят о появлении пернатых врагов или конкурентов. Не ощущая признаков их присутствия, сумчатый крабоед спокойно занимается поиском корма.
На поверхности воды плавает несколько листьев мангровых деревьев. Сумчатый крабоед не питается растительной пищей, поэтому не обращает на них никакого внимания. Но его собственное присутствие перестало быть секретом для одного из подводных хищников. Пальцы животного, резкими движениями срывающие улиток с коры дерева, являются источником волн, расходящихся под водой достаточно далеко, чтобы присутствие животного перестало быть секретом для всех рыб, плавающих по соседству.
Хищник почувствовал присутствие добычи. Он вряд ли увидел бы её своими небольшими глазами, но чувствительные клетки, образующие боковую линию, чётко определили, откуда расходятся волны. Метровое тело серого цвета с мраморным узором из чёрных пятен лениво шевельнулось, и из слоя песка и ила выползла крупная рыба – арафурский мангровый сом. Плавно извиваясь в воде, рыба начала движение к источнику волн. Пока неважно, что это может быть, но ощущения рыбы подсказывают ей, что это, вероятнее всего, может быть что-то вроде утёнка, отбившегося от выводка, либо какого-то маленького зверька или ящерицы, которые случайно упали в воду. В любом случае, животные такого размера вполне съедобны для крупной рыбы, и сом не отказывается от намерения поохотиться. По мере приближения к источнику волн рыба ощущает новые сигналы – запах мяса улиток. Этот сигнал также не содержит знаков опасности, и рыба продолжает охоту.
Сумчатый крабоед поедает мелких улиток одну за другой, выплёвывая в воду разгрызенные раковины. Он не замечает приближения опасности, поскольку не обращает внимания на то, что происходит под поверхностью воды глубже, чем он может дотянуться лапами. А крупный сом ощущает присутствие сумчатого крабоеда ещё по одному признаку: корень мангрового дерева вибрирует под лапами мелкого сумчатого хищника. Ситуация становится опасной для этого зверька, но он совершенно не ощущает этого. Собрав улиток, сидящих возле самой поверхности воды, сумчатый крабоед начал обследовать более глубокие слои воды. Он спустился к самой воде, опустил тело к воде так, что шерсть на его груди намокла, и начал обшаривать передними лапами сплетения корней у поверхности воды. Движения его лап в этот момент похожи на движения мелкого животного, и это служит сигналом к атаке для хищника, затаившегося в глубине. Арафурский мангровый сом не способен плавать долгое время с большой скоростью, но умеет совершать короткие мощные броски. Рыба осторожно опустилась в глубину, нацелилась головой на видимую из-под воды часть предполагаемой добычи, и бросилась на сумчатого крабоеда.
Исход атаки решили мгновения: почувствовав волну, которую гнало перед собой тело крупной рыбы, сумчатый крабоед сделал высокий вертикальный прыжок, а в следующие мгновения на месте, где он стоял, сомкнулись челюсти сома, захватив пустоту. Вцепившись передними лапами в ветку, сумчатый крабоед повис над водой и вскарабкался на ветку. А под ним среди волн и пены развернулось и ушло в воду громадное тело рыбы.
Вцепившись в ветку всеми лапами, сумчатый крабоед с опаской наблюдает за сомом. Рыба некоторое время плавает вокруг того места, где только что находилась такая заманчивая добыча. Поведение сома не учитывает того, что добыча может спастись от него, прыгнув вверх. Поэтому сом безуспешно пытается отыскать следы её присутствия в ближайших окрестностях. От движений сумчатого крабоеда один листок оторвался с ветки мангрового дерева и упал в воду. Тут же под ним проплыла серая спина хищника, украшенная мраморным рисунком. Убедившись, что лист дерева совершенно несъедобен, сом поплыл прочь, лениво извиваясь всем телом.
У сумчатого крабоеда короткая память. Он сохранял воспоминания о встрече с хищной рыбой только на протяжении нескольких минут. Затем образ хищника, бросившегося из-под воды, постепенно потускнел в его воспоминаниях, оставив лишь смутное ощущение опасности, которая может появиться из-под воды. Но голод требует, чтобы животное продолжило поиск пищи, и сумчатый крабоед поскакал по веткам, прочь от опасного места.
Сумчатый крабоед – не единственный вид плотоядных млекопитающих, населяющих мангровый лес Арафурского озера. В мангровом лесу обитает множество беспозвоночных животных – крабов, моллюсков и червей. Они привлекают сюда рыб, на которых охотятся птицы и мелкие млекопитающие. Крупные хищники редко проникают в сплошные мангровые заросли, и мелкие животные могут чувствовать себя в безопасности. Кое-где среди ветвей видны постройки, сделанные ещё одним обитателем зарослей. Это небольшие гнёзда с плотной водонепроницаемой крышей конической формы, искусно сплетённой из листьев и тонких веточек. Такие постройки всегда встречаются группами, насчитывающими до двух десятков гнёзд. В некоторых участках леса эти гнёзда стоят покинутые и полуразрушенные, но в других местах они населены их законными владельцами и строителями. Это поселения мангровых крыс-архитекторов, лазающих грызунов, отлично приспособившихся к жизни на деревьях над водой. Мангровые крысы-архитекторы не задерживаются надолго на одном месте. Обычно гнёзда служат этим животным для выращивания одного или двух выводков детёнышей. Когда в окрестностях колонии истощаются пищевые ресурсы, все звери переселяются в другое место, а покинутые домики служат жилищем для других обитателей мангрового леса.
Колония мангровых крыс-архитекторов, насчитывающая около десятка гнёзд, занимает две кроны соседних деревьев. Все гнёзда располагаются над водой, но находятся выше уровня самого высокого прилива. Крысы плетут их в нижней части кроны, и это делает гнёзда недоступными для пернатых хищников, которыми изобилуют заросли.
Строители этих гнёзд – крупные звери, внешне похожие на серых крыс эпохи человека. Но они прекрасно приспособлены к жизни в мангровом лесу: взрослые животные ловко бегают по ветвям мангровых деревьев, а при необходимости делают прыжки с ветки на ветку с лёгкостью белок. Бежевая окраска меха этих грызунов делает их плохо заметными среди ветвей, но иногда встречаются отклонения в окраске. Среди членов колонии есть несколько рыжеватых особей – потомство одной из пришлых самок, а также палевый самец, недавно прибившийся к колонии и успевший образовать пару с самкой типичной окраски. Крысы ловко бегают по ветвям, вытянув длинные голые хвосты, которые служат им для поддержания равновесия. Но деревья для них – это просто основа для строительства жилища. Они добывают корм почти исключительно в воде, и лишь изредка поедают насекомых и плоды мангровых деревьев.
В поисках корма взрослые крысы ныряют в воду. Хотя они обитают в тёплом климате, крысы проводят много времени, ухаживая за своим бархатистым мехом. Размножающаяся пара крыс обычно держится вместе, и оба животных заботливо чистят шерсть друг другу. Чтобы сделать шерсть водоотталкивающей, крысы смазывают её выделениями особых желез, открывающихся по бокам анального отверстия. Обычно пара крыс взаимно смазывает друг друга, и запахи обоих животных становятся почти одинаковыми – это играет важную роль в установлении отношений с сородичами в поселении. Приведя шерсть в порядок, животные одно за другим спускаются к воде – на нижние ветви и корни мангровых деревьев. Чтобы нырнуть, мангровая крыса-архитектор повисает на ветке на задних лапах, а затем разжимает их и входит в воду почти без брызг. Под водой шерсть этих крыс из-за водоотталкивающей смазки становится серебристой и ярко блестит в лучах солнечного света, проникающих в воду через полог мангрового леса. В воде мангровые крысы-архитекторы передвигаются с помощью задних лап, прижимая передние лапы к бокам. Между пальцами задних лап у них развиты перепонки, а с наружной стороны ступни развивается небольшая кожная оторочка, расширяющая гребную поверхность. Эти крысы умеют неплохо нырять, но остаются под водой меньше, чем на минуту – быстрый обмен веществ и высокая потребность в кислороде не позволяют им нырять надолго. Обычно крысы кормятся утром и во второй половине дня, во время отлива. В отлив добывать пищу значительно проще – на мелководье водяные животные могут закапываться в песок, и тогда их гораздо проще поймать. В некоторых местах во время отлива образуются мелководные лужи, и рыбы, попавшие в них, не могут ускользнуть от этих крыс. Есть и ещё одно немаловажное преимущество: крупные водяные хищники в отлив с трудом движутся в зарослях, и не могут напасть внезапно.
Тени плавающих в воде зверьков движутся по дну, вспугивая подводных жителей. Некоторые крысы в такие моменты оглядывают дно, надеясь заметить место, где шевельнулся песок или появилось облачко ила, выдавая движение неосторожного животного. Одна из крыс заметила, как зашевелился гнилой лист мангрового дерева, лежащий на дне. Под ним спряталась небольшая креветка – лакомая добыча, за которой стоит поохотиться. Крыса подплыла к листу и сунула под него голову. С другой стороны листа в эту же секунду выскочила полупрозрачная креветка и понеслась над самым дном, едва касаясь его и поднимая маленькие облачка ила. Обнаружив несколько листьев, лежащих на дне, креветка нырнула под них и замерла. Быстро всплыв на поверхность воды за воздухом, крыса поспешила по её следу. Это довольно сложно сделать, поскольку ил быстро оседает, а обоняние млекопитающего под водой бесполезно. Крыса просто начала ворошить листья, лежащие на дне – это часто помогало ей в поиске добычи. Когда она добралась до листьев, под которыми спряталась креветка, всё повторилось вновь – вспугнутая креветка бросилась к ближайшему укрытию, а крыса вынуждена была всплыть за воздухом. Но преимущество в жизни под водой не спасло креветку – другая крыса заметила, где она спряталась, и точным броском настигла добычу. Крепкие зубы прокусили панцирь креветки, и крыса всплыла на поверхность воды, держа добычу во рту. Загребая задними лапами, она подплыла к ближайшему корню мангрового дерева, забралась на него и начала поедать добычу. Она взяла креветку передними лапами и начала грызть её, аккуратно вытаскивая из панциря кусочки мяса.
Пока взрослые крысы-архитекторы охотятся, детёныши познают мир. Обычно все самки колонии рождают детёнышей с разницей лишь в несколько дней, и все крысята растут дружно и воспитываются совместно. Многие детёныши в колонии уже надолго покидают гнёзда и играют на ветвях, упражняясь в лазании и прыжках. Им ещё рано охотиться, и даже плавать они начнут только через неделю. Молодые крысы ещё слишком мало знают об окружающем мире, и не умеют самостоятельно распознавать все опасности, таящиеся в мангровых зарослях. Им знакома тревога, которую испытывали их родители при звуках голосов мангровых ворон, но, если ворона будет молчать, они могли бы, наверное, подойти к ней в упор – пока страшный голос никак не ассоциируется у них с образом врага. Большинство детёнышей крыс-архитекторов погибает именно в этом возрасте, когда они делают первые шаги к самостоятельности. Они полагаются на осторожность взрослых животных, и часто такая стратегия оправдывает себя, и детёныши учатся распознавать опасность, наблюдая за реакцией своих сородичей. Но часто взрослые крысы заняты поиском корма, и детёныши могут остаться без присмотра.
Взрослые крысы-архитекторы одна за другой скрываются под водой. Детёныши наблюдают за тем, как они спрыгивают в воду и ныряют за кормом. Пока им ещё рано учиться плавать, и они предпочитают играть на ветвях мангровых деревьев. Несколько мелких птиц, пролетевших над поселением крыс, не встревожили их, и крысята продолжили беспечно бегать друг за другом, покусывая своих сверстников за хвосты. Два крысёнка устроили борьбу, вцепившись друг в друга передними лапами и покусывая своего партнёра по игре. Одна из взрослых крыс выбралась из домика, обнюхала детёнышей, игравших возле её жилища, перепрыгнула на соседний корень и нырнула в воду. Детёныши остались почти без присмотра – лишь изредка какая-то из взрослых крыс, выбираясь из воды с добычей, брала на себя обязанности няньки и осматривала окрестности, стараясь обнаружить присутствие врага. Но этого слишком мало, чтобы обеспечить безопасность потомства. Кроме взрослых зверей, временно берущих на себя обязанности нянек, за детёнышами наблюдают другие глаза, обладатель которых видит в крысятах лишь доступный и сытный обед.
Сумчатый крабоед тихо подкрался к поселению крыс-архитекторов. Он ведёт себя очень осторожно и старается не выдать своего присутствия. Он затаился в густой листве дерева, растущего рядом с крысиным поселением. Хищник нюхает воздух, и его подвижный нос шевелится, улавливая запах добычи. Возможно, кто-то из взрослых крыс смог бы его заметить или хотя бы почувствовать его запах, но, пока они заняты охотой, детёнышам грозит реальная опасность. Пока крысята находились в гнезде под родительской опекой, они даже не подозревали о существовании таких хищников, хотя сумчатые крабоеды регулярно появлялись в окрестностях «городка» мангровых крыс-архитекторов. Но всякий раз одна или две взрослых крысы прогоняли их – в колонии всегда находились взрослые самки, кормящие детёнышей, которые защищали не только свой выводок, но и соседских детёнышей. А когда детёныши подросли и стали самостоятельными, родители стали надолго покидать их. И в такие моменты хищники легко могут воспользоваться возможностью напасть на молодняк крыс.
Когда одна из взрослых крыс выбралась на корни мангрового дерева, сумчатый крабоед замер в своём укрытии, прижавшись к ветке. Лишь кончик его хвоста нервно подёргивался, выдавая нервное напряжение хищника, выбирающего момент для нападения. Крыса отряхнула с шерсти капли воды и полезла вверх по корню. Навстречу ей бросилось несколько детёнышей – одним из них был её собственный отпрыск, а следом за ним побежали другие детёныши, приняв его движение за игру. Взрослая крыса обнюхала своего детёныша и полезла наверх, в гнездо. Детёныши почти не прервали игру – они ловкими прыжками бросились вверх по ветвям, запрыгнули на один из домиков, поднялись на вершину его конической крыши, и один за другим перепрыгнули на ветку, протянувшуюся выше гнезда. Они поднялись достаточно высоко в крону дерева, и слишком удалились от поверхности воды, где за ними хотя бы эпизодически могли присматривать взрослые крысы. И любопытство дорого обошлось крысятам. Сумчатый крабоед бросился к детёнышам. Длинными прыжками он помчался по ветке, перепрыгнул на дерево, где крысы устроили свои гнёзда, не снижая скорости, проскакал над поселением крыс, схватил одного детёныша крысы-архитектора, перепрыгнул на соседнее дерево и скрылся в зарослях. Всё произошло настолько быстро, что детёныши, оставшиеся в живых, не успели даже испугаться.
Отбежав на достаточное расстояние от поселения крыс, сумчатый крабоед укусом в голову умертвил детёныша, пытавшегося вырваться из его зубов. Выслеживание добычи и бросок отняли у него слишком много сил, и, если в этот момент кто-то нападёт на него, у сумчатого крабоеда не хватило бы сил отстоять свою добычу. Поэтому хищник ведёт себя очень осторожно, постоянно оглядывается и нюхает воздух. Шум птичьих крыльев и хриплые отрывистые крики заставили его насторожиться, и сумчатый крабоед бросился под защиту густых ветвей мангрового дерева. Сквозь листву он увидел, как две мангровых вороны пролетели над зарослями. Сумчатый крабоед хорошо знаком с их повадками, поэтому он старается сохранить неподвижность, чтобы не выдать себя лишними движениями. Вороны легко могут отобрать у него добычу, но, похоже, они не заметили спрятавшегося хищника. Когда голоса мангровых ворон стихли, зверь выбрался и начал поедать добычу.
Солнце и Луна постоянно оказывают влияние на движение водных масс Земли, и в положенное время начинается прилив. Потоки воды устремляются в сторону озера и несут множество мелких морских животных, которым суждено погибнуть в челюстях разнообразных обитателей Арафурского озера. Некоторые из этих животных будут съедены обитателями мангрового леса, а ещё часть животных погибнет в воде самого озера, опреснённой реками.
К полудню жара усиливается, и от утренней прохлады остаётся лишь воспоминание. Воздух в мангровых зарослях становится очень влажным, и многим обитателям леса это не нравится. Как правило, в такое время становятся более активными рептилии, а млекопитающие, наоборот, ищут себе укрытие от зноя. Сумчатый крабоед удачно поохотился в утренние часы – кроме поимки улиток и детёныша мангровой крысы-архитектора, ему удалось разорить гнездо какой-то мелкой птицы и изловить ящерицу. На какое-то время его голод оказался утолённым, и зверь поспешил в укрытие. В центре территории сумчатого крабоеда располагается гнездо – большое шаровидное сооружение, сплетённое в ветвях дерева. В отличие от крыс-архитекторов, сумчатый крабоед редко бросает своё гнездо, и потому оно сделано гораздо более основательно. Зверь просто переплёл несколько живых веток мангрового дерева, и они образовали каркас гнезда, продолжая расти. А пространство между ними он заплёл волокнистыми листьями пандануса и полосками коры. Внутри гнездо выстлано мягкими сухими листьями с добавлением растительных волокон и птичьих перьев. Насытившись, сумчатый крабоед на какое-то время теряет типичные для этих хищников проворство и лёгкость движений. Точно размеренными прыжками он движется к гнезду, стараясь не привлекать к себе внимания. Чтобы избежать опасности, исходящей от птиц, сумчатый крабоед движется к своему укрытию в нижнем ярусе мангрового леса. Корни мангровых деревьев образуют настоящую дорогу, а путеводными знаками служат метки, которые сумчатый крабоед оставляет, помечая мочой разгрызенную кору дерева. Прилив смывает слишком низко поставленные метки, но оставшиеся позволяют безошибочно найти путь к гнезду. Сумчатый крабоед должен спешить – прилив залил некоторые корни и сделал часть проток непреодолимыми даже для такого ловкого прыгуна. В некоторых случаях сумчатому крабоеду приходится подниматься на ветви деревьев и проявлять обезьянью ловкость, прыгая с одного дерева на другое через протоку шириной больше трёх метров. Сумчатый крабоед не смотрит вниз, прыгая через воду. А под кронами деревьев уже плещутся рыбы, и кое-где по поверхности воды «чиркает» плавник арафурского мангрового сома – в прилив эти хищники не упустят возможности напасть на животных, которым вода отрезала возможность к спасению. Добравшись до гнезда, сумчатый крабоед долго нюхал воздух, чтобы убедиться, что в окрестностях гнезда нет хищников. Не почувствовав признаков опасности, зверь забрался в гнездо и заснул.
С наступлением жаркого времени дня другие животные начинают проявлять большую активность. Передний край мангрового леса, вдающийся в озеро, днём превращается в подобие поля битвы, на котором решается судьба двух экосистем. На поверхности воды по краю мангровых зарослей покачивается множество огромных существ с телами округлой формы. Это обитатели Арафурского озера, оказывающие наибольшее влияние на ландшафт. Когда вода достаточно прогревается, чтобы жизненные процессы этих животных активизировались, они приступают к еде. Широкие плоские головы с острыми роговыми клювами и глазами, сдвинутыми наверх, время от времени поднимаются к поверхности воды. Клапаны на ноздрях открываются, и лёгкие животных со свистом засасывают воздух. Тела этих животных, достигающие длины трёх метров, закованы в прочный панцирь. Это бронтохелисы, «громовые черепахи» – гигантские водяные черепахи. Их существование в Меганезии – один из знаков былого присутствия человека на Земле: они происходят не от туземных животных Австралии или Новой Гвинеи, а являются потомками красноухой черепахи, завезённой в Австралию из Центральной Америки. Эти черепахи собираются стадами там, где есть пища, но могут вести привычный образ жизни даже поодиночке. Стадо этих черепах, однако, обеспечивает безопасность молодым особям, которые стараются держаться ближе к «патриархам», чей возраст давно перешагнул вековой рубеж.
Бронтохелисы – это вид рептилий, присутствие которого во многом определяет облик как мангрового леса, так и мелководных участков озера. В отличие от своих предков, питавшихся преимущественно кормом животного происхождения, эти черепахи превратились в исключительных вегетарианцев. Их успех во многом определяется тем, что они освоили самый доступный, хотя и трудно усвояемый источник корма – ветви и листья мангровых деревьев. Черепахи постоянно уничтожают мангровые деревья, и тем самым препятствуют зарастанию озера. Вытягивая шеи, они обкусывают нижние ветви и заглатывают листья, расстригая их челюстями. Сильные роговые клювы помогают черепахам откусывать молодые кончики ветвей и корней. Ползая по мелководью, бронтохелисы раскапывают корни деревьев и поедают их. После кормления черепах мангровый лес представляет собой жалкое зрелище – весь молодой прирост мангровых деревьев бывает полностью уничтожен, а нижние ветви взрослых деревьев оказываются буквально срезанными сильными челюстями черепах на высоте, доступной этим рептилиям. Разрушительная деятельность огромных черепах существенно тормозит рост мангровых лесов. Возможно, без этих черепах озеро могло бы зарасти сплошным мангровым лесом, особенно на более пологом восточном берегу, где из воды поднялся перешеек между Австралией и Новой Гвинеей, за миллионы лет до этого отделивший от океана озеро Карпентария.
Бронтохелисы постоянно живут в Арафурском озере, и лишь единичные особи преодолевают по протокам массив мангрового леса, отделяющий озеро от океана. Но на северо-западном побережье Меганезии не образуется полноценной популяции этого вида рептилий, и численность рептилий на побережье материка остаётся более-менее стабильной благодаря постоянному притоку особей из озера. Постоянная жизнь в солёной воде наложила отпечаток на облик и физиологию этих черепах. Бронтохелисы обладают солевыводящими железами, которые расположены в глазницах и регулярно выделяют порции густого рассола, освобождая организм черепахи от соли, постоянно попадающей в него с пищей и водой.
Если бы черепахи долгое время паслись на одних и тех же участках мангровых зарослей, это привело бы к деградации мангрового леса. Но стада черепах постоянно мигрируют вдоль побережья, и у мангровых лесов есть возможность восстановить ущерб, нанесённый черепахами. Там, где черепахи редки или не появлялись в течение долгого времени, мангровый лес восстанавливается достаточно быстро, и этому немало способствует способность мангровых деревьев к живорождению. Проростки с хорошо развитым стреловидным корнем падают с ветвей материнских деревьев и успевают укорениться во время отлива, а затем начинают стремительно расти. Так же быстро отрастают обкушенные или повреждённые черепахами корни мангровых деревьев. Когда черепахи вернутся в эти места, их встретит частокол молодых деревьев, среди которого поднимаются дыхательные корни взрослых мангровых деревьев, которые успешно воспользовались передышкой во время бесконечной войны с панцирными обитателями озера. Но в местах, где черепахи собираются большими стадами или задерживаются надолго, лес сильно страдает от их активности. Вначале черепахи уничтожают проростки и молодые деревья, затем обгладывают все ветви, до которых могут дотянуться, и далее наступает очередь крупных деревьев. Пытаясь добраться до листьев мангровых деревьев, огромные черепахи выползают на корни и стволы, цепляясь за них когтями. Стволы деревьев просто не выдерживают тяжести черепах и часто просто валятся в воду. Когда сгнивают корни погибших мангровых деревьев, ничем не закреплённая почва просто смывается дождём в озеро и постепенно оседает на его дне. Ценой накопления очередной порции ила озеро отвоёвывает у берега ещё немного места.
Стадо черепах начинает кормиться, когда верхний слой воды в озере достаточно хорошо прогревается. Это плата за вегетарианский рацион – пищеварение у бронтохелисов наиболее успешно протекает при высокой температуре, а растительная пища усваивается труднее, чем мясо. Ранним утром эти черепахи вяло плавают на краю мангрового леса, но по мере прогрева воды становятся всё более активными. Когда солнце достаточно прогревает мелководья, черепахи собираются там и греются, раскинув в стороны лапы. Если в воде лежит ствол дерева, или мангровые корни могут выдержать вес небольшой особи, черепахи выбираются на них, наполовину высунувшись из воды. А ближе к полудню начинается разрушительное пиршество, которое продолжается почти до захода солнца. Молодые черепахи получают преимущество по сравнению со старыми: они могут первыми добраться до ростков мангрового дерева, наиболее доступных и нежных. Острые челюсти молодых рептилий срезают небольшие стволы молодых мангровых деревьев, словно садовые ножницы. Черепахи не умеют жевать, и лишь размельчают зелень челюстями. Кусочки листьев всплывают на поверхность, но молодые черепахи собирают и их.
Взрослые черепахи теснятся под разросшимися мангровыми деревьями. Их аппетит вряд ли удовлетворили бы проростки этих растений. Огромные рептилии тянут шеи к нижним ветвям деревьев и откусывают не только листья, но и полностью одревесневшие ветви. Естественно, жёсткая древесина несъедобна для них, но все листья и не успевший одревеснеть прирост текущего года уничтожаются полностью. Аппетиты черепах столь велики, что менее, чем за полчаса все мало-мальски съедобные части дерева оказываются уничтоженными до высоты, куда может дотянуться взрослая черепаха. Однако, каждая из черепах, кормившихся под деревом, получила очень немного пищи. Это обратная сторона жизни в группе – за безопасность невольно приходится отдавать часть найденного корма сородичам. Не наевшись досыта, черепахи продолжают атаку на дерево. Цепляясь могучими когтями, растущими на передних лапах, они начинают выбираться на корни дерева, вытягивая шеи и пытаясь дотянуться до корма. Это довольно опасное занятие: изредка когти черепахи могут соскользнуть с корней, а широкая голова в этот момент застревает в развилке ветвей. И тогда черепаха обречена на медленную и мучительную смерть от удушья, если не гибнет сразу от разрыва спинного мозга. Но такие случаи достаточно редки, и, как правило, черепахи, пережившие первые десять лет жизни, имеют все шансы дожить до глубокой старости и даже умереть своей смертью, что представляет собой большую редкость в животном мире.
Когда ветер стихает, активность черепах становится особенно хорошо заметной с высоты птичьего полёта. Целая полоса тёмных округлых тел черепах теснится по краю мангровых зарослей, а ветки деревьев раскачиваются, когда рептилии обрывают на них листья. Иногда целое дерево сотрясается от движений черепах, старающихся дотянуться до его листвы.
Не всем жителям мангрового леса нравится такая разрушительная активность рептилий. Один из больших мангровых поссумов провёл ночь в кроне мангрового дерева, росшего на самом краю леса. Это медлительное млекопитающее весь предыдущий день поглощало листву дерева и занималось чисткой собственной шерсти. Вряд ли этот поссум обратил внимание на неуклюжих рептилий, которые собрались на мелководье неподалёку. Ночь также прошла достаточно спокойно, и первые утренние часы не предвещали ничего страшного. Поссум привёл себя в порядок, расчесал шерсть когтями, и начал делать то, что он любил больше всего – поглощать листья мангрового дерева. По мере того, как становилось жарче, он переходил в гущу кроны, в тень от ветвей дерева, и продолжал кормиться уже там. Но шуршание листвы где-то внизу заставило его насторожиться. Взглянув вниз, поссум увидел огромную голову, похожую на змеиную, которая тянулась откуда-то снизу на длинной гибкой шее. Существо взглянуло на поссума круглыми и ничего не выражающими глазами, и одним движением челюстей откусило довольно толстую ветку. Крона дерева слегка вздрогнула от движений массивного туловища где-то внизу, и большой мангровый поссум счёл нужным перебраться на более высокую ветку. Здесь сквозь листву пробиваются солнечные лучи, но огромные существа снизу точно не дотянутся до этого места. Зверь продолжил кормиться, ощущая лапами и хвостом сотрясения ствола дерева, под которым ползали эти гиганты. Через некоторое время удары по стволу стали чаще, и они были явно не случайными. Взглянув вниз, поссум увидел, что значительное количество нижних ветвей дерева уже полностью съедено этими черепахами, а одна из черепах буквально карабкается по стволу, пытаясь добраться до листвы. Ходульные корни мангрового дерева уже начали прогибаться под тяжестью тела этого великана, а ствол слегка накренился. Поссум почувствовал, что теперь ему никто не даст спокойно кормиться, и начал, пока не поздно, искать выход. Он забрался в верхнюю часть кроны, где ему пришлось прищуриться от яркого солнечного света, и огляделся. Одно из соседних деревьев также содрогалось от движений черепах, объедающих его ветви. Где-то неподалёку летало несколько мангровых ворон, оглашая окрестности криками. Эти птицы вряд ли беспокоятся за свои гнёзда – они не гнездятся на самом краю мангровых зарослей. Кормящиеся черепахи вспугивают множество мелких животных, которые, спасаясь бегством, выдают себя; вороны легко замечают и ловят их. Когда ствол дерева начал буквально сотрясаться от ударов панцирей черепах, большой мангровый поссум забеспокоился. На ближайшее дерево, сцепившееся веткам с тем, на котором он сидит, ему уже не перебраться – оно также стало объектом внимания со стороны черепах, и его крона заметно раскачивается, когда массивные рептилии тянут за ветки. Оглядевшись и оценив расстояние до других деревьев, большой мангровый поссум выбрал лучший в сложившейся ситуации путь к отступлению. Дерево, растущее дальше от края мангровых зарослей, отделено от дерева, на котором он сидел, узкой протокой. В ней уже плавала молодая черепаха, подбирая листья, свалившиеся с дерева во время кормления взрослых рептилий. Расстояние между кронами деревьев составляет около двух метров – перескочить с одного дерева на другое было бы лёгкой задачей для любого животного, обладающего телосложением и ловкостью белки или куницы. Но большой мангровый поссум – это медлительное и тяжеловесное животное. Тем не менее, он решился на отчаянный шаг. Ощущая всеми лапами сотрясения ствола и ветвей, зверь полез по ветке в сторону выбранного дерева. Поглядывая вниз, он видел, как черепахи, едва не забираясь друг другу на панцирь, жадно обкусывают листву с дерева. Сделав несколько шагов по ветке, поссум ощутил, как она стала прогибаться под его лапами. Дальше двигаться было просто опасно, и зверь решил прыгать. Он напрягся всем телом и сделал великолепный прыжок, оттолкнувшись задними лапами. В полёте зверь вытянул вперёд передние лапы и раскрыл пальцы. Как только его пальцы коснулись ветвей другого дерева, зверь вцепился в них мёртвой хваткой и повис на согнувшейся под его тяжестью ветке, словно меховой мешок. Если бы сумчатые лемуры, обитающие в лесах Меганезии, увидели его упражнения, они бы ощутили собственное превосходство над этим неуклюжим существом в искусстве акробатики. Повиснув на передних лапах, большой мангровый поссум начал отчаянно искать опору для задних лап и хвоста. Едва коснувшись хвостом одной из нижних ветвей, зверь кончиком хвоста подтянул её к себе и схватил одной из задних лап. Подтянув ветку ближе, он вцепился в неё второй задней лапой, обвил её хвостом, и только тогда отпустил ветки, которые схватил передними лапами. Почувствовав опору под всеми лапами, зверь вновь превратился в медлительное существо и полез в крону дерева, подальше от неожиданных гостей, доставивших ему такое беспокойство.
Кормление бронтохелисов продолжается и уже становится похожим на стихийное бедствие. Нижние ветви с дерева, откуда сбежал большой мангровый поссум, уже начисто объедены, и заманчивая зелень остаётся на более высоких ветвях. Одна черепаха повторяет попытку своего сородича и вылезает на ствол дерева. Отталкиваясь задними ногами от ходульных корней мангрового дерева, она цепляется передними лапами за нижние ветви. Вытягивая шею, она дотягивается до листвы, которая пока недоступна другим рептилиям. На наклонный ствол дерева ложится вес около двухсот килограммов, и корни с одной стороны уже не выдерживают такой нагрузки. Несколько корней с треском ломаются, и ствол ещё больше наклоняется в сторону озера. Заметив, что ветви стали немного ближе, несколько черепах вытянули шеи и вцепились в ветви дерева. Подтягивая ветви к себе, черепахи повисли на них мёртвой хваткой и своим весом попросту повалили дерево. Заскрипели ветви, корни с шумом и хлюпаньем вырвались из дна, поднимая облака ила, и крона дерева с шумом и плеском погрузилась в воду. В разные стороны метнулись стаи испуганных рыб и креветок, а несколько крабов под прикрытием облаков ила попытались спрятаться и сбежать.
На несколько секунд дерево почти полностью скрылось под водой, но затем снова всплыло. В первые несколько минут после падения дерева черепахи в испуге расплылись в стороны, но затем, когда ил начал понемногу оседать и видимость под водой улучшилась, они продолжили пиршество. Поваленное дерево для них подобно накрытому стволу. Привлечённые свежей зеленью, черепахи начали сплываться к дереву. Среди них есть как патриархи векового возраста, так и молодые особи, недавно перешедшие к жизни в солёной воде озера. Десятки роговых клювов тянутся к листве, стараясь схватить как можно больше еды. Панцири огромных рептилий стукаются друг об друга, и звуки ударов вспугивают рыб, которые приплыли, чтобы поймать кого-нибудь из мелких обитателей мангрового леса, лишившегося своего жилья из-за разрушительной деятельности черепах. Когти рептилий царапают панцири, лапы и шеи соседей. В стаде черепах нет иерархии и господствует право сильного. Огромные рептилии тупо отталкивают друг друга от пищи, и вскоре мелкие особи остаются на краю пирующей толпы, вынужденные довольствоваться остатками листвы, которую не заметили их взрослые сородичи. А вокруг плавающего в воде дерева собираются самые крупные черепахи из кормящихся в этом месте – гиганты, чьи панцири достигают длины двух с половиной метров, и даже несколько особей, переваливших за полуторавековой рубеж, с панцирями трёхметровой длины. В течение часа дерево будет полностью объедено ими, и останутся лишь несъедобные ствол, ветки и корни.
Пир черепах привлекает других жителей мангровых зарослей, в том числе тех, которым совершенно не интересны как пища листья мангровых деревьев. Мангровые вороны целой стаей кружатся над черепахами, свалившими дерево. Наиболее смелые птицы садятся на панцири великанов, и с них высматривают добычу. Они склёвывают насекомых, оказавшихся в воде, и расправляются с ними прямо на панцирях черепах, которые, в свою очередь, совсем не обращают внимания на пернатых соседей. Несколько птиц садятся на корни дерева, которые торчат из воды, и начинают внимательно оглядывать их. Время от времени, когда черепахи сильно ударяют панцирями по дереву, вороны взлетают, но затем вновь возвращаются на дерево. В корнях мангровых деревьев проживает очень много съедобных обитателей, которые прочно прикрепляются к ним и не имеют возможности спастись, когда дерево оказывается поваленным. Мангровые вороны по опыту знают это, и не упускают возможности заполучить лёгкий обед. Они оглядывают корни и склёвывают улиток и двустворчатых моллюсков, не забывая также проверить тоннели, пробуренные «корабельными червями».
Некоторые другие обитатели мангрового леса также любят кормиться по соседству с черепахами. Пара морских кукабарр, на территории которых кормятся бронтохелисы, тоже прилетела, привлечённая их разрушительной деятельностью. Черепахи сравнительно недолго пробудут в этих местах и не нанесут большого ущерба владениям кукабарр, хотя, возможно, после их кормления птицам придётся расширять свою кормовую территорию за счёт соседей. Но вряд ли они понимают все эти причинно-следственные связи, и принимают деятельность черепах как нечто само собой разумеющееся. Деятельность черепах предоставляет птицам неплохую возможность поохотиться: когда черепахи ползают по мелководью, вспугнутые ими рыбы бросаются в стороны и их легче поймать даже во время прилива. Заметив одну такую рыбу, самка морской кукабарры несколько секунд отслеживает её движения, а затем стремительно ныряет в воду и схватывает рыбу. Всплыв на поверхность воды, птица бьёт крыльями, поднимая тучу брызг, и взлетает. На дереве она оглушает рыбу ударом об ветку и сразу же глотает целиком. Мангровые вороны, чьё внимание поглощено сбором пищи на корнях поваленного мангрового дерева, не заметили успеха кукабарры, и не сделали попыток напасть на этих птиц. Затем самец ныряет за рыбой, и выхватывает её едва ли не из-под панциря черепахи, неторопливо проползающей по мелководью, которое в отлив становится небольшим островком.
На песчаных участках побережья Арафурского озера обитают очень своеобразные существа. Их присутствие выдают вертикальные норки, сделанные в песке. Обычно песок под водой очень легко «плывёт», и норки большинства обитателей песчаного дна представляют собой просто ямки, выкопанные под каким-то камнем или другим твёрдым предметом. Но норки, сделанные эти обитателем Арафурского озера, выкопаны прямо в песке и держатся за счёт слизи, которая склеивает их стенки. Такой способ строительства независимо друг от друга используют различные животные, обитающие в разных частях света. В Арафурском озере строителями нор в песке являются так называемые пескоройки – личинки кровяной миноги, одной из местных миног. Эти существа длиной до 30 сантиметров обладают голым телом, подслеповатыми глазками и недоразвитыми плавниками. Щелевидный рот этих существ совершенно не похож на широкий, похожий на присоску рот взрослых особей кровяной миноги. Родство этих существ и взрослых миног, достигающих почти полуметровой длины, легко определяется по нескольким парам жаберных отверстий, находящихся по бокам жаберной полости. Молодые личинки этих миног проводят первые месяцы жизни в пресной воде низовий рек, питаясь мелкими животными, обитающими в толще воды. Подрастая и переселяясь в низовья рек, пескоройки превращаются в хищников – они фильтруют из воды мелких личинок комаров, молодь креветок и других животных. Слизь – не слишком твёрдый материал, но она позволяет норкам этих животных сохранять форму в воде. Однако, когда крупная черепаха проплывает над поселением пескороек кровяной миноги, она взмучивает ил и песок. На несколько секунд трубки пескороек становятся видимыми, колышась в воде среди облака ила. Затем они разваливаются, а их обитатели начинают в панике метаться над дном в поисках укрытия. Некоторым из них удаётся забраться в щели между корнями, но черепахи, сотрясая своими панцирями стволы мангровых деревьев, выгоняют их оттуда и заставляют искать новое укрытие. Другие пескоройки уплывают как можно дальше от опасного места. Выбрав тихое место, которое кажется подходящим для жизни, пескоройка встаёт вертикально и начинает буравить дно хвостом. Одновременно она выделяет слизь, которая склеивает песок и ил, не давая им расплываться в воде и выдавать местоположение животного. А это очень важно – во время прилива активизируются хищники.
Огромный мангровый сом, рыба длиной около полутора метров, охотится на пескороек кровяной миноги. Крохотные подслеповатые глаза – плохие помощники в охоте на такую быструю добычу. Но чувствительные усы, покрытые хеморецепторами, а также клетки боковой линии позволяют определить присутствие добычи. Огромные черепахи не нападают на эту рыбу – они исключительно вегетарианцы, а мангровый сом, кроме того, надёжно защищён от врагов ядовитыми колючками в спинном и грудных плавниках. Тем не менее, он опасается приближаться к черепахам – эти массивные рептилии могут просто раздавить его панцирем. Но сом неотступно следует за плывущими над дном черепахами. Каждый взмах лап черепахи поднимает со дна ил и гнилые листья, заставляя мелких животных искать новое убежище. Проплывая над норками пескороек, черепаха сильными движениями лап поднимает водоворот, разрушающий их непрочные укрытия. Этого и дожидается хищник. Одна из пескороек оказалась буквально выброшена из собственного жилища, слизистые клочья которого разметались в стороны. Сом ощутил её запах, и одним броском поймал добычу. Где-то с краёв черепашьего стада кормятся ещё несколько мангровых сомов, но в любом случае они не смогут съесть всех личинок миноги.
Если личинке удаётся прожить три года, она претерпевает метаморфоз и превращается во взрослое животное. У неё развиваются глаза и органы обоняния, становятся более широкими плавники, и само животное начинает вести совершенно иной образ жизни, превратившись в паразита-кровососа. Она приобретает серую окраску с сизоватым оттенком и слабо выраженными пятнами на голове и спине. Когда стадо черепах кормится, взрослые кровяные миноги также плавают вблизи них, ожидая возможности присосаться к телам рептилий. Их вечно открытые рты, вооружённые двумя кольцевыми рядами роговых зубов, не могут прокусить панцирь черепахи; кожа на голове и лапах, покрытая роговыми щитками, также слишком твёрдая для них. Поэтому кровяные миноги атакуют черепаху в местах, где кожа мягче, а рептилии не удастся от них освободиться – вблизи клоаки, у основания шеи и задних конечностей. Ещё одна цель, которую миноги определяют безошибочно – раны на теле черепахи. Острые сучья и сломанные корни мангровых деревьев, а также когти собственных сородичей иногда ранят кожу рептилии. Рана не причиняет черепахе неудобств, но запах сочащейся крови очень привлекает миног, и они буквально преследуют черепаху по кровавому следу. Некоторые миноги присасываются даже к лапам черепахи, не испытывая особых неудобств от их движений.
Крупные рыбы, живущие на глубине, могут страдать от нападений кровяной миноги, которая наносит им глубокие и плохо заживающие раны. Но черепахи, плавающие около поверхности воды, спасаются от этих паразитических существ благодаря добровольным помощникам, получающим немалую выгоду от соседства с черепахами.
Черноголовая цапля-удильщик спешит на пиршество черепах. Разрушительная деятельность этих рептилий не причиняет ей неудобств – птица гнездится в глубине зарослей, и черепахам потребовалось бы много времени, чтобы проложить дорогу к её гнезду, если бы они задались этой целью. А саму цаплю очень привлекают рыбы, суетящиеся вокруг рептилий. Мелкие рыбы постоянно держатся в тени черепашьих тел целыми стайками. Их интересует всякая съедобная мелюзга, которая становится доступной, когда черепахи взмучивают ил. Когда крупный мангровый сом проплывает под телом черепахи, мелкие рыбы буквально прижимаются к коже рептилии, чтобы между ними и хищником была какая-то часть тела черепахи. Их почти не беспокоит присутствие миног, извивающихся рядом и присасывающихся к телу черепахи – кровяная минога не нападает на очень мелких рыб.
Цапля-удильщик много раз ловила рыб, которые ищут защиты у крупной рептилии. Она садится на панцирь бронтохелиса и начинает рыбалку. Черепаха объедает ветви поваленного мангрового дерева, и на её спине вполне можно удержаться, и даже ходить. Подобравшись к краю панциря, цапля опускает голову к воде и погружает в воду кисточку пера-«удилища». Она несколько раз проводит приманкой по поверхности воды, вглядываясь в её толщу. От её внимания не ускользнуло длинное тело миноги, которая искала возможность сосать кровь черепахи. Когда минога неосторожно забралась под самый край панциря, птица замерла, и только кончик пера-«удилища» подрагивал, выдавая её напряжение. В следующую секунду минога открепилась от края панциря и поплыла… но в ту же секунду клюв цапли настиг добычу. Челюсти птицы плотно сжали тело миноги, которая стала отчаянно извиваться, пытаясь освободиться. Её тело покрылось слизью, но это лишь ускорило её гибель: цапля подбросила добычу в воздух и поймала с головы. Благодаря слизи, покрывающей тело миноги, птица легко проглотила её. Хвост миноги, торчащий из клюва птицы, несколько раз дёрнулся, но цапля сглотнула ещё раз, и добыча целиком скрылась в её желудке. В воде заметны и другие миноги, но охота цапли уже оказалась под угрозой срыва. Заметив её охотничий успех, мангровая ворона также села на панцирь черепахи и сразу решительно атаковала цаплю, пытаясь заставить её отрыгнуть добычу. Противники равны по силе – у вороны мощный клюв и физическое превосходство, но цапля, защищаясь, орудует клювом, как копьём, и обладает молниеносной реакцией. Тем более, она лучше чувствует себя в воде, а ворона явно предпочитает держаться на выступающей из воды части панциря черепахи. Цапля отступает в сторону хвоста черепахи и заходит в воду так глубоко, что вода едва не касается оперения на её животе. Ворона не заходит так глубоко – вода едва покрыла её пальцы. Пытаясь произвести внушительное впечатление на цаплю, она громко кричит, широко раскрывая клюв. Но ворона прекрасно понимает, что цапля вооружена смертоносным клювом, и держится на безопасном расстоянии, предпочитая больше пугать, чем нападать. Внезапно черепаха, до того момента мирно объедавшая листья с плавающего в воде дерева, начала шевелиться. Это не пугает цаплю, которая не боится воды, но ворона взлетела и закружилась над цаплей, пытаясь напасть с воздуха. В ответ цапля раскрыла крылья, чтобы казаться крупнее, взъерошила оперение на спине и подняла клюв. Она легко балансирует на спине движущейся черепахи, и не сводит глаз с вороны. Серая птица летает над цаплей, пытаясь нанести ей удар в голову или спину, чтобы заставить её отрыгнуть проглоченную миногу. Но цапля, встряхивая взъерошенным оперением, успешно отбивает атаки вороны. Один раз ворона пролетела слишком низко над ней, и цапле удалось вцепиться клювом в перья на крыле вороны. Почувствовав, что попалась, ворона отчаянно замахала крыльями и вырвалась из клюва цапли, оставив ей в качестве трофея лишь одно перо. Освободившись, она взлетела и направилась в сторону мангрового леса. Ей очень повезло, что цапля промахнулась – ударом клюва в грудную клетку цапля вполне могла заколоть её. Воронам часто удаётся отбивать добычу у других птиц, но цапли не всегда позволяют им сделать это.
Черепахи продолжают кормиться, не замечая жарких баталий, которые разыгрываются вокруг них. Они живут своей жизнью, не обращая внимания на большинство соседей по местам обитания. Когда они достигают приблизительно метровой длины, у них практически не остаётся смертельных врагов в этом озере. Крупные бронтохелисы кажутся абсолютно неуязвимыми – хищники, обитающие по соседству с ними, просто не в состоянии прокусить толстую костно-роговую броню рептилий. Только молодые черепахи подвергаются нападению хищников: их поедают звери, болотные птицы, рептилии и рыбы. Молодые бронтохелисы с первых минут после появления на свет предоставлены сами себе и вынуждены бороться за своё существование. Молодые черепахи обитают в реках и лесных ручьях, где мало крупных хищников, и лишь по мере роста спускаются вниз по течению в Арафурское озеро. Бронтохелисы растут медленно, но зато всю жизнь. Они имеют возможность прожить свыше ста пятидесяти лет и достигают чудовищного размера уже к семидесяти годам. Черепахи отличаются медленным обменом веществ, и ежегодный прирост у них крайне незначителен. Но из-за большой продолжительности жизни они выступают в роли своеобразных «аккумуляторов» органического вещества, образуя колоссальную биомассу в Арафурском озере.
Иногда черепахи гибнут от нелепых случайностей. Мангровые вороны, пролетая над узкой протокой в мангровом лесу, замечают среди ходульных корней мангров бледно-серый округлый предмет. Одна из птиц, заинтересовавшись им, спускается ниже, и её сородичи летят следом. Усевшись на ветви мангрового дерева, вороны разглядывают предмет, крепко засевший среди корней. Это огромный труп черепахи, которая ещё недавно была существом в полном расцвете сил, и вряд ли достигла векового возраста. Обычно бронтохелисы собираются большими группами по краю мангровых зарослей. В группе этих черепах молодые особи надёжно защищены от хищников, но это оборачивается другой стороной – пищевая конкуренция возрастает многократно, и зачастую черепахи, не успевшие занять место у «обеденного стола», вынуждены довольствоваться остатками пищи более расторопных сородичей. Конкуренция за пищу заставляет отдельных особей покидать стадо и пускаться в рискованное путешествие по протокам, в чащу мангрового леса. В озере, на глубине, черепахи сравнительно мало ощущают действие приливов и отливов – разве что ветки мангровых деревьев становятся ближе или дальше от воды. Но в протоках мангрового леса, в мире отмелей, болот и временных островков, невозможно жить, не учитывая колебаний уровня воды. Во время прилива, когда протоки становятся шире и глубже, гигантская рептилия заплыла в поисках доступной пищи в гущу леса. Окружённая доступной и обильной пищей, черепаха не вернулась в глубокую протоку, когда начался отлив, и оказалась в ловушке. Корни, над которыми она просто проплыла во время прилива, на мелководье словно выросли, окружив черепаху прочным частоколом. И рептилия совершила фатальную ошибку: вместо того, чтобы дождаться очередного прилива и уплыть, она поползла по дну среди корней и застряла в них. А прилив сделал всё остальное – животное, прекрасно приспособленное к жизни в воде, попросту утонуло. Приливные волны освободили её из плена корней, но, увы, слишком поздно.
Теперь мёртвая черепаха стала лишь пищей для многочисленных животных, которых при жизни она попросту не замечала. В отлив её шкуру расклевали вездесущие мангровые вороны, а во время прилива запах разлагающегося мяса привлёк множество подводных жителей. Вокруг тела черепахи плавают мелкие полупрозрачные креветки, отфильтровывая из воды частицы плоти рептилии, а на самом трупе кормятся крабы. Креветкам с их тонкими клешнями нелегко оторвать мясо черепахи, а мощные клешни крабов легко взрезают его. Креветки вынуждены подбирать крошки с обеденного стола крабов, но пищи настолько много, что им вполне хватает и этого. Они лишь держатся подальше от клешней своих соседей, поскольку краб не упустит случая полакомиться свежей креветкой.
Мелкие рыбы также кружатся возле мёртвой черепахи, подхватывая частички её мяса, оторванные крабами. Несколько рыб пощипываю кожу трупа и лохмотья мяса, колышущиеся в воде там, где кожу черепахи расклевали во время отлива мангровые вороны. Запах мёртвой черепахи привлекает также кровяных миног. Обычно они питаются кровью, но, если представится возможность, кормятся мясом мёртвых животных. Несколько кровяных миног, извиваясь, плавают рядом с трупом рептилии. Их роговые зубы не прокусят шкуру черепахи, и они отыскивают по запаху места, где она уже повреждена другими любителями падали. Одна за другой они присасываются к трупу и скоблят ртом-присоской мясо. Обычно эти животные отгоняют друг друга от выбранной жертвы, и на одной черепахе никогда не паразитирует две миноги. Но здесь источник корма совсем другой, и поведение миног также отличается от типичного. Среди пирующих животных на трупе черепахи есть улитки разных видов. Одни из них подползли к трупу снизу, из песка, и кормятся незаметно для посторонних глаз. Другие скоблят мощными ротовыми тёрками кожу и мясо с поверхности трупа черепахи, а ещё несколько особей поедают мягкое мясо, забравшись прямо в отверстия, проеденные падальщиками. Улитки приходят к «столу» далеко не первыми, но покидают его последними. Они останутся на мёртвой черепахе надолго и объедят с костей всё съедобное; некоторые улитки сточат даже кости черепахи, чтобы пополнить запасы кальция, нужного для построения раковины. Улитки не боятся крабов – когда краб приближается, улитка просто прижимает края раковины к субстрату, пряча уязвимые части тела. Поскольку кругом много доступной пищи, крабы не делают попыток напасть на улиток.
Мангровый сом плотояден, и не отказывается от мяса погибших в воде животных, даже если оно сильно разложилось. Он плавает рядом с тушей черепахи и пытается отщипнуть мясо, но это у него не получается. Зубы сома слишком мелкие, чтобы откусить от добычи кусок мяса – они скорее подходят для того, чтобы удержать во рту мелкую добычу. Возможно, через несколько дней мясо черепахи стало бы достаточно мягким для него… если бы ему оставили хоть что-то многочисленные падальщики, пирующие на трупе. Появление этой крупной хищной рыбы вносит смятение в ряды падальщиков. Заметив сома, несколько крабов бросились на дно и забились под труп черепахи. Но и там они продолжают кормиться. Испуганные креветки покинули труп черепахи и скрылись среди корней мангровых деревьев. Одна из них оказалась недостаточно проворной, и сом резким броском схватил её. Проплыв над мёртвой черепахой ещё раз, сом удалился в сплетение корней. Когда хищник скрылся, мелкие животные покинули свои укрытия и продолжили кормиться. Крабы вновь заняли место на местах с повреждённой кожей, а креветки, соблюдая осторожность, продолжили ловить плавающие в воде частицы мяса. Но спокойствие очень обманчиво – мангровый сом не уплыл, а лишь затаился в засаде. Длиннотелая рыба осторожно движется среди корней, извиваясь и отталкиваясь плавниками и хвостом. Любое лишнее движение может выдать присутствие хищника и сорвать охоту.
На трупе черепахи снова собралась целая стая креветок – самые мелкие из них ожидают подачек от крабов, а более крупные самостоятельно отрывают от трупа кусочки мяса и измельчают их ногочелюстями. Креветки очень близоруки, а запах разлагающегося трупа черепахи скрывает от них запах подкрадывающегося мангрового сома. Когда массивные крабы движутся через стаю креветок, нежные креветки почтительно расступаются перед ними, а затем вновь смыкают ряды. Креветки разных видов не обращают внимания друг на друга, а между сородичами часто вспыхивают скоротечные импровизированные сражения, когда сильная особь прогоняет и некоторое время преследует в воде более слабую.
Сом атаковал одним броском. Словно отпущенная пружина, он выскочил из корней мангрового дерева, пронёсся над трупом черепахи и схватил одну из крупных креветок. Панцирь ракообразного хрустнул в его челюстях, и рыба скрылась, держа в пасти добычу. Остальные креветки в панике бросились в стороны, а крабы буквально свалились с трупа черепахи, поджав ноги. Несколько минут туша черепахи выглядит так, словно её почти никто не нашёл – лишь несколько улиток, всецело полагаясь на прочность своих раковин, остались на ней и продолжили скоблить мясо роговыми «тёрками». Хищник, кажется, уплыл насовсем, и подводные падальщики постепенно возвращаются к мёртвой рептилии. Крабы один за другим выползают из-под панциря черепахи и вновь принимаются за еду. Некоторые из них остались под панцирем – они смогли прогрызть большое отверстие в полость тела рептилии, и теперь лакомятся мягкими внутренностями.
Но, пока имеется такой богатый источник пищи, пирующим ракообразным бесполезно ждать спокойствия. Запах разлагающейся плоти черепахи далеко распространился по мангровым зарослям, и на него собираются разные любители мяса, с которыми приходится считаться даже тем, кто прибыл на пиршество раньше. Если креветки ведут себя довольно осторожно, то крабы, уверенные в себе, держатся смело и даже вызывающе. Полагаясь на силу собственных клешней, они позволяют себе не скрываться при виде небольших рыб. Если рыба подплывает слишком близко, краб просто поднимает клешни, иногда даже не прерывая трапезу. Но спокойствию среди крабов приходит конец. Почувствовав приближение более грозного противника, мелкие крабы спешно скатываются с панциря черепахи, а крупные крабы принимают угрожающие позы, раскинув клешни, чтобы казаться крупнее. Некоторые крабы переходят на другие части туши, уступая место тому, кто пользуется правом сильного на этом пиру. А на туше черепахи появляется ещё один едок. Это тоже краб, но он значительно крупнее и сильнее своих сородичей – ширина панциря этого существа около пятнадцати сантиметров. Верхняя часть его тела имеет красивый коричневый цвет, а брюшко и нижняя поверхность ног серовато-белые. На этом строгом фоне ярко выделяются режущие края клешней – красные, словно вечно обагрённые кровью жертв. Это краб-птицелов, один из крупнейших видов крабов на Арафурском озере. День он проводит под водой, а в ночные часы поднимается в кроны деревьев и охотится на птиц и мелких рептилий. Ноги этого краба очень длинные и сильные – он прекрасно ходит, бегает и лазает по деревьям.
Краб-птицелов спокойно кормится на трупе черепахи. Его клешни сильны и с лёгкостью вскрывают прочную кожу черепахи. Краб-птицелов отрывает куски мяса от туши, и поедает их, не опасаясь, что у него отнимут пищу. Когда он кормится, остальные крабы держатся на достаточном расстоянии от него – краб-птицелов иногда нападает на более мелких крабов, и поедает даже молодых особей своего вида. Креветки, вспугнутые появлением краба-птицелова, ведут себя очень осторожно. Но внезапно они расплываются в стороны, почувствовав приближение крупного животного. За частоколом корней мангровых деревьев мелькает длинное извивающееся тело – к туше черепахи приближается мангровый сом. Крабы поднимают клешни, готовясь защищаться от нападения, но краб-птицелов даже не прерывает трапезы. Хотя мангровый сом – достаточно крупная рыба, он не может проглотить взрослого краба этого вида. Мангровый сом плавает рядом с крабом-птицеловом, и его присутствие начинает раздражать краба. Крупное ракообразное поднимает раскрытые клешни, и, когда сом случайно коснулся его плавником, краб решительно атаковал. Его клешни едва не сомкнулись на теле сома, и лишь быстрота реакции спасла рыбу от серьёзного ранения. Сом отступил, и краб продолжил кормиться. Когда силуэт рыбы скрылся среди корней, несколько креветок вернулись на труп черепахи. Краб-птицелов разрывает клешнями тело черепахи, и в воде кружатся клочья мяса. Креветки успевают подхватить их прежде, чем краб успевает поднять клешню, чтобы схватить кого-то из них. Труп черепахи достаточно велик, и его хватит, чтобы десятки крабов могли спокойно кормиться им. В отлив к ним присоединятся мангровые вороны, и совместными усилиями пернатые и бронированные падальщики очистят кости черепахи от мяса, а затем крабы и черви просто сгрызут сами кости, и через месяц ничто не будет напоминать о трагедии, разыгравшейся в мангровом лесу, кроме нескольких жалких обломков костей.
В глубине зарослей, вдали от разрушительного присутствия черепах, поселение крыс-архитекторов живёт своей привычной жизнью. Одного из детёнышей утром похитил и съел сумчатый крабоед, но это, похоже, не слишком обеспокоило взрослых зверей. Эти крысы дают несколько выводков в год, и в колонии всегда будет прирост, несмотря на активность хищников. Темп размножения крыс-архитекторов находится в равновесии с активностью хищников, поедающих этих животных на разных возрастных стадиях.
В прилив крысы-архитекторы продолжают кормиться, хотя теперь это требует гораздо больше усилий. Им приходится больше плавать и нырять, но крысы умеют это делать очень хорошо. Скорость их подводного плавания позволяет грызунам охотиться даже на рыбу. В прилив рыбы могут плавать, не стеснённые берегами временных водоёмов и стенами воздушных корней мангровых деревьев, поэтому поймать их гораздо труднее. Но под водой живут и другие животные, столь же вкусные, как рыбы. Они не хуже рыб защищены от нападения хищников, но не умеют плавать, и крысы часто ищут их вместо того, чтобы заниматься рыбной ловлей.
На нижней стороне корней и в основании ствола мангрового дерева древесина источена норками, поднимающимися в толщу дерева вертикально или наискосок. Эти норки имеют совершенно прямые стенки и представляют собой следы пребывания особого вида водных животных, очень характерного для мангровых лесов. Вообще, в мангровом лесу трудно найти дерево, подводная часть которого не была бы повреждена различными водными животными. Среди сверлильщиков древесины первыми по видовому разнообразию являются ракообразные, а на втором месте после них стоят двустворчатые моллюски. Но моллюски образуют гораздо большую биомассу сверлильщиков древесины, нежели ракообразные. Мутные воды мангрового леса богаты органическими веществами, и популяции двустворчатых моллюсков, обитающих в них, очень многочисленны. Малоподвижный образ жизни в сочетании с необходимостью эффективной защиты очень способствует превращению двустворчатых моллюсков в сверлильщиков, частично или полностью погружённых в древесину мангровых деревьев. Некоторые моллюски погружены в древесину лишь передней частью раковины, выставив сифоны наружу, а другие виды сверлят в древесине длинные норы, в которых при необходимости животное может скрыться целиком. Один из моллюсков-сверлильщиков – обратноострое мангровое сверло. Этот вид очень часто встречается в мангровых зарослях, но обнаружить его сложно, а добыть ещё труднее. Обратноострое мангровое сверло устраивает норы в нижней части стволов, особенно на деревьях, растущих наклонно, а также на толстых корнях. Вход в прямую вертикальную или слегка наклонную нору этого животного обращён вниз, и это спасает моллюска от посторонних взглядов. Обратноострое мангровое сверло не боится отлива, и его норы часто располагаются высоко, во время отлива оставаясь над водой. Когда дневной прилив заливает норы этих моллюсков, они высовываются наружу и начинают фильтровать пищу. Эти животные сидят в норах, прикрепившись к стенке подошвой ноги, которая работает как присоска. Моллюск просто расслабляет легко растяжимую ногу, под действием силы тяжести легко выскальзывает из норки, и повисает в воде. Раковина обратноострого мангрового сверла имеет заостренный задний край и грубо-ребристую поверхность раковины. Многочисленные бугры служат инструментом для бурения норы, а при попытке достать моллюска из его укрытия превращаются в надёжный якорь. Высунувшись из норы, моллюск слегка раскрывает створки раковины и активно фильтрует воду, шевеля створками раковины и прогоняя воду через жабры. В покое края мантии моллюска слегка выступают за края створок раковины, и в воде колышутся нежные полупрозрачные мантийные щупальца. Через тонкий эпителий они усваивают питательные вещества, растворённые в воде, обеспечивая животное дополнительным питанием. Почти на каждом дереве живёт до десяти таких моллюсков, а корни старых мангровых деревьев часто покрыты с нижней стороны пустыми норками этих моллюсков, которые стали жертвами хищников. Некоторые норки буквально взломаны, и животные, добывающие пищу таким способом, обитают по соседству с моллюсками.
Мангровая крыса-архитектор проплывает под корнями дерева. Она видит, как с нижней стороны корня свисают две раковины на эластичных стебельках. Пока хищник далеко, моллюски продолжают фильтровать воду. Их щупальца расправлены в воде – это признак того, что они не ощущают опасности. Но, когда крыса подплыла ближе, волны, распространяющиеся от неё, достигли чувствительных клеток на мантийных щупальцах моллюсков. Реакция была мгновенной и однозначной. Буквально в долю секунды щупальца сжались и створки раковины закрылись, оставив только щель для ноги. Резкое сокращение ноги втянуло моллюсков в укрытие, и в следующую секунду уже ничто не говорило о том, что они живут здесь. Крыса всплыла за воздухом, а затем вернулась – её привлекло движение, которое она заметила. Подплыв к корню, крыса начала ощупывать кору дерева чувствительными лапами. Её вибриссы касались поверхности дерева, и вскоре крыса обнаружила вход в нору одного моллюска. Она осторожно обследовала его, а затем всплыла за воздухом. Вернувшись, крыса приступила к добыванию пищи. Её лапы слишком короткие, чтобы достать моллюска когтями. К тому же животное прочно заякорилось в норе, раскрыв створки раковины – ребристая поверхность раковин упёрлась в стенки тоннеля, и вытащить моллюска стало очень сложным делом. Его можно достать лишь одним способом – разрушив его укрытие. Обратноострое мангровое сверло обладает вкусным мясом, и крысы очень охотно поедают этих моллюсков, если есть возможность их добыть. Прочными резцами крыса-архитектор вгрызается в рыхлую древесину ходульного корня, и на поверхность воды всплывают щепки. Против этого моллюск бессилен – он всецело полагается на пассивную защиту и может только глубже вжаться в нору. Если крысу спугнёт или съест какой-то хищник, моллюск сможет продолжить привычную жизнь. Но похоже, рядом нет крупных хищников, которых боятся крысы, поэтому крыса продолжает разрушать нору моллюска. Она подбирается к нему всё ближе – мягкая древесина легко поддаётся резцам грызуна. Крыса работает, время от времени всплывая за воздухом. Она подгрызает нору моллюска с одной стороны, где её стенка тоньше. С каждым новым укусом она приближается к цели. Отламывая древесину кусочек за кусочком, она почти полностью вскрыла тоннель, пробуренный моллюском. Несколько раз всплыв за воздухом, крыса завершила свою работу, и начала вытаскивать моллюска из остатков его укрытия. Двустворчатый моллюск пытается защититься от крысы, цепляясь ногой за стенку своего жилища. Но крыса рывком отдирает его ногу от субстрата и всплывает, держа раковину в зубах. Вкусный моллюск достался крысе-архитектору ценой значительных усилий, и теперь она совершенно не расположена делиться им с кем-либо. На поверхности воды крыса огляделась и поплыла в сторону от поселения.
Одно из мангровых деревьев накренилось, и его ветви касаются воды. Под ними образовалось укромное место, скрытое от посторонних глаз ветвями. Крыса выбралась из воды на корень, села на задние лапы и начала обедать. Моллюск покрыт прочной раковиной, но крыса легко вскрывает её. Она наносит укус со стороны связки, скрепляющей створки раковины, а затем резцами подрезает тело моллюска, стараясь рассечь мускул-замыкатель. Молодая крыса может довольно долго возиться с найденной ракушкой, и даже бросает её после нескольких неумелых укусов. Но это взрослая крыса, обладающая большим жизненным опытом, и ей удаётся вскрыть раковину двумя точными укусами: после первого укуса створки раковины оказались разъединёнными, а второй укус превратил моллюска в два кусочка мяса. Створки распались, и крыса легко смогла выгрызть из них всё мясо. Ей пришлось повозиться, добывая моллюска, но превосходный вкус его мяса вполне окупил этот труд. Через несколько минут крыса бросила в воду створки раковины, и они пошли ко дну, вращаясь и сверкая перламутром в редких лучах солнца, пробивающихся сквозь крону мангрового дерева.
После полудня погода меняется. Становится душно и жарко, а на небе собираются облака. Предчувствуя изменение погоды, птицы становятся особенно крикливыми. Мангровые вороны взлетают и кружатся над зарослями, собираясь в крупные стаи, насчитывающие свыше полусотни птиц. Они кричат особенно громко, но их крик вряд ли несёт какую-то полезную информацию. Это больше похоже на какое-то коллективное выражение эмоций. Мелкие птицы, живущие в мангровых зарослях, обладают не столь громкими голосами, но они очень многочисленны, и нестройный хор их голосов служит фоном для криков стаи мангровых ворон. Ещё один крикун мангрового леса – морская кукабарра. Голос пары таких птиц может соперничать по громкости с криками целой стаи мангровых ворон. Над мангровым лесом далеко разносятся непрерывные «трели» этих гигантских зимородков, похожие на безумный хохот.
Среди какофонии голосов некоторые птицы всё же сохраняют молчание. Цапля-удильщик успела набить зоб пищей, и теперь спешит к гнезду. Она слышит голоса мангровых ворон, и это заставляет её быть особенно осторожной – вороны летают целой стаей, и численное превосходство может придать им смелость, а против коллективного нападения острый клюв цапли окажется бессильным. Цапле важно доставить улов по месту назначения – птенцы постоянно требуют пищу, и ей приходится по много раз в день возвращаться к ним. Она не рискует взлетать, и предпочитает добираться до гнезда по корням мангровых деревьев. Но в прилив это сделать гораздо сложнее – протоки стали шире и глубже, а часть корней скрылась под водой. Поэтому птице всё же приходится перепархивать с дерева на дерево.
Приближаясь к гнезду, цапля становится более осторожной. Она прислушивается к голосам лесных обитателей, стараясь вовремя распознать опасность. Ещё несколько минут трудного пути под кронами мангровых деревьев – цапля выходит к своему гнезду. Почувствовав приближение матери, птенцы оживляются и начинают выпрашивать корм, разевая клювы. Цапля торопливо скармливает им пойманную рыбу. Птенцы с трудом проглатывают свою порцию – цапле повезло на охоте. Один из птенцов получил на обед кровяную миногу, которую цапле удалось поймать, сидя на панцире гигантской черепахи бронтохелиса. Минога оказалась едва ли не вдвое длиннее едока, и птенцу пришлось немало повозиться, прежде чем удалось уместить её в желудке. Хвост миноги некоторое время торчал изо рта птенца, и он долго подёргивал шеей, заглатывая добычу. Птенцам нужно наедаться впрок – скоро пойдёт дождь, и их мать ещё нескоро выберется на охоту. Постепенно успокаиваются остальные птицы – мангровые вороны рассаживаются на деревьях с густой листвой, мелкие певчие птицы забиваются в укрытия. Голоса птиц постепенно стихают – только где-то вдали ещё слышится зловещий хохот морской кукабарры, но и он постепенно стихает. Над мангровыми зарослями воцаряется тишина, которую нарушает лишь шорох листвы на ветру.
Мангровые крысы-архитекторы покинули воду. Взрослые звери поднялись по веткам к своим укрытиям и начали загонять молодняк в безопасное место. Детёныши не сопротивляются – они также почувствовали изменения, происходящие в воздухе, и прекратили свои игры. Забравшись в домики, крысы просто ложатся спать или начинают очищать шерсть друг другу. Инстинкт подсказывает, что в течение ближайших часов им лучше не покидать укрытия.
Облака превращаются в густые тучи, затягивают всё небо беспросветной пеленой, и начинается дождь. Ослепительные молнии прорезают небо и гремит гром. Дождь ударяет по листве тяжёлыми каплями, а через несколько минут отдельные удары превращаются в сплошной шум. Горизонт затягивает пелена, а небо превращается в однообразный серый фон. Вода в озере словно кипит от дождя, изливающегося в неё. Обитатели мангрового леса вынуждены каждый день испытывать подобные неудобства. Мангровые крысы-архитекторы укрылись от дождя, пожалуй, лучше всех. Плотная крыша их жилищ сделана с таким расчётом, что вода просто сбегает вниз по листьям, накладывающимся друг на друга, и не затекает внутрь жилища. Другие животные не обладают навыками строителей, и вынуждены терпеть всё буйство стихии. Морские кукабарры гнездятся в сломанных и выгнивших изнутри стволах мангровых деревьев. Верх строительного искусства этих птиц – немного углубить естественное дупло своими мощными клювами. В итоге гнездо едва вмещает одну насиживающую птицу, или самку с только что вылупившимися птенцами. У одной пары кукабарр птенцы вывелись уже давно и успели вырасти. Теперь семья птиц с трудом помещается в дупле: во время дождя самка закрыла дупло с птенцом своим телом, но сама поместилась в нём только наполовину. Голова, плечи и верхняя часть спины птицы остались снаружи, и по ним сбегают капли дождя. Самка вынуждена непрерывно встряхиваться; при этом она приподнимается на гнезде, и птенцы могут мельком увидеть, каким бывает мир во время дождя. Самец морской кукабарры вообще не пытается прятаться от дождя – он просто сидит рядом с гнездом, время от времени обмениваясь с самкой знаками внимания. Пережить дождь этим птицам очень помогает маслянистая смазка, которая делает оперение водоотталкивающим – капли просто скатываются по оперению, которое остаётся сухим. Мангровые вороны, занятые выращиванием потомства, находятся в таком же неудобном положении – необходимость заботы о птенцах перевешивает желание переждать дождь в более-менее защищённом месте. Защищая выводок от дождя, пара птиц вынуждена мокнуть, закрывая гнездо с птенцами своими телами и прижавшись боками друг к другу. Птицы имеют самый жалкий вид: их оперение не обладает такими хорошими водоотталкивающими свойствами, как у морской кукабарры, и мангровые вороны насквозь промокли уже в первые несколько минут проливного дождя. Им не грозит опасность простудиться: Арафурское озеро находится в области экваториального климата, и дождь сам по себе очень тёплый.
Сумчатый крабоед продолжает спать в своём укрытии – он прервал свой полуденный сон на короткое время, чтобы успеть до дождя перекусить мелкими животными, а затем продолжил отдых. Его не беспокоит непогода – он устроил очень надёжное укрытие, в котором сухо даже во время проливного дождя. В отличие от него, мангровый поссум не имеет постоянного укрытия. Чувствуя приближение дождя, этот медлительный зверь просто разыскивает ветку с более густой листвой. В дождь мангровый поссум сидит под прикрытием ветвей, свернувшись в клубок и спрятав голову между передними лапами. Хвостом и задними лапами этот зверь вцепился в ветку дерева. Пальцы и хвост сжались вокруг опоры автоматически, и животное почти не прикладывает усилий, чтобы удерживаться на месте. Аппетит животного во время дождя снижен, и поссум лениво пережёвывает отрыгнутые полупереваренные листья.
Не меньшее влияние ежедневные дожди оказывают на водных животных. Верхний слой воды во время дождя сильно опресняется, особенно у берегов и на мелководьях. Это заставляет животных, не выносящих опреснения воды, временно переселяться в другие места. Реликтовые медузы, живущие в центральной части озера, спускаются на глубину до 50 метров. Некоторые морские рыбы, заходящие из океана, покидают в это время мелководные участки и укрываются на глубине. Животные, не боящиеся опреснения воды, воспринимают дождь по-разному. Поскольку птицы и морские рыбы не охотятся во время дождя, некоторые жители мелководья чувствуют себя в безопасности и активизируются. Пескоройки кровяной миноги плавают на мелководье, словно живые стрелы. Они схватывают мелких водных животных, которые переживают не лучшие времена из-за опреснения воды и не могут спастись бегством. Некоторые пескоройки строят себе укрытия, раскапывая хвостами песок и выделяя слизь.
Самые крупные жители озера в дождь теряют аппетит, но сохраняют активность. Когда тень огромного бронтохелиса скользит по дну, пескоройки стремительно прячутся в норы. Черепаха не трогает их – она является вегетарианцем и слишком медлительна, чтобы поймать столь проворную добычу. Но черепаху могут сопровождать существа, опасные для пескороек – рыбы и крупные хищные креветки. Дождь имеет большое значение для черепахи – в это время рептилии плавают по поверхности воды и с жадностью пьют пресную воду, которая является большой ценностью в мире, живущем в морской воде.
Ярость дождя быстро утихает. Ежедневные дожди не продолжаются больше часа, а часто проходят ещё быстрее. Молнии всё реже рассекают небо, затем среди туч появляются просветы, и наконец яркий луч солнца освещает мангровый лес, промокший до последнего листка. Солнечный свет играет в каплях воды, висящих на листьях, придавая лесу сказочную красоту. Обитатели леса могут теперь покинуть свои укрытия и продолжить привычную жизнь. В течение некоторого времени после дождя у них есть возможность вволю напиться. Ящерицы просто слизывают капли воды с листьев, мелкие птицы также пьют капли дождевой воды, или воду, собравшуюся в листьях. Им нужно немного воды, а более крупные обитатели вынуждены спускаться за водой вниз. Мангровый поссум осторожно спустился к воде, вцепляясь лапами и хвостом в кору. Добравшись до поверхности воды, зверь обвил хвостом низко растущую ветку, и начал лакать с поверхности мангрового болота верхний слой почти пресной воды, который не успел смешаться с солёной водой, находящейся ниже.
Начинается отлив. Воды озера устремляются в океан, унося с собой дождевую воду, пригодную для питья. Во время отлива обнажаются корни мангровых деревьев, протоки мелеют, а из воды вновь показываются песчаные отмели. Четвероногим животным становится гораздо легче передвигаться по лесу, а подводным жителям приходится прилагать усилия, чтобы не попасть в ловушки и не погибнуть. Рыбы быстро покидают мангровый лес, уходят в глубокие протоки и прячутся в ямы с водой. Теперь им предстоит выдержать сложное испытание – наземные хищники вновь выходят на охоту.
Отряхнув оперение, насквозь промокшее во время дождя, пара мангровых ворон наслаждается солнечным теплом. Птицы сидят на верхних ветвях дерева, развернув крылья и распушив оперение на спине и шее. Время от времени птицы встряхиваются и чистят оперение клювом, разделяя слипшиеся от воды перья. Через некоторое время оперение полностью высыхает, и птицы вновь могут вести привычную жизнь. В последние недели жизнь этой пары мангровых ворон полностью подчинена одной цели: у них вывелись птенцы, и взрослые птицы вынуждены большую часть времени искать корм. В их выводке четыре птенца, которые уже достаточно подросли и требуют много корма. Вначале сбором корма занимался только самец, но постепенно к нему присоединилась самка, и в последние несколько дней обе взрослых птицы вынуждены надолго покидать гнездо, чтобы обеспечить потомство пищей. Выводок остаётся почти без присмотра – родители возвращаются к птенцам, но не могут быть около них постоянно. Конечно, тревожные крики сородичей могут предупредить о появлении в лесу крупного хищника, но часто хищники подкрадываются к гнезду незаметно. В мангровом лесу водятся хищные птицы и звери, а также разнообразные рептилии, которые могут напасть на птенцов. В среднем, едва ли половина птенцов доживает до вылета из гнезда, и на одну пару мангровых ворон, успешно вырастившую потомство, приходится до пяти пар, у которых выводок был полностью или частично уничтожен хищниками.
Птенцы мангровой вороны ещё не слишком развиты – они пока слепы, а перья только начали пробиваться из-под кожи в виде небольших роговых трубочек на крыльях и хвосте. Они не могут стоять на ногах и способны лишь поднимать голову и широко раскрывать клюв, когда кто-то из родителей возвращается в гнездо с кормом. В таком состоянии они пока совершенно беспомощны и полностью зависят от родителей. Им не грозит опасность переохлаждения – в жарком климате северной части Меганезии взрослым птицам чаще приходится защищать их от жаркого солнца, чем от холода. А совместная защита от хищников и оповещение сородичей об опасности – это особенности поведения, которые обеспечили им успех в мире, полном разнообразных хищников.
Мангровый лес, где суша встречается с морем, предоставляет хищникам возможность вторжения в другую стихию. Мангровая крыса-архитектор и морская кукабарра собирают корм под водой, а некоторые подводные хищники сделали попытку освоить воздушную среду обитания. Крабы – самая успешная группа амфибиотических жителей мангрового леса. Устойчивые к переменной солёности виды и защищённые от высыхания прочным панцирем, эти существа освоили разнообразные экологические ниши в мангровом лесу. Одни крабы охотятся на мелких животных и подбирают падаль, другие поедают растительные остатки, а ещё часть видов превратилась в активных хищников. Один из хищных видов крабов – это крупный краб-птицелов. Он охотно питается падалью, если есть такая возможность, но предпочитает охотиться самостоятельно. Подобно всем крабам, этот вид не полностью порвал связь с водой, и не выносит жаркого солнца. Всю первую половину дня краб-птицелов проводит в воде, избегая опасности иссушения. Ежедневный дождь вызывает опреснение воды в мангровом лесу, и для краба-птицелова это служит сигналом того, что теперь можно выходить на сушу. После дождя, когда воздух влажен и становится немного прохладнее, краб-птицелов покидает воду и выходит на охоту в мангровый лес. Это животное опасно для любых позвоночных размером мельче крысы, но с переменным успехом может нападать на гораздо более крупных животных. Если представляется возможность, краб-птицелов охотится на ящериц, которые после дождя на некоторое время становятся малоподвижными. Но его обычная добыча – птенцы мелких птиц, которые не могут спастись от него, а также детёныши грызунов, живущих на деревьях. Сумчатые млекопитающие, которые носят детёнышей в выводковой сумке, находятся в гораздо лучшем положении: им нет необходимости оставлять молодняк в укрытиях, где детёныши на какое-то время могут остаться без родительского внимания. Мангровые крысы-архитекторы также редко становятся жертвами этого краба – обычно в их поселении всегда находятся взрослые, которые вовремя замечают этого хищника и могут дать ему отпор. Изредка молодые крысы, плохо плавающие и недостаточно сильные, чтобы противостоять течению, могут быть унесены водой во время прилива или отлива, и такие животные часто становятся добычей краба-птицелова. Иногда этот краб ловит даже молодых змей, которые переправляются через протоки – его клешни обладают достаточной силой, чтобы сокрушить позвоночник рептилии.
Краб-птицелов выполз из-под обломка ствола мангрового дерева. Животное приподнялось на вытянутых ногах, растопырив клешни, и стало изучать запахи, которые приносит вода. Он не самый крупный хищник в мангровом лесу, и у него тоже есть враги, поэтому краб-птицелов проявляет определённую осторожность. В отлив крупные рыбы уходят из леса, и краб чувствует себя в безопасности. Подобно всем своим родственника, краб-птицелов близорук, и значительную часть информации об окружающем мире получает из мира запахов. Благодаря острому обонянию он легко может обнаружить погибшее животное, упавшего в воду птенца или детёныша крысы, и другие съедобные вещи. Обоняние способно предупредить краба о присутствии крупных хищных рыб, и запах птичьего помёта, падающего в воду, также заставляет его вести себя осторожнее.
Корни мангровых деревьев служат для краба чем-то вроде лестницы в «верхний мир», на воздух. Поднявшись к урезу воды, краб несколько минут выжидает, чтобы убедиться, что окружающий мир безопасен. Затем животное осторожно выбирается на корень, но не полностью – ещё некоторое время краб сидит, пуская пузыри, словно адаптируясь к смене обстановки. Не почувствовав признаков опасности, краб-птицелов совсем покидает воду и переходит в воздушную среду. Здесь краб видит столь же плохо, как под водой, но обоняние служит ему так же надёжно. К палитре запахов, распознаваемых под водой, прибавляются запахи деревьев и цветов, мокрой коры и листьев, повреждённых травоядными животными. В воздушной среде краб сразу же ощущает, как возросла нагрузка на его ноги, но мускулы успешно справляются с ней, и животное не испытывает неудобств. Краб-птицелов чувствует себя на суше не менее свободно, чем в воде, и может легко ходить и бегать, а в случае опасности защищает себя не менее успешно, чем под водой. Краб-птицелов – крупное ракообразное, и это ограждает взрослую особь от многих врагов, опасных для его более мелких сородичей. Несмотря на свои размеры, это ракообразное является неплохим верхолазом, и часто охотится в кронах мангровых деревьев.
С корня краб переполз на ствол, и начал ловко карабкаться в крону дерева. Здесь он может найти значительно больше пищи, но его враги также предпочитают охотиться в кронах деревьев.
Лёгкие быстрые прыжки по пружинящим корням деревьев – сумчатый крабоед вновь вышел на охоту. Он переждал в своём укрытии самые жаркие дневные часы и короткий проливной дождь, и теперь вновь охотится. Быстрый обмен веществ заставляет животное затрачивать много времени на поиск корма, а крабы – его любимая пища. Поэтому приближение этого хищника – плохая новость для краба-птицелова… если бы она пришла один или два года назад. В то время этот краб-птицелов был моложе и меньше, и был вынужден спасаться от хищников наряду с крабами других, более мелких видов. Однажды ему пришлось оставить две ноги с одного бока в клюве мангровой вороны, чтобы спасти жизнь. Но с тех пор прошло много линек. Утраченные ноги вновь отросли, сам краб значительно увеличился в размерах, и теперь часть его бывших врагов превратилась лишь в досадную помеху для его существования, или вовсе в пищу. Уверенный в своих силах, краб насторожился лишь тогда, когда почувствовал ногами толчок – сумчатый крабоед перепрыгнул на дерево, где сидел краб.
Сумчатый крабоед уже с соседнего дерева заметил присутствие очень большого краба – вначале он почувствовал запах краба, а затем разглядел его среди ветвей. Перепрыгнув на дерево, где сидит краб, сумчатый крабоед решил начать охоту. Его не остановило даже то, что краб-птицелов был гораздо крупнее крабов, которых до этого приходилось ловить этому хищнику.
Краб-птицелов почувствовал по запаху приближение хищника, а затем смутно увидел его – длиннолапое пятнистое существо с белым животом. Защитное поведение у крабов на редкость стандартно, какова бы ни была опасность. Краб-птицелов приподнялся на ногах, поднял глаза на стебельках и растопырил клешни, преувеличивая собственные размеры. У него есть возможность спасти свою жизнь, встретившись с хищником такого рода лицом к лицу – он достаточно крупный, чтобы защитить себя. Сумчатый крабоед не старается сразу идти в атаку – его не прельщает возможность оказаться в цепких «объятиях» такого крупного краба. Основной приём в тактике сумчатого крабоеда – утомить соперника имитацией атаки, а затем нанести решающий удар. Он заходит к крабу с разных сторон, перескакивая с ветки на ветку с лёгкостью обезьяны. Но краб постоянно держится к нему клешнями и грозно щёлкает ими. У краба есть слабое место – он быстро утомляется, и сумчатый крабоед пользуется именно этим обстоятельством. Однако, есть и другие обстоятельства, которые не зависят ни от краба, ни от сумчатого крабоеда, но могут коренным образом изменить расстановку сил.
Хищник, атакующий краба, не обратил внимания на крик мангровой вороны, раздавшийся где-то вдалеке – он был поглощён охотой. А когда крик раздался уже вблизи, охоту пришлось спешно прерывать – птица была уже рядом. Тень от крыльев мангровой вороны испугала краба; он просто поджал ноги и упал в воду. А сумчатый крабоед остался один на один с крупным самцом мангровой вороны – охотясь, он вторгся на гнездовую территорию этих птиц и оказался в опасной близости от гнезда. Сумчатые крабоеды иногда разоряют гнёзда птиц, живущих в мангровом лесу, и мангровые вороны ненавидят сумчатых крабоедов, пожалуй, не меньше, чем пернатых хищников. Крик самца мангровой вороны привлёк самку, а также нескольких одиночных птиц, оказавшихся по соседству. Теперь из преследователя сумчатый крабоед в считанные секунды превратился в преследуемого. Он успел свести знакомство с острыми клювами этих птиц – на его спине есть небольшой шрам, оставшийся от глубокой раны, полученной в молодости от одной из таких птиц. И теперь ему самому приходится сдерживать натиск птиц. Мохнатый хищник раскрыл пасть, демонстрируя острые зубы – в случае необходимости он может атаковать взрослую мангровую ворону и даже убить её, прокусив птице шею. Поэтому птицы стараются не слишком приближаться к нему и ограничиваются лишь демонстрацией угрозы. Они щёлкают клювами, раскрывают крылья и наскакивают на хищника, после этого резко взлетая вверх, чтобы избежать его острых зубов. Сумчатый крабоед вынужден отступать. Оскаливаясь в ответ на атаки ворон, он напряг мускулы задних лап, а затем неожиданно совершил длинный прыжок и оказался на соседнем дереве. Секундное замешательство среди ворон спасло ему жизнь – несколькими длинными прыжками он оторвался от ворон, спустился в крону дерева, и дальше оказался среди корней. Здесь крылатые преследователи уже не могли продолжать погоню, и вынуждены были летать над зарослями, громко крича. Они потеряли из вида сумчатого крабоеда, и вскоре их жизнь вернулась в обычное русло. Когда крики птиц стихли где-то вдалеке, сумчатый крабоед также переключился на поиск корма.
Падение с мангрового дерева – небольшое удовольствие, даже если всё тело покрыто прочной хитиновой бронёй. Краб-птицелов ощутил несколько ударов об ветки и корни, прежде чем плюхнулся в воду и упал на дно. Почувствовав себя в относительной безопасности, он зашевелился и поднялся на ноги. Его охота была прервана, а голод по-прежнему даёт о себе знать. Краб пополз по ходульным корням мангрового дерева, но выбрался уже не на то дерево, где он был до нападения сумчатого крабоеда, а на соседнее, где находится гнездо мангровых ворон. Атаковав сумчатого крабоеда, мангровые вороны обратили ход событий против себя, и теперь их потомству угрожает не мнимая, а вполне реальная опасность. Краб-птицелов убедился в безопасности окружающего мира, и вновь выбрался из воды. Цепляясь за трещины и неровности коры, он ловко полез по стволу мангрового дерева наверх.
Острое обоняние почти сразу подсказало животному, что неподалёку есть нечто, пахнущее вполне съедобно. Ориентируясь на запах, краб-птицелов быстро добрался до гнезда мангровых ворон. Родители только что покормили своё потомство и вновь улетели за кормом, и теперь краб может попытаться похитить одного птенца. Хищник осторожно выбрался на ветку, и ловко пополз по ней. Птенцы мангровой вороны ещё не отличают посторонних животных, приближающихся к гнезду, от собственных родителей. Поэтому, почувствовав слабое сотрясение ветки, птенцы дружно подняли головы, раскрыли рты и запищали. Краб-птицелов приблизился к гнезду достаточно, чтобы увидеть шевелящихся в нём птенцов. Одно движение клешни – и красная кайма на ней стала ещё краснее от крови птенца. Вцепившись в него, краб вытащил птенца из гнезда и поволок его по ветке. Тревожный крик одной из мангровых ворон безнадёжно запоздал – птенец был убит моментально, и ему уже ничто не могло помочь. Поджав ноги, краб со своей добычей упал в воду, где птицы не смогут его преследовать. Родители не успели защитить своё потомство, но вмешательство хищника сделало жизнь оставшихся птенцов лучше. Теперь их в гнезде трое, каждый из них получит больше корма и вероятность его выживания возрастает.
Под водой, прямо под гнездом мангровых ворон, краб-птицелов начал поедать свою добычу. Он раздирает тонкую кожу убитого птенца ногочелюстями, и в воде расходится запах крови, привлекающий других животных. Несколько мелких рыбок плавают совсем рядом с крабом. Когда хищник начал рвать свою добычу, они принялись ловить маленькие кусочки мяса, держась на почтительном расстоянии от краба-птицелова. Запах крови привлекает и более крупных животных. Пожалуй, самые неприятные гости на пиру краба-птицелова – его собственные сородичи. Когда он увидел одного из сородичей, он тут же прервал трапезу и высоко поднял клешни, демонстрируя яркую кайму на их режущих краях. Но это не оказало никакого впечатления на соперника – он слишком заинтересован в том, чтобы отнять чужую добычу, и не собирается так просто отступать. А удачливый охотник совершенно не намерен делиться своей добычей. Поэтому два краба встали друг напротив друга, подняв раскрытые клешни и демонстрируя свою силу. А затем случайное движение клешни одного из соперников стало сигналом к настоящему сражению. Крабы вцепились друг в друга клешнями, и начали отталкивать друг друга от добычи. Соперники стараются приподнять друг друга, чтобы отшвырнуть в сторону, но они вцепились друг в друга, и вряд ли победителю удастся просто отбросить в сторону побеждённого. Крабы таскают друг друга по дну, поднимая в воде облака ила и раскидывая гнилые листья, и ни один не хочет уступать противнику. В конце концов, удачливый охотник просто поднял нахального чужака над собой, и продолжил рвать добычу ногочелюстями, удерживая её передней парой ходильных ног. А когда хватка поднятого над дном соперника ослабла, победитель просто отшвырнул его в сторону, не прерывая пиршество.
После захода солнца мангровый лес вновь меняется. Начинается прилив, и на арену жизни выходят ночные обитатели, прячущиеся днём от посторонних взглядов. Улитки начинают активно ползать по корням деревьев, собирая всё съедобное, что накопилось за день. Они ощущают запах останков птенца мангровой вороны, не доеденного крабом-птицеловом, и целой гроздью облепляют их. Какой-то мелкий краб, привлечённый запахом, тоже попытался добраться до них, но улитки просто не позволили ему это сделать. С какой бы стороны он ни подходил к источнику заманчивого запаха, везде он натыкался на прочные раковины улиток. Покрутившись возле остатков добычи краба-птицелова, мелкий краб отправился на поиск более доступной пищи. Улитки продолжили свой пир. К утру они не оставят от этой пищи совершенно ничего – даже мягкие кости будут истёрты без остатка их мускулистыми радулами, покрытыми множеством роговых зубов.
Солёность воды и содержание в ней кислорода вновь повышаются. Рыбы чувствуют перемены, покидают свои укрытия и снова плавают среди корней мангровых деревьев целыми стаями. На дне глубокой промоины зашевелился песок, и из него показалась плоская голова с маленькими глазками и длинными подвижными усами, окружающими широкий рот. Длинное тело, покрытое слизистой кожей, выскользнуло из песка: мангровый сом отправился на ночную охоту. Креветки и мелкие рыбы, которые в темноте становятся менее подвижными, представляют собой лёгкую добычу, и ночью этот хищник не останется голодным.
Полная луна освещает лес бледным светом. Дневные существа ночью чувствуют себя очень неуютно и стараются не выдавать своё присутствие лишними движениями. Мангровые вороны, не обременённые заботами о потомстве, спят на вершинах деревьев, собравшись стаями. Когда ветер шевелит листву, птицы ненадолго просыпаются и тревожно оглядываются, а затем снова засыпают. Пара морских кукабарр спит на одной ветке, прижавшись друг к другу. На фоне сияющего лунного диска их силуэты выглядят причудливыми изваяниями.
Кому не удалось найти пищу днём, тот может попробовать сделать это ночью. К шелесту листвы присоединяются тихий шорох и царапанье – взрослый краб-птицелов выбрался из воды и пополз по стволу мангрового дерева. Ночью его плохое зрение становится совершенно бесполезным, но острое обоняние вполне компенсирует это обстоятельство. Это как раз тот краб, которому не удалось отнять тушку птенца мангровой вороны у удачливого охотника. Похоже, он всерьёз решил наверстать упущенное днём. Краб-птицелов осторожно ползёт по стволу, цепляясь всеми ногами и помогая себе клешнями. Он нашёл себе добычу, причём более существенную, чем та, на которую он неудачно претендовал за несколько часов до этого.
На толстой ветке спят мангровые вороны. Краб не видит их, но отчётливо ощущает их запах. Тактика охоты этого хищника проста, но очень эффективна. Он просто подползает снизу под ветку, на которой спят вороны, и осторожно ждёт удобного момента для атаки. Вороны спят очень чутко: любой посторонний шум заставляет их просыпаться. Но в темноте они плохо видят, поэтому взлетают только в случае крайней необходимости. Птицы спят рядом друг с другом, и даже во сне различают сигнал тревоги своего сородича. Потревоженные птицы начинают громко кричать, и хищник обычно прекращает атаку, поскольку понимает, что его обнаружили и он может получить достойный отпор. Но краб, сравнительно небольшой и крадущийся незаметно, имеет преимущество перед другими хищниками. Сонные мангровые вороны не замечают его движений: они оглядываются в темноте, встряхиваются, а затем успокаиваются и вновь погружаются в сон.
Краб подкрался под одну из птиц и атаковал – он вцепился клешнями ей в ноги и отпустил ветку, за которую держался. Массивное тело краба повисло на сонной птице, она потеряла равновесие и вместе с хищником просто упала в воду. Всё произошло за считанные секунды, и ворона ничего не успела сделать, чтобы освободиться. Её сородичи услышали отчаянный крик тонущей птицы, хлопанье крыльев и плеск воды. Голос атакованной вороны резко оборвался, когда краб увлёк её за собой на дно. Услышав крик тревоги, остальные птицы тоже начали кричать, но никто из них не попытался взлететь – они не поняли, кто схватил их сородича, но больше не ощущают присутствия хищника. Повода для дальнейшего волнения нет, и голоса мангровых ворон быстро стихают. У тех, кто выжил, есть уверенность в том, что на них никто больше не нападёт – хищники редко повторяют своё нападение дважды за ночь в одном и том же месте… если не принадлежат к разным видам.
Краб-птицелов заполучил добычу редкостной величины – такой охотничий успех крайне редко выпадает на долю хищников такого рода. Обычно добычей охотящихся ночью крабов становятся птицы размером не больше голубя. А днём сама ворона могла бы с лёгкостью напасть на краба и убить его метким ударом клюва. Ночь не только уравняла их возможности, но даже поменяла местами хищника и добычу. Краб раздирает тело птицы, и на поверхность воды всплывают перья. На запах крови собираются рыбы, но они держатся осторожно и не приближаются к удачливому охотнику. Несколько мелких крабов также бродят неподалёку, надеясь на крохи добычи с «барского стола». Но все нахлебники немедленно ретируются, когда ощущают приближение крупной рыбы. Извиваясь, мангровый сом плывёт на запах крови. От такого крупного соперника крабу сложно избавиться, даже демонстрируя угрожающую позу и сильные клешни. Сом плохо видит краба в темноте, и его совершенно не впечатляет поза угрозы, которой его встретил краб-птицелов. Рыба достаточно велика, чтобы не опасаться клешней краба, и по волнам, распространяющимся в воде от её движений, краб-птицелов может примерно оценить силу сома. Тем не менее, он не покидает свою добычу и продолжает рвать её ногочелюстями. Но сом также вцепляется в мясо птицы и встряхивает головой, пытаясь оторвать кусок мяса. Краб прочнее схватывает добычу клешнями, но сом начинает теснить его всем телом, извиваясь и нанося крабу удары боками. Краб просто не успевает вцепиться клешнями в его гладкие и скользкие бока. Шаг за шагом, сантиметр за сантиметром он вынужден отступать. Ещё раз встряхнув тело птицы, сом согнал с него краба и продолжил трапезу в одиночку. Длиннотелая рыба рвёт мясо клочьями, дёргая головой и едва не свиваясь в узел. Краб-птицелов теперь лишь ожидает остатков собственной добычи неподалёку от пирующего хищника. Сом сможет съесть немногое – ему удастся оторвать лишь небольшую часть мяса птицы, а мясо на костях целиком достанется крабу. Правила игры определяет тот, кто сильнее, и на чьей стороне преимущества – это типичное положение дел в природе.
На экваторе ночь и день равны по продолжительности. Через несколько часов небо на востоке посветлеет, и воды Арафурского озера вновь устремятся в океан. Наступит новый день, и обитатели Арафурского озера продолжат жизнь, подчинённую ритмам, которые задают Солнце и Луна. Этот водоём неизбежно превратится в озеро через несколько миллионов лет, но пока он продолжает жить по законам моря, словно пытаясь сохранить воспоминания о своём былом величии.

Бестиарий

Сумчатый крабоед (Cancrivenator dexter)
Отряд: Хищные сумчатые (Dasyuromorphia)
Семейство: Хищные сумчатые (Dasyuridae)

Место обитания: полоса мангровых лесов, отделяющих Арафурское озеро от океана.

Мангровые леса на северо-западе Меганезии стали домом для многочисленных и разнообразных видов животных. Среди обитателей этих лесов много разных млекопитающих. Они могут быть вегетарианцами или хищниками, но всех их объединяет одна особенность – они прекрасно лазают по деревьям. Некоторые питаются только тем, что дают деревья, а другие кормятся в болотах, используя деревья лишь как место для жизни. К таким видам относится странный потомок сумчатых мышей – подвижное и ловкое существо под названием сумчатый крабоед. Своим обликом сумчатый крабоед напоминает долгопятов (Tarsius) эпохи голоцена, но сильно отличается от них образом жизни.
Сумчатый крабоед – млекопитающее среднего размера. Он весит около 400 граммов и кажется довольно крупным из-за удлинённых лап и длинного гибкого хвоста. Задние лапы этого животного значительно длиннее передних, а длинный хвост служит балансиром во время прыжков. Кроме того, нижняя сторона хвоста голая, и сам хвост отчасти хватательный. В этом проявляется конвергенция сумчатого крабоеда со многими лазающими млекопитающими Нового Света, у которых также имелось такое приспособление. На передних и задних лапах сумчатого крабоеда пальцы хватательные и подвижные; зверь умеет прыгать и лазать по деревьям. Спускаясь с мангровых деревьев вниз, к болоту, сумчатый крабоед не спрыгивает на землю – он легко может завязнуть в иле и погибнуть. Он ловко скачет по корням мангровых деревьев только на задних лапах, а по веткам в кроне лазает с помощью всех четырёх лап и хвоста. Сумчатый крабоед может совершать длинные прыжки с дерева на дерево, особенно если его преследуют хищники.
Шерсть этого животного имеет красно-коричневую окраску с жёлтыми пятнами, образующими на спине продольные ряды. Горло, грудь, живот, передние лапы и нижняя часть задних лап белые.
У сумчатого крабоеда крупные глаза, направленные вперёд и обеспечивающие почти полностью бинокулярное зрение. Также у него широкие округлые уши и длинный подвижный нос-хоботок. Сумчатый крабоед – исключительный хищник с острыми резцами и многовершинными коренными зубами. Он питается мелкими животными, которых ищет на корнях мангровых деревьев во время отлива. Основная добыча этого зверя – крабы; животное предпочитает ловить молодых особей и крабов мелких видов. Он ловит крабов очень оригинальным способом: чтобы схватить его, животное свешивается вниз головой и держится задними лапами и хвостом за корни мангровых деревьев. Свободными передними лапами сумчатый крабоед хватает краба за основания клешней, и таким образом не даёт ему защищаться, а затем наносит добыче быстрый укус мощными резцами. Другой охотничий приём состоит в том, что животное заставляет краба защищаться, предпринимая ложные выпады. Утомив краба, зверь бросается на него, прижимает лапами клешни и наносит укус в туловище. Животное поедает добычу, сидя вертикально на ветке дерева и держа её в передних лапах. Сумчатые крабоеды пьют дождевую воду, слизывая её с листьев или осторожно лакая верхний слой пресной воды с поверхности протоки мангрового болота.
Сумчатый крабоед – одиночное животное, встречающееся с сородичами только в брачный сезон. Эти животные заявляют о правах на территорию, издавая громкие визгливые крики. Если на границе территории встречаются два животных, они демонстрируют друг другу силу, вцепившись всеми лапами в ветку и раскачивая её. После дождя животные помечают границы своей территории мочой.
В самом труднодоступном месте своей территории каждое животное строит на дереве среди живых ветвей плетёное гнездо в форме шара, сгибая и сплетая ветви волокнами и прочными листьями растений типа пандануса. Ветви продолжают расти, и гнездо становится прочным и незаметным. В этом гнезде животное проводит ночь и время полуденного зноя, а самка также оставляет подросших детёнышей, когда они начинают мешать ей охотиться.
Брачный сезон у сумчатого крабоеда продолжается на протяжении всего года. Самцы этого вида разыскивают готовых к спариванию самок по запаху. Ухаживания у сумчатого крабоеда достаточно грубые и жёсткие: самец вторгается на территорию самки, преследует её, и силой заставляет остановиться для спаривания, кусая за хвост и бёдра. В это время он издаёт особые звуки, похожие на ворчание.
После очень короткой беременности у самки рождается до пяти недоразвитых детёнышей. Но в сумке, открывающейся вперёд, как у кенгуру, есть только два соска, поэтому выживает только два детёныша. Они долгое время (до четырёх месяцев) развиваются в сумке. Подросшие детёныши ещё некоторое время сидят на спине самки, держась за шерсть и обхватив её хвост. Подросших и уже тяжёлых детёнышей самка оставляет в гнезде и возвращается к ним для кормления 4 – 5 раз в день. В это время детёныши постепенно начинают учиться лазать и прыгать по деревьям. Когда они становятся достаточно самостоятельными и начинают сопровождать самку во время охоты, она уже успевает спариться и вскоре рождает новых детёнышей.
Сумчатый крабоед становится половозрелым в возрасте одного года. Продолжительность жизни этих зверей составляет 10 – 12 лет.

Большой мангровый поссум (Gravicuscus auritus)
Отряд: Двурезцовые сумчатые (Diprotodontia)
Семейство: Кускусовые (Phalangeridae)

Место обитания: мангровые леса севера Меганезии, берега Арафурского озера.

Рисунок Александра Смыслова

Неоценовая фауна млекопитающих Меганезии представляет собой сочетание потомков исконной австрало-новогвинейской фауны и потомков завезённых человеком видов. Многие виды млекопитающих мелкого и среднего размера, растительноядные, всеядные и хищные, принадлежат к сумчатым. В мангровых лесах по берегам Арафурского озера обитает один из представителей растительноядных сумчатых – большой мангровый поссум. Это массивное травоядное животное, весящее до 15 кг. Отличаясь медлительностью движений, это животное с короткими лапами немного похоже на сумчатого медведя коалу, известного в эпоху человека. Но большой мангровый поссум отличается от него длинным хватательным хвостом, который помогает животному двигаться среди ветвей мангровых деревьев. Пальцы этого животного хорошо развитые, подвижные и цепкие, а лапы очень сильные. Животное может, несмотря на свои размеры, свободно повиснуть на любой лапе или на хвосте, освободив лапы для других нужд. Если большой мангровый поссум не потревожен, он передвигается медленно и неторопливо, но в случае опасности проявляет значительное проворство и умеет даже прыгать с ветки на ветку. Это животное держится в кронах деревьев. От пернатых врагов большой мангровый поссум быстро спускается в нижнюю часть мангровых зарослей и прячется среди корней, где его сложно атаковать в полёте. При нападении лазающего врага – змеи или крупной ящерицы – животное может переходить в контратаку: вцепляется во врага мёртвой хваткой и долго не отпускает, нанося глубокие укусы. Постоянного укрытия у животных этого вида нет; зверь постоянно перемещается по своей территории по мере поедания и нарастания листьев.
Шерсть большого мангрового поссума короткая и бархатистая, имеет пятнистую окраску – по светло-серому фону разбросаны тёмные пятна неправильной формы, более многочисленные на спине и плечах. Хвост с нижней стороны голый, покрыт грубой кожей, улучшающей сцепление с ветками. Верхняя сторона хвоста покрыта короткой чёрной шерстью.
У большого мангрового поссума крупная голова с короткой мордой и сильными челюстями. Глаза животного небольшие, жёлтые, с вертикальным щелевидным зрачком – это наследие от ночных предков. Широкие уши, покрытые снаружи очень короткой шерстью, пронизаны кровеносными сосудами и помогают теплоотдаче. Если ему становится жарко, большой мангровый поссум спускается к воде и смачивает уши лапой.
Этот вид – дневное животное, питающееся исключительно листьями мангровых деревьев. Поскольку такая пища трудно переваривается, желудок большого мангрового поссума превратился в настоящую химическую лабораторию. Он довольно большой и двухкамерный. Мешковидный первый отдел желудка представляет собой «бродильную камеру», где происходит первичная обработка корма. Животное может отрыгивать часть обработанного здесь корма и повторно пережёвывать его. Второй отдел желудка складчатый, с железистыми стенками. Здесь происходит ферментативная обработка сброженного корма. Также у животного длинный кишечник и развитая слепая кишка, в которой происходит всасывание питательных веществ. Большой мангровый поссум пьёт реже, чем животные сходного размера, обитающие в других местах: он получает значительное количество необходимой влаги из корма.
Зубы этого поссума бугорчатые, приспособленные для пережёвывания листьев. Он проводит много времени, объедая листву мангровых деревьев. Найдя хороший кормовой участок, животное закрепляется на ветке задними лапами и хвостом, подтягивает ветки передними лапами и объедает листву.
Большой мангровый поссум – одиночное животное с простым поведением, не отличающееся сообразительностью. Самец и самка встречаются только во время спаривания. У самки рождается до восьми недоразвитых детёнышей, из которых выживает и прикрепляется к соскам только четыре. Из этих детёнышей дожить до самостоятельности (в возрасте 8 – 9 месяцев) удаётся только двум детёнышам. Половая зрелость у большого мангрового поссума наступает в возрасте 3 лет, а продолжительность жизни составляет около 20 лет.

Мангровая крыса-архитектор (Architectorattus piscatorius)
Отряд: Грызуны (Rodentia)
Семейство: Мышиные (Muridae)

Место обитания: Меганезия, мангровые леса Арафурского озера.
Грызуны были единственными наземными плацентарными млекопитающими в Австралии до появления на этом материке человека. Под влиянием человека фауна Австралии в значительной степени потеряла свою самобытность, и в ней появилось большое количество пришлых видов, завезённых с других материков. В течение времени, прошедшего с момента вымирания человечества, одни линии плацентарных обитателей Австралии/Меганезии пресеклись, а другие, напротив, стали процветать. Особенно преуспевающей группой среди них являются грызуны. Универсальный тип строения, характерный для крыс и мышей, оказался очень успешным, и многочисленные крысы расселились по различным биотопам Меганезии. Один из их видов благодаря гибкости поведения освоил мангровые леса, отделяющие тысячекилометровым барьером Арафурское озеро от океана. Это очень специфическая среда, где маленькие островки суши чередуются с непроходимыми топями и густыми сплетениями корней и ветвей мангровых деревьев.
В ветвях мангровых деревьев обитает крупный вид крыс, хорошо приспособленный к жизни в такой среде обитания. Его поселения представляют собой «городки» из нескольких десятков гнёзд, похожих на маленькие хижины, устроенных на ветвях. За эту особенность животное получило название мангровая крыса-архитектор.
Это млекопитающее – средних размеров водный грызун: длина туловища около 30 см. Этот вид имеет типичное для крыс строение тела, длинную уплощенную морду, короткие передние лапы с подвижными пальцами и острыми когтями. Задние лапы большие и сильные, с перепонками между пальцами; ушные раковины маленькие. Когда крыса ныряет, слуховой проход закрывается специальным кожным клапаном. У мангровой крысы-архитектора длинный хвост, который служит противовесом, когда она лазает по веткам. Шерсть животного бархатистая и густая, но короткая. Эта крыса смазывает её жирным секретом специальных желез и очень много времени проводит за её чисткой. Чистка шерсти у этих животных – знак взаимной привязанности, а особи, стоящие ниже на лестнице иерархии, таким способом выражают подчинение более сильной особи. Верхняя часть тела мангровой крысы-архитектора окрашена в бежевый цвет с индивидуальными отклонениями в оттенках, горло и грудь белые.
Эта крыса питается рыбой, крабами и насекомыми, а также поедает плоды и молодые листья мангровых деревьев. Она умеет хорошо плавать и нырять, и во время прилива охотится за рыбой и другими водными животными. Плавая под водой, этот грызун прижимает передние лапы к груди и гребёт задними лапами. Мангровая крыса-архитектор ведёт общественный образ жизни и селится среди мангровых зарослей колониями, насчитывающими до нескольких десятков особей. Традиционное для крыс обитание в норах и дуплах не подходит для условий мангрового леса – почва здесь регулярно затапливается, а дупла не столь обширны, чтобы вместить большую колонию животных. Поэтому в процессе эволюции у этих крыс развилась особая форма строительного поведения. Каждая размножающаяся пара возводит для себя своеобразное жилище – примитивный «шалаш» конической формы, который располагается выше уровня самого высокого прилива. Этим мангровая крыса-архитектор похожа на кунью крысу с островов Тонга, которая независимо от неё выработала в процессе эволюции похожий тип укрытий. В основании «шалаша» находится небольшая плетёная площадка, которую животные делают из волокнистых листьев пальмы и пандануса, или из коры побегов мангровых деревьев. Над ней возводится купол из дугообразно изогнутых прутьев, на который прикрепляется крыша из листьев. Всё сооружение имеет коническую форму. Домики мангровых крыс-архитекторов образуют «деревню», где обитает до двух десятков пар взрослых животных и многочисленный молодняк нескольких поколений. При истощении кормовых ресурсов колония покидает «деревню» и переселяется в новые места, где быстро возводит новые постройки.
В течение года пара крыс может произвести на свет до четырёх выводков по 6 – 8 крысят. Они быстро развиваются; уже в возрасте 6 – 7 недель молодые звери становятся самостоятельными и сооружают на окраине «деревни» собственные постройки. В возрасте полугода они сами становятся половозрелыми. Продолжительность жизни у этих животных не превышает три года.

Черноголовая цапля-удильщик (Lophioardeola melanocephala)
Отряд: Аистообразные (Ciconiiformes)
Семейство: Цаплевые (Ardeidae)

Место обитания: Меганезия, юг Индонезии.

Рисунок Александра Смыслова

В эпоху человека много видов животных приспособилось к обитанию рядом с людьми. В тропических районах среди синантропных видов есть цапли; они кормятся на полях и пастбищах, возле стад крупного рогатого скота. После исчезновения человечества цапли смогли сохранить достаточное разнообразие, и в неоцене они прочно удерживают своё положение среди пернатых обитателей пресных водоёмов. В Южной Америке один из видов цапель стал бегающим хищником, но это скорее исключение в этой группе птиц. Только в умеренной и субтропической зоне Северного полушария цапель отчасти потеснили журавельники (Rallogeranus spp.) – потомки мелких пастушковых. Но в лесных водоёмах, и даже среди мангровых зарослей неоценовые цапли процветают и эволюционируют.
В Меганезии есть два водоёма, некогда бывшие морем: более древнее по происхождению и почти пресноводное озеро Карпентария и более молодое солоноватое Арафурское озеро. В многокилометровой полосе мангровых лесов, отделяющих Арафурское озеро от океана, обитает особая разновидность цапель – мелкая (размером с голубя) черноголовая цапля-удильщик. Она является самым распространённым представителем рода цапель, выработавших в процессе эволюции интересное приспособление для рыбной ловли.
В эпоху человека некоторые цапли ловили рыбу, бросая в воду мелкие предметы – ветки и листья – которые привлекали рыб. Черноголовая цапля-удильщик охотится похожим образом, но ей нет необходимости искать подходящую приманку – она у этой птицы всегда с собой. Одно перо в хохолке предка этой птицы почти полностью потеряло опахало и превратилось в прекрасную «удочку». Оно стало очень длинным (длина около 25 см), а часть опахала осталась только на его кончике в виде маленького чёрно-белого «флажка». Основание этого пера отличается подвижностью – к нему под кожей тянется несколько мышечных волокон, похожих на мимические мышцы приматов – они прикрепляются другим концом к черепу птицы. Очин этого пера гибкий, тонкий и упругий. С помощью мышц цапля умеет шевелить им, и птица пользуется этим умением во время охоты. «Удочка» к моменту линьки сильно истрёпывается от частого употребления – рыбы иногда успевают схватить её. Во время линьки птица не страдает от голода – она ловит добычу обычным для цапель способом.
Птица опускает конец «удочки» с приманкой в воду, и начинает шевелить им, имитируя движение мелких рыб или креветок вблизи поверхности воды. При этом сама птица сидит на корнях или стволе дерева, наклонившись к воде. Время от времени цапля-удильщик хватает клювом рыб, привлечённых её приманкой.
Цапля-удильщик сохраняет характерные черты строения этой группы птиц. У неё длинные ноги с удлинёнными цепкими пальцами, подвижная длинная шея и острый клюв с мелкими зубцами по краям, помогающими удерживать скользкую добычу. Все цапли-удильщики хорошо летают и часто совершают перелёты между островами Индонезии. Крылья этих птиц округлые и широкие. Окраска этой птицы примечательна: оперение на разных участках тела имеет совершенно различный цвет, и эта цапля кажется сшитой из двух половинок разных птиц. Голова и шея черноголовой цапли-удильщика полностью чёрные (отсюда название) с голубоватым металлическим блеском; чёрная даже роговая оболочка клюва. На этом фоне ярко выделяются глаза с блестящей жёлтой радужной оболочкой. Туловище птицы имеет соломенно-жёлтый цвет с чёрными продольными штрихами на перьях. Маховые перья имеют широкие чёрные поперечные полосы.
Цапли-удильщики не образуют самостоятельных колоний, и предпочитают гнездиться в колониях других видов. На мелких островах Индонезии и в мангровых зарослях Арафурского озера эти птицы гнездятся парами в труднодоступных для наземных хищников местах. Цапли-удильщики питаются мелкими рыбами, ракообразными и водяными жуками.
Эти птицы – моногамы. Пара формируется на один сезон размножения, но за это время птицы успевают вывести подряд два выводка по 2 – 3 птенца. Для токования у самца развивается брачный наряд – длинные соломенно-жёлтые эгретки на пояснице. Ноги у черноголовой цапли-удильщика вне брачного сезона оранжевые, но у токующего самца становятся ярко-красными. Эти птицы предпочитают занимать и ремонтировать старые гнёзда других птиц, нежели строить собственное гнездо. Привлекая самку, самец разыскивает такое гнездо, и начинает токовать. Он призывает самку криками, похожими на воронье карканье. Когда самка садится на его гнездо или рядом, самец начинает исполнять брачный танец. Он широко раскрывает крылья, демонстрируя полосатую окраску маховых перьев, и распушает эгретки. В такой позе самец наклоняется вперёд, и крылья оказываются раскрытыми в вертикальной плоскости. Самец продолжает брачный танец, держа в клюве ветку и кланяясь самке. Если самка принимает его ухаживания, она берёт у него ветку и пристраивает её в гнездо.
Цапли-удильщики распространены в Меганезии, Индонезии и Юго-Восточной Азии. Род включает несколько видов, отличающихся размерами и окраской.
Гигантская цапля-удильщик (Lophioardeola gigantea) обитает в Индонезии – на Берегу Джакарта и прилежащих островах. Эта птица избегает селиться в мангровых зарослях, поскольку охотится только в пресной воде. Она встречается по берегам рек и озёр и питается рыбой и земноводными. Это самый большой вид рода – птица весит около килограмма, а размах её крыльев – 120 см. Её оперение серовато-белое, а голова покрыта тонкой поперечной рябью и выглядит темнее прочего оперения. «Приманка» на голове этой птицы двухцветная – белая с чёрным кончиком.
Зелёная цапля-удильщик (Lophioardeola chloropluma) распространена на островах Индонезии и встречается преимущественно в мангровых зарослях. Это мелкая птица, весящая не более 200 граммов при росте около 30 см. Оперение имеет тёмно-зелёный цвет с коричневатым оттенком на плечах и спине; голова и шея серые с продольными зелёными полосами. Ноги этой цапли относительно короткие и цепкие, поэтому она легко лазает по корням и ветвям мангровых деревьев и пробирается даже сквозь самые густые заросли. Зелёная цапля-удильщик отличается смелостью и любопытством, пока находится среди мангровых зарослей, но очень пуглива, если вынуждена пересечь открытую местность. Тем не менее, этот вид цапель часто совершает перелёты между островами, и потому практически не образует местных форм на протяжении всего ареала.
Кистеносная цапля-удильщик (Lophioardeola penicillifera) имеет «приманку» в виде рассученного опахала с длинными бородками, образующими кисточку чёрного цвета. Она встречается изолированно от ареала остальных представителей рода – на юге Индостана и острове Шри-Ланка. Эта птица имеет неяркое оперение – однотонное серо-голубое с тёмными маховыми перьями. Она немного крупнее голубя и весит около 400 граммов. Кистеносная цапля-удильщик обитает только вблизи пресных водоёмов – озёр и болот.
Меднокрылая цапля-удильщик (Lophioardeola cuprea) обитает в Юго-Восточной Азии и на Берегу Джакарта. Это мелкий вид: высота взрослой птицы – около 30 см. У этой цапли оперение красновато-бурое, а кроющие перья крыльев имеют слабый металлический блеск. Перо-«приманка» окрашена в белый цвет. Вокруг клюва и глаз этой птицы кожа оголённая, серая. Ноги у самца и самки отличаются по цвету – у самки они бледно-жёлтые, у самца оранжевые. Данный вид птиц обитает на болотах и питается лягушками, мелкими рыбами и крабами. Меднокрылая цапля-удильщик не избегает морской воды и часто селится в мангровых зарослях.

Идею о существовании данного вида высказал Семён, участник форума.


Морская кукабарра (Paradacelo arafurensis)
Отряд: Ракшеобразные (Coraciiformes)
Семейство: Гигантские зимородки (Dacelonidae)

Место обитания: мангровые заросли вокруг Арафурского озера.
Кукабарра (Dacelo novaeguineae) была очень успешным обитателем Австралии в эпоху человека. Этот зимородок легко приспосабливался к существованию в редколесьях, ставших частью пейзажа аграрных районов материка. В ледниковую эпоху эта птица широко расселилась по всему материку, а её потомки стали обычными обитателями лесов на влажном севере Австралии. Изменения климата в раннем неоцене вызвали расширение территории, занятой лесами, и потомки кукабарры образовали несколько видов, приспособленных к новым местообитаниям. Один из видов этих птиц, морская кукабарра, поселился в мангровых лесах по берегам Арафурского озера. Это крупный зимородок, птица размером с ворону и весом около 1,5 кг. Оперение морской кукабарры имеет чёрно-белую расцветку; перья на крыльях чёрные с белыми краями, образующими чешуйчатый рисунок. Тело и голова имеют светло-серую окраску, перья хвоста чёрные. На голове птицы есть чёрная «маска», окружающая глаза и основание клюва. Самец и самка не отличаются друг от друга окраской оперения. У птиц обоих полов ярко-жёлтые глаза с голубыми веками, выделяющиеся на фоне «маски». На затылке растёт небольшой хохолок из слегка удлинённых перьев.
Для морской кукабарры характерен массивный прямой клюв с выраженными роговыми зубцами на нижней челюсти. Половой диморфизм ярко выражен в окраске роговой оболочки клюва: у самки клюв белый, у самца ярко-жёлтый с продольной полосой чёрного цвета по краю надклювья.
Этот зимородок сохранил плотоядные наклонности своего предка, но питается преимущественно водными животными. Морская кукабарра поедает рыбу, мелких черепах и крупных крабов. Значительная часть молодняка крупных местных черепах бронтохелисов гибнет именно из-за хищничества со стороны морской кукабарры. Выследив добычу, птица бросается на неё с ветки. В случае необходимости морская кукабарра может нырять, но плавает медленно. Тем не менее, несмотря на свой размер, птица умеет взлетать из-под воды, хотя делает это довольно неуклюже.
Морские кукабарры гнездятся парами и совместно защищают свою гнездовую территорию от чужаков. Утром пара птиц оповещает соседей о своих правах на территорию, издавая громкий крик, похожий на хохот. Самец и самка кричат попеременно, но подхватывают крик гнездового партнёра, поэтому кажется, что кричит одна птица, но в течение очень долгого времени. Пара у этих птиц образуется на один гнездовой сезон и распадается сразу после того, как птенцы покидают родителей. На прежней территории остаётся самка, а самцы живут на плохо охраняемых пограничных участках, часто переселяясь довольно далеко от прежнего места гнездования.
Морская кукабарра гнездится в дуплах и выгнившей сердцевине стволов деревьев. Часто пара птиц совместно переоборудует подходящее дупло, отщипывая клювом кусочки мягкой гнилой древесины. Птенцы появляются на свет после насиживания, которое длится около 18 дней (насиживают обе взрослых птицы попеременно). В кладке всего два яйца, но пара птиц чаще всего успешно выращивает только одного птенца. Второй птенец имеет возможность вырасти и опериться лишь при обильном кормлении. Обычно же один из птенцов начинает перехватывать весь корм, приносимый родителями, и второй птенец отстаёт в развитии. Молодая птица покидает гнездо в возрасте двух месяцев, и ещё около трёх недель остаётся с родителями, отрабатывая навыки добывания пищи. Молодая птица становится половозрелой в возрасте 9 – 10 месяцев.

Идею о существовании этого вида животных высказал Тим Моррис, Аделаида, Австралия.

Мангровая ворона (Subcorvus arafurensis)
Отряд: Воробьинообразные (Passeriformes)
Семейство: Врановые (Corvidae)

Место обитания: Меганезия, Арафурское озеро и окружающие мангровые леса.

Рисунок Александра Смыслова

Врановые птицы считаются одной из вершин эволюции птиц. Обладая хорошим интеллектом и гибким поведением, они легко приспосабливаются к меняющимся условиям обитания. В эпоху человека некоторые представители семейства врановых достигли больших успехов в борьбе за существование. Разрушение природных сообществ в эпоху человека привело к значительному снижению видового разнообразия птиц. Появление в раннем неоцене новых экологических ниш позволило врановым птицам значительно расширить ареал и среди них эволюционировали виды, приспособленные к жизни в новых условиях. Одним из таких видов стала мангровая ворона – типичный представитель семейства, обитатель мангровых лесов в северной части Меганезии.
Этот вид птиц мало отличается формой тела от типичных ворон эпохи человека. Мангровая ворона – птица с размахом крыльев около 70 см и весом до 1 килограмма. Внешность птицы несёт некоторые черты приспособленности к жизни во влажных местообитаниях. Щёки, горло и передняя часть шеи этой птицы лишены перьев и покрыты светло-серой кожей. Клюв мангровой вороны более высокий и сжатый с боков, нежели у родственных видов, обитающих в лесах. Такой клюв хорошо подходит для вскрытия раковин двустворчатых моллюсков, которыми особенно охотно питается эта птица.
Оперение мангровой вороны имеет свинцово-серую окраску, которая переходит в сизую на спине и верхней части шеи. С сизым оперением на шее контрастирует «шапочка» почти белого цвета на темени и затылке. Клюв и ноги птицы чёрные.
Мангровая ворона – общительная птица; вне периода гнездования эти птицы собираются небольшими стаями и совместно кочуют по мангровым зарослям в поисках корма. При этом они постоянно поддерживают контакт с сородичами с помощью отрывистого карканья. В «языке» этих птиц насчитывается до 20 разнообразных звуковых сигналов. Внутри стаи холостые птицы находят себе пару, а взрослые птицы держатся совместно и не расстаются. Сезон гнездования в тропиках не выражен, и пара, готовая к гнездованию, просто покидает стаю и занимает определённую территорию в лесу. Этот вид гнездится парами, которые сохраняются на всю жизнь. Гнездо мангровой вороны открытое, сплетено из тонких прутьев и устроено в местах, плохо заметных с воздуха. В кладке насчитывается до 4 яиц с пятнистой серой скорлупой. Насиживает (в течение 22 дней) преимущественно самка, но птенцов выкармливают оба родителя. Молодые птицы покидают гнездо в возрасте 2 месяцев и становятся половозрелыми в возрасте 1 года.
Этот вид птиц всеяден, но предпочитает пищу животного происхождения. Мангровая ворона расклёвывает улиток, открыто поселяющихся двустворчатых моллюсков и бурящих дерево «корабельных червей» на корнях мангровых деревьев. Также эта птица охотится на крабов и ловит рыб в отливных лужах. Часто мангровая ворона кормится совместно с более крупными животными; когда обитающие в Арафурском озере черепахи бронтохелисы выворачивают с корнями мангровые деревья, эти птицы добывают беспозвоночных, спасающихся бегством или прицепившихся к корням. Также мангровые вороны часто нападают на других животных, ловящих рыбу или мелких животных, и своими нападениями вынуждают их бросать добычу.

Арафурский бронтохелис (Brontochelys arafurensis)
Отряд: Черепахи (Testudines)
Семейство: Пресноводные черепахи (Emydidae)

Место обитания: Меганезия, Арафурское озеро.
В биосфере есть большое количество видов, оказывающих решающее влияние на сам облик экосистемы, в которой они обитают. Так, деятельность крупных травоядных млекопитающих поддерживает существование травянистых равнин, которые в противном случае постепенно сменились бы зарослями кустарников и деревьями. В экосистеме Арафурского озера также существует такой вид животных. В сущности, берега этого озера являются полем битвы между мангровым лесом и водными экосистемами. Нарастание мангрового леса создаёт предпосылки для наступления суши на озеро и заболачивания его берегов. Но один из обитателей озера своей деятельностью препятствует процессу зарастания озера. Это огромных размеров растительноядная черепаха, арафурский бронтохелис.
Эта рептилия не является потомком эндемичных черепах Австралии или Новой Гвинеи – она происходит от красноухой черепахи (Pseudemys scripta) из Центральной и Южной Америки, которую завёз в Австралию человек. Неприхотливая и легко приспосабливающаяся, эта черепаха заселила многие водоёмы Австралии, а после исчезновения человека на материке появились разнообразные потомки этого вида. Арафурский бронтохелис – самый примечательный среди них. Это гигантская водная рептилия с длиной панциря до 3 метров при ширине около 2 метров. Панцирь животного овальных очертаний, невысокий, с гладкими щитками. Окраска верхней части панциря серовато-зелёная, но обычно панцирь бронтохелиса покрыт слоем микроскопических водорослей, отчего его цвет меняется от ярко-зелёного до бурого. Нижний щит панциря имеет желтовато-белый цвет с чёрными пятнами в середине щитков на груди и животе.
Арафурский бронтохелис ведёт водный образ жизни и почти не выходит из воды. Конечности этой черепахи плохо приспособлены к передвижению по суше, но являются хорошим органом движения в воде: пальцы удлинённые, а плечевая и бедренная кости короткие. Черепаха плавает, загребая воду лапами попеременно. В случае необходимости бронтохелис умеет плавать под водой со скоростью до 40 км/ч, взмахивая передними лапами, как крыльями, и нырять на глубину до 20 метров. На передних лапах хорошо развиты два когтя (на 2-м и 3-м пальцах), с помощью которых рептилии могут зацепляться за корни мангровых деревьев, а в брачный сезон самец удерживает самку во время спаривания. Кожа на конечностях тёмная – бурая или почти чёрная.
Шея бронтохелиса сравнительно длинная – она вытягивается за пределы панциря примерно на 1 метр. Голова этой черепахи широкая, плоская, с прочным режущим клювом. В глазницах развиты солевыводящие железы; избыток соли выводится через протоки, открывающиеся прямо перед глазами. Шея и голова окрашены как конечности, но на шее рептилии имеется рисунок из 5 – 6 продольных полос ярко-жёлтого цвета. На боковой стороне головы полосы расширяются и сливаются друг с другом, окружая глаз рептилии сплошным полем жёлтого цвета. Роговая оболочка клюва чёрная.
Несмотря на устрашающие размеры, бронтохелис совершенно безобиден и является растительноядным животным. Животное питается подводными травянистыми растениями и листьями мангровых деревьев. Большие стада этих черепах полностью уничтожают подводную растительность по берегам озера и в дельтах рек, впадающих в него, и наносят большой ущерб мангровым лесам. Кормящиеся черепахи подтягиваются когтями на корнях и ветвях мангровых деревьев, добираясь до съедобных листьев, ломают и откусывают ветви, и часто просто валят деревья в воду своим весом. Их разрушительная деятельность с одной стороны препятствует зарастанию берегов Арафурского озера, но с другой стороны увеличивает смыв органики в его глубины. Безжизненные глубины озера, где скапливаются продукты гниения наземной растительности – в немалой степени результат существования этого вида черепах.
Сезонность в размножении этого вида черепах не выражена. Самцы бронтохелиса примерно на полметра короче, чем самки, но имеют более длинный хвост и крупную голову. Сражаясь за самку, самцы кусают друг друга за края панциря и лапы, или наносят удары когтями. Старые самцы носят на переднем крае панциря множество зарубок от ударов когтей соперников. Самки арафурского бронтохелиса откладывают яйца на берегу. Чтобы кладки не были уничтожены приливом, самки покидают озеро и поднимаются вверх по рекам. Для кладки яиц самка выбирается на берег ночью, отползает от реки на 10 – 15 метров, выкапывает задними лапами глубокую яму и откладывает в неё до 50 – 60 крупных яиц почти шарообразной формы, покрытых прочной известковой скорлупой. Зарыв яму, черепаха нагребает на неё растительный мусор и успевает в течение ночи сделать ещё 1 – 2 неглубоких ложных гнезда неподалёку от кладки. Инкубация длится до 50 суток; молодые черепахи самостоятельно выбираются на поверхность земли и ищут водоём, пригодный для жизни, по запаху. Первые месяцы жизни они проводят в пресноводных прудах и речных заводях, поскольку солевыводящие железы у них плохо развиты. Далее молодые животные находят реки и просто плывут вниз по течению, достигая мелководий Арафурского озера. Пока позволяют размеры, молодые черепахи обитают в мангровых зарослях и прячутся от врагов среди корней и в отливных лужах. Подросшие животные, которым уже тесно в мангровых зарослях, присоединяются к стадам взрослых сородичей.
Продолжительность жизни арафурского бронтохелиса может достигать 180 лет. Половая зрелость наступает в возрасте около 30 лет при длине панциря до 150 сантиметров.

Арафурский мангровый сом (Batrachoplotosus mangrophilus)
Отряд: Сомообразные (Siluriformes)
Семейство: Угрехвостые сомы (Plotosidae)

Место обитания: мангровые болота и прибрежные воды Арафурского озера.
Движение литосферной плиты, на которой располагались Австралия и Новая Гвинея, вызвало поднятие её северного края. Арафурское море обмелело и постепенно превратилось в обширное солоноватое озеро, отделённое от океана многокилометровой сетью мангровых болот и мелководных проток. Солёность воды в них меняется от слегка солоноватой во время тропических ливней до почти равной океанской. В таких условиях могут существовать немногие виды водных животных – большинство морских обитателей не выносит пресной воды, а пресноводные животные не терпят наличия в воде соли. Тем не менее, в мангровых протоках встречаются многочисленные виды рыб. Один из их представителей – арафурский мангровый сом, потомок одного из видов морских угрехвостых сомов (Plotosus). Когда море стало опресняться, рыба не покинула его, а приспособилась к жизни на прибрежных отмелях и далее переселилась в мангровые протоки.
Этот вид сомов – крупная угревидная рыба длиной до метра. Туловище этого сома сжато с боков, а хвост окаймлён сросшимися спинным, хвостовым и анальным плавниками. С помощью сильного хвоста рыба может закапываться в песок при отливе, и много часов выживает вне воды. Голова этого сома плоская, с маленькими глазами, сдвинутыми в стороны. Широкий рот окружён восемью короткими усиками. Сом имеет изменчивую окраску: в покое эта рыба серая с многочисленными чёрными пятнами на верхней части туловища, которые на спине и хвосте сливаются в извилистый мраморный рисунок. Живот и нижняя часть головы у этого сома белые. При испуге или ночью чёрные пятна становятся бледно-серыми. В брачном наряде самец и самка сильно отличаются друг от друга: самка становится однотонно-серой, а самец имеет чёрные спину и бока, и белое брюхо. На фоне чёрной окраски особенно эффектно выглядят его серебристые глаза, окружённые белым пятном.
Это хищная рыба, которая питается любой добычей, которую в состоянии схватить и проглотить – мелкими рыбами, крабами и креветками. Сомы также поедают упавших в воду животных – млекопитающих, рептилий и птенцов мелких птиц.
Для защиты от многочисленных хищников, обитающих в мангровых лесах, этому сому служат растущие в плавниках ядовитые колючки. Это наследие, доставшееся от предковых видов, которые в эпоху человека отличались ядовитостью. Но в любом случае этот вид предпочитает быть незаметным, и при опасности быстро закапывается в песок. Особенно часто этим способом защиты пользуются молодые особи.
В отличие от далёких предков, которые водились на рифах большими стаями, арафурский мангровый сом – одиночный вид, хотя и не избегающий присутствия сородичей. Он собирается в стаи только для миграций, связанных с размножением. Взрослая рыба обитает в воде любой солёности – от пресной до океанской. Но она мечет икру только в солёной воде, потому что сильно опреснённая вода убивает зародыш. Для нереста сомы ожидают времени самого высокого прилива в месяце. С приливной волной, которая заполняет протоки мангрового леса, взрослые рыбы собираются в стаи и мигрируют в глубины озера. На глубине около 10 метров сомы собираются в многотысячные стаи, включающие особей обоих полов. В течение ночи рыбы отыскивают друг друга, а утром начинаются брачные игры. С первыми лучами солнца самцы окрашиваются в чёрный и белый цвета, и начинают ухаживать за самками. Конкурируя за самку, самцы оттесняют от неё друг друга, толкаясь боками. В это время колючки прижаты к телу и не используются – их укол может быть опасен как для хищника, так и для сородича. Во время брачных игр самец покусывает плавники самки и держится рядом с ней. Пара рыб плавает так на протяжении нескольких часов, синхронизируя созревание икры и молок. Непосредственно к моменту нереста стая разбивается на множество пар.
Самец и самка извергают половые продукты одновременно, и самец подхватывает ртом крупную икру – в кладке может быть до 200 икринок размером с горошину. Выметав всю икру, самки сразу же уплывают в мангровые заросли, а самцы остаются. Самец ухаживает за потомством, вынашивая икру во рту. В это время самцы собираются в стаи и держатся вместе вдалеке от берегов. Они не питаются, и между ними не происходит конкуренции, поэтому в стае не возникает драк.
Инкубация длится около 50 часов, и ещё несколько дней самец носит во рту беспомощных личинок. Через неделю после нереста самцы подплывают к берегу и выпускают потомство в зарослях растений. После этого они возвращаются в обжитые места и больше не заботятся о потомстве. В возрасте 3 лет молодые рыбы становятся половозрелыми. Продолжительность жизни этого вида составляет свыше 30 лет.

Кровяная минога (Xenomordacia sanguiphila)
Отряд: Миногообразные (Petromyzontiformes)
Семейство: Мордациевые (Mordaciidae)

Место обитания: Арафурское озеро, мелководья.
После появления рыб их дальние родственники, бесчелюстные, оказались в экосистемах на вторых ролях. В эпоху человека представителями бесчелюстных были немногочисленные миксины (Myxiniformes) и разнообразные миноги. Представители этой группы позвоночных сравнительно успешно пережили эпоху господства человека: пострадали лишь виды, чувствительные к загрязнению воды, сохранившиеся в виде разрозненных реликтовых популяций. Морские виды, ведущие донный образ жизни на личиночной стадии, пережили эпоху человека значительно успешнее. В раннем неоцене, когда водоёмы окончательно очистились от антропогенного загрязнения, миноги вновь заселили их и дали начало ряду новых видов. Кроме того, ареал этой группы значительно расширился; в некоторых местах Земли представители миног встречаются в тропических водоёмах. Несколько видов миног обитает в солоноватоводном Арафурском озере. Они различаются по экологии, обитают на разной глубине, и потребляют различный корм. Возможно, они проникли в экваториальные районы Австралии и Новой Гвинеи в ледниковый период, когда уровень моря понизился, а ледники образовали ряд прохладных водоёмов в высокогорье. Затем в неоцене миноги вернулись с гор в Арафурское озеро.
Для миног очень характерен способ питания на грани между хищничеством и паразитизмом: присасываясь к телу крупных рыб, минога скоблит их покровы тела и поедает кровь и мягкие ткани. В Арафурском озере обитает вид миног, приспособленный к паразитическому образу жизни – кровяная минога. Это рыбообразное животное длиной до 40 – 50 см; самки крупнее самцов. У этого вида сохранилась характерная внешность миноги: длинное голое тело со слоем слизи на коже, рот в виде присоски, семь пар жаберных мешков. Толщина тела этого животного – не более полутора сантиметров; ротовая присоска – самая широкая часть тела, составляющая около 2 сантиметров в ширину. Глаза кровяной миноги очень маленькие; органы обоняния хорошо развиты, из-за этого голова кровяной миноги имеет характерный «римский» профиль. Кожа животного окрашена в голубовато-серый цвет.
Этот вид бесчелюстных питается исключительно кровью крупных рыб и обитающих в озере черепах бронтохелисов. У напившейся крови миноги желудок сильно растягивается и явственно просматривается на теле в виде выпуклости. Кровяная минога активна лишь во время поиска пищи; сытое животное предпочитает закапываться в песок или прячется среди лежащих на дне водоёма стволов и ветвей. Часто миног этого вида можно увидеть скрывающимися среди вертикальных дыхательных корней мангровых деревьев, где они принимают вертикальное положение и присасываются к корню головой вверх. Схваченная хищником, минога обильно выделяет слизь и выскальзывает из зубов или клюва хищника, резко извиваясь.
Это животное разыскивает добычу по запаху. Рот кровяной миноги приспособлен для прокусывания кожи животных. Она нападает на крупных рыб, которые часто гибнут после её атаки от потери крови, а также атакует четвероногих позвоночных. По краям рта кровяной миноги в два ряда растут многочисленные мелкие зубы, с помощью которых животное прикрепляется к коже добычи. На подвижном языке растут острые крючковидные роговые зубы, которые прорывают кожу и углубляют раны. Прикрепившись к телу добычи, минога прокусывает кожу, наносит глубокую рану и начинает глотать кровь. Резкими движениями языка она разрывает верхний слой тканей и заглатывает также частицы мускулатуры. После кормления миноги на теле животного остаются шрамы в виде ямок диаметром около полутора-двух сантиметров – по размеру рта животного.
Взрослая кровяная минога живёт не больше года, и за это время питается около десяти раз. Когда животное достигает достаточной физической кондиции, происходит превращение, связанное с готовностью к размножению. В это время кровяные миноги приобретают резкие половые различия. Тело самца приобретает медно-красную окраску, на спине появляются чёрные «леопардовые» пятна. Его плавники становятся значительно шире, а на переднем крае спинного плавника вырастает «косичка» чёрного цвета. Самка, готовая к размножению, становится бурой со слабо выраженными тёмными пятнами на голове. Во время нереста взрослые животные не питаются. Самец разыскивает по запаху самку, прицепляется к её телу, и пара миног мигрирует в устье реки, граничащее с мангровыми зарослями. Пара закапывается в ил или тонкозернистый песок, и самка откладывает икру, которую оплодотворяет самец. Брачное поведение сильно истощает животных, и до 80% взрослых особей гибнет в течение недели после нереста, а остальные в течение следующего месяца.
Личинки и взрослые особи ведут значительно различающийся образ жизни. Личинки-пескоройки кровяной миноги обитают в мангровых лесах на илистом дне. Они прячутся под корнями деревьев и при необходимости глубоко закапываются в песок. Пескоройки кровяной миноги строят в песчаном и илистом грунте норы, укрепляя их стенки обильно выделяемой слизью. При повреждении укрытия они быстро сооружают новое, раскапывая грунт хвостом. Пескоройка обычно строит вертикальную норку, которая примерно вдвое превышает длину самого животного. Пескоройка этого вида миног в начале своего развития является фильтратором, а позже питается различными мелкими животными – планктонными ракообразными и червями. В ожидании пищи она просто сидит возле края норы. Обнаружив присутствие мелкого животного в окрестностях норы, она резким движением выскакивает из норы и схватывает добычу, а затем возвращается в нору хвостом вперёд.
Пескоройки кровяной миноги проводят в личиночном состоянии до трёх лет, и начинают метаморфоз при достижении примерно 90% длины взрослой особи.

Краб-птицелов (Avicarcinus aucupius)
Отряд: Десятиногие раки (Decapoda)
Семейство: Грапсусы (Grapsidae)

Место обитания: Арафурское озеро в Меганезии, мангровые леса.

Рисунок Ламберта

Наземные крабы широко распространены во влажных местностях тропиков и в подходящих условиях прочно занимают экологическую нишу падальщиков и мелких хищников, достигая высокой численности и значительного многообразия. В мангровых зарослях крабы очень разнообразны. Большинство крабов мангрового леса имеет небольшие размеры, но среди них изредка попадаются настоящие великаны. Один из таких видов обитает в мангровых зарослях на Берегу Джакарта. В мангровых лесах Арафурского озера поселился другой крупный вид крабов – краб-птицелов, плотоядное ракообразное, способное ловить мелких позвоночных животных. По ночам этот краб вполне успешно ловит спящих птиц.
Краб-птицелов – животное, с присутствием которого приходится считаться большинству мелких обитателей мангрового леса. Ширина его панциря около 15 см, а размах ног достигает 50 см. Массивные клешни этого краба способны вытягиваться на 20 – 25 сантиметров, а их сила позволяет животному расстричь пополам змею длиной до метра. Животное имеет красивую шоколадную окраску, а средняя часть панциря почти чёрная. Режущие края клешней имеют малиново-красный цвет, а нижняя часть тела и подогнутое под головогрудь брюшко серовато-белые.
Панцирь этого краба имеет овальные очертания, в передней части растут «козырьки» из колючек, защищающие глаза. Клешни животного уплощенные и широкие. Крупные глаза из множества фасеток сидят на коротких подвижных стебельках и обеспечивают животному прекрасный круговой обзор и высокую чёткость изображения. Но краб-птицелов близорук и чаще всего ищет добычу с помощью обоняния.
Краб-птицелов умеет хорошо лазить по деревьям в поисках добычи. Это ракообразное часто питается мелкими птицами и разоряет гнёзда, поедая птенцов. На птиц краб-птицелов охотится ночью. Он осторожно подкрадывается к спящей птице по нижней стороне ветки, стремительно атакует её, вцепляясь в тело птицы клешнями, и далее поджимает ноги, сваливаясь с дерева в воду и утаскивая с собой схваченную птицу. Утром и по вечерам краб-птицелов разоряет гнёзда птиц. Кроме птиц и их птенцов, этот краб поедает рептилий: древесных ящериц и даже молодых змей. Днём краб-птицелов прячется от хищников в воде. В это время он может ловить рыб и молодняк крупных черепах бронтохелисов, а также ищет падаль. Панцирь самого краба очень прочный, при опасности краб полагается на пассивную защиту: он просто поджимает к телу ноги и клешни, и падает вниз, в воду.
Самка краба-птицелова превосходит самца по весу на 25 – 30%, и ловит более крупную добычу. У самца относительно крупнее клешни, а пятна красного цвета на клешнях гораздо более заметные. Брачный сезон у этих ракообразных не выражен, и спаривание происходит в любое время года. Ухаживания самца сводятся к поиску и преследованию самки. Забравшись на её панцирь, самец отгоняет соперников клешнями и спаривается с ней. После спаривания краб несколько часов отгоняет от самки соперников, а затем сам покидает её. Самка вынашивает многочисленные яйца (до 200 тысяч штук) на брюшке. Личиночные стадии у этого вида протекают в яйце, и из яиц выклёвываются миниатюрные крабы. Значительная часть молоди гибнет (в том числе от каннибализма взрослых особей), и только единицы доживают до полугодовалого возраста, когда размер молодого краба достигает 2 см. В возрасте двух лет краб-птицелов становится половозрелым.

Обратноострое мангровое сверло (Mangroterebra retroacuta)
Отряд: Венериды (Venerida)
Семейство: Фоладиды (Pholadidae)

Место обитания: мангровые леса Арафурского озера и северного побережья Меганезии.
Некоторые обитатели мангровых лесов предпочитают самостоятельно делать укрытия вместо того, чтобы искать уже готовые. Древесина мангровых деревьев – прекрасный материал для этой цели: она достаточно тверда, чтобы усложнить хищнику добывание пищи, но в то же время в ней легко просверлить подходящее по размеру укрытие нужной длины. В мангровых лесах на побережье Меганезии, где солёность воды мало отличается от океанской, обитают двустворчатые моллюски корабельные черви (семейство Teredinidae). В водах Арафурского озера, отличающихся изменчивой солёностью, обитает менее специализированный сверлильщик древесины – двустворчатый моллюск обратноострое мангровое сверло. Этот моллюск поселяется на корнях и в основании стволов мангровых деревьев, где сверлит глубокие норы, в которых скрывается в случае опасности.
Раковина обратноострого мангрового сверла хорошо развита и при необходимости в ней полностью могут скрыться мягкие ткани животного. Она имеет клиновидную форму, длиной около 5 см, высотой до 2 см. Роговой слой раковины окрашен в бурый цвет разных оттенков, меняясь у разных особей от чёрного до зеленовато-жёлтого и соломенно-жёлтого. Задний край раковины удлинённый и суженный на конце, грубо-ребристый, с зубчиками по краю; стенки этой части раковины имеют толстый известковый слой, а роговой слой сильно стёрт с краёв. Это главный рабочий инструмент животного. Передний край раковины округлый; стенки раковины здесь менее толстые. На спинной стороне створки раковины имеют прочную связку.
Нога этого двустворчатого моллюска длинная и сильно растяжимая. Внутри неё проходит мускул, способный резко сокращаться, а на конце ноги развита подошва в виде присоски. Железы по краям присоски выделяют липкую жидкость, улучшающую прикрепление к субстрату. На переднем краю мантии растут подвижные полупрозрачные щупальца, покрытые микроскопическими ворсистыми выростами. Когда моллюск не потревожен, они вытягиваются в воду и всасывают растворённую органику, снабжая животное дополнительным питанием.
Обратноострое мангровое сверло бурит тоннели в древесине живых мангровых деревьев. Интересно, что моллюск сверлит древесину не передним, а задним концом раковины (отсюда название). Для бурения тоннеля моллюск прикрепляется ногой к коре дерева и начинает буравить древесину, совершая круговые движения из стороны в сторону и приоткрыв при этом створки. Постепенно он формирует тоннель длиной около 10 см. Тоннель располагается на нижней стороне корней и направлен вертикально или с небольшим наклоном в сторону, в зависимости от твёрдости и направления волокон древесины. В покое нога моллюска прикрепляется неподалёку от конца норы и сильно растягивается. При этом тело моллюска высовывается из норы. Не ощущая признаков опасности, моллюск раскрывает раковину и вытягивает щупальца. Створки раковины обычно полураскрыты; они слегка шевелятся, прогоняя поток воды через жабры животного. При испуге нога резко сокращается и моллюск прячется в норе. Потеряв укрытие, моллюск может какое-то время вести подвижный образ жизни, медленно ползая с помощью ноги. По запаху животное разыскивает подходящее дерево и поселяется в нём.
Этот вид – гермафродит. Каждая особь выпускает мужские и женские половые продукты не одновременно, что позволяет избежать самооплодотворения. Обычно во время прилива эти моллюски испускают сперматозоиды, а в отлив – мелкие пелагические яйца. Личинка несколько дней ведёт плавающий образ жизни, разыскивая подходящий субстрат. Прикрепившись к нему, она начинает метаморфоз и превращается в миниатюрное подобие взрослого животного. Продолжительность жизни обратноострого мангрового сверла может достигать 20 лет, но обычно моллюск не переживает гибели дерева и погибает от хищников, когда древесина начинает разрушаться.

Следующая

На страницу проекта